Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
Страница 11 из 11«1291011
Модератор форума: al1618, Сергей_Калашников 
Форум Дружины » Совместное творчество авторов Дружины » Сергей_Калашников, al1618 и Каури » Снайпер Дара - рабочее название (Правки, вычитка)
Снайпер Дара - рабочее название
КауриДата: Среда, 20.02.2013, 01:29 | Сообщение # 301
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Друзья, у меня к вам такая просьба возникла, не откажите помочь разобраться.

Дело в том, что изначально эпизод с подарком был чуть длиннее. Но вот как-то порешили его порезать для большей лаконичности.
Просьба в том, чтобы сравнить и сказать, что на ваш взгляд лучше.

1. Вы видели уже (обрезанный) вариант

А теперь рассказала. Всё и сразу. И, вздрогнув, отхлебнула из протянутой Вадимом фляги. Тихо. Как же тихо вокруг!
- Значит, он знал, раз подарил её мне?
- Пожалуйста, сыграй, - тихо попросил Бероев.
Дара послушно взяла из коробки такой знакомый инструмент. Тяжеленький - руки помнят каждый изгиб гармошки с самого детства. «Значит, он знал?»
- Ты думаешь, я помню? – пробормотала Дара. Но посмотрев в его глаза, освещенные звездным небом и полной луной, решилась. Если и суждено сыграть тот мотив еще раз, то только для него.
И закрыв глаза, поднесла гармошку к губам. Тишину нарушили резкие звуки, пришлось срочно искать, как иначе, потом сразу вспомнилось, и над холмом полилась та придуманная в детстве мелодия. Она помнила! Но теперь в грустный мотив вплетался страх войны, расставания, и счастье, что она здесь, вернулась на родину, и что ОН рядом с ней.

***
Убрав подарок в нагрудный карман, Дара вздохнула, как после долгого сна, взяла руку Бероева двумя своими и погладила пальцем запястье. Там, где под кожей пульсировала жизнь – всё же, как хорошо, когда можно обходиться без слов!

--------------------------------------------------

2 вариант - как было изначально

А теперь вот, выходит, рассказала. Все и сразу. Реальность вернулась резко, и Дара, вздрогнув, отхлебнула из протянутой Вадимом фляги. Тихо. Как же тихо вокруг!
- Значит, он знал, раз подарил её мне?
- Пожалуйста, сыграй, - тихо попросил Бероев.
Дара послушно взяла из коробки такой знакомый инструмент. Тяжеленький - руки помнят каждый изгиб гармошки с самого детства. «Значит, он знал?»
- Ты думаешь, я помню? – пробормотала Дара. Но посмотрев в его глаза, освещенные звездным небом и полной луной, решилась. Если и суждено сыграть тот мотив еще раз, то только для него.
И закрыв глаза, поднесла гармошку к губам. Тишину нарушили резкие звуки, пришлось срочно искать, как иначе, потом сразу вспомнилось, и над холмом полилась та придуманная в детстве мелодия. Она помнила! Но теперь в грустный мотив вплетался страх войны, расставания, и счастье, что она здесь, вернулась на родину, и что ОН рядом с ней.
И удалось не заплакать, ну правильно, выросла уже. А вот Вадим удивил. Посмотрела на него, убирая гармошку от губ. Увидела вдруг влажные дорожки на его лице. И такая нежность затопила, но обнять парня не удалось, он сам ей помешал, указав на коробку:
- Смотри, там ещё что-то написано.
Она поспешно схватила коробочку – и да, это его подчерк. «Малышка Дара! Друг, от которого мне досталась в наследство эта гармошка, своей игрой заставлял меня злиться и мечтать. Твоя мелодия заставила старика плакать. Родина зовет тебя, девочка. Ради неё ты могла бы умереть, но лучше – живи. Пусть этот талисман хранит и тебя, а после достанется твоей дочке. Е.О.»
Дара со всхлипом втянула воздух и глубоко задышала.
- Ты что? – испугался Вадим, что-то увидев в её лице, - дай-ка!
- Егор Олегович никогда не плакал, - отдав ему коробочку, Дара снова всхлипнула, но потом уже заговорила твёрдо: - Никогда! Он даже рассказывал нам как-то – почему. Давно это было. Вроде бы он потерял свою семью как-то трагично. Нет, не помню... Значит, он не только знал, но и слышал?! – В ответ Вадим только кивнул.

***
Убрав подарок в нагрудный карман, Дара вздохнула, как после долгого сна, взяла руку Бероева двумя своими и погладила пальцем запястье. Там, где под кожей пульсировала жизнь – всё же, как хорошо, когда можно обходиться без слов!

Очень жду ваших мнений (наши с соавторами разделились) sad


 все сообщения
LookDreamДата: Среда, 20.02.2013, 01:36 | Сообщение # 302
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Очень понравилось, а то коробочка была напоминанием из прошлого и хорошо что его раскрыли, что бы и мы тоже окунулись в это с авторами.

Насчет разделения мнения, даже не знаю. Записка конечно раскрывает нам новое в образе старика. Первая половина записочки вообще круто, насчет второй сомнения есть, пафосно как-то. Но это конечно чисто гражданское мнение, может была бы я на войне знала бы большую цену таким словам. Но и оставлять загадку в нем тоже красиво. Мы же знаем что он мог ее слушать и без пояснений, не просто так ведь отдал с бухты барахты. Или может не следует вводить еще больше слез в и так уже надвигающие горе. Не знаю не знаю.... перекладывают тут ноши на чужие плечи,... ишь какие. Но я рада что прочла расширенную версию и знаю много много про всех героев.

В целом тока не ссориться, пишите дружно и все будет хорошо, этому доказательство 10 страниц этой темке. Уж очнеь хорошо они написаны


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
РОМАНДата: Среда, 20.02.2013, 02:57 | Сообщение # 303
Шериф
Группа: Старшина
Сообщений: 6433
Награды: 41
Статус: Offline
Мне второй, первоначальнй вариант больше понравился.

Цитата (цитата)
Дара послушно взяла из коробки такой знакомый инструмент. Тяжеленький - руки помнят каждый изгиб гармошки с самого детства. «Значит, он знал?»

Второе предложение лучше на два разделить - вес и форма здесь вместе не сочетаются... А мысль затем - с абзаца, имхо.


Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!
---
Укроп - гораздо лучше, чем конопля!
 все сообщения
ЧекистДата: Среда, 20.02.2013, 08:38 | Сообщение # 304
Горный Элф
Группа: Авторы
Сообщений: 1566
Награды: 22
Статус: Offline
Второй вариант лучше


"...я,как гой, натурал, и следовательно,антинорманист..." (с)
 все сообщения
VelkanДата: Среда, 20.02.2013, 13:25 | Сообщение # 305
Охотник и рыбак
Группа: Модераторы
Сообщений: 3809
Награды: 13
Статус: Offline
Извени не читал вообще ничего практиски... Не читаю не пишу уже ничего на форуме, чет совсем заигрался я smile И это не фигура речи... Но по представленным кусочкам...
1 [вариант]
Цитата (Каури)
Тихо. Как же тихо вокруг!

"Тихо. Как же тихо вокруг! Привычные природные звуки, просто отсекались подсознанием, ничего мешавшего покоя ее душе не вплеталось в их голос"... (Как то так, иначе снайпер, как минимум насторожится) smile
Цитата (Каури)
Но теперь в грустный мотив вплетался страх войны, расставания, и счастье, что она здесь, вернулась на родину, и что ОН рядом с ней.

Надо обыграть каким именно образом в старый мотив вплелись война, расстование и счастье... И раскрыть это.

2 [вариант] Во втором варианте теже мысли, что и в первом. Но вот письмо...
Цитата (Каури)
Она поспешно схватила коробочку – и да, это его подчерк. «Малышка Дара! Друг, от которого мне досталась в наследство эта гармошка, своей игрой заставлял меня злиться и мечтать. Твоя мелодия заставила старика плакать. Родина зовет тебя, девочка. Ради неё ты могла бы умереть, но лучше – живи. Пусть этот талисман хранит и тебя, а после достанется твоей дочке. Е.О.»

Да... Соглашусь, что она пафона... Но для меня она вырвана из контекста, так что тут я не судья.
Это тоже самое как и знаменитая фраза "У НАС СЕКСА НЕТ!", криками из зала была заглушена оконцовка фразы - "НА ТЕЛЕВИДЕНИИ" - это правильная мысль...
Второй вариант мне однозначно понравился, только еще чуток надфилем по ней пройтись и вообще отличная будет smile


Делай что должно, случится чему суждено.
 все сообщения
МирДмитрийДата: Среда, 20.02.2013, 15:12 | Сообщение # 306
хорунжий
Группа: Джигиты
Сообщений: 300
Награды: 2
Статус: Offline
В первом варианте сцена выглядит урезанной и не акцентированной, что, наверное, не есть хорошо для сцен такого порядка. А во второй не бросилось с глаза ничего, что хотелось бы убрать. Все красиво и уместно. Я двумя руками - за вторую.
 все сообщения
КауриДата: Среда, 20.02.2013, 17:02 | Сообщение # 307
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
LookDream, большое спасибо что отписалась.

РОМАН, )))спасибо!!

Чекист, спасибо!)) Коротко и четко)))

Velkan, поняла тебя, Миш, не в эту секунду , но будем еще править. Учту твои пожелания.

МирДмитрий, спасибо большое за такой ответ!!!!

Вобщем, очень всем благодарна, что откликнулись, и нам самим стало очевидно , что второй вариант интереснее - правда мы сделали из него как бы не третий)))))
Даже не знаю, стоит ли заставлять читать снова и выкладывать здесь почти одинаковые версии.
Так что последнюю редакцию можно будет прочитать на Самиздате - или здесь в разделе "Снайпер. Только для чтения" - как доберусь до темы - выложу всё.


