Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
Страница 1 из 212»
Модератор форума: PKL, Беркут 
Форум Дружины » Совместное творчество авторов Дружины » Прерия 2075. совместный проект » Спец Кор (Только для чтения - текст закончен)
Спец Кор
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:06 | Сообщение # 1
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Спец Кор

Диана Морозова попадает на Прерию в качестве специального корреспондента корпорации Гугл.

Обсуждения здесь.




Проект "Прерия 2075"


Спец Кор. Прерия. Так же на СИ

Глава 1

Лететь галопом по заросшему высокой травой полю навстречу восходящему солнцу - что может быть прекрасней?! Конечно, полеты на параплане тоже доставляют удовольствие и не малое, но, когда скачешь верхом на вороном коне, таком живом и мощном - это другое. Как можно сравнивать Сайгона с чем-то еще? Ну да, это я сейчас так думаю, осаживая верного скакуна у крутого склона. И скорее всего - в воздухе, когда параплан становится частью тебя, буду думать по-другому. Ну и что? Ведь важно то, что происходит в данный миг, здесь и сейчас. Важно, что я живу, дышу, чувствую, что у меня есть еще на это силы. Пусть в голове куча желаний – по большей части несбыточных, пусть жизнь порой – не такая сказка, как кажется, пусть надежда что-то изменить более чем призрачная… Но я снова верю, что она есть, потому прямо сейчас мне хорошо! Вот и не надо забивать себе голову сравнениями. Нужно просто радоваться.
Эх, замечталась, заметила Алекс только теперь, когда они с Касабланкой в стремительном галопе оказались уже совсем близко. Полагаю, ждет меня веселенькая взбучка.
- Диана! Что с тобой? – Начала кричать Александра еще издалека. – Что ты вытворяешь? Немедленно надень свои чертовы визоры! Ты меня слышишь?!
Я не спешила выполнять приказ, отвернулась, наблюдая за поднимающимся над лесом солнцем. Как красиво – небо с кучерявыми облачками окрасилось золотисто-розовыми лучами. Лес из мрачной громады, превратился во что-то привлекательное, рыжие стволы ближайших сосен словно светились. Только здесь и можно понаблюдать за природой, вдали от мегаполиса и всякой техники.
Словно опровергая мои слова, вдали заработал трактор. Испортил все настроение, заглушив трели птичек и нарушив такую благодатную тишину.
Сайгон переступил с ноги на ногу, подбираясь ближе к подъехавшей рысью Касабланке, а я снова глянула на хмурую Александру.
- Что случилось, Алекс?
- Много чего!
Александра - все-таки красивая женщина. Это сейчас еще заметнее. Разгоряченная быстрой скачкой, с развевающейся гривой рыжих волос, с сердитым выражением лица. И не скажешь, что ей уже скоро пятьдесят. Совсем не выглядит на свой возраст. Молодые парни до сих пор засматриваются, вызывая ревность Егора.
Только кажется, что Алекс кремень, никому не дающая спуску. Ко мне она всегда питала слабость. Своих детей у них с Егором не было, вот и относятся ко мне, как к дочери.
- Диана, так нельзя! – Голос ее слегка смягчился. – Почему ты все время так поступаешь? Ты не понимаешь, как это эгоистично заставлять волноваться Егора? Ведь он уже не молод!
Хм, трудно вообще-то представить, как волнуется дядька Егор. С его немигающим взглядом, неподвижным лицом и спокойствием, которое, кажется, ничем не нарушить.
- Никто не видел, как ты приехала, - продолжала Александра, - Сайгон пропал… А ты даже визоры отключила!
- Я что – должна была вас разбудить среди ночи?
- А хоть бы и так. Чай не кисейные барышни. Ну и разбудила бы.
- Так Стешка мне открыл, даже сам оседлал Сайгона. Разве он не сказал? – вздохнула я. Совесть уже начинала мучить. Ну, правда, приезжаю, навожу переполох. Лучшего друга поднимаю в три ночи…
- Стешка-то сказал… Когда проснулся! Да и то, пришлось припугнуть. А то некая барышня, видишь ли, взяла с него честное слово – не болтать! Было такое?
Ага, конечно, попробуй, заставь его пообещать что-нибудь, если не захочет. На ходу, наверное, придумал про честное слово. Представила огромного увальня с обманчиво сонным взглядом, которого «пришлось припугнуть», а сперва - долго будить. Бедняга!
Я запрокинула голову и стала хохотать. Не знаю почему. Просто от радости.
Господи! Кто еще так обо мне беспокоиться будет?! Смех оборвался, и на глаза навернулись слезы. И опять не понять почему.
Александра тут как тут. Прижала мне ногу боком Касабланки, подъехав вплотную, обняла крепко.
- Ну, привет, радость моя! Будет уже, Диана! Развела мокроту. И что на этот раз? Кто обидел?
- Никто! – замотала головой. – Я просто!
- Ну, раз просто, надела бы визоры, тебя уже ищут. И хватит тут стоять, поехали. Завтрак, поди, готов. Егор тебя ждет. Стешка переживает. Ты вообще о безопасности думаешь, новости смотришь? Знаешь ведь, что мы запрещаем выезжать в одиночку. Шастают тут всякие! Места-то дикие, да и колония рядом… А ты одна! Самая крутая, что ли?
Вот так, любят они с Егором попугать всякими страстями, а на самом деле – сколько ни катаюсь, никаких опасностей не встречала. Но лучше попросить прощения, а не пререкаться, а то еще запретят мне вообще кататься одной.
- Прости! – покаянно произнесла я и невинно поинтересовалась: - А ты разве не одна? И визоров твоих невидно.
- Я – это я, - буркнула Алекс. Думаю, шутки она не оценила.
Мы не спеша ехали назад – к обнесенному высоченным металлическим забором комплексу. Еще и охранных сигнализаций немерено. Крепость просто, а не элитные конюшни.
Стешке ночью пришлось минут пятнадцать возиться, чтобы меня впустить. И всё это время он умудрялся меня воспитывать, занудно объясняя, что бы он сделал с любым другим, если б его этот «другой» в три ночи разбудил. Но вопреки обещанию дать по шее, первым делом, добравшись до меня, сгреб в медвежьи объятия и предложил отдохнуть с дороги в его каморке – мол, ночь еще и постель еще теплая. Врезала бы ему за такое, да реакция у него отменная – не позволил. Засмеялся, негодяй, типа шуток я не понимаю. Оседлал Сайгона в считанные секунды и велел не возвращаться до утра.
Наперегонки скакать Александра отказалась наотрез, злилась и на меня, наверное. Или на себя, с нее станется. Не могла простить моей беспечности и оправдать свою?
А я бы много могла сказать в свою защиту. Что иногда просто жизненно необходимо побыть одной. Пусть даже с риском для жизни. Да и какой тут риск?.. Подумать, помечтать, просто вырваться на несколько часов из своей серой жизни. Почувствовать себя другим человеком. Да что там – просто живой. Только кого это волнует?!
Так и доехали молча. Визоры я так и не включила. Не могу, не хочу никого слышать! Хоть один день! Имею я право? И сама себе ответила – конечно, нет. Но все равно не включила. Хоть пару часов еще…
Ворота открыты нараспашку, а перед конюшнями собрались почти все.
Заспанный Стешка и еще трое конюхов, один из которых мне не знаком, слушали последние наставления дядьки Егора, старавшегося перекричать работающий в холостую старенький джип. Все вооружены, кони оседланы.
Видимо, разыскивать меня собирались. Теперь стало по-настоящему стыдно. Даже если они опасность преувеличивают, должна была подумать, что всех на уши поставлю. Ведь они-то верят, что так и есть, что кругом бандиты и мародеры. Да и грех их винить, жизнь потрепала в свое время.
Парни приветливо заулыбались, но под суровым взглядом Егора тут же стушевались, повели лошадей обратно в стойла. Стешка подмигнул мне и поспешил заглушить мотор.
Муж Александры сам помог мне слезть с коня. Не пойми, о чем думает. В какой-то момент показалось, что даст подзатыльник, как в детстве, но обошлось.
- Завтракать! – сказал спокойно. – Все разговоры потом. Да, Ди… Умойся пойди сперва.
Главный дом встретил знакомыми с детства запахами. За три часа конной прогулки я здорово проголодалась. Из кухни вкусно тянуло свежеиспеченным хлебом, но стащить какой-нибудь лакомый кусочек – не стоит и пытаться, если там по-прежнему заправляет Алена. Не посмотрит, что любимица, которую полгода не видела – огреет поварешкой.
Потому сразу поспешила в гостевую ванну на второй этаж. Из зеркала на меня смотрело настоящее чучело. Волосы растрепались, превратившись во что-то непотребное, подбородок в чем-то измазан – и когда умудрилось? Зато глаза в кои-то веки блестят, щеки горят румянцем, даже круги под глазами не так заметны.
Умылась быстро, кое-как причесалась старомодной щеткой.
Как ни спешила, в столовой уже все собрались, ждали, когда спущусь. Только при моем появлении стали рассаживаться. Алена посмотрела неприветливо, но каши наложила целую тарелку с горкой – значит – не сердится, просто в целях воспитания. Словно я по-прежнему маленькая хулиганка, доставляющая всем кучу хлопот, а не взрослый самостоятельный человек и гость, к тому же.
Разговоров, которые обещал Егор, избежать после завтрака не удалось. Тесный семейный кружок больше походил на суд. Я уж вся съежилась под немигающим взглядом Егора, а он мягко проинес:
- Нет смысла тебе говорить, Диана, как глупо ты себя повела, приехав среди ночи и отправившись на прогулку верхом. Вижу, что сама уже все поняла. Верно?
- Но я…
- А о тебе, Алекс, вообще молчу, - жестко добавил он, глянув на жену.
Несколько секунд они сверлили друг друга вызывающими взглядами, заставив меня волноваться еще сильнее. Страшно боялась всегда их ссор, хоть и крайне редких. Ну почему в их присутствии я всегда ощущаю себя ребенком?!
- Диана, как твои репортажи? - сменила тему Александра. Стешка, приходившийся ей троюродным племянником, клевал носом в глубоком кресле. Притворяется, наверное. Рад небось, что ему не досталось… Или досталось? Ох!
- Да никак, - напустила я грусти. Не хотелось говорить сегодня о проблемах и плакаться в жилетку. Потому избрала более безопасную тему. – Какие только репортажи я не снимала, чтобы впечатлить Гугл. Но только впечатлить их трудно. А теперь думаю – почти невозможно. Про хоспис вообще получился такой печальный репортаж, что у меня сердце разрывалось, когда пересматривала. Один мальчик, Толик, совсем кроха, а так мужественно держался! Персонал жесткий, ко всему привыкли, а на него смотрят со слезами. Ну, хоть лекарства выбили... А от Гугла тишина. Как всегда!
Александра расстроенно закусила губу. Не может спокойно слушать о несчастных детях.
- Может тебе поменять подход? – проронил Егор, закуривая трубку.
Они оба знали о моей навязчивой и безумной идее попасть в штат Гугла. Вся нереальность предельно ясна: кто возьмет в эту крутую мегакорпорацию безвестную журналистку, ничем ещё себя не проявившую, кроме происхождения. Потому я не чаще, чем раз в два-три месяца отсылала им какой-нибудь репортаж, в надежде, что кто-нибудь там оценит. Причем все они были, на мой взгляд – просто отличные.
- Как это – поменять подход? – заинтересовалась я.
- Ну, вот ты все про бедняжек разных снимаешь, - поддержала мужа Алекс, - про жизнь в бедных детских домах, про брошенных животных, да всяких приемниках, или вот – хоспис теперь.,. Про новые технологии... А попробуй про светскую вечеринку - закрытую, желательно, куда у тебя-то - доступ есть. И поострее. Со сплетнями там, разными – ну и весело, чтоб было.
Думаю, Егор был удивлен не меньше меня, явно другое на уме было.
- Да кому это интересно?! – возмутилась я для порядка, ожидая, что мужчины меня поддержат.
- Мне, например, - пробормотал Стешка, слегка оживившись. – Особенно, если удастся заснять Викторию Райт. Говорят, она в Москве.
- Кто говорит? – в один голос удивились хозяева.
Дурдом какой-то! Срочно меняем тему!
- А что с колонией? - поинтересовалась я.
- Ну как что, - нахмурилась Алекс. – Все то же. Сбежали трое, бегают где-то в округе, а может, далеко уже. Кто знает…
- Вооружены и очень опасны?
- Именно, - Егор выпустил несколько ровных колечек дыма под неодобрительным взглядом жены. – И твоя ирония, Диана, тут совершенно неуместна. Правда, их уже изловили. Но это ничего не меняет. Осторожность должна быть всегда и во всём!
- Когда это? – встрепенулась Александра. – Почему я всё узнаю последняя?
- Да еще утром вчера. Я тебе говорил, но ты, видимо всё пропустила мимо ушей.
- Конечно, пропустила. А почему? Потому что твою корову – уже третью по счету – привезли в самое неподходящее время, и рядом стоял этот хрыч Пал Палыч и что-то мне бубнил про ее неправильный таз.
Пал Палыч, насколько я помнила – это их ветиринар.
- Он что еще жив? – он и в детстве казался мне страшно древним.
- А как же. – Алекс сбавила тон. – Такие живут вечно. Мы уж его вызываем как можно реже. Тем более теперь, когда есть Стасик. Помнишь Стасика?
- Э-э?
- Ковалев Стас, - подал голос Стешка, - однокашник мой. Теперь он отличный ветеринар. Да ты же помнишь, он еще в тебя влюблен был. До сих пор интересуется при встрече.
- Вот как! – Удивилась Алекс. - А, правда, милая, может, останешься, я как раз его сегодня на обед пригласила. Хочется узнать его мнение, - недовольный взгляд в сторону Егора, - насчет новой коровы. Третья уже. Скоро тут целое стадо будет, если так пойдет.
Муж ее лишь ухмылялся, попыхивая своей трубкой. Слабость к свежему творогу, молоку и сметане, именно своим, домашним - у него была, сколько его помню. Да и коров он именно что любил.
- Корову назвали Пёрышко, - умильно заметил Стешка.
- Как? – в один голос поразились супруги.
- Кто назвал? Она по документам проходит как Майский Цветок…
- Дурацкое имя, - буркнул Егор, - лучше уж Пёрышко.
- Ага, - улыбнулся Стешка во весь рот, - очень ей подходит.
Слушая их споры о новой буренке, я поразилась, насколько далека стала от всего этого. Что я тут вообще делаю? Да, отдохнула – и довольно.
Распрощалась со всеми очень тепло, сославшись на срочную работу, что, в общем-то, было правдой. Приняла у Алены, сетовавшей на мою «худобу» целый пакет домашних плюшек. Обещала звонить и не пропадать, заработав скептическую усмешку Егора.
До автовокзала в соседнем районе, подбросил Стешка на джипе. Сказал, что как раз собирался в город. Пока ехали, сетовал, что редко навещаю. А на моё возражение, что с ним я общаюсь больше, чем с кем бы то ни было на свете, с ухмылкой заметил, «что виртуал – это одно, а хотелось бы иногда и в руках подержать!» На что он намекает, отвечать отказался, сведя всё к очередной шутке. На прощанье крепко обнял и внезапно поцеловал прямо в губы. Однако отпустил настолько быстро, что я засомневалась в реальности происшедшего.
- Топай уже, чего застыла, - хмыкнул он. Крутанул меня как волчок, развернув на сто восемьдесят градусов, и подтолкнул к автобусу, шлепнув пониже спины. – Вечером не забудь чиркнуть, что и как!
Какой же он всё-таки бесцеремонный! Деревенщина! Одарила его высокомерным взглядом через плечо, но добилась только взрыва совершенно неоправданного нахального веселья.
Все мои попытки выглядеть надменной леди в глазах Стешки, почему-то никогда не имели успеха. Может потому, что знал меня с самого детства? Не знаю. Но он был, пожалуй, единственным человеком, который понимал меня всегда.
Помахав ему рукой с подножки рейсового автобуса, с грустью поняла - маленькая передышка закончилась и следующая неизвестно когда. Но и то неплохо – как в другом мире побывала и со Стешкой повидалась. Этого заряда надолго должно хватить. Все же не зря решилась, тоска отпустила и, как будто, дышать стало легче.
***
На следующий день, сидя в тесной приемной издательства «МосПрес», ожидала главреда. Замученная секретарша неопределенного возраста поглощала кофе огромными чашками, разрываясь между телефонами, звонившими непрерывно. Мимо меня сновали озабоченные сотрудники, которым тоже позарез нужен был главред, и секретарша раздраженно просила зайти позже. На меня косились, прикидывая видимо, стоит ли подождать, но никто так и не остался – снова убегали по своим делам.
Невольно отгородилась от этой суеты, вспоминая несколько часов покоя, проведенные так далеко от Москвы. Когда-то и я жила их заботами. Малышка совсем была, а умела и за лошадьми ухаживать и в конюшнях убираться, да много чего. Работа всегда находилась. Но и отдых был лучше, чем на самых дорогих курортах. Речка, друзья, ночное, рыбалка… Жаль, что не могу никак выкроить хотя бы недельку, чтобы снова окунуться в ту жизнь, в детство. Да, это настоящая, хорошая, размеренная жизнь – такая, как у Алекс с Егором, и я могла бы все бросить и… Нет. Какой смысл обманывать саму себя! Да, эта жизнь прерасна и сурова, но это – не моя жизнь. И в детство вернуться невозможно. Теперь у меня другие мечты, другие надежды и тревоги. Недаром даже на обед не смогла остаться. И ведь никакой срочной работы не было. Иначе не потащилась бы сегодня с утра в третьесортную «МосПрес», получив сообщение, что главред был бы рад меня видеть. Просто как представила этого гостя-ветеринара, да еще когда-то в меня влюбленного, неловкость эту деревенскую, шутки дурацкие. Не моя это жизнь, точно не моя!
Вернувшегося главного редактора встретила бодрой улыбкой. Кивком головы он предложил пройти в кабинет, стремительно пробегая мимо. Я не приминула этим воспользоваться и скоро сидела напротив, пережидая, пока он ответит на срочные звонки и обратит, наконец, на меня свое внимание.
Оказалось его приглашение устарело, и я уже не нужна. А что я хотела, уехав в какую-то глушь и упустив столько возможностей. Ничего не дается даром!
- Впрочем, есть кое-что, - Михал Иваныч закурил очередную сигарету и засучив рукава, стал рыться в ворохе разноцветных бумажек на столе. – Ну вот – к примеру…
Репортаж о забастовке на фабрике? Да, конечно, справлюсь, о чем разговор! Всего сутки? Нет свободного оператора? Да не проблема. Что-нибудь придумаю! Вместе пообедать? Нет, спасибо, не голодна, да и некогда… Да, конечно, буду держать вас в курсе…
И понеслось. Чтобы тебя не забыли, надо много трудиться. Пусть пока внештатным сотрудником, но уже доверяют вполне приличные темы. Не в этот раз, а вообще – бывает. И это немало, учитывая мой «юный» возраст. Месяц остался до двадцатилетия, когда станет доступным депозитный счет, а тогда...
Гугл пока подождет, но еще раз попробовать стоит. Надо же, чего удумали – светская вечеринка! Они ничего не понимают в моей работе! А Стешка, наверное, просто издевается, чтобы меня позлить…


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:08 | Сообщение # 2
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 2

Съемки ночного пожара в бедных кварталах, куда никто, кроме меня ехать не рвался - отняли все силы и основательно испортили настроение. Мало того, что вид грязи, нищеты, подозрительных личностей и оборванных попрошаек, вызывал панику и отвращение, и репортаж пришлось делать в нечеловеческих условиях, так еще жильцы этого сгоревшего вертепа откровенно измывались, отвечая на вопросы. А я-то обрадовалась, как охотно они пошли на контакт. Похоже, несчастье заботило их гораздо меньше, чем моя скромная персона. Нашли себе развлечение, негодяи. Угораздило же задать им прямой вопрос, не бандиты ли они, так ведь ответили прямо, и еще гоготали, придурки, самым мерзким образом. Ладно, не изнасиловали в итоге – и то хорошо. А ведь собирались, и даже не постеснялись рассказать, как это сделают… Даже думать не хочу, какой трусихой выглядела среди этого ада. Если бы не таксист, так вовремя посадивший свой коптер едва ли не на головы этой швали, даже не представляю, чем бы все закончилось.… Да еще мой флегматичный оператор внезапно «проснулся» и, расправив внушительные плечи, заслонил мое поспешное бегство от глаз бандитов, заговаривая им зубы на каком-то жутком жаргоне.
Бррр, прямо передергивает, стоит вспомнить… Отблагодарю таксиста как-нибудь потом, когда немножко отойду - несмотря на шок, умудрилась сфоткать на визоры номер машины. Оператору тоже надо что-то дать – может просто денег? Деньги!!! Быстро Венька с этими отморозками общий язык нашел, кстати! Подозрительно! И правда, что ли, заплатил им?! Кошмар!
И репортажа не получилось, хоть плачь! Венька с кривой усмешкой уже в коптере сообщил, что все заснял, но не могла же я позволить, чтобы кто-нибудь увидел такое! Велела оставить только картинку пожара, остальное стереть. Он согласно кивнул, а после огорченно сообщил, что случайно уничтожил все. Я даже ничего ответить не смогла. Посмотрела на его растерянную физиономию и принялась хохотать. Ну и ночка!
Хотелось лишь одного – добраться до горячей ванны, а потом сразу в постель, укутаться одеялом, отключить визоры, и спать!
Редактор, видно уже был в курсе. Выслушав мою сдержанную просьбу отложить нашу субботнюю встречу, он на редкость покладисто согласился и даже перенес ее на понедельник.
Два дня! Целых два дня абсолютной свободы!
Уже опускаясь в ароматную пену огромной ванны в доме матери, вспомнила, что так ей и не позвонила. Но сейчас на это уже не было сил. Как моральных, так и физических.
Едва расслышала среди приятной мелодии звонок и вибрацию визора и машинально приняла вызов. Опомнилась сразу, но было уже поздно. Узнав голос – давней подруги - перевела изображение на стену. Пена надежно скрывала меня, а от визоров я уже устала за день и бестолковую ночь. И как я умудрилась забыть их отключить?! Прав Стешка, балда я, самая настоящая!
- Диана, детка, я прилетела! – Защебетала обворожительная Риана Купер, сияющая добродушием, здоровьем и красотой. – Как я рада, что ты не спишь.
«Но очень хочу!» - хотелось ответить, но только зачем ее понапрасну огорчать?
- Риана, рада тебя видеть. Ты что, в Москве? - я мучительно придумывала, как от нее вежливо избавиться.
- Да, прилетела буквально час назад. И сразу позвонила тебе. Твоя мама велела поцеловать тебя, милая. И мне многое нужно рассказать. А знаешь? Приезжай ко мне.
- Э-э-э, - не поняла я, - Ты что, серьезно? Ночь ведь! И я устала…
- Дианочка, да брось, уже давно утро. Полшестого! Просыпайся, детка. У меня есть для тебя подарок! Тебе понравится. И еще… Посекретничаем. Поверь, ты будешь в шоке!
- Через час?! Нет, просто не смогу. Я только что снимала репортаж про пожар!
- О-о, но выглядишь ты совершенно очаровательно. – Риана недолго хмурилась. – Хорошо, спи, раз такое дело. Но к пяти вечера я вышлю за тобой машину.
- Договорились!
Отключив связь, я со стоном ушла под воду, случайно смахнув с бортика визоры. Потом еще пришлось вылавливать их на дне. Ничего – недаром же они такие дорогие - последней марки, говорилось даже, что выдерживают глубину двухсот метров, кажется - вот и проверим заодно. Правда, тут от силы метр. Но кому это надо - нырять с визорами так глубоко, ума не приложу.
Чувствуя, что клюю носом, выбралась из ванны и скоро нырнула под одеяло на огромной кровати. Велев системе разбудить меня через шесть часов, а до тех пор отклонять все вызовы, блаженно закрыла глаза.
«Может и хорошо, что встречусь с Рианой, - подумала уже засыпая, - она милая и когда-то мы очень дружили. Ей двадцать пять, вроде… Не намного старше…»

