Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
Страница 10 из 11«12891011»
Модератор форума: al1618, Сергей_Калашников 
Форум Дружины » Совместное творчество авторов Дружины » Сергей_Калашников, al1618 и Каури » Снайпер Дара - рабочее название (Правки, вычитка)
Снайпер Дара - рабочее название
LookDreamДата: Вторник, 05.02.2013, 15:33 | Сообщение # 271
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Когда от ребенка пишете вообще получается супер. Деловой Федька вышел молодцом, правильно не доверяет этой хитрой Элен, та еще бяка каляка.

Ежик уже нам встречался со своей то ли сестренкой то ли подружкой. Так что ему доверять можно.
Вообщем продка понравилось, даже что тетка была не такой плохой и рос он не так что бы очень плохо, просто без родственной души. Зато получился цельной натуркой.


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Среда, 06.02.2013, 00:19 | Сообщение # 272
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
Когда от ребенка пишете вообще получается супер. Деловой Федька вышел молодцом,

спасибо-спасибо!

Цитата (LookDream)
Ежик уже нам встречался со своей то ли сестренкой то ли подружкой. Так что ему доверять можно.

ага - точно - вроде, подружка.

Цитата (LookDream)
Вообщем продка понравилось, даже что тетка была не такой плохой и рос он не так что бы очень плохо, просто без родственной души. Зато получился цельной натуркой.

LookDream, четко прям все рассудила)))


 все сообщения
КауриДата: Среда, 06.02.2013, 00:20 | Сообщение # 273
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
***

В широкой ложбине мальчишки быстренько соорудили у крутого склона пирамидку из камней и шагами отмерили дистанции в десять, двадцать и пятьдесят метров. Стреляли по очереди, сначала одиночными. Но потом местный перестал промахиваться и больше подсказывал, чем показывал.
- Отдача для меня великовата, - признался он смущённо.
Так что настреляться Федьке удалось от всей души — он тоже быстро приловчился и под конец лихо крошил камни, разбросанные предыдущими попаданиями — бой у автомата оказался сильный.
С Ёжиком было интересно: он подсказал, как подвесить оружие за спиной, чтобы руки оставались свободными — они как раз грузили в моторку коробки. И порулить дал, и на вопросы отвечал охотно, но не небрежно, как мальчишки в школе, а как будто взрослый взрослому.
Расстались у причала в Белом городе.
До дома отсюда недалеко, и Федька побежал, переживая, что опоздал к назначенному сроку — пока неторопливая моторка допыхтела до Ново-Плесецка, прошла куча времени. А Лена так строго наказала обязательно прийти вовремя…

***

Ворота как всегда, оказались не заперты — с такими собаками никакие замки не нужны. Мангул его узнал, бросился вылизывать лицо. И мальчик радостно засмеялся, обнимая огромную голову.
- Ну хватит! – взмолился он наконец. – А Патри где? Мангул, ну довольно! Где Патри?
Огромный пес словно понял, повел его к террасе, а там…
Патри тоже узнала, лизнула руку, которую протянул к щенкам, подпустила к толстолапым головастым крепышам. И, затаив дыхание, мальчик их осторожно гладил, щекотал нежное пузико, когда малыши переворачивались, радуясь его ласкам. Чесал за крохотными круглыми ушками. Потом спохватился и прошел на кухню. Тут никого не было, зато на столе лежала записка: «Продукты в холодильнике — сготовь, чего хочешь. И не забудь почистить автомат».
Отец с Леной приехали только под вечер. Деловые такие, сосредоточенные и ужасно торопливые:
- Щенка себе выбрал? - на ходу спросил глава семьи. - А то двоих надо срочно отдавать — на них давно желающие имеются.
- Э-а... Вот этого, - Федька сразу указал на особенно полюбившегося ему шустрика, упорно карабкающегося прямо на колени.
- Отлично. Тащи в дом коробки, а потом поедем учиться водить бронетранспортёр — завтра мы с Леной уезжаем в свадебное путешествие к Янтарному морю, а без второго водителя в такую даль отправляться рискованно.
- Так я что, с вами поеду?
- Конечно, - папа недоуменно пожал плечами. - Или у тебя другие планы?
- А собаки?
- Что собаки?
- Собаки с нами?
- Разумеется. И Мангул, и Патри и этот, как ты своего назвал?
- Фагор.
- Вот-вот, Фагор, - кивнул отец. Надень вот на него ошейник, чтобы Лена его по ошибке не отдала, и бегом в машину. Спешить надо, а то светлого времени осталось мало.

Когда уже при свете фар Фёдор загнал бронетранспортёр во двор, думал, сейчас захлебнётся от пота, пробившего его, когда угадывал в слишком узкие для подобной махины ворота.
- Мальчики! Голубцы стынут. Бегом мыть руки и за стол, - вот такими словами встретила их папина жена.
И от этого сделалось тепло, потому что столь категоричное указание касалось и его, и отца, в равной мере.

***

Лагерных вожатых редко собирали всех вместе. Собственно, отдельные группы, или, как их тут называли, отряды, разбросанные по территории в добрый десяток километров в поперечнике, редко сообщались друг с другом и жили каждый своей жизнью. В одних выпекали из глины забавные керамические бутылочки, напоминающие корпуса для миномётных мин - с отверстием в донышке и лепестками около горлышка. В других – строили легкомоторные бипланы, весьма недурственно держащиеся в воздухе. Еще низкие тележки, бодро ползающие без вмешательства человека по своим тележечьим делам. Забавно было наблюдать, как эти забавные самостоятельные роботы уверенно огибают препятствия.
Так вот, совещания эти походили на безумную смесь заседания научно-технического общества, сходку руководителей производств и работу генштаба. На этот раз зацепились за какие-то выливные аппараты, а потом решили послать в Ново-Плесецк один из самолётов, чтобы привезти вентили. Тут Дара и попросилась попутно. Наученная коротким, но содержательным опытом общения с этими трудоголиками, она не стала изобретать никаких особых объяснений возникшему у неё желанию, а заявила прямо – хочет встретиться с парнем.
- А что? Весу в ней чуть, - заметил предводитель летунов. – Давай, малышка, завтра на рассвете приходи. Мне как раз придётся заночевать в городе – так что, вперёд! Успеете намиловаться.
И вот теперь Дара с возникшим неизвестно откуда внутренним трепетом топает через холм по дороге, ведущей в обход дальней от залива части Сити прямиком на западную окраину Белого Города к дому Матвеевых. Вокруг расстилается ровно подстриженная лужайка, намекающая или на поле для гольфа, или на место для занятий конным спортом. Ой! Она же не предупредила Бероева! Чучундра! Совсем одичала!
Достала из футляра визоры и активировала их. Ух, ты! Сообщение! Вадим указал новый адрес, по которому теперь живёт. Вызвала план города – ха! Ей направо. Да тут недалеко.
Неказистая напоминающая вагончик будка на высоких колесах посреди заросшего травой и кустами участка, огороженного трухлявым штакетником, и полосатая майка, которую её парень так любит носить, мелькает у распахнутой настежь покосившейся двери. Вжикает пила.
- Привет! – только и успела сказать, как тут же была по-медвежьи облаплена и обдана смесью запахов сосновых опилок и мужского пота. Потом её чмокнули в макушку и выпустили. – Что, почувствовал себя лишним у Кирилла и Ленки и решил сдымить?
- Нет, они утром с Земли вернулись, в медовый месяц завтра укатят, а я… гнездо вот вью, - этот балбес снова руки к ней тянет.
Захотелось податься вперед, нырнуть в объятия, затащить его внутрь бытовки и… будь, что будет! Дара набрала в грудь воздух и… отступила на шаг, опасаясь собственных порывов.
- А разве тебе не придётся возвращаться на Землю? Или сюда перевели?
Вадим понимающе улыбнулся и неприметным движением снова сократил расстояние между ними:
- Не перевели. Уволился я из рядов. Здесь хочу обосноваться.
От таких слов любая девушка запрыгала бы от счастья. Но Дара-то прекрасно помнит, какой у него приказ, и от какого учреждения. Соврал!
Видимо она так быстро изменилась в лице, что Вадим, потянувшийся к ее волосам, даже руку отдернул:
- Что случилось?
- Дело в том… - остановилась она, не договорив. Ну не сообщать же человеку о том, как она подсмотрела в бумагу, сожженную им там, в лесу.
«Она всё знает, - вдруг сообразил парень. – Ведь Кирилл считает её… считает, что она ведает! Знает что-то, недоступное обычному пониманию».
- Дело в том, - решилась она, - что ты присягу давал. Обещал выполнять приказы. А я… я не в силах тебе в этом помочь. Наоборот, могу помешать.
- Ты что-то знаешь?
Она кивнула:
- То, что было в том пакете?
Снова кивнула, внутренне содрогаясь от желания сдержать рвущиеся наружу слёзы. Голос мог её выдать.
- И ещё что-то?
Вот тут уже никакой мочи сдержаться просто не было. Ткнулась носом в прикрытую полосатой майкой грудь и заревела, чувствуя его попытки успокаивающе погладить её по голове. От каждой словно током било.
Она же не слепая. У неё на глазах местные готовятся к войне. Против кого? На планете, где вся полнота власти принадлежит Представителю Президента, тайные приготовления могут проводиться только с целью противодействия этой самой власти. Той самой, которой её избранник будет верен до конца. И останется ей только молиться, чтобы не встретиться с ним лицом к лицу по разные стороны баррикад.
- Прощаемся, - шмыгнула она носом, наконец отрываясь от него. – Не стоит искать со мною встреч. Ты мне очень нравишься живым.
- Дара, но я не по приказу! Вернее, не только по приказу.
Как хорошо, что он не всё понял. Пусть думает, будто она просто обиделась и когда-нибудь сможет его простить за вынужденный обман.
- Прощай, - повторила она, и, вывернувшись из объятий, мгновенно исчезла.
- Да что же случилось!? – разочарованный и ничего не понимающий Бероев так и остался стоять, изумлённый столь стремительной метаморфозой. Пнул ни в чем не повинную деревяшку, хотел ударить кулаком по стенке бытовки, но сдержался, прислонился к ней пылающим лбом.
Ну и что ему теперь сделать? Что? И кого винить?
Вадим опустился на землю, привалившись спиной к колесу вагончика. Мир снова опустел. И ничего с этим не поделаешь. Оставалось только смотреть сквозь ресницы на заходящее местное светило, и пытаться забыть её глаза, голос, тонкий и ни с чем не сравнимый аромат. Не получалось, хоть плачь! Да и не хотелось, чего уж там!
И тут еще вспомнил, пакет-то ей не вернул, что Киру дали в космопорту. Вот балбес!
Разозлившись, отправил сообщение:
«Связь с объектом потеряна окончательно. Задание провалено».

***

Какое-то время Дара двигалась на автопилоте, не понимая, куда и зачем идёт. Внутри не ощущалось ничего, кроме сосущей пустоты и привычного за многие годы одиночества. Остановилась посреди улицы, осматриваясь ничего не видящими глазами...
- Харощий девющка горько плачет, - ба, да она снова забрела к портовым пакгаузам! - Но Ашот помнит свой долг, и ещё... - возникший, словно из ниоткуда носатый коммерсант секунду помялся, - … тебя полиция ищет. Вот пять рублей, которые заработала, и сорок пять от чистого сердца... извини, у меня больше просто нет с собой. Убегай и прятайся от эти страшный людей.
Получив ласковый толчок в спину, Дара заторопилась в «подсказанном» направлении — ей было всё равно, куда идти. Вернее, всё равно куда, если не к Вадиму, а к Вадиму — нельзя. Поэтому, внутренняя пустота теперь ощущалась душераздирающе. Спустилась к берегу залива и села — тут кругом куча лодок лежит и какие-то ящики. Фонарь на столбе разгоняет сгустившуюся темноту.
Пять рублей — это значит можно вскрыть прощальный дар Егора Олеговича. Полезла в рюкзачок, в то отделение, куда давно не заглядывала. Пусто. На всякий случай перетряхнула всё — нет футляра. Выронить, выложить или забыть его она не могла, оставалось предположить, что кто-нибудь стянул у неё эту вещь.
Попыталась вспомнить, когда видела его в последний раз. Давно. Кажется, ещё до того, как отправилась в тёплый южный город. Ещё на Земле. Потом же была постоянно так занята, что и не вспоминала о подарке наставника. Захотелось расплакаться... у Вадима на груди. Эх-х!

***

Некоторые совсем незначительные события, вполне могут сыграть роль маленького камешка, стронувшего с места лавину, сметающую всё на своём пути. Что уж говорить о слове: сказанном, а тем более, написанном.
Впрочем, немалые силы зашевелились гораздо раньше - еще до того как судьбоносные слова прозвучали, а зов сердца и чувство долга приняли противоположные направления. Потому как есть в мире люди, чья прямая обязанность - предвидеть чужие душевные порывы.
- Что, Фадеич, сбежала от тебя девка? – упитанная аватарка-хомячок грозно встопорщила усы, но в глазах этой мультяшной фигурки мелькали озорные искорки.
- Ну так девку, что кошку, – за хвост не удержишь. К миленку намылилась. Дело оно молодое – как запретишь-то? – виртуальный собеседник предпочитал оставаться в своём собственном облике, или просто его допотопные визоры не позволяли использовать аватары, примитивно транслируя изображение говорящего. Поэтому сейчас на воссозданном электроникой изображении пожилой и еще крепкий мужчина перетаптывался с ноги на ногу и мял в руке кепку. Впрочем, озорные искорки в глубине глаз говорили о том, что и он не так-то прост – всего-навсего сейчас оба собеседника совершили привычный ритуал общения начальника и подчиненного, относясь к собеседнику с полным уважением. Однако, политесы завершены, и начался собственно разговор. Всерьез.
- Девчонка молодец. Да и шустрая опять же… или все же запретить? – уже серьезно поинтересовался Фадеич, хотя в своем решении был полностью уверен и отступаться от него не собирался. Волновало его явно другое: - Специалист ценный, а вот те вагончики, что следом за ней прицеплены… И ведь тут сплеча топором не махнешь. Али как?
Хомячок утвердительно кивнул:
- Дело молодое, говоришь, а как их разговор с парнем пройдет ты себе представляешь? Девочка ведь не дура - глаза и уши имеет, тем более там у вас её все за свою держат – что из этого получится?
- Не дура, это точно. И ничего хорошего из того разговора не получится. Ну и что делать? Я так думаю – пущай сами разбираются, что тут еще можно предпринять? Тем более хвост этот её, с ним-то как?
- Нет, старый хрен, руки умывать мы с тобой, не будем. Такие вещи на самотек спускать нельзя ни в коем случае – от такого невнимания к людям большие беды случаются на ровном месте. А хвост… один великий стратег сказал – «держи друзей рядом с собой, а врагов – еще ближе». Все понял, обеспечишь?
- Не сомневайся, Хома, обеспечу в лучшем виде.
- И без фанатизма там – «стальной рукою в бархатной перчатке», и никак не иначе. Понял? – и, поймав жесткий взгляд в ответ, «хомячок» даже вроде смутился и сбавил обороты. - Ладно, ладно. Извини – заработался. Тут обычно десять раз повторишь, и то поймут не так. Верхнее прикрытие будет, думаю. Даже инициативничать не придётся - сами на нас выйдут и попросят.
- Что, серьезно? – непритворно удивился Фадеич. Но хомячок только замахал лапками в воздухе и, буркнув: «Не бери дурного в голову, а тяжелого в руки», - отключился.

***


 все сообщения
КауриДата: Среда, 06.02.2013, 16:08 | Сообщение # 274
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
***

В сокрушенном состоянии духа Вадим пребывал недолго. Ответ на визоры пришел настолько быстро, что впору было заподозрить, будто написали его заранее, и только дожидались нужного события. Хотя, если посмотреть на содержание – скорее всего, так оно и было: «Прибыть в точку номер двенадцать, время – три с половиной часа, форма номер восемь».
«Форма номер восемь - невесело пробормотал про себя Бероев, - что украли, то и носим», - на душе было погано не столько от распоряжения прибыть куда сказано в состоянии «рейдовой готовности», или как еще говорили, «черепахой», - «все мое ношу с собой». Это как раз вполне понятно. Провалившему задание давалась возможность искупить вину, так сказать, честным трудом. И новая задачка, похоже, должна была быть еще той!
Ну и ладно. Надоели хуже горькой редьки эти шпионские игры. Пусть будет ему тяжело и опасно, но по крайней мере, понятно: где свои, а где чужие.
И тут же замер, будто пыльным мешком стукнутый, когда ехидный голос в голове поинтересовался: «А с чего это ты решил, что твоя цель не Дара?»
Сердце просто оборвалось. Ведь его задачей было установление «позитивного» контакта и теперь, после категорического отказа объекта полноценно сотрудничать, переход к более радикальным способам решения вопросов представлялся более чем вероятным. К тому же в наличии имеется «проштрафившийся» - идеальная кандидатура на роль палача. Очень удобно.
Словом, прибыл Вадим на место сбора в полном душевном раздрае. И присутствие там лично куратора установлению спокойствия никак не способствовало. Даже, кажется, умудрился пропустить приветствие, и только выход начальства из «роли» – брови обычно улыбчивого и веселого «итальянца» недовольно сошлись у переносицы – заставил его вернуться в рабочий режим.
- Так, парень, а ну-ка возвращайся с небес на землю! Времени у нас мало, а понять тебе надо много. Тем более, что в этом деле накосячили уже слишком много для такой ерунды. Тут и я виноват, не учел твоего незнакомства с некоторыми реалиями, и ты – информация, основа нашей работы, если что-то непонятно – надо приложить все усилия для получения новых знаний. В том числе, не стесняясь спрашивать. Ну а про тех, кто эту комбинацию затеял, умолчу – не докладывали они мне своих соображений.
Бероев осторожно кивнул, показывая, что весь внимание.
- Теперь, чтобы привести тебя к пониманию обстановки, придётся все вываливать ворохом и в темпе. Но другого варианта нет… пока ты дров не наломал. – Собеседник отрицательно мотнул головой хозяину кафешки, останавливая порыв подойти. - Первое, никаких претензий к Даре мы не имеем. Нет их также у её нанимателей. С международными армиями у нас вообще довольно тесные отношения, потому что порой гораздо удобнее иметь некоторые дополнительные возможности, формально оставаясь в стороне. Да ты и сам мог это сообразить – когда девчонок из ЧВК готовят вместе с кадровыми военными, тут только табуретка не догадается, что к чему.
- Но…
- Так что сотрудничество с частными формированиями налажено. У них недавно, как раз незадолго до выхода на сцену нашей подопечной, возникли проблемы – пошла утечка. Вещь в общем обычная - их служба внутренней безопасности свой хлеб не даром ест. А тут суетиться им пришлось очень энергично. Да вот только шли они от головы к хвосту, то есть начали поиски «крота» среди руководства. И тут Дара вдруг «ожила». Как только за это «зацепились», сразу и вскрылась вся история с «уходом» её напарницы. Та уже давно работала и нашим, и вашим, а на последней задаче планировала собственное исчезновение. Дара своим поведением ей всё поломала, слишком непонятливая девочка оказалась по части намеков, а попытку прямого её устранения сорвала группа прикрытия. Ну и отстрелялась она на отлично – пришлось Приме уходить по запасному варианту, да еще, прячась от мести местных. Не убереглась.
Бероев впитывал каждое слово как губка. Вот они ответы на все мучавшие его вопросы! Там, откуда не ждал.
- К сожалению, - хмыкнул Моретти, словно прекрасно понимал его состояние, - девочка рванула в бега, когда надо было требовать свой кусок, потому и искали её так судорожно, что торопились прояснить этот вопрос. Но, пока она скрывалась, да пряталась, разобрались и без нее. Так что со стороны заказчиков Дару ждет только гонорар, премия и, думаю, немалая компенсация за всю эту суету.
- А с нашей стороны? Неужели «тирщика» ей простят?
- Никто прощать и не собирался. Вот только доказательств там – ноль.
- Можно подумать, они нужны!
- Представь себе – нужны. Причём – неопровержимые. Если, конечно, ты всерьез собираешься привлекать её к ответу за эту мразь.
- Я? – Растерялся Вадим. - Н-нет, конечно. Но тогда почему мы её искали?
- А потому и искали – слишком «вовремя» тирщика хлопнули. А ведь от него ниточки далеко тянулись. И отнюдь не к ЧВК – к нам. Потому и хотели узнать, кто его убрал так вовремя, едва возникла не только угроза раскрытия – простое подозрение. В случайное совпадение наши аналитики естественно не поверили, но ты как раз его и подтвердил. К тому же искали её больше для того чтобы оценить адекватность. Это «во-вторых». Воды?
Бероев мотнул головой.
- Сам понимаешь, какую опасность может представлять обученный профессионал, а уж после того, что ей удалось пережить… Но и тут обошлось, и то, что я сейчас разговариваю с тобой живым - лучшее тому подтверждение. Вот только не надо так на меня зыркать – вероятность, что вы её найдете, была не то что ноль – отрицательная. - Моретти на секунду замялся. – Правда, поняли это, только ознакомившись с вашими отчётами, - улыбнулся он смущённо. - Но новичкам везет. В кубе, надо сказать.
- Значит, никаких вопросов. А тогда почему…?
- «Потому». Никто приказ вроде того, что содержался у тебя в пакете, в здравом уме не отдаст и, тем более, выполнять не будет. Это только в бульварных романах «постельный шпионаж» распространён, а в реальной жизни места ему практически нет. Не по причинам высокой моральности или чистоплотности, а просто, - тут уж куратор ухмыльнулся от всей души, - что хрен ты чего скроешь от близкой женщины. И обведет она тебя вокруг пальца куда как скорее, чем ты её. В них такие способности природой от рождения заложены. А вот сколько глупостей делают из-за них мужчины – уму не постижимо. Поэтому близкие для каждого разведчика - это святое, и никакие фокусы в этой области недопустимы, слишком дорого обходятся подобные вольности. Это я к тому, что на личном фронте все должно быть очень надежно и предельно ясно.
- Уж яснее некуда, товарищ куратор!
- Отставить упаднические настроения! А если серьезно, то у девочки просто талант попадать из огня да в полымя. На планете сейчас заваривается очень серьезная каша. Компания явно хочет нагнуть под себя всех и всё, не гнушаясь спонсировать сепаратизм, с явным прицелом на организацию беспорядков и визит карателей.
- И мы…?
- Мы – только собираем информацию. И очень аккуратно, потому как всё явно завязано на самый верх. Скажу даже более – устроить на планете кровавую баню заинтересованы не только ребята из Компании. Ты лицом-то не каменей, жизнь действительно пахнет не розами, а наша робота - тем более. И в белых перчатках делать её тоже не выйдет.
- Вы к чему это все мне...?
- А к тому, что б иллюзий не было. Тебе предстоит работать автономно, в самом что ни на есть неприятном качестве. Одним словом – отправишься следом за Дарой. Не перебивать! За личное счастье надо бороться, товарищ сержант. Сейчас тут еще не война, хотя все стороны активно к ней готовятся. Так что поедешь в лагерь к девушке и будешь смотреть во все глаза.
Для всех окружающих – легенда понятная, тем более, что никакая это не легенда. Я очень сильно надеюсь, Вадим, что ты действительно приложишь все усилия, чтобы вам двоим если не стать счастливыми, то хотя бы сберечь и защитить. Можешь считать это приказом.
- Есть!
- Вот так и продолжай. Твоя задача согласована с принимающей, так сказать, стороной. На верхнем уровне.
- Даже так?
- Именно. Поэтому связи у тебя точно не будет, или её станут контролировать. И я тебе советую и приказываю – не стоит недооценивать людей, с которыми будешь работать. Они отнюдь не дураки, хотя в делах обеспечения безопасности звёзд с неба не хватают. Только ведь дилетант своей непредсказуемостью, порой, опаснее любого профессионала. Потому категорический приказ – никаких резких движений, исключительно наблюдение. Что бы ты там ни увидел и ни обнаружил – ничего не предпринимать! Но всё запомнить. Задача – исключительно стратегическая разведка, просто будь рядом с девушкой и держи глаза и уши открытыми. Всё что нужно расскажешь по возвращении. Да-да об этом есть договоренность - как только твое присутствие станет нежелательным, тебя оттуда выставят. Вот такие милые и патриархальные тут правила. Потому очень настаиваю – без героических глупостей. Ничего сверхважного тебе увидеть не дадут, но для общей картины, потом, когда все закончится, будет ценен любой штрих. Всё понял?
Бероев ошарашено помотал головой пытаясь уложить вставшую на дыбы картину мира.
- Ну, тогда дальше сам разберешься. Оружие у тебя никто отбирать не будет, но разрешаю применять его только для защиты девушки. Сам… сам решай вопросы, как сможешь, миссия считай дипломатическая, так что не подведи. Доверие тебе оказано высокое. Все. Время. Вот адрес, там ты должен быть через полчаса. И резервные варианты связи, хотя уверен на все сто, что они не пригодятся. Удачи тебе, сержант!
Проводив взглядом удаляющуюся спину, Вадим решительно тряхнул головой и перешел на рысь – над невероятными раскладами местных реалий думать будем потом, а сейчас надо использовать почти невероятное везение.
Редко кому судьба дает второй шанс.

***

- Солдат, говоришь, отставной. Ну-ну, - начальник детского оздоровительного лагеря с интересом посмотрел на Бероева. - Стало быть понимаешь, что за штука такая — дисциплина. Вона, гляди, парни в тенёчке прохлаждаются, они недавно тут, и ни о каком порядке даже слышать не желают. Так разобъясни ты им, бестолковым, чтобы шли они отседова своей дорогой и видом бездельным людей не раздражали.
Вадим и не ждал тёплого приёма от местных, так что предложенную роль вышибалы принял смиренно и на слова лица начальствующего ответил кивком. А потом пошёл, куда послали.
- Здравствуйте, - начинать любой разговор с этого слова его учили с детства. Вот и сейчас, подойдя к молодым парням, лежащим в тенёчке, он не изменил этому правилу. - А что это вы тут делаете?
Надо же. Молчат. Только двое удостоили его взглядами, а остальные и этим себя не затруднили. Пересчитал тела, исполненные истомы знойного дня — семь оболтусов, одетых по молодёжной моде Земли, демонстрировали полное презрение к чему бы то ни было, кроме собственного внутреннего мира. Некоторое время ушло на попытки сообразить, кто верховодит в этой стае. Увы, никаких очевидных признаков, указывающих на лидера, глаз не приметил. Поэтому выбрал самого крупного и, заломив ему руку за спину, заставил корчащегося от боли парнишку сначала встать на колени, а потом и на ноги. Да так и повел, полунаклонённого и скособоченного, в сторону морского берега, чувствуя, как за спиной заворошились остальные.
Если следовать обычной логике, сейчас толпа просто обязана навалиться на него сзади, чего он, собственно, и добивается.
- Отпусти, гад, сломаешь же руку, - шипела жертва. - Я тебя урою, сволочь, кишки выпущу! - чем страшнее делались угрозы, тем сильнее возрастало удивление Вадима поведением остальных — они шли следом, не приближаясь однако.
Выведя здоровяка к самой воде, отпустил захват. И этот кадр, только что изрыгавший угрозы, отскочил в сторону и замер в нерешительности.
Дразнить сопляка, провоцируя на нападение, почему-то не хотелось. Невелика доблесть отметелить эту прыщеватую глисту.
- Ну ты, кабан, - вдруг загундосил пострадавший, - справился со слабым и теперь радуешься? Чего тебе от меня нужно?
Обернувшись в сторону так и оставшихся стоять поодаль дружков своего собеседника, Вадим вдруг понял — его боятся. Боятся до дрожи в коленях и тяжести в низу живота. Достаточно просто рыкнуть на них или угрожающе топнуть ногой — побегут.
- Я ведь спросил, что вы делаете. И не услышал ответа. А мне ужасно хочется его узнать.
- Так мы обеда ждали, - донёсся голос из толпы.
- Достойное занятие. А что вы собирались делать после обеда?
- Ждать ужина.
- Как я понимаю, никаких других занятий вам тут никто не предложил? - продолжил расспросы Бероев.
- Мы не нанимались ишачить с тяпкой в поле. Пусть работают те, кому нравится горбатиться за тарелку каши.
- Умные, стало быть. Ага. А почему строем не ходите? А ну, в шеренгу становись!
Неохотно, словно демонстрируя свою лень, парни образовали неровную дугу, соревнуясь в том, кто сделает это медленнее остальных. Руки у кого в карманах, у кого — скрещены на груди. А один вообще расставил локти, уперев ладони к себе в бока.
- Так вот, ленивые трусы, сейчас вы повернётесь налево, - это туда, - для наглядности Бероев показал направление, - и пойдёте колонной по одному до тех пор, пока не окажетесь там, откуда пришли. Не оборачивайтесь, отставших я добью, чтобы не мучились.
Нале-во! Шагом марш!
Проводив взглядом уходящую группу... эти засранцы отошли метров на сто и сбились в кучу, что-то обсуждая. Рванул к ним. Они — от него. Сблизившись, замедлил бег, словно гонит стадо, заботясь о том, чтобы подопечные не слишком запыхались. Опять не вышло. Остановились, хватая себя за бока, а когда подошел, заныли:
- Ой, дяденька, не гоните нас. Мы будем работать.
- Поздно. Я получил приказ, и я его выполню. Считайте, что приговор провозглашён, и исполнение грядёт неотвратимо. Впрочем, двигаясь равномерно и прямолинейно вы можете избавиться от необходимости соизмерять свой темп движения с моим. Тогда я только изредка стану посматривать на вас издалека.
На этот раз парни сами построились и пошли. Вдоль берега. В сторону Лесопилки. Проводив глазами цепочку бредущих по обсушке пацанов, Вадим поднялся по береговому откосу до границы зарослей и снова обернулся в сторону своих жертв. Они опять толпились, озирались по сторонам, и никуда не двигались. Но, увидев, что в их сторону смотрят — пошли, куда велено.
- Товарищ командир лагеря, - вернувшись к штабному балагану, отчитался Бероев, - наладил я эту шпану. Однако, прошу разрешения проводить их до места — с местным зверьём...
- Рассказывать ты мне будешь ещё о местном зверье! - рассмеялся начальник. - Саскачеваны за ними присмотрят, вышла уже рейдовая группа. Как раз учебную задачу отработают. Но сухпая не дам. Не отощают за три дня. А ты, стихийный педагог, молодец! Сразу правильный ключик подобрал к юным и таким неокрепшим сердцам. Звать меня станешь Фадеичем, и ещё предстоит тебе преподавать дело рукопашное. Вот Лаврентия даю в провожатые. Будете с ним ходить из отряда в отряд и проводить занятия. Он завсегда дорогу подскажет.