 все сообщения
КауриДата: Среда, 20.02.2013, 18:08 | Сообщение # 308
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Продолжение:

Передняя машина страшно пылила - и из-за поднятого ею шлейфа уже ничего было невозможно рассмотреть.

***

Если располагаешься головой на юг, то смотреть на север удобнее лёжа на спине. Опять же винтовка рядом на сухом месте под правой рукой. Отощавший рюкзачок почти не давит спину, погрузившись в вязкое дно. Всё бы хорошо, но обстановка меняется буквально на глазах — колонна проследовала на юг и пропала из поля зрения. А переворачиваться на живот оказалось трудно — прилипла. И отцеплять рюкзак нельзя — там основная масса патронов.
Пока кряхтела и охала, неприятель заметно удалился. Стрелять в корму замыкающей машины стало поздно. Да и пыль заслонила всё. Не успела об этом пожалеть, как над луговиной там, на юге, полыхнуло. Пламя охватило колонну огромным огненным облаком.
«Огнемётные фугасы, - охнула Дара, - это ж древность какая!» А вслух прибавила:
- За мной, бегом!
Лёха и Славка разом подхватились и понеслись к восточному склону распадка, не отставая от своего снайпера. После первой сотни метров залегли, послушные команде. А впереди начали взрываться мины — кто-то не отвлёкся на созерцание развернувшейся трагедии, а продолжал наблюдать за местностью.
- Вперёд, - выкрикнула, отсчитав семь секунд. Почему семь? Так показалось, что именно столько потребуется на перенос огня расположившейся на закрытой позиции батареи.
Козликами, перепрыгивая через воронки, ассистенты неслись на этот раз впереди Дары — что-то она захромала. Обернулись, рванули назад, подхватили.
- В воронку, - только и успела прохрипеть.
Туда они её и втрамбовали, накрыв сверху своими телами. Боже! Какие тяжёлые. Что-то где-то начало взрываться, потом перестало, потом её тащили под руки, не давая со вкусом приволакивать отстающую ногу.
- В ручей макаем, - Лёхин голос. И сразу стало легче. - Реж на ней штаны.
- Я тебе разрежу, - похоже, болевой шок опустил Дару, - потом я с тебя твои сниму, потому как мне голым задом сверкать несподручно, - завершила она неуклюжую шутку. - Чего там?
- Осколок торчит из ягодицы, - откликнулся Славка.
Дара встала на четвереньки... э-э... опереться получилось только на три точки:
- Чего замерли, - ухмыльнулась она недобро. Стаскивайте, только без лишней суетливости.
Чужие руки неуклюже распустили пояс, расстегнули молнию, а потом в правую половинку попы словно молния ударила.
- Гляди, какой здоровенный, - на землю прямо под нос упало перо стабилизатора.
Зато сразу стало легче. Даже смогла изогнуться и ухватить краем глаза картину ранения. Вот ведь зараза! Чисто в мягкую ткань угодило, но, видимо, удар оказался сильный — отсюда и шок.
Дали немного вытечь крови, продезинфицировали, свели края и напылили жидкий бинт. Оставалось подождать, пока повязка зафиксируется.
- Куда вы меня заволокли, - спросила, осматривая каменную теснину.
- Расщелина подвернулась, ну мы и нырнули сразу. Эти, как их, ещё десяток мин бросили, да и затихли.
- «Эти, как их» - космодесант, - прояснила ситуацию Дара. Судя по всему — хорошо натасканные части, экипированные лучше некуда. В общем, ребята, спасибо за жизнь. А теперь поставьте меня на ноги.
Устояла. Раненая нога, приняв положенную ей часть веса, отозвалась вполне терпимой болью. Держась за Лёхину руку пошевелилась, посгибала немного колени, сделала пару шагов. Тошненько, конечно, однако терпимо. Разойдётся. Итак, они добрались до восточного склона. Что дальше? Вспомнила карту, в которую заглянула ещё там, на штабной поляне. Километра через три отсюда, как раз на востоке расположен другой опорный пункт наших, прикрывающий проход в сторону города. Если противник откажется от замысла воспользоваться этим путём — скорее всего двинется туда.
Прихрамывая подошла к краю расщелины и осмотрелась. Вдали, чуть справа - оставленный ими холмик. Влево вообще видно только противоположный каменистый склон — остальное закрыто горкой. Правее тоже никакого обзора. Поползла.
- Эй, куда? Ты же ранена, - и что на это ответить? Обернулась и только пискнула:
- Не отставайте.
Взяли вправо вверх и вскоре взорам открылась панорама всё той же ровной низины. Теперь через неё проходила дорога, промятая в траве недавно прокатившейся колонной. И, вот же гадство! Опять с севера, приближались ещё три коробочки, на этот раз безо всякого десанта на броне. Поравнявшись с недавно покинутым холмиком, транспортёры свернули в сторону затаившейся Дары — взять их в лоб из её винтовки нечего и пытаться. Однако, вряд ли они сейчас атакуют — подошли к месту, где начался подъём, высадили из кормовой двери пару бойцов и подождали, пока те поднимутся, проверяя дорогу.
И вот первая машина поползла вверх. Откуда-то лязгнуло ружьё Колобка. Противотанковое. Симоновское. Отличное попадание в ведущую звёздочку — высший пилотаж. Правая гусеница тут же замерла, транспортёр остановился и башня с длинным тонким стволом начала поворачиваться, разыскивая стрелка.
«Ну уж нет! Только не Колобка!», - воспротивилась душа, а руки навели винтовку, и пуля «Дартс» надёжно заклинила башню. Она ведь всего с сотни метров стреляла, поэтому, словно гвоздь забила в нужное место, приколотив подвижную кромку к неподвижной. Сама тут же отползла назад и вниз. Вовремя — заговорили автоматические пушки двух других машин, и каменная крошка, выбитая снарядами с кромки естественного бруствера, посыпались на голову.
Опять лязгнуло ружьё Колобка, а потом послышались хлопки минных разрывов.
- Этих, накрыли, - Славка что-то разглядел со своего места, а Лёха сидел, прислонившись затылком к камню и смотрел вдаль неподвижным взглядом. Теперь уже его волокли ползком вниз по склону и... напрасно. Ни пульса, ни дыхания — никаких признаков жизни. И раны нигде не видно. Положили на спину и закрыли ему глаза. А снаружи, за пределами расщелины, рвались снаряды. Иногда даже в каменную теснину что-то залетало, а уж взрывная волна то и дело ощущалась всем телом... как-то отдалённо. Высовываться наружу Дара запретила.
Едва канонада закончилась — опять выползли наружу и, на этот раз, двинулись низом, огибая обломки камней. Слева было тихо, справа гремел невидимый бой, постепенно затихая, а на далёком противоположном склоне появились человеческие фигурки. В оптику было видно, что одна размером побольше, а остальные поменьше. Деталей толком не разглядеть, но на космодесант непохоже. И, опять справа заходит боевой коптер.
Не задумываясь перевернулась на спину и открыла огонь по воздушной цели. Слышала как лязгает в отдалении противотанковое ружьё и ещё какой-то знакомый звук вплёлся... но всё заглушил голос крупнокалиберного пулемёта. Коптер отвернул, так и не атаковав оказавшуюся на голом склоне группу. Звуки боя прекратились совершенно.
- В расселину уходим, - Дара показала налево, куда и поползла, сопровождаемая Славкой. Через считанные минуты они оказались под прикрытием ветвей слегка посечённой осколками группы деревьев. Осматриваясь и прячась пошли на восток.
Через километр с небольшим их остановили
Здесь, в густых зарослях, царил испуг. Живность куда-то попряталась, а под ноги постоянно попадались свежие ветки — свинцовая метель прогулялась по кронам деревьев. Зато ожил инфракрасный канал:
- Серая, я Стебель, доверни на полвторого.
- Поняла, исполняю, - Дара приняла правее, и вскоре оказалась в ровчике, накрытом древесными стволами.
От приглашения присесть учтиво отказалась — прилегла на бочок и получила прямо под нос котелок разварившихся липких макарон, пропитанных каким-то тяжеловесным жиром.
- Стебелёк сказала, что ты Серая. Так тебя твоя группа прикрытия разыскивает. Они западнее, но подойти пока не могут — неприятель контролирует долину и по всему движущемуся открывает огонь, - сообщил главный тут мужчина в пятнистом комбинезоне. Вроде как, маскхалат на голое тело. - Чего они так упираются, - добавил он недоуменно, - ведь прошли уже до Ново-Плесецка вдоль берега океана и, говорят, начали на аэродроме принимать челноки с орбиты.
- Заход на посадку находится как раз над этими местами. Опасаются, что мы их транспорты начнём сбивать, - рассудил другой дядька, заканчивающий набивать патронами автоматный рожок. - С другой стороны, если у них задача — подавить сопротивление, то вот и будут они нас давить. Слышь, Серая, Колобок у нас нынче — кум королю. Мы ему позицию срубили — закачаешься. Лёгким оружием не пронять. Только надо дать ему вздремнуть хотя бы часок, а то он, как коптер не сбил — одним матом стал разговаривать. Нервничает человек, в отдыхе нуждается. Подменишь парня? Я провожу.
«Партизанщина...», - не додумав до конца эту мысль, Дара поднялась на ноги и пошла за проводником. Славка привычно сопел сзади. Пока добрались — и нога разошлась. Всё ложками да ложбинками, а то и овражком. Потом вползли в нору и метров через десяток оказались в срубе, закопанном, будто колодец. Впрочем, был тут и бревенчатый потолок, сквозь неплотности в котором время от времени на головы сыпалась земля. Узкая горизонтальная щель давала обзор на две стороны, так что половина горизонта попадала в поле зрения.
Бывший курсант, а ныне некровный родственник монарха, что-то разглядывал в большой бинокль самого антикварного вида. Разумеется, никто и не подумал его отвлекать. Дара просунула в бойницу ствол винтовки и прилипла к окуляру прицела.
- Что видишь, курсант? - спросила она через минуту.
- Стереотруба. Рога у неё широко.
- Ага. И лазерный дальномер работает, - более совершенное прицельное приспособление штатива-винтовки сразу обнаружило то, чего не видно в оптику. - Думаю артиллерийский корректировщик нас срисовывает. Давно он здесь?
- Минут десять. Но сначала крутил своими гляделками в разные стороны, а теперь упёрся в меня и будто гипнотизирует.
- Сваливать надо с этой позиции. Сейчас накроют нас средним калибром, - и, повернувшись к провожатому: - Старшому скажи, чтобы уводил людей. Перемесят тут всё.
- Ага, - мужик мигом исчез в проходе.