Риана еле могла дышать от смеха, когда выслушала подробности моих ночных съемок. Мы устроили пикничок прямо на полу ее номера и, лежа на ворохе подушек, жевали виноград и всякие сласти.
- Ты такая храбрая! – восхитилась она, став снова серьезной.
Ну и вывод! Впрочем, не стоит скромничать, пусть думает, что храбрая, раз ей так нравится.
- Пойдешь со мной на вечеринку? - резко сменила она тему. – Завтра вечером! Ты приглашена, я позаботилась.
- Зачем? Не собираюсь даже! Ты обещала мне рассказать что-то…
- Ага – и подарок. Но сперва соглашайся на вечеринку. Там будет Виктория Райт, а я ее побаиваюсь. С тобой мне будет комфортней. Да и вообще, твоя мама будет рада, если ты немного развлечешься.
- Я не… - И тут меня осенило. Стешка вспомнился со своими мечтами о топ-модели. – Виктория Райт? Она тоже в Москве?
- Ага, уже неделю! Эх ты, журналистка! А о таких вещах не знаешь!
Я уж открыла рот, чтобы пояснить, что я серьезная журналистка, а не какая-нибудь там, да только передумала.
- Хорошо, пойду, но с одним условием.
- С каким? – просияла подруга.
- Сделаю репортаж о светской вечеринке!
- Туда прессу не пускают, - запротестовала она. – Это закрытая тусовка, даже визоры сдают при входе…
И замолчала.
- Что?
- Ладно, я согласна. Можно ведь вести скрытую съемку, - возбужденно затараторила она. - И я знаю оператора, который тебе поможет.
- Правда?! – интересно, кого она знает!
- Не поверишь, с кем я сейчас встречаюсь! – Ее щеки порозовели, а зеленые глаза заблестели от удовольствия.
- С кем же? – Риана совсем недавно рассталась со своим бойфрендом, актером. Господи, как же его? Стив, Билл… Или Мэт? Нет, все-таки Стив… Видимо, надоело прощать его измены. Я очень надеялась, что ей повезет, и она встретит, наконец, кого-нибудь более подходящего ее доверчивой натуре. Но не оператора же!!!
- С Андреем Савицким! – Гордо произнесла она. - Уж тебе-то это имя должно быть знакомо!
Еще бы! Я пробормотала поздравление, пораженная тем, что на этот раз ее избранником стал не какой-нибудь бездушный тип из «золотой молодежи», а простой оператор. То есть, не совсем простой - одна из знаменитостей среди журналистской братии, но ведь далеко не красавец, и не из высшего общества. Хотя кто его знает, я вот тоже почти не бываю в свете, хоть и могла бы.
- Где вы познакомились?
- В самолете…
Слушая историю любви «барышни и хулигана», я испытывала и радость за нее и грусть. Похоже, на этот раз что-то настоящее. А мне ничего пока не светит в личном плане. Во всяком случае, в ближайшие десять лет. Насмотрелась! Да и обожглась уже однажды. И вообще – первым делом карьера, все остальное – подождет.
Савицкий явился после полуночи. Надо было видеть их встречу! Эх…
Пожимая мне руку, он обаятельно улыбнулся, и я поняла, что привлекло блистательную модель к этому суровому и не слишком уже молодому мужчине. Насколько я знала, он недавно справил сорокалетний юбилей… в горячей точке на границе с Китаем.
К идее помочь мне со скрытой съемкой он отнесся без энтузиазма. Но Риана так его уговаривала, что отказать не смог. Провожая меня домой на собственном коптере, он мрачно выслушал суть репортажа, никак не прокомментировав легкомысленную затею.
А мне было плевать на его настроение, и совесть нисколько не мучила. Извиняться за то, что меня ему практически навязали – тоже не собиралась. Слишком захотелось поработать с ним в паре, чтобы отказываться от такой удачи. Пусть даже не всерьез…
Как и договорились, Савицкий заехал за мной на следующий день около восьми вечера, так как по легенде был моим кавалером на вечеринке. Уговаривая себя, что это всего лишь работа, я с трудом справлялась с охватившей дрожью. В конце концов, это произвело нужный эффект, и я почувствовала себя почти спокойной.
Не скрою, удивленно поднятая бровь Андрея, не столько польстила моему самолюбию, сколько придала уверенности в себе. В первый раз он видел меня в скромном костюме. И особого впечатления я на него не произвела. А сегодня сама ощущала себя этакой легкомысленной красавицей. Лучше бы конечно, он восхищался моим профессионализмом, да только не настало еще то время. Ладно, пусть пока так.
- Рад вас видеть, Диана! Выглядите превосходно! – Вежливо произнес он, распахивая передо мной дверцу такси.
- Спасибо, Андрей. Вас тоже не узнать в этом смокинге, - скромно улыбнулась и заняла свое место.
Платье ездили заказывать к известному кутюрье, Давиду Парцалису, вместе с Рианой. Убили часов пять, зато обе были от него в восторге. Подруга также настояла на своем личном парикмахере и стилисте, который удалился буквально час назад, очень довольный результатом. Мучил меня часа три, но оно того стоило.
Хозяйка вечера, Мария Дюжева, встретила нас очень тепло. Даже сообщила, что без ума от Эммы Блант, моей матери. И посетовала, что ее нет в Москве. Имея в виду – нет на ее вечере.
Потом, отведя в сторонку под большим секретом сообщила, что будет Виктория Райт, - «Да да, не поверите, Диана, уже неделю в Москве!». Затем следовал еще ряд имен, не слишком мне знакомых, но ооочень богатых и знаменитых. Выразив свое восхищение, я, наконец, сумела вырваться, так как прибыли новые гости, требующие внимания хозяйки.
Почти сразу удалось смешаться с толпой, немножко успокоится и прийти в себя. Подхватив с подноса проходившего официанта шампанское, позволила себе один глоточек. Микрофон находился в изящном кулоне у меня на шее. Пришлось пережить в такси несколько волнующих моментов, когда Савицкий надевал его на меня. Кулон в виде какого-то насекомого из переплетения тончайших серебряных нитей - идеально подошел к моему платью. Сиреневое, с серебристыми блестками и отделкой, оно произвело впечатление не только на мужчин, но и на многих девиц на этой вечеринке, что было мне на руку.
Скоро ко мне присоединилась Риана. В зеленом платье с очень эффектной прической и изумрудными линзами, делающими ее глаза еще красивее и больше, она была хороша, как никогда. Я даже побоялась, что это станет сильно отвлекать Андрея, с которым она обменялась лишь долгим взглядом.
Андрей, словно образцовый бой-френд, следовал за мной тенью, снимал ли он - оставалось для меня загадкой, даже зная, не смогла понять, как он это делает. Так что остальные и подавно не догадаются.
- Начнем? – спросила Риана возбужденным шепотом. То ли ей понравилась сама идея, то ли присутствие Савицкого так подействовало, но подружка была в ударе. Она знакомила меня с девицами, которые ее знали хорошо, а меня после того, как звучало имя матери, тоже приветствовали весьма радушно.
Живая музыка, официанты в белых рубашках, снующие между гостями с закусками и шампанским, экзотические растения по периметру зала, великолепное освещение - все создавало отличный антураж для съемок. Лица гостей были хорошо узнаваемыми. Видные политики, звезды шоу-бизнеса, писатели, композиторы – тут собрались самые сливки светского общества Москвы.
Риана, милая и лукавая, словно для того, чтобы я лучше узнала ее «подруг» - заводила самые коварные темы, сама рассказывала разные сплетни, умудряясь выбирать самые интересные, и с большим вниманием слушала ответные откровения девиц. Видимо, приняли меня в итоге за свою и не особо стеснялись. Я с удовольствием рассказывала забавные случаи из журналистской практики, со смехом признавая, что это всего -лишь хобби. Противно было так врать, но иначе меня бы не поняли. А под таким соусом эти дамы даже восхищались и дружно просили рассказать что-нибудь еще.
Однако, зацикленные на себе, они с удовольствием играли со мной в игру:
- Вот если бы я сейчас брала у вас интервью, Анна, обязательно задала бы один вопрос.
- Какой?
- Боюсь, на интервью вы бы на него не ответили.
- Возможно. А все-таки, Диана? Ну, скажите. Вам-то точно отвечу. По секрету, конечно…
Спустя некоторое время, я набрала столько секретов, что пришла в ужас, подумав, как бы они отреагировали, если б узнали о моем репортаже.
Однако додумать мне не удалось. Так как, приковывая к себе все взгляды, в зале появилась та самая Виктория Райт. Знаменитая модель была еще красивее, чем на фото и в рекламах. Оливковая кожа словно светилась перламутром, высокая грудь приковывала взгляды всех мужчин, а потрясающее платье – всех женщин.
Немного раскосые глаза Виктории, прищурились, когда меня ей представила Риана.
- Вы, в самом деле, дочь Эммы? – спросила она высокомерно.
- Да. А вы еще красивее в жизни, Виктория! – попробовала я завязать разговор.
- Неужели? - хмыкнула она. Типа, «да кто ты такая!». Ну-ну. Плевала бы я на нее, но предполагалось, что эта красотка с кошачьими манерами станет центральной фигурой в репортаже. Мы были с ней одного роста. Но она все равно умудрялась смотреть свысока.
И хотя поговорить с ней так и не удалось толком, вечер вскоре перестал быть таким спокойным. Алкоголь, а вероятнее всего - не только он, делал свое дело. Мужчины стали нахальнее, а девицы развязнее, что ли.
Пикантных сценок хватило бы на десять репортажей. Но когда Виктория Райт, перепив «russia vodka», запрыгнула на стол и принялась танцевать, все вообще сума посходили. Я даже не выдержала, спросила Андрея:
- Ты это видишь?
- Запечатлел в своем сердце, - буркнул Савицкий, - не дергайся!
Танцевать она умела, пришлось признать. Только это оказался не просто танец, а самый настоящий стриптиз. Мужчины окружили стол плотным кольцом, улюлюкая и подбадривая распоясавшуюся красотку. Девицы смотрели с завистью, а мне вдруг стало тоскливо и неуютно среди этого праздника жизни.
Отыскав Риану, предупредила, что ухожу. И так материала достаточно по моим прикидкам, а оставаться здесь дольше не видела смысла.
- Я с тобой. – Кивнула мисс Купер, - подожди, я только возьму сумочку.
Андрей тоже куда- то запропастился, и я стояла совершенно одна, ожидая их у мраморных колонн широкой лестницы, ведущей к выходу.
Виктория Райт появилась неожиданно, заставив вздрогнуть.
- О чем задумалась? – спросила она, словно мы были близкими подругами.
- Так, о своем, - я вежливо улыбнулась.
Раскосые глаза пристально рассматривали мое лицо и все остальное. Совсем не было заметно, что знаменитая модель пьяна, или только что танцевала на столе. Прическа идеальна, платье сидит, как вторая кожа.
- А ты очень необычная, - произнесла она, нарушая молчание. – Совсем на мать непохожа. И кожа у тебя такая нежная… Кто твой отец?
Я снова улыбнулась, не собираясь отвечать.
- Не хочешь пройтись со мной, - она многозначительно качнула головой куда-то в сторону.
- Зачем?
- Ты прелесть, - усмехнулась модель, - сколько тебе? Восемнадцать? Я тебе трахнуться предлагаю, глупышка. Ну, или любовью заняться. Как хочешь, назови. Пойдем! Тут есть уютная комнатка.
Вся краска бросилась мне в лицо. Я, конечно, слышала о таком, но вот так прямо, чтоб предложили…

- Нет - так нет, - прошептала эта девица, и вдруг качнулась и легко поцеловала меня в губы. Это было так мимолетно, что я даже испугаться не успела. - Может быть, в другой раз… - обернувшись к спешащей к нам высокой брюнетке, она произнесла совсем другим тоном: - Сколько можно? Мне почти пришлось ждать!
- Виктория, но я…
Они удалились, а я все не могла сдвинуться с места.
Голос Андрея заставил подпрыгнуть.
- Ну как, моя прелесть, я ничего не пропустил? Или она сказала – глупышка?
- Дурак! – вырвалось у меня. Внутри всё кипело. Да как так можно!
- Расслабься, Диана, ничего ведь не произошло. – По его ухмыляющейся роже так и хотелось врезать. - И не забудь забрать свои визоры и вернуть мне микрофон. Мы уходим.
Так вот почему он все слышал!!! Микрофон! Глубоко вздохнув, я решительно сорвала с шеи кулон и, швырнув его на протянутую ладонь Андрея, направилась вниз по лестнице.
Только под утро, добралась до своего дома, усталая и раздосадованная. Всё удовольствие испортила эта наглая мисс Райт. Вот расскажу все Стешке!
Поспать удалось всего четыре часа. Понедельник не самый любимый мой день, однако, встреча с редактором, хоть и вымотала, но прошла успешно.
А вечером в течение пяти часов мы с Андреем и его помощником монтировали отснятый материал. Негодяй заснял даже наш разговор с Викторией. Оставила только потому, что смотрелось это… круто – и было отличным завершением, как ни противно было в этом сознаться.
А вечером в течение пяти часов мы с Андреем и его помощником монтировали отснятый материал. Негодяй заснял даже наш разговор с Викторией. Оставила только потому, что смотрелось это… круто – и было отличным завершением, как ни противно было в этом сознаться. Только мстительно заметила:
- Надо же было так напиться, чтобы влезть на стол и танцевать эротический танец!
Андрей посмотрел на меня чуть ли не с жалостью:
- Не искушенная ты леди, Диана, как я посмотрю. Открою тебе страшную тайну. Так станцевать, будучи пьяной, совершенно невозможно! Приглядись - каждый мужчина уверен, что она танцует именно для него. Это искусство и еще больше таланта.
- И все равно она - самовлюбленная дрянь, - не сдавалась я.
- Отнюдь, - задумчиво качнул головой Савицкий.
- Тебе что, она так понравилась?
- Не кипятись, малышка. Я просто ценитель прекрасного. И она видно тоже - смотри, как оценила тебя. - Он увернулся от моих кулаков и радостно рассмеялся.
А потом сразу стал серьёзен:
- Будем драться, или доделаем, наконец, репортаж? Меня, между прочим, Риана ждет.
Пришлось сжать зубы и взять себя в руки. Кроме того, чувствовала, что Андрей всё-таки немножко прав.
И около полуночи отправила репортаж в Гугл.
Когда Савицкий узнал, для кого предназначались наши съемки, он покрутил пальцем у виска.
- Сдурела?
- А что такого? Политику снимать? Так ноль реакции!
- Ну, если не понимаешь, то толку объяснять?! Подрасти, Диана. Ты можешь стать неплохим журналистом, но пока до этого далеко.
Я хотела объяснить, что это всего лишь шутка, но слова его слишком ранили.
Сказала легкомысленно, раз он именно так обо мне думает:
- Если в течение недели Гугл не пришлет мне ответа, то продам репортаж на развлекательный международный канал MTV, а гонорар поделю поровну.
- Не надо, - буркнул он, - купишь себе мороженное!
Мне захотелось заплакать, когда он вышел, захлопнув за собой дверь.
Конечно про MTV – это не всерьез. Совсем не мой профиль. Да и не такая я смелая, чтобы пустить подобное видео в открытый доступ.
Да что он понимает, этот Савицкий?! Он всего лишь оператор!
Но это почти совсем не утешало. Печальная шутка получилась. Просто кошмар, как все нескладно выходит. Он прав, конечно, мне еще работать и работать. Вот к примеру - настоящая журналистка на моем месте обязательно бы воспользовалась предложением Виктории Райт… Наверное.
Жуть! Даже думать про это не собираюсь!
Уже следующим утром снова окунулась в рабочие будни на ниве «МосПрес» и других, менее крупных издательств, где нередко получала случайную работу. О светской вечеринке вспоминать не хотелось, слишком много потрясений от бессмысленной затеи. Одно поняла – в следующий раз пойду на такую тусовку только под дулом пистолета!
Конечно, зря я отправила этот репортаж в Гугл, но сделанного - не воротишь.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:09 | Сообщение # 3
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 3