***
- Ой, Марусенька, у подрывников сегодня занятия по рукопашному бою та-акой мальчишечка проводил — упасть, не встать! Представляешь, плечи — во, бицепсы что твои ляжки, а глаза добрые-добрые. Поглядел он на этих задохликов и велел всем разом на него напасть. Ну наши, как обычно, когда на броненосца наваливаются, и сделали: Сенька спереди бросился, вроде как головой в живот боднуть, но отскочил, а остальные бамбулу этого махом единым облепили и придавили к земле. Вылез этот инструктор из-под кучи-малы помятым, но полным азарта, и сразу половину парней попросил в сторонке посидеть, а остальным велел нападать. Попробовал убегать, чтобы группа растянулась, и он бы всех поодиночке уделал. Не вышло. Он уж к толпе и справа, и слева, а они прут на него плечом к плечу и фланги вперёд заворачивают. Ну, как ежели против ужасного волка. В общем, стал он сразу один на один приёмчики разные показывать — тут уж да, ничего не скажешь — мастер. К вечеру все уже языки повываливали от усталости, а инструктор только майкой своей полосатой утрётся, и давай следующий способ демонстрировать, да заставлять парней его отрабатывать.
Жалко только что девочек к занятиям не допустил. Вернее, раздал им кастеты и велел по чурбакам колотить. Это, говорит, реально полезный навык, так что — ставьте удар.
Слушая щебетание девчат, Дара мысленно перебирала в голове пройденные группой темы и вспоминала, кто из курсантов в каких дисциплинах что не вполне твёрдо усвоил. Только на упоминание о полосатой майке среагировала.
- Как звать этого бамбулу? - спросила она, дождавшись паузы в повествовании.
- Меф, - откликнулась Стебель. - Он ещё давеча ГОКовских наладил строем возвращаться на лесопилку. Они, гады такие, поняли, что здесь принято кормить всех без разбору, и принялись на этом обычае спекулировать - вместо того, чтобы делом заняться, прохлаждаться в тени. Так саскачеваны рассказывали, как только эти изгнанники кого из них издали примечали, сразу строились в колонну по одному и даже ногу старались подобрать. Наши для прикола нарочно показывались, чтобы на этот цирк полюбоваться, - раздались смешки. - Жалко, что к нам этот инструктор нескоро пожалует. Говорит, что с подрывниками нужно хорошенько поработать, потому что для диверсанта это очень важная часть подготовки, - мечтательно прижмурившись, Стебелёк пронзительно вздохнула: - Какой душка!
Дара отогнала прочь разные глупые мысли - а то подумала вдруг, как было бы здорово, если бы тут оказался Вадим. Он-то тоже много чему научить бы мог. Уж как-нибудь побольше, чем этот Меф. Где-то он сейчас…

***



 все сообщения
РОМАНДата: Среда, 06.02.2013, 17:04 | Сообщение # 275
Шериф
Группа: Старшина
Сообщений: 6433
Награды: 41
Статус: Offline
Каури, ух какие продки замечательные и разноплановые!

п.273
Цитата (цитата)
- Разумеется. И Мангул, и Патри и этот, как ты своего назвал?

Здесь либо многоточие после "этот", как раздумье, или "и твой, (или тире) как ты его назвал?"

Цитата (цитата)
Когда уже при свете фар Фёдор загнал бронетранспортёр во двор, думал, сейчас захлебнётся от пота, пробившего его, когда угадывал в слишком узкие для подобной махины ворота.

"что" точнее имхо.

Цитата (цитата)
- Да что же случилось!?

?!

-----
Цитата (цитата)
Пять рублей — это значит можно вскрыть прощальный дар Егора Олеговича. Полезла в рюкзачок, в то отделение, куда давно не заглядывала. Пусто. На всякий случай перетряхнула всё — нет футляра.

Вот же ж... sad Так что - так мы и не узнаем?..


Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!
---
Укроп - гораздо лучше, чем конопля!
 все сообщения
КауриДата: Среда, 06.02.2013, 21:08 | Сообщение # 276
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Цитата (РОМАН)
Вот же ж... Так что - так мы и не узнаем?..

читайте "Про Прерию и Кэт" от Лукдримки - и узнаете, что коробочку эта маленькая бяка у Дары украла))))

А вообще - может и узнаем, еще не уверена.


 все сообщения
LookDreamДата: Четверг, 07.02.2013, 01:00 | Сообщение # 277
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Сколько продок! Приятно было почитать.
Какой интересный там однако лагерь. Похожий на описаный в "аборигенах". Там (точнее не там но в похожем месте) тоже отлынивать пытались но обошлось даже жесче, покусали их будь здоров.

Моретти показ себя великодушным и правильным командиром, но ему нас не обмануть)) знаем мы какой он нахалюга.

Вадим всеми силами работает молодец, может переживет войну будущую)

Разговор с непонятным хомячком насторожил, этот хомячок из теней или это пришлый совсем новый хомячок?


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
Сергей_КалашниковДата: Четверг, 07.02.2013, 01:13 | Сообщение # 278
Зануда. Незлой
Группа: Авторы
Сообщений: 1867
Награды: 10
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
Какой интересный там однако лагерь. Похожий на описаный в "аборигенах"
Тот самый и есть. Только не проездом, а если чуток задержаться.


Зануда. Незлой
 все сообщения
КауриДата: Четверг, 07.02.2013, 06:15 | Сообщение # 279
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
***

Любые хождения под открытым небом с наступлением темноты прекращаются — это тоже один из местных обычаев. Ночные хищники более скрытны, чем дневные, но очень дерзкие и коварные. К тому же они весьма подвижны, так что, если их тут недавно не было — это не значит, что нет и сейчас.
Но для Дары это не имеет значения — она воспринимает многое такое, о чём другие даже не догадываются. А ночь сегодня просто замечательная — так и хочется побегать, как недавно с Медвежонком. Неслышной тенью выскользнула из лагеря и прокралась под сень исполинов, сторожащих границу леса и прерии. Тут, у опушки, ночное светило тянет свои лучи-струны к самой земле, раскладывая по ней причудливые серебристые пятна.
Неведомый ритм подсказывал, как нужно двигаться, ноги сами выбирали место, а тело лёгкими поворотами уклонялось от ветвей. Тяжеловесный интерес крупной кошки, увязавшейся было за ней, угас. Или переключился на что-то другое — не прислушивалась. Круторогие крепкотелые туры не посчитали её опасной — вожак стада просто проводил мрачным взглядом тоненький силуэт и отвернулся: «Ходют тут всякие». Зеркало озерца мелькнуло за стеной камыша и словно попросило не пугать отдыхающих в зарослях уток.
Дара постепенно по широкой дуге обошла группу раскидистых мелколистных деревьев — приближаться к ним не хотелось, потому что кто-то недобрый ощущался в ветвях. А потом она поняла, что не одна тут — около десятка внимательных взглядов то и дело обращаются в её сторону.
Прислушалась — ничего себе!
- Группа! Ко мне! - скомандовала она не громче, чем необходимо. И от травы стали отделяться неясные силуэты, приближаясь к инструктору.
Надо же — её курсанты в полном составе.
- Разве после отбоя не полагается спать? - спросила она ласково, когда собрались все.
- Ты ведь землянка, - ответил Колобок. - В два счёта тут загинешь, если не прикрыть. А нам без инструктора никак, потому как невозможно.
- Или это ты устроила внеплановую проверку навыков маскировки, а, заодно, и бдительности охранения? - недоверчиво протянула Маруся.
- Не берите в голову, ребята, - смутилась Дара. - А лучше доложите, что увидели и услышали по дороге
- Крупный хищник не стал тебя атаковать. Я следы не смотрела, но то ли лев, то ли саблезуб. Потому что не на дереве скрадывал добычу, а таился в траве. Но он сразу ушёл.
- Не понял, почему стадо туров с места не сдвинулось, - встрял Колобок. - Я их на мушке держал, пока остальные просачивались, а они даже не фыркнули в нашу сторону.
- Филин хорька подкарауливал. Тот подкрадывался к спящим уткам, - а это Мелкая сообщила. У которой полицейская мелкашка.
«А ведь, и правда, детишек в эту группу подобрали толковых», - чуть не прослезилась от умиления Дара. И продолжила вслух: - Давайте, выкладывайте всё, что приметили. Для снайпера наблюдательность - важнейшее свойство.
Выложили ей много разного, такого, чего и она не приметила. Но одно сообщение оказалось особенным.
- Бамбула — Меф, ну, инструктор рукопашный, с вечера наблюдал за нашим лагерем, хоть и издалека. Я думал, он Стебелька нашего выглядывает, и не стал шухера поднимать. А как засмеркалось, так ушел обратно - в сторону лагеря подрывников.

Глава 19. Не только снайпер

Все заканчивается. Прошли эти сумасшедшие десять дней и наступил праздник. Дара держала в руках долгожданную посылку, которую ей предал десять минут назад хмурый Фадеич, пытающийся под напускной угрюмостью спрятать улыбку.
- Значит так, мальчики-девочки, самодеятельность на сегодня объявляю закрытой. Будем изучать как профессионалы решают те вопросы, с которыми мы маялись последнее время. - И торжественно вытащила из упаковки… тромбон.
Тот самый который «не музыкальный инструмент», но уж если зазвучит то чертям тошно. Переждала смешки и сама, не сдержавшись, улыбнулась в ответ:
- Ничего удивительного. Единство требований и совпадение условий эксплуатации порождают схожие формы. Но поговорим о содержании. Немного теории, – Дара внимательно осмотрела лица с вожделением рассматривающие новую игрушку, в этот раз несущую не угрозу, а совсем даже наоборот. Отвыкли детишки от подарков. – Где, товарищи курсанты, лучше всего прятать лист?
- В лесу! – хором гаркнула группа и тут же добавила: – Или в корзине для бумаги! – своего инструктора ребята неплохо изучили за прошедшее время.
- Верно. Но, как мы уже убедились, современные системы обнаружения легко выделяют «голос» снайпера из общей картины боя. Делается это просто – с двух разнесенных на определенное расстояние (базу) микрофонов снимается амплитуда и фаза звуковой волны. Это позволяет определить точное направление на источник сигнала. Имея две таких точки съема с известным взаимным расположением датчиков, нет проблемы точно локализовать место выстрела на плоскости. Как называется метод определения положения цели по двум направлениям?
- Метод квадратурной триангуляции! – блеснул знаниями Колобок. Вот это сюрприз! Он оказывается не только сильный.
- А что значит это словосочетание?
- Э-э…?
- Даже если знаете – забудьте! Нечего забивать голову не важными сведениями. А важным тут является принцип, потому что обманывается данная техника абсолютно аналогичным образом. Как по вашему, куда будет указывать пеленг если в микрофон придет сигнал из дух источников?
- Если мощность одинакова, то предполагаемое расположение стрелка окажется на перпендикуляре, проходящем через центр отрезка, соединяющий оба источника! – бодро отрапортовал Воробушек и спрятал голову в плечи, дескать – «это не я такое умное ляпнул!»
- А если мощность разная?
- Сдвинется туда, где громче бахнуло.
- Ну а если сигнал от одного из источников будет еще и слегка повернут по фазе? Смелее, товарищ курсант, первая мысль, она как правило самая правильная.
- Направление станет отличным от перпендикуляра?
- Все верно. Если же сигналов больше двух, то «точка выстрела» будет находится в произвольном месте плоскости, очерченной соединяющей источники ломанной линией. Ну а если ваш противник окажется внутри этой фигуры, то ему можно только посочувствовать – даже приблизительного направления он не узнает. Все это в равной мере относится к любым видам связи, применяемой военными – радио, ультразвуковой, оптической. Правильная подготовка будущего поля боя – залог его успешного завершения. Делается это так…
Насадив гранату на ствол, а потом проводив уносящуюся вдаль черную точку, выдавливающую из себя невесомую паутинку оптоволокна, Дара потрогала оставшееся на стволе колечко приемо-передатчика:
- Дальность полета гранаты до двух с половиной километров. Оставшаяся на стволе часть… – Дара надела следующий «снаряд» и отправила его в противоположную сторону, а затем состыковала колечки вместе, – …служит объединению устройств в систему. Всегда используйте не меньше трех изделий.
Так вот – на указанном трубкой расстоянии, после отделения связного модуля, продолжающая лететь по инерции граната начинает разброс имитаторов выстрела, – девушка показала заранее снятую «шайбу», состоящую из кассет, в которых угадывались цилиндрики крошеных петард, имитирующих и выстрел, и свист пули.
- Когда нажмёте на спуск, передатчик на стволе сообщит командному модулю об этом событии. Пуля еще будет лететь, а назначенные им имитаторы начнут срабатывать для обмана противника. Вопросы?
- А если позицию менять?
- В комплект входит устройство по прокладке оптических линий, аналогичное тому, что в гранате. Снимаете кольца со ствола, надеваете на этот модуль, а вторую его половину крепите на ствол, который, как легко догадаться, и уносите с собой. В принципе, в случае обрыва канала, можно связываться и ультразвуком, и оптикой – дальномер прицела имеет такой режим - и даже по радио. Но насколько это снижает ваши шансы, надеюсь объяснять не надо? Тогда, если все ясно – переходим к практическим занятиям. По окончании обучения получите собственные комплекты. С ними – не расставаться даже во сне.

***

Группа бодро «двигала окорочками» в сторону столовой, успевая на ходу перебрасываться шуточками и впечатлениями. Все же, насколько зависят возможности человека от его духа! Ведь наверняка ухайдакались вусмерть, но окрыленная душа тянет немощное тело ввысь, и зов желудка тут совсем ни причем.
Потому как Дара с трудом переставляла ноги следом за курсантами. А все из-за чертова «главного вопроса». Теперь, когда остальные локальные вопросы решены, и «крайний» выход в поле уже не значил однозначно «последний», эта мозговая зараза приобрела небывалую болезненность.
В переводе с военно-уставного языка на цензурный звучал он приблизительно так – «Нахрена?!». Нахрена вообще нужны снайперы?
Для чего тратить немалые средства, силы, время на подготовку, а в бою расходовать жизни? Совершенно непонятно на какие цели. У командира и так немало забот! Зачем придумывать, куда ему засунуть такую дорогую и строго специализированную «игрушку» как снайпер?
В виду некоторых, хм, особенностей подготовки Дара имела весьма смутные и сильно приблизительный представления о тактике. В основном те элементы, что работали «от нее» - охранение, выход на позицию, доразведка, отход. Задним умом она теперь понимала смысл подобного отношения к её подготовке. Это сделано для того, чтобы новичок пришел на место службы «чистым листом», умеющим то, что положено по специальности, но без «излишеств», вызывающих необходимость выбивать из него навыки и шаблоны, совершенно неадекватные конкретным условиям.
Но вот теперь по ночам приходилось читать зубодробительные и заумные книжки, а потом ворочаться в постели пытаясь прорваться через паутину слов, хватающую крепче «Егозы». И всё с большей безнадегой понимать – они, сочинители этих талмудов, тоже не знали зачем нужен снайпер. И просто скрывали за многословием свою неспособность разобраться в простом вопросе. И собственный «опыт» тут помочь никак не мог.
Для одноразового ликвидатора даже базовая снайперская подготовка – скорее роскошь: с тем же успехом его задачу мог решить пулеметчик, оператор ПТУРС, да хоть артиллерийский или авиа наводчик.
А вот как подготовленного ею специалиста «засунуть в строй» обычного стрелкового подразделения? Впрочем, почему «обычного»? Тут не армия, которой по уставу положено быть готовой выполнить абсолютно любой приказ. Условия будущего конфликта почти наверняка имеют строгие рамки. Но вот только генштаб... как-то не спешит делится планами будущей компании с «вожатой-инструктором» летнего оздоровительного лагеря.
Более менее была представима роль снайпера в составе группы армейского спецназа или, если говорить по простому, – разведчиков. Там он должен был закрывать дырку в средствах поражения между пулеметом и артиллерией прикрытия. То есть от шестисот метров до тысячи двухсот.
Нельзя сказать что с этим не справятся другие штатные средства, но – в малочисленной группе, когда о снабжении по воздуху можно только мечтать и весь боекомплект перевозится на горбу, приходится трястись над каждым граммом. Пулеметчик же на поражение своего коллеги в окопе с семисот метров потратит одну коробочку на семьдесят патронов. И еще не факт что попадет, а не просто напугает, навыписывав «восьмерок» и «дуг», поднимая вокруг мишени земляные столбики близких попаданий.
Снайпер на ту же цель потратит не семьдесят патронов, а шесть. Именно шесть - про «один выстрел – один труп» следует забыть раз и навсегда, это шутка, к реальному бою отношения не имеющая. Тут не до часовых ожиданий в засаде и вычислений с учетом всех факторов, вплоть до притяжения луны. Но весят эти патроны, даже вместе с винтовкой, не сопоставимо с вторым пулеметом и боекомплектом к нему, как впрочем и с «выстрелами» для гранатомета. О ПТУРСах и вовсе скромно помолчим.
Так что снайпер с его винтовкой и сотней патронов сильно экономит вес для чего-то действительно нужного. Жратвы, например, ну или взрывчатки. Потому как есть хочется постоянно, а вот стреляет реальная разведка, в отличие от киношной, обычно только на стрельбищах. Стрельба в поле, это либо наглость (когда просто нет сил отказаться от «вкусной» возможности), или потери, вплоть до полного уничтожения.
Но, на случай ближнего боя, что в составе группы, что в составе батальона или полка, в которые входят разведрота или взвод, у снайпера тоже есть своя роль. Тут, как ни странно, подсказку дала статистика.
Реальные потери противнику наносит вовсе не пехота, она скорее щит или заслон, а вот сбить или повредить этот щит - предназначение артиллерии и авиации. Пехота только довершает дело и закрепляется на новом рубеже. Соответственно и львиная доля потерь, своих и противника, следствие работы артиллеристов и летчиков.
В самой пехоте основной урон противнику наносят опять же «артиллеристы» - гранатометчики АГС (если удастся подловить противника на открытом месте), минометчики (эти еще и окопы могут «прочесать»), а также пулеметчики (в обороне, против наступающего противника пулемет хорош) и… снайперы. Удивительно, но обычный автоматчик практически не имеет шансов попасть в своего коллегу с другой стороны. Выполнение «на отлично» нормативов на стрельбище практически не влияет на эффективность огня, ведущегося под пулями противника.
Статистика со всей непредвзятостью показывала – стрельба на дальние дистанции, которые для автомата оказались «больше двухсот метров» велась в основном не ради поражения, а ради того чтобы «прижать» или «сковать огнем» противника, не дать ему маневрировать и подойти ближе - на то смешное расстояние, с которого автоматный огонь действительно становился эффективным – сто сорок метров. При том, что большинство убитых и раненых автоматным огнем, и вовсе приходилось на рубеж в восемьдесят-девяносто метров!
Да с такого расстояния на Прерии и слепая бабка из двустволки не промажет, что не может не радовать.
Так вот, в общей свалке подобного боя, пока остальные сотнями пережигали патроны на «отсечение» и «подавление», снайпер единственный, кто мог, сохраняя трезвую голову, сознательно выбивать самых опасных – пулеметчиков, коллег, корректировщиков, авианаводчиков, связистов, командиров и прочая, прочая, прочая… Ведя огонь именно на поражение.
То есть с армией все более-менее понятно. Но Дара очень сильно, со всем, так сказать, пылом юношеского максимализма и нерастраченной невинности… м-да. Словом, оставалось только верить, что у тех, кто организовывал будущие события, хватит мозгов, чтобы не делать попыток вступления в открытый бой. Просто потому, что не будет в этом случае никакого боя. И вообще никого не будет. В смысле - в живых. Мечты, мечты, где ваша сладость?!
Но если не так, то как по другому? Вообще то местность идеально подходит для партизан. Континент перегорожен горным хребтом. Низкие горы, скорее бугры, густо поросшие «зеленкой» в которой кишит всяческая не слишком дружелюбная живность. Между высот вьются тропы и тонкие нитки «типа дорог», по которым могут ездить разве что местные сараи на колесах, причем колеса у них больше человеческого роста в диаметре. Впрочем, бронетехника пройдет.
Ага, пройдет. Слева и справа зеленка и высоты. И по воздуху тоже сильно не налетаешься, да и не решение это вопроса. Даже если неприятель сумеет крепко встать на немногие имеющиеся перевалы, то их гарнизоны тоже придется снабжать по воздуху. А на любой бугорок наши запросто поставят зенитный ракетный комплекс, а то и просто крупнокалиберный пулемет. Хе-хе! Например, тот, что припрятан в Йориковке.
Если, скажем, «отодвинуть» зеленку от города и оставить горы любителям экстремального отдыха, запершись в Ново-Плесцке, то вообще незачем воевать. Ведь все нужное – ГОК, некоторые другие добывающие предприятия, немногие сельхозугодья, снабжающие город продукцией, и полудикие «ковбойские» стада, все это в степной части, с другой стороны гор. Войной сыт не будешь, а в наше время, вообще, все вооруженные конфликты - голая экономика. Но эта тема сейчас лишняя. Хотя, можно ведь по морю всё возить. Впрочем, и там дела обстоят не так просто.
Дара аж споткнулась, слишком «зримо» представив себе часы бесконечного ожидания и золотой песок пляжей райского острова, сменяющиеся видом крадущегося вдоль берега конвоя, когда эскадрилья взрывающихся радиоуправляемых катеров (корпус склеенный из фанеры, «V»-образный импульсно-детонационный реактивный двигатель и полторы тонны инертной взрывчатки) выходят в свою первую и последнюю атаку. Ага, маневрируя между столбов воды, поднимаемых снарядами скорострелок или разлетаясь в щепу под ударами.
«Не, ну её нафиг, эту морскую романтику. Пусть о ней думает тот, кто этому учился,. А мы лучше по земле, ножками, ножками, - ехидно прокомментировал получившуюся картину внутренний голос - Тем более вон Стебель, взахлеб рассказывала, как она с дядькой-контрабандистом на миниподводной лодке ходили за тарником». Дара чуть второй раз не споткнулась - до нее потихоньку начали доходить масштабы разворачивающихся событий. Как в пространстве, так и во времени.
Ведь «микро-подлодки» не сегодня появились. И это идеальный способ ведения «тихой войны». Махонькая и бесшумная «Малютка» пройдет куда угодно, поставит мины и так же незаметно исчезнет, или будет месяцами лежать на грунте дожидаясь когда оператору выпадет случай подвести под днище корабля такую же тихоходную, но бесшумную и вообще не обнаружимую «каракатицу». Нет, точно пора заниматься своим делом, у нее в общей картине имеется своё вполне конкретное место, а морской театр - поле непаханое!
Значится, без партизан дело не обойдется. Дара мысленно пририсовала себе ватник, треух, бороду лопатой и хихикнула от получившейся картины. Потом представила себя в хиджабе (это не только платок) – стало не смешно. Дожили.
Исходя из этих предпосылок все становилось гораздо понятнее. Основа партизанского отряда – боевая пятерка. Основа пятерки – командир и его помощник. Единственные кто имеют хоть какое то представление о том, как надо воевать. Можно было бы скопировать у спецназа его «девятки», но у местных жителей не тот уровень подготовки, тут проще будет на задачу две пятерки посылать, чем отработать взаимодействие большой толпой.
А дальше все просто – командир, он же связист, он же водитель техники, пулеметчик, гранатометчик-минометчик-оператор, в зависимости от задачи, снайпер и просто разведчик-автоматчик второй номер для пулемета, миномета или АГС. Если необходимо, то пятерке можно придать сапера, расчет ПТУРСа, зенитного комплекса или любого другого «спеца».
В зависимости от задачи командир сможет комплектовать вооружение группы. Если надо взрывать – все прикрывают минера. Если «тихая» работа, то снайпер идет с бесшумной скорострелкой, если против брони, то пятерка волочет с собой что-то способное прошить противопулевую броню и с двух километров. Тоже самое и по остальным – пулемет может быть и ручным и крупнокалиберным.
Эк, тебя занесло… Ну допустим по другому – если в вооружении пятерок разнобой, то командиру отряда всегда можно подобрать лучше подходящее под задачу отделение. Да и мало кто на задачу пойдет одной пятеркой – а два отделения… Это уже выходит и полноценная снайперская пара, и пулемет совсем не ручной, и что-то противотанковое. Плюс вполне приемлемое звено разведки. Сила.
Теперь бы еще разобраться, куда эту «силищу» собираются приложить. И тянуть с этим дальше нельзя. Ошибка в подготовке обойдется очень дорого, впрочем, попытка выяснения такого вопроса тоже может выйти ей боком. Особенно для непонятно откуда взявшейся и весьма подозрительной «землянки»-инструктора. Надо решаться.
- Группа стой! – Дара с улыбкой посмотрела на вытянувшиеся лица подопечных – до столовки оставалось всего два десятка шагов и желудки уже рычали, реагируя на соблазнительные запахи. – Товарищи курсанты, надеюсь вы запомните мои слова – Если вдруг вам захочется немного славы или просто погеройствовать, то я не надеюсь что вы вспомните сколько сил потратили ваши родители, о таких вещах задумываются только заведя собственных детей, а то и внуков. Но я сильно рассчитываю, что перед тем как рисковать головой, вы вспомните сколько сил и средств отдали совершенно незнакомые вам люди ради того, чтобы сохранить вам жизнь.
Дара под внимательными взглядами вытащила из подсумка «тему» сегодняшнего занятия:
- Например, такой имитатор, которых мы за сегодня расстреляли двенадцать штук, стоит ни много ни мало... – назвав цену девушка полюбовалась выпученными глазами и продолжила: – Да именно столько. За эти деньги можно приобрести пару просто изумительных сапожек в бутике. На Земле. Стоимость всего остального обмундирования и оборудования можете уточнить у старшины. Не ошибусь, сказав, что за все что на вас надето, даже по себестоимости, можно не один раз слетать на ту же Землю «VIP»-классом и еще останется на неплохо пожить с полгодика. Если же брать полную стоимость обучения, то ребятки, она будет сопоставима с обучением в не слишком дорогом Земном ВУЗе, на бакалавра, как минимум.
Это я к тому, что на вас возлагают определенные надежды, но вот только Ваша героическая гибель с выполнением долга ну никак не сочетается. Умереть за своих друзей, родню, идею или страну легко, но долг состоит в том, чтобы не Вы, а ваш противник умирал за свою страну, друзей или идею. А теперь – отправляетесь на прием пищи. Командир первого отделения – командуйте!
Проводив глазами группу (может больше и не свидимся), Дара проглотила слюну и двинулась в противоположном направлении – для предстоящего разговора стоило оставаться голодной и злой.
Так – на всякий случай.

***


 все сообщения
РОМАНДата: Четверг, 07.02.2013, 09:22 | Сообщение # 280
Шериф
Группа: Старшина
Сообщений: 6433
Награды: 41
Статус: Offline
Цитата (Каури)
читайте "Про Прерию и Кэт" от Лукдримки - и узнаете, что коробочку эта маленькая бяка у Дары украла))))

Это уже знаем! )))

Цитата (Каури)
А вообще - может и узнаем

Хорошо бы! А то уж полночь финал близится... smile


Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!
---
Укроп - гораздо лучше, чем конопля!
 все сообщения
LookDreamДата: Четверг, 07.02.2013, 19:11 | Сообщение # 281
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Ну наворотили) а читателям это читать приходится. Я уж расслабилось, думала одолею следующую маленькую продку быстрее чем предыдущую громадину АН НЕТ! Через дебри военно-технических-организиционных вопросов продиралась как через джунгли!.
Благо хоть чтото поняла! Сдерживайтесь товарище творцы вас же читают юные несмышленые девы))


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин

Сообщение отредактировал LookDream - Четверг, 07.02.2013, 19:12
 все сообщения
Сергей_КалашниковДата: Четверг, 07.02.2013, 19:49 | Сообщение # 282
Зануда. Незлой
Группа: Авторы
Сообщений: 1867
Награды: 10
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
Сдерживайтесь товарищи творцы вас же читают юные несмышленые девы

Трудно это. Но, мы попробуем.


Зануда. Незлой
 все сообщения
РОМАНДата: Четверг, 07.02.2013, 22:06 | Сообщение # 283
Шериф
Группа: Старшина
Сообщений: 6433
Награды: 41
Статус: Offline
[off]
Цитата (Сергей_Калашников)
Трудно это. Но, мы попробуем.