***

- Кажись, никого не забыли, - старшой только что оглядел сгрудившихся на полянке бойцов.
- Убитых не вынесли, - раздался голос справа.
- Они нас простят, - нахмурился командир и повернулся туда, откуда только что вывел людей. На оставленной позиции рвались снаряды. - Одинцов, выставляй заслон. Задача, обстрелять преследователей издалека и быстро отойти. Остальные — пошли. Окопаемся после Шестакова озера.

***

Первый день войны выдался трудным и безумно длинным. Дохромав до озера, Дара чувствовала себя выжатым лимоном — сморщенным и пустым. Кроме того, из-за раненой задницы она не могла толком копать и теперь чувствовала себя неудобно, глядя как другие работают. Да ещё и покрикивая на уставших не меньше её мужиков насчёт того, куда откидывать и как складывать вынутый грунт — в отношении маскировки у снайперов вообще очень строго.
Тихая ночь, насторожённая и недобрая, пахла гарью и не звала побегать. Всё вокруг смолкло и не выражало никаких чувств. Откуда-то слева с запада донеслось короткое покашливание станкового гранатомёта, и всё стихло.
- Да не звени ты так, копай тише, - донёсся сдавленный шёпот Славки, - не видишь, закемарил детёныш.
«Про кого это они?», - подумала Дара и смежила веки.

***

Те, кто во время сна неспособен реагировать на происходящие вокруг события, на Прерии выживают только в городах или, если ночуют в крепких жилищах. Что-то нехорошее, приближающееся со стороны океана, Дара почуяла тем самым чувством, что пробудилось в ней недавно. Прильнула к прицелу, и направила винтовку в сторону невидимой угрозы — странная картинка предстала её взору в инфракрасных лучах — огибая вершины деревьев летела люстра о шести бледных плафонах.
Беспилотник. Дрон. Прицелилась, взяла поправки и свалила его.
- Нас засекли, в укрытие! - и, уже скатившись вниз по склону оврага: - Сейчас накроют!
Сверху земля вскипела от ударов и на головы посыпались комья, но было не до этих мелочей - едва успели завернуть за поворот прорытого ручьем оврага, как в спину ударила взрывная волна, а противоположный край обрыва вскипел от попадания осколков. Дальнейшее бегство превратилось в кошмарное состязание с бездушной автоматикой, вытягивающее все жилы - едва они пробегали следующий поворот, как за спиной ложилась очередная мина. И ведь специально в них никто не стрелял, программа наведения просто отрабатывала возможные укрытия беспокоящим огнем.
Легкие горели, ноги наливались свинцовой тяжестью и стало ясно, что эту гонку им не выиграть, когда Дару резко дернули в сторону и, как пробку в бутылку, воткнули в узкую нору,
- "Хорошо что у меня как у кошки - самая широкая часть тела, это голова", - успелось подуматься, пока её, ухватив за кисти рук, тащили вниз под уклон на животе, одновременно весьма фривольно пихая в довольно интимное место.
Впрочем, завершить эту спасательную операцию до конца не успели, сзади послышался знакомый хлопок и по ягодицам и бедрам хлестнуло множеством тупых толчков. Отстранено подумалось: "если раз по какому месту достанется, жди что снова по больному прилетит". Но боли не почувствовала, видимо это была просто земля, да и не до того сейчас - подхватив подмышки её без всякой нежности вздернули на ноги, облапили, и толчком направили дальше похожим на кишку лазом. Сзади кто-то видно сунулся во входное отверстие, раздалась энергичная тирада в которой единственным цензурным словом было "завалило" и её, непочтительно толкнув снова в раненое место головой, матерно попросили ускорить свои поползновения.
Дальнейшие события этой ночи слились в бесконечную череду стоп кадров, в которых она, подталкиваемая с разных сторон, металась из одного укрытия в другое, шарахаясь от вспыхивающих в темноте то там то здесь разрывов. На самом деле это был не массированный налёт — продолжался всё тот же "беспокоящий" огонь, но сознание этого уже не воспринимало. Следующее "включение" произошло во время короткой передышки - ей сунули в руки флягу с невообразимо вкусной водой.
- Совсем не такая война, как пишут в книжках, - посетовал совершенно незнакомый ей хриплый голос и добавил, - оставь и мне чуток.
Славка, сидящий, рядом на дне расщелины, где они остановились передохнуть, только облизал сухие губы - ноктивизор особо подчеркнул какие они горячие.
- Пушки современных самоходок попадают на дистанциях до двадцати километров. Основная задача остальных подразделений армии — дать целеуказание. То есть — обнаружить противника и навести на него удар артиллерии. Хорошо ещё, что боевых коптеров в небе не видно. Вот от кого не было бы нам житья, - Даре по-прежнему больно сидеть, и она прилегла.
- И что, мы никак не можем укусить противника? - озадаченно протянул старшой.
- Пока самый эффективный приём — как можно быстрее понять, что нас обнаружили, и уйти из-под артналёта. Но это — дело случая. Два раза уже повезло. Однако, нанесённый врагу урон — просто потраченный им впустую боезапас. Даже остановиться, чтобы просто передохнуть, мы можем только днём, потому что ночью нас выдаёт тепловое излучение тел. Его обнаруживают с орбиты, а потом для уточнения посылают беспилотник — так было в последний раз, - Дара встала. - Надо двигаться, меняя направление. И уходить туда, где гуще лес и причудливей рельеф, иначе снарядами забросают.
Всё-таки остальные люди не настолько, как она знают современные военные реалии. Поэтому никто и не подумал возражать. Но сил встать и пойти ни у кого не нашлось.
Или наоборот? Даре показалось, что от неё все как-то отдалились, даже звуки, усиленные аппаратурой стрелкового комплекса, стали звучать будто сквозь вату. Кто-то буркнул: "Вот черт, уплыла ведь девчонка!", потом: "У кого в аптечке осталось противошоковое, обезболивающее? Хоть что-то?!"
Дара попыталась сказать, что у неё, но губы, кажется, только пошевелились. А потом просто стало темно и спокойно.

Глава 23. Только раз судьбою рвётся нить (заключительная)

Артиллерию не напрасно называют Богом войны — именно пушки, миномёты и ракеты наносят самый большой урон обеим противоборствующим сторонам. Только авиация может сравниться с этой силой по своей разрушительной мощи.
Но, так уж вышло, что в небе над Прерией было пустынно — коптеры напавшей стороны недолго оставались в воздухе. На наиболее удобных для полета местах их встречали стартующие с земли управляемые ракеты, не реагирующие ни на обманки, ни на активные помехи. Древние, наводящиеся по проводам ПТУРСы, расчёты которых успели замаскироваться в самых неожиданных местах, терпеливо дожидались целей, никак себя не выдавая. Самоходки, конечно, перепахивали места старта, но это происходило уже после того, как очередной винтокрыл оказывался уничтоженным.
Это ведь только кажется, что небо открыто во все стороны, летай где хочешь, а на самом деле в горах и предгорьях удобных дорог совсем немного. Менее важные направления и "бездорожье" перекрывали целые поля воздушных мин. Установленные цепочками с интервалом в полкилометра или хаотичным россыпями в десятки и сотни квадратных километров эти неказистые устройства терпеливо дожидались появления в небе любого летящего объекта, чтобы выплюнуть в его сторону два десятка зарядов, заполняющих небо сотнями тысяч поражающих элементов.
Беспилотники били все и кто чем мог - от терпеливых мин и снайперов, до любителей "стрельбы по тарелочкам" и охотников, благо дробь второго номера примерно одинаково действовала и на эти аппараты, и на уток. Но тут, несмотря на значительные потери с напавшей стороны, еще существовал некоторый паритет. Просто запас этих аппаратов иссякал не столь быстро —привезли их больше, видимо планировали с их помощью наладить массовый поиск разбежавшегося по лесам населения.
И опять, следом за каждым сбитым устройством, артиллерия перепахивала подозрительное место. Бог войны убедительно и однозначно говорил своё веское слово.
Но ахиллесова пята найдётся в любой системе. Для ведения огня пушкам нужны снаряды, и доставлять их требуется в значительных количествах. Специальные транспортёры, снабженные механизмами перегрузки боеприпасов в укладки боевых машин, вынуждены были совершать частые рейсы от вертикальника к батареям самоходок или к позициям миномётчиков.
И вот на эти пути, потихоньку хватаясь за грунт крючковатыми лапками, выползли короткие узкие лыжи, невидимые даже в невысокой траве. Двигались они днём, чтобы нагретая лучами Гаучо земля замаскировала тепловое излучение их электродвигателей. Нехитрая автоматика, применяемая на детских игрушках-самосвалах, подчиняясь программе, вела эти неказистые сооружения на тот самый путь, по которому следовали транспорты со снарядами.
Полноценная боевая машина, возможно, обнаружила бы эти самоделки своими чуткими приборами, но грузовозы оборудовались не столь изысканно.
Первый подрыв произошёл только в полдень второго дня войны. А потом они случались время от времени. Танки-минёры немедленно протралили широкую полосу и, пару часов доставка боеприпасов проходила без происшествий. Однако, кто же знал, что мины ползают? Вот прямо перед колонной прошёл разминировщик, а следующая за ним второй машина взлетела на воздух.
В это время в трёх километрах от места событий группа товарищей выпускала в неблизкий путь очередную партию взрывучих лыж. Барражирующий над густыми кронами беспилотник так ничего и не обнаружил сквозь засыпанный землёй навес. Его внимание привлекли отклики из другого места — оттуда шёл явно более отчётливый сигнал. Это мешок с пустыми жестянками раскачивался на длинной верёвке над самой землёй. В густом переплетении ветвей чётко идентифицировать цель было невозможно, но накрыть её дюжиной снарядов сочли необходимым.
Группа, посланная для осмотра и, возможно, зачистки, нарвалась на мины и отошла, после чего артиллерийскую обработку подозрительного участка провели с повышенным усердием.
Современная война, в которой сражается автоматика, а гибнут живые люди, продолжалась.