Вот всегда так - все сразу навалится, и не знаешь, куда бежать. То неделями тоска зеленая, ничего нового не происходит, съемки рутинные, репортажи банальные, все вокруг надоедает, а душа рвется куда-то, хочется совершить что-то грандиозное… То как сегодня - и в салон красоты с утра обязательно надо, там запись на несколько недель вперед – пропустишь – и всё, жди потом. И снять небольшой интересный сюжет для «МосПресс». Доверили наконец. Материал они ждут завтра к вечеру. Да еще встреча вечером. Немного подумав, решила отложить репортаж на завтра - успею, не впервой. А к встрече подготовиться надо обязательно. Поэтому сегодня – в салон.
Еще статью закончить не мешало бы для «ЖЖ», но это подождет. Два дня еще есть. Вот почту проверить лучше сейчас - селектор с утра мигает. Не обычную сетевую почту, а металлический ящик, в который приходит особо важная корреспонденция в красивых конвертах, подписанные настоящими чернилами.
Вот ведь! Мне реально некогда добежать до почтового ящика. Остался же такой пережиток прошлого! Хотя, вряд ли там что-то важное. Сегодня пятница, а значит, среди почты лишь очередные приглашения на всякие вечеринки для матери. Бесполезно распинаться всем, что она в Москве почти не бывает - все равно, регулярно присылают эти чертовы приглашения. Глянула в визор – все виртуальные почтовые ящики – тоже ломятся от всякой дряни. Сколько не ставь защит от спама, а все равно проникают. С другой стороны даже в этом барахле есть шанс добыть что-то интересное для статьи или новостей.
Лишь в очень-очень личном ящике пусто – абсолютный ноль. А это значит, что из Гугла опять ничего, на запросы не ответили и о скандальном репортаже – ни слова. Может не ждать, не мучиться больше?
Надо реально смотреть на вещи – работать в Гугл мечта, практически недостижимая. Вот где не посмотрят ни на твою родню, ни в твой кошелек. Им таланты подавай. Чтобы заметили, столько всего нужно сделать! Вроде и сделала. Репортаж, хоть и скандальный, пусть даже гламурный, но ведь вышел фантастический. Уж я-то им цену знаю. И даже Савицкому понравилось, иначе бы не ухмылялся так во время того просмотра после монтажа! Неужели никого там не зацепило? Ладно, я ведь с самого начала знала, что идея плохая, так и чего жду тогда?!
Можно опустить руки, не рыпаться, плыть по течению. На жизнь хватает. Оформиться, наконец? в штат и прозябать в московском офисе каких-нибудь «Вестей-5», да изредка в командировки летать. Только не по мне такое! Мне бы шашку, да коня, да на линию огня! Так дед говорил. Нет, я знаю, чего хочу. Стать штатным корреспондентом глобальной корпорации – настоящей журналисткой, пусть даже не в Гугл. Можно и чуть-чуть поскромнее. Ездить по горячим точкам или даже на другие планеты собственным корреспондентом. Там же тоже кто-то работает. Не зря же отучилась три года – в самом престижном университете. Только обучение еще ничего не дает, тут еще либо связи нужны, либо как-то проявить себя. Но со связями - потолок «Космополитен». А мне хотелось в Гугл.
Упросила маму послать меня после универа в школу журналистики, где Стефан Олдмэн учился. Олдмэн – он принц, нет – король журналистики! Он-то в Гугл работает. Звезда…
И мама, хоть и не одобряла, но просьбу выполнила. Да что там, без ее поддержки, мне бы самой и не выжить, надо это признать. Вот если б стала работать в Гугл, сама бы себя обеспечивала.
А пока – почти все счета оплачивала мать. Виделись редко. Понятно – певица знаменитая – гастроли всякие, любовники, а дочка – лишняя обуза. Но про деньги для меня не забывала никогда. Или секретари ее помнили, не важно.
Конечно – та школа журналистики не для девочек, жестокая конкуренция, кошмарное проживание. Ну и что? Я смогла - год же всего, выдержала. Даже закончила с отличием. Иногда счастливая карта и мне выпадает.
Мама всё не верила, думала брошу эту школу и перееду жить к ней, но она даже не представляет, на что я способна. Да и откуда ей знать! Она хоть и звонит мне регулярно, но особо не слушает, вся в своих проблемах и переживаниях.
Даже не догадывается, что я работаю журналисткой в третьесортных изданиях, а то бы, наверное, подняла шум. Видимо, считает, что провожу время, отдыхая и бегая по вечеринкам. Она, к примеру, даже не знает, что на моей страничке в «ЖЖ» - посещаемость зашкаливает – конечно, трудилась для этого каждую свободную минуту уже лет пять, статьи писала, конкурсы выигрывала, общалась. А это ведь часть моей жизни. Пусть это приносило скорее моральное удовлетворение, чем какую-то реальную выгоду, но и там порой удавлось получать реальную работу. А может хорошо, что не знает. Вряд ли ей пришелся бы по вкусу мой ник – Наездница. Очень уж он такой – вызывающий, что ли.
Скинув визор, вылезла из тренажера. Последняя модель, к слову. Удобно, сорок восемь положений и сотни разных нагрузок. Настроен индивидуально под мои данные – за двадцать минут удается получить нагрузку почти на все группы мышц. Времени реально не хватало, но без тренажера не обойтись. Ночью пришлось не спать, а все равно… Строчила статью, как полоумная, но успела же. Так, хватит ныть. На душ десять минут. Завтрак… Фиг с ним. Обойдусь. Тем более в салоне можно выпить хороший кофе.
Контрастный душ взбодрил. Глаза открылись, щеки слегка порозовели. Оделась в спортивный костюм. Ужасно конечно идти в саон в таком виде, но ничего не поделаешь. Жутко боялась повстречать Викторию Райт, а ведь в таком месте это как раз возможно.
Да и было, отчего сходить с ума. Два приглашения на ужин проигнорировала, но шикарные букеты цветов продолжали поступать каждое утро – с пугающим постоянством. Страшно представить, что последует дальше. Говорят, Виктория всегда добивается своего…
А в салон надо обязательно – итак откладывала до последнего. Надо пройти все процедуры. Тем более, вечером встреча с одним перцем из Гугла. Выглядеть надо на все сто. Надежда, что он чем-то поможет, замолвит словечко, хоть и крохотная, но была.
Вовсе не факт, что мне с ним крупно повезло, но его настойчивость даже чем-то понравилась, переписывался в скайпе не меньше двух часов, вопросы разные задавал, немного флиртовал, и вообще, казался очень милым. Ничего – увижу, пойму, что за фрукт - давно научилась определять тип мужчин за пару минут, если очередная пустышка, то просто пообедаю и успею еще заскочить в «Босес». Там по пятницам – хорошие заказы бывают. Одно неудобство, что не по сети, а лично приезжать надо. Но в этот раз мне это только на руку. Офис их как раз возле «Империал Гугл Фит» – самого крутого ресторана. Не удивительно – парень из Гугла может себе позволить. Обязательно там поем, хотя бы из принципа. Надо же попробовать, чем кормят в таком месте. Не то, чтобы у меня денег не хватало на рестораны, просто «Гугл Фит» только для своих - членскую карточку раздобыть не легче, чем попасть к ним на работу.
Могла бы мать попросить раздобыть для меня такой пропуск, но не стала. Вопросы будут… Или еще хуже – не будет ни вопросов, ни карточки.
Вызвала аэротакси, уже спускаясь по лестнице — летать по городу куда удобнее и быстрее, чем пробираться по улицам на автомобиле. Как постоянной клиентке, машину подавали в считанные секунды. На этот раз перед парадным уже завис темно-зеленый коптер моего старого знакомца. Как-то двое суток подряд катал меня на сложных съемках. Не было времени совершенно, но стопку конвертов все-таки выдернула из почтового ящика практически на бегу. Совестно стало, вдруг для матери что-то важное. Для меня ничего быть не могло. В сети никто моего адреса не знает. А те, на кого работаю, связываются по визору. Просмотрю конверты в Салоне, если получится. Там же и выкинуть можно. Пока же - сунула в сумочку.
Люблю летать, потому всегда сажусь впереди. Старина Михалыч, зная это, уже распахнул переднюю дверцу.
- Доброе утро, Леди Ди!
- Не называйте меня так, - сказала резче, чем хотелось. Ненавижу это имя. Мама так называла при гостях. Устроилась в удобном кресле и примирительно улыбнулась:
- Привет.
- Не сердитесь, - проговорил Михалыч, плавно взлетая в воздух, - Вы сегодня просто красавица.
Ага, в спортивном костюме, кроссовках и огромных солнцезащитных стеклах поверх визоров!
- Не смешите меня. Я сегодня должна быть неприметной и надеюсь - так и выгляжу.
- Вам не стать неприметной, Диана, уж простите.
- Ага, конечно! – Что он понимает! В таком виде в салон могут прийти разве что какие-нибудь внезапно разбогатевшие провинциалки, либо совсем уж странные личности. Но на что только не пойдешь, чтобы скрыться от настойчивости мега крутой топ-модели! Вслух я попросила: - Поторопитесь, пожалуйста. Я слегка опаздываю.
- Вы все время опаздываете, - вздохнул он, ощутимо прибавляя скорость. Эх, люблю я летать!
Жаль, что совсем близко. Долетели быстро и без приключений. Деньги перевела прямо с визора и помахала на прощанье рукой.
В фойе здания «Афродита» как всегда суета. Шла быстро, опустив накладные стекла и подняв воротник. И всё равно жутко боялась, что увижу Викторию, и она всё-таки меня узнает. Жаль, что она здесь бывает, это мне Риана сообщила со смехом. Ей-то смешно, у неё Савицкий и вообще все хорошо. Она не понимает что ли, как опасно перейти дорогу подобному человеку?!
Но менять салон я просто не могу. Мать оплатила абонент на год, как всегда, а тратить деньги на что-то подобное в другом месте – невероятно глупо. Слишком дорогое удовольствие. Да к тому же здесь знают, что я люблю и как, не надо объяснять, ведь и понять не так могут, да и вообще – нравится мне этот салон, привыкла.
Какой-то парень в холле весело подмигнул. И откуда они здесь берутся, с таким богемным видом - и обращает внимание на такую, как я, усиленно строящую из себя провинциалку? Или рассчитывает, что подобную особу завоевать легко? Ага, разбежался. Делаю вид, что не заметила, и тут же с ужасом замечаю стайку девушек в невообразимо модных нарядах. Сердце невольно делает прыжок и оказывается где-то в пятках, пока они пересекают холл, негромко переговариваясь между собой, чему-то смеясь. Может, обсуждают новое увлечение Виктории Райт? Ага, у меня уже паранойя! Осторожно отхожу от лифта, в который они загрузились. Беглый взгляд и вздох облегчения – парочку-тройку я узнала – были на той закрытой тусовке, но Виктории среди них нет.
- Прячемся от кого-то? - ласково прошептал на ухо тот самый тип, подмигнувший в холле, и теперь неизвестно как оказавшийся рядом. Я вздрогнула от такой наглости. Заняться что ли нечем?
- От тебя, - ответила, сдержав более грубый ответ, и проскользнула в свободный лифт. На двадцать седьмом этаже меня уже ждут. Администратор улыбнулась приветливо-дежурной улыбкой, делая вид, что нет ничего необычного в моем наряде::
- Здравствуйте, Диана, вы как всегда?
Кивнула и как бы, между прочим, поинтересовалась, протягивая ей членскую карточку:
- Скажите, а правда, что у вас бывает Виктория Райт?
- У нас многие бывают, - неопределенно ответила эта холодная леди.
Ладно, кладу перед ней купюру, из своего НЗ – редко когда приходится расплачиваться наличными, но всегда беру с собой немного в подобные заведения.
- Мисс Райт как раз посетила нас вчера, если вам это интересно, - любезно сообщила девица, забирая купюру.
- Спасибо, - сдержав вздох облегчения, пошла вслед за служительницей за знакомую дверь. Сначала - массаж. Расслабляясь под сильными пальцами массажистки, наконец, смогла подумать о чем-то хорошем. Например, о том, что давно не летала на параплане. Надо обязательно устроить себе выходной.
Едва не заснула после всевозможных обертываний в сауне, но задремала точно. Бессонные ночи сказываются. Отоспаться бы тоже не мешает, заснуть эдак дня на три, отключить всё… Только так карьеры не сделаешь. Как же хорошо, когда за тобой ухаживают! На этот раз не утерпела, прошла все возможные процедуры – раз уж решила, что впереди только свидание, можно себе позволить. Спустя несколько часов у маленькой подвижной Илоны, парикмахера-стилиста, почувствовала себя на удивление свежей и отдохнувшей.
Представляла себе сегодняшнее свидание с загадочным типом под ником Шершень, под легкий, ни к чему не обязывающий щебет Илоны. Какой он интересно? И правда ли, что работает в Гугл? Может, просто соврал? Жаль, если так, общение вышло интересным. Еще может оказаться, что это вообще старик какой-нибудь, или уродец. Ладно, нет смысла переживать заранее.
- Дианочка, вам нравится?
Ой, не заметила, что уже все.
- Восхитительно, - расслабленно кивнула я. По мне и правда - здорово. Умеют они преобразить, ничего не скажешь. Блестящая грива светлых волос обрамляет слегка загорелое лицо. Из зеркала смотрела незнакомка с ярко-зелеными глазами. Это не цветные линзы и не пластика. Цвет мне достался от папочки, которого никогда не видела. Говорят, сердцеед был и ловелас. Не знаю даже, жив ли он. Узнавать не хочу, хотя по сети это сделать элементарно. Просто из принципа. Кажется он актер, только я фильмы художественные не смотрю давно, мне совершенно безразличны прожигатели жизни, которые в них играют. Может, как раз из-за отца? Вот ведь, вспомнился на мою голову!
Вообще, мужчины, по-моему, довольно примитивные существа. Хотя встречаются и среди них уникумы. Взять хоть Андрея Савицкого или лучшего из всех – журналиста Стефана Олдмэна. В «ЖЖ», кстати, он больше известен, как Старик, но мне даже нравится этот его ник. Вот ради него я бы и на светский раут еще раз сходила, несмотря на всех Викторий на свете. Только мэтр на них не бывает, к счастью.
Пока делали маникюр, вспомнила снова о почте. Вот так, мне бы о сюжете завтрашнем думать, а не о всякой ерунде! Хотя всё равно ведь заняться нечем, не журнальчик же листать с обворожительной мисс Райт на обложке! Аж передернуло, когда предложили. Лучше уж мамины приглашения, чем коситься на гламурную красотку. Педикюр освободил руки, и я открыла сумочку, попросив работницу подвинуть ближе мусоросборник для бумаг. Первое приглашение для матери эта умная машинка зажевала за секунду с приятным урчанием. Возник соблазн сунуть туда всю пачку, не читая. Но мастер, девчонка не старше меня, искоса следящая за моими движениями, не позволила это сделать. Не в прямом смысле, конечно. Но её тоскливый взгляд, украдко брошенный на очередное, брошенное в мусор приглашение, растрогал. Решила подарить ей парочку неименных. А что, пусть сходит.
С этой целью начала просматривать внимательнее. Два таких нашлось сразу. Небрежно спросила, не нужно ли. Девушку бросило в краску, видно что-то стоящее на ее взгляд. Её улыбка стала гораздо искренней, она лепетала слова благодарности и даже предложила сделать «офигительный» педикюр за счет заведения. Я пожала плечом, соглашаясь. Что там можно сделать «офигительного» – не представляю, однако, не огорчать же человека.
Ого, а вот это что-то новенькое! Приглашение для меня. Удивленно открываю и испытываю очередное потрясение от слов: «Виктория Рай рада будет…». Кошмар. Сильно краснея, с некоторым даже мстительным удовольствием отправляю зеленый конверт в пасть умной машинки. Мусоросборник продолжает утробно урчать под жалостливыми взглядами девушки-мастера. Делаю вид, что не замечаю. Хватит с нее двух вечеринок в высшем обществе. Им только дай палец, руку норовят отхватить. Да и нет на этих тусовках ничего хорошего. Зря я вообще дала! Следущие пять штук отправила все вместе, не читая. На глазах девушки слезы, или это мое воображение разыгралось. Какие все нежные, ё-мое!
И тут мое сердце снова провалилось куда-то вниз, смывая все мысли из головы. Это я наткнулась на последний по счету плотный конверт из белого с голубоватым отливом пластика. Совершенно обалдевшими глазами рассматривала знакомую до боли эмблему. Зрение мне не изменяет – в правом верхнем углу серебрится значок Гугл!!!
Руки мгновенно вспотели. От кого-то я слышала, что они могут прислать по наземной почте отказ – вроде как, чтобы не так огорчать соискателей.
Не могу открыть! Просто от шока, наверное. Или потому, что здесь мастер? Не могу показывать свои чувства на людях. А что со мной случится, когда увижу содержимое письма – предсказать трудно. Я ждала этого с пятнадцати лет! Срочно вызвала по визору Михалыча.
Сдерживая волнение, довольно холодно поинтересовалась у девушки – долго ли еще? Это как раз последняя процедура. Разрывая сердце на части, прячу конверт обратно в сумочку, ожидая обещанные «пять минут». Боже, столько лет ожиданий! Жутко представить, что в сумочке лежит билет в рай или что-то очень похожее на него, а я не могу посмотреть немедленно, и, как идиотка, жду, пока доделают «офигительный» педикюр. Секунды тянулись невыносимо долго. Это видно наказание мне такое, что расстроила девушку глупой ненужной демонстрацией. Да всё бы ей отдала, включая приглашение к Виктории Райт, если б только знала, что меня ждет!
Наконец, я свободна. Даже не посмотрела на работу мастера, быстро натянув носки и кроссовки. Она недоуменно смотрела мне в след. Сжав волю в кулак, я шла, не теряя достоинства. Слишком долго вбивали мне с пеленок, что даже в робе я должна выглядеть, как леди. Для кого, спрашивается? Ну как же, для себя, прежде всего. Изменить себя не могу, да и не хочу. В Гугле тоже ценится стиль и умение себя подать…
Михалыч уже ждал. Тот самый парень, пристававший у лифтов, бросился наперерез. Вежливо остановилась, горя желанием врезать ему по… неважно куда! Однако я сегодня добрая.
К тому же, никогда нельзя упускать из внимания, что именно этот может оказаться героем моей следующей статьи. Дала ему минуту, скинув визоры, выслушала предложение пообедать в «Империал Гугл Фит». Вот это да! Разочарование боролось с удивлением. Отрицательно покачала головой, хотя совпадение заставило сердце едва не выпрыгнуть из груди. Михалыч ловко, как это умеют только таксисты, оттёр парня, освобождая мне доступ в кабину.
Но и в дороге не решилась достать конверт. Михалыч молчал до самого дома, словно понимал мое состояние.
Дом, милый дом! Не очень-то я люблю это место, но сейчас просто обожаю. За секунду взлетаю в свою комнату, горя нетерпением и терзаемая страхом. Что-то не так. Я все еще не могу расслабиться и села прямо на пол, гипнотизируя конверт. Кажется, что его поверхность светится каким-то сиянием, но скорее всего, это искусственное освещение играет со мной злую шутку. В голову пришла глупая мысль, что я едва не скормила послание Гугла в пасть мусоросборника вместе с пачкой приглашений.
Всё! Не могу больше!
Тяну за ленточку, открывая конверт, и гладкий пластик с едва слышным шелестом расходится по линии разреза. Лист такой же плотной бумаги заполнен красивыми буквами, но я никак не могу уловить смысл. Как же хочется сунуть голову под струю ледяной воды. Но не теперь же, сразу после Салона! Звонок на визор приводит меня в чувство. Мама! Как не вовремя!
- Диана! – Голос далекий и какой-то холодный, впрочем, как всегда. Улыбка какая-то нарочитая. – Мне надо сказать тебе одну новость, и не надо благодарить. Я твоя мать, в конце концов! Моя подруга работает в Космо. Место помощника редактора светской хроники в Нью-Йорке – твое!
С каких это пор мать взялась подыскивать мне работу? Торжество в ее голосе заставляет меня отвечать мягче:
- Какая подруга, мама?
- Ты ее не знаешь. Ей рекомендовала тебя Виктория Райт. Я, конечно, знала, что девочка в Москве, но даже не представляла, что вы так хорошо знакомы. Очень этому рада!
На меня словно холодный ушат воды вылили. Голос охрип, я едва смогла ответить:
- Спасибо, мама, я свяжусь с ними. – У меня нет ни времени, ни желания объяснять свой отказ. Она просто не поймет.
- Ди, не тяни с этим! Долго они ждать не будут.
- Конечно, мама.
Как же мне хотелось поделиться с ней новостью! Сам Гугл прислал мне письмо! Даже она не сможет не оценить это!
- Мам…, - начала я. Стоп! Я же не знаю, что там!
- Удачи, детка! Чмоки-чмоки.
Меня передергивает от такого прощания, тщетно ищу тепло в ее глазах. Изображение тает.