А вот не надо Музу стреножить! (имхо)[/off]


Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!
---
Укроп - гораздо лучше, чем конопля!
 все сообщения
КауриДата: Суббота, 09.02.2013, 13:09 | Сообщение # 284
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
***

Фадеич встретил ее недовольной гримасой, не отрываясь от попытки рассмотреть что-то на стоящем на столе листе стекла – древнем проекционном экране, и вовсю барабаня пальцами по столу – визоры он отчего-то не любил, и пользовался ими с неохотой. Подумалось, - «Играется что ли, начальство?», но по таким же древним, времен наверно еще докосмических, очкам бежали строки текста.
- Явилась. Опять луну с неба будешь клянчить? Четвертую по счету. Знаю я все знаю, - «имеющееся вооружение, кроме нескольких образцов, годится не более чем на «второй ствол» или для вооружения второго номера». Будут, но сейчас у нас даже на взрослых стволов не хватает, не то што детишек вооружать.
- Фадеич, да ты думаешь что говоришь? – по змеиному зашипела Дара, сев на своего любимого конька, - да на новый ствол ведь учить надо! И хорошо еще, если не переучивать. Знаю я чем это все кончится – разведешь, старый хрен, лапками, - «нету, воюйте, детишки, с чем есть!», и дальше что? Ты понимаешь, что мало научить бойцов стрелять. Куда важнее чтобы командир знал куда потом правильно применить такого ученого. И если не будет этого понимания то…
- …Бабы новых детишек нарожают! – хмуро парировал начальник лагеря. - По-почтительней бы ты! Мала ещё!
На эту явную провокацию Дара только насмешливо фыркнула, но, отметив для себя что «в каждой шутке есть доля шутки», заодно вспомнила, зачем она собственно пришла. Появилось желание «махнуть хвостом», прикинувшись обиженной, и отложить чреватый неприятными последствиям разговор, но этот душевный позыв был тут же придушен.
- Я вообще-то по делу Фадеич, Мне бы поговорить.
- Ну так говори.
- Ты не понял, мне бы с кем повыше поговорить.
Фадеч сдвинул очки на лоб и, удивленно подняв брови, принялся разглядывать стоящее перед ним чудо. Вроде как впервые увидел.
- Неужели, госпожа инструктор, наконец решила ознакомить генштаб со своей монографией, которую пишет по ночам, вместо того чтоб греть бок парню? Как там – «Роль и задачи снайпера в бандформировании?», а нет ошибся - «в иррегулярных силах самообороны», хотя что пнем по сове, что совой об пень… Излагай!
- Что?
- Ты ж хотела вопросы начальнику генштаба позадавать? Ну так вопросы свои, девка, и излагай – он тебя уже давно внимательно слушает, и разглядывает, хотя было б там на шо глянуть!
- Что так просто?
- А чаво усложнять? – Фадеич щелкнул по торцу экрана переводя его в «двусторонний» режим и на нем появилось:
«Добрый день. Дарья… вы на этого старого пня внимания не обращайте и, действительно, переходите к вопросам – не будем терять времени. Но сначала сам спрошу: – против чего вы так эмоционально протестуете, что вызывает ваши наибольшие опасения?»
- Э-э… – девушку, настроившуюся на долгое убеждение всех встречных дубов поочередно и переламывание бюрократических барьеров, столь быстрое получение «доступа к телу» повергло в растерянность. Это как со всего маху ударится об дверь, в попытке ее выломать, а она возьми да и распахнись… Но надо было собраться:
- Что все затраченные усилия и жизни окажутся напрасными, если командиры отрядов будут придерживаться представлений из серии «охотник на человека», «индивидуальный террор», «одинокий стрелок» и прочей чуши. Действовать – только в составе минимум отделения, во взаимодействии с командиром, разведкой и артиллерией. Всегда четко зная какие задачи необходимо решать в первую, вторую и третью очередь, а не просто «метко стрелять».
«Принимается. К тому же, это и так очевидно. В чем именно вопрос?»
- Общая подготовка на текущий момент завершена. Вопрос в том – к чему готовится дальше?
«На этот вопрос, я вам детально ответить не смогу. По разным причинам. В основном из за того, что «все планы существуют ровно до первого выстрела», а «в общем» - изложенные в вашем труде, предположения актуальны. Особенно то, что касается «горно-лесистой местности». Или появились какие-то новые соображения? Излагайте. И забудем пока обо времени, можете не торопиться. Просто представьте, зачем могут понадобиться снайперы, а ненужное отсеется само»
- Значит права. Тогда тактику надо строить от…. Базироваться отряды будут в населенных пунктах?
«Предположим»
- Это удобнее, чем в лесу, потому что и кушать надо, и запасы соответственно хранить, связь держать, половую активность как-то реализовывать, а делать всё это в лесной берлоге несколько неудобно. А если не в берлоге – то новый поселок вызовет больше вопросов, чем уже имеющийся.
Но на акции надо все же выходить, значит у противника будет проблема обеспечения контроля занятых им населенных пунктов. Можно конечно наставить блокпостов по периметру, засыпав все остальное минами, но на такое не хватит никаких ресурсов – строить периметр вокруг каждого села. К тому же, пройдет месяц, и вся система потеряет эффективность – начнутся контакты, появятся явные и неявные договоренности, местные выучат систему охраны лучше самих охраняющих, да и зверье заколеблет часовых ложными тревогами.
Для противодействия всем этим недостаткам давно применяется тактика «скрытого блокирования района ОВЗЛВК». Это, э-э…
«Я знаю что такое «район особого внимания в зоне локального вооруженного конфликта». Несколько населенных пунктов расположенных друг от друга в одно-двухдневном переходе, горно-лесистая местность изобилующая тысячами тропинок, как человеческих так и звериных. Источники воды. Куча оврагов и пещер. Можно строить тайники и целые опорные районы, можно делать длительные переходы из одного района в другой вообще без риска обнаружения, все друг-друга знают, все родня. Комфортно, повоевал – и домой, к жене под бок, да и капусту время сажать. Но, вернемся к тактике».
- Для скрытого блокирования применяются именно снайперские группы. Четыре человека – командир со станцией доразведки, снайпер как основной способ решения задач, разведчик и связист. Группа автономно, в течении пяти дней – недели, контролирует окрестности населенного пункта, меняя лежки и точки наблюдения. Если кто-то из входящих-выходящих, опознаётся как связник, командир или просто подозреваемый – его данные передаются в центр боевого управления, а оттуда приходит приказ о ликвидации, которую снайпер и выполняет. Остальные, если есть такая возможность, выполняют ликвидацию следов.
«Ну вот, а кто-то говорил, что в наше время нет места индивидуальному террору?»
- Он тут совсем не индивидуальный, а организованный! Расположившийся в центре такой «паутины» специальный отряд в состоянии своими десятью снайперскими группами, разведкой, артиллерией и минометами контролировать три четыре населенных пункта, что в обычном случае потребует значительных сил, а тут – рота по численности.
И достать такую группу, даже в случае обнаружения, практически невозможно. Район перед ними, включая сам поселок, находится в зоне ведения артогня с опорного пункта, а за спиной, на расстоянии короткого рывка – полоса, пристрелянная миномётчиками. Так что, в случае чего, группа просто отойдет, отгородившись огневым валом, и преследование не даст ничего, кроме бесполезных потерь.
«И вы предполагаете, что ваши курсанты предназначены…? »
- Да, для противодействия именно таким группам. Работа станции доразведки, как и наблюдение снайпера, может быть обнаружено контрнаблюдением, благо, для этого даже из дома не надо выходить. И достать прямо из поселка тоже можно – при наличии дальнобойной крупнокалиберной винтовки или возможности применить уже свою артиллерию – с замаскированных позиций вне района.
Если контроль за поселениями будет плотный, то обнаруженные группы можно перехватывать на отходе, или устраивать засады при пересменке – шансов всяко больше, а потери меньше, чем при организации прочесывания. Все в моей группе почему-то в том возрасте, что вызывает по любому меньше подозрений, чем если б в лес отправлялись толпы хмурых мужиков.
Дара перевела дух, мысленно прикинув – сколько из ее курсантов останется в живых, если им придется выполнять описанные ей задачи – один-два, выходит. И торопливо добавила:
- Но я настаиваю, чтобы наш снайпер тоже не выходил из зоны уверенного ведения огня имеющимися средствами!
«Понятно… Но это оборона. Другие мысли есть?»
- В принципе тактика «скрытого блокирования» вполне применима «зеркально», если с противником будет паритет, а такое возможно. Главная их цель – бесперебойная работа ключевых объектов – космопорт, ГОК, порт. Следовательно, большая часть сил будет сосредоточена там. Значит, можно блокировать мобильность противника аналогичными мерами.
Так, чтобы наружу враги наши могли высунуться только в составе колонн, под прикрытием бронетехники. Снайперы тут ни в коем случае не стреляют, а наблюдают и дают целеуказания.
«Одноразовые у нас артиллеристы выходят. В опорном пункте обороны почти наверняка будут контрбатарейные комплексы».
Дара прикусила губу – один выстрел будет обходиться в две-три человеческие жизни. Противобатарейный комплекс способен засечь место выстрела миномета за тридцать километров. Выстрелить минометчики успеют от силы раза два-три.
- Подруливающие мины… Ракеты? – неуверенно предложила она.
«Мы не настолько богаты, девочка, чтобы выдать на каждый ствол снаряды с небаллистической траекторией… Это не говоря уже про внешнее наведение. А реактивные снаряды в наколенном исполнении не обеспечивают нужной точности. Так что альтернативы ствольной артиллерии просто нет, но сильно не переживай. Вот»
Дара присмотрелась к возникшему на экране чертежу и едва сдержалась от внешнего проявления удивления – больше всего это походило на револьвер, но не с барабаном, а с вращающимся блоком стволов. Видела она такого монстра в музее оружия:
«Вот только, если верить чертежу, то… То, что выделено цветом, это не стволы, а магазины… Сверху действительно барабан, он принимает мину и, поворачиваясь опускает ее в ствол. Чтобы мины не «утыкались», каждую уложили в бумажный стакан, который вытесняет из барабана воздушная волна вылетающей мины. Получается – автоматический миномет с дистанционным управлением. Поставить где-нибудь в ямку и… Нет его конечно достанут, вот только стоит это изделие…
Это все равно что неприятель будет палить из линкорного калибра по пулемету. Но на войне далеко не все меряется на деньги – это ж сколько должен весить подобный монстр? Хотя он наверняка разборной – ствол и магазин унесет один человек, барабан и второй магазин – другой. Плита? А нафига ему плита? – опоры труб и так дают нужную площадь. Выходит, для переноски этого монстра нужен расчет человек в семь, Но из них собственно «минометчиков» - двое, собрать игрушку. И эти двое наверняка пойдут налегке охраняя на марше остальных носильщиков.
Дару бросило в жар – в голове всплыло подзабытое «мобилизационный резерв». Обычно он составляет десять процентов от общего числа членов общества. Большую армию просто невозможно даже научить стрелять. А ведь этого элементарно мало, солдату нужно очень много знать, чтобы всего-навсего выжить, и еще больше – чтобы победить. Такого же наученного выживать и побеждать солдата. Остальные – просто массовка для рассеивания огня противника. И бесполезные жертвы.
Но тут, на Прерии, никого учить стрелять не надо! А это значит… значит что появляется «солдат второй линии». Не обученный убивать вооруженного противника в прямом столкновении, не умеющий беспрекословно выполнять любые, то есть совершенно любые приказы, но не менее смертоносный. Ведь развитие оружия уже давно не требует открытых схваток, зато количество «небоевой» работы, которую надо выполнять обычному солдату, выросло в десятки раз. И специализация пошла дальше… разделив тех же солдат на боевых и небоевых?
И мобрезрв, чертов мобрезерв! Ведь современная армия именно с этого начиналась – с горожан, которые могли поставить на стены больше девяноста процентов населения, бросив все хозяйство на немощных и детей. Вооруженный не слишком совершенным, зато простым и массовым оружием, горожанин побивал даже степных кочевников, стаптывавших любые армии – просто потому что мобрезерв скотоводов доходил до сорока и выше процентов.
Вот только такой, ополченческий способ ведения войны ну никак не годился для войн захватнических. Поэтому новое оружие и тактика ушли сначала к наемникам, призванным защищать горожанина, а потом и во все армии мира. Война снова стала уделом профессионалов. Потом был новый круг, и толпы, вооруженные простым и массовым оружием – трехлинейкой, заваливали своими трупами пулеметы и заграждения из колючей проволоки.
В конце прошлого века и начале этого, история сделала новый виток – развитие высокоточного оружия и развитие средств, на порядки повышающих точность оружия обычного, практически исключили из войны простого пехотинца. Он стал не больше чем мишенью и графой в табеле «расходные материалы». Война сделалась уделом элитного профессионала или уж совсем оголтелого фанатика, готового жертвовать жизнью без надежды даже на достижение цели.
И вот, похоже, история пошла на новый круг. Снова массовая армия, ставящая в строй всех от мала до велика. Но только нового оружия-то как раз нигде не наблюдается? - Дара хлопнула себя по лбу – нельзя же так верить написанному! Отнюдь не оружие совершенствовалось порождая собой новую тактику.
Это менялось отношение людей к войне, порождая, заодно, и новую тактику и новое оружие. Ведь обе составляющие, это всего лишь «техническое решение», которое обязательно будет найдено в случае настоящей потребности. И за примерами далеко ходить не надо - её собственная специальность появилась почти ровно двести лет назад, когда с рождения не мытые буры - ребята, что называется «от сохи», раз и навсегда отучили «элиту-элит» военного мира того времени – изысканных английских джентльменов - прикуривать втроем от одной спички.
Да и сейчас не надо далеко ходить – вот это чудовище на экране, и многое другое, что довелось увидеть за последнее время. И не стоит крутить носом – первая аркебуза с фитилем и винтовка к которой кое-как присобачили подзорную трубу – они тоже были не намного более совершенны.
Оставалось только почесать в затылке – мало кому приходится наблюдать как на твоих глазах происходит революция вооружений, но как там говорилось в проклятии – «чтоб ты жил в эпоху перемен»? Ведь что же за беда такая намечается, если вопрос встает именно так – «или поставить в строй всех, от детей до стариков или…?», так воюют только с нелюдью. И, поскольку мишеней с альдебаранскими тараканами старшина не выдавал, то следует порассуждать: а не из-за её ли мохнатых знакомцев поднялся такой кипишь?
Покатав эту мысль, Дара тоже отбросила её, как глупую. Понятно что на основании парочки симпатичных мордашек нельзя делать выводы о цивилизации в целом - дети они вообще все умильные. Пока не вырастут. А «государственные интересы» и вовсе могут прикрывать любую гадость, но местные воевать с «Хозяином» готовились бы по другому.
Значит, остается самый очевидный ответ – самая страшная нелюдь, как правило двунога… И опять же в истории есть на то немало параллелей, но никаких вопросов на эту тему задавать не рискнула – не её уровень. Многая знания, многая скорби, авось пронесет.
«Разобрались?», - не выдержал таки таинственный собеседник, Дара кивнула, прочистила горло и продолжила как ни в чем не бывало:
- Основной тактический противник снайперов – разведгруппы противника, он ведь наверняка попытается снять блокаду района. Если, при попытке выйти, спецназ попадает под обстрел, неважно даже с потерями или без – разведка все равно сорвана.
«Разведку можно и воздушным способом забросить. И посадочным. И морем».
- А вот тут мы приходим, пожалуй, к самому вероятному применению снайперов – контролю больших площадей. Снайперские группы способны контролировать ближние и дальние подступы к лагерям, во время рейдов прикрывать фланги отрядов. Развернутые в виде сетей с перекрытием секторов обзора или завес, они должны стрелять только в крайнем случае – наверняка. В основном, корректировать огонь ваших чудовищ, или более традиционного оружия. При этом надо стараться не убивать – необходимость эвакуировать раненых сковывает противника сильней, чем полное уничтожение разведгруппы. Вроде все.
Дара выдохнула и прикрыла ладонями полыхающие уши – все что она наговорила, все выстраданное и выношенное, будучи изреченным казалось горой банальностей и нелепостей. Зачем она так рвалась на этот разговор? Зачем, а главное кому, она собралась советовать?
«Дарья Руслановна - благодарю за очень интересную беседу. Что до Ваших рассуждений, то боюсь, когда в будущем до вас доведут приказ, то в нем вы вряд ли увидите что-то радикально новое. Дальнейший курс подготовки вполне можете планировать исходя из изложенных соображений. Даже, если они не верны – ошибкой это не будет… А какую вы предполагаете тактику применения снайпера непосредственно на поле боя?»
- Уничтожение артиллерийских и авиа наводчиков, снайперов, командиров, работа по целеуказанию командира, контроль поля боя и самостоятельное уничтожение замеченных опасностей или наведение ударов на обнаруженные средства поражения, - под конец этой тирады полыхали не только уши, а сама Дара уже готова была провалиться через горбыль пола.
«Я так понимаю, что тактика поля боя это «не ваше», не переживайте так Дарья Руслановна, хороших тактиков обычно много меньше чем людей пытающихся взглянуть на ситуацию под новым углом… Фадеич – покажи девочке, заслужила…»
Фадеич махнул рукой на боковую дверь – «погляди уж, счас подойду», а выставленная за дверь Дара только успела засечь мелькнувшие на его очках буквы: - «Умная девочка, но будем надеяться, что подобного умника у противника не найдется, а вернее – его никто просто не станет слушать. Иначе будет нам толстый и полный Звизде…»

***

Дара стояла на пороге, внимательно рассматривая новое чудо и не решаясь подойти ближе. Грубо сколоченный деревянный стол, а на нем… вообще-то то, что на нем - было прикрыто какой то простыней, но что это, скажите, за снайпер, если он неспособен разобрать контур, скрывающийся под такой примитивной маскировкой?
- Ты не сумлевайся, сделали всё аккурат по твоим мыслям! – неправильно понял нерешительность девушки подошедший Фадеич и, видя что она не двигается с места, стянул чехол. - Вот! Все как писала «любительские телескопы-рефлекторы, благодаря прямой картинке, стрессоустойчивости и встроенной стабилизации, стандартному сопряжению с видеокамерой высокого разрешения в минимальных требуемых модификациях наиболее подходят для использования в качестве прицелов. Имеющаяся в их комплекте азимутальная телеуправляемая система ориентации мало подходит для астрономических наблюдений. Зато, при создании элементарного модуля сопряжения, легко может быть использована для наведения на цель без присутствия человека. Стандартное программное обеспечение включает систему распознавания объектов, которая запросто дорабатывается для ведения огня в автоматическом режиме. Наиболее желательно приобретение любительских комплексов для наблюдения за метеорами – их можно использовать для поражения беспилотников, авиатехники и ракет без каких либо существенных доработок».
Довольный Фадеич подкрутил усы, сдвинул визоры на лоб и ласково похлопал по «фаре» ставшего прицелом телескопа. Дара прикрыла ладонями снова заполыхавшие уши, но смущение помогло преодолеть нерешительность:
- Фадеич, да что ж вы меня весь день… как кутенка носом в собственную лужу тыкаете? Поняла я уже все! Была неправа.
- Это моя тебе мстя! – хитро улыбнулся старик. - Нашла где свой опус прятать. Кто ж такие вещи на личном планшете держит? А если держит – в сейфе секретной части он лежать должен, когда не в руках, а не под подушкой или в наспинном кармане комка. Ты б его еще на сайте ФСБ вывесила! Вот там бы на него точно никто внимания не обратил. Так что тыкаю залужено - чтоб знала, как от товарищей таится. Ты не представляешь сколько мне потребовалось сил убедить твоих охламонов, чтобы они все свои гениальные идеи не прямо в текст вносили, а тащили ко мне. И сколько бреда я за эту неделю выслушал…
Дара прикусила губу – парочка идей в собственном тексте и ей самой показались несколько необычными при перечитывании, но она всё списала на «сумеречное сознание между явью и сном», а вот оно оказывается как! Фадеич тоже продолжал гнуть линию созвучно мыслям:
- Ты это… узнай, где эти разгильдяи такую забористую траву берут. Мне то они не скажут, а для дела надо – дурь она первое средство для налаживания оперативных контактов с личным составом противника. К-хе.
Начальство примолкло и заинтересованно рассматривало как девушка осторожно трогает изделие. К его удивлению и легкому разочарованию, длинному крупнокалиберному стволу, закрепленному «в противовес» телескопу на общей турели, она практически не уделила внимания. Зато очень внимательно рассматривала кассеты с тромбонами и прочие не слишком понятные ему детали по бокам от ствола или разъем кабеля управления.
Дара же прибывала в легком шоке. Нет, тромбоны постановщика акустических помех были знакомы, радовало только их число и то, что среди уже знакомых были и новые конструкции. Порадовали и уже знакомые «имитаторы выстрела».
Но вот то, что она приняла за пневматическую систему гашения отдачи оказалось не только и не столько ей. «Так-с, если вот это у нас баллон с «металлическим» газом, то он скорее всего с «це-о-два», значит вот это – резонатор, а это все вместе….»
- Ну как тебе винтовка то, – обеспокоенно поинтересовалось начальство, - нравится?
- Винтовка то? – Дара приподняла всю конструкцию со стола, - «Крепкий малыш, а весу всего с пудик. Значит ствол, несмотря на длину и калибр, очень легкий», Открыла магазин и присвистнула, это вам не пороховые пульки - каждый заряд имел свой реактивный двигатель. – Это Фадеич не винтовка, а пушка – для стрельбы по низколетящим бегемотам средней бронированности. Вот только скажи мне честно – небось ствол такой всего один, а зарядов к нему штук пятьдесят, а? Отвечай как на духу – во сколько раз я ошиблась и в какую сторону?
Теперь пришла очередь краснеть старика. Дару аж в сердце кольнуло – он ведь наверняка порадовать хотел, поднять боевой дух, так сказать.
- Втрое ошиблась, - буркнули в ответ, - в меньшую.
- Ну и хрен с ними! – Дара неумело, зато искренне прижалась губами к колючей щеке. - Крепеж все равно универсальный, и поставить можно будет всё, что есть. Самое главное, дорогой ты мой ворчун, совсем в другом. Это не винтовка Фадеич, это станция радиоэлектронной борьбы «поля боя», ну и обеспечения управления на нем же, заодно. Вот эта коробка со щелями снизу – широкополосный постановщик радиопомех, но самое главное – вот эти хрени по бокам – это мощнейшие газодинамические лазеры. Одноразовые. Зато способные превратить в хлам большую часть начинки самой современной разведывательной машины. Точнее начинка может и останется, а вот все внешние датчики гавкнутся.
Дара ловко уклонилась от медвежьих объятий расчувствовавшегося старика, опять чмокнула его в щеку и, подхватив со стола новую игрушку (свой груз не тянет), выпорхнула за дверь со словами, - «перечень замечаний будет завтра утром, полный список переделок – через четыре дня», - очень спешила «порадовать» личный состав тем, что им теперь предстоит осваивать новую специальность – «связист-оператор станции радиоэлектронной борьбы поля боя». Вопрос с ролью и местом снайпера был решен окончательно, и тем, «кому это положено». Что не могло не радовать.
Закрывшаяся дверь не позволила проходящим мимо лицезреть уникальное зрелище – «замерший соляным столбом Фадеич с отвисшей челюстью».

***

- Фадеич! Своих я подготовила — лучше некуда. То, что сама знала или умела — передала без остатку. Тренировки мы тоже провели в полном объёме. Выражаясь спортивным языком — ребята нынче на пике формы. Так что — одно из двух: или нужно проводить комплексные учения с привлечением других подразделений, или пойдёт откат. Детишки ведь! Такая, понимаешь, у них особенность психики — как только нарастание сложности прекращается — наступает спад.
- Детишки, говоришь, старушка ты наша древняя! - ухмыльнулся командир лагеря. - Правда твоя, однако. А только большую бучу нам нынче поднимать никак не можно, потому как военные присматривают за этим местом со спутников. У многих из них сыны и дочки тоже здесь заняты, хм, летним отдыхом, потому и внимательность родительская повышена. Такое вот дело.
Дара покивала, понятно, мол, все. Чему удивляться!?
- Оно бы и ничего, сошло бы за военизированную игру, когда бы в городе всё тихо было. А там нынче сущее безобразие творится. Представляешь — продукты с прилавков пропадают, а цены взлетают до небес. Это тут-то, на Прерии! Волнения в народе, опять же Ассамблея местная воду мутит, про всякие отчисления в пользу местного бюджета требования выставляет. И, представь себе — в это самое время мы тут маневры устроим! Никак нельзя нам активность показывать.
- Что же делать? Явно ведь перегорят мои воспитанники... так, слушай, Фадеич! А давай-ка мы выдвигаться начнём в сторону предполагаемого места будущих событий с разучиванием элементов скрытности и отработкой боевых задач на незнакомых ладшафтах.
- Эк ты мудрёно высказалась! Сразу видать учёную даму. То есть в поход-с пойтить желаете. Ну-ну. Тут ведь пара тысяч километров, если по карте линейкой померить. А ногами по земле не менее чем вдвое получается. И ребятишкам твоим на себе немалый груз нести придется. Сколь же это вы таким манером выдвигаться собираетесь? А как понадобитесь срочно? Где тогда мы вас станем разыскивать?
- Да мы…
- Хотя сама по себе мысль пользительная. Лавруха! Подь сюды! Погуторь тут с инструктором о том, как детишкам ейным пешеходную экскурсию организовать отседова и до Ново-Плесецка. Тока-ж, гляди, чтобы не в дебрях дремучих, а вдоль дороги гуляли.

Глава 20. До свиданья, короткий привал.

Поднялись заполночь. Собранные с вечера рюкзаки и остальную амуницию неторопливо и обстоятельно навьючили на себя. Традиционно попрыгали, и пошли, скользя бесшумными тенями. Дара вывела группу к холмам, вдоль гряды которых и проследовали до кромки аэродромного поля. Тут уже прогревали моторы похожие на небесный тихоход скромные работящие бипланы.
Короткая суета погрузки — по двое в фюзеляж за пилотом в удлинённой кабине и еще двое в люльки, установленные на нижнем крыле.
- Санитарный вариант заодно обкатаем, - улыбнулся юный пилот. Показалось, что он с трудом удержался от ехидной ухмылки, но сохранил приличествующую положению серьёзность. - Да не сумлевайтесь, испытали ужо. Но и ваше мнение лишним не будет.
Короткое соперничество между курсантами, за право занять места в крыльевых капсулах, было прекращено Дарой — она указала, куда кому лезть. Синхронный взлёт тройки крылатых машин. Встающий из-за горизонта Гаучо, похожий на рыжий апельсин, приветствующий путников не горячими ещё утренними лучами. Проход на бреющем над просыпающейся прерией, перелёт через реку Белую, величественную и неторопливую, собравшую воды примерно с четверти площади материка.
Два часа пути и посадка на площадку, вся подготовка которой свелась к срыванию бугров и засыпанию ямок. Это не для снайперов испытание, а для пилотов. Ничего так, нормально плюхнулись. Без жертв. Две пары колёс справились с весом несколько перегруженных самолётов — даже не потрясло как следует. Теперь высадка, навьючивание и, пока не навалилась дневная жара, энергичный переход на восток — тут накатанная дорога ведёт через неплотные степные рощицы. Прямо по полосе утрамбованной колёсами травы и сделали десяточку до крошечного хутора, где дожидался их просторный овин, пустующий в это время.
Тут же две фляги с колодезной водой и кастрюля густого местного варева. Да уж, понимает Леонтий, что требуется усталым путникам — всё замечательно организовал. По завершении днёвки начнётся самая сложная часть маршрута — ночные переходы по открытой местности.

***

Километров тридцать отмахали, причем — далеко не налегке, а со всем снайперским снаряжением на плечах. До рассвета ещё осталось около часа.
- Стой. Оборудуем позицию по схеме: «Стрелковое отделение в обороне». Здесь и проведём день, - пересохшим от жажды голосом произнесла Дара. - Колобок на откосе, Зыря на гребне, остальные между ними лицами друг другу. Основная идея — сектора наблюдения не наружу, а через схоронки своих товарищей, - а сама уже расчехлила лопатку и приготовила тряпицу для вынутого грунта. Глянула, как подопечные выбирают места — толково. Надела на руки нитяные перчатки с пупырышками — поехали.
Шли дни. Курсанты втягивались в походный ритм, в обитание на самой неприветливой территории, не радующей ни источниками воды, ни тенью. Более того, условия скрытности, выполняемые неукоснительно, требовали маскироваться на открытых участках, где нет сколько-нибудь существенных ориентиров. То есть — посреди чистого поля среди низкой травы, не закрывающей обзора. Днём сон товарищей оберегали дежурные, а ночью во время перехода бдили все. Ни тяжесть за плечами, ни усталость до хриплого дыхания не освобождали никого от необходимости контролировать обстановку.
Выключенные средства связи создавали впечатление оторванности от остального мира. Изредка по дороге, оставленной в стороне, проезжал грузовик, от которого, естественно прятались. Да ещё по вечерам Дара включала маленький радиоприёмник, слушая местные новости — это и был канал получения команд от руководства. Но условная фраза всё не звучала и не звучала.
Тем не менее, положение в городе делалось всё более и более тревожным — патрули на улицах, карточная система распределения продуктов питания. Оставалось только недоуменно пожимать плечами, разбивая камнем крупный мосол, чтобы добраться до костного мозга. Ну и дикий горошек тут встречался на каждом шагу, оплетая нижние части суставчатых стеблей, вымахавших чуть не в рост человека злаков.
Количество подножного корма на Прерии огромно, даже если не рыбачить и не охотиться — от голода страдать не придётся.
Ребята, тем временем, втянулись в походный быт, используя и возможности окунуться в любом встречном водоёме, и случаи спустить курок по достойной выстрела дичи — ни у кого даже мысли не возникло тащить с собой продукты на всю дорогу, а мясная диета стала привычным делом.
Травянистая равнина сменилась тоже безлесной местностью, но сильнопересечённой — овраги, каньоны, промоины, балки. В низинах - озерца, окружённые кустарником. Раскидистые ивы, плотные купы тальника. Топкие берега ручейков. Дорога осталась далеко в стороне — кто же станет ездить через такие неудобья. Маскироваться здесь куда проще, чем в равнинной прерии, но от ночных переходов пришлось отказаться — спутник, заменявший земную Луну, из-за горизонта показывался только в предутренние часы, а ровных мест по пути почти не встречалось. Потом и вовсе пошла зелёнка, начались предгорья, и курсанты объелись диких бананов. Пришлось остановиться, дабы от всей души удобрить окрестности временной стоянки. Следующий переход был половинным — не все восстановили силы.
К моменту получения условного сигнала группа углубилась в леса горного участка неподалеку от Плесецкого перевала — сразу вышли к дороге, где дождались грузовика, посланного за ними. И поехали на сложенной в кузове груде мешков, чувствуя себя просто фон-баронами. Душа Дары была встревожена ожиданием недоброго, но своё дело она исполнила настолько хорошо, насколько вообще была в состоянии. Очень опасных мальчонок и девчушек подготовила.