***


 все сообщения
LookDreamДата: Среда, 20.02.2013, 19:55 | Сообщение # 309
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Для начала тема ранения в попку мало раскрыта)

А потом о грустном, тяжело идет война, бедный ее помощник так жалко что помер. Интересно от чего.
Колобок умеет разговаривать матом, удивительно способный юноша.
Дара хоть и оказывает помощь но кажется слишком раненной, когда уже ее кто нибудь хорошо подлечит, прям сил нет переживать за ее мутнеющее сознание.


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Четверг, 21.02.2013, 07:23 | Сообщение # 310
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
когда уже ее кто нибудь хорошо подлечит, прям сил нет переживать за ее мутнеющее сознание.

LookDream, спецом для тебя микропродка)))

***

- Ни-за-что!!!
В худой перепуганной девчонке, забившейся в угол между стойками с непонятной аппаратурой, никто из знакомых сейчас не признал бы Дару – хладнокровного снайпера с немалым личным счетом, и воина, не раз смотревшего в лицо смерти. Сама она прекрасно понимала, как выглядит со стороны, например в глазах медсестры, в нерешительности замершей напротив. В усталых глазах женщиныотчетливо читалось жгучее желание вытащить строптивицу из убежища и от души отшлепать по мягкому месту, будь оно хоть десять раз пострадавшее.
Но ни Дара, ни медсестра ничего не могли поделать. Дара просто тряслась от животного ужаса всеми своими обнаженными прелестями под стерильной «бумазейной» распашонкой, отчего не могла сделать ни шагу в сторону операционного стола. А все из-за «фиксаторов» для рук и ног, красовавшихся на углах узкой металлической койки. Очень уж не вовремя вылезла память о казалось бы забытом «приключении» в далёком солнечном городе. Девушка понимала, что ведет себя глупо, но физически не могла переступить через вдруг охвативший душу иррациональный ужас.
Медсестра же была «чистая» и, согласно инструкции, не имела права прикасаться ни к чему, кроме стерильного инструмента. Поэтому она ничего не могла поделать, и расправа пока откладывалась. Надо было искать не силовые пути решения.
- Девочка, да не волнуйся, все будет хорошо. Не надо доктора задерживать, у него и так сегодня много работы. Да ты и глазом моргнуть не успеешь, как все кончится. А потом можно будет пойти в палату и поспать. Правда, – проникновенный и, казалось, мягкий на ощупь голос прокрадывался в самую душу, но просто так сдаваться Дара не собиралась:
- Ага. А пристежки зачем? Только залезь, и мигом начнете ковырять без всякого наркоза: «Хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается!» - брякнула она логическое объяснение собственному страху, первое пришедшее на ум. И, судя по тому, как грозно сошлись у переносицы брови медсестры, угадала:
- Немедленно прекратить истерику и марш на стол!
Оставалось только помотать головой и, выставив перед собой на манер когтей пальцы с обломанными ногтями, забиться поглубже в спасительную щель.
- Та-а-к… - гневное рычание медсестры перешло в змеиное шипение. – Тогда – марш отсюда! В самый конец очереди! Нечего своими дурацкими глупостями у других время отнимать! Это сейчас ты потому такая бодрая, что доброхоты тебя промедолом из аптечек нашуровали до синих зайчиков, а как отпустит – сама приползешь!
Логичная бесчеловечность такого предложения пробрала до печенок, но преодолеть ужас Дара так и не смогла. Оставалось только стиснуть зубы, чтоб не расплакаться, и мотать головой из стороны в сторону, дескать – «не выйду, и все!»
- Сестра! – В новом голосе прозвучало столько властности, что сердце выбралось из пяток, чтобы посмотреть, кто это такой грозный пришел, а потом забилось еще глубже. Хотя щупленький хирург с красными глазами (остального под синим балахоном и повязкой толком не различишь), не особо впечатлял. Тем не менее, громадная сестра из грозного пещерного медведя мгновенно превратилась в послушную моську и на задних лапках попрыгала жаловаться начальству.
- Виктор Иванович! Она боли боится, не знаю, что и делать.
- Если не знаете, что делать с пациентами, то идите подальше из операционной. В прозекторскую. Там вам никто возражать не будет, – «прибил к полу» медсестру хирург и, повернувшись к Даре, произнес совсем другим, усталым голосом: - Вот что, девочка, ты действительно права – обезболивающее нужнее другим раненым, да и время дорогого стоит, но давай с тобой договоримся – я приложу немного больше усилий, зато сделаю косметические швы. Так что потом ничего особенного на твоей пострадавшей шкурке видно не будет. Шрамы пусть мужиков украшают, а нам не надоть. Согласна? Вот и молодец – не будем терять времени.
Оставалось только кивнуть и, прикусив губу, выбираться из «убежища», да топать в сторону чертова стола. Поверхность неприятно холодила тело через тонкую распашонку.
- Сестра! Машу вать, - прозвучал грозный рык, и Дара тут же оказалась намертво пристегнута к этому пыточному приспособлению. Вот теперь точно все пути отрезаны.
- Ну что ж приступим.
- Ы-ы-ы!
- Ну не стоит так волноваться. Это ведь совсем не больно. Когда будет больно – я скажу. Сестра, где лоток? Да не туда, сюда его!
«Б-зынь!»
- Ы-ыыыыыы!!!
«Бд-зынь–бзынь»
- И это еще цветочки! Кстати, милочка, какие у вас планы на сегодняшний вечер? А? Деточка, не дергайся и не думай лишнего, меня отнюдь не твои мослы интересуют… - и уже другим тоном. – Сестра! Нахр-рена нам прогрызенный стол или пациентка без зубов? Капку!
- А не пошел бы ты полем, лесом и потом в трамвайчике, - и, уже Даре: - Солнышко, разожми зубки, моя хорошая, тебе с этим будет удобнее… Вот и молодец! Вот и лапушка.
- Так, а вот сейчас будет немножко больно.
-Хр-рррр!!!
«Стук!»
- На чем мы там, голубушка, остановились? На планах на вечер?
- Я вообще-то замужем, яхонтовый… - голос сестры спокойный и насмешливый. Видно, не впервой им так препираться.
- И когда это мешало?
- М-мммм…
- Ну а ты, деточка? Сладкое любишь? А может солененькое?
- Хррр.
- Не любишь, значит! Вот незадача, а у меня банка меда пропадает, не знаю, куда и девать. Сестра! Протирайте уже! Ни хрена же не вижу! Воо! Да ты просто красавица, деточка. Да еще и счастливица.
- Поч-чему?
- Зачем капкой плеваться? У нас другой нет! Ну как же! Самое твое сокровище зашивать не придется. Жених опять-таки не расстроится. Есть же он у нас где-то, а?
- Док-кторррр!
- Сорок лет уже доктор, а такой симпатичной ммм филейной части не довелось еще лицезреть.
- У-ууууу!
- Ну не реви, я ж как ценитель, деточка, а не потребитель. Художник в душе, знаешь ли. Ага… И здесь тоже. Эх, красота! Как новенькая будешь!

***


 все сообщения
LookDreamДата: Четверг, 21.02.2013, 11:28 | Сообщение # 311
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
)) очень весело, но я свою героиньку к этим живодерам не пущу, на фиг на фиг


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Пятница, 22.02.2013, 00:02 | Сообщение # 312
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
LookDream, конечно не надо))))

Ну и всё - выкладываю остатки последней главы Снайпера.

- Ну не реви, я ж как ценитель, деточка, а не потребитель. Художник в душе, знаешь ли. Ага… И здесь тоже. Эх, красота! Как новенькая будешь!