Почему-то наворачиваются слезы. С какой стати! Я не плакала уже лет сто! Злость на нахальную «девочку» Викторию Райт высушила их почти мгновенно, заодно и нервы успокоились. Хватаю упавший лист бумаги и читаю, наконец, текст:
«Уважаемая Диана Морозова! Компания - дальше шло перечисление всех официальных титулов мега корпорации - Гугл рада приветствовать Вас!»
Быстро пробежав глазами текст, подпрыгнула уже от радости. Слова – о приглашении на собеседование такого-то числа в такой-то кабинет ровно в пятнадцать ноль-ноль музыкой прозвучали у меня в голове. Даже просьба не опаздывать не смогла испортить настроения. Вполне нормальный подход. И откуда им знать, что я всегда успеваю вовремя.
Хотелось петь, плясать, громко крикнуть, выйдя на балкон, совершить какое-нибудь безумство, но я лишь улыбалась, глядя на себя в большое зеркало и представляя, в каком виде пойду на собеседование. Я повторяла про себя заветные слова приглашения, когда в ужасе замерла от пришедшей в голову мысли. Какого числа? Не веря своей памяти, заглянула в листок. Сегодня! Ровно в три!
Несколько секунд я продолжала тупо глядеть в листок, а потом взвилась, как на пружине. Зачем я так тянула! До трех оставалось двадцать восемь минут. Салон отнял у меня половину дня! Почему, ну почему не посмотрела почту сразу? На ходу выпрыгивая из спортивного костюма, вызвала Михалыча. Пообещала ему огромную сумму, если мне удастся успеть. Зеленый строгий костюм надевала меньше минуты. Волосы трогать не стала. Растрепаться не успели и ладно. Слава создателю, знакомый темно-зеленый коптер уже меня ждал.
- В Гугл! – выдохнула, забираясь внутрь, – Михалыч, миленький, гони!
Коптер рванул вперед с такой силой, что меня вдавило в кресло. Давно не испытывала таких перегрузок и была им рада до бесконечности. Ведь в Гугл при нормальной скорости лететь как раз полчаса.
Михалыч ничем не показал своего удивления, все внимание уделяя только безумной гонке. Не могла оторваться от визора, который отсчитывал минуты до встречи. Оставалось семнадцать минут, когда мы пролетели половину пути. Нервы, казалось, напряжены до предела.
Десять минут. От невероятной скорости заложило уши и приходилось часто глотать. Девять минут. Здание уже видно вдали. Но близость обманчивая. Шесть минут тридцать секунд. Подлетаем. Пять минут сорок пять секунд. Успела!
Но радость оказалась преждевременной. Контроль на входе в титанический зеркальный небоскреб московского офиса Гугл оказался круче, чем в космопорту. Охранника, проверяющего меня по всем мыслимым каналам, готова была убить самым жестоким способом. В результате у лифтов оказалась за две минуты двадцать семь секунд до встречи. По сброшенной на визор карте, успела выучить путь до кабинета, пока стеклянная кабинка ползла вверх со скоростью черепахи. Седоватый мужчина, влезший в кабину в последнюю секунду беззастенчиво пялился на меня все время подъема. Да еще невероятно долго выползал на этаж ниже, чем мне было нужно.
Когда лифт, наконец, остановился на пятьдесят седьмом этаже, в запасе оставалось сорок три секунды. Самые нелепые мысли приходят в голову, когда сдаешь кросс. Успеть бы! Только бы успеть! Отчаяние подступало к горлу то ли слезами, то ли тошнотой. Уверена, что побила мировой рекорд по бегу. Семь секунд! Вот и нужная дверь. Сердце стучит где-то в трахее, а ноги стали словно ватными. Перевожу дыхание, стараясь прийти в себя. Три секунды! Постучала. Ноль секунд! Дверь бесшумно отъехала в бок, и приятный бархатный голос произнес откуда-то из глубины:
- Проходите, Диана. Рады вас видеть!
До конца не справившись с дыханием, захожу в большой кабинет. Трое мужчин – а не один, как почему-то представляла, а я толком даже к разговору не готова. Ну и ладно – главное – успела!
- Во-первых, здравствуйте, Диана! – Прервал молчание худой мужчина, расположившийся посередине. Впилась в него глазами, стараясь разгодать, что же меня ждёт. Ведь не просто так пригласили? Не для того, чтобы сказать: «Нам очень жаль!»? – меня зовут Виктор Андреевич Неверов. Заместитель редактора новостного отдела. - Хотите кофе, или что-нибудь покрепче?
- Добрый день, очень приятно, - голос, наконец, ко мне вернулся, и я вежливо улыбнулась. – Просто воды, пожалуйста.
- Присаживайтесь.
Я прошла к столу и села в единственное кресло с этой стороны широкого стола. Очень комфортное кресло, надо сказать, отчего стало чуть легче на душе. Уверенность по каплям вливалась в жилы.
Интересно, о чем спросят – собеседование ведь. Виктор Андреевич собственноручно налил из бутылки воды в высокий стакан и толкнул его ко мне через весь стол. Пришлось ловить. Еще говорят, что женщин не проверяют на ловкость и прыгучесть.
- Диана, - облокотился на стол мужчина справа, подавшись вперед. Большие карие глаза окружены сетью морщинок. Явная доброжелательность с его стороны еще больше приободрила. – Позвольте представиться. Александр Мудров. Можете звать просто - Ал. После подписания контракта, стану вашим непосредственным начальником.
- После подписания контракта? – поперхнувшись глотком воды, переспросила я.
- Ну а зачем мы вас пригласили, по-вашему? – Вступил в разговор третий мужчина - стройный смуглый тип в спортивной мягкой куртке с капюшоном. Отвечая на мой взгляд, он снял визоры и в свою очередь представился: - Марат Токаев. Зовите, как захотите. Вам можно.
- Спасибо. Очень приятно. – С этим, по крайней мере, я знала, как себя вести. – Кем для меня будете вы?
Он лениво улыбнулся, и я тут же поняла свою ошибку. Вот так, стоило возомнить о себе что-то умное, как сразу влипла.
- Я для вас буду самой большой проблемой.
- Марат, не пугай девушку, - укоризненно произнес совершенно серьезный Виктор Андреевич. – В случае вашего согласия работать в Гугл, Марат станет вашим администратором. С оператором мы вас познакомим позже.
У меня голова шла кругом, или это реакция организма после забега. Сколько тысяч раз репетировала свой разговор с сотрудниками Гугла, но ни разу не обольщалась, что все будет так просто и в то же время не без подводных камней.
- Позвольте, Виктор Андреевич, - обратилась я к замреду новостей. – Правильно ли я поняла, что вы меня принимаете в штат без собеседования и готовы прямо сейчас подписать со мной контракт?
- Почему же без собеседования? – Он мне так ни разу и не улыбнулся. – Марат уже провел с вами собеседование, мы впечатлены вашим умом и эрудицией… ну и всем остальным. Да, мы с радостью подпишем с вами контракт. Вы смелая, целеустремленная девушка. Репортаж ваш выше всех похвал, - он усмехнулся, - впечатлил, правда. Ваши статьи нравятся даже главному, а он далеко не все читает, что пишут неизвестные московские фрилансеры. Но, - взмахом руки он остановил мою попытку задать вопрос. - Разумеется, у нас есть несколько условий. У нас серьезная организация и мы очень ценим и свое, и ваше время. Поэтому, позвольте говорить прямо и откровенно. Первое. Подписывать контракт прямо сейчас вы не обязаны. Мы даем вам время подумать до завтра. Второе. Контракт придется подписать сроком на год. Это стандартный срок для молодых сотрудников новостного канала на периферии. Испытательный срок в вашем случае, единогласно посчитали излишним. Теперь самое главное. Ваша работа будет отнюдь не легкой. И точно не на Земле. Прерия – очень молодая планета и мало изученная. Да, экономика и политика развиваются там семимильными шагами и есть даже свой медиаканал, но… вы станете первой профессиональной журналисткой Гугла на Прерии, и пока что единственной. Остальное узнаете после подписания.
Он резко оборвал свою речь и все трое изучающе уставились на меня.
- Вопросы? – улыбнулся мне Александр.
- Я не… Можно узнать, когда Марат проводил со мной собеседование? – невпопад спросила я. Была слишком ошеломлена открывшимися перспективами, чтобы мыслить здраво.
- В личной беседе, - охотно ответил сам Токаев и подмигнул. – Мой ник Шершень. Припоминаете?
Боясь покраснеть, не стала на него смотреть и качнула головой. Так вот с кем мне пришлось беседовать вчера в течение часа! А я еще так дерзко отвечала…:
- Вопросы? – Подбадривающе спросил Александр Мудров.
- Больше вопросов нет. – Выпалила я. - Я согласна!
- Решительная девушка! – Восхитился Виктор Андреевич. – А ведь вы даже не спросили об оплате, страховке, соцпакете. Неужели не интересует?
- Честно? – Посмотрела ему в глаза. – Я вам доверяю в этих вопросах. О вашей бескорыстности и любви к справедливости легенды ходят!
Он поморщился и усмехнулся:
- Туше. Мы вас не обидим, Диана. – Его тон изменился на деловой: - Ал, приготовьте контракт. Ди, когда готовы приступить?
- Сейчас, - твердо ответила я.
- Это хорошо. Мы рассчитывали на такой ответ. Но думаю, сутки на сборы вам просто необходимы?
- Да, спасибо, - примерно на что-то в этом роде и я рассчитывала. О Боже! Прерия! Потом подумаю об этом!
- Ну что ж, - Виктор Андреевич поднялся и потянулся так, что захрустели кости, - а теперь приглашаю всех отобедать. Там и обсудим детали контракта, и подпишем его. Очень надеюсь, Диана, что вы голодны не меньше нас.
- Да, - боюсь в моей улыбке отразилось всё счастье, которое испытывала от такого потрясающего исполнения заветной мечты. – Очень голодна!


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:10 | Сообщение # 4
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава третья. Окончание главы

В ресторане было красиво, хотя ничего сверх крутого я не заметила. Бывала и в более стильных местах, хотя не часто – предпочитаю еду заказывать на дом. Разве что случались важные переговоры – вот как сейчас.
Нас встретили улыбками, вежливо и доброжелательно – без всякого подобострастия, что мне очень понравилось. Не люблю тягучую приставучесть. Виктор Андреевич указал мне на неприметную нишу в глубине зала, ведущую к внутреннему лифту. Значит, не в общем зале, это тоже хорошо. Я незаметно осматривала многочисленных посетителей, пока мы шли между столиками. Тесновато, к слову, для такого дорогого и престижного места. Заметила пару-тройку примелькавшихся журналистов Гугла, ничего особенного. Наметанный глаз сразу определил, что никого очень уж важного здесь не видно. Наверное, если и есть, так же, как мы, идут в другой зал…
Лифт в мгновение ока поднял нас на самый верх, и я едва смогла сдержать вздох восхищения. Открытая площадка, залитая светом, фонтаны таких причудливых форм, каких больше нигде не видела - маленькие радуги в каждой капле. Столиков немного, среди буйной зелени настоящего сада все и не увидишь. Те, мимо которых прошли, заняты. И кем! Взгляды известных воротил медиа бизнеса благосклонно скользнули по мне, заставив сердце учащенно забиться. Вот теперь до конца стало ясно, насколько мне повезло. Бог мой! Меня приняли! Нет, стоп, нельзя сейчас думать об этом. Подумаю дома. Все уже совершилось, а значит, надо наслаждаться. Контракт, правда, еще не подписан, но теперь, после того, как попала сюда, это мелочи, дело нескольких минут.
Наш столик стоял с самого краю – прямо у изящной решетки, увитой виноградными лозами. Вид на город открывался потрясающий. От высоты сладко замирало внутри. Чувство почти, как на параплане. Хотя зачем сравнивать. Мне сейчас хорошо и точка.
Виктор Андреевич отодвинул мне стул, и я обрадовалась месту, которое мне досталось. Отсюда виден и город, и многоярусный фонтан с золотистыми статуями греческих богов, и даже столик, за которым обедал Дж.Т. Правда, самого завидного жениха планеты видно отсюда не было, зато я могла в подробностях рассмотреть его юную пассию. Нда, нашла время. Веду себя как мамаша, честное слово.
Мои спутники успели рассесться вокруг. Неверов сел справа, Александр – слева, Марат же занял место напротив, снова заговорщически подмигнув. Ну-ну – конечно, разбежался. Если он думает, что наш вчерашний разговор дает ему на меня какие-то права, он глубоко ошибается. Ну, пригласил на обед – и что?
На столе, сервированном на четыре персоны, нас уже ждали только-только испечённые булочки с хрустящей корочкой. В ведерке матового стекла охлаждалась бутылка "Франчакорты" миллезим 2070 года, как любезно озвучил официант, разливая вино по высоким бокалам. В качестве сопровождения к игристому вину нам подали черную икру в серебряной чаше и свежие устрицы.
- Взял на себя смелость сделать предзаказ, - поймав мой взгляд, пояснил Виктор Андреевич.
- Хороший выбор, - улыбнулась я ему, отпив маленький глоток. - Очень удачный год в Ломбардии.
- Совершенно верно, - кивнул он с тенью восхищения на лице. – Вот выбор основных вин я уступлю, как джентльмен, даме. Слово за вами, Диана.
Интерактивное меню повисло над столиком. Я вдруг ощутила зверский голод, запах свежей выпечки сводил с ума. Надо же. Давно такого не было. Выбрала я быстро. Не люблю, когда заказывают по полчаса. Тем более все трое мужчин терпеливо ждали. Мне хотелось произвести лучшее впечатление – по крайней мере, на двоих из них. Потому заказала легкий салат с морепродуктами и карпаччо из семги и морского гребешка с рукколой и пармеджано-реджано. К нему розовый Тавель. На горячее – каре ягненка в соусе Жу и к нему бокал самого любимого мною из бордосских вин "Шато Шеваль Блан" 2068 года - сочетание, на мой взгляд, беспроигрышное.
Одобрение в глазах Виктора было приятным дополнением, он в точности повторил мой заказ, а Александр и Марат предпочли большие сочные куски полу прожаренного мяса - стейки медиум, овощи-гриль, и к ним красное аргентинское вино.
Обед проходил в непринужденной обстановке, тихая мелодия приятно ласкала слух, вкус еды превзошел все ожидания, так что строить из себя девицу на жесткой диете я не стала, а отдала обеду должное. Мои спутники тоже поглощали свои порции с завидным аппетитом, так что к разговорам мы перешли, лишь, когда принесли кофе и фруктовый шербет.
То есть не сразу. Едва Ал задал какой-то вопрос, как Марат прервал его, со словами, что «это может быть мне интересно». На повисшим над столиком трехмерном голоэкране возникло красочное изображение космического корабля. На фоне уютных кают показали улыбающихся в камеру старшеклассников, занимающих свои места. Молоденький репортер из «Адвенчес», знакомый мне по одной прошлогодней работе, брал интервью у пассажиров. Коротко расспросив ребят, как они себя чувствуют и довольны ли выпавшим шансом, хорошо поставленным голосом обрисовал ситуацию очень профессионально и оптимистично. В его репортаже рассказывалось о начале массовой отправки специалистов-колонистов на Прерию для освоения молодой и очень перспективной планеты.
Действительно, интересно, ведь завтра, насколько я поняла, и мне предстоит совершить перелет в эту самую Прерию, где ожидала новая жизнь в качестве репортера Гугла. Именно там начнется моя карьера в компании — крупнейшей в медийном бизнесе. И я должна, нет - обязана показать весь свой профессионализм, находчивость, ум, интуицию - все, на что способна. Волнение отозвалось бабочками, порхающими где-то в груди. Прерия… Как там все будет? Я уже немало слышала о ней, но не придавала особого значения. Привычный новостной дайджест. Кто же знал, что так все повернется?. Но сейчас интерес утроился, а скорее даже удесятирился. Как вернусь домой – постараюсь нарыть все, что можно и что нельзя об этой планете. Даже если придется не спать вторую ночь подряд. Отосплюсь в космолете.
Изображение погасло, и Виктор Андреевич вопросительно посмотрел на меня.
- Ди, вы еще не передумали? Вас там будет ждать все самое лучшее, но все же, так далеко от привычного мира… Вы можете отказаться, мы поймем.
И упустить свой шанс? За кого они меня принимают?
- Давайте подпишем контракт, Виктор Андреевич, чтобы подобных вопросов больше не возникало, - спокойно ответила я, хотя внутри опять все кипело.
Александр достал стопку листов в пластиковом файле. И осторожно подвинул ко мне. Просматривала быстро и внимательно в полном молчании. Всё верно и понятно на первый взгляд. Никаких ловушек я не заметила, хотя и ожидала. Странно всё же, что всё так удачно сложилось. И условия самые лучшие, о каких только мечтала. Не торопясь вынула из сумочки свое вечное перо и поставила подпись.
Следом за мной, документ подписали Неверов, затем Ал.
- Ну а теперь, когда контракт заключен, хочу вас обрадовать, Диана… а быть может огорчить. Кто знает? – На слова Неверова мужчины переглянулись с понимающими улыбками и снова посмотрели на меня с удвоенным интересом.
Что еще? Сама не ожидала, что так отреагирую. Сердце вдруг провалилась куда-то, а потом снова застучало в груди с удвоенной силой. Ну что? Почему так тянут?
- Вы там не просто журналисткой будете, - произнес Ал, самый мягкий из них.
- А… кем?
- Специальным Корреспондентом. – Веско произносит мой куратор. – Диана, решение это пришло после просмотра вашего репортажа. Вы умеете заставить зрителя сопереживать, а это… Короче, вам доверяют вести авторскую программу.
Ощутила нехватку воздуха. Да как же это? Вот так сразу?!
- Ди, вы нас слышите? – Это Ал. – Скажите что-нибудь.
- И прежде всего, - деловито вмешался Неверов, - нам необходимо обговорить сроки. Для начала программа будет выходить еженедельно. Потом посмотрим по рейтингам. Сейчас медиаканал Прерии, хоть и перешел к нам, и один из лучших наших специалистов там уже больше месяца, рейтинг… как бы выразиться помягче… очень мал.
- Понимаю. – Нашла, наконец, в себе силы и ответила достаточно твердо. – Когда я должна выпустить первую программу?
- А вот это вы нам скажете сами. Сколько времени вам понадобиться?
Неверов пристально следил за моей реакцией. И я поняла, всё - уже работаю. Сколько же? На мой репортаж ушло всего два дня, нет – не то. Вспомним репортаж про хоспис – две недели на подготовку материалов, три дня съемок, и только на организацию ушло неделя или чуть больше… Сказать - две недели? Могу не успеть и всё тогда. Месяц? Не многовато ли? «Решайся же!» - командую себе, сжимая кулаки. Незнакомая планета, никаких связей. А, будь что будет!
- Месяц! – произношу твердо.
- Отлично. Детали пришлю вечером. – Нисколько не удивился куратор.
Поднялась, поняв, что разговор закончен, мужчины сразу последовали моему примеру, пожали руку и поздравили вразнобой. Но я их почти не слышала. Слишком силён звон труб торжества. Лишь непонятная нотка тревоги, что ждет там, на Прерии, неожиданным диссонансом примешивается к фанфарам победительницы. Но только на миг.
- Встречаемся в космопорту в полдень. До вылета будет еще часа два. Перекусим и успеем обговорить детали. - Говорил Марат, когда мы уже спускаемся в лифте. - Билет первого класса вам уже забронирован.
- Спасибо. – В голове немножко все смешалось от обилия информации.
- Ах, да. Я вам сбросил свой контакт, Диана. Связывайтесь в любое время, если возникнет необходимость. – Токаев улыбнулся очень теплой, почти интимной улыбкой. – Сработаемся!

Отказавшись от предложения админа проводить меня домой, оказалась перед входом в башню Гугла в полном одиночестве. И как же удивилась, да что там скрывать, и обрадовалась, когда словно ниоткуда передо мной выросла коренастая фигура Михалыча.
- Леди Ди, карета вас ждет, - улыбнулся он.
Я засмеялась, готовая его обнять, но сдержавшись, заняла место в просторном салоне. Вспомнив, что так и не оплатила гонку, скинула с визоров втрое больше обычного – заслужил ведь, да еще подождал. Лишь попросила отменить все вызовы до завтрашнего дня, пояснив под большим секретом, что завтра покидаю Москву.
Увидела на его лице огорчение и мне самой вдруг стало немного грустно, но все же радость от свершившегося быстро победила.
Вот и все. Мечты сбываются! Пусть кто-то не верит, но это так! Подумать только! Авторская программа! Нет, я о таком даже не мечтала. Не так сразу!
- Домой, Михалыч. Надо собраться в дорогу, - отвечаю на его вопросительный взгляд. – Ночью повозишь по магазинам? Все равно ведь не усну…
- Весь ваш, Ди. Только ваш. Куда прикажете.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:10 | Сообщение # 5
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 4.

Еще по дороге домой Неверов скинул мне на визор копию договора и пакет документов, которые предстояло изучить. Так же сообщил, что на мой личный счет был переведен аванс плюс командировочные. Быстро посмотрела сколько - сумма вызвала легкую оторопь. Хотя и надеялась, что такая крупная мега корпорация будет платить хорошо. Но столько? Ведь ничего еще не сделала! Нет, уже работаю. Даже сроки первой программы озвучила. Всего месяц! Успею ли? А куда деваться! Спец Кор…
Ха. А оплата Спец Кору – это вам не простому журналисту. Живём! Значит можно затариться в дорогу по полной. И, наконец, осуществить мечту – купить кучу мелочей, на которые вечно не хватало денег – мать далеко не все счета оплачивала – лишь самые необходимые на ее взгляд, так что приходилось экономить. Например, параплан приобрести точно нужно. Отложить на него деньги все не удавалось, да и не было надобности. А вдруг на Прерии такого добра нет?!
На депозите в Сбербанке меня ждало небольшое наследство от деда, которое станет доступно в ближайший день рождения. Да еще на накопительном хранились небольшие сбережения - все дополнительные, но не слишком регулярные переводы от матери, и большую часть гонораров за репортажи сразу кидала на этот счет - мало ли, как жизнь повернется. И хотя постоянный заработок тратился с такой скоростью, что не успевала понять – на что, к накопительному счету, доступному в любой момент – пока не прикасалась.
На еде не экономила – эти счета оплачивались матерью без вопросов, так же как салон красоты, тренажерный зал, одежда и прочие «необходимые» леди заведения и вещи. А по воскресеньям вообще обедала бесплатно. Сделала два года назад рекламу для Андрея Саратова, сына моей няни и хорошего человека. Тогда он открыл ресторан в центре Москвы. Реклама оказалась очень удачной. Почти фурор. Удалось заинтересовать кучу народа, а качество пищи и сервиса довершило раскрутку. Теперь это очень престижное место и меня там встречают с распростертыми объятиями. Свободный столик и бесплатное угощение всегда к моим услугам. Причем каждый раз Андрей приносил все сам и рассказывал что-нибудь новое о ресторанном бизнесе, новом блюде, редком вине или просто составлял компанию, болтая о жизни. Намеки на оплату воспринимал как оскорбление. Попыталась пару раз, и больше не заморачивалась. Так что беззастенчиво пользовалась его щедростью раз в неделю, устраивая себе небольшой праздник. В остальные дни, если не было особых приглашений и деловых встреч, заказывала еду из домашнего ресторанчика на углу. Вкусно и дорого. Могла себе позволить, мама точно не обеднеет, а хорошее питание очень важно, от этого мое настроение зависит напрямую.
Много уходило на увлечение парапланом, чего мама не одобрила бы ни за что, на операторов, которых приходилось нанимать для эксклюзивных съемок, и так, по мелочи. Хорошо еще, что содержание двух коней в платной конюшне элитного клуба верховой езды – мать взяла на себя, престижно это иметь породистых лошадок, а то бы я совсем разорилась.
Так что в целях экономии на собственный параплан не тратилась. Да и зачем, если можно брать напрокат. А теперь-то, конечно, куплю.
Быстро сделав заказ и предоплату через визор, заодно предупредила продавца, что заеду ночью и заберу покупку сама. Хочется потрогать его руками, раз уж все равно поеду по магазинам. Еще и Михалыч что-нибудь посоветует. Он вроде разбирается в этом. Пилот же. А в прошлом военный, если мне не изменяет память…
Прочитав про возможность бесплатно провести в космолете чуть более двухсот килограмм личного имущества, решила не мелочиться. Одна беда, коней всё-таки придется оставить. Отписалась Алекс, что надолго покидаю Москву и тут же получила от нее сообщение, что им поступило очередное предложение продать ценных лошадок. И грустный смайлик с вопросом: «Когда вернешься?» Написала, что точно не знаю, но, «как вернусь – сообщу, а лошадей – лучше продать».
Буду реалисткой. На этот раз, предложение придется принять. Год отсутствия - это не шутки. Вдруг мать откажется оплачивать счета, узнав о моем отсутствии на Земле. Так подвести Алекс и Егора я не могла.
Вздохнув, подтвердила согласие на повторный вопрос уже от Егора.
Понятно, что им самим не хочется расставаться с Сайгоном и Касабланкой, с тех пор, как мать их купила для меня, они стали всеобщими любимцами. Только я последние два года почти забросила тренировки, вырываясь в деревню от силы три раза в год. А раньше ведь каждую неделю… Было время.
Михалыча отпустила до полуночи и растерянно зашла в дом. Еще не уехала, а просторные комнаты уже казались чужим. Если бы жилье не стоило таких бешеных денег, ни за что не стала бы жить в доме матери. Тем не менее, тот уют, который удалось создать среди безвкусицы за последние годы, покидать оказалось грустно.
Обязательный звонок матери, вогнал в тоску. Вовремя вспомнила, что надо быть осторожной. Всё мной сказанное, может быть передано нашей общей знакомой, то бишь - Виктории. А оно мне надо?
- Что? Ди, я тебя плохо слышу! – За её спиной виднелись люди в экзотических нарядах. Оглушительно звучала музыка.
- Мама, меня приняли в Гугл. Завтра улетаю в командировку. Меня некоторое время не будет в Москве!
- Ди! Ты позвонила в Космо?
Честное слово как слепой с глухим!
- Гугл, мама! Меня приняли! Я спец кор! – почти кричу я.
- Детка, не надо кричать. Куда тебя приняли?
То ли музыку выключили, то ли мать куда-то зашла. Изображение исчезло, потом снова включилось. Ага, стены какие-то. Людей нет. Уф.
- В хорошую компанию. Мега корпорация Гугл. Авторская программа, мама. Специальный корреспондент!
- Э-э. Поздравляю, детка. Это все? Ты в Космо позвонила?
- Нет! Завтра улетаю в… командировку. На другую планету, мама.
- Ди, позвони обязательно! Не каждый день поступают такие предложения.
- Мама, ты что - не понимаешь… я завтра улетаю! – я уже чуть не плачу.
- Детка, мне надо бежать. Чмоки-чмоки. Прилетишь, позвони обязательно.
- Связи с Землей там нет. Я на год уезжаю!
- Глупости какие-то. Ди, прекрати нервничать. Сходи к психологу. А мне, правда, пора.
- Мам… - Я не верила своим глазам. Связь прервалась.
Что это было вообще?
Похоже, прощание не удалось. Ну и ладно, подумаешь!
Эх – осуществилась мечта всей жизни, а уже столько потерь. Да еще не все так радужно, как кажется на первый взгляд. Получить в Гугл работу гораздо труднее, чем ее потерять, это все знают. Ничего, работать люблю и умею, не разочаруются. Контракт на год – времени доказать им, что в выборе не ошиблись - валом. Подумать только – авторская программа! И это хорошо, что на Прерии. Там должна быть масса возможностей проявить себя. Пусть даже родной матери наплевать… Выживу как-нибудь!
Не так просто оказалось завершить все дела. Извинилась перед «МосПресс». Сюжет для них снимать не было времени. Перепоручила одному парню, тот иногда меня подменял, согласился сразу.
Упаковала все свои любимые вещи. Тренажер решила тоже забрать. Такой эксклюзив оставить не могла. В итоге все успела к полуночи, когда приехала бригада курьеров, чтобы доставить вещи прямиком в космопорт.
После их ухода, поняла, что осталась в полупустом доме, такая тоска навалилась, что подъехавшему Михалычу обрадовалась как родному.
Попросила его покатать над ночным городом, хотелось попрощаться и успокоиться – все время с момента получения конверта из Гугл находилась в напряжении. Еле слышно урчал мотор, тихая романтичная мелодия усиливала впечатление от ночного полета. Город, залитый огнями, спал. Ночное небо очистилось, звезды сияли, словно драгоценные камни. Ярко светила луна… Что меня ждет там? Так далеко от всего родного? Может как раз какая-то из этих звезд – Прерия? Жаль, не сильна я в астрономии.
- Михалыч, ты разбираешься… в парапланах? – Передумала говорить о Прерии в последний момент.
- Есть немного, - улыбнулся он, - так поздно летать. Ночью – очень опасно.
- Не летать. Куплю и заберу с собой.
- Ааа! – Он с тревогой заглянул в моё лицо: - Диана, улыбнись старику. Мне за тебя как-то неспокойно.
Я глянула на Михалыча и выполнила его просьбу. Боюсь, улыбка получилась жалкой.
- И куда тебя направили эти акулы пера? – спокойно спросил он.
- На Прерию, - выдохнула я. Как-то быстро мы перешли на «ты», но я этому даже порадовалась. - Специальным корреспондентом!
Его густые брови сошлись на переносице.
- Хм... Понятно.
- Авторская программа с Дианой Морозовой! - не удержалась я.
Он хмыкнул.
- Поздравляю! Ну… Летим за парапланом?
- Ага, лови адрес.
Михалыч стал каким-то очень задумчивым, однако с покупкой справились быстро. Выбор мой он одобрил, так что еще один груз был успешно отправлен в космопорт.
Остальным магазинам уделила мало внимания. Одежды взяла и так много – почти все, что имелось в наличии. Да и настроение скупить пол Москвы куда-то исчезло.
Все же прикупила несколько нарядов, туфель, костюмов для верховой езды, для полетов на параплане, обувки разной, оформила отправку в космопорт и снова залезла в коптер.
- Наверное, домой, - сказала неуверенно, - может, удастся еще поспать.
- Оружие у тебя есть? – удивил меня Михалыч самым серьезным тоном.
- Не-ет, а что?
- А стрелять умеешь?
- Разве что в вирте. Да что такое? Скажи!
- Почему бы не поучиться. Время еще есть. У моего брата есть тир, если понравится, там же сможешь прикупить что-нибудь. Поверь, нервы здорово успокаивает. В таком состоянии ты все равно не уснешь.
- Ты что, психолог? – Хмыкнула я. – Ладно, вези!