***


 все сообщения
LookDreamДата: Суббота, 09.02.2013, 17:11 | Сообщение # 285
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Ольга уж напугала что продка опять будет техническая, ан нет, не вся. Понравилось как ее Фадеич испытывал. Как ребяток отправили в "тур-поход". Тока быстро вы ушлепали от моих героинек, теперь мне в жизнь не нагнать вашу торопыжку.
И забыли совсем сказать чем занимался в это время Меф, хотя кого волнует этот бяк)

Оень интересно вообщем. И подошли к самому напряженному, к войне) жду большого экшену.


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 10.02.2013, 02:19 | Сообщение # 286
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Ну почему далеко увели от твоих героинь.

Определи их куда-нибудь на три дня войны - большинство домов в белом городе уцелело. Пусть пойдут на праздник на набережной - перед войной, а потом спрячутся в каком-нибудь подвале и отсидятся. Правда враги могут заглянуть и того, снасильничать))) но это все уже на усмотрения автора.


 все сообщения
КауриДата: Вторник, 12.02.2013, 14:19 | Сообщение # 287
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Очень опасных мальчонок и девчушек подготовила.

***
«Бороться за свое счастье» - столь неординарной задачи наверно не получал ни один агент «под прикрытием» за всю историю. Что реальную, что книжную. И, тем более, обидно было констатировать полный «провал», ввиду очередного, четвертого по счету, исчезновения предмета ухаживаний из поля зрения. Видимо, почувствовал «объект осчастливливания» неуклюжее внимание к своей персоне и решил поберечься.
Впрочем, в этот раз дело не дошло даже до оказания знаков внимания. А вот нечего было скрывать собственную нерешительность и рефлексию под видом «комплексного плана агентурного внедрения». И удивляться тут нечему - известно ведь почему в войсках не любят школьных отличников: – легко щелкающие учебные задачки, они совершенно теряются в реальной нешаблонной обстановке. Как только условия ставятся некорректно, что в реальной жизни происходит постоянно, так и решения перестают находиться.
Подобного рода размышлениями и накручивал себя Вадим перед предстоящим разговором. Деваться ему было некуда - своими силами проблема явно не разрешалась.
- Явился, везунчик. – Буркнул «начальник лагеря», которого все называли почему-то исключительно по отчеству – Фадеич. – Хорошо, что действительно сам пришел, а не принесли. Дошло, значится до тебя, дубоголового, что даже рысенку в собачьей своре не место, а уж «федералу» в лагере Ассамбелеи... Особенно, если принять во внимание, творящееся ныне в городе форменное безобразие. Но силен!
Фадеич сдвинул очки на лоб, внимательно рассматривая стоящее перед ним чудо, а Вадим, стараясь держать взгляд неподвижным а лицо невозмутимым, судорожно припоминал детали и искал выход из ситуации. Боковое зрение давало малоутешительную картинку - затылок прямо-таки чувствовал присутствие за спиной парочки недружелюбно настроенных организмов - а то, что видели глаза прямо перед собой, и вовсе не оставляло никаких шансов – на бедре лагерного бугра висел «медвежий» пистолет. Это чудовищное, под охотничий патрон, порождение кустарного производства никто из местных на навесит на себя просто ради красоты – если прикрепил к поясу, значит стрелять из него он умеет. Из любого положения, прицельно и навскидку, на звук, а то и вовсе не просыпаясь.
Так что шансов никаких, особенно принимая во внимание, что в одном стволе пуля, а в другом, по местным обычаям, картечь. Остается только поговорить, тем более, что начальство пока не свело разговор к простому: «Руки за голову».
- Да не волнуйся, - Фадеич опустил очки назад, но взгляда не отвел, - никто тебя под замок сажать не собирается. Тем более, что поставил себя ты действительно правильно, да и дело сделал важное. Я, честно говоря, как ситуация под горку пошла, все ждал неприятностей. Так что спасибо – избавил старика от волнений. Но пришел ты вовремя, через два часа будет коптер, так что довезем тебя к своим в целости и сохранности, если глупостей вытворять не будешь. Ну и спасибо тебе за науку – деньгу за труды твои сброшу вечером, не сумлевайся.
Начальство, умостило седалище на стул и потянулось левой рукой к стопке бумаг, видимо считая ситуацию разрешенной, а аудиенцию законченной. Тени за спиной перестали сверлить затылок глазами, но никуда не ушли – похоже, до самого отъезда «общество» ему обеспечено даже в «зеленом домике». Вадим тряхнул головой – за монотонной и дружной жизнью лагеря, перипетии противостояния «ассамблейцев» и «федералов» в городе, где дело дошло уже до строительства баррикад и блокпостов (правда, пока, действительно, без стрельбы), воспринимались скорее как блажь, к жизни отношения не имеющая. А вон оно как повернулось.
- Мне бы с Дарой перед отъездом поговорить. Надо.
Начальство, так и не успев взять бумагу с верха стопки, схватилось обеими руками за голову, одновременно с этим «тени» за спиной неслышно растворились в окружающем пространстве. Как и не было их.
- Что ж ты столько времени муму водил? Эх, молодежь, нашли время сердечные дела решать. Цыц! Сам понимаю, в каком месте вы меня видели с моими советами. Но где я тебе прям щас девку возьму, если нет её?
- Как нет?
- А вот так, на полевом выходе они… - ляпнул Фадеич, и тут же спохватившись сердито сверкнул глазами из-под очков. Некоторое время он барабанил пальцами по столу, потом решительно выволок из ящика приличного размера коробку с металлической крышкой. Кажется, из-под чая.
- Решим так. Ты ведь последний отчет написать успел? Не дергайся, я с понятием. Так вот – на марше группу тебе не найти и не перехватить, но точка финиша известна, могу отправить тебя туда – квартирьером. Девочкам после перехода вместо хозработ отдохнуть будет только приятно. Так что решай – если действительно поговорить надо, то все звукозаписывающее-передающее складывай в эту коробочку, поедет она к твоим вместо тебя. А тебя мы, так и быть, подбросим. Не на само место, извини, двести километров потопать придется… Ну, так что?
Оставалось только под насмешливым взглядом действительно сдать спецтехнику, включая пряжку ремня, и радуясь, что среди оставляемого оборудования не было действительно полезных вещей, да топать на посадочную площадку. Времени до «транзита» было едва забежать в столовую за пайком да попрощаться с группой, ставшей за это время родной.
***
Пузатый грузовой коптер шёл налегке. Слева тянулись золотистые пляжи северного берега Янтарного моря, а справа до самого горизонта расстелилась безбрежная синь.
«Как и обещал куратор, наладили меня местные, как только запахло жареным. По всему получается — вот-вот полыхнёт на планете. Потому и спровадили подальше... хотя, Дара ведь своих птенцов увела не просто так — явно движутся в сторону места будущих событий, - тяжелые мысли ворочались в голове и вызывали холодок внутри. - Мечты ваши, товарищ сержант, о явном противнике, опять не сбылись. Что за игры такие тут ведутся? Почему его руководство сотрудничает с сепаратистами? Которые готовятся к вооружённому конфликту так, словно речь пойдёт об их жизни и смерти?»
Ответов не находилось, картинка не складывалась, и понимание не приходило. А море осталось позади, и теперь под брюхом летательного аппарата скользила бескрайняя степь, по здешнему обычаю называемая прерией. Высокие травы, редкие купы чахлых деревьев, сухие русла между пологих склонов. И множество животных, отлично видных с высоты. Быки, буйволы, антилопы, олени - кого тут только нет! Людей нет. Ни цепочек столбов, ни построек, ни полос грунтовок. Словно и не ступала в эти края нога человека.
- Ну всё, парень, - раздался в наушниках голос пилота, - буду тебя высаживать. Дальше на восток уходить мне не попутно. А тебе вверх по Эолке всего полсотни вёрст до гор осталось.
- Эолки? - вырвался Вадим из своих нелёгких дум. - А где Нифонтовка?
- Севернее осталась. А зачем тебе она? Говорили, что ты до Йориковки добираешься, а вход в ущелье как раз тут. Тебе в аккурат по реке и топать до самого перевала — тут и городской не заплутает. А дальше по ущелью, как по дороге, иди себе, никуда не сворачивая.

***

Проводив глазами ушедший на юг коптер, Бероев попрыгал, убедившись, что поклажа прилажена на совесть, и повернулся лицом на восток — недалёкие горы вставали там зубастой стеной и манили к себе обещанием тени в своих густых лесах.
«За сегодня не дойду, - подумалось. - Заночую на берегу»
Нескольких часов ходьбы по высокой траве под палящими лучами Гаучо оказалось достаточно для того, чтобы захотелось прохлады. Благо — река рядом. Она тут так вьётся, что никаких ног не хватит следовать всем её загибонам. Да и заросшие берега не обещают удобной дороги. А вот принять ванну - самое то. Забравшись в воду, вяло шевелил ногами, ощущая, как уходит из тела жар, когда почуял звук явно не природного происхождения. Для ясности нырнул — точно, есть! Лодка моторная идёт снизу. Интересные дела! И как же поступить? Спрятаться и пропустить мимо, или напроситься в попутчики? В попутчики хотелось сильнее. А опыт общения с местными, полученный за последние недели, не настраивал на желание избегать с ними встреч.
Оделся без поспешности и дождался, когда из-за поворота покажется довольно ходкое корыто, на корме которого держал румпель подвесного мотора солидный бородач. Приветливо махнул рукой — лодка снизила ход и, повернув, ткнулась носом в берег.
- Доброго здоровьичка. Не подбросите до верховьев?
- И тебе не болеть. Садись впереду, да поехали. До Климентьевой заводи попутно.
Уже усевшись и оттолкнув судно от берега, Вадим вызвал на визоры карту — подходяще получается. Как раз до самого входа в ущелье подвезут.
Зная неразговорчивость местного населения, приготовился молчать. Но, не тут-то было. Мотор работал бесшумно, настолько бесшумно, что, не сиди он в воде, и не услышь работы винта — пропустил бы оказию. А вот попутчик оказался разговоривым.
- Ты, никак, не тутошний, - начал он коротать время в дороге.
- Я вообще с Земли. С начала лета на Прерии. Вадимом меня звать, а по фамилии Бероев.
- А я Кендырь с устья. Всю жисть на реке. Людей вожу, грузы доставляю. Профессия у меня такая — лодочник. Вот сейчас свезу ящики Заклёпу, а от него обратно возьму каменья из гор. Он, Заклёп-то, поделочные кварцы выбирает и посылает в город, а я кажон месяц полную лодку отвожу...
Оставалось задавать заинтересованные вопросы и слушать рассказы о людях, живущих на этой реке. О коровах Кучерявой Таньки, сыре, который делает Амбросим, призовых рогатках, что необычайно ценятся истинными любителями спортивной стрельбы. Не заметил, как и доехали. Пристань — мостки и сарай на берегу. Ещё один бородач, помешивающий варево в котле, ночлег под крышей.
Утром Заклёп посадил Вадима на лошадку — в горах на колёсах не здорово-то поездишь, вот и возит всё во вьюках, ну и сам тоже передвигается верхом. Как раз к вечеру добрались до развилки на тропе, где попутчикам предстояло расстаться. Навес с решётчатыми стенами, укрытие для лошадей... надо же, а он уже сроднился с местными реалиями и научился вести себя с тутошними людьми так, что его держат за своего. Кстати — им розово в голубую полоску, федерал он или за ассамблейских. Главное, чтобы человек был с понятием. А кто там у власти и в чём справедливость — это мужиков не колышет.
Интерактивная карта показала, что до цели осталось километров пятьдесят — нехило его подбросили! А, главное, указали правильную тропу и описали ориентиры, привязав их к карте. К вечеру добежит. Конечно, с теми приборами, что отобрал у него Фадеич, проще было бы обнаруживать хищников, считающих его пищей, но он уже и сам набрался опыта и научился себя правильно вести.

***

Вот и Глухая долина. То самое место, где он, кажется, так уже давно «поймал» Дару. Хрустальные струи водопадной речки, просторная луговина, длинное чуть изогнутое озеро и укрытие, где всё также лежат принесённые заботливым Лукой консервы. А вот и «задиры» на коре, оставленные таинственным «Хозяином». Затягиваются потихоньку, но ещё долгие годы будут различимы для внимательного взгляда опытного следопыта. А «закус» вообще не отыскал — пропала куда-то веточка.
Итак, прежде всего, нужно начинать строительство. Клетку для мальчиков поменьше, а вот девочкам — попросторней. Их в группе много. А та, что уже есть — для инструктора и, если повезёт, для него. Но это с утра, а пока — спать.

***

Ночь была тревожной, в голову лезли неприятные мысли и так путались, что невозможно было понять, спит он, грезит на яву, или находится в твёрдой памяти и ясном сознании. Всё именно так, как и предупреждал его Заклёп, рассказывая о недоброй репутации Глухой долины. Местные избегали её, считая, что Хозяин серчает на чужаков и наводит на них... не сказать, чтобы порчу, однако, неуютно тут людям. Обычным людям. А вот Дара в этом месте чувствовала себя прекрасно. Ещё одно подтверждение высказанному Кириллом предположению. Нет, ведьмой он её прямо не назвал, но, наверняка, только из тактичности.
Утром, не выспавшийся и злой, Вадим принялся за работу. Бобина прочного шнура, ножовка, немного гвоздей — это всё у него с собой. А стройматериала вокруг навалом. К вечеру под высокими ветвями дымчатых орехов вокруг кострища встали новые постройки — крепкие навесы с решётчатыми стенами.
А потом потянулись дни ожидания, отравленные непонятной тревогой и раздражением, вызванными неважным сном по ночам. К этому присоединялись собственные мысли — Вадиму вовсе не нравилось, что корпорация собирается тут всех под себя нагнуть, и местные, готовящиеся дать этому отпор, вызывали всё больше и больше симпатий. Роль же в будущем конфликте государства, которому он присягал, выглядела неприглядно. Ведь патрулирующие улицы Ново-Плесецка только что набранные формирования федералов действовали по прямому указанию Представителя Президента. А потом вспомнились слова Дары, сказанные Ленке здесь же, о том, что не желает служить людям, которым не доверяет.
Бероева то «растаскивало», то «плющило», то «колбасило».
- Привет, Меф! - появившаяся неведомо откуда Стебелёк, улыбнулась хорошей улыбкой. - Что это ты тут делаешь?
- Приготовил место для стоянки вашей группы. Вот, поджидаю, чтобы накормить, напоить и спать уложить, - наконец-то закончилось ожидание и наполненное душевными терзаниями одиночество. - Можешь доложить, что бивак готов, но охранения не выставлено.
- И то хлеб, - улыбнулась девушка и сделала непонятный знак в сторону озера — бесформенные фигуры появились из самых неожиданных мест. Таких, что казалось, будто они не пробрались сюда буквально у него на глазах, а испокон веку росли тут и только сейчас решили передвинуться на другое место.
«Духи лесные, озёрные, горные, луговые и болотные», - возникла мысль при виде обнаруживших себя курсантов. Ну а Дара и вовсе из-за спины появилась, обошла по кругу, рассматривая с интересом, словно чужого. И сердце, болезненно дернувшись, стучало теперь у парня в горле, мешая вымолвить хоть слово приветствия.
- Так вот ты како-о-ой, северный олень! – девушка остановилась теперь перед ним на приличном расстоянии в два добрых шага – и не обнимешь запросто. Смотрит эдак чуть насмешливо и вопросительно. – Меф, значит? Ну, будем знакомы. Дара.
И даже руку протянула. Но тут же отдернула, едва он попытался коснуться. И в глаза не смотрит. Не так он совсем представлял себе встречу.
- Построиться! – тем временем скомандовала Дара, негромко. Но ученики ее расслышали - как тени метнулись, и вот уже стоят за ее спиной, улыбаются выжидательно, переводя быстрые любопытные взгляды с командира на гостя.
Ну а теперь посмотрела в глаза, но тут уже не до разговора, когда за каждым твоим движением и порывом наблюдает столько глаз, пусть хоть сто раз внутри все переворачивается, а ты стой и терпи.
- Итак, бойцы! – Спокойно прошлась Дара перед ребятней – старшему от силы пятнадцать. – Кто думал, что нас ждет отдых, увидев эдакое великолепие – думал неправильно.
То ли стон, то ли вздох прошел по группе, и Дара встрепенулась:
- Устали?
- Никак нет! – вихрастый мальчишка с обожанием посмотрев на Дару, тут же вжал голову в плечи, словно запоздало испугался своей смелости.
- Вот и хорошо, вот и славно. А то, видите, инструктор рукопашный прибыл, а времени у него в обрез. Так что делимся на две группы, и времени не теряем. Одна группа отвечает за охрану и кормежку, вторая – наверстывает упущенное. Через три часа меняемся. Вопросы?
- Дара…
- А с тобой позже поговорим, - ответила одними губами.
Позже так позже, не так уж мало он ждал, чтобы не потерпеть еще несколько часов. А поучить детишек – это ведь не сложно, особенно теперь, когда отработана методика. Опять же злости и энергии внутри скопилось столько, что деятельная натура просто вопила о том, что пора заняться делом.
- Назовитесь, товарищи бойцы! – стараясь не смотреть в спину удаляющейся Дары, скомандовал Бероев.
- Мелкая!
- Маруся.
- Воробушек.
- Колобок.
И Маруся тут. Но старой знакомой скидок не будет, и по ее уверенно вздернутому подбородку видно, что девчонка это понимает. И, раз Дару не волнует, что питомцы её не жрали, и в пути устали, то ему тем более переживать об этом не следует. В конце концов, пока его выслеживали, успели дух перевести. А больше трех часов он их мучить не намерен.
- Итак, приступим.
***


 все сообщения
LookDreamДата: Вторник, 12.02.2013, 20:15 | Сообщение # 288
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Очень интересно. Я уж думала позабудут этого увальня, ан нет, все его уважили и в лагере и в поле.
Мужик на лодке понравился) хороший дядька, благо на Прерии их много можно и себе нахапать))))


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Среда, 13.02.2013, 17:23 | Сообщение # 289
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
хороший дядька, благо на Прерии их много можно и себе нахапать))))

ага ага - нахапай. А то заждалась увидеть на Дружине твою продку!


 все сообщения
КауриДата: Среда, 13.02.2013, 17:24 | Сообщение # 290
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Продолжение