***

Спать в палате пришлось на животе. Хотя и «спать» и «палата» - одни названия. Последняя представляла собой двадцатиместную брезентовую палатку с двумя рядами складных коек, поставленных вдоль скатов. Довольно просторненько, хотя можно уже заранее представить, в какой ад превратится это место, когда пойдет настоящий поток раненых. Пока же тут даже сортировали, правда, без разбора пола, а по типу ранений, и в их «палате» собрались сплошь обезноженные.
Дара, наверно, была единственной, кто добирался до койки самостоятельно. Ничего не поделаешь – носилки положены только тем, кто действительно не может ходить, а все прочие извольте топать, пусть и на трясущихся ногах с подгибающимися коленками. Остальные же ковыляли на костылях или лежали тихонько, задрав к небу конечности.
Оживляж, вызванный её появлением, прошел мимо сознания - сил хватило только пристроить рядом с кроватью возвращённую на выходе из операционной винтовку - остальные вещи ей пока не вернули. Вот и пришлось ковылять в бахилах, да новой распашонке, выданной вместо старой – разрезанной пониже спины и заляпанной кровью. Улегшись на живот, закрыла глаза, стараясь скорее заснуть, пока еще не полностью закончилось действие обезболивающего.
План удался ровно наполовину. Сначала спать мешали свежие швы, ноющие в паре десятков мест на заднице и ногах, да вскрики соседей, у которых наркоз уже отошел. Потом, едва провалилась в сон, как стало понятно – лучше б не засыпала. Всепоглощающая жажда пронизывала всё её существо. Но, увы, теперь не удавалось, наоборот, проснуться и попросить избавить её от страданий. Или, хотя бы, добить из жалости.
- Пей! – смутно знакомый голос вырвал из уже ставшего привычным кошмара, но в данный момент Дару интересовала только божественная влага, замершая прямо под носом, в считанных миллиметрах от пересохших губ.
Не выдержав, девушка, забыв про все манеры, просто сунула лицо в широкую чашку, в один момент всосала в себя все её содержимое, да еще и вылизала стенки языком, старясь подобрать последние капли.
- Еще! – собственный хрипящий голос было не узнать.
Зато, неспешно, из-за необходимости опираться на костыль, удаляющаяся мускулистая спина, с повязкой на левом плече, оказалась очень даже знакома. Тело само, разом забыв про боль и немощь, повернулось набок, а патрон неслышно скользнул в ствол.
- Стреляй уж, чего тянуть. – Спокойно сказал Бероев, не оборачиваясь и продолжая набирать в чашку воду из бачка, подвешенного на стойку палатки.
- Ты у нас в плену? – поинтересовалась Дара, держа винтовку у бедра – с такого расстояния все равно не промахнуться, а изменить направление проще, если Вадим попробует отпрыгнуть.
- Нет.
- Работаешь под прикрытием?
Бероев плавно развернулся и, как-то застенчиво улыбнувшись, развел руки в стороны.
- Так уж получилось, что федералы и ассамблейцы в этой войне оказались на одной стороне… Извини, что разочаровал.
- Да свой он, свой, не сумлевайся, - пробурчали с соседней койки, - и госпиталь этот – федералов. Сама посуди, откуда у нас такая роскошь?
- Набрали блин, детишек, все им черно-белое, везде сразу шпионы мерещатся - недовольно раздалось из другого края палатки, - только спать мешают своими малышовыми разборками.
- Занимайтесь любовью, а не войной! – пискнул из противоположного угла невесть откуда взявшийся там пацифист.
- Цыц! – рявкнули на него хором.
- Нашел что подсказать, ирод, тогда точно никому спанья не будет, – снова пробурчал сосед.
- Держи, - дохромавший до Дары Бероев сунул в руки чашку и приземлился на соседнюю койку. Пришлось винтовку положить рядом и заняться борьбой с обезвоживанием.
С сожалением отложив пустую (и вылизанную) чашку, поймала нескромный взгляд Вадима, направленный за слишком широкий ворот распашонки. Похоже совет пацифиста пришелся ему по душе. Решительно поставила его «лицом к стене», а остальных шепотом попросила накрыться (никто правда не пошевелился, спят типа, ага) и, не раздумывая, полезла в обнаружившийся рядом с кроватью рюкзак за вещами. Штаны, впрочем, надевать посчитала лишним, тем более с дырками на заднице. А вот пятнистая футболка и старая родная камуфляжная куртка ее здорово порадовали - в палатке было не особо жарко.
Чем прикрыть низ решила просто – пролезла в ворот рубашки до пояса (на слонов их, что ли, рассчитывают?) и прихватила оставшуюся часть ремнём, выдернутым из штанов – получилась этакая тонкая юбка до пяток. Не сползает – и ладно.
- Тогда с кем же мы воюем? – поинтересовалась Дара. Очень своевременная, надо сказать, мысль – и двух дней не прошло.
- Десант… - Бероев перевел тоскливый взгляд на брезентовую стену, и стало понятно, насколько ему сейчас хреново. Не физически. Душа - она посильнее переломанной ноги болеть может. - Десант, разумеется, не мог начать высадку без ведома федеральных властей.
- Нихренасе! А ведь мы их даже побили… - и немного смутившись собственного хвастовства, продолжила: - Поначалу. А потом они нас как котят гоняли… - и почему-то разозлившись: – А ты, вояка, много положил?
Вадим отвел виноватые глаза, и Даре стало так стыдно, что от полыхнувших ушей непонятно как не задымилась подушка. Нашла, о чем спрашивать! Дура!
- Я даже ни разу не выстрелил… Сопровождали колонну с беженцами из Ново-Плесецка, сидел в кузове возле заднего борта, когда водитель шедшей следом машины не удержал дистанцию, и вот…- Бероев задумчиво потрогал затянутый тканью бочонок ниже колена. - Прикинь, тут до сих пор пользуются аппаратами Илизарова. Ладно, хоть не гипсуют, – с наигранной бодростью добавил он.
- Ага. Хорошо хоть мне задницу дезинфицировали не кипящим маслом, – в тон ему вспомнила излюбленный прием средневековых хирургов Дара, - хотя ощущения были малоотличимые.
Сдержано похихикали, стараясь не разбудить остальных.
- Слушай, а может выйдешь за меня… Ну, замуж в смысле? – вдруг с посерьезневшими глазами поинтересовался Бероев. - Ну раз мы теперь вроде как оба сепаратисты…
Дара выколупала из пяток ухнувшее туда сердце и постаралась ответить с максимальной серьёзностью.
- Вадим, ты мне тоже нравишься.
- Только нравлюсь? – хмыкнул он.
- А тебе мало?
- Ага!
Вот вся же раненная, а туда же. Чуть не попросила доказать. Отвела взгляд от его обветренных губ. Еле удалось продолжить деловым тоном:
- Давай подождем до конца войны, а? Каким бы он ни был.
- Давай… А ты многих завалила, милая? – нет, ну каков нахал, а? Зато от этого слова даже ноги как-то… потеплели.
- Троих. А потом только зигзагом бегала. Пока не отбегалась.
- Ну, я всегда знал, что ты круче меня, - поспешил «подлизаться» Вадим. И добавил теплым голосом, поглаживая большим пальцем её ладонь и запястье, отчего жар от кисти расходился огненными ниточками по всему телу. - Не бери дурного в голову, мы с тобой еще натанцуемся до упаду – медицина пообещала.
- Эх, молодежь, то несутся сломя голову, когда не надо, то собираются жить вечно. – Прокомментировали их решения с соседней койки. – Могли б и пошевелиться, мы б ужо как-нибудь потерпели… черт с ним, со сном.
Дара с Бероевым, который неизвестно как успел перебраться на ее кровать и ухватиться за руку, густо покраснели и отпрянули друг от друга, парень снова оказался на своей койке. Но перешептываться, вспоминая прошедшее и строя планы на будущее, не перестали. Так и болтали, пока Дара не отрубилась посреди фразы.
Остальные отнеслись к этому с молчаливым пониманием.