Пятнадцать минут спустя приземлились на крышу высотного здания.
- Нас уже ждут, - подмигнул Михалыч, успевший обогнуть машину и подать мне руку. – Вперед, леди Ди.
- Не надо, - улыбнулась я. – Зови меня просто – госпожа Диана Морозова, первая журналистка Прерии. Или – Диана. Или – Наездница. На твой выбор.
- Наездница? – мы шли по крыше к квадрату света – от открытой двери. В темноте Михалыч казался очень высоким и грозным.
- Мой ник в сети, - хмыкнула я.
- О!
Не знаю, что он имел в виду, но уточнять не стала.
Молодой человек моих лет поздоровался и повел нас вниз.
Пара лестниц и мы оказались в большом зале с серыми стенами без окон с длинной стойкой поперек - ближе ко входу, на которой лежало разнообразное оружие. На далекой стене рядком висело множество мишеней.
- Из чего будем стрелять? – Я немного растерялась. В таких местах мне еще бывать не приходилось.
- Сначала будем учиться.
- Ладно.
- Опусти руку и сожми в кулак!
Я опустила.
- Посмотри туда!
Я посмотрела на дальнюю стену и увидела человека бандитского типа.
- Это робот, - пояснил Михалыч. – Смотри на него, теперь резко подними руку, указывая на него указательным пальцем… Отлично. Умница. Давай то же самое, только с револьвером.
Тяжелый револьвер с ребристой рукоятью оказался удобным и приятным на ощупь. Во мне проснулись любопытство и интерес.
- Сожми его, опусти, палец прямой.
Опустила, как он сказал.
- По моему сигналу, резко подними руку с револьвером и укажи на мишень пальцем. Готова?
- Да!
- Давай.
Вскинула руку, палец инстинктивно согнулся и прозвучал выстрел. Мне показалось, что голова робота дернулась.
- Отлично, - Михалыч отобрал оружие. – Молодец, попала. Так я и думал. Ну, есть смысл потренироваться.
Время летело незаметно. Я все стреляла и стреляла, вкладывая в это новое для меня дело всю душу. Страшно было только в один момент, когда Михалыч с парнем загнали меня в какую-то темную комнату, и мне пришлось отстреливаться от каких-то монстров, надвигающихся со всех сторон.
Когда включили свет, мне показали, куда попала. И хоть я не особо верила, что что-то получилось, но реально стала гордиться собой. Тем более и Михалыч выглядел очень довольным.
- Думаю, тебе подойдет этот револьвер, - сказал потом он, проведя меня в комнатку, увешанную оружием. Он открыл небольшой сейф – их тут насчитывалось больше десятка, насколько мне показалось, и вытащил пластиковую невзрачную коробку черного цвета. Вынув из нее оружие, уверенно протянул мне.
- Мне он нравится. Красивый пистолет. – Улыбнулась я.
- Нет, Ди, пистолет – это несколько другое. То, из чего стреляла ты – именно револьвер.
- Э, ясно, мне нравится этот револьвер! Хоть и тяжеленная штуковина, надо сказать! Ой, извини за «штуковину». Совсем не хотела оскорблять этого красавца.
Он хмыкнул.
- Ну, смотри. Тут главное вопрос в угле между рукоятью и стволом - если он как у револьвера – видишь? - Начинает попадать кто угодно, пока не целится, - он усмехнулся. - Особенно те, у кого хорошая координация по работе - матросы, балерины, даже наездницы. – Он подмигнул. – Даже если револьвер раньше в руках не держали. Называется инстинктивная стрельба. У тебя получилось, так что можешь забрать его себе.
- Но, разве можно? То есть – разве законно? – усомнилась я.
- Можно. Сейчас пробьем разрешение. – Он надел свой визор и на некоторое время замолчал. – Вот и все, Диана Морозова, Спец Кор Гугла на Прерии. Разрешение получено. Тебя проверили и признали годной.
- Так быстро?
- Есть связи, - уклончиво пояснил он. - Для пистолета и винтовки - надо учиться. – Он указал на какое-то ружье. - А снайперская винтовка - это уже математика, а не стрельба. Ну что, револьвер?
- Ага. Хорошо. Сколько он стоит?
- Нисколько. Это мой личный, так что дарю! Так и думал, что когда-нибудь пригодится…И никаких возражений.
Я открыла было рот, но не стала настаивать.
Просто шагнула вперед и поцеловала в щетинистую щеку.
Он одарил меня широкой улыбкой и, взяв за плечи, развернул на сто восемьдесят градусов.
- А теперь просто постреляем по мишеням. Часок – другой. Уже из твоего личного оружия. Заметь, на этой модели даже лазерный прицел. Обращаться очень просто…

Домой я попала только под утро. Михалыч велел сразу ложиться и ни о чем не думать, обещая забрать меня в десять утра и отвезти в космопорт.
Хотела ослушаться и посмотреть новости в визоре, но усталость оказалась сильнее. Заснула, едва коснувшись подушки.
***

Эх, могла бы и вспомнить о будильнике. Так нет, разбудил в восемь, как и запрограммировала пару дней назад. Хорошо еще суббота. Иначе пришлось бы проснуться в шесть. Так. Что еще я забыла? Плетусь в ванную, понимая, что после такой побудки все равно не усну. Сонно даю команду визору отключить наполнившую дом мелодию. Сегодня это старинная песня «Desperado» из коллекции матери. Вообще, ее коллекцию использовать в качестве будильника можно не глядя. Гарантированно проснусь. Потому стоит случайный выбор. Замечаю краем глаза, что робот-уборщик уже принялся за большой зал для приемов. Ну, правильно. Собиралась в эту субботу улететь на весь день на побережье. Отдохнуть, поплавать, позагорать, потому и задала программу уборщику. Как же давно это было, словно в другой жизни. Теперь буду делить жизнь – до приема в Гугл и после.
Мой супернавороченный тренажер преспокойно ожидал в космопорту, так что пришлось зарядку делать по старинке. Отжимания, приседания, бег… Для бега все же залезла на тренажер матери в кабинете. Чтобы не терять время, включила вирт. Этим ее кабинет мне нравился больше всего. Комнату заполнили объемные голограммы новостей. Глянула еще раз репортаж об отправке специалистов на Прерию. Смотрится оптимистично. Увеличила скорость бега. Так, почта. Много «неважного совсем» и «теперь совсем неважного» удалила, не глядя. На пару сообщений вежливо ответила отказом. Еще прибавила скорость. Движение – это жизнь, что бы там не говорили. Хочется быть в форме, когда приеду в космопорт. Сообщение из элитных конюшен заставляет замереть, спрыгнула с беговой дорожки, едва не свернув шею. Немножко позлилась на старую модель тренажера, мой чувствует даже настроение, не то, что непроизвольную остановку. Хотя этот, может, просто сломан. Неважно.
Сообщение от Алекс посмотреть я просто обязана. Мои лошади стояли, переминаясь в своих стойлах, как живые – на проекции голоэкрана.. Тяжело дыша после бега, подошла ближе. Протянула руку, почти касаясь мягких губ Сайгона, почти погладила шелковистую гриву Касабланки. Почти… Слезы навернулись. Некогда мне даже попрощаться с вами, мои красавцы. Хорошо съездила не так давно, повидалась. Вспомнилось, как вот так же пять лет назад рассматривала подарок Глеба Макарова, моего тренера. Продавал все, улетая по приглашению – на далекую планету Эдем, тогда только-только о ней стали много говорить. Укатить на планету с таким названием! Коней своих подарил на прощание, надо же! Миллионер просто! Лишь потом оказалось, что был в сговоре с матушкой, и она заплатила за них даже больше, чем они стоили.
Нет-нет! Я давно все забыла, простила…
Почему даже сейчас это больно вспомнить? Сколько глупостей тогда могла натворить! Да и натворила, чего уж скрывать. Отчетливо помню, как стою на крыше небоскреба, но сделать еще два шага - туда - на край, а потом - в бездонную пропасть – просто не могу. Тогда решила, как советовала "умная книжка", шагнуть, глядя вверх. Только всё «неправильно» получилось - увидела далеко в небе парапланериста, и что-то внутри перевернулось. Вот где свобода, покой. Последний шаг так и не сделала, а вот фантастическим спортом увлеклась. Но это позже, когда оклемалась. Легко отделалась, кстати. Восхищение жеребцом и кобылкой, сильная привязанность к ним с первого дня – помогли как-то примирить с трагедией, смягчить память о хорошем друге и прекрасном человеке. Он сказал, что мне надо вырасти, и что это не любовь… Как же он не понял – в пятнадцать я была уже взрослой! Уже тогда жила самостоятельно, пусть мать и опекала издалека и контролировала – но отнюдь не каждый шаг. Про то, что «не любовь» – да что они понимают! Мужчины…С десяти лет его любила! От одной улыбки сходила с ума. От одного воспоминания бывала счастлива. Скрывала, как могла, до того ужасного дня. Только в тот вечер… Ведь было что-то с его стороны. Не могла ошибаться, сердцем ощутила, иначе бы ни за что не призналась.
Боже! От воспоминания, как стояла перед ним – даже сейчас хочется провалиться сквозь землю. Не заплакала тогда, не убежала, но скольких сил это стоило! Просто извинилась, сказала чужим голосом, что вызывает мать, чувствуя, как горят уши. Холодно попрощалась. Он не остановил.
Мнила себя умницей, а на самом деле – разве можно вообразить что-то глупее. Глеб был прав. Это не любовь. Потому что ее просто не существует! Во всяком случае, такой, о которой поют в песнях, и пишут в романах..
Тренировки не бросила из-за Стешки, очень тогда поддержал, ну и, конечно, из-за Сайгона и Касабланки, покорили сердце отвергнутой девчонки сразу. Не смогла отказаться от подарка – таких денег у меня не было, конечно, чтобы из гордости оплатить подарок, а что мать уже это сделала - тогда не знала, да и Макаров слишком быстро уехал, не оставив координат.
Новый тренер оказался ничуть не хуже. Даже в чем-то лучше, и хорошо, что женщина. Мы быстро нашли с Алекс общий язык. Потом начались полеты. Я забыла Глеба Макарова, думала, что забыла. И чего вдруг вспомнился? Ведь даже ни разу не написал за эти пять лет!
Блестящий глаз Сайгона, полный печали, косил прямо на меня. Как же я буду скучать! Сердито смахнула слезы и переключила картинку.
- Ди, мне жаль. – Я наверняка оторвала ее от чего-то важного, но на звонок Александра ответила сразу. Так и есть, за ее спиной на манеже тренируются малыши. – Поверь, покупатель нормальный. Егор его давно уже знает. С ребятами все будет в порядке!
- Спасибо. Они останутся?
На ее лице мелькает огорчение, и она не пытается его скрыть:
- Нет, забирают. Куда – не спрашивай – пока не знаю. Завтра будет полная информация, я тебе вышлю.
- Не надо, Алекс. Не хочу знать. – Не хочется говорить, что я улетаю на Прерию. Сообщу чуть позже. Уже оттуда пошлю весточку. А то ведь сейчас такое начнется, всех на уши поставлю – а времени на то, чтобы ответить на все их вопросы и поздравления совсем нет. Позволяю только одно:
- Кстати – репортаж о светской вечеринке я сделала. Спасибо за идею. Как-нибудь пришлю вам копию. Естественно – не для распространения. И скажи Стешке… Виктория Райт там есть.
- Поздравляю, Диана! Молодчина! Уверена, что репортаж отличный. Буду ждать с нетерпением!
- Прощай, Алекс. Ты извини, дела срочные. До связи!
- Удаче тебе, детка, - подмигнула она. – Выше нос!
Вот и все. Прощайте, мои дорогие. Целый кусок жизни остается в прошлом. По ним я буду скучать больше всего. Там в совсем иной жизни, я сама словно становилась другой. Там – все настоящее, живое, и я отдыхала там – пусть не телом - душой. Пусть редко, но всё же. Здесь совсем другой мир, жестокий, лицемерный, требующий полной отдачи и самоконтроля. Выдержать дистанцию, прийти к старту первой… Хм, сама себе противоречу, сходство тоже есть.
Та история дала мне много. Не в моих привычках наступать на те же грабли, и я здорово приучилась жить без увлечений и разных влюблённостей. Так легче, спокойней. Так – сама себе хозяйка. И для карьеры очень важно, чтобы ничто не отвлекало. Время – деньги.
Вот именно – время! Его-то почти не осталось – Алекс я не врала!
Успею только принять душ и позавтракать. Или в другом порядке. Мальчику-курьеру, доставившему горячий завтрак, отвалила столько чаевых, что глаза у него округлились, а рот растянулся в счастливой улыбке. Ну вот, хоть кому-то принесла радость.
Стоя под упругими струями душа в огромной ванной комнате матери, грустно думала, будет ли подобная роскошь на Прерии. И понимала, что сомнительно это. Судя по всему, город Ново-Плесецк совсем молодой, может удобств вообще никаких.
Вызов на визор, забывшись, перевела на стену. Спохватилась почти сразу – я же не в ванне, под слоем пены, а – так сказать – во всей красе! Отключила видео, но секунд десять была вся на виду.
- Как мило! – Голос Виктории Райт я узнала сразу. – Не стоило отключать видео, дорогая. Ты прекрасна!
Меня бросило в краску. Невольно завернулась в полотенце, сдернув его с вешалки, хотя видеть меня она уже не могла.
- Извините, - произнесла вслух, - мне совершенно некогда сейчас разговаривать.
О! Как жалко это звучало!
- Понимаю, милая. Ничего. Я умею ждать. Сегодня вечером ты свободна?
- Нет!
- Я кажется тоже. – Хмыкнула она. - Ничего, время ожидания – самое лучшее, не так ли? Я еще позвоню. Надеюсь, ты будешь так же обворожительна, как сегодня и не станешь меня стесняться. Чао.
Она отключилась.
Хорошо времени на страдания не осталось совсем. Какое счастье, что я уезжаю! Да это же подарок небес!
Я рассмеялась, приходя в хорошее настроение. Ни за что не поверю, что Виктория рванет за мной на Прерию, да и узнает она об этом не скоро.
Михалыч уже ждал, когда ровно в десять я вышла из дома в своем дорожном белоснежном костюме, очень удобном для поездок. «Видела бы меня сейчас Виктория», - мелькнула дурацкая мысль. Кинула последний взгляд на дом, активировав охранные системы, и забралась в коптер, улыбнувшись Михалычу.
***