- Итак, приступим.
***
К вечеру стало откровенно непонятно, кто кого больше измотал – он новых учеников, или они его. А Дара…
А что Дара?! С того момента, как отшила его столь элегантно, просто растворилась в окружающей среде, словно приняла решение не мозолить ему глаза. И получалось это у нее отменно. Во время тренировок с её учениками, надо сказать, впечатлившими его своей хорошей физической формой и понятливостью, даже краем глаза не видел объект своего вожделения. Не в том смысле, что ему хотелось с ней любовью заняться, хотя и это тоже, сколько уже можно его динамить! Но ведь обещала поговорить. А сама пропала. И ведь сумерки уже.
- Спасибо, Меф! – это самый улыбчивый, Воробушек – жмет руку, как взрослый. – Завтра продолжим?
И остальные ушки навострили, сгрудившись вокруг него. Девчонки смотрят с обожанием, мало он им синяков сегодня добавил, Колобок – с уважением, непросто с ним оказалось, но кое-что новое парнишка для себя усвоил, теперь задумается.
Ждут, что скажет. Как ответит – так и будет. Вряд ли Дара его прогонит, если он на совесть возьмется их обучать. Ясно же, что застряли ребятки в Глухой долине на несколько дней.
- Три дня, - само вырывалось. – Завтра работать буду с каждым индивидуально – первым приступит Колобок. Встречаемся в шесть утра.
- Есть, в шесть утра! – отрапортовал парнишка, вытягиваясь так, что любо-дорого.
- Через два с половиной часа его сменит Стебель.
- Слушаюсь! – улыбки как вспышки. На контакт идут охотно, откликаются живо. Не ученики, а чудо. Интересно, всегда были такими молодцами, или это Дарина заслуга? Ведь говорили ему, что у неё лучшие.
Ну вот, роли на завтра распределены, можно и личной жизнью заняться. То есть разговором с благоверной. Последнее вызывало большие сомнения, потому как Дары нигде не наблюдалось, а мысли, к кому девушка могла сбежать в этой долине – имелись весьма определенные.
Оставалось сжать зубы, пойти искупаться, а после поужинать, если ему конечно, оставят.
Вернувшись с поляны, где проходили занятия, в расположение, огляделся и присвистнул. А ребята времени даром не теряли! Клетушки-навесы приобрели вид жилой и почти цивилизованный. Сбоку появилось что-то вроде душевой, словно озера им мало, еще дальше попалась кабинка туалета – это ж надо! Подумал бы, что неженки, если бы не успел с ними познакомиться. Тогда что – для Дары стараются? Для него? Или некуда девать силенки и воображение?
А больше всего стол удивил. Неширокий, собранный из одинаковых по толщине коротких веток, уложенных поперек. Зато в длину никак не меньше пяти метров. И даже скамейка с одной стороны. Логично – тому, кто кашеварит удобно раздавать еду.
Забежав в клетушку Дары и, заодно убедившись, что её здесь нет, захватил чистое белье, бритву, щетку и полотенце, и пошел к озеру. Чуть подальше лагеря – в ту заводь, где тогда, казалось – очень давно, купалась его девушка. И опять сердце кольнула боль – его ли? Надежда встретить её там тоже не оправдалась. Но, по крайней мере, наплавался вволю, расходуя бурлящую внутри, несмотря на усталость, энергию.
Вернулся посвежевшим, гладко выбритым и взбодрившимся, даже на душе как-то просветлело, а ученики его уже ждали, не приступая к ужину. На сердце потеплело. Оставалось по-быстрому развесить выстиранное белье, забросить в клетушку пакетик с мыльными принадлежностями, да залезть между Воробушком и Марусей. Флегматичная, и как он убедился, очень ловкая девушка по имени Стебель, улыбнулась, вручая горячую миску с непонятным, но безумно ароматным варевом. Набросился сразу, заметив, что и другие тянуть не стали. Только и слышно как работают ложками. Молча и сосредоточенно.
Когда появилась Дара, он, к стыду своему, не заметил. Вздрогнул, когда села рядом, коснувшись его плечом. Маруся как раз тихонько исчезла, освободив место. Один быстрый взгляд, и всё остальное мигом пропало - осталась только она. Спохватился, отводя глаза – ей вообще-то тоже не мешает поесть. И хоть не смотрел, разве что искоса – так что видел лишь маленькую руку, всю в царапинах, а всеми фибрами души ощущал идущее от нее тепло, и этот неповторимый аромат свежести и дикого меда. Возникло желание перецеловать каждую ссадину, каждый синяк, на руках… да и вообще – попробовать её на вкус. И от мыслей, ставших жарче потрескивающего чуть в стороне костра, Вадим не выдержал. Выскочил из-за стола, поблагодарив за вкусный ужин, да и ушел к воде, не оглядываясь на предмет своих воздыханий.
На берегу озерка, блестящего в лунном свете, отдышался, как после быстрого бега, но легче не стало. Мысли крутились в полном хаосе, тело отказывалось остывать, а желание видеть Дару немедленно, причем где-нибудь в её клетушке и наедине – никуда не девалось. Нервы напряглись до отказа в ожидании, что вот-вот она появиться рядом. Прикоснется. Может даже поцелует. Ведь сколько уже «почти вместе», а ни разу даже не целовались по-настоящему.
Но девушки всё не было, а ночь уже вступала в свои права.
Вернувшись, когда ждать было уже просто глупо, застал у костра неунывающего Воробышка и еще девочку – Мелкую.
- Ваша смена? – спросил зачем-то.
- Ага, - кивнула девчонка, - вы бы шли спать, Меф, поздно уже. Вам туда.
И она махнула в сторону клетушки, где он до сих пор и спал. И на невысказанный вопрос тоже ответили:
- А Дара велела ждать только утром. Знакомые у нее здесь, навестить пошла, не велела мешать.
Как он удержался от крепкого словца сказать трудно. Но внутри всё дрожало от желания совершить нечто страшное. Он тут волнуется, страдает, переживает, а она к «знакомым» побежала? Некстати вспомнился какой-то древний анекдот – типа на фига тогда брился, раз гости не пришли. Хохотнул хрипло, вызвав недоумение в глазах у ребят, да и пошел спать.
Думал, что глаз не сомкнет, когда улегся на свой спальник, заметив её вещи рядом со своими. Поспать, конечно, надо. Завтра занятия по милости все той же Дары, но как тут уснешь! И оказался неправ. Сморило его буквально сразу, словно кто-то бесконечно добрый коснулся измученного сознания, успокаивая, убаюкивая.
Спал крепко, без сновидений, а может просто не запомнил их. Проснулся бодрым и даже умиротворенным, но по-прежнему в одиночестве. Однако предаваться терзаниям, с кем провела ночь Дара и в каких позах – почему-то показалось лишним. Первый ученик его уже ждал, так что Вадим вскочил, побежал на озеро – умыться, а после занялся Колобком, не слишком сильным в рукопашке, хотя габариты позволяли, да и реакция у парня отменная.
Потом была Стебель, за ней Воробушек. Ученикам Бероев отдавал себя всего, а все равно после того, как распрощался с последним, встречая новый закат, не чувствовал себя особо уставшим. Разве что несчастным - в кои-то веки она так близко и по-прежнему недосягаема.
Он знал, что Дара вернулась ближе к полудню, но встречи с ней искать не стал. Не маленькая, когда будет готова к «разговору», сама его найдет. Если вообще захочет! А он больше навязываться не будет!
В глубине души надеялся, что она присоединится к нему во время купания, но заветное желание не сбылось. Девчонка вела беседу со своими питомцами таким серьезным и решительным тоном, что он сразу всё ей простил. Залюбовался издали, не решившись мешать. Только когда они закончили и разошлись, кто куда, покинул наблюдательный пост и вернулся в лагерь.
И опять ей не до него, объясняет что-то Воробушку…
И что делать, если эту ночь она снова решит провести с Хозяином? И как поступить, если все же останется с ним, со своим, вашу мать, парнем?
***
Сказать, что Даре накалившаяся обстановка давалась легче – это совсем не уважать ее принадлежность к слабому полу. Трудно было, хоть волком вой. Ночи кстати, установились безоблачные, и луна вошла в полную силу. Прошлой ночью, трусливо избегая разговора с Вадимом, одиноко бродила знакомым маршрутом, где так недавно, словно вчера, бегала с Мишуткой. Все места памятные посетила. И чудо наблюдала, хлопнув ладошкой по воде, но только на этот раз - одна. Никто не присоединился к ней, не остановил ласковым прикосновением, не побежал, танцуя, рядом. Только дикое зверье, с ворчанием уходившее с пути, наблюдало за её метаниями.
Видно, закончилась-таки смена мохнатиков. Но грустно не было. Внутри то ли знание плескалось, то ли уверенность – свидятся ещё, пусть не скоро, но обязательно. И никто не мешал думать о Вадиме. Но думалось как-то не в ту сторону. Только за то, как занялся ребятишками, хотелось его расцеловать. И ведь не для виду старается, и не для того, чтобы она оценила, а серьезно их учит.
Даже самой захотелось у него поучиться, когда тайком наблюдала, как он занимается с Мелкой. Ловкая девчонка крутилась, будто обезьянка, но ни одного шанса против мощного пластичного Бероева у неё не было. Ловкости в нём едва ли меньше, а вот умения и силы больше. А она бы показала ему… Только эта мысль и останавливала, что с ней-то он хочет заняться совсем другим. И как бы не стать посмешищем на глазах своей группы. Да и обидно будет, если вот так же прижмет к земле, как Мелкую, не давая шевельнуться. Еще и поссорятся ненароком, а это уж совсем лишнее.
Потому просто любовалась, какой он у нее красивый, гибкий, сильный, и страшновато становилось от предстоящей ночи – дальше тянуть было не только несправедливо по отношению к парню, да и к ней самой тоже, если совсем честно. И внутри все сладко замирало от предвкушения. Каково это будет у них? Будет ли он нежен, или набросится сразу – все-таки сама виновата, что такт долго тянула. Каково ему, если ей-то уже невтерпёж?
А ведь как обрадовалась, что он и есть Меф! Значит - они не по разные стороны, совсем не враги, и у них снова всё возможно. Недавняя обида на судьбу исчезла бесследно. Смешно было от мыслей, которые совсем недавно не давали спокойно спать, мол, как несправедливо устроен мир! Смешно себя уговаривать, что так случается - ничего не поделаешь! И плакать хочется, хотя теперь-то уже чего?!
Запоздало спохватилась, когда снова сидели рядом за ужином - стоит ли всё усложнять еще и близостью? Ведь надвигается впереди что-то страшное, а без того в их отношениях черт ногу сломит! Или это просто мандраж?
А Вадим, сидя почти вплотную, словно нарочно избегал малейших касаний. И как только умудрялся? А ей напротив хотелось прижаться, вплоть до того, чтоб свернуться у него на коленях клубочком. Но не на глазах же у курсантов!
И она терпела. И после ужина не бросилась за ним сразу, всё ожидая, что сам подойдет, возьмет за руку, предъявит, наконец, права, как положено настоящему мужчине.
Но Бероев не спешил осуществить её надежды - как ушел в «их» клетушку, так больше и не показывался. И делать вид, что всецело занята выстругиванием совершенно ненужного ей посоха – становилось всё тяжелее. Потому бросила маяться дурью – ясно же, раз сама от него бегала, первый шаг, как ни боязно, а придется сделать ей.
И все равно почему-то тянула. Пошла, приняла душ, словно не она два часа сегодня плескалась в озере, но надо же было оценить изобретательность ребят. Потом присела у костра и немножко поболтала с дежурными. Колобок с Марусей приняли ее спокойно, но как-то сдержанно. И причина стала ясна, когда после очередной страшной истории, горе-рассказчик Колобок был отослан проверить что-то непонятное на восточном краю лагеря, а Маруся спросила прямо:
- Дара Руслановна, не пора ли парня осчастливить? - и спокойно мотнула головой в сторону клетушки.
Вот так, приплыли!
Пришлось срочно прижимать ладошки к полыхнувшим щекам и ушам. Попыталась было держать марку, и холодно осведомилась, почему её ученицу это так волнует. В ответ получила сочувственное:
- Так мочи уже нет на вас двоих смотреть. Ребята уже ставки делают, завалит он тебя у всех на глазах, или хватит выдержки уволочь в клетушку.
Оставалось только молча хватать ртом воздух, а потом вставать и топать, как на казнь. Она-то наивная, полагала, что никто ничего не замечает, а у них оказывается, тут все просто. Да и правы они, чего ещё ждать, когда её так нему тянет. И потом – неизвестно, что ещё будет завтра, и что с ними со всеми станется.
Когда скрылась из глаз дежурных, решительности хватило ровно на два шага, после чего коленки обратились в студень, а в голове не осталась никаких мыслей кроме: «Может, не надо?». И еще мелодия звучала внутри, но не романтичная, под стать моменту, а какая-то писклявая и с заиканием.
Так что несчастные метры преодолены были исключительно на упрямстве и с уговорами: «Ну что тут такого! Всем страшно, а потом смешно, - и еще, - лучше так, чем в обществе пары десятков солдат противника». Последняя мысль подействовала не хуже нашатыря. Дара сплюнула, и решительно открыла дверцу клетки.
Бероев спал. Но даже обрадоваться этому не удалось. «Разбудишь?» - прозвучал в голове ехидный голосок. И сразу возник вопрос, что с себя снимать, так сказать, заранее. Но пока Дара его решала, пытаясь понять, какая степень раздетости может служить проявлением скромности и доброй воли, а какая будет уже откровенным навязыванием, как тело решило все само, и сделав последние два шага со словами: «Подвинься, развалился тут!», - нагло устроилось рядом с Вадимом, который безропотно освободил требуемое место на подстилке, совершенно не собираясь просыпаться.
Пока Дара приходила в себя от такой самодеятельности, тело, опять же без всякого участия головы, обняло спящего и, вдохнув успокаивающий мужской запах, явно вознамерилось поспать часов эдак… - день-то был тяжелый. Вроде бы. И ночь прошлую не спала. А душа, ни жива, ни мертва, всё изобретала способы выхода из идиотской ситуации. «Ну и что теперь делать? Будить со словами, «а не желаете ли…» - как-то мало соответствует ранее созданному образу. Просто улечься спать – глупо, да и не заснуть уже».
Девушка уже наладилась поцеловать спящего в затылок – может, хоть так проснется и все сделает сам, но тут реальность вторглась в ранее построенные планы. До ушей донесся уже ставший знакомым «несуществующий» звук – беззвучное мяуканье кошки. Её ждали.
Со вздохом облегчения: «Что поделаешь, не судьба сегодня», - Дара отодвинулась от беспокойно зашевелившегося во сне инструктора рукопашника и выскользнула наружу. Короткий обмен со сменившимися часовыми, не такими беспардонными, как Маруся, и она снова скользит между лунных лучей, даже не представляя себе куда, но будучи уверенной, что движется в нужном направлении.
Небольшая полянка, залитая лунным светом, и стало ясно, что дальше бежать не надо. Но где же тот, кто позвал? Тон звучания ночи неуловимо изменился и, повинуясь движению невидимого партнера по танцу, Дара сделала полукувырок через левое плечо, чтобы успеть принять выметнувшуюся из стены леса стремительную тень на подошвы берцев. Колени сложились чуть не до ушей, гася энергию броска, а немалые клыки клацнули, смыкаясь в ладони от лица. Но в следующий миг ноги выпрямлялись, отправляя не слишком тяжелое тело почти на другой край поляны.
Впрочем, упала «тень» совершенно «по-кошачьи», на все четыре лапы, но потом всё же не удержалась и сделала пару кувырков, взрывая серебристую в лучах Спутника траву. Но пришелец явно не был обескуражен падением и воинственно клацнул зубами, показывая лапу с выпущенными когтями. Дара «впечатлилась», и показала в ответ нож. Теперь впечатлился визитер и насмешливо фыркнул в ответ. Но когти убрал. Девушка тоже убрала клинок в ножны.
Короткий бросок - кажется, что вдоль серебристой травы пробежал «обратный» лунный зайчик - и, подкатившееся под ноги, совершенно не успевшей среагировать девушке, тело сбило её с ног. Точнее - и Дара успела это понять, пока они в обнимку катились по траве - атакующий ухитрился остановиться буквально в шаге, подсечь под колени ударом передней лапы, оттолкнуться и поймать падающую девушку где-то посредине её движения. Но тут они расцепились, и в двух шагах «проявились» громадные глаза, на дне которых плескалось ни с чем несравнимое счастье.
Так может радоваться котенок первой пойманной в жизни мышке… Некоторое время Дару «кувыркали» по всей полянке, как горячий пельмень в сметане, сбивая на землю каждый раз при попытке подняться и дать отпор этому гуттаперчевому вихрю. Но все старания применить полученный ранее опыт «цивилизованного» выяснения отношений при помощи конечностей заканчивались кувырканием по траве, да сомкнувшимися на ухе, шее или запястье острейшими зубами (впрочем, не больно, скорее насмешливо), или шершавым языком, прошедшимся по носу, шее или щекам.
А потом Дара поняла, как ей двигаться, не нарушая музыки сфер. И тень пролетела мимо, слегка направленная небольшим доворотом бедра. Некоторое время они танцевали, и никто не мог коснуться другого. Вроде и вместе, и, в тоже время каждый ведет свою собственную партию. А потом Дара легко дала себя повалить. Но в этот раз она не выпустила очень живое, будто состоящее из сотни маленьких перекатывающихся бугорков тело противника.
Совершенно бесшумно, но от этого не менее весело, они опять покатились по траве, но теперь «вела» уже девушка, не давая вырваться из своих объятий очень гибкому, кажется состоящему из водяных струй, переливающихся под мягкой пушистой шкуркой, небольшому телу. Партнер был чрезвычайно силен, он легко бы вырвался, если б его кто-то отпустил – далеко не всё и не всегда решает сила. Завязываясь невообразимыми узлами, они почти выкатились с полянки, когда Дара обхватив руками буквально «протекающее сквозь пальцы» тело «в замок», прижалась, даванув изо всех сил. Под руками пискнуло, и соперник утроил усилия, но не тут-то было – охватив еще и ногами, Дара представила, что она удав, медленно сжимающий свои кольца…
Через некоторое время попытки разорвать захват прекратились, и в ямку под затылком слегка кольнуло. Так – с намеком. Пришлось «удаву» быстренько разжимать свои кольца и шустро отползать в сторону. Впрочем «тень» тоже не стремилась возобновить тесный контакт а, отползя на пару шагов, свернулась в мохнатый клубок и теперь только шумно дышала. И что теперь делать?
- Дар-а, говорили же мне-е, что нельзя с адамитами в клинч входииииить! Чтоб я больше старших не послушалась… - казалось, что говорящий, одновременно с произнесением фраз, еще и протяжно зевает, чуть не вывихивая себе челюсти.
Впрочем, почему казалось? Вполне приличные клыки отчетливо блестели в лучах Спутника.
- Ёжка? – неуверенно спросила девушка, - а где Мишутка?
- Мишутка на посту – последний зачет сдает. Мы тебя и вчера видели, как ты возле озера звала, но сама пома-аеш-ш, – зубы опять отчетливо лязгнули, смыкаясь. – А ты оказывается настоящее чудовище-е.
Вопреки собственным словам, Ёжка уже успела обнять Дару всеми четырьмя руками и теперь усиленно прятала мордочку на груди, щекоча подбородок жесткими «усиками» над бровями. Девушка в долгу не оставалась и вовсю гладила млеющую девчушку по шерстке на спине и чесала за ушком. От чего разговор стал несколько невнятным.
- Такая маленькая… уфф, ага и так тоже приятно… почти с меня, а не скажешь, что такая сильная – чуть ведь не задавила! – выкрикнула Ежка «шепотом», а потом, будто испугавшись, прикрыла ушки лапками и начала тихо урчать в такт поглаживанию.
- Погоди, Ёжка. Это ты ведь сильная. Ну, во всяком случае, намного сильнее меня! И быстрая… Наверно просто пока не выносливая? Ну, пока маленькая… - на груди смешливо фыркнули, и шершавый язык лизнул за ухом, породив в груди теплое чувство. Ежка перевернулась на спину, закинув верхние лапы за голову:
- Я сильная-быстрая-выносливая… А еще самоуверенная и глупая! – самокритично заметила она, почесав нос. - Я ведь снайпер! Только одна из нескольких тысяч из нашей расы даже теоретически может им стать, а действительно становящихся - и того меньше! - Ёжка заглянула в лицо, забавно сложив ушки «домиком». - Ты не понимаешь… - девчушка почесала носик и, чихнув, ткнула Дару пальчиком в бицепс. - Вот у тебя тут два типа мышечных волокон. Одни отвечают за силу и скорость, они сокращаются и передвигают тяжести. А другие позволяют зафиксировать эту тяжесть в одном положении и держать так долгое время. У тебя таких волокон поровну, а у нас… по разному в общем, но динамических намного больше. На силу или выносливость это влияет положительно, а вот найти способного, например, просто пролежать сутки на одном месте, не двигаясь, или постоянно держать направленную в цель винтовку - практически невозможно. Вот! А я подумала, что раз я это могу, то и с тобой справлюсь.
Ёжка шмыгнула носом и опять уткнулась лицом в грудь, но быстро успокоилась и снова заурчала, под всё более уверенными почесываниями.
- А ты теперь по-другому пахнешь! – заявила егоза, поворачиваясь другим, еще не почесанным боком.
Теперь настал Дарин черед полыхать ушами. После перехода они конечно постирались, и баньку походную справили, да и озеро уже было, и душ приняла, но как видно для чуткого носа все принятые меры оказались явно недостаточными.
- Вот ведь удивительно, - продолжила Ёжка, совсем по-собачьи суя свой любопытный нос в самые интересные на её взгляд места. - Вроде все та же ты, что была недавно, но вместо той затравленной девчонки – вожак стаи.
Ёжка опять прислонилась ухом к груди, чтобы через миг снова изменить положение:
- А скоро наверно молочком пахнуть будешь? – выдохнули в ухо горячие губы. – Наверно, уже и присмотрела от кого?
Дара кисло улыбнулась, почесывая за ухом эту наглую непосредственность:
- Эх Ежка, моему носу до твоего далеко… Но кажется, и ты тоже себе уже присмотрела, а?
- Мишутка хоро-оши-ий! – протянула окончательно смутившаяся собеседница, пряча мордочку в чужую подмышку и прикрывая хитро блеснувшие глаза.
Тихую паузу, во время которой девушки размышляли каждая о своем, прервали визоры. Дара присмотрелась на логотип полученного сообщения и охнула:
- Извини, Ежка, но надо прощаться – приказ.
- Да куда там спешить – вам до точки эвакуации ночь хорошим ходом… - заметила эта непосредственность, разом вогнав Дару в ступор – а они-то считали применяемые коды принципиально невскрываемыми… И главное – как? И Ёжка ведь «в чем мать родила», ничего похожего на коммуникатор у неё с собой нет. Впрочем, в такой шерстке можно то угодно спрятать. Но непросты эти мохнатики, и близость их к природе совсем не значит пренебрежения к техническим возможностям.
- Это тебе полночи, а я-то не одна. Тут бы за оставшееся время управиться.
- Ну, тогда давай прощаться, - сомкнувшиеся в кольцо лапы сжали ребра до хруста. Вот и кто тут не так давно слабенькой прикидывался? - Счастья тебе, сестра. Впрочем, думаю, ещё свидимся – наше время заканчивается, но время проститься к нас ещё будет.
- И тебе удачи! – но рядом уже никого нет, только озорные глаза сверкнули с сука стоящего на краю поляны дерева. И пропали.
***


 все сообщения
LookDreamДата: Среда, 13.02.2013, 17:59 | Сообщение # 291
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Не знаю как вас а меня этот Бероев слегка утомил, ишь какой возбужденный, те же кошки ведут себя поприличнее. Хотя Дара тоже хороша - мисс динамо.
Благо после душевных страданий обоих казановых было кошачье выступление, приятно почитать про этих мохнатых зверят. И малыши тоже порадовали, хотя жалко их, хоть и как будто взрослые но все же не совсем. НУ удмаю авторы не будут их всех убивать, знаю я вашу доброту.


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Четверг, 14.02.2013, 21:49 | Сообщение # 292
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
***

Дара неслышно скользнула на подстилку. Что ни говори, но частично мохнатая егоза была права: два дня пути до Йориковки - это если в одиночку и присматриваясь ко всякому подозрительному кустику. А даже на троих человек не нападет ни одна крупная кошка - самый неприятный противник - очень уж хорошо умеют они прятаться. В том числе и от «всевидящего ока» аппаратуры. Это для человека «тепловое» и прочие зрения внове, а вот в природе эти виды зрения известны давно. Любой желающий может в этом убедится, посмотрев через «ночник» на обычную домашнюю мурку.
Так вот, из всех местных хищников их группе следует опасаться только слоносвина - из-за дурного характера и врожденной тупости. Ну не понимает зверюга, что для «симоновки» без разницы - борт броневика, или его шкура… Значит, можно дать всем еще часа два сна. Тем более, на пакете стоял всего один «крест»…
За всеми этими мыслями Дара отвлеклась и тут же за это поплатилась, улегшись «не с той стороны от бревна» - миг, и «капкан» из рук сомкнулся, отрезав все пути к бегству. Особого желания вырываться, впрочем, не наблюдалось, разве что забытые страхи нахлынули с новой силой. Одно порадовало, первый шаг-таки ей делать не пришлось. Жаль только, что времени маловато.
Вадим легко, по-хозяйски, подтянул её к себе, отчего кожа от пяток до щек просто загорелась, и смутно знакомым движением сунул нос в волосы.
- Интересный запах… - «Вот черт, одни нюхачи вокруг! А ведь не верила, что мужчины к запахам намного чувствительней… Ну егоза, удружила!», - Ну и как он… хорош? – Вадим говорил слегка насмешливо, но по напряженному хрипловатому голосу было понятно, чего стоит ему это спокойствие.
- К-кто? – Вот ведь! И что теперь делать с этим Отелло доморощенным? Смеяться или плакать, что вместо долгожданного пугающего и приятного проведения времени, явно предстоит «разбор полетов»
- Хозяин! – рявкнул Бероев, но так тихо, что не будь она прижата спиной к его груди, вряд ли бы услыхала. И главное, всё как в древней пьесе! «Что это за платок?». И что теперь отвечать? Любые оправдания или попытки объяснить сделают только хуже… Перебрав пару десятков вариантов, Дара решила сказать правду:
- Вообще-то - это «она».
Кольцо из рук моментально стало каменным: «Ох, Ёжка как я тебя теперь понима-аю-ю»,- но в следующий миг Вадим спохватился и обмяк.
- А зачем тогда пришла? Тебе вообще-то мужчины нравятся? – от какой-то детской обиды и тоски в его голосе, Дара чуть не хихикнула – нервы же, но сдержалась – слишком больное место - мужское самолюбие. Ещё подумает, что над ним смеётся.
- Дурак ты, Бероев! – сказала она с облегчением и ловко перевернулась лицом к замершему парню. - На хрена про других спрашивать? Потому и пришла, что мне ты нравишься! И больше никто!
А дальше уже не думала. Потянулась, слегка изгибаясь, невольно повторяя движения своей мохнатой сестрицы, напрашивающейся на ласки, и тут же была облаплена, притиснута к деревянным мышцам брюшного пресса и почувствовала на животе стальные клешни, рвущие футболку из-под брючного ремня.
«Это что, паровой каток? - возникла запоздалая мысль. - И я его только что запустила в действие?». Кажется, ойкнула она вслух, потому что Вадим вдруг «притормозил», начав неумело разбираться с пряжкой её ремня. Это дало долгожданную возможность задрать его майку и пройтись коготками по неровно вздымающейся груди. От судорожного вздоха парня в ответ на это движение, удалось ощутить какое-то глупое счастье. Но в следующий миг, он сам заставил её дышать неровно и рывками, всего лишь скользнув пальцами по обнаженному животу. Даже упустила из ощущений момент исчезновения ремня. И судорожно охнула, когда, нависнув над ней, он ловко сорвал с её задницы штаны, заставив изогнуться, и кажется вместе с трусиками. Успела мелькнуть заполошная мысль о так и не расшнурованных берцах, заставив ужаснуться: «С ногами ведь оторвёт».
И тут все кончилось. А кроме тяжелого дыхания обоих теперь слышался курлыкающий вызывной сигнал с его визоров.
- Посмотри, - прошептала она, первой приходя в себя. И страшно смутилась от его жадного взгляда на самое сокровенное. – Да в визоры, дурачок!
И когда он, сглотнув, отвернулся, чтобы схватить свои гляделки, откатилась и быстро вернула назад одежду, защелкнув на поясе пряжку. Даже куртку застегнула и только после этого вопросительно глянула на вытянувшееся лицо не состоявшегося любовника.
- Что, тоже приказ?
- Тоже?
- Я получила полчаса назад.
Угрюмо оглядев её, успевшую вскочить, Бероев тоже одним ловким движением поднялся с колен и теперь смотрел сверху вниз.
- Может, хоть поцелуемся?
- За последствия отвечаешь?
- Нет, - горько усмехнулся он.
По крайней мере, честно. Самой бы хотелось, но опять не судьба.
- Не нравится мне эта спешка. Даже не знаю что думать.
- Ага, - согласился он, не отрывая от нее тоскливого взгляда. – Хреново-то как!
- Ага, - теперь согласилась она и, на всякий случай, отступила на шаг. – Майку поправь.
- Ладно, - усмехнулся он, - не бойся, не наброшусь. – И совсем другим, деловым голосом: - Боюсь, выдвигаться надо срочно.
Кивнув, Дара решительно хлопнула по поясу, включая коммуникатор:
- Рота подъем! Быть готовыми к маршу через пять минут!
И тихо вздохнула про себя. Вот уж точно – «бедному жениться, так и ночь коротка». До рассвета оставалось ещё не меньше четырех часов.

Глава 21. Долгие проводы.

Марш-бросок в сторону Йориковки вышел изматывающим, но очень скучным. Даже вышедшие на охоту ночные хищники предпочитали убираться подальше заранее, должно быть на своем зверином языке ругая невесть откуда взявшуюся стаю двуногих, диким топотом распугавшую всю округу. Их можно было понять – ложится спать под урчание голодного брюха - удовольствия мало, но это неудобство ничто, по сравнению с потерей шкуры, поэтому желающих разобраться с бандой захватчиков не нашлось.
Стая амфиционов пришла посмотреть на вторжение, но видя, что пришельцев не интересуют их охотничьи угодья, просто проводили до границы. С ними было не все так просто – одно время Даре показалось, что они все же решатся напасть на замыкающую тройку, но обошлось.
Оставалось только монотонно переставлять ноги – сто шагов шагом, сто шагов бегом. Волчья рысь. Наплевав на скрытность, просто ломились по тропе, ограничившись лишь передовым и тыловым дозорами часов до одиннадцати – пока не догнало сообщение о выводе из Ново-Плесецка формирований «федералов». Следом за ними выходила и большая часть сил Ассамблеи. Такого соглашения удалось добиться новому Представителю Президента. Точнее – новому исполняющему обязанностей старого Представителя. Дара мысленно перекрестилась – неужели политические танцы закончились без стрельбы? Бывают же чудеса!
Вяло, зато искренне, порадовались начавшейся «разрядке», вытащив из загашников всё вкусненькое, что придерживали до этого момента – всё равно скоро можно будет порадоваться домашней пище. Но отмены приказов так и не дождались, потому пришлось делать зверское выражение морды лица и поднимать покряхтывающую группу в новый бросок. Казалось, что на радостях о них попросту забыли.
По радио шли бравурные марши и общее ликование, а вот «командный» канал принес новое уточнение – перейти в режим радиомолчания и незаметности. Вот просто так – без объяснений. Сердце сжала ледяная рука.
Вадим начал ежиться под оценивающими взглядами личного состава – видимо не только она подумала, что «разделение» было просто тактическим маневром. Или имело целью избежать уничтожения ценной инфраструктуры.
Этакий рецидив «рыцарской эпохи», когда все сражения происходят «в поле», а победитель просто забирает ключи от города. Шутка. Но никакого менее идиотского объяснения творящемуся бреду не находилось и, видимо, это же сдерживало остальных. Настороженность по отношению к рукопашнику-федералу не переходила в ненависть. И то хлеб.
Невозможно бесконечно находиться в напряжении и, уже к вечеру настроение полезло вверх - идиллическая атмосфера в эфире и спокойная обстановка вокруг способствовали умиротворённости. Как бы там ни было, но группа возвращалась из длинного перехода, и впереди ребят ждало только хорошее. Не могло не ждать!
Снова на привалах зазвучали шуточки и смех. Только Дару и Вадима не отпускало тоскливое ожидание.
На ночевку встали за полночь. До Йориковки оставалось совсем немного, но получившийся «запас хода» до точки вполне позволял и самим отдохнуть и не устраивать переполох, ввалившись в спящее село в «ведьмин час».
Пока остальные разводили костер и разворачивали периметр из сигнальных мин, Дара просто взяла Вадима за руку и увела в лес. Ей показалось, или в глазах ребят теперь было меньше понимания?
Некоторое время они чинно гуляли, держась за руки – будто были не в глухом лесу, а где-то на городской набережной. На небосклоне сияли те же звезды, а вопли ночной живности звучали, кажется, мелодичней последних музыкальных веяний.
Дорога быстро пошла в гору, и они с Бероевым выбрались на не слишком высокий, зато почти полностью свободный от деревьев покатый холм - вопли ночной жизни сменили успокаивающие трели кузнечиков. Над головой, заставляя мигать близкие звезды, проносились стремительные тени – летучие мыши вышли на охоту.
Вадим предупредительно бросил на торчащий из земли валун куртку (романтическому вечеру может здорово помешать вцепившийся в мягкую честь спины землерой), и они с комфортом устроились рядышком, не разжимая рук.
Так и сидели молча уже с десяток минут, но похоже никому тишина не была в тягость – после суматошной беготни и нервного напряжения последних месяцев просто посидеть, растворившись в окружающем мире, было счастьем. А уж держась за руку родного человека…
Дара тихо усмехнулась: «Вот значит как…», - и сама с собой согласилась. То, что она испытывала, точно не было страстью или телесным влечением. «Любовь?» – возможно, хотя ценность этого слова сильно падает после произнесения вслух, «близость» - будет, пожалуй, наиболее верно. И на фоне этого понимания становилось как-то очень мелким и малозначимым всё, что так волновало и страшило раньше. Даже физическая близость на фоне возникшего понимания превращалась из пугающего приключения в вещь такую же естественную и неизбежную как дыхание.
Дара взяла его руку, так и не выпустившую её ладонь, двумя своими и погладила пальцем запястье. Там, где под кожей пульсировала жизнь – всё же, как хорошо когда можно обходиться без слов! Упс, биение удвоило свою частоту – а вот сейчас она, кажется, и проверит, насколько хорошо её понимают. Потому как в противном случае она играет буквально с огнем, так давя на чужие гормоны.
- Знаешь, - голос Вадима тих и кажется немного виноватым, - я бы раньше никогда не подумал, что может быть так хорошо даже с не принадлежащей тебе полностью женщиной.
Дара с трудом проглотила застрявшее в горле сердце. Ну что ж, кажется, ей все-таки удалось вытянуть свой лотерейный билет с миллионом. Но каков нахал:
- И ещё, - широкая ладонь слегка, но очень уверенно сжимается, - не думал, что такое скажу, но я даже не чувствую желания на это претендовать. Готов довольствоваться тем, что считаешь нужным дать или сказать сама.
Нет, видно не меньше чем ось мирозданья сдвинулась – за ней, как за женщиной признали свободу воли и право выбора. Другой вопрос, что на меньше чем всё она и сама не согласна, но сам факт - дорогого стоит.
- «Скрепим же договор наш», - Дара облизала пересохшие губы, но все же нашла силы закончить цитату, - «поцелуем?»
И потянулась всем телом вперед, но вот глаза закрыть позабыла, отчего торжественность момента оказалась прервана внешней реальностью – по небосводу стремительным росчерком пронеслись десятки «падающих звезд», оставляя за собой огненные разноцветные хвосты:
- Вадим смотри метеоры! Скорей, загадывай желание! – восхищенно ахнула Дара, прижимаясь к парню, и мысленно выкрикнула: «Хочу дочку!!!». Когда они успели вскочить на ноги, она заметить не успела. И во всё более становящемся ярким свете увидела как помертвело лицо Бероева.
- Дара, это не метеоры… - выдохнул он.
- А что? Болиды? – действительно три из линий превратились прямо на глазах сначала в «головастиков», а потом и в огненные шары, летящие, казалось, прямо в них.
- Это… - Вадим прервал пояснение и решительно сунул руку за пазуху. Да не свою, а Дары, вздрогнувшей от мысли, что ищет он там совсем не то, что на подумала, а выключатель коммуникатора.
Шары совершенно бесшумно закончили свой спуск где то рядом озарив полнеба тремя вспышками раз в двадцать превосходящими по яркости молнию.
- Всем встать! - заорал он наконец, найдя искомое. - Ноги в коленях согнуть! Ждем удар!!! Пять! Четыре! Три! – и на последнем слове земля вдруг прыгнула вверх, ощутимо приложив по пяткам и заставив подогнуться колени. – Вертикальный толчок! Всем держаться - сейчас будет болтать!
Несколько секунд, показавшихся вечностью и, казалось, такой твердый и надежный холм просто выдернуло из-под ног как какой-то коврик. Не удержавшись, они рухнули на землю, всем телом чувствуя затихающие конвульсии поверхности.
- Это не болиды, - выдохнул Вадим в ухо, - это орбитальный удар.