***

Проснулась Дара от ужаса. Впрочем, не так, от УЖАСА. Пропитанная болью и смертью атмосфера полевого госпиталя и раньше давила страшно, но именно в этот момент чужая смерть показалась неправильной. Хотя можно подумать, что она вообще бывает правильной – смерть.
И вот опять. И снова. И ведь совсем рядом! В тишине спящей палаты, наполненной болью и бормотанием, переносить происходящее стало невыносимо.
- Вадим, - одними губами позвала девушка. Бероев не подвел, моментально открыв глаза без тени сна.
- Вадим, происходит что-то страшное, неправильное, – торопливо, но тихо зашептала она, буквально чувствуя, как также сторожко следом просыпаются остальные. Ох и перепадет ей за поднятую панику! Да по многострадальному филею!
Но тут все несущественные опасения из головы просто вымело – через вход в палатку уверенно и очень быстро, шагнул человек в камуфляже, прикрывая лицо ладонью чтобы не быть ослепленным светом, пусть и неярким, но режущим привыкшие ко тьме глаза. И вроде бы ничего не выдавало в нем чужака, и одежда была как у всех, и кошачья, экономная пластика движений та самая, какую девушка видела у многих охотников, а вот только ни секунды Дара не сомневалась, что перед ней не просто Враг, а сама Смерть. Конкретно её и всех, кто рядом.
Враг стремительно скользнул вбок, освобождая проход для идущих следом, и начал опускать руку, но ни того, ни другого движения закончить не успел. Ударив будто громом в тишине палатки, выстрел из ставшей частью тела винтовки-штатива (Дара ведь забыла, что не извлекла патрон из патронника, а руки, выходит, помнили!) попавший в плечо, закрутил его и бросил под ноги идущим следом.
А Дара имела сомнительно счастье «полюбоваться», как тяжелая оперенная пуля выбивает из спины еще живого человека метровый фонтан разрушенной плоти. Омерзительно! Но вот только шедших следом ни резкая смена ситуации, ни душ из крови, ни рухнувший под ноги товарищ - не смутили. Через упавшего они попросту перешагнули. И разом прянули в сторону, одновременно вскидывая оружие для «работы» - каждый в своем секторе.
И шарахнувшись еще дальше от брошенного Вадимом складного стульчика, невольно выпустили кувыркающуюся через кровать Дару из прицела. Вовремя! А то уже волосы на голове подниматься начали. Заглядывать в направленное на тебя дуло - не самое приятное времяпрепровождение.
В следующий миг на вошедших навалились с разных сторон, а Дара увидела как выглядит вблизи рукопашная. Точнее услышала. Потому, что разобрать что-либо в сплетенном клубке полуголых тел было невозможно. Зато от мокрого хруста ломающихся хрящей и хрипа разбитой гортани к горлу подкатил комок, но сейчас было не до несвоевременной подвижности желудка. Едва закончив кувыркаться под стенкой палатки, девушка увидела, как на том месте, где она раньше стояла, только клочья в разные стороны полетели от ударов автоматных пуль.
Оставалось мысленно перекреститься – по наитию удачно выбранный для выстрела момент, когда входящие заслонили её от остающегося снаружи прикрытия, подарил ей несколько дополнительных секунд жизни. Почему секунд? Да потому, что от входа работают два автоматных ствола, пока еще на звук – по тому самому месту, откуда она стреляла но, еще секунда, - и они перенесут огонь вглубь, благо, что куча-мала возле входа им ничуть не мешает…
Под эти невеселые размышления руки и глаза делали свое дело самостоятельно. Снаружи было темно, а Враги явно пользовались стволами с прибором бесшумной беспламенной стрельбы, но это только в теории все происходит бесшумно и беспламенно, а на расстоянии плевка и огонек виден, и механизм отчетливо лязгает, и вылетающие гильзы звенят. Так что, дождавшись, когда глаза и уши придут к согласию, поймала в прицел тот огонек что справа и взяла на три ладони левее, и настолько же выше.
Если стреляют от бедра, там будет солнечное сплетение, если с колена – центр лба. Вроде правильно рассчитала, но, спуская курок, на всякий случай мысленно взмолилась, чтобы противник не оказался левшой. Но тогда его место было бы слева от входа.
Угадала. Оба ствола как отрезало. Вот и все, пожалуй, второй сейчас меняет позицию, его не видно, и стрелять в темноту бессмысленно - не угадаешь. Зато она как на ладони.
Тут, как чертик из табакерки, рядом появился Вадим с перекошенным и залитым кровью лицом, и ухватив за шкирку, как кутенка, выкинул сквозь тент наружу.
Ну как «сквозь»? В этом месте откуда-то оказалась прорезана немалых размеров дырка, да и «наружу» попало далеко не все, примерно половина, то есть в аккурат до пояса. Но и этого оказалось достаточным, чтобы увидеть недалеко от себя выпученный правый глаз второго стрелка и, словно в замедленном кино, поворачивающийся в её сторону ствол автомата.
В этот удивленный глаз Дара и выстрелила, благо, спасая прицел, вылетала наружу прижимая винтовку к груди как ребенка. Раздалось громкое «Бомм!!», когда пуля на выходе ударилась о каску, но видимо не пробила, потому, что улетела дальше уже вместе с ней. То, что осталось от ставшего теперь пассивным противника, довершило разворот и мягко повалилось на землю грудью вперед.
Только после этого, не забыв облегченно вздохнуть, Дара перевернулась на спину и попыталась разобраться в происходящем. А вокруг разворачивался хаос ночного боя. Кто в кого стрелял и зачем, понять было решительно невозможно. В таком раскладе сохранять лежачее положение - не самая худшая тактика. Тем более, буквально через секунду эта тактика оказалась абсолютно верной в плане стратегическом.
Прямо над головой кто-то повесил ракету, и пришлось закрывать глаза, давая им время приспособиться к смене освещения, пока на локтях и лопатках пыталась отползти от палатки. Но самое главное просто «впечаталось» в сетчатку в момент вспышки – две густых цепи, уверенно приближающиеся «перекатами» от покрытого зелёнкой склона к границе лагеря.
Что ж, долой сомненья и надежды, а вот от выбора нас даже неизбежное не избавит.
- Вот ты какой, оказывается, северный олень… - бормотала Дара, «шаря» оптикой по приближающимся фигуркам. Надо было срочно решать, кому достанется последний заряд из магазина. В прицеле одно за другим сменялись молодые лица, испуганные, злые, сосредоточенные и даже веселые… всякие. Сто семьдесят метров для адаптивной оптики – все равно что на расстоянии вытянутой руки.
Так кто же? Но решение приняли за нее – со стороны спины солидно ударил крупнокалиберный пулемет, хлестанув по только начавшей подниматься первой цепочке, заставив кого-то рухнуть назад, а кого и покатиться сбитой кеглей. Его откуда-то справа поддержал двумя «тяф-тяф» автомат, но смотреть по сторонам некогда - в тот же момент фигурка на левом фланге припала на колено, вскидывая к плечу хорошо узнаваемое «весло».
«Коллега, значится…» - подумала девушка, ловя в перекрестие висок со стекающей каплей пота, - «Хочет пулеметчика снять, или просто целеуказание трассером дать…», и добавила вслух секунду спустя:
- Извини, коллега, - и зажмурилась, пытаясь убрать из глаз увиденную картину.
Руки, оставленные без присмотра, самостоятельно нырнули в левый наплечный карман куртки и вытащили оттуда «блок» из сцепленных в обойму четырех зарядов. Последних. Душа обрадовалась им, как родным, а глаза уже искали новую достойную цель.
Если здесь в цепи был снайпер, то наверняка, или слева, или справа от него – командир. Кто ж в атаке отпустит от себя «длинную руку»?! Так слева, или справа? Слева! Вон он и руку в сторону отставил, привычно дублируя отдаваемую по связи команду. Дурная привычка. Дурные привычки нас убивают… особенно, когда против работает снайпер.
Выстрел подловил здоровяка на попытке встать, из-за этого пуля ударила его в грудь. Есть недостатки у оптики на таком расстоянии, есть. Смешно подпрыгнув (Они что, совсем без бронников? Почему не надели?), тело рухнуло на спину. А Дара просто кожей ощутила внимание к своей персоне. Смертельное.
Но тут со своим «тяф-тяф-тяф» слева вмешался автомат, хлестанув трассерами по начавшему подниматься строю, а с тыла серьезно и солидно забасил крупняк. И черное крыло пронеслось мимо… Только холодом на прощанье обдало. И верно – заждались её уже видать! Столько раз чтоб мимо проносило, сколько сегодня случилось - просто не бывает.
Но тут, ангелом хранителем, а скорее - свирепым псом посреди драки урывающим вожделенную кость, появился Бероев и снова, ухватив Дару за шкирку, поволок ее по кочкам в укрытие. Зря выходит она столько страдала, да старался доктор, занимаясь «косметическим ремонтом»! После такой транспортировки явно потребуется ремонт капитальный.
Впрочем, тут не до жиру. Рухнув за какую-то преграду, подозрительно напоминающую небольшую пирамиду из цинковых гробов (интересно, они хоть пустые или…?), попробовали отдышаться.
- Спасибо, Вадим. Была мечта, чтобы меня всю жизнь на руках носили! – прочувственно сказала девушка, переворачиваясь на живот и сплевывая тягучую слюну.
- Всю жизнь?! – не понял этот тугодум, и просиял. Застенчивая улыбка на перемазанном кровью лице сделала б ему «Оскара» в любом фильме ужасов. Даже жалко разочаровывать ребенка…
- Они без бронников… милый. – И для лучшего понимания махнула рукой в сторону наступающего строя, наблюдая, как с любимого лица слазит счастливая улыбка. – Это разведрота. Хотели взять тихо, в ножи. Не получилось. Но на нас и роты хватит за глаза. Так что жить нам осталось – сколько продержимся. У тебя сколько патронов, любимый?
- Двенадцать, - ответил ставший серьезным парень, отстегнув магазин и нажимая на него сверху большим пальцем, - и один в стволе.
- И у меня три… еще повоюем!
- Повоюем… - ох не нравится ей что-то его настроение, как бы по затылку не двинул, да, прикрыв своей тушкой, не попробовал «спасать»… Но тут напарник наконец нашелся:
- Ну тогда, может, поцелуемся напоследок? – и глаза-то как блестят!
Аж у самой чуть сердце из груди не выпрыгнуло, но этот трепетный орган пришлось зажать в кулак:
- У меня еще три патрона осталось. Так что занимай, сержант, позицию в обороне, - и, бросив оценивающий взгляд на наступающего противника, - что-то там у них не заладилось, залегли что ли? – успеем еще намиловаться.
- Есть! – раздалось в спину. Что ни говори, а привычка к дисциплине - великая вещь.
А Даре надо всё же поторопится.
Итак, кто у нас следующий? Кто тут самый опасный? Пулеметчик? Наверное. Но интуиция не давала нажать на спуск, значит, продолжаем смотреть. А это кто у нас тут такой? В руках что-то из серии «калибром на слона», но явно не гранатометчик, да и второго номера рядом нет… И сумка на левом боку не пойми с чем, - «а поворотись-ка ты, сынку… Вот так, молодец!».
«Черт!» - на спине непонятного бойца четко обозначилась прямоугольная коробочка – рация? Вполне возможно, вояки любят классику. А непонятная дура в руках – ракетница? Авианаводчик?!! Тогда понятно, почему залегла цепь, - с трудом подавив панику, Дара смогла добиться ровного дыхания, и молодой парнишка за двести метров от неё уронил голову на руки. И кто теперь следующий?
В стволе оставался еще один не выпущенный патрон, когда стало ясно, что так и оставшийся неизвестным «хрипатый» голос был совершенно прав – надо жить здесь и сейчас, не стоит считать, что впереди еще бездна времени. Понимание пришло в момент, когда отдалённый свист где-то на краю восприятия превратился в вынимающий душу вой, а потом, пытаясь заслонить собой небо, впереди встали столбы разрывов.
«Ну, ничего себе! Это ж минимум двести сорок миллиметров, а то и все триста двадцать…», - и, отметив места падения – один снаряд лёг между ними и цепью, второй – сзади цепи. - «Недолет! Не зря старалась, выцеливая корректировщика. Но сейчас все равно накроют».
Из-за горизонта опять послышался нарастающий свист. Вот он уже начал переходить в непереносимый вой, это резали воздух стабилизаторы крупнокалиберных реактивных мин.
Притиснутая к земле навалившимся сверху Бероевым, Дара успела подумать: «Бедный Вадим, остался без сладкого…»


 все сообщения
КауриДата: Пятница, 22.02.2013, 00:03 | Сообщение # 313
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Эпилог выложу завтра утром.


 все сообщения
КауриДата: Пятница, 22.02.2013, 13:54 | Сообщение # 314
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Эпилог.