Он сразу плавно поднял машину в небо и набирал скорость.
Отлично, есть полчаса времени до космопорта, если не врет "навигатор". И тут я вспомнила, что совсем упустила из виду. И ведь не похоже на меня ни разу. Посмотреть-то информацию о Прерии – посмотрела, повпечатлялась – и только. А надо было ведь всё накачать, что только можно. Сетуя мысленно на собственную глупость, быстро запускаю "Аналитик М", ввожу набор ключевых слов, первые набираю, совсем не думая - Прерия, РЗМ... дальше сложнее, что еще будет важно? Крутая прога по сбору информации этот «Аналитик М». Стоил мне немалых денег в позапрошлом месяце, зато это почти ИскИн. Разработана в Гугле, кстати. Задаешь параметры, и «Аналитик» сам собирает нужную информацию, сортирует, вычленяет самое важное и избавляется от шелухи. Ребята в сети из журналисткой братии, у кого хватило денег на эту новинку, хвастались, сколько времени он стал им экономить. Вот и соблазнилась, и, надо сказать, еще ни разу не пожалела. Набираю еще с десяток ключевых слов и отправляю. Началась загрузка. Давай, миленький, постарайся. Необходимо успеть до выхода из информационного поля Земли, когда связь прервется. Потом смогу изучать в свое удовольствие в автономном режиме. Хотя, что это я? Информацию-то точно собрать успеет, а уж всё сортировать и прочее может и в оф-лайн режиме. Ладно, будем считать, что ошибка серьезная, но не смертельная.
Пока работает «Аналитик», познакомилась с самой общей инфой, доставленной мгновенно. Карта Ново-Плесецка, основные точки. Ага, берег океана, залив, белый город… неплохо. Время прилета…
Михалыч что-то спросил, и я оторвалась от экрана. Обычно он не отвлекает меня во время работы. Но ведь это наш последний с ним полет – в обозримом будущем. Кажется за два последних дня я успела привязаться к этому немолодому таксисту-частнику.
Наш коптер плавно спикировал за городскую черту из потока машин, вьющихся над городом. Теперь мы направлялись напрямую к космопорту.
- Прости, не расслышала.
- Хорошо выспалась?
- Отлично просто. Спасибо. – Благодарно улыбаюсь. – Эти стрелялки здорово помогли. Найду на Прерии тир и буду так стресс снимать.
- Хм. Неплохая идея. Я тут подумал…
- Да?
- Есть у меня кореш на Прерии, - взгляд бывшего вояки очень серьезный. – Обещай с ним связаться. Сейчас сброшу координаты.
- Кореш? – Ух, вот связи мне там, самые пока любые точно бы не помешали. Может знает такого же таксиста? Было бы неплохо.
- У него бизнес в Ново-Плесецке, и коптеры свои есть, и вездеходы..., - продолжил Михалыч, закладывая особо крутой вираж. Знал, что я это люблю. Сердце ухнуло куда-то вниз, доставляя детский восторг.
Я засмеялась, расслабившись на минуту. Но тут же одернула себя. Сейчас не время.
- Ди, - он даже не улыбнулся. – Запомни, пожалуйста. Его зовут Ахиллес.
- Грек?
- Нет, русский. Кличка такая. Извозом он не занимается... но если что, поможет, чем сможет.
Так. Интересно. И имя такое – мифологическое. Любопытно будет взглянуть, что за друзья у бывшего вояки.
- Поняла. Конечно, свяжусь.
- Передашь ему один файл? Ничего особенного. Мелочь, по сути.
О как! Когда это информация стала мелочью. Но почему бы и нет. Оказать услугу Михалычу мне точно будет приятно.
- Доступ открыт, можешь передавать, - настроила я визоры.
- Готово. Свяжись с ним сразу, как будет возможность.
- Хорошо, - сохранила файл, мельком глянув на пароль. Надо же, прадедушка DES, но с длинной ключа 4096 бит. Подивилась серьезной защите. Нда, секреты даже у Михалыча есть. Пометила контакт Ахиллеса «особо важным». И поставила напоминание. Наверное, не только секретное что-то, но и срочное. Неплохо, кстати, узнать систему передачи информации на землю. Слышала краем уха про цензуру. Но это что-то глобальное. Простые смертные могут таскать туда-сюда сколько угодно чего хотят. Другое дело, что секретный файл абы кому не доверишь. Вот, захочу распаролить и ведь найду способ. Может быть… Да, это на Земле у меня есть знакомый хакер. На Прерии надо все начинать заново.
Еще один вираж, и мы уже идем на посадку.
- Диана, ты там поаккуратней.
- Конечно. – Рассеяно отвечаю, проверяя, как там мой «Аналитик». - Будь добр, подвези к входу первого класса.
Михалыч кивнул, подруливая к внушительному зданию Московского космопорта.
«Загрузка информации - тридцать три процента», - выдал Аналитик. Что ж так медленно? Хотя, учитывая, сколько там может оказаться инфы о целой планете за пятьдесят лет - с момента открытия… Нда. Таймер на визоре показывает час двадцать до вылета. Загрузка – примерно час десять. И почему не сделала это вчера? Ладно, паниковать рано.
Михалыч распахнул дверцу и подал мне руку.
- Все сделаю, - говорю на прощание, затемняя очки. Погода прекрасная и солнце уже палит немилосердно. На блестящие бока космолетов больно смотреть. Вход в залы первого класса совсем рядом.
- С Богом, Диана, - удивляет меня Михалыч в очередной раз. Никогда от него такого не слышала. Он что, из «верующих»?
Кивнула:
- Пока. Спасибо за все!
- Увидимся… - Бывший вояка с удивительной для его возраста и комплекции сноровкой забирался обратно в кабину, а я, по привычке махнув ему рукой, направилась внутрь здания.
Контроль на входе прошла довольно быстро. Там же, проверив все мои данные, на визор скинули всю инфу по полету. Так-так не просто первый класс, а класс ноль один, литера «А». Даже не летая ни разу на космолете, знаю без расшифровки, что означает. «Все включено» - если в двух словах. Надо же! Вот я и стала VIP- персоной. Мать бы поразилась – ведь сама, без ее протекции!


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:11 | Сообщение # 6
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава четвертая. Окончание главы

Быстро пролистала доступные услуги и даже немного пожалела, что не приехала сюда с вечера. В моем распоряжении были шикарные апартаменты. Сейчас-то уже без надобности, до вылета осталось чуть больше часа, а мне бы еще хотелось встретиться со своей командой. Не то, чтобы я жаждала видеть Марата, но работа есть работа. Чем быстрее мы привыкнем друг к другу, тем лучше. Оператора тоже хотелось увидеть побыстрее и понять, что он за человек. Ведь теперь я не одиночка, и качество материала не в последнюю очередь будет зависеть от того, как мы сработаемся.
На визор пришло сообщение, что в зале М -11 меня ожидает некто Вэлиант – этот ник слышала впервые. Канал, по которому прошло сообщение, был выделен Гугл, потому это мог быть и Марат, и оператор, и еще какой-нибудь сотрудник Гугл, решивший зачем-то нас проводить.
Карта космопорта не отличалась особой сложностью, и я быстро нашла нужный зал. На входе опять контроль, непростой зал, видимо. Проверка закончилась, едва начавшись, и я проследовала за роботом-официантом между колоннами в виде греческих статуй к огромному аквариуму с экзотическими рыбками.
Мужчина, сидевший за столиком с бокалом виски, скинул визоры и поднялся, приветствуя меня. Высокий, почти на полголовы выше моих ста восьмидесяти двух сантиметров, это можно зачесть, как плюс - не комфортно мне с мужчинами ниже меня ростом.
И внешность ничего так, несмотря на усы. Черные волосы, сверху короткие, на затылке вьются. Кожа смуглая. Испанец? Итальянец? Нос прямой, густые брови, аккуратные такие усики и красивая линия рта. Глаза карие, широко расставленные, внимательные, со смешинкой в глубине. Иронический взгляд на жизнь? На меня? На вид лет двадцать пять. На мизинце правой руки перстень из белого золота с бриллиантами.
Черная футболка, серая жилетка и такие же штаны с множеством карманов явно из коллекции какого-нибудь известного кутюрье. Визоры фирмы HTC – последняя модель, как у меня.
- Феличи ди видерти, синьора. Приветствую вас.
Я оценила крепкое рукопожатие - еще один плюсик. Красивое итальянское приветствие тоже понравилось.
- Вэлиант?
Он усмехнулся:
- Да, мой сетевой ник. Сержио Моретти, ваш оператор.
- Рада знакомству. Диана Морозова, специальный корреспондент Гугл.
- Очень приятно, - он подождал, пока я сяду и с мальчишеской непосредственностью поинтересовался: - Наездница – и правда, ваш сетевой ник?
- Да, - я немного напряглась. Стало не все равно, что он об этом думает.
- Любите лошадей?
- Очень.
- И, наверное, с детства? - предположил он.
- С четырех лет.
- Есть в этих животных что-то волшебное. Особенно в выездке - мольто белло… очень красиво.
- Это точно, - улыбнулась я.
Он мне начинал нравиться!
- А где господин Токаев?
- Марат обещал появиться с минуты на минуту. Выпьете? – кивнул он на виски.
- Нет, благодарю. Закажите воды.
Моретти откинулся на спинку стула и щелкнул пальцами, не спуская с меня глаз. Робот-официант тут же оказался рядом.
- Какой вам воды?
- Артезианской, негазированной.
Я, по-видимому, удостоилась такого же пристального осмотра, после чего Моретти улыбнулся:
- Позвольте называть вас Ди. Диана – красивое имя, но слишком длинное.
- Спасибо, - я отпила глоточек вкусной холодной воды. – Давно вы работаете в Гугл, Сержио?
- Целых три дня! – Прозвучало, как «целых три года», после чего он смешливо сощурился. – А вы?
- А я – целых два.
Его улыбка стала еще шире:
- Предлагаю выпить за встречу и удачное сотрудничество.
Очень хорошо, что Марата еще нет. Моретти мне определенно нравился. Особенно тем, что не стал шутить по поводу моего ника и при всем своем итальянском обаянии, даже не пытался флиртовать.
- Серж, а чем вы занимались до работы в Гугл?
- О, много чем. – Охотно заговорил он. - В основном работал в колониальных новостях Евроньюс. Изредка подрабатывал для разных фирм, снимая рекламу. Помотался по миру изрядно. Год назад оказался здесь, в России - агентству новостей нужен был хороший оператор. Но когда пригласили в Гугл, раздумывал недолго, особенно увидев ваш репортаж.
Улыбка его стала шире, заставив меня слегка смутиться. Вот ведь… Теперь это скандальное видео будет преследовать меня всю жизнь!
- То есть вас пригласили работать конкретно со мной? – Постаралась я сменить тему.
- Именно. С кем работали над репортажем? Я имею в виду - с каким оператором?
- С Андреем Савицким. Он…
- Вау. Так это снимал Андрэ! Выходит, я не ошибся!
- Знакомы с ним?
- Пересекались пару раз. Правда, больше года назад. Как удалось заполучить?
В ответ я только улыбнулась. Совсем не обязательно раскрывать все секреты.
- Ну же, Диана. Похвастайтесь!
- Может, потом, - покачала я головой, - когда лучше узнаем друг друга.
- Что-то… индечентэ? – Он щелкнул пальцами. – Неприличное?
Я чуть не подавилась водой и замотала головой:
- Вы что, Серж!
- Ладно, сдаюсь, - засмеялся он, поднимая руки в шутливом жесте.
- Ну и правильно, а то вдруг мне понадобится использовать этот способ на вас.
Он сделал серьезное лицо и наклонился вперед, упершись локтями о стол:
- Не получится!
- Почему?
- Я и так выполню любую вашу просьбу. Я же теперь ваш оператор.
- Любую? – Лукаво спросила я.
- Кваси.
- Что?
- Почти любую. Простите, Диана. Сбиваюсь на итальянский - особенно в присутствии красивых девушек. Но я над этим работаю. Избавляюсь потихоньку от этой приспособки.
- Привычки? – Засмеялась я.
- Точно – привычки.
- Не надо. Мне даже нравится.
- Правда?
- Ага. Если будете переводить. Может, даже что-нибудь выучу.
- О чем разговор? - Раздался рядом голос Марата Токаева. Он уселся слева от меня и тут же заказал себе текилу. – О жизни, о любви, о работе?
- О любви. – Ответил Сержио, мгновенно становясь менее улыбчивым. – Доказываю Диане, что любить своего оператора – это… буон тоно - хороший тон.
- А что Диана? - Марат повертел в длинных пальцах бокал с текилой и посмотрел на меня сквозь полуопущенные ресницы. Выглядел он возбужденным и немного странным.
- Диана считает, – спокойно ответила я, - что это… индечентэ.
- А по-русски? – осведомился администратор.
- По-русски, - подхватил Моретти с самым грустным видом, - любить меня она не желает.
- Здравствуйте, Марат. – Я едва сдержала улыбку. - С вашего разрешения, я вас покину ненадолго, господа.
Оба сразу встали, демонстрируя свое хорошее воспитание.
- Только не задерживайтесь, - Марат указал глазами на голограмму часов. – Скоро уже начинается посадка.
Я кивнула, хотя сорок минут – это достаточно много времени, а мне внезапно очень захотелось побыть одной.

***
Была не была, отправила видео репортажа Стешке на визор. С угрозой – что с ним сделаю, если покажет кому-то кроме Алекс и Егора. Ответ пришел сразу же.
«Не кипятись, Ди, я разве когда-нибудь раскрывал твои тайны?» - судя по смайлику, друг детства был абсолютно серьезен.
«Верю на слово», - послала ему поцелуйчик.
«Куда уезжаешь?»
«Э-э, с чего ты взял?»
«Лошадей продала. Колись, Ди, никому не скажу, клянусь!»
«Прерия»
«О! Приняли в Гугл?»
«С чего ты взял?»
«Ди!»
«Это так очевидно?»
«Для меня – да. Ладно, не напрягайся. Но зря ничего не сказала Алекс – они переживают за тебя»
«Пожалуйста, скажи сам. Просто так все закрутилось… Прости. Мне уже пора. Посадка скоро! Прощай!»
«Ненавижу это слово!»
«Знаю. Стеш, до встречи!»
«До свидания, Ди. Я тоже тебя люблю»
Он отключился, и я вздохнула. Хорошо, что попрощалась с ним. Все-таки друг, а их у меня совсем не много. Точнее, даже – лучший друг. Никогда не предавал…
Вернувшись в зал М-11, первым делом отметила, что виски в стакане Моретти не убавилось. Интересно, только делает вид, что пьет? Странно. Хотя мне это нравится. Сдержанное отношение к алкоголю очень уважаю. Вот бокал Токаева пуст. И судя по блестящим глазам – не первый, а может, не второй и даже не третий. Расслабляемся в поездке? Впрочем, делать выводы рановато.
При моем появлении, оба поднялись.
- Ну что? Пора выдвигаться? - Марат довольно потянулся. На фоне Моретти он смотрелся невысоким крепышом, хотя едва ли был ниже меня ростом. Белая рубашка с расстегнутым воротом подчеркивала смуглость кожи, легкий бежевый костюм, серый галстук в полоску – выглядит, как бизнесмен средней руки, в то время как Сержио смотрелся тем, кем и являлся, особенно с камерой на груди – профессиональным оператором. В таком виде – хоть на сафари, хоть в город, не на светский прием, конечно…
- Пойдемте, - согласилась я.
У меня в руках только легкая сумочка, у Марата что-то вроде барсетки, а вот Серж подхватил с пола внушительный чемоданчик, обтянутый блестящей кожей. Дорогая штука, судя по всему.
- Всё свое ношу с собой, - ответил он на мой вопросительный взгляд. – Самое необходимое оборудование. Никогда не знаешь, что пригодится и в какой момент, да и роботам я не доверяю.
- Правильно, - одобрил Токаев. – Ди, а вы? Ничего не забыли прикупить в дорогу? Кстати, костюмчик у вас… просто великолепный, особенно с этим зеленым шарфом. Ваши глаза кажутся еще более… изумрудными.
Было такое чувство, что он с трудом подбирает нужные слова.
- Спасибо, Марат.
Холодного тона не получилось, так как в этот момент Сержио мне весело и понимающе подмигнул из-за его спины.
Дальше разговор не клеился. Марат все косился на меня, всячески демонстрируя не слишком уместную веселость. Итальянец с интересом поглядывал по сторонам:
- Однажды стал снимать космолеты – в таком же почти космопорту в Омске, так охрана мало того, что запретила съемки, велели почистить то, что успел снять.
- Меня там не было, - хмыкнул Токаев.
- Народ там суровый.
- Точнее - наглый. А с наглостью надо бороться.
- Хм, - Моретти пожал плечом. – И природа там красивая.
- Да что там хорошего, в этой Сибири? Глухомань и больше ничего.
- Ну, не скажи…
Пока они спорили - без особого энтузиазма со стороны Сержа, небольшой автобус подкатил к нашему космолету.
Первый класс оказался выше всех похвал. То есть на порядок лучше бизнес-класса в котором мне как-то довелось летать вместе с матерью лет десять назад. Вот, что значит работать в Гугл! Каждый получил по отдельной каюте. Встречал нас помощник капитана и три борт-проводницы.
Нас, счастливчиков, в классе-люкс оказалось не больше шести человек - заметила еще только двух женщин и пожилого господина. Интересно, кто они – и для чего едут на Прерию? Журналистское любопытство тут же внутри меня сделало стойку, так что решила разузнать всё в самое ближайшее время.
Не успела занять каюту, как на пороге появился Марат.
- Скучаешь?
- Благодарю, нормально все.
- Не против, если составлю компанию? – Он уже шагнул внутрь, и места в каюте стало ощутимо меньше.
- Конечно, против! – Не отводя взгляда, указала на дверь, за его спиной: - Убирайся!
- Даже так? – Хохотнул он.
- Марат, просто уйди!
В проеме показалось бледное лицо стюардессы:
- Все в порядке?
- Отвали, - не оборачиваясь, ответил Токаев. Девушка скрылась, и я не могла ее винить. Пришлось по визору вызвать Вэлианта. Незаменима все же – эта беззвучная связь. Серж появился спустя мгновение.
- О, что за собрание, и без меня? – начал он, протискиваясь мимо Марата с бесцеремонностью, достойной восхищения.
- Что за черт? – Мрачно осведомился наш админ.
- Э-э, сам не знаю, - Моретти вопросительно посмотрел на меня.
- Знаете, я передумала. Пожалуй, успеем все обсудить уже на Прерии. Поэтому…
- Что обсудить? – сощурил глаза Токаев.
- … прошу вас покинуть мою каюту. Мне надо привести себя в порядок и отдохнуть.
- От кого?
- После вас, - делая вид, что не замечает грубости Марата, Сержио сделал шаг к двери, глядя на него сверху вниз.
Токаев хмуро усмехнулся:
- Встретимся за обедом, Ди. Капитан предал всем приглашение отобедать с ним в кают-компании.
А то у меня визора нет!
Они ушли, а меня еще минут пять била мелкая дрожь. Что это было, интересно? Это его с текилы так разнесло? Хорошенькое дело! Вот уж не ожидала такого… во всяком случае, так скоро. Как жаль, что оказалась неготовой, и пришлось звать на помощь. В следующий раз… Писк визора, заставил вспомнить об «Аналитике». Ура! На экране горели заветные слова: «Загрузка успешно завершена. Обработка информации 3 %». Ух! Хоть что-то у меня получается. Почти сразу была объявлена готовность номер раз и космолет начал свой разбег. Успела. А обрабатывается теперь пусть сколько угодно.
И Бог, с ним, с Маратом. Говорят, текила на голодный желудок – жуткое дело. Будем надеяться, что это так влияет поездка, или что-то подобное. Работать с алкоголиком…
Спокойно, Ди!
Ведь мне даже посоветоваться не с кем! Не успели улететь, а Стешки уже не хватает. Вот, кто всегда мог подбодрить. А теперь совсем одна?
Стараясь отвлечься, залезла в свою собственную базу данных по Прерии. Все равно, поработать не мешает. Не прошло и десяти минут, а я уже с головой погрузилась в полувековую историю планеты, напрочь забыв о времени. Вздрогнула, получив сигнал от Моретти. «Пора обедать, не забыли?»
В тот же миг, постучав, заглянула стюардесса, подождала, пока приведу себя в порядок и проводила в общую кают-компанию. И для чего так спешила? Еще даже не все собрались. Во всяком случае, Марата и капитана не было видно.
Сержио поджидал меня у входа и сразу ненавязчиво поинтересовался, как мое самочувствие.
- Нормально, - пожала я плечом, не желая показывать свои чувства перед этим, по сути чужим для меня человеком.
- Рад, если так. Не сердитесь на Марата, – доверительно проговорил он, чуть наклонившись к моему уху. – Ходят слухи, что парень страшно не любит летать. Только тссс… никому!
Ему удалось-таки меня рассмешить. Всех позвали за стол, как только подошел Марат, а сразу за ним – и наш капитан.


Марат окинул меня мрачным взглядом, и занял место напротив.
Мурашки по коже у меня от таких взглядов. Может и правда это все из-за полетов?
Капитан, взяв на себя роль хозяина, представил нас семье Дашко, как узнала я позже – родственникам уполномоченного представителя президента РФ на Прерии. Игнат Дашко, полковник в отставке, представительный мужчина лет шестидесяти, приходился Александру Ремизову не то двоюродным, не то еще каким-то братом. Стало ясно, кто за них платит. По базе данных, сохраненной на визоре, выяснила, что семью можно назвать состоятельной, но к высшему свету они имели мало отношения, хотя молодой жене полковника это не слишком нравилось.
Восемнадцатилетняя Оксана, оказалась довольно боевой девушкой, грезила сафари, и под неодобрительным взглядом родителя, бегло разговаривая на итальянском, по-моему, пыталась очаровать флегматичного Сержио. Тот, хоть и поддерживал беседу, но особых надежд ей не давал, за что и получил, в конце концов, благодарный взгляд отставного военного, развлекать которого пришлось мне и капитану. Хотя неизвестно, кто кого развлекал - лично я узнала много нового и интересного о космических кораблях и будущем военных сил РФ.
Марат вяло ковырялся в своей тарелке, уделяя внимание своему бокалу и Алине Дашко. Та охотно принимала знаки его внимания, что меня немножко развеселило. Почему в путешествиях все сразу начинают думать о флирте, ума не приложу.
Несмотря на то, что ничего особо полезного узнать не удалось, я осталась довольна обедом. Родственники полпреда были очарованы мной, во всяком случае, сам полковник, а такое знакомство было вовсе не лишним для начала карьеры на Прерии. Он называл меня «милая девушка» и настоял на том, чтобы мы навестили их в резиденции полпреда в белом городе, обещая скинуть на визор точную дату и время праздничного ужина.
После обеда нам всем провели небольшую экскурсию - показали вид с капитанского мостика, где располагалось управление кораблем с невообразимым множеством экранов, кнопочек, рычагов, панелей. Разбиралась я в этом совсем скверно, потому гораздо больше оценила вид звезд со специальной площадки. Зрелище оказалось просто фантастическим. У меня дух захватило от открывшейся красоты. Казалось, звезды вобрали в себя всю гамму красок, которая только возможна. Вот это да! Теперь понятен тот восторг, с каким капитан, увлекшись, говорил о своей работе.
С трудом оторвалась от потрясающей картины, когда капитан сообщил, что сейчас будем проходить створ и по правилам безопасности всем необходимо занять свои места и пристегнуться. Потом, при желании, можно будет вернуться сюда.
Полная новых впечатлений, я вернулась в каюту, пристегнулась с помощью подоспевшей стюардессы. Закрыв глаза, я все еще видела перед собой непередаваемую словами красоту открытого космоса.
- Все в порядке, - проговорила бортпроводница, заглянув спустя пять минут. – Я могу вас снова проводить на смотровую площадку.
Первым желанием было пойти туда немедленно, но на всякий случай поинтересовалась:
- А кто уже там?
- Господин Токаев и полковник Дашко.
- Спасибо, - улыбнулась я, - может быть позже.
Вызвав на визор инструкцию, нашла, как опустить спинку кресла и превратить его в удобную лежанку. Спать я не собиралась, но иногда лежа, мне думалось гораздо легче. Обдумать же хотелось многое.
Что меня ждет там? Какая она будет – новая жизнь на незнакомой планете? Будет ли хоть кто-то скучать по мне на Земле? Уж точно, не мама…
Чувствовала себя странно – предвкушение мешалось с радостью и тревогой. Перед глазами стали мелькать картины из детства и юности. Воспоминания кружили в голове, как картинке в калейдоскопе. Вот впервые села на лошадь, а это первый раз лечу на самолете, тут училась управлять маленьким летающим вертолетом и чуть не потонула в реке, неудачно приземлившись. Ну а здесь – я ужасно счастливая - впервые полетела на параплане, сама…


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:12 | Сообщение # 7
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 5.