***


 все сообщения
LookDreamДата: Четверг, 14.02.2013, 23:34 | Сообщение # 293
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
ух ты ох ты, понеслась!!!!
Начался обстрел! ЖЖжуть. А у них еще ничего не получилось кроме душевного единства, вот молодежь бестолковая пошла)))


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Суббота, 16.02.2013, 17:47 | Сообщение # 294
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
***

Дальнейшие события распались на несвязанные между собой кадры. Память запомнила всего несколько секунд их гонки по лесу, а ведь оставшийся путь не мог быть преодолён менее чем за час-полтора. Но из всего этого времени запомнилось только мелькание силуэтов на фоне тропы, отметки на тактическом экране, да как пробивались через непонятно откуда взявшийся бурелом, которого вблизи села и быть-то не могло. Видимо в не сохраненных памятью промежутках принимались какие-то решения, выслушивались мнения и отдавались приказы, но вот все это явно прошло «на рефлексах». Нельзя сказать, что разум все это время был скован страхом - страха, похоже, тоже не было, как и остальных чувств.
Следующий кадр – все стоят на краю какой-то плоской, будто тарелка, воронки под сто метров в диаметре, хотя глубины у неё считай и нет. От места, куда пришелся удар, ещё веет теплом, а образовавшаяся выемка наполнена чем-то похожим на те камешки, которыми заполняют детские игрушки. Бероев с совершенно белыми глазами стоит в самой воронке, провалившись чуть не по колено в ставший непонятно чем грунт, и пересыпает из ладони в ладонь стеклянно позвякивающие камешки. За его спиной – ставшая совершенно незнакомой местность, где полагалось быть хорошо знакомому по прошлым визитам селу. Кстати, как Вадим попал в воронку? Сам спрыгнул, или столкнули? – Дара этого не помнила совершенно, а просмотреть запись визоров так потом никогда и не решилась.
Ранее богатое село было не узнать. Это даже не походило на привычные кадры бомбардировок. Это вообще не походило на то, что можно увидеть на земле. Точнее, будто кто-то громадным ластиком небрежно стер часть хорошо знакомой картинки, но оставив лес, море и часть кромки берега, и заменил её на марсианский пейзаж. Или лунный.
Говорят, его можно рассматривать бесконечно. Но угроза от фигур, замерших в неподвижности по краям воронки, становилась просто осязаемой. Дара только вздохнула, взглянув на окаменевшее лицо Бероева – кажется ещё чуть, и он совсем потеряет связь с реальностью, впрочем, как и все они. И начала распоряжается:
- Стебель, Колобок, Воробушек – в охранение. Остальные – прочесать руины, - Дара с тоской глянула по сторонам – руинами назвать это было сильно оптимистично - от большей части построек не осталось даже печей. И это несоответствие действительности ожидаемому, пугало просто мистически. Как и три уцелевших дома, красовавшихся лишь выбитыми окнами и слегка покосившимися стенами буквально в трех десятках метров от перемешанных куч щебенки и «щепок», оставшихся от их соседей. - Ищем уцелевших и раненых. Бероев – попрошу остаться. Надо обговорить ситуацию. Всё. Выполнять!
Целую секунду казалось, что все потеряно, и её уже никто не послушает, но этот миг прошел - замершие фигуры двинулись, куда приказано. Молча. Почудилось, что доверие к ней вычерпано до донышка и скоро наступит очень неприятный момент… Но идти на попятный было поздно, да и мысли такой не возникло.
Дара присела на корточки на краю воронки – так было проще скрыть, что колени дрожат, а ноги практически не держат, и по примеру Бероева тоже зачерпнула немного её содержимого. Хм, действительно стеклянные шарики. Мелкие крошки намертво прилипали к рукам и перчаткам – кажется, такой тип грунта называется «реголит». В следующий миг до девушки дошло, что они на пару с Вадимом пересыпают между пальцев самый настоящий прах – оставшуюся часть странной субстанции составлял пепел от мгновенно сгоревшей в чудовищном жаре травы, деревянных срубов и… и не только.
Дара резко вскочила, попытавшись незаметно вытереть испачканные ладони об камуфляж, но «реголит» прилипал намертво: «Нам теперь от этого не отмыться… никогда».
- Пройдёмся, - бросила через плечо и отправилась в сторону берега. Вадим оставил свое занятие и как зомби двинулся следом. Кажется, увиденное потрясло его сильнее всех. Или он просто рассмотрел и понял больше, чем остальные?
Сделав несколько десятков шагов по промоин, сбегающей к морю вдоль окраины бывшего села - кажется, местные использовали её как своеобразный слип для вытаскивания лодок, о чём свидетельствовали кучи разбитых в щепу лодочных сараев по обе стороны - Дара резко остановилась и, шагнув назад, тряхнула парня за воротник, пытаясь привести в чувство. Здоров лось, еле удалось покачнуть. Слегка. Влепить пощечину не рискнула – он же сейчас ничего не соображает, еще руку сломает, действуя на одних рефлексах.
Благо – взгляд стал слегка осмысленным. Теперь надо попытаться хоть что-то понять.
- Товарищ младший сержант, возьмите в себя в руки! Что можете сказать об увиденном? – голос звучит, как чужой, и, что самое жуткое – Дара именно так себя и чувствует. Перед ней не бывший однокурсник, успевший стать одним из самых близких людей в этой вселенной, а именно младший сержант то ли противника, то ли нейтрала, владеющий нужными ей сведениями. Каковые необходимо получить, а уже потом решать судьбу стоящего напротив человека. Исходя из обстановки.
Но официальный тон неожиданно оказывает действие – взгляд полностью проясняется, а плечи слегка распрямляются.
- Это не люди…
- Отставить лирику! По существу - что можете сказать?
- Нет, я серьезно, Дара! Людям нет смысла уничтожать собственное население. Это инопланетная агрессия! Вывели на орбиту монитор и ударили по местам скопления людей чем-то аналогичным нашим ФОБам, – эх, какая тоска и надежда в глазах. Жаль лишать человека последней веры в справедливость окружающего мира, но в его возрасте жить иллюзиями нельзя. Точнее, можно, но недолго.
- Я же сказала, отставить романтику! Что до сдерживающих факторов, то Вам без всяких подсказок должно быть ясно, к какого рода способу сопротивления готовились местные и какую роль в проведении антипартизанских мероприятий играет лишение противника базы и поддержки. – Дара развела руками в сторону, как бы приглашая еще раз посмотреть, что именно скрывается за строками учебников тактики. Вадим только сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, и опустил взгляд. В груди шевельнулось что-то похожее на чувства, но Дара, как командир, их себе позволить не могла:
- Согласитесь, товарищ младший сержант, что корреляция проведения демаркации до того находившихся ранее в непосредственном соприкосновении вооруженных сил противоборствующих сторон и планетарная бомбардировка в течение ближайших двенадцати часов после этого, более чем очевидна? – сухие слова учебника падали как кирпичи. - Например, данный период легко укладывается в сроки, отпускаемые на доразведку, непосредственно перед применением военно-космических сил, – на это утверждение Вадим только кивнул. Кажется, все эти выводы он сделал ещё в воронке – наверняка их учили определять применяемое оружие по оставшимся следам. Понял, но не принял. До текущего момента.
- Дара, поверь, я…
- Не стоит меня уверять в том, что Вы не знали об этом плане. Это очевидно. Скорее всего – о нем не знали и руководители «федералов». Вопрос, в другом, что вы намерены делать дальше? Думаю, щекотливость и неоднозначность Вашего положения здесь и сейчас, - Дара для большей наглядности опять попробовала объять окрестности, - отдельных пояснений не требуют?
- А что, у меня есть выбор? – Вадим к немалому облегчению девушки, отбросил попытки достучаться до её чувств и перешел на формальный и взвешенный стиль общения. За эвфемизмами и шаблонами прятаться — оно куда как легче.
- Это зависит от полученных Вами приказов. На данный момент формирования «федералов» мне рекомендовано рассматривать как союзников, если тому нет обратных прямых и однозначных доказательств. Новых распоряжений до момента прихода эвакуационного транспорта ждать вряд ли стоит. К тому же, действительно, нельзя исключать вероятность внешней агрессии.
- Значит, отпустить решила… - надо же, ну «прокачал» ты ситуацию, но к чему ломать всю картину беседы? Или жить не хочется? – сердце опять сдавило, напомнив, что оно на самом деле еще есть, просто временно превратилось в ледышку. Вадим же продолжил гнуть свою линию.
- Дара, ты ведь просто наемница. И уже, кажется, успела повоевать на чужой войне. Оно тебе надо снова? Ты же прекрасно понимаешь какие шансы? Ты ведь не давала присяги. Уедем отсюда куда угодно – на острова, на Землю, на Эдем. Ты ведь хочешь жить, хочешь детей, зачем тебе умирать?
Теперь настал черед девушки сжимать кулаки и упираться взглядом под ноги. От резких слов, а то и действий, её удержали только глаза Вадима - полный тоски и надежды взгляд умирающей собаки. Он не был циником, просто сейчас видел перед собой одну единственную цель – спасти, её - Дары, жизнь. Любым способом и никаких запрещенных приемов в этой попытке для него не существовало. «Господи, хоть бы силой увести не попробовал – пристрелят ведь!»
И тогда она тоже ударила в ответ, отложив деликатность и чувство такта до лучших времен.
- Я-то присяги не давала, тут ты прав – обычная наемница, которую к тому же совсем не на войну нанимали, а детишек учить. А вот ты как раз наоборот – давал. И теперь засунешь все свои переживания поглубже и будешь выполнять приказ. И постараешься изо всех сил выжить, впрочем когда в тебя стреляют – все высокопарные материи тоже прячутся… подальше и поглубже.
Что до меня, то я постараюсь сделать то же самое и, когда попадешься мне на мушку, на снисхождение можешь не рассчитывать. Потому как это сегодня я такая добрая и мы стоим и разговоры разговариваем. А как оно дальше пойдет, думаю, ты и сам понимаешь. Потому как я, хоть и наемница, но после всего этого - Дара в третий раз сделала попытку объять необъятное, - любой разговор с врагом будет коротким. Очень.
Вадим криво усмехнулся признавая свое поражение:
- Ну что ж: «Дан приказ ему на запад…»
- «...Ей в другую сторону» - насмешливо подхватила Дара и осеклась – впереди действительно была война, и действительно – гражданская. Поэтому, остальные слова песни тоже приобретали весомость, особенно искреннее пожелание: «Если смерти, то мгновенной. Если раны - небольшой». Спохватившись, перевела разговор в практическую плоскость:
- Тебя откуда забрать должны, может, проводить до точки?
- Да мы, собственно, на ней стоим.
Дара посмотрела на спокойную водяную рябь. Морю было все равно. Вечное и вечно изменчивое, оно готово поглотить всё, что угодно, а уж человеческие жизни и страдания для него значат меньше, чем мнение любой песчинки из выстилавших его берега. И смотреть на него тоже можно было вечно. Из транса Дару вывел еще далекий звук мотора катера и слова Вадима.
- Что ж, «активный член незаконного вооружённого формирования» похоже буду писать я ходатайство о замене тебе лагеря на поселение. Авось и удовлетворят – лет через десять. Дождешься?
- Эге, это смотря, кто еще победит – может это я буду коменданта лагеря для военнопленных самогонкой да сальцом подкупать, чтоб он одного доходягу отпустил. А то тяжело без мужика в хозяйстве…
Казалось что все важное уже сказано, и остаток прощания пройдет в веселом трепе помогающем скрыть боль разрывающегося сердца, но не тут то было.
- Дара, поверь – я найду тех кто за это ответит. Обещаю. – Одними губами произнес Вадим.
Вот ведь теленок! Нашел, что придумать! И что теперь с ним делать? Пару секунд Дара всерьез колебалась – может действительно его пристрелить? – во всяком случае, она это сможет сделать быстро и безболезненно.
- Вадим, пообещай мне, что действовать начнешь не раньше, чем сможешь причинить людям, все это организовавшим, РЕАЛЬНЫЙ вред, – и уже не Дара, а Серая несколько десятков томительных ударов сердца держала его взгляд не отпуская, пока парень не кивнул утвердительно. Закусив, правда, при этом губу, но все же. – А до тех пор – будешь делать всё, ты понимаешь, ВСЁ, что нужно, чтобы до этого момента дожить! Ты меня понял?
Новый утвердительный кивок, и им остается только дружески помахать подходящему к уцелевшим мосткам катеру. Ярко покрашенная прогулочная посудина с установленной пулеметной турелью выглядит настолько забавно что Дару чуть не разбирает истерический смех – интересно, тот кто крепил эту дуру к алюминиевой дуге тента, хоть какое то понятие о сопромате имел?
Едва успев пробежать половину пути до мостков Бероев хлопнул себя по лбу и, развернувшись, понёсся назад пытаясь что-то вытащить из непослушного рюкзака:
- Вот, совсем забыл передать, это твое! - в руки ложится знакомый пакет от старого наставника. Блин! А она как, заработала те несчастные пять рублей, или нет? - Его на космодром подкинули…
Вадим легко скачет по норовящим завалится доскам настила и умудряется-таки избежать купания, спрыгнув в подошедшее корыто. «Корыто», видимо обидевшись на мысленно данное прозвище, взрыкивает движком и рывком выходит на глиссаду, испортив тем самым традиционный ритуал прощания. Уже поднявший руку Бероев валится от рывка и, вместо «помахать ручкой», вцепляется в ту самую дугу, после чего они уже втроем – он, пулеметчик и пулемет, продолжают падение на дно катера.
«Хоть бы дно этой железякой не пробили, а то ведь потонут», - подумала напоследок девушка и тут же ухватилась за коммуникатор, едва успев поймать за хвост всплывшую на поверхность мысль. Сейчас, пожалуй, даже инфракрасной связью пользоваться не стоит, но тут не до жиру.
- Колобок, отставить! – рявкает Дара и замирает с остановившимся сердцем – послушается или нет?
- Есть… - раздается через несколько секунд, наверняка добавивших ей немало седых волос. - Но, уйдут ведь!
- Курсант, Колобок, - переходит Дара на занудливый тон, - с каких это пор боец начинает решать дипломатические вопросы, вроде самостоятельного объявления войны?
- Снайпер - это специально отобранный, обученный и подготовленный к самостоятельным инициативным действиям воин. Искусство снайпера состоит в том, чтобы найти цель, оценить ее важность и поразить одним выстрелом, - ого, а он, оказывается, не только сильный и умный, еще и памятливый.
- Тогда Вам, наверняка, заодно и говорили, - «Упс, договорилась до раздвоения личности «Мы, Николай Второй…», - что, помимо инициативы, надо проявлять еще и дисциплинированность? Не напомните ли, Вы мне, курсант Колобок, номер боевого приказа в котором указано, кто является противником?
- Э-э...
- Вот именно! Так что, будьте добры, проявить уважение к мнению лица начальствующего и не провоцировать расхлябанность. Ясно?
- Есть… - и коммуникатор, наконец доносит ласкающий слух звук – извлекаемая из ствола «полная» гильза звучит совсем по другому чем пустая. Молодец, Колобок, он не только сильный, умный и памятливый, он еще и деликатный. Катер уже далеко, но его «Симоновка» это не обычное ружье, а противотанковое. Если надо, то цель размером с катер достанет и километра за два-три. Если повезет.
Но курсант все же спешит добавить в банку меда половничек дегтя.
- Товарищ командир. А нельзя ли ввести личный состав в курс текущей тактической обстановки? Во избежание дальнейших дурных инициатив, так сказать?
Ну что тут сказать кроме – «Уел!»? Он, оказывается, еще и ехидничать умеет – не человек а просто кладезь. И куда в него столько качеств помещается? Впрочем, в Колобке места много.
Но с ситуацией надо что-то делать, и Дара выходит на связь с «поисковиками»:
- Доложить результаты.
- В уцелевших домах обнаружены три тела. Предположительно мужчина и женщина старше тридцати лет и женщина не старше восемнадцати. Мы их в обнаруженный ледник сложили. В зонах полного разрушения пока никого не найдено и, сомневаюсь, что это возможно. Без применения спецтехники и обученных собак. Курсант Стебель доклад закончила! – голос командира второго отделения монотонный и какой-то тусклый. Дара еле различает слова и под конец не не выдерживает:
- Курсант, что блин, значит «предположительно»? Уточните!
И тут Стебель срывается и на чистом «военно-уставном», причем на весьма приличном уровне - не ниже командира батальона (то есть не используя даже междометий), объясняет своему командиру некоторые медицинские аспекты и особенности действия ударной волны и высокой температуры при подрыве термобарического заряда такой мощности. Особенно – на людей находящихся в замкнутом помещении, не оборудованном специальным средствами защиты.
Под конец голос «Стебелька» обрел нужную громкость и выразительность, а вот Дара наоборот слегка позеленела и с трудом удержала в желудке его содержимое. На краю сознания болталась мысль, - «как же они тогда возраст третьего тела определили?», но она его быстренько придавила в зародыше. А то ведь и ответить могут.
- Так курсант, прекратить истерику, вместе с дальнейшим поиском. Всему личному составу, включая прикрытие, прибыть на точку сбора номер три, для получения разъяснений по текущей обстановке. Выполнять!

***

Дара рассматривала не слишком ровный строй своей группы и, что называется, «вживую» постигала суть некоторых крылатых фраз, вроде «армия создается для парадов, а воюет народ» и разницу между «обстрелянным» и «необстрелянным» солдатом. И, на что намекал учебник, говоря о том, что психологическая подготовка и мотивация для бойца чуть ли не более важна, чем тактико-специальная подготовка. И что, и то, и другое - совсем не гарантируют конечный результат, а лишь повышают шансы.
В данный момент именно это и наблюдалось. Казалось, совершенный и отлаженный механизм боевого подразделения попросту развалился при столкновении с реалиями войны. Еще недавно грозная сила, пять снайперских пар, попросту превратилась в то, что чем являлось в своей основе – толпу вооруженных, но растерянных и напуганных ребятишек. Что ж, поблагодарим судьбу, что она дала такую возможность, и это превращение произошло не на поле боя, а раньше. Сейчас есть и время и возможность всё поправить. Дара шагнула вперед:
- Группа смирно! Товарищи бойцы...
То, что она несла потом, так вспомнить и не удалось, а пересмотреть запись было банально стыдно. Неспособный подобрать нужных слов мозг попросту выдал на гора поток шаблонов и штампов. Точно помнится что был там «подлый враг неожиданно нанесший вероломный удар» и в «трудный час испытаний каждый…» и даже «родина не забудет». Какая такая «благодарность и память», кто её и когда видел? – у живых полно куда как более важных и срочных дел, чем бередить память, поднимая наружу, заодно, и чувство вины что они-то живы… А погибшим это, тем более, нафиг не надо – их дела завершены и оплачены по высшему счету.
Оставалось только надеяться, что ничего подобного «братья и сестры» не ляпнула, но и этого гарантировать было нельзя. Все это было не главное. Главное было - что из глаз напротив уходило чувство тоски и одиночества – ведь каждый из ребят прекрасно представлял себе судьбу собственного дома и родных. Увы, пример прямо перед глазами. Но теперь вставший на дыбы мир постепенно возвращался назад.
Каждый понимал, что они, по крайней мере, живы. В руках есть оружие, рядом плечо товарища, да и мудрый командир всегда готовый сделать и без того тяжелую жизнь рядового бойца просто невыносимой, тоже в наличии. А о большем и мечтать не стоит.
Хотя нет, враг которому положено ответить за все, тоже бы не помешал. Но с этим можно и погодить немного, а там можно и самим поискать. Словом – подразделение снова становилось единым целым, и в очень скором будущем должно было стать еще сильнее.
Правда Дара под конец чуть сама все не испортила.
- … до эвакуации еще час двадцать. Так что имеете час личного времени – привести в порядок дела и мысли. Но и по сторонам смотреть не забываем. Все. Вольно! Разойдись!
- А что нам делать… товарищ инструктор?! – ударил в спину тоненький озадаченный голосок. «Нет все же командир из меня никакой, - не удержалась от почесывания в затылке Дара. - Каждому нужно дать время побыть наедине с собой, но вот про первую заповедь – «солдат должен быть занят делом» и в личное время тоже, - забыла напрочь».
- Письма пишите. Самое то занятие перед боем – чтобы было желание их отправить. Лично.
И махнув рукой поплелась в сторону деревьев на околице. Ей то письма писать некому. Единственный во всём мире близкий человек уже минут пятнадцать был тем самым Врагом. Которому положено отвечать за всё.

***


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 17.02.2013, 10:14 | Сообщение # 295
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Продолжение

Единственный во всём мире близкий человек уже минут пятнадцать был тем самым Врагом. Которому положено отвечать за всё.

***

Из подлеска навстречу выступила коренастая фигура. Нет, ну это ж надо так влипнуть! И винить некого – она столь целеустремленно двигалась именно к этим кустам, что у прикрывающих не возникло сомнений - их совершенный и постоянно находящийся начеку инструктор знает, то делает, потому, что не может банально считать ворон и заниматься самокопанием, напрочь забыв об окружающем мире.
- Здравствуй Лука, - Дара пристроилась на поваленном стволе дерева. Вот ведь идиотская ситуация – винтовка за спиной, а хвататься за лупару и поздно и глупо, – рада тебя видеть. Живым. Хотя общие обстоятельства встречи радости не вызывают. Ты откуда?
- И тебе не кашлять, – голос спокойный, а ведь за спиной у неё то, что осталось от его родного села.
Удивительно, как порой меняется человек – в напоминание о недавнем знакомце, недалёком и наивном человеке осталось одна одежда. Изменилось всё, от интонаций до жестов. Перед ней теперь самый сильный, хитрый и жестокий из всех зверей – человек. А уж глаза… в них заглядывать явно не стоило.
- Да так… - тем временем сформулировал свою мысль Лука, - мимо шли, да решили дать крюка - взглянуть на родное… пепелище. – Дара прикусила губу, но как оказалось собеседник еще не закончил, - А ты тут что делаешь, землянка?
От этого спокойного вопроса, наверно, стоило почувствовать что-то вроде «мороз по коже», но ничего кроме усталости Дара уже давно не ощущала. Вовремя она Вадима отправила, эти не детишки - им просто так ничего не объяснишь…
- Инструктор по снайперскому делу, - дернула левой щекой девушка, изображая половину улыбки, - группа должна была в конце маршрута выйти к селу… Вышли.
- Ну и ладна… - из Луки казалось вытянули стержень и он приземлился на соседний выворотень, доставая кисет и пытаясь соорудить самокрутку. Пальцы его заметно подрагивали. – Снайперы это хорошо. Тем более, что кое-кого из твоих я знаю.
Затылок и задняя сторона шеи до воротника неожиданно вспотели – от облегчения что ли? Или это так проявился запоздалый страх? Но как оказалось у собеседника опять было не все:
- Вы эта… - и замер на полуслове воюя с непослушной самокруткой и собственными пальцами.
- Мы прочесали, хм… Словом, нашли три тела в целых домах мужчина, женщина и девушка. Тела сложили в их ледник. Остальных же… - Дара развела руками показывая собственную беспомощность.
- Строговы с дочкой… – кивнул головой собеседник и скрипнул зубами, окончательно рассыпав свою махорку. - Говорили ж им, чтобы в лес шли! Так – «корова… хозяйство… блажь городская…», тфу!
- Так что, все в лес ушли?!
- Не все… - Лука отвел взгляд в сторону и Дара поняла что таких, не поверивших в серьезность угрозы было немало. - Мы, действительно, крюк сделали, бо не по людски оно так… Спасибо, вам. Бог даст – сочтемся. А теперича нам на точку сбора спешить. Заболтался я тут, не поминайте лихом!
- В Змеиную падь? – наугад бросила Дара в уходящую спину и отметила, как вздрогнул Лука, замерев на полушпаге.
- Да не дергайся ты, - сказала она поднимаясь и делая несколько шагов следом, - Мы тоже туда чуть позже двинем.
За небольшой стенкой бурелома оказалась полянка, а на ней шестеро готовых к переходу мужиков, степенно поздоровавшихся в ответ на приветствие. Плюс еще трое в охранении – выходит как раз две пятерки. Двое подхватили с земли за специальные ручки завернутое в маскировочную ткань длинную и увесистую железку (тело пулемета?), еще двое волокли более объемный тюк (видимо тренога), остальные с кряхтеньем поднимали мешки с чем-то угловатым. И опять глаза…
Впрочем, расчету крупнокалиберного пулемета подобная мотивация скорее благо – с такой дурой под пулями не шибко побегаешь. Значит надо стоять на месте. До последнего. Тяжело мужикам придется. И сейчас и потом.
- До скорого Лука, - Дара настолько осмелела что протянула на прощанье руку. - Догоним вас, думаю, быстро. Надеюсь, что мы все в один борт впихнемся.
- Бывай, - бывший жених осторожно сжал её руку своей лапой, но тут явно вспомнил об чем-то забытом, и спешно полез в сидор. Дэжа-вю.
- Вот! На свет появились две обоймы со знакомыми патронами. Боле ниче нет, магазины все равно до конца снаряжать вредно, а эти лишние - тебе аккурат сойдут.
И, отмахнувшись от слов благодарности, унесся вдогон своим. «Лишние» они, как же, а обоймы по четыре патрона что, тоже от зенитного пулемета?
На душе стало приятно и тоскливо одновременно. Еще одного несостоявшегося жениха проводила на войну. Пора и ей.