Лес шумел по-весеннему радостно, деревья словно передавали друг другу последние новости, шушукаясь и шепча одним им ведомые тайны. Прогалина в густом березняке уже освещалась высоко взошедшим Гаучо, когда двое мальчишек встрепенулись, поднимаясь из высокой травы, где до этого момента разве что дикий зверь смог бы их учуять.
- Чего так долго? – спросил чернявый долговязый подросток лет четырнагдцати, закидывая на плечо карабин. Второй, двенадцатилетний крепыш с мечтательными голубыми глазами и встрепанной копной темно-каштановых волос, лениво добавил:
- Блин, Матвеев, договаривались с утра выйти, а теперь только тут, возле дома, погулять осталось.
Тот, кого они ждали, продрался, наконец, сквозь кусты, появляясь перед друзьями во всей красе. Ярко рыжая шевелюра, зеленые озорные глаза и довольная улыбка на измазанных чем-то синим губах.
- Заглохните, пацаны! Оторваться надо было от сеструхи. Жучки искал.
- Нашел? – чернявый не забывал чутко прислушиваться, следя за округой. Тут, на Прерии, стоит на секунду расслабиться и…
- Нее.
- Оторвался? – спросил младший.
- Ага! Пришлось полкилометра по реке топать, - показал он на мокрые сапоги, - потом еще долго сидел в вишневнике, следил.
- Это мы заметили, - чернявый презрительно сплюнул. – Небось, пока все кусты не ободрал, не ушел!
- Ты чо, Макс, там медведь приперся, пришлось ноги делать.
Макс ухмыльнулся:
- Ты его за собой что ли привел? – И громко добавил: - Алин, выползай! Хорош прятаться.
Рыжий с досадой обернулся, и увидел, как худенькая фигурка ловко соскользнула с дерева.
- Ну что, пошли? – прозвенел над поляной задорный девичий голосок. – А медведя не было. Я Фагора попросила тебя поторопить, потому что сил уже не было ждать, пока ты там наешься. Вот он и шумнул.
Долговязый Максим с голубоглазым весело рассмеялись, глядя на обиженную рожицу друга, как две капли воды похожую на лицо худенькой девчонки. Даже чужой сразу признал бы в них двойняшек. Правда волосы у нее, в отличие от брата, были не рыжими, а золотистыми, заплетенными в тугую косу, перекинутую на грудь.
- Оружие у всех заряжено? – Макс, как самый старший, первый положил конец веселью. – Вань, - кивнул он голубоглазому крепышу, - ты впереди, я смотрю налево, Алинка – направо. Димас, за тобой задний обзор. Гляди в оба. Пошли?
- Па в курсе, что ты за нами увязалась? - зло прошипел Димка сестре.
- Мы с Федькой только маме сказали, - она показала ему язык, потом кивнула на рюкзак за спиной, - когда он, еще с вечера, помогал мне собираться. Ну и утром послал со мной своего пса, а то, говорит, уж больно горазд ты следы путать.
- Разговорчики! – прошипел Макс. – Из вас разведчики, блин… В следующий раз возьму только Ваньку.
Все сразу замолчали и пошли гуськом, почти не производя шума. Ваня, хоть и младше остальных, а чуть морщился, прислушиваясь поначалу, как за ним идут остальные. Хотя городские, пожалуй, и не увидели бы четыре маленькие тени, быстро продвигающиеся по лесу. Но ему-то слышно все. То ли дело, когда они с мамой идут, даже не идут – бегут. Их и зверь не всегда приметит. А они замечают все-все. И так это весело и спокойно. Даже с папой уже не то.
- Стойте, - шепнул он минуту спустя. Друзья услышали, замерли, почти перестав дышать.
Долго ждать не пришлось, где-то впереди продирался крупный зверь. Может кабан, а может и медведь, не разберешь. Ванька подал знак ждать, а сам, словно танцуя, побежал вперед, ловко и бесшумно запрыгнул по низко опущенной ветке на толстое дерево.
Прислушался к музыке леса, уловил сытое урчание здоровенного кабана. Чувства отца семейства удалось уловить сразу – недоумение, недовольство, досаду. Но вот и он «услышал» Ваньку, и сразу, после краткого удивления, потерял к нему интерес. Затопал в сторону, подгоняя перед собой детишек, похожих на трогательные бочоночки с короткими ножками. Ванька бы за ними наблюдал и дальше, если бы не друзья - ему нравилось следить за животными.
- Вань, ты скоро? – Макс сам уже разобрал, что опасность миновала. Недаром его считают лучшим охотником среди пацанов в посёлке.
- Щас, минуточку.
Ванька подтянулся, сорвал распустившийся цветок с вершины куста, спрыгнул и как-то неожиданно оказался прямо перед Алинкой.
- Это тебе, - пробормотал он, сунув цветок ей в руки, и сразу рванул вперед, на свое место, мимо удивленно поднявшего брови черноволосого друга.
Димка фыркнул, глядя как Алинка вплетает себе цветок в кончик косы, прижимая локтем двустволочку, и тихонько прошептал ей на ухо:
- Жених и невеста!
И тут же заработал злой взгляд обернувшегося Макса.
Дальше шли за Ванькой молча. Всем очень хотелось, чтобы на этот раз поход оказался удачным. Шутка ли – выследить самих Хозяев леса. Но раз Ванька сказал, что нынче они там, в долине, значит правда. Он никогда не ошибается, хотя никто не знает, как ему это удается. С ним и заблудиться невозможно, всегда найдет дорогу, хоть к воде, хоть домой. И любого зверя на расстоянии чует, да еще и не трогает его никто, даже полосатики стороной обходят. Говорят, это ему от мамы передалось.

***

До перевала дошли уже к вечеру, перекусили на ходу сушеным мясом, и сразу двинулись вниз. Предстояло до темноты найти маленькую избушку, где собирались устроить ночевку.
Почти пустые рюкзаки на спинах стали тяжелыми и неподъемными, ноги передвигались с трудом, оружие оттягивало руки, но никто не жаловался, Даже Алинка. Зато, когда впереди показалось низкое неказистое строение на курьих ножках, послышался общий вздох облегчения. Его подхватил ветер, унес куда-то в сторону темнеющих деревьев.
Димка с Алинкой сразу сбегали за водой к озерцу, Ванька набрал хворосту, и, выкопав ямку, занимался костром. Макс колдовал над котелком, нарезая продукты для ужина.
Когда котелок, подвешенный над бездымным пламенем, стал издавать томительно-аппетитные ароматы, все подтянулись к огоньку, приготовив ложки. Ужинали быстро и молча, закусывая толстыми ломтями черного хлеба.
Посуду сразу после еды вычистили песком и золой, а ямку с горящими углями закопали, и отправились спать в домик.
- Варенье поставил? - уже засыпая, спросил Макс.
- Ага, сразу две банки, - Ванька покрутился, устраиваясь поудобнее на своей подстилке.
- Где?
- Там же, где всегда.
- Думаешь, придут?
- Не знаю.
- Тише вы, - шикнул Димка, - дайте уже поспать!
В домишке установилась тишина, только звуки леса стали чуть слышнее, прорываясь сквозь щели меж неплотно пригнанных брёвен. Даже слышалось далекое завывание волка. Да Алинка что-то тихонько бормотала во сне, пока не перевернулась на бочок, уткнувшись лбом в плечо брата.

***

Ванька проснулся первым, поднялся бесшумно, стараясь не разбудить друзей, и на цыпочках подошел к двери, но все же его услышали.
- Куда? – Макс открыл глаза и сразу вскочил одним гибким движением – удивительно бодрый и решительный. – Вместе пойдем, как договорились. Алин, Димка!
- Сколько времени? – недовольно пробурчал рыжий Матвеев, протирая глаза.
- Почти шесть утра, давайте уже! – Ванька нетерпеливо приплясывал на пороге.
- Пить хочется, - это уже Алинка. Пока поднимался брат, она с благодарностью взяла фляжку, протянутую Максом, и с жадностью пила подслащенную чем-то вкусным воду.
Наконец все тихонько выбрались из хижины. До нужного бугорка тут рукой подать.
- Есть! – закричал Ванька, заметив что-то еще издалека.
И действительно, когда все подошли к холмику - обнаружили пустые, словно вылизанные, банки из-под варенья с плотно закрученными крышками.
А сбоку на траве лежали четыре почти одинаковые метлы. И записка на куске коры, выведенная русскими буквами: «Летайте на здоровье! Потом положите на место!»
- Ага, - Ванька уронил руку с запиской и с грустью оглянулся по сторонам, - значит, опять не покажутся, раз подарки оставили.
Любопытная Алинка присела возле крайней метлы и осторожно ткнула в нее пальцем:
- А как на этом летать? Это магия?
- Никакой магии, - рассудил по праву старшего Максим. - Скорее всего, где-то тут запрятан антиграв. А стилизация выполнена просто по приколу... ну, чтобы было похоже на сказки про ведьм.
- А инструкции нет? – жалобно спросил Димка, вслед за остальными поднимая с земли метлу.
- Сами разберемся, - широко улыбнулся Макс. – Не сложнее, чем в прошлый раз! Видишь, сучья развилки торчат спереди — ясно же, что для рук. Где-то тут и органы управления. – Макс оседлал свою метлу, и немножко поковырявшись с рукоятками, вдруг плавно поднялся над землей. И радостно скомандовал: - Бероев! Отставить грусть! Подумаешь: «Не покажутся!». Какие твои годы!
- Слушаюсь, синьор Моретти! - вытянулся в струнку Ванька. - Тогда уж и ты спустись с небес на землю, да покажи нам, как на ней летать.
- Мне покажи! Макс, мне сначала! – нетерпеливо воскликнула Алинка, и вдруг, сложив руки рупором, звонко закричала: - СПА-СИ-БО!