Просыпаться не хотелось, но сон отступил, несмотря на мое желание его продлить. Немного еще полежала, медленно выходя из полудремы, не желая открывать глаза, потом стала думать о том, где я. Есть у меня такая особенность. Не могу иногда сообразить спросонья, где нахожусь. Вот и играю сама с собой в такую игру – угадаю или нет.

Вспомнила все и сразу, как всегда неожиданно. Потянулась всем телом, прогоняя дремоту. Нехотя открыла глаза и посмотрела в визор. Ого, время прилета приблизилось – даже слишком – приземление через двадцать пять минут. Как-то странно, что никто не разбудил раньше.

То есть, нет, пытались. Улыбаясь, вижу пять вызовов с промежутком в десять минут. На всех одно и то же сообщение – «Диана, вы там как?». Причину нахожу в инструкции. Опускание кресла автоматически блокирует дверь и делает беззвучными незапланированные звуки. Вот даже как! А если бы мне тут плохо стало? Ага, контроль состояния! Допуск только для капитана и врача. Вот и славно. Даже логично. Кому и доверять еще, как не капитану и врачу.

Эх, проспала все на свете, как любил говорить мой дед. Зато чувствую себя выспавшейся, как никогда. Радостно вскакиваю. Почему-то хочется петь. Вот странно. Быстро привожу себя в порядок в крохотной ванной комнате.

Наши уже собрались в кают-компании.
- Ди, наконец-то! - поднимается с места мой администратор. Вид у него слегка виноватый и абсолютно трезвый. Впрочем, некая бледность присутствует.
- Бонджорно, - Серж тоже поднялся. - Доброе утро, Диана. Ждем вас.
- Разве сейчас утро? – Удивляюсь.
- Напротив, - поясняет Марат. Он что, правда, выглядит таким несчастным, или мне только кажется? – Мы вот-вот приземлимся. За бортом – на Прерии – около четырех вечера. Жарко…

У всех в руках тарелки и бокалы с каким-то темно-бордовым напитком.

Похоже на шведский стол. Тоже взяла себе тарелку, не обращая внимания, на ребят, которые явно хотели поухаживать. Нет уж, сейчас я сама. Только интересуюсь, что за напиток, который не только в их бокалах, но и в обоих графинах на столе.

- Сок из местного фрукта. Рекомендую, - улыбается Серж.

- Очень дорогой фрукт, - дополняет Марат. – Эксклюзив. Растет исключительно на острове Тэра, примерно в семистах километрах от Ново-Плесецка вглубь океана. Пробовали его выращивать, но нигде пока больше не прижился. Фрукты размером с грецкий орех. Такие водянистые ягоды под плотной оболочкой. Есть их нельзя, хотя счастливчики такие находились, выжили, кажется. Просто опасно для здоровья – природный концентрат. Вот в виде разбавленного сока – нечто потрясающее. Попробуй.

Осторожно отпиваю. И замираю, перекатывая во рту удивительно терпкую жидкость и наслаждаясь вкусом. Надо же! Нектар просто! Вкус словами не передать.

- Называется «Радость пилота» или тэрник, - делится своими знаниями помощник капитана. Не заметила, когда он появился. – Снимает любое похмелье и опьянение в считанные секунды. На ночь только лучше не пить, не уснете. Здесь вы пьете в сильно разбавленном состоянии – с соком апельсина. Очень удачное сочетание. Поэтому можно и вечером, если немного. В чистом виде – вы его встретите еще на Прерии не раз – продается в крохотных фляжках. Например, вот на этот графин ушло пятьдесят грамм сока тэрника.

- А почему нельзя пить неразбавленный?

- Не стоит, - помощник капитана очень серьезен, - сердце может не выдержать. Хотя, господин Токаев прав, бывали случаи, ели ягоды и пили неразбавленный сок, и даже обходилось все. Только потом человек неделю заснуть не мог, а после – две недели спал беспробудно.

- Поняла. Это такой энергетик?
- Совершенно верно.

Появилась чета Дашко и в каюте сразу стало шумно. Девчонка Оксана, увидев напиток, аж в ладоши захлопала. Интересно узнать, сколько стоит бутылочка этого чуда-средства.
Вот почему Марат больше не пьян. Выглядит, кстати, очень милым. Его и спросила.

- Это, Ди, очень дорогая штука, - чуть покраснев, отвечает он.
- И все же?
- Десять тысяч за литр.

- Ох, да. Недешево. Так получается, любой может доплыть до этого острова, или долететь на чем-то и нарвать ягод?

- Да нет, там уже давно все под охраной, следят, чтобы вид не исчез. Да и прибыльное дельце. Хотя поначалу, говорят, так и было – кто хотел, плыл и брал, лишь потом спохватились, что тэриника может исчезнуть с лица земли, а ведь она лечит от нескольких очень опасных болезней. Каких - не спрашивай, - поморщился он, - не помню.

В кают-компанию вошла стюардесса и предложила всем занять свои места, после чего удалилась вместе с помощником капитана. Кресла были тут же, потому по каютам мы расходиться не стали. На крупном голоэкране показали посадку – это было очень красиво – городок на берегу океана сверкал в лучах солнца, утопая в зелени. Дальше виднелись горы. Еще не испорченная цивилизацией природа завораживала. Сколько всего таится под тенью этих лесов?!

Очень мягкий толчок возвестил, что мы уже прибыли. Голоэкран погас.
Подождав, пока загорится зеленый огонек на пристяжных ремнях, я поднялась, чувствуя некоторое волнение. Снова появилась стюардесса, приглашая нас на выход. Пропустив вперед семью полковника, я направилась за ними к выходу. Ребята шли следом, о чем-то тихо беседуя. Не стала прислушиваться. Только подумала, что они, наверное, знакомы были еще до нашей встречи. Интересно.

У самого трапа с нами попрощался капитан вместе с помощником и тремя стюардессами, желая нам приятного пребывания на Прерии. От его слов почему-то вспомнились курорты Земли. Мы конечно не на курорте, но пляжи, которые я видела с высоты птичьего полета, дарили надежду, что отдых какой-то обязательно будет.

Не терпелось посмотреть, что за мир открывается за бортом. Вдохнуть незнакомый воздух, ощутить на коже ветерок Прерии…

Первое, что порадовало - это синее-синее небо. Хорошо, когда мир встречает тебя такой хорошей погодой. Солнце – похоже, местное светило здесь так и называли, хотя официальное – Гаучо, или Небесный Пастух – тоже звучит неплохо, выглядело совершенно неотличимо от земного, причем грело вовсю. Так что пришлось сильно затемнить визоры. Хотя, судя по описаниям из базы данных, самая сильная жара уже позади.

Нас погрузили в маленький белый автобус и довольно быстро доставили к двухэтажному зданию космопорта. Семью Дашко встречали. Пара бритоголовых охранников усадила их в один из двух коптеров, стоящих на площадке. Попрощаться с ними мы толком не успели, на ходу обменялись несколькими фразами. После чего наш автобус направился прямо к парадным дверям.

Прохладные помещения выглядели гораздо скромнее, чем на Земле, но мне понравилось. Пусть меньше размеры, зато как-то уютнее. В ВИП-зале Марат сразу стал куда-то звонить по визору, а мы с Сержем устроились за высоким столиком, заказав себе лимонад и какие-то орехи – на вкус - фундук, а размером почти в два раза крупнее. Вкус почти не отличался, да и название, как оказалось – тоже.

- В общем, такие дела… - очень деловой Марат подошел к нам и сгреб из вазочки несколько орешков, - придется немного подождать. Коптер за нами уже выслали, и он вот-вот будет здесь. Ди, думаю тебе лучше подождать внутри здания, снаружи жарковато, только пройди в соседний зал, пусть уже не ВИП, но там отличный вид на площадку для коптеров. А мы с Моретти пойдем, займемся багажом и прочими делами. ОК?

Я кивнула. Конечно, лучше подождать в прохладе.
Меня что-то стало знобить. Простудиться из-за вовсю работающих кондиционеров еще не хватало. Поправив шарф - хотя, вряд ли поможет - пошла в соседний зал, спустившись на несколько ступенек. Полностью застекленная стена открывала прекрасный вид на площадку для коптеров, где в настоящий момент находилась только одна машина.
Народу немного. Невольно поискала глазами пилота, подумав, что Марат мог что-то перепутать, и этот самый коптер ждет как раз нас. Может, пилот зашел в здание? А вот и он, парнишка лет семнадцати в новенькой летной куртке - высокий, худой, нескладный. Задержалась на нем взглядом. Нда, юный совсем, растерянный, скорее ожидала увидеть на его месте кого-то вроде Михалыча. Пилот оглядывался по сторонам, явно кого-то или чего-то ожидая. Подойти спросить? Или дождаться ребят?
Его рассеянный взгляд скользнул в мою сторону и парень замер. Предсказуемая реакция. Ну вот, теперь может, подойдет. Что греха таить, постаралась показать всем видом, что жду именно его. Так, совсем ненавязчиво. Ведь дожидаться, пока смелости наберется можно целую вечность, причем с нулевым результатом.
Сработало – едва ли не спотыкаясь, направился в мою сторону. Впрочем, его уверенности хватило ненадолго, прошел бы мимо, не заговори я первой. Моего вопроса явно не расслышал, но остановился, уставившись своими пронзительными голубыми глазами, словно на чудо. Господи, да он ребенок совсем! Издали казался постарше, наверное, благодаря росту – даже выше меня. Не надеясь, что сам заговорит, повторила громче:
- Господин пилот, вы не съемочную группу Гугл ищете?
Смутился, слегка покраснев, мотнул головой и выдохнул:
- Не-е-ет. – Нахмурился и добавил: - к сожалению…
Славный мальчик. Если бы не эта, бросающаяся в глаза худоба, выглядел бы и вовсе красавчиком. Пройдет пара лет и девчонки начнут по нему сохнуть. Пока же… Хотела отойти, чтобы не смущать его еще больше, но парнишка вдруг снова заговорил срывающимся голосом:
- А вы не хотели бы … - судорожный вздох, остальное выпалил на одном дыхании: - на пикник слетать? Мы с другом на океанском берегу, на пляже, вечеринку устраиваем. Меня Леонид Истоков зовут, я вас приглашаю.
Как мило. Ну, надо же. Невольно вспомнился Глеб Макаров. Однажды разоткровенничался, рассказал, как учительницу на свидание пригласил. Как не мог забыть ее снисходительный смех, жалостливую улыбку. С какой горечью он это говорил… Потом точно так же обошелся со мной… почти. Верила тогда, что я бы так никогда не поступила. И вот, пожалуйста. Получите и распишитесь.
Новоявленный ухажер совсем приуныл. Стоит, как перед расстрелом. Ну и ситуация!
- Я бы с удовольствием, - говорю как можно мягче, - но сегодня никак не получится, только прилетели...
Ну вот, думала, поймет и уйдет, без травмы на всю жизнь, но не на того напала.
- А мы завтра уже на маршрут улетаем, рано утром. – Упавшим голосом произносит юный пилот.
О как! Не сдаемся, значит. Может, зря я с ним так? Прямо сказать? Хотя, что мне, в самом деле, жалко что ли? Все равно другого развлечения ждать не приходится. И потом, любопытно, что он имеет в виду.
- На маршрут? – спрашиваю.
Надо было видеть, как он преобразился, услышав интерес в моем голосе. Выпрямился, да так, что от былой сутулости и следа не осталось, улыбнулся. Казалось, даже повзрослел сразу на пару лет.
- Да, месторождения искать. – Гордится работой. - Может, вы мне дадите свой контакт, когда в следующий раз прилетим в город, я бы с вами связался и рассказал что-нибудь стоящее...
Хм, хитрец. В широко расставленных глазах - надежда. Было бы смешно, если б не было так грустно.
Ладно, сказала "А" говори "Б" ... Повезло тебе, малыш... Будешь моим первым контактом на этой планете. Есть в этом, что-то символичное - встретить здесь, на почти неосвоенной, девственной планете вот такого симпатичного, неиспорченного еще голубоглазого мальчишку. Может, ты принесешь мне удачу?
Вслух же произношу сотню раз отработанную фразу, добавляя только новое место работы и его имя. Благо память на имена выработана железная.

- О, замечательно! Меня зовут Диана Морозова, корреспондент компании Гугл здесь на Прерии, так что, если будут у вас интересные новости — с радостью выслушаю. Еще и знаменитостью вас, Леонид, сделаю.
Парень просиял, услышав свое имя. Всегда срабатывает, даже лучше всяких там обещаний славы и знаменитости. Клюют все, и умудренные опытом взрослые мужи и домохозяйки, даже восходящие звезды оперы, а не то, что такие подростки. Внимание приятно всем.
- Х-хорошо, - у него даже уши покраснели от удовольствия, - очень надеюсь, будут интересные вести.
О, он не надеется, он сейчас уверен, по глазам видно. Все же, прекрасная это штука – юношеский максимализм. Не сломался бы парень. Очень уж славный.
- Тогда сразу мне сообщайте, договорились?
Нахожу его в сети, благо больше никого рядом нет, и сбрасываю контакт.
- Конечно! Ждите звонка, Диана, мы с вами еще обязательно встретимся.
Сдерживаю улыбку. Горячий паренек. Просто ловелас. Пора закругляться.
- В таком случае до встречи, Леонид, - протягиваю руку, и юный пилот робко ее пожимает.
Вот и все, кажется. Мальчишка, не скрывая широкой улыбки, чуть пошатнувшись, разворачивается и неторопливо бредет к выходу. На душе отчего-то светло и спокойно. Удачи тебе, Леня!
Звонок Марата заставляет отвлечься от размышлений о моем новом знакомом. Да уж, расслабилась. Надо сосредоточиться.
- Ди, коптер прибыл. Сейчас подойдет Серж, он тебя проводит. Я пока прослежу за погрузкой багажа.
Наконец-то. Не люблю ждать. Да и небезопасно тут, как оказалось. Того и гляди, еще какой-нибудь шкет попытается меня клеить. Смешно даже, честное слово. Наверное, надо было остаться в ВИП-зале - там такое не практикуется. Да и нет сейчас никого, вроде. Разве что упитанный лысый дядька, напомнивший какого-то актёра, да парочка девчонок-стюардес.
- Хорошо, - говорю Марату, - а где его ждать? А, все, спасибо. Вижу Моретти.
- Ну, давай, Ди, не задерживайтесь там.
Оператор, весело улыбаясь, машет рукой.
- Ну как вы, Диана, успели соскучиться?
- Не дали, - улыбаюсь в ответ. – Зато успела взять интервью.
- У кого это? И без меня?
Серж быстро оглянулся по сторонам, и, не увидев никакой знаменитости, разочарованно спросил:
- Это… скерцо? То есть… шутка такая?
- Да нет, пойдем уже, расскажу по дороге.
- Прендо ля пароле.
- Серж?
- Ловлю на слове, - рассмеялся итальянец.