***

Горестные размышления Дары о своей судьбе прервал сочувственный голос из-за спины.
- Эх, как же у вас все сложно…- «Нет ну сколько можно на одни и те же грабли, да с разбега? Соберись дурочка, а то, при таком отношении к делу, тебя и землеройки загрызут!»
Впрочем, тут никакая внимательность не поможет, намекал на это знакомый акцент незнакомого голоса – будто у собеседника что-то во рту. Зубы. с Дарин указательный палец длинной, например. Резкий, не сказать панический, разворот на сто восемьдесят градусов такое подозрение только подтвердил – на всем видимом пространстве никого не было. Видно, по крайней мере.
Заполошно тарахтящее сердце ухнуло вниз, не придумав ничего умнее, чем попытаться спрятаться в мочевом пузыре. И так не слишком свободном. Хорошо хоть, что не последовало немедленных и скандальных последствий такого финта. Чудо, не иначе.
«Кажется, тебе предстоит узнать почему про Хозяина ходят только смутные слухи. И это, при таком умении его детишек заводить себе друзей!», - но все эти переживания и мысли были где-то далеко –Дара внимательно всматривалась рассеянным взглядом вдоль тропы, по которой шла уже минут пять. Есть! Чуть правее и где-то на высоте ее грудины воздух еле заметно дрогнул исказив находящуюся сзади картинку. Нечто подобное можно наблюдать в тепловых потоках над костром.
- Наверное, самое сложное в этой профессии для вас - это научится держать уши неподвижными? – одновременно невинно и слегка ехидно поинтересовалась девушка.
Воздух дрогнул уже заметно, а под ним нарисовалась самая натуральная улыбка Чеширского Кота.
- Умница - девочка, причем, оба наблюдения в точку. – вокруг улыбки постепенно, будто при вращении поляризационного фильтра, «проявилось» всё остальное. Отключаемая маскировка спадала постепенно.
Что имеем? Несомненно «мужская особь», тут никакой ошибки, несмотря на то, что под накидкой не видно даже рук с ногами не говоря о первичных признаках. Спокойно сидит на корточках метрах в пяти. Еще б ему не сидеть спокойно – помнится как одна мохнатая знакомая из этого положения могла прыгнуть. Здоровенный - ту же Ёжку спокойно на коленку посадит.
Так что выходит, никаких шансов? Просто так подставлять горло под клыки «чистильщика» не хочется. Особенно принимая во внимание как это будет выглядеть со стороны – пошла значится городская инструкторша в лес в растрепанных чувствах, да и не заметила, э-э… ну пусть будет «фурь» на ветке. Что с нее взять – городская.
Что остается? Лупара. Нет из нее она и с такого расстояния не попадет. Видела, как ребятишки между собой играли - выскользнет он с линии прицеливания, даром что шкаф двустворчатый. Но такие чувствительные ушки… От звука выстрела этого чудовища им точно не уберечься, значит будет краткий период дезориентации и, конус расходящейся картечи из второго ствола может зацепить даже такую верткую цель.
- Не стоит, - стоящие торчком уши делают веселые «ножнички», но глаза, смотрящие на рукоятку лупары, прищуриваются уважительно, а не насмешливо, - у меня в ушах клапаны, чтобы вода не попадала. Закрываются рефлекторно или сознательно, на громкий звук в том числе. Это как вы моргаете или зажмуриваетесь на яркий свет.
«Шах». Кажется противник ей не только не по зубам, он еще и умнее.
- Перепугал бедную девочку. Того и гляди действительно придется из чьей-то задницы картечь выковыривать! - донесся новый, голосок разумеется из-за спины. Жизнь сегодня явно решила воздать сторицей за все что перепало от неё курсантам во время обучения. Повторять цирк с дерганьем и судорожным поворачиванием Дара не стала, просто спокойно сделала шаг вбок и разворот так чтобы контролировать сразу обе угрозы. Вот еще бы понять зачем?
Что в итоге? – женская особь. Несомненно взрослая и чрезвычайно опасная. Если от «Чеширика» веяло спокойной всесокрушающей силой - есть и люди такие – вокруг них просто какая-то зона покоя и понимания что «все под контролем», то от нее исходит ощущение бьющей через край энергии. В один миг готовой превратится во всесокрушающий вихрь.
Теперь, кажется, точно «без вариантов». Тем более, что в ответ на наивную попытку удержать её в поле зрения, эта киса только насмешливо фыркнула, да «перетекла» куда-то в сторону, как капля ртути, просто просочившись между ветвей и листьев. Дергаться было бесполезно, но расслабить сведенные мышцы спины Дара смогла только увидев, как будто танцующая фигурка вынырнула уже за спиной «Чеширика» и игриво прихватила его за шею. Зубами.
- Яна, и кто теперь девочку пугает? – поинтересовался дернувшийся от такого вероломного нападения кот и встал, ожидаемо оказавшись почти на голову выше, - Ну и меня заодно, - сказал он вполне межвидовым жестом притягивая кису к себе поближе.
«Красивая пара», - отметила про себя Дара, чувствуя что, похоже, просто сходит с ума.
- Я эту мстю, Бушмейстер, планировала всю практику! – заявила Яна и нахально подмигнула. Тут Дара наконец обратила внимание на то, что должна была заметить с самого начала – за спиной Бушмейстера (а прозвище-то непростое!) висело знакомое «весло», да и Мишутка с Ёжкой говорили что они тут на практике. Значит кто-то должен эту практику вести… И все её дерганья выглядят просто смешно, если надо было её убрать, то вот этот симпатяга давно и спокойно сделал бы это. Километров с двух и не сильно напрягаясь. Но подходить ближе есть смысл, только в одном случае - поговорить.
- Я согласна, - сказала Дара проглотив вязкую слюну, - что в подписку о не разглашении писать?
Кажется что-то не то сказала – оба переговорщика дружно фыркнули а потом вывалили из пастей языки и часто задышали прядая ушами. Кажется, если что-то делать то именно сейчас, пока вероятный противник ухохатывается.
- Не, ну ты представь себе текст такой «расписки», - немного успокоившись сквозь фырканье прокомментировал идею Бушмейстер, - «Я, Дарья Руслановна Морозова, добровольно вступила в контакт со специальным подразделением разведки инопланетных пришельцев такого то числа… мной добровольно и инициативно, за вознаграждение в виде возможности почистить снайперскую винтовку вероятному противнику был передан метод добычи рыбы с помощью устройства типа «удочка» и образец самого устройства для копирования»
В ходе этой тирады смешливая Яна «сползала» по своему спутнику как по дереву, видимо, не в силах удержатся на лапах, и под конец фыркала уже где-то в районе пупка. «Интересно у них пупок есть? На мохнатиках не посмотрела, но, по идее должен быть – живородящие ведь… Ну и фигня в голову лезет!»
- А знаешь, - Буш говорил серьезно, но в глазах явно плясали чертенята, - это может и сработать! Только надо угрожать что в случае разглашения «страшной тайны» эта записка попадет не в контрразведку, а в районный психоневрологический диспансер!
- То есть мне эту тайну можно и не хранить? – вежливо и с намеком улыбнулась девушка в ответ. - Ничего, кроме репутации фантазерки и новой легенды про Хозяина, на выходе не получится? А как же некоторые организации?
- А с чего ты решила что «кому надо» про то что «вы не одиноки во вселенной» ничего не знают? – насмешливо фыркнув поднялась с колен Яна, - и вот, скажи честно, сколько времени такая новость будет занимать верхние строчки рейтингов? День или даже неделю, а?
Дара почесала в затылке – в очередной раз за этот сумасшедший день мир выполнил кульбит.
- Но тогда я вообще не понимаю что от меня надо? Я и так никому ничего не скажу, – последняя фраза прозвучала и вовсе по детски, осталось только носом шмыгнуть.
- А вот это уже разговор правильный, - посерьезнел Буш. - Не было мысли пойти в «Иностранный легион»? Поверь – будет интересно. У тебя девочка, есть талант учителя, я с большим удовольствием следил за тобой.
«Упс! А вот это, кажется, называется «предложением от которого невозможно отказаться», действительно гуманно и даже выгодно». Предательское сердце опять рухнуло вниз, и чуть не вызвало конфуз, пока Дара подбирала слова для ответа.
- Я подумаю, но сейчас вынуждена отказаться, у меня другие планы. – «Господи! Да тебя надо убить за один этот ответ!» - разорался в голове внутренний голос, - «Дарвиновская премия - сразу твоя, даже без голосования!». Удивительно, но Буш кивнул с пониманием.
- Конечно, ты только составила пару… - но смотрит он почему то на устроившуюся у него в подмышке Яну, а та на него. И кажется, что между ними проскакивают искорки. Похоже Дара тут вообще лишняя.
- Да, совсем забыл, – Буш взглянул прямо в глаза, и девушку начала сотрясать нервная дрожь. – Постарайся уцелеть. Если в каждом, кого будешь брать на прицел, тебе станет мерещится твой избранник, то шансов у тебя не будет никаких. Веришь? А теперь просто поверь, что такого быть не может. И не будет! Веришь? – Дара кивнула так, что лязгнули зубы. - Вот и отлично! Тогда прощайтесь и до встречи.
Две обнявшиеся фигурки подняли лапки в жесте прощания и просто исчезли в подлеске, едва сделав по три быстрых шага назад. Оставалось только тряхнуть, головой пытаясь привести в порядок основательно съехавшие набок мозги, и повернуться. Ну конечно же – Ёжка и Мишка стоят очень похоже обнявшись. Мишутка пытается выглядеть взрослым и суровым, но скорее растерян. А у Ёжки глаза на мокром месте. Зато как прижимается к своему «Мишутка хороши-ий!». Затолкав зависть поглубже, Дара просто шагнула вперед, обняв сразу обоих. Пара мокрых носиков уткнулось в грудь слева и справа, а четыре лапки вцепились, как в спасательный круг.
- Ну что вы, все будет хорошо! Даст Бог, еще свидимся.
- Нас эвакуируют! – два голоса прозвучал глухо, но синхронно.
- И правильно! Нечего вам делать на чужой войне! Есть занятия поважнее! – на последней фразе Мишутка выпятил грудь колесом, а его девушка «уронила» налившиеся кровью ушки, но отвлечь их от темы не вышло.
- Ой, Дара ты такая добрая-я! – Протянула Ёжка поднимая заплаканные глаза. - Мы ведь уже поучаствовали… Потому и отзыва-ают!
Дара опешила – каким это боком её знакомцы оказались причастными к произошедшему безобразию? Неужели на самом деле…? «Да нет, фигня всё это!». Но толком расспросить девчушку не удалось – на «вопрос как вмешались?», она просто махнула лапкой в сторону раскинувшихся на берегу моря воронок, и вцепилась в своего друга как клещ. Ничего, кроме всхлипываний, от неё добиться не удалось.
А потом два знакомца синхронно дернувшись, вскинули повешенные носики, будто получив неслышимый сигнал, сдавили Дару в объятьях, лизнули с двух сторон в щёки и, встав на четыре лапы, рыбками нырнули в подлесок. Вот и попрощались.
Оставалось только покачать головой - на память осталось сразу две загадки. И, если вопрос виновности мохнатиков в уничтожении Йориковки, мог подождать как минимум до послевоенного трибунала. То вторая информация была куда как важнее. Вот только сама форма подачи… Непонятно то ли Бушмейстер банально прибег к психокодированию, чтобы наряду с сохранением тайны, заодно, повысить шансы понравившейся ему туземки. То ли сообщенная информация была чистой правдой.
Но тогда — что она означает именно для Дары. Например, Вадим, при высадке с катера подвернул ногу, и теперь проваляется всю войну в госпитале, не имея никаких шансов попасть ей в прицел. И совсем другое, если эта же информация является стратегической. Например – «федералы» сохранят нейтралитет. Или, нападение на планету действительно внешнее?
Тогда надо пробиваться на самый верх… «Ага, сейчас это еще и безопасно – все психбригады заняты обычными ранеными, - прокомментировал внутренний голос. - Что ты скажешь в ответ на вопрос, откуда тебе это известно?»
«Что-нибудь придумаю! - отмахнулась от него Дара. Её в этот момент интересовали куда как более приземленные вещи. То дело, ради которого она изначально отправилась к этим кустам, так и осталось не сделанным и его срочно надо было завершить.
Пока очередной поворот судьбы не привел к детсадовским неприятностям.

***

Не судьба. Чуть пробежавшись дальше по тропе, Дара свернула в сторону приглянувшихся кустиков и попробовала отвести в сторону перегораживающую путь ветку. Ветка не отвелась, а рухнула вниз, потому как была нарисована на маскировочной накидке, которую повесили изображать кусты там, где их вообще-то совсем не было. Но за своей торопливостью она этого не заметила.
В итоге прикрывавшая яму-выворотень «занавеска» рухнула, а за ней… «Вот это бутерброд!» - залихватски присвистнул внутренний голос, пока сама Дара смущенно пискнув: «Ой, извините!!!», - шарахалась назад, пытаясь прикрыть ладонями полыхнувшие от увиденной картины уши и щеки.
- Да мы уже закончили – доложил ей в спину придушенный девичий (или уже, наверно правильнее сказать, «женский»?), голос.
- Тогда одевайтесь! – рявкнула Дара не зная, что делать дальше – «Закончить они успели… понимаешь!»
Впрочем, стоило начать с сужения списка подозреваемых и осознания размеров ЧП. «Так, эту рыжую гриву и мальчишеские вихры спутать не с чем, но, на всякий случай, все равно проверим», - взгляд на тактическую карту сомнений не оставил, вот они все три метки рядышком, - «Ну Воробушек, орел наш залетный… и, значится, Рыжая».
Девушка оторвала ладони от ушей и ухватилась за голову. Как ни крути но, не даром, во всем виноват командир. А в данном случае именно он и виноват. «Это ж надо додуматься, сказать бойцам: «у вас есть час - делайте что хотите!». Они и сделали… что хотели… часа им хватило с запасом!», - прокомментировал внутренний голос очередную несостоятельность Дары, даже как младшего командира. Возразить было нечего.
«Ну и что мне с вами теперь делать?», - подумала Дара, разглядывая счастливо глядящие на нее две пары глаз. Участникам знаменательного события было по четырнадцать лет.
- Как что? Поженить конечно! – хором заявили оба этих нахала.
«Я что уже всё, что думаю, вслух произношу? Или все окружающие телепатами заделались?»
- Какая женитьба?! – схватилась за голову Дара, - Почему я? Это ЗАГС браки регистрирует, а у нас тут война между прочим! Вы понимаете, что делаете? – попробовала она достучатся до мозгов влюбленных. Глухой номер, но надо хотя бы пробовать. – Любого из вас могут запросто убить.
- Ну так а чего тогда, тем более, ждать? – уверенно тряхнула гривой Рыжик. - Если его убьют, так мне, может, не только воспоминания на память останутся.
И, положив ладонь на живот пониже пупка, загадочно улыбнулась и «добила»: - Я все рассчитала! – оставив Дару беззвучно хватать воздух ртом, на манер вытащенной из воды рыбы.
«О как!, - отметился внутренний голос, - Ты думала тут просто баловство, а оказывается - «она все посчитала». Вон и пацан кивает, значит согласен был, а не просто так. Женить. Однозначно! К слову, ты там на остальных глянь, чем они там заняты. Ну так… на всякий случай».
Вздрогнув от ужаса Дара глянула на тактическую схему, но остальные, вроде, никаких новых сюрпризов не обещали.
- А если меня убьют, то ты, Воробушек, обязательно снова женись! – продолжала развивать тактический успех Рыжик, видя, что ей удалось вогнать командование в глубокую задумчивость с перспективой перехода оной в кому, - Обещаешь?
Парень степенно кивнул. И неожиданно развил мысль:
- Вы ведь можете нас расписать. Командиры отдельных подразделений имеют права регистрировать акты… ну этого самого…
- Гражданского состояния, - автоматически продолжила находящаяся в ауте Дара и снова схватилась за голову при виде счастья в чужих глазах.
«Инопланетяне… Вот где настоящие инопланетяне!, - витийствовал внутренний голос, - Скажи какому охламону в городе, что можно добиваться чтобы тебя расписали, выискивая дырки в законах… Да он в дурку попадет, если поверит!». Дара, впрочем, тоже была не далека от этого состояния, а потом как-то разом всё изменилось, и даже голос неожиданно заявил, - «Семь бед один ответ!»
- Так, все с вами ясно. Вижу пока только одно препятствие – куда я вам штамп о регистрации поставлю? Паспортов то ни у кого еще нет.
Два упершиеся в нее взгляда были безмятежны, явно говоря - «Ты командир, ты и выкручивайся, как хочешь. Что за формализм в конце концов! На войну, значит, можно, а женится не положено!». Дара почесала многострадальный затылок, и в ответ изнутри черепа постучалась мысль. Оставалось её только реализовать.
- Так, всем внимание! – вышла Дара в общий канал, - Имеете десять минут, точка сбора номер шесть, форма одежды – парадная!

***

Через семь минут все были на месте и действительно во вполне приличном виде. Будет еще один факт в копилку чудес сегодняшнего дня. Дара взяла в руки стопку загодя приготовленных карточек, о которых она совершенно забыла за всеми событиями, еще раз пробежалась взглядам по ставшим вдруг серьезными и взрослыми лицам. Особенно задержавшись на парочке Воробушек – Рыжик.
- Товарищи курсанты, сегодня ваше обучение успешно завершилось. Далее каждому предстоит сделать свой выбор. Никто не имеет права в него вмешиваться, я лично обещаю что никаких последствий здесь и сейчас он иметь не будет. Все желающие поступить на военную службу – Шаг вперед!
«М-да, можно подумать что могло быть по другому» - еще раз посмотрев на шеренгу, Дара вздохнула и вывела на визоры текст:
- Я, Морозова Дарья Руслановна, добровольно становясь на путь защитника народа… быть честным, дисциплинированным, бдительным бойцом… Я всегда готова с оружием в руках выступить на защиту своего народа, свободы и справедливости… Клянусь мужественно умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни… до полной победы над врагами…»
Дара улыбнулась, стряхнув набежавшую на глаза влагу, и вздохнула полной грудью – удивительно, насколько свободным может чувствовать себя человек, полностью отказавшийся от собственной свободы.

***

Принятие присяги закончилось несколько необычно. После команды «вольно», Дара поймала глаза сладкой парочки, без слов спросив: «передумать-поругаться не успели?» - «Нет»
- Товарищи бойцы! У нас в отряде знаменательное событие. Двое ваших товарищей решили, хм, оформить свои отношения.
Кажется, и команды «смирно не было», но слышно как жужжит заблудившийся шмель.
- Яшман, Кольцов! – пауза. Кажется ребятки за всеми этими позывными забыли собственные фамилии. Наконец неуверенное: «Я», «Здесь!».
- Ко мне!
- Товарищ командир, рядовой Кольцов для бракосочетания прибыл! – «Ну… Воробушек, и тут орел!» - Дара еле смогла спрятать улыбку, отчего скомканное: «снайперские книжки давайте», - прозвучало совсем не по военному.
Тут тишину, наконец, прорвало, и от замершего строя понеслось, - «Рыжик счет размочила!», «Первый готов! А как порхал!», «В тип боеприпаса: «стрела амура» пишите, товарищ инструктор!», «Видали мы эту стрелу! так - гвоздик», - раздался звонкий голос Феклы, после чего строй грохнул, а некоторые, кажется, даже не устояли на ногах. Можно было дать команду «смирно» и приструнить разошедшихся бойцов, но не хотелось – с этим смехом куда-то уходило сковавшее всех напряжение.
Только лишь графа куда надо было вписать данное событие все не находилась – стоило все же заранее пролистать формуляр. Чтобы теперь лихорадочно не листать страницы. В итоге в электронной закладке «награды и поощрения» у каждого появилась запись – «Зарегистрирован брак: жена – Карина Андреевна Яшман, муж - Вениамин Апполинарьевич Кольцов, командир отдельного учебного отряда инструктор Морозова Д.Р.»
«К-хе, Ну чем не «Анна-на- Шее», а?»

Конец 21 главы. (еще две главы и эпилог)


 все сообщения
LookDreamДата: Воскресенье, 17.02.2013, 22:29 | Сообщение # 296
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Круто) молодцы курсанты, и конечно Буш и Яна понравились, крутые котяры!
Признаться не ожидала что молодежь на прерии ТАКАЯ бойкая, все же мои представления были чуть скромнее))) Но отлично прошло бракосочетание, малышня гораздо более благоразумнее некоторых взрослых.
Что же они будут делать.. надо срочно перечитать войну в аборигенах что бы быть опять в курсе, а то позабылась уже картинка.


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Понедельник, 18.02.2013, 01:13 | Сообщение # 297
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 22. А на войне как на войне.

В коптер набились как шпроты в банку. Молодой парнишка в кресле пилота весело оскалился, подняв кулак с оттопыренным большим пальцем, а потом рванул машину в небо. Слева будто ударила пулеметная очередь – импеллер зацепил ветки деревьев, но мир покорно провалился вниз размазываясь коричнево-зелеными полосами.
Именно в эти полосы и слился весь остальной полет. Позабыв обо всякой гордости и прочих приличиях, отчаянно цеплялись друг за дружку, пища от ужаса на виражах. Машина шла «облизывая» рельеф и верхушки высоких деревьев айсбергами проносились в иллюминаторах торча значительно выше слившихся в круги винтов. Хорошо так проносились - будто в зеленом ущелье летели, и только мигание света давало понимания что стены не цельные.
Время от времени весь ком наваливался то на один борт, то на другой, или размазывался по полу. Это автоматика уводила машину от столкновения с «айсбергами» которые пилот не успевал заметить. А еще все дружно молились, что бы этот «царь и бог» не вогнал их консерву в такую щель, что и автоматика не поможет.
Неизвестно что оказалось действенней – искренние молитвы атеистов или совершенство автоматики, но их полет таки завершился ударом, коротким скольжением и новым ударом. И только секунд через сорок самые сообразительные поняли, что это была посадка. Удачная, поскольку в авиации «удачной» считается посадка с места которой можно уйти собственными ногами.
Вторым чудом этого дня следует считать то, что когда все рванули на выход, при этом никого не затоптали. Уже почувствовав берцами твердую землю, Дара обернулась – их пилот, продолжая жизнерадостно улыбаться, нюхал руку после инспекции сиденья своего кресла. Обзор с его места видать был не в пример лучше.
Группу мигом, что называется, «расхватали» - едва успевала прощаться и бросать вдогон последние наставления. Счастливчики рысью уносились получив приказ, а вот Воробушку, Рыжику и Мелкой пришлось лезть назад в чрево летающей консервной банки. Все их проводили взглядами в которых мешался ужас и облегчение, а не верящая ни в бога, ни в черта Фекла размашисто перекрестила отрывающийся от земли борт.
Последнее прощание было с Марусей. Её увезли серьёзные дяденьки на характерном для этих мест грузовике с колёсами в человеческий рост. Только у этого сооружения корпус был куда как ниже обычного — в аккурат до верхней кромки этих самых колёс. Зато сверху присутствовало нечто, затянутое маскировочного окраса тентом. Орудийная башня или ракетная пусковая установка — и не скажешь. Или ещё что?
Расставаясь с человеком, уходящим в бой, не принято говорить прочувствованных или трогательных слов — суеверие такое. Махнул рукой или головой кивнул — и всё. Так что ограничилась строгим наставлением:
- Пристрелять Моську свою по новой со штыком не забудь!
- Зачем? – кажется, последние приключения не прошли даром даже для этой оторвы.
- Зачем, зачем… Чтобы ствол при выстреле не так болтало. Подарок мой хоть не забыла?
Маруся со всей силы хлопнула себя сначала по лбу, потом по нагрудному карману и вытащила оттуда с немалым трудом изготовленный винтовой зажим для штыка. В свое время Дара еле нашла чертеж этого полезного приспособления.
Обнялись. Подавая в распахнутую дверь тюк с массивным маскировочным костюмом — самодельной кикиморой — Дара только улыбнулась двум молодым бородачам и пошутила:
- Не откажите в любезности, милостивые государи, помогите девушке переодеться, когда наступит срок.
- Ты не сумлевайся, глазастенькая, - сверкнули из полумрака показанные в улыбке зубы. - Накормим, напоим и попку вытрем... - десяток глоток заржало из темноты.
- Убери локоть, шутила! - спокойно, словно оказалась среди родных братьев, откликнулась Маруся. - А ты, пузатый, Мосеньку мою осторожней держи. Натура у неё тонкая, на добро отзывчивая. Ну, двигай свой зад, подтирун, уступай даме место. А кикиморку далеко не запихивайте, под рукой держите.
«Эк она освоилась быстро!» - позавидовала такой лёгкости характера Дара. И пошла к тому месту, где грудились большие мужики, водя пальцами по расстеленной прямо на траве карте.
- Так, слухай сюда, девка! Людей у нас мало, а откель беда нагрянет не ведаем. Вот распадок этот, вишь с какими голыми склонами! Тут, считай, любая техника пройдёт. Потому инженерная рота, что скоро сюда выдвинется, станет готовить местность к непроходимости. Я ясно объясняю?
- Да, командир, - Даре не до того, чтобы прикалываться над косноязычием этого... пейзанина? Грузчика? Он дело говорит, хотя и нарочито кривоватым здешним языком.
- Вот и ладно. Вот и прикрой их отсель. Ну, ты поняла, что отсель у нас заслон имеется, это в который толстячка твоего прикомандировали.
Дара присмотрелась к пометкам на карте — редкая россыпь опорных пунктов на ней выглядела жалкой и отчаянной попыткой накрыть как можно большую площадь. Это притом, что о неприятеле вообще ничего не известно. Ни кто он, ни откуда появится, ни — куда и какими силами двинется. На Прерии в эфире гробовая тишина – приемники не в состоянии различить сигнал на фоне помех. И несущая тоже не прослушивается, что говорит об очень многом.
Глянув ещё раз на карту, Дара поняла, что место, куда уткнулся заскорузлый палец командира — отличный наблюдательный пункт. То есть повышенное внимание к нему в случае начала боевых действий можно гарантировать.
- Ясно. А прикрытие? - спросила она, внутренне ожидая неопределённого ответа и смущённого взгляда.
- А не будет его, - спокойно ответил дядька. - Вон парней из городских видишь? Двух бери по своему выбору. Больше никого дать не могу – всех опытных твоим же ребятишкам и отдал.

***

Городские, невесть каким ветром занесенные в столь неудачное место, держались насторожённой группой, видимо не до конца понимая, что происходит, и зачем они вообще здесь. На всех новый камуфляж — в том смысле, новый, что не заношенный. А модели — самые что ни на есть обычные, издавна известные. Вооружены тоже однообразно — армейские автоматы с подствольниками.
Подошла спокойно, невольно копируя Марусины ухватки, и представилась:
- Снайпер Серая. Двоих парней покрепче духом у вас забираю к себе в прикрытие, - и, угадав командира по тому, как задвигались остальные, обратилась уже к нему: - Ты уж не обмани, реально самые понятливые нужны.
- А вы замужем? - нашёлся-таки зубоскал на её голову. Посмотрела на него — он и захлопнулся, и даже улыбку будто проглотил. Да что это опять сделалось с её взглядом?
- Дубасов, Клеймёнов - в распоряжение снайпера, - командир и не подумал выделываться. Только спросил: - А что, Серая, федералы что ли на город развернулись? Против кого исполчаемся? Никто ничего толком не говорит.
- Если ты про тех, которые утром свалили из города на учения, так нет, - ответил за девушку мужчина, сопровождавший её от начальства. - Они как спозаранку начали движение на север, так и топали весь день. Однако, прав ты, дядя Ваня, ясности всё ещё нет . Непонятно даже есть ли что на месте города. Ты, это, лопаты просила, так вот — протянул он два затрапезных огородных заступа.
Кивнув в знак благодарности, Дара заспешила к назначенной ей позиции, слыша за спиной шаги не отстающих парней. Километров пять нужно отмахать пока солнце из-за гор не вылезло, да осмотреться, да позиции подготовить — некогда мешкать.
Вскоре дыхание помощников стало сбиваться:
- Ты куда так несёшься? - наконец взмолился один из них. - Непонятно зачем, непонятно против кого, а жилы рвёшь и себе и нам.
- Извините, не подумала, что это может быть утомительно, - Дара вдруг снова вспомнила ехидные приёмчики Егора Олеговича и пустила их в ход. - Сядьте, передохните. А как наберётесь новых сил — думаю, обратную дорогу вы сумеете отыскать и без меня.
Повернулась и пошла дальше. Топотание и сопение за спиной никуда не девались — парни почувствовали себя пристыженными и теперь старались ей что-то доказать. А, и пусть их! Может быть, так оно и лучше.
Каменистая макушка пологого холмика, торчащего посреди просторной луговины, оказалась действительно идеальной позицией, с которой прекрасно просматривалась прилегающая местность на протяжении нескольких километров. Обращённые сюда склоны окрестных возвышенностей были как на ладони, если не считать относительно небольших участков, укрытых листвой редких деревьев и чахлых кустарников. Главный вопрос — о направлении обстрела — никак не решался. Тут в любую сторону можно эффективно вести прицельный огонь.
Недолго думая, решила перекрыть все направления. Особенно к этому сподвигла возможность не слишком беспокоиться об удалении вынутого грунта — для него оказалось много ёмких промежутков между торчащих то там, то тут камней. Парни обречённо взялись за лопаты, и сразу стало ясно — не те они люди. Не те, к которым она привыкла за последнее время. Как про них местные говорят? Городские. Поскорее забралась к себе в рюкзак и добыла две пары нитяных перчаток с пупырышками — ни к чему ей кровавые мозоли на руках стрелков.
Примерно через час работы наметились две основных закрытых и восемь запасных снайперских позиций. Прикинула где будет тень в ближайшее время - в паре мест придется копать замакированные траншеи для скрытого перемещения, но не сильно много, больно рельеф удачный. А парни, наконец, поняли замысел и втянулись в работу. Хорошо так роют, понимают что не на дядю работают. Не грех таких работников и покормить. Густой наваристый супчик сварила под натянутой тряпицей на кубиках сухого спирта. Помощнички обрадовались горячему, и обстановка вокруг котелка стала дружеской и непринуждённой.
Дальше — одни копают, а другим нужно думать о грядущем. Вытряхнула из рюкзака заранее припасённые «заготовки» и двинулась в обход окрестностей. Раз уж ей выпала удача оборудовать позицию задолго до появления в поле зрения противника, то все тайные мечты снайпера она осуществит по полной программе. Вместо, «вундервафли» как обычно выдали чего по проще – обычные постановщики электромагнитных помех, в быту – глушилки. Что не есть хорошо, но могло не быть и этого. Тут не против техники работать. Будем надеяться. А на обычную пешую разведку должно хватить.
В последние десятилетия в войсках сложилась практика накрывать любой обнаруженный источник опасности артиллерийским огнём — пушки давно уже стреляют далеко и точно — им только цель укажи. Поэтому средства отыскания противника и наведения на него гнева бога войны доведены до высокой степени совершенства. В обычных боевых условиях после первого же выстрела нужно вспомнить — снаряд летит около четырёх секунд, а в мире электроники за это время вообще проходят геологические эпохи. То есть за эти четыре секунды нужно или унести свои ноги за пределы зоны поражения, или спрятаться за надёжной бронёй.
В её положении ни то, ни другое, не возможно. Значит, нельзя дать себя обнаружить. То есть — надо заглушить чуткую разведывательную электронику тогда, когда её доставят на опасное расстояние. Или — не стрелять.
Но, послали её как раз для того, чтобы стреляла. Потому и расставляет она неприметные контейнеры, содержащие примитивный генератор импульсов и мощный источник питания, привести который в действие намерена по лазерному лучу. Правда, отключить его потом не удастся — инфракрасный приёмник «накроется» от работы включенного им же генератора — нет в мире совершенства!
Так вот и бродила, мысленно разыгрывая будущее сражение, представляя себе, кто и откуда полезет и какими силами. Ну и других сюрпризов попроще наставила в местах, неприятности откуда могли бы грозить её позиции. Рюкзачок заметно полегчал, а далеко не всё удалось прикрыть — увы, грузоподъемность у неё ограниченная.
Что же — остаётся ещё пассивная оборона. Вернулась на позицию, чтобы проследить за ходом земляных работ. Хорошо, что парни действительно понятливые - лежачие окопы и траншеи для переползания по-пластунски завершили и даже удовлетворительно замаскировали. Правда львиную долю трудов за землекопов выполнила сама природа. Поправили огрехи и начали располагаться. Несколько особо важных пунктов прикрыли сверху полотнищами маскировочных сеток, накидкой, задерживающей инфракрасное излучение, кикиморой и маскхалатом.
- И это всё ты на себе пёрла? - удивлённо воскликнул один из ассамблейцев. - А с виду и глянуть-то не на что!
Второй же молча рассматривал протёршиеся перчатки. А потом ухмыльнулся и добавил:
- Двух здоровых мужиков заездила. Эх, Лёха, видишь, как внешность обманчива. Так, какие распоряжения будут, командир? - это уже Даре.
- Спать ложитесь. Я посторожу. Разбужу как начнется. Отдыхайте, мальчики — хорошо поработали.

***

Пока ребятки сопели Дара вела наблюдение и припоминала что же ещё важного осталось не сделанным? Вроде все по уму, а зудит какая-то мысль будто комар над ухом.
Как водится, мысль всплыла стоило чуть отвлечься на созерцание окрестностей. Дара задумчиво посмотрела на сладко спящее прикрытие, - «Умаялись ребятки… Нет, с девственностью, пожалуй, расставаться сегодня не следует – жалко будить парней. Да и второму будет обидно… ». Хмыкнула над собственной заботливостью: "Нашла, называется, отмазку. Сознайся честно - никто тебе теперь не нужен, кроме него...".
Оставалось перейти ко второй задаче. Нырнула в опустевший мешок – заработала она там пять рублей или нет, но повзрослела, наверно, достаточно, чтобы обращать внимание на глупые ограничения. Тем более - скоро бой и любопытство стоит удовлетворить заранее.
Коробочка нашлась, как и положено, на самом дне. Миг, и в руках оказались две не слишком толстых пластинки с рисунком на фронтальных поверхностях.
Строгие канонические черты, необычное сочетание красок – иконы? Однако… На первой – женщина держит на руках младенца. Дева Мария и Иисус – «Спаси и Сохрани», посыл более чем понятен. Вторая картинка не намного загадочней – святой Себастьян, небесный покровитель снайперов. Мученик, в свое время благословивший (вместо того чтобы проклясть) свою расстрельную команду и оставшийся в живых, видно дрогнула рука…
Но на этом сюрпризы подарка явно не исчерпаны – на торце пробка и клапан под стандартный «сосок» противогаза. Дара нажала на клапан и покатала по языку жгучую капельку – удобная выходит емкость и «Шило» отменное, даже кажется немного с глицерином – для мягкости. Во второй оказалась подкисленная вода со стимулятором. Так сказать два в одном – для души и для тела. Все?
Нет. Материал, из которого были изготовлены «фляжки», наводил на смутные мысли, не металл но ножом не царапается и, наверно, не всякая пуля возьмет… Пуля! Выщелкнула из магазина один заряд и померила размеры подарка – все точно, как раз в размер по грудным кармашкам на броннике, куда положено закладывать пластины керамической брони, для усиления. Вот только никакого бронежилета у нее нет…
Недолго думая сунула их в нагрудные карманы камуфляжа – сели как влитые – да здравствует стандартизация! На душе сразу стало спокойней, а на сердце теплее. Положила руку на прикрытое броней сердце и шепнула «спаси и сохрани», мучительно стыдясь, что не знает больше никаких молитв. Надо будет выучить несколько – наверняка там должно быть что-то соответствующее рельефу и обстановке…
Но, на бога надейся, а изменение ветра не прозевай. В прошлом больше загадок не осталось – самое время вернутся в наблюдению.