***

Из-под настила клетушки выбралось нечто, более всего напоминающее стог сена – искусственная шерсть из торчащих в разные стороны «хамелионистых» ленточек размывала контуры фигуры, заодно выравнивая температуру с окружающей средой. Не абы какая защита от чутких электронных глаз, но вот человека и зверя обмануть способна вполне.
«Стог» некоторое время смотрел вслед улетевшим детям, затем покачался с пяток на носки - «шерсть» послушно заволновалась и качнула ленточками вверх-вниз, сохраняя видимую неподвижность размазанного силуэта, а потом заглянула под настил.
- Совсем умаялся боец. Вадим, вставай, – прошептал тихий женский голос, пока руки стягивали верхний слой маскировочного комбинезона, - Вставай, милый, проспишь не только завтрак, но и обед.
Облепленная обтягивающим нижним комбинезоном, худенькая, но что называется, «точеная» фигурка от души потянулась, хрустнув суставами, да так и замерла посреди движения от ткнувшегося в шею носа.
- Совсем ты видно его загоняла, Дара… - окатило щёку горячее дыхание в ухо, а цепкие лапки ухватили поперек туловища. Лобастая голова, покрытая короткой шерсткой, от души потерлась сбоку, кольнув шею жесткими усиками. Девушка, а точнее - молодая женщина, закинула левую руку назад, в ответ почесав за ушком мурлыкнувшую от удовольствия «фурь».
- Ёжка? – неуверенно спросила она.
- Ёжка-Ёжка… - лизнули ей в ответ ладонь шершавым языком, - хоть горшком назови, только в печь не ставь.
И собеседница перевернулась на настиле клетки на спину, намекая, что и пузико надо бы почесать. Что и было проделано.
- Ну ты, Ёжка, даешь! Подкралась так, что я и не услышала. Навыка вижу, не потеряла. Что тут делаешь?
- Да вот, после малыша решила форму восстановить. И заглянула по памятным местам…
- И у тебя ребенок? И где он??
- Да по округе с друзьями носится. Он ведь тут каждую кочку знает по рассказам отца, да по записям, вот теперь проверяет. Уже массу нового узнал заодно…
- Надо же, и ты взрослая стала, мать семейства…
- Какие наши годы, - насмешливо фыркнули в ответ, - а вот дети на самом деле - растут.
- Да, растут.- Задумчивый взгляд мазнул по верхушкам деревьев в той стороне, где скрылись сорванцы. – Знаешь, я совсем не чувствую себя повзрослевшей и умудренной.
- Какие наши годы, - повторила собеседница, сворачиваясь мохнатым клубочком на настиле клетушки, - хотя дети уже выросли…
И, неожиданно встрепенувшись, решительно добавила:
- Пора делать следующих! Впрочем, я вижу, вы уже над этим работаете. – И полюбовавшись покрасневшей до корней волос подругой. - Вот теперь я тебе верю. Что, сестра – каждый раз, как в первый? Зато какие детишки получились – счастливая ты!
- Как в первый, – прижав ладони к пламенеющим щекам, Дара прикрыла глаза, вспоминая.


***

- Ну что, никого не забыли? – поинтересовался седой, но отнюдь не старый мужчина у парнишки, возящегося с аппаратурой противодиверсионного комплекса, одновременно обозревая окружающий разгром.
Ночной налет батальона десанта на госпиталь и последующая спешная эвакуация соблюдению идеального порядка не способствовали. Ранее стройные ряды палаток зияли прорехами там, где эвакуирующиеся успели снять их, и кучами рваного брезента и брошенной мебели в местах, где было не до того.
Повсюду виделись следы ночного боя: разбросанные стреляные гильзы и воронки от разрывов гранат, развороченные и выжженные попаданием термобарических зарядов пулеметные гнезда, а то и оставленные прямо на месте смерти трупы.
Ближе к окраине госпитального лагеря красовалось несколько приличного размера воронок. Это уже постарались свои – разлет самодельных реактивных мин большого калибра был приличным. Поспешность, с которой производился залп, тем более не прибавила точности.
Осмотрев в бинокль «оспины» разрывов, испятнавшие склоны соседних высот, седой только сплюнул, оценивая результаты ночного применения «резерва верховного» - между соседними воронками местами было под две сотни метров.
- Зато хоть напугали… - буркнул он себе под нос.
- Чё? – оторвался от вождения из стороны в сторону приемным детектором недослышавший оператор.
- Не «чокай», а работай, давай. Всё что подчинённому надо слышать - доводится до его сведения громко и четко. Остальное бойца не касается. И, сменив гнев на милость: – Напугали мы десант, говорю. Не рискнули они под артобстрелом атаковать, да отошли от греха – честно говоря, я наших криворуких артиллеристов сам теперь боюсь. Не дай бог придется просить их о поддержке … Ну что, есть отметки?
- Чисто практически. Вот только от той кучи идет восходящий поток. Вроде - теплый воздух поднимается, как от дыхания. И сквозь стенки тоже угадывается тень.
- Ты что, думаешь, наши эскулапы кого-то живым в ящик положили?! – удивленно поднял брови Седой, рассматривая гору, образовавшуюся из рухнувшего от близкого попадания мины штабеля гробов.
- Может, привалило кого? – с сомнением ответил парнишка, колдуя над настройками комплекса, в попытке сделать картинку четче, - надо бы вблизи посмотреть.
- Не вопрос. Петр, Федька, Андрей Петрович – прогуляемся.
Поименованные двинулись вперед, разворачиваясь стандартным порядком с командиром и оператором в центре.
- Не, вроде живые. Двигаются… - сосредоточено произнес парнишка, да так и замер с отвисшей челюстью.
Седой быстро переключил канал сканера на себя, глянув «через плечо» на выдаваемую аппаратурой картинку, и тут же прижал датчик вниз, вместе с рукой застывшего столбом оператора:
- Остальную округу давай смотри внимательней, - бросил он, подзатыльником приводя оператора в чувство и разворачивая его на сто восемьдесят градусов. А сам быстро подошёл к неустойчивому развалу из ящиков и заглянул внутрь кучи.
Назад он вынырнул красным как вареный рак и, быстро отойдя, начал выуживать из пачки непослушную последнюю папиросу.
- Кхе. Вот дают, блин. Нашли время, а главное место, – пробурчал он, наконец прикуривая.
- Эт ты зря, - возразил ему Андрей Петрович, спокойно прислоняя к ближайшему гробу верную «десятку». Без спешки достал кисет и обрывок бумаги для самокрутки. - Когда ж еще о детях думать? Война, она ненадолго, а дети - это вечное.

Конец.


 все сообщения
LookDreamДата: Пятница, 22.02.2013, 14:34 | Сообщение # 315
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Хорошо, что я оба куска разом прочла, ишь че выдумали: "Эпилог завтра". Я вам дам завтра! Прочла все разом, что б нервы не портить.
Ну что сказать? Талантливо, можно сказать - гениально) Хороший конец, хотя вот всех поубивали там в лагере - жалко, но что уж жалеть, раз столько хорошего потом расписали, и даже кошечку пригласили на почесон)

Порадовалась за эти плодовитые семейства, хотя Макс был конечно слишком наглым: весь в отца, весь в отца, что уж тут скажешь.
Ну и концовка про их "движения" прикольно)) а меня еще кто-то обвиняет в клубничке... несправедливо)


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 23.02.2013, 01:34 | Сообщение # 316
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
Ну и концовка про их "движения" прикольно)) а меня еще кто-то обвиняет в клубничке... несправедливо)

Да мы никого и никогда... (*побежал читать*) biggrin


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
КауриДата: Суббота, 23.02.2013, 01:40 | Сообщение # 317
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
Хорошо, что я оба куска разом прочла, ишь че выдумали: "Эпилог завтра". Я вам дам завтра! Прочла все разом, что б нервы не портить. Ну что сказать? Талантливо, можно сказать - гениально)

LookDream, неужто от тебя похвалы дождалась??? Ну прям вся я расстаяла. Так и быть провожу тебя до корабля, когда будешь уходить в дальнее плавание!

Цитата (LookDream)
Хороший конец, хотя вот всех поубивали там в лагере - жалко, но что уж жалеть, раз столько хорошего потом расписали, и даже кошечку пригласили на почесон)

И мне жалко((( Сволочи все же, эти окупанты. Ты уж свою героиньку, если чего - лучше в штаб, до него так и не добрались, насколько помню. А в госпиталь - не надо, ни в коем случае. не выживет ведь(((

Цитата (LookDream)
Порадовалась за эти плодовитые семейства, хотя Макс был конечно слишком наглым: весь в отца, весь в отца, что уж тут скажешь.

Хех, на то он и Макс)))) А полное имя - Максимилиан Моретти.

Цитата (LookDream)
Ну и концовка про их "движения" прикольно)) а меня еще кто-то обвиняет в клубничке... несправедливо)

аха, концовкой и меня Ал (а это его чистая заслуга) просто убил - аж смеялась вовсю)) И никто тебя не обвинял, не ври, а еслли и обвинял - было за что! tongue

И вообще - жду очень твою проду!!!! Уж скорей бы!


 все сообщения
МирДмитрийДата: Воскресенье, 24.02.2013, 23:20 | Сообщение # 318
хорунжий
Группа: Джигиты
Сообщений: 300
Награды: 2
Статус: Offline
Поздравляю. Рождение Книги - это СОБЫТИЕ в жизни любого автора. И читателей. Тем более, когда Книга - сильная.
 все сообщения
sovaДата: Понедельник, 25.02.2013, 13:04 | Сообщение # 319
казачка тетя Соня
Группа: Станичники
Сообщений: 254
Награды: 15
Статус: Offline
Цитата (Каури)
Конец.
Праз-Драв-Дряю!!! Новых творческих успехов с поросёнком!


С почтением, Клацк Осетрина Боевитовна
 все сообщения
Форум Дружины » Совместное творчество авторов Дружины » Сергей_Калашников, al1618 и Каури » Снайпер Дара - рабочее название (Правки, вычитка)
Страница 11 из 11«1291011
Поиск:

Главная · Форум Дружины · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA · Д2
Мини-чат
   
200



Литературный сайт Полки книжного червя

Copyright Дружина © 2017