***

Поспать «мальчикам» удалось недолго. С запада из-за гор в небе показались многочисленные блестки. Дара тут же растолкала ребят и отправила их по ячейкам. Потом с юга докатились звуки множественных взрывов и, наконец, голос одного из бойцов: «сетка пропала», - окончательно прояснил картину - началось.
Через несколько минут тоже на юге полыхнула короткая яркая зарница, а потом пять ярких косых чёрточек промелькнули в небе далеко на востоке. И всё затихло. Ни одного сигнала в эфире.
«Итак, действия в условиях отрыва от командования, - спокойно констатировала Дара. - Причём, разбираться в том, кто свои, а кто враги, придётся самостоятельно».
- Сначала выбросили десант в капсулах, это их ложные цели мы видели. - А вот что произошло после этого — не знаю. Но логически – готовят зону высадки техники.
- Гляди, вертикальник!
Тяжелая туша, формой похожая на гигантский диск пронеслась по небу, и теперь целилась факелами реактивных струй за далекий холм, расположенный на северо-востоке. Со стороны города — то есть с противоположной — показались четыре мотоцикла. Они довольно быстро приближались, подпрыгивая на неровностях.
«Местные», - однозначно определила для себя Дара, - то есть свои.
Между тем, огромный корабль сел, скрывшись за вершиной, а мотоциклисты, двигаясь через ровную низменную часть луговины, объехали по дуге холм, где была оборудована позиция, и теперь удалялись в сторону севшего корабля. Опять все пропали из виду и стало тихо. Потом с востока донёсся выстрел. Показалось, что это противотанковое ружьё Колобка. Но из-за большого расстояния уверенно сказать было невозможно.
Оставалось пожалеть о несбыточном. Неподалеку, буквально в считанных километрах, приземлился наверняка напичканный десантурой и военной техникой крупный корабль. Одно обычное артиллерийское орудие с закрытой позиции способно в считанные минуты превратить его в ни на что не годный хлам. Где вы, пушкари? Эх!
В это время в стороне города на луговине опять появились местные — они копошились в траве, явно готовя какие-то сюрпризы. Точно, от места посадки десантного корабля и до города по дну этой долины самый удобный путь — ни через горы карабкаться не надо, ни через лесные заросли продираться. О, коптеры взлетели от вертикальника! Сюда идут. Вот они прижались к земле, скрывшись в складках местности, но через считанные секунды появились низко над днищем долины, обогнув склон.
Х-ха! Ракета вылетела слева и завалила один. И её одна — второй. По всему выходит — мотоциклисты постарались. Да уж, с точки зрения удобства для наблюдения её позиция исключительно хороша. Вот, ещё один коптер взлетел, но пошёл в другую сторону, словно нащупывая иной путь. Удаляется в сторону океана... упал. Ай да наши! Ай да молодцы.
Оба-на! Фигуры в камуфлированных брониках идут по склону. Прячутся в зелёнке и только изредка мелькают в просветах. Далеко — не достать до них отсюда. Недаром говорят, что работа снайпера состоит почти из одного сплошного терпения. Судя по всему, пешая разведка осматривает этот самый короткий путь. То есть, скорее всего, собираются провести тут колонну транспортёров, а может и танков — на вертикальнике много чего можно привезти.
Прикинем, когда эти парни увидят минёров? Нескоро ещё, вон с того места, где поворачивает склон, не раньше. То есть, уже, повернувшись к ней спиной. Дистанция будет в аккурат девятьсот метров и метров на двадцать выше. Как же удачно, что как раз там она поставила глушилку!
Направила в ту сторону прицел и послала контрольную посылку в инфракрасном диапазоне. Пятнышко ответа позволило уточнить положение гостинца. Всё на месте - ждём и не отсвечиваем.
И чего наши минёры так долго ковыряются на этой поляне? Непохоже, что скоро закончат — всё таскают и таскают какие-то крупные предметы — даже в оптику не удается разглядеть, что они там закапывают.
Томительно тянутся минуты. Разведчики, перебегая от одного укрытия до другого, приближаются — видно их всё лучше и лучше. Вот, наконец, подошли к нужному месту. Пора. Дала командную посылку - в прицеле блеснула вспышка сработавшего пиропатрона, а наушники выплеснули волну треска - генератор помех, в просторечии «глушилка» - сработал штатно. Исполнительное устройство забило эфир хлёсткими электромагнитными импульсами. Теперь никакая электроника ей не опасна — можно работать по правилам англо-бурской войны. Замерла, затаила дыхание и выстрелила. Попала. Перезарядила и... цели залегли, правда, не зная, где она, разведчики укрылись не слишком удачно. Двое из оставшихся в живых шестерых, остались на виду.
"Вот теперь, ребятки, посмотрим как вы умеете обнаруживать позиции снайпера без всякой электроники", - подумала Дара "дожимая" спусковой крючок. Выстрел. Попала. Сменить позицию? Пожалуй не стоит. Винтовка-штатив не самое удобное оружие для полевого сражения. Ни глушителя у неё нет, ни системы беспламенной стрельбы, и магазин невелик. Но если не заметили, то суетиться точно не стоит. Перезарядила и... цели снова сместились. Правда, не зная, где она, теперь уже трое из оставшихся пятерых, доступны для её пуль.
Не очень здорово у ребят без электроники выходит, даже азимут определить не смогли, хотя, казалось, в этом-то что сложного? А самое главное - связи со своими у них нет и огненный вал на её голову из-за горизонта не прилетит. Даже если была у этих бойцов резервная рация, с короткозамкнутой антенной, все равно есть еще восемьдесят секунд пока горит пороховая шашка в МГД-генераторе, по меркам войны - целая вечность.
Сняла третьего. И тут остальные открыли ответный огонь. Её, наконец, засекли. Переползла в другую ячейку, слыша, как Лёхин автомат выплёвывает короткие очереди. А вот и Слава ударил одиночным. Тем временем приладилась к новому месту. Ага, один из неприятельских разведчиков отползает в сторону — как раз хорошо виден — не так-то просто укрыться на склоне, обращённом в сторону стрелка. Попала. Смена позиции. Дудукают автоматы прикрывающих, а она ползёт, извиваясь ящерицей, и слышит свист пуль над своей головой. Не вздрагивает, нет. Точно знает, что, если не поднимать задницу — её не достанут. Ага. Попрятались все. Как же их высмотреть? Пару минут напряженно вглядывалась в склон, анализируя происхождение каждого пятнышка, и «вычислила». После попадания тело дёрнулось — значит не ошиблась, не по пустому месту стреляла. Пятеро из семерых уничтожены. Где ещё двое?
- Колонна с севера, - доложил Слава.
- Минёры отходят, - откликнулся Лёха.
Взглянув на приближающуюся технику, Дара увидела облепленные десантом невысокие коробочки. Длинноствольные автоматические пушки, - определила она «палки» наклонно торчащие из маленьких башен.
- Мальчики! Ползите к шестой ячейке, пора менять позицию, потому что тут нам не удержаться.
Ползли практически через открытое место, таща животы сначала по сухому дну старой промоины, а потом и просто по ручью. Только трава закрывала их от посторонних взглядов. Вокруг расстилалась ровная, как стол поляна и никакого укрытия нигде не было. Одно хорошо — отползти успели далеко. Остановились в глубоком месте, где вода полностью покрыла их горизонтально расположенные тела. И увидели, как снаряды взрыли высотку, на которой буквально несколько минут назад располагалась их позиция. А потом туда же пошли десантники — сначала гранаты из подствольников накрыли вершину холмика, а потом и пехотинцы «взяли» её стремительной атакой. Видели, как два разведчика тащат со склона третьего, видимо, раненого, а не убитого. А потом замешкавшаяся на десяток-другой минут колонна продолжила движение к городу, пройдя в сотне метров от Дары и её ассистентов. Передняя машина страшно пылила - и из-за поднятого ею шлейфа уже ничего было невозможно рассмотреть.

***


 все сообщения
LookDreamДата: Понедельник, 18.02.2013, 02:47 | Сообщение # 298
Пиратка
Группа: Авторы
Сообщений: 1763
Награды: 14
Статус: Offline
Я уж думала она переубивает всех всех всех. Но потом поняла что нужно было просто задерживать для миннеров. А вначале казалось что держать надо дольше для каких-то иных целей. Не плохо действуют местные, хотя я даже как-то забыла переживать, знала же что все хорошо должно кончится.

Про коробочку красиво вышло, для души для тело, круто молодцы.


Катеринка, Катик, Леди Кэтрин
 все сообщения
КауриДата: Вторник, 19.02.2013, 05:13 | Сообщение # 299
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Цитата (LookDream)
Про коробочку красиво вышло, для души для тело, круто молодцы.

Про коробочку пожалуй переделаем.
Есть другие мысли... может и меньше понравится, а все же.

А попереживать могла бы. Все кончится не так радужно как хотелось бы. Все таки поганая штука война.


 все сообщения
КауриДата: Вторник, 19.02.2013, 21:19 | Сообщение # 300
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Переделанное начало 21 главы

Глава 21. Долгие проводы.

Марш-бросок в сторону Йориковки вышел изматывающим, но очень скучным. Даже вышедшие на охоту ночные хищники предпочитали убираться подальше заранее, должно быть на своем зверином языке ругая невесть откуда взявшуюся стаю двуногих, диким топотом распугавшую всю округу. Их можно было понять – ложиться спать под урчание голодного брюха - удовольствия мало, но это неудобство ничто, по сравнению с потерей шкуры, поэтому желающих разобраться с бандой захватчиков не нашлось.
Стая амфиционов пришла посмотреть на вторжение, но видя, что пришельцев не интересуют их охотничьи угодья, просто проводила до границы. С ними было не все так просто – одно время Даре показалось, что они все же решатся напасть на замыкающую тройку, но обошлось.
Оставалось только монотонно переставлять ноги – сто шагов шагом, сто шагов бегом. Волчья рысь. Наплевав на скрытность, просто ломились по тропе, ограничившись лишь передовым и тыловым дозорами часов до одиннадцати – пока не догнало сообщение о выводе из Ново-Плесецка формирований «федералов». Следом за ними выходила и большая часть сил Ассамблеи. Такого соглашения удалось добиться новому Представителю Президента. Точнее – новому исполняющему обязанности старого Представителя. Дара мысленно перекрестилась – неужели политические танцы закончились без стрельбы? Бывают же чудеса!
Вяло, зато искренне, порадовались начавшейся «разрядке», вытащив из загашников всё вкусненькое, что придерживали до этого момента – всё равно скоро можно будет порадоваться домашней пище. Но отмены приказов так и не дождались, потому пришлось делать зверское выражение морды лица и поднимать покряхтывающую группу в новый бросок. Казалось, что на радостях о них попросту забыли.
По радио шли бравурные марши и общее ликование, а вот «командный» канал принес новое уточнение – перейти в режим радиомолчания и незаметности. Вот просто так – без объяснений. Сердце сжала ледяная рука.
Вадим начал ежиться под оценивающими взглядами личного состава – видимо не только она подумала, что «разделение» было просто тактическим маневром. Или имело целью избежать уничтожения ценной инфраструктуры.
Этакий рецидив «рыцарской эпохи», когда все сражения происходят «в поле», а победитель просто забирает ключи от города. Шутка. Но никакого менее идиотского объяснения творящемуся бреду не находилось и, видимо, это же сдерживало остальных. Настороженность по отношению к рукопашнику-федералу не переходила в ненависть. И то хлеб.
Невозможно бесконечно находиться в напряжении и, уже к вечеру настроение полезло вверх - идиллическая атмосфера в эфире и спокойная обстановка вокруг способствовали умиротворённости. Как бы там ни было, но группа возвращалась из длинного перехода, и впереди ребят ждало только хорошее. Не могло не ждать!
Снова на привалах зазвучали шуточки и смех. Только Дару и Вадима не отпускало тоскливое ожидание.
На ночевку встали за полночь. До Йориковки оставалось совсем немного, но получившийся «запас хода» до точки вполне позволял и самим отдохнуть и не устраивать переполох, ввалившись в спящее село в «ведьмин час».
Пока остальные разводили костер и разворачивали периметр из сигнальных мин, Дара просто взяла Вадима за руку и увела в лес. Ей показалось, или в глазах ребят теперь было меньше понимания?
Некоторое время они чинно гуляли, держась за руки – будто были не в глухом лесу, а где-то на городской набережной. На небосклоне сияли те же звезды, а вопли ночной живности звучали, кажется, мелодичней последних музыкальных веяний.
Дорога быстро пошла в гору, и они с Бероевым выбрались на не слишком высокий, зато почти полностью свободный от деревьев покатый холм - здесь всё перекрывали успокаивающие трели кузнечиков. Над головой, заставляя мигать близкие звезды, проносились стремительные тени – летучие мыши вышли на охоту.
Вадим предупредительно бросил на торчащий из земли валун куртку (романтическому вечеру может здорово помешать вцепившийся в мягкую честь спины землерой), и они с комфортом устроились рядышком, не разжимая рук.
Так и сидели молча уже с десяток минут, но, похоже, никому тишина не была в тягость – после суматошной беготни и нервного напряжения последних месяцев счастьем было просто посидеть, растворившись в окружающем мире. А уж держась за руку родного человека…
Дара тихо усмехнулась: «Вот значит как…», - и сама с собой согласилась. То, что она испытывала, точно не было страстью или телесным влечением. «Любовь?» – возможно, хотя ценность этого слова сильно падает после произнесения вслух, «близость» - будет, пожалуй, наиболее верно. И от осознания этого всё, что так волновало и страшило раньше, становилось мелким и малозначимым. Даже физическая близость на фоне возникшего понимания превращалась из пугающего приключения в явление такое же естественное и неизбежное, как дыхание.



НОВОЕ

- Знаешь, а у меня для тебя сюрприз, - шепнул Вадим, видимо, тоже боясь разрушить волшебное очарование момента. Секунда борьбы с клапаном рюкзака, и в руки лёг знакомый до боли пакет – привет из прошлой жизни от старого наставника. - Его на космодром подкинули…
Дара коснулась его пальцами, словно приветствуя старого знакомого, и решительно сорвала ногтями вакуумную упаковку. Чего время тянуть? Свои пять рублей она уже заработала, и не раз, и даже получила от добряка Ашота в десять раз больше звонкой монетой. Так что, давно пора. «Совсем уже как Ёжка себя ведешь! Такая же нетерпеливая, только у твоей подружки когти, а вот у тебя вообще-то нож на поясе», - мелькнула запоздалая мысль.
Покрутила в руках коробочку, вспоминая, как вышла с нею в руках за ворота интерната, как пыталась угадать, что внутри. Как же хотелось открыть сразу, не выполняя глупое условие!
Открылась коробочка легко, стоило разыскать скрытые в боковой части подвижные штырьки. А внутри…
Воспоминания нахлынули разом, вернув в детство. Шестилетняя Дара старалась найти место в обществе, куда попала после трех бестолковых дней на планете Земля. Никаких родственников найти детским службам не удалось, и девочку отправили прямиком сюда, в интернат. Дети встретили её неласково, да и она сразу ответила тем же. Огрызалась, царапалась и даже кусалась, пока не была признана полным «психом», волчонком, и не оказалась предоставленной самой себе.
Неудачно она попала – среди зимы. Занятия шли уже давно, и младшая группа сирот успела между собой сдружиться, создать маленькое закрытое общество, влиться в которое было непросто. А она и не стремилась. Всё заслоняла почти живая боль – тоска по родной планете, сильное желание вернуться назад. Однако никто бы не услышал от нее ни слова жалобы – не малявка уже, чтобы брать свои слова обратно. Сама ведь просилась на Землю… И дядя Ляпа отвез, а военные согласились подбросить. Не хотелось огорчать офицера, что поклялся дяде Ляпе её защищать. Он-то в итоге и отвез испуганную девочку в этот интернат, передал из рук в руки высокому худому старику, да и уехал.
Старика звали Егор Олегович, и был он воспитателем интерната. Но об этом девочка узнала лишь через несколько дней, более-менее разобравшись в этом холодном мирке сиротства и узнав, кто здесь кто. Тогда же Дара запомнила лишь имя, долгий немигающий взгляд, когда старик крепко взял за подбородок, рассматривая лицо новенькой, неопределенный взмах рукой с приказом идти в столовую и жуткий, казалось бы, беспричинный страх.
Кажется, она его возненавидела с первого же дня...
Почему? Объяснить не смогла бы, да и не задумывалась об этом никогда. В его классе, где они проводили часы после уроков, готовя заданное на следующий день, всегда стояла какая-то спокойная тишина. Старик либо читал что-то, либо дремал, но ничто, никакая мелочь не ускользала от его внимания. Это она поняла довольно быстро.
Иногда он вдруг прерывал их занятия и начинал рассказывать какую-нибудь историю. То ли в книгах вычитал, то ли с ним самим это случилось – никогда не уточнял. И эта малышня, её сверстники, слушали, раскрыв рты. А ей хотелось зажать уши руками, закричать, чтобы не слышать его голос. Совершить что-то ужасное. Но приходилось молчать и до боли сжимать зубы, думая о чем-нибудь другом. Не получалось. Тихий голос проникал внутрь, отгоняя посторонние мысли.
Дара злилась и не понимала, почему так реагировала. Истории Егора Олеговича были жутко интересными, никого она не слушала с таким удовольствием. Но в те первые дни, недели, она словно и правда стала волчонком, как прозвали её недобрые одноклассники.
На столе Егора Олеговича – большом, старинном, деревянном – было немало интересного. Таких мелких штукенций, которые притягивают детские взоры. И хотя ребятишки вокруг не отличались высокими моральными принципами, обладали обезьяньей ловкостью, и воровство считалось чуть ли не подвигом, со стола воспитателя никогда ничего не пропадало. И это было очередной странностью, сродни какой-то мистике. Кабинет его даже не запирался, в отличие от остальных, откуда периодически что-то, да пропадало. Виновных искали, не находили, наказывали всегда весь класс, например, лишая ужина, или лишний раз заставляя разгребать во дворе снег. Но кражи не прекращались. А с его стола так ничего и не исчезало. И это несмотря на то, что за каждой вещью скрывалась какая-то история, отчего они должны были казаться особенно желанными.
Дети уже знали, когда он расскажет про очередную вещицу. В такой день он брал этот предмет, долго вертел в руках, глядя куда-то вдаль, словно снова переживал связанные с ним события, а потом начинал тихо рассказывать, и все сразу бросали свои занятия, боясь пропустить хотя бы слово.
Дара постепенно привыкла к новой жизни, перестала всех ненавидеть, обходясь равнодушной неприязнью, сосредоточив всю ненависть на одном лишь Егоре Олеговиче. Но слушать истории начала с интересом. Болезненным - девочке совсем не хотелось, чтобы старик ей нравился.
И больше всего почему-то ждала, когда он расскажет про странный продолговатый предмет, невольно завораживающий её всё больше и больше, лежащий на самом видном месте. Правдами и неправдами, притворяясь безразличной, удалось узнать, что удивительная штуковина зовётся губной гармошкой. Этот старинный музыкальный инструмент лежал на особом месте – в самом центре стола, и сиял верхней блестящей пластинкой, притягивая взгляд. Квадратные дырочки по переднему торцу загадочно темнели.
Доступ к сети был в библиотеке. Только бесплатная информация, и младших к ней не подпускали. Дара нашла способ добраться до интернета, когда старенькая библиотекарша на что-то отвлеклась. Времени в сети хватило, чтобы найти что-то про гармошку, да только разобрать удалось совсем мало. Читать ее научили еще в пять лет, но вот понять ноты и другие моменты из музыкальной грамоты оказалось не под силу.
Оставалось одно - разобраться с гармошкой на практике. И вот, презрев всеобщее поклонение перед авторитетом Егора Олеговича, Дара совершила давно задуманное святотатство – украла среди ночи из его кабинета эту самую гармошку. С нею она залезла на чердак, там давно был присмотрен укромный уголок вдали от жилого крыла. И полночи пыталась извлекать музыку из старинного инструмента. Получалось неважно, резкие нестройные звуки заставляли морщиться её саму, но Дара не сдавалась. К утру опухли губы, зудело в голове, но решимость никуда не делась. Вернуть гармошку на место оказалось несложно. Как и украсть ее снова на следующую ночь. Упорно идя к цели, она выделила два часа под утро, когда у всех сон был особенно крепким. И с упоением предавалась своей навязчивой идее научиться играть.
Терпение увенчалось успехом далеко не сразу. Просто вдруг у неё начало что-то получаться. И с каждым днем мелодия становилась чище, переливы красивее, а в звуках появилась последовательность и какой-то невыносимо грустный мотив. Ну вот нравилось ей такое. Нравилось даже то, что во время игры по щекам нередко текли слезы, а перед глазами вместо пыльных стропил чердака проплывали остроконечные горы, леса и поля далекой Прерии. В звуках слышался ей и шум океана, и журчание Нифонтовки, и шёпот деревьев, и колыхание высокой травы. А то проскользнет рык амфициона, да послышится предсмертный хрип не успевшей спастись в своем летящем беге молоденькой лани. Порой мелодия рассказывала о восходе звезды Гаучо, так похожей на земное солнце, когда всё просыпается для нового дня... А потом вдруг мотив менялся и гармошка жаловалась на затяжные зимние дожди, изматывающую жару и бесконечное ожидание родителей, отправившихся в путешествие по реке Белой… И лишь об одном она играть не могла, о том, что так их и не дождалась. И потому мелодия всегда обрывалась очень резко, и Дара сидела и мелко дрожала, трясясь от невыплаканных слёз.
Так продолжалось около месяца, и до последнего момента удавалось хранить свою тайну в неприкосновенности. Но однажды случилось страшное. В это утро она доиграла мелодию до самого конца. В ней слилось всё, и окончание получилось таким, какого и боялась. Под впечатлением от душераздирающей концовки, она, словно в тумане, осознала наступление утра и ушла в спальню девочек, забыв гармошку на чердаке. Да и после не вспомнила. Только после занятий, когда они привычно забежали в кабинет Егора Олеговича, её пронзил ужас при взгляде на его стол. Гармошки не было. И пропажу заметить уже успели. Старик сидел за столом, держа в руках знакомый футляр. Обычно эта коробочка лежала под инструментом. Как сквозь сон слушала Дара долгожданную историю о гармошке, которую словно нарочно Егор Олегович решил рассказать именно сегодня. Ни словом не намекнул, что дорогая ему вещь пропала, и никто не спросил, словно так было и нужно.
- Знаете, ребята, в нашей жизни довольно много суеверий. Расскажу об одном… Часто на фронте друзья, или даже просто знакомые, меняются личными вещами. Так сказать - «махнуть судьбу не глядя». Никогда не хотел чужой судьбы… м-да, но однажды не устоял. – Он внимательно оглядел ребят, и Дара замерла от страха, что он услышит, как сильно бьется у неё сердце, и всё поймет. - Был у меня друг, Пашка Денисов, вот у него эту самую гармошку я и «махнул». Сам-то он играть не умел, зато хотел очень и репетициями своими заколебал всех страшно. Я, впрочем, тоже не умел, но думал, что выучусь – всё-таки, как-никак, музыкальную школу окончил.
И, переждав всеобщее оживление, Егор Олегович пригладил усы:
- К-хе, молодежь, вот о чём речь – Пашка погиб в тот же самый день. А играть на гармошке я так и не выучился. Не смог даже попробовать, но прошла она со мной всю войну, как талисман.
Егор Олегович оглядел притихших слушателей и снова пригладил усы:
- Вот что я вам скажу, ребятки. Хоть я и выжил, и можно сказать, остался почти целым, но – не берите себе чужую судьбу. Живите своей…
Гармошку она вернула на следующее утро. Положила на прежнее место – поверх футляра. И ни одна живая душа не видела этого. Так ей казалось. А днем была сражена – на её месте лежал странный коробок спичек, а музыкальный инструмент исчез вместе с футляром. И спросить невозможно – боялась, что он сразу обо всём догадается. Ну не могла она признаться в своем ужасном проступке. Потому что старик вдруг начал ей нравиться.
Все десять лет так и носила в себе эту историю, никому не рассказывая. Может потому, что подруг у неё так и не случилось, да и друзей. И именно Егор Олегович стал самым близким человеком в интернате, но как раз именно ему признаться было страшнее всего.
А теперь рассказала. Всё и сразу. И, вздрогнув, отхлебнула из протянутой Вадимом фляги. Тихо. Как же тихо вокруг!
- Значит, он знал, раз подарил её мне?
- Пожалуйста, сыграй, - тихо попросил Бероев.
Дара послушно взяла из коробки такой знакомый инструмент. Тяжеленький - руки помнят каждый изгиб гармошки с самого детства. «Значит, он знал?»
- Ты думаешь, я помню? – пробормотала Дара. Но посмотрев в его глаза, освещенные звездным небом и полной луной, решилась. Если и суждено сыграть тот мотив еще раз, то только для него.
И закрыв глаза, поднесла гармошку к губам. Тишину нарушили резкие звуки, пришлось срочно искать, как иначе, потом сразу вспомнилось, и над холмом полилась та придуманная в детстве мелодия. Она помнила! Но теперь в грустный мотив вплетался страх войны, расставания, и счастье, что она здесь, вернулась на родину, и что ОН рядом с ней.
***
Убрав подарок в нагрудный карман, Дара вздохнула, как после долгого сна, взяла руку Бероева двумя своими и погладила пальцем запястье. Там, где под кожей пульсировала жизнь – всё же, как хорошо, когда можно обходиться без слов!
Упс, биение удвоило свою частоту – а вот сейчас она, кажется, и проверит, насколько хорошо её понимают. Потому как в противном случае она играет буквально с огнем, так давя на чужие гормоны.
- Знаешь, - голос Вадима тих и звучит немного виновато, - я бы раньше никогда не подумал, что может быть так хорошо даже с не принадлежащей тебе полностью женщиной.
Дара с трудом проглотила застрявшее в горле сердце. Ну что ж, кажется, ей все-таки удалось вытянуть свой лотерейный билет с миллионом. Но каков нахал!
- И ещё, - широкая ладонь слегка, но очень уверенно сжимается, - не думал, что такое скажу, но я даже не чувствую желания на это претендовать. Готов довольствоваться тем, что считаешь нужным дать или сказать сама.
Нет, видно не меньше чем ось мирозданья сдвинулась – за ней, как за женщиной, признали свободу воли и право выбора. Другой вопрос - что на меньше чем всё, она и сама не согласна, но сам факт - дорогого стоит.
- «Скрепим же договор наш», - Дара облизала пересохшие губы, но все же нашла силы закончить цитату, - «поцелуем?»
И потянулась всем телом вперед, но вот глаза закрыть позабыла, отчего торжественность момента оказалась прервана внешней реальностью – по небосводу стремительным росчерком пронеслись десятки «падающих звезд», оставляя за собой огненные разноцветные хвосты:
- Вадим, смотри - метеоры! Скорей, загадывай желание! – восхищенно ахнула Дара, прижимаясь к парню, и мысленно выкрикнула: «Хочу дочку!!!». Когда они успели вскочить на ноги, она заметить не успела. И в свете, становящемся всё более ярким, увидела как помертвело лицо Бероева.
- Дара, это не метеоры… - выдохнул он.
- А что? Болиды? – действительно три из линий превратились прямо на глазах сначала в «головастиков», а потом и в огненные шары, летящие, казалось, прямо в них.
- Это… - Вадим прервал пояснение и решительно сунул руку за пазуху. Да не свою, а Дары, вздрогнувшей от мысли, что ищет он там совсем не то, что она подумала, а выключатель коммуникатора.
Шары совершенно бесшумно закончили свой спуск где-то рядом, озарив полнеба тремя вспышками раз в двадцать превосходящими по яркости молнию.
- Всем встать! - заорал он, наконец, найдя искомое. - Ноги в коленях согнуть! Ждем удар!!! Пять! Четыре! Три! – и на последнем слове земля вдруг прыгнула вверх, ощутимо приложив по пяткам и заставив подогнуться колени. – Вертикальный толчок! Всем держаться - сейчас будет болтать!
Несколько секунд, показавшихся вечностью и, казалось, такой твердый и надежный холм просто выдернуло из-под ног как какой-то коврик. Не удержавшись, они рухнули на землю, всем телом чувствуя затихающие конвульсии поверхности.
- Это не болиды, - выдохнул Вадим в ухо, - это орбитальный удар.

***


 все сообщения
Форум Дружины » Совместное творчество авторов Дружины » Сергей_Калашников, al1618 и Каури » Снайпер Дара - рабочее название (Правки, вычитка)
Страница 10 из 11«12891011»
Поиск:

Главная · Форум Дружины · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA · Д2
Мини-чат
   
200



Литературный сайт Полки книжного червя

Copyright Дружина © 2017