Ярко-желтый коптер с незамысловатым логотипом на борту «Таксопарк Н-П» принял нас в свой прохладный салон, спасая от уличной жары. Пилот, серьезный малый лет сорока, подождал, пока все усядутся, и не слишком плавно поднял машину в воздух. Краем глаза успела заметить, как забирается в тот самый коптер группа молодежи с моим новым знакомцем. Даже отсюда было заметно, что парень на голову выше своих друзей. Хм, одного взгляда было достаточно, чтобы понять – поездка отнюдь не деловая. Вспомнив слова мальчишки о пикнике на пляже, порадовалась за юного пилота. Вот и молодцы. Завтра на маршрут – а они живут полной жизнью, пикник устраивают, наверное, и купаться будут, и петь под гитару, гулять полночи… Я даже немного позавидовала их беззаботному отдыху. Прямо кусочек совсем другой жизни приоткрылся…
От грустных размышлений оторвал возглас Сержа:
- Мольто белло! Как красиво, Диана, вы только гляньте!
Мы как раз летели над заливом. Я замерла от восхищения. Моретти прав, это что-то потрясающее. Городок утопал в зелени, раскинувшись подковой вокруг залива. С высоты трудно было различить улочки и дома. На причалах – крохотные кораблики. Судя по всему, там идет бурная жизнь. Маленькие фигурки снуют туда-сюда, работают погрузчики. В горловине залива как раз проплывает корабль. Интересно, откуда он? Или куда?
Дальше на побережье залива деловая часть города. Тут зелени меньше, а сразу за ней уже начинался Белый город - так эту часть Ново-Плесецка называл Марат, да и в базе данных видела этот термин. Белые дома, виллы, коттеджи расположились на склонах холмов, смотрящих в сторону океана. Вдоль широкой полосы пляжа виднелись какие-то цветные палатки – наверное, именно там проходит жизнь состоятельных жителей городка.
Жить на берегу океана, что может быть прекрасней?!
- Мольто белло! - повторила я за оператором, который, достав камеру, уже вовсю занимался съемкой красот Прерии.
Он обернулся и подмигнул, направляя камеру на меня.
- Беллица!
Оценив выражение его веселого лица, не стала спрашивать перевод. И так понятно – если не изменяет память – «красавица».
Только Марат немного недоволен.
- Вы уж постарайтесь, сеньор Моретти, говорить по-русски. Здесь в Ново-Плесецке почему-то очень не любят иностранцев. Особенно колонисты. Имейте ввиду.
- Спасибо, синьор Токаев, обязательно учту.
Админ вскинул взгляд, но итальянец уже снова снимал на камеру красоты побережья с птичьего полета. Марат одарил холодным взглядом его спину, надел свои визоры и откинулся на сиденье.
По-прежнему выглядит несколько бледным.
Сделав виток над краем белого города, коптер вдруг резко развернулся в сторону сити – деловой части.
- Куда вы? – От удивления мой вопрос прозвучал резко. Грешным делом уже представила себя в объятиях океанской волны.
- Ди, спокойно. – Марат примирительно улыбается. – Алексей Федорыч велел привезти вас сразу к нему. Так что… Буквально на пять минут. Только познакомиться.
- С какой стати? Разве мы не наметили знакомство на завтра?
Сержио отвлекается от съемок и мечтательно говорит:
- Надеюсь, монтажная там больше, чем на моей прежней работе. И оборудование хочется глянуть.
Тысячи вопросов застывают, так и не прозвучав. Ладно, допустим, соглашусь. Тем более, мне хочется быстрей увидеть место новой работы. И конечно интересно очень, если уж честно, каков из себя Алексей Федорович! Марат прав, познакомиться лучше сразу.
- Хорошо. Но только никаких «выпить за встречу», договорились?
Мне показалось, или Токаев слегка покраснел? Не разберешь ничего на его смуглой физиономии.
- Конечно, Ди!– Админ скинул визоры и поглядел вниз. – Как вам наш офис, ребята? Смотрите, хорошее расположение. Там, вроде, ресторан рядом. И от залива недалеко.
- Можно подумать, ты там купаться собрался, - не удержалась я.
- Почему купаться? Просто тут водой добраться куда-то можно быстрее, чем ждать такси. Или у тебя морская болезнь, Ди?
Коптер уже приземлялся на площадке возле высокого здания в центре сити.
- Так не знаю, - стараюсь не улыбаться, - не довелось как-то плавать.
В глазах Марата вспыхивают огоньки:
- Да-а? А что такое серф знаешь? Наверняка видела в сети?
- Ага, знаю. Хочешь сказать, умеешь кататься на волнах на узкой досочке?
- Когда я тебя научу, Ди, ты не будешь говорить об этом с таким презрением!
- И вовсе не так. Я просто…
- А это не директор Кирсанов, случайно, - мягко прерывает нашу перепалку Сержио, отрываясь от видоискателя.
Обернулась и заметила полноватого лысеющего мужчину, который спешил к такси в сопровождении молоденькой девушки и нескладного худого парня.
- И все-таки я прав, Ди, – Марат потягивается по своей дурацкой привычке. – Ну что, пошли знакомиться?
- Господин пилот! Подождите нас, пожалуйста, минут двадцать. – Как можно небрежней прошу я. Если Марат прав и с такси здесь напряженка, лучше подстраховаться.
- Не вопрос, - кивает таксист. – Такую красавицу – хоть час.
- Полегче, приятель, - ухмыляется Моретти.
Он первым спрыгивает на площадку почти с двухметровой высоты, игнорируя медленно выезжающий трап.
- Давай, Диана, покажи, на что способны русские девушки!
Разбежался! Спускаюсь спокойно по трапу, не обращая внимания на насмешливо-осуждающий взгляд итальянца.
Группа встречающих уже рядом.
- Здравствуйте! – Здороваюсь первая, протягивая руку высокому директору местного медиаканала. – Диана Морозова.
- Диана, как же я рад. – Похож на доброго дедушку. Он мягко жмет руку. – Алексей Федорович Кирсанов. Вы уж простите, наш коптер сломался перед самым вылетом, а с такси здесь непросто. Новые машины и оборудование еще в пути… Не удалось вас встретить достойно.
- Пустяки, правда. Это Сержио Моретти, оператор.
- О, синьор Моретти! Рад знакомству. Видел ваши работы…
- Марат Токаев, мой админ.
- Привет, дядь Леш, - Марат огибает меня и с неподдельной сердечностью сжимает директора в своих медвежьих объятиях.
- И ты здесь, хитрый татарин, - рассмеялся Кирсанов.
Парень лет двадцати трех, не дождавшись, пока его представят, покраснев, протянул мне руку:
- Петр. Можно Петя.
- Очень приятно, Петя. Диана Морозова. Можно просто – Диана.
- А это Леночка, - кивает он на стройную улыбчивую девушку, - остальные наверху ждут. Передачу монтируем…
- Ну, так идемте! Алексей Федорыч, мы тут надолго, успеете еще наговориться с моими оболтусами.
- Кто мы? – тут же возмущается Сержио, но пользуясь общей суетой, не стала объяснять. Дружной толпой спешим к стеклянным дверям.
Немного волнительно думать, как здесь все будет. Стараюсь заглушить это чувство, беззаботно отвечая на многочисленные вопросы Кирсанова о перелете, о том, как мне понравилась Прерия, о том, не успел ли меня достать зануда Марат.
Лифт поднимает нас на самый верх, если не ошибаюсь, это четвертый этаж. Марат загородил спиной все кнопки. Их там шесть, кажется. Наверное, еще подвал. И все же ошиблась – мы на крыше. Выходим из лифта, как из маленького домика.
- Хе-хе, - потирает руки довольный Кирсанов. – И как вам? А? Здорово, да? Вся эта красота наша. Вон прямо тут видите – зона отдыха. Вышел и пожалуйста – отдыхай. Удобно, а? Обзор какой – вы только гляньте – мало того, что здание четырехэтажное, так еще на холме, на самой вершине. Да тут самое лучшее место во всем сити. А, Марат? Ты глянь.
- Да вижу, дядь Леш, хорошо тут у вас, а ты помню, ехать не хотел.
- Так в ту дыру и не хотел. Ты бы там тоже не шибко веселился. Это уж когда Гугл нам новое здание выкупил, так конечно. Смотри - весь верхний этаж наш. На втором – склады, тоже наше все и только малая часть ресторану принадлежит. Он, к слову, весь первый этаж у нас же и арендует. Вчера подписали договор, так что все здание у нас в кармане. Да еще ангар для коптеров рядом, правда, машинка у нас старенькая – сломалась сегодня в очередной раз, но вот-вот новые прибудут. А ресторан пусть будет, далеко ходить не надо. Отличные ребята кстати. Владелец – мой старинный приятель. Новые офисы на третьем этаже – мечта просто! Не сравнить с тем, что было! Мы как раз закончили с переездом – думал, захотите увидеть сразу. Ну и отпраздновать знакомство. Попробуете как раз стряпню Хафиза. Это нечто…
Все невольно заражаются энтузиазмом директора. Он прав, тут, в самом деле здорово. Прямо на крыше разбит небольшой садик с маленьким фонтаном. Точнее, это пока только намеки на садик, да и фонтан не работает, но все равно мне нравится. Уверена, получится очень мило. Цветастые тенты защищают от солнца столики и стулья возле самой решетки, откуда открывается прекрасный вид на залив. Половина крыши пустует. Но видимо неспроста. Площадка отделена от остальной крыши несколькими ступенями и высокой перегородкой из стекла и металла, которую вначале не разглядела. Поняла, только заметив открытые сейчас раздвижные стеклянные двери - по серебристым контурам. Значит, скорее всего, для коптера. Там и два запросто поместятся, если не слишком больших. А что – удобно, раз - и уже в здании, только на лифте спуститься. Вот таксист мог нас прямо сюда и выгрузить, да видно нет у него такого разрешения или не знал просто.
Садик занимает почти все пространство зоны отдыха, представляя собой букву «С», открытую в сторону решетки. Вокруг невысокой оградки зеленых насаждений расположились несколько скамеек-диванчиков, когда зелень подрастет, их будет и не видно, идеальное место отдохнуть, расслабиться, даже позагорать.
Столики сейчас сдвинуты и накрыты аппетитными блюдами – совсем по-простому. Две девушки, наверное - из обслуги ближайшего ресторана, как раз разливают напитки по высоким стаканам. Сразу захотелось пить.
Ну вот, и как тут отказаться-то?
- Алексей Федорович, - решительно говорю, прерывая его беседу с моими ребятами. – Давайте уже офисы посмотрим, а вот на застолье мы как-то не рассчитывали.
- Ну, вот еще, Диана. Посидеть и выпить за встречу надо обязательно! Хотя бы пол часика. Петька, отпусти такси, - зычно кричит он. И поясняет, прерывая мои возражения: – За простой берут чуть ли не вдвойне, ироды. С такси тут плоховато, не Москва. Но не бойтесь, мои красавцы, отвезу вас с ветерком на собственном катере. Да-да, есть у меня ласточка последней модели, да еще тут приобрели собственный причал в марине. – Глаза Кирсанова весело сверкнули из-под густых бровей. – Так что – живем! А, Диана? Любите морские прогулки?
- Еще не знаю, Алексей Федорыч. А как же…
- Вот и узнаешь. И зови меня по-простому, я тут для всех дядька Леша, хотя племянников отродясь не имел. Один, как сыч. – Он хохотнул. – Ничего, проветритесь, посмотрите, как сити с залива смотрится, а Белый Город – с океана.
- А как же наши вещи? – удается спросить. Как-то совсем не ожидала такого напора.
- Петька, стоять! – орет директор. – Багаж сразу в отель, потом сюда вернешься. Одна нога здесь, другая там! Ну, живо! Чего, застыл?
- Секунду, Петь! – Токаев размашистым шагом подходит к парню и что-то быстро втолковывает. Петя кивает, внимательно вслушиваясь в слова админа, и чему-то улыбается во весь рот.
После его стремительного исчезновения, дружной толпой идем вниз. Офис мне нравится сразу. Хотя тут еще нет оборудования и многие помещения пустуют, а я уже вижу, как снуют туда-сюда сотрудники, сплетничают в курилке девчонки, стоит маленькая очередь к кофейному аппарату… Даже странно, что теперь это станет и моей жизнью, и уже не я, а ко мне будет заходить какая-нибудь девчонка-фрилансер, предлагая эксклюзивный материал…
Мой кабинет с видом на залив. Пока здесь только шикарное черное кресло. Невероятно удобное. Надо же. Даже вставать не хочется. Кружусь в нем, откинувшись на спинку, пока никто не видит.
Вижу в приоткрытую дверь, что Марат тоже доволен, ругается по просьбе директора с отделом логистики очень смачно. Просто красавец! Торжественно сообщает, отключая связь, что оборудование подвезут через два часа. А вот новые коптеры еще собрать надо, так что только завтра к вечеру.
- Ну ты орел! – Алексей Федорыч снова довольно потирает руки. – А они мне – через неделю, батя, раньше никак!...
Сержио заглядывает в мой кабинет с довольно печальным видом.
- Что такое?
- Монтажной еще нет… Да ничего еще нет. А ничего, кабинетик, мне нравится. Дай покрутиться!
Со смехом, пытаюсь от него увернуться. Но Моретти ловко вытаскивает меня из уютного кресла и ставит на ноги. Сам нагло занимает мое место.
- Так вот в чем преимущества у спец коров, - возмущенно восклицает он, широко улыбаясь. – Это не… джустаменте! Не… правильно.
- Не справедливо? – подсказываю я.
- Точно! Не справедливо! Такие кресла нужно только операторам выдавать!
- А что за кресло? – И Марат здесь! – Моретти, имей совесть, дай и мне, что ли. Должен же я знать, каково тут будет Диане.
- Нормально ей будет, - ворчит итальянец, но с кресла поднимается.
Марат тоже в восторге.
- Хм, как низко пали великие, - негромко говорю я. – Одно кресло, ничего больше нет, а они уже счастливы.
- Ты не понимаешь, - возражает Моретти, - кресло – это о-очень важно!
- Особенно такое, - подхватывает Марат.

В кабинет протискивается голова еще одного обитателя нового офиса.
- Всем привет, я Егор, - прогудел он басом. – Вас за стол зовут. На крышу.

Застолье было совсем не похоже на тот обед в ресторане с боссами из Гугла. И не то, чтобы качество еды хуже – напротив, жаркое из цыпленка просто восхитительно, а крохотные пирожные тают во рту, оставляя незабываемый вкус. Но вот обстановка совсем другая. Больше похоже, что я блудная дочь, наконец вернувшаяся в большую и дружную семью. Никогда у меня такого не было. Все шутили, громко смеялись, выкрикивали тосты, оттачивали остроумие шутками, порой обидными, как мне казалось, но никто даже не думал обижаться.
Я улыбалась, а в горле стоял ком. И что такое? Всегда все не как у людей. Радоваться надо, а я чуть не плачу. Рассказать кому – не поверят, недаром в колледже прозвали стальной леди. Последние дни только и делаю, что слезы сдерживаю.
Коллектив медиаканала «Прерия НВ» состоит из пяти человек, не считая Алексея Федоровича. Я сразу запомнила всех, чтобы потом было проще общаться, и мысленно каждому дала краткую характеристику. Егор и Петька, похоже братья, хотя совсем друг на друга не похожи. Егору лет двадцать пять, а Петя младше года на три. Андрюхе Зарецкому перевалило за тридцать, сразу сошелся с Сержио, оказалось – были знакомы. Тоня и Леночка примерно моих лет. Тоня яркая и активная, успела меня сразу рассмешить, дерзким ответом моему админу, Леночка скромная с задумчивым умным взглядом, улыбка вот у нее редкая, но освещающая всё лицо. Надо будет подружиться с девушками…
Очень быстро, просто по разговорам узнала, что каждый тут своего рода уникум. Ну а как иначе.
Прощались только спустя полтора часа, сытые и довольные. Ребята канала смотрели на меня как на принцессу, Тоня немножко ревниво, но с уважением. Леночка, кажется, - с восхищением.
Марат с Сержио тоже произвели на них хорошее впечатление. Так что начало для работы положено, завтра и приступим.
Катер Кирсанова был собственно небольшой моторной яхтой, на которой и под парусом можно ходить и на моторе. Внизу маленькая каюта. На широкой палубе деревянные скамьи, прикрученные к полу. Здесь мы и расположились, Кирсанов правил сам, а Андрюха Зарецкий, решивший нас проводить, громко и с юмором рассказывал нам, что где расположено, добавляя короткие байки, казавшиеся нескончаемыми.
Красиво смотрится город с воды.
Хорошо так – ветерок дарит прохладу, солнце уже не такое яркое. Обогнув мыс, плывем к белому городу. На невидимой границе, катер тормозит, Кирсанов запрашивает что-то по визору, потом плывем вдоль красивой набережной. Хоть и не близко, видим гуляющих вдоль берега людей, есть и купающиеся, утопая в зелени, высятся по склонам холмов белоснежные виллы и коттеджи. Вот и пристань. Директор медиаканала ловко вписывается в узкое пространство между столбами, и скоро уже швартуемся у причала для катеров.
Здесь Алексей Федорович и Андрей с нами прощаются, их жилье дальше, километрах в трех на север. На окраине Белого города.
Не успела лодка выйти снова на простор, к нам подбежал мальчишка лет десяти, уверенно прошел прямо ко мне. Белые шорты, загорелый почти до черноты, только глаза карие сияют из под капитанской кепки.
- Диана Морозова? – Звонкий голос звучит очень деловито.
- Это я.
- А я за вами, видите мою машину?
- Э? – гляжу, на набережной стоит почти игрушечная машинка. – Вижу.
- Поехали. Доставлю с ветерком.
- А как же мои спутники?
- Могу потом за ними поехать, - почесав в затылке, бойко отвечает малыш.
Марат с Сержем готовы рассмеяться.
- Спасибо, парень, мы прогуляемся. – Подмигивает ему Моретти. – Покажешь Диане самую красивую дорогу к отелю?
- Отчего ж, покажу!
Машинка двухместная, открытая. Сажусь с опаской, как- то не привыкла я к юным водителям. Но малыш управляет виртуозно, дорожки словно для этой машинки и сделаны.
Не знаю, что уж считается самой красивой дорогой к отелю, но мы хорошо поколесили по белому городу, повидав и виллу полпреда, и детские аттракционы, самое важное место, по словам маленького негодника, и несколько коттеджей знаменитых личностей. Мне понравилось. Спокойно тут было и уютно. Всюду зелень, красивые здания, приветливые лица прохожих, с улыбками уступающих нам дорогу.
Когда, наконец, остановились у входа в отель, мальчик с озорной улыбкой указал в сторону океана:
- Вот отсюда мы отъехали.
Увидев наш причал в нескольких десятках метров, не знала – смеяться или плакать. Убью Марата!
- Тебя как зовут? – Вручаю мальчишке пару мелких монет.
- Максим. – Сжимает монеты и улыбается. - Вы это… Если захотите, я вас еще покатаю!
- Не сегодня, Максим, - качаю головой.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 04.09.2011, 02:12 | Сообщение # 8
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 6.

Администрация отеля устроила мне пышную встречу и проводили в самый «шикарный» номер с видом на океанский берег. С балкона просматривалась очень благоустроенная набережная, где в этот вечерний час прогуливались парочки, играли несколько детей разного возраста. Своего нового знакомого с его машинкой, я среди них не увидела. Забавный мальчишка, есть в нем что-то трогательное.
Номер был очень милым, хотя, если честно, шикарным его назвать никак нельзя. Слишком свежа еще память о семизвездочных отелях Земли, где мне приходилось не раз останавливаться, следуя приказу матери, у которой повсюду были постоянные брони. Оплачивала их она сама, считая, что так выполняет свой материнский долг.
Просторная кровать под балдахином с низенькими тумбочками по бокам, трюмо в углу, небольшой письменный стол перед широким окном и встроенный в стену мини-бар. Вот и вся обстановка. Линолеум под натуральное дерево, низкие потолки, стены оклеены какими-то обоями в мелкий цветочек. Гардеробная довольно широкая, но забитая моим багажом, казалась сейчас ужасно тесной. Душевая комната самая обычная, с набором дешевых гигиенических средств. Единственное, что примиряло с окружающей обстановкой – широкий балкон с удобными шезлонгами. Здесь можно и позагорать при случае и поработать на свежем воздухе.
Только не любила я безликих гостиничных номеров с детства. Совсем. Сразу мысли о том, сколько людей здесь побывало до меня. Не знаю, но отчаянно хотелось свой дом. Надо завтра же заняться этим вопросом. А сегодня что? Ах да. Два неотложных дела в личном календаре визора. Позвонить некоему Ахиллесу и ему же передать пакет инфы. Сделаем, только сначала переодеться.
Приняв душ и облачившись в толстый пушистый халат, я устроилась на балконе, куда мне доставили маленькую чашечку кофе и легкую закуску.
Побыть в одиночестве мне не дали - Марат с Сержио явились ко мне в номер под предлогом, что надо устроить совещание и составить план на будущее.
- План пока простой, - прервала я Марата, подождав пока они займут шезлонги и перестанут преувеличенно расхваливать мой номер, балкон и окружающий мир. – Завтра же мне нужно найти собственный дом. Здесь я жить не собираюсь. Второе – до первой передачи всего месяц, так что трудиться надо начинать прямо сейчас…
- Свой дом? – в один голос переспросили они.
- Отель оплачен на месяц, - поспешил пояснить Токаев. – И потом, Ди, насчет работать – согласен, времени немного. Но загонять себя тоже не стоит. Пока я налаживаю контакты, а на это уйдет пара дней точно, а может и больше, ты могла бы заняться обустройством.
- Могу помочь, - широко улыбнулся итальянец.
- Налаживать контакты или обустраиваться?– холодно осведомился Марат. И удовлетворившись тем, что оператор пожал плечом, добавил: - А тебе, Моретти тоже есть чем заняться. Начинай снимать…
- У меня уже есть мысли с чего начать, - вмешалась я. – Сержио, позже мне хотелось бы обговорить это подробней, если ты не против. Марат, с тобой тоже. А сейчас попрошу вас уйти и оставить меня в покое. Завтра в семь утра жду вас в своем номере.
Мужчины сразу поднялись, что немало порадовало.
- В семь? – только поморщился Марат. – Я хотел прокатиться на волне. Даже доску уже распаковал.
- А сколько времени это займет? – Мне на самом деле было интересно. И вообще не сразу, но мне хотелось испробовать здесь абсолютно все. Самой, на собственной шкуре. Для авторской программы это тоже немаловажно.
- Час – полтора.
- Тогда тебе необходимо проснуться в половине шестого, - улыбнулась я.
Моррети, еле сдержав смех, глядя на кислую мину админа, помахал рукой:
- Диана, кара мио, мой контакт у вас есть – зовите, если что.
- Мой тоже. – Морат тепло улыбнулся на прощанье и они, наконец, покинули мой номер.
Когда они ушли, не стала терять время и набрала контакт Ахиллеса. Соединили не сразу. Ну, мало ли, чем этот Грек занят. Рассматривала далекий горизонт, океан вызывал жгучее любопытство. Надо же, ведь на Земле была только на море несколько раз, а тут океан. Вдали виднелись белые паруса. Всего штуки четыре. Какие-то яхты, наверное – как у директора медиаканала, и один корабль покрупнее. Куда они плывут? Или просто отдыхают?
Наконец друг Михалыча отозвался. Изображения не было, только голос. Низкий и какой-то холодный.
- Слушаю вас.
- Здравствуйте. Меня зовут Диана Морозова, специальный корреспондент Гугл на Прерии.
Молчание. Что за грубиян!
- Я только что прилетела…
- Папарацци меня не интересуют. – Твердо и как-то равнодушно произнес Грек, - если у вас все…
- Постойте!
- Что еще?
Я уже начинала злиться. Какого черта Михалыч мне его навязал?!
- У меня для вас пакет документов от Михалыча с Земли. – Тоже решила быть холодной и жесткой.
Желанного эффекта не получилось.
- Какого Михалыча? – все так же холодно осведомился невидимый собеседник.
Вот черт! А я и не знаю какого. Ни фамилии, ни даже имени. Блин, и кому это надо, а? Мне что ли?!
- Таксист он. – Ответила более сердито, чем хотелось. – Извините за беспокойство!
И тут грубиян рассмеялся. Не то, чтобы весело, но удивить меня ему удалось.
- Для журналистки, вы слишком эмоциональны и ранимы, - произнес он вполне дружелюбно. – Приезжайте. Хочу вас увидеть. Передадите файл на месте.
- Зачем? Сейчас сброшу вам. И покончим с этим.
- Нет. Передадите при встрече. Подождите, вышлю за вами коптер.
Чертов Грек. Да что это такое. Точнее, кто он такой? Министр?
- Не надо, - буркнула я, - вызову такси. Назовите адрес.
- Центральная площадь в сити. Удачи.
И отключился.
И чего я так кипячусь! Кофе остыл, да и настроение его пить пропало. Выяснила по местной сети, как вызвать такси и послала запрос.
- Запрос принят, - произнес очень вежливый оператор. Время ожидания составит два часа сорок минут.
- Что? – Не поверила своим ушам. – Мне нужно через пять минут!
- Простите, леди, но это невозможно. Все машины в настоящий момент заняты.
- Но у меня важное дело…
- В пятницу вечером у всех важные дела, - с грустью откликнулся оператор. - Может, воспользуетесь наземным транспортом? Хотя не уверен, что свободные машины есть там. Пятница, вечер… Так вы подтверждаете свой заказ?
- Нет! – отрезала я.
Ситуация с наземным транспортом оказалась не лучше. Не добившись от них толку, скрепя сердце, снова связалась с Ахиллесом. На этот раз загадочный друг Михаллыча отозвался сразу.
- Если не трудно, пришлите свой коптер, - напряженно произнесла я. Так и ожидала услышать торжествующий смех.
- ОКАЙ. Выходите через десять минут. – Совершенно спокойно ответил грек.
Надо же, даже без насмешки. Может, всё не так плохо? И тут я опомнилась. Десять минут! Ого. Ведь я не одета! Как не спешила, только через двенадцать минут, нарядившись довольно скромно - в серые джинсы и свободную рубаху, вышла из отеля. С неким злорадством заметила подлетающий темно-серый коптер. Ага. Не только я опаздываю.
Уже на подходе к парковочной площадке, расположенной чуть в стороне от отеля, увидела Моретти, который о чем-то разговаривал с тем самым мальчиком – Максимом. Малыш меня заметил и помахал рукой. Оператор среагировал мгновенно. Оглянулся, вглядываясь пару секунд, и решительно направился в мою сторону широким шагом. Ну вот, только этого мне не хватало. Он тоже успел переодеться, Белая футболка и серые шорты делали его похожим на туриста. На груди болталась неизменная камера.
К не заглушившему двигатели коптеру, присланному Ахиллесом, мы подошли одновременно.
- Диана. Вы не будете возражать, если я составлю вам компанию? – Сразу спросил итальянец и, видимо прочитав на моем лице решительный отказ, торопливо добавил. – Честное слово, я нон сареббе. То есть, не хотел вам мешать, не нарочно. Просто вызвал такси – добраться до сити, а ждать оказывается больше двух часов. Вот и подумал – не подбросите меня?
Да уж, дожидаться такси…
- А куда вы? – вырвалось у меня. Тут же пожалела. Ведь он мог задать мне тот же вопрос. Но говорить про Грека кому бы то ни было, не входило пока в мои планы.
- Хочу побродить в одиночестве. Поснимать. А вы?
- Надо навестить знакомого. Ладно, Серж. До центральной площади в сити точно можете долететь.
- Бейне! То есть отлично, спасибо, Диана!
Пилот – парень лет двадцати азиатской наружности, коротко кивнул мне, задержал на Моретти взгляд миндалевидных глаз и спросил:
- А вы кто?
- Мой друг, - быстро ответила я. - Подбросим его до площади в сити?
Парень кивнул и поднял машину в воздух.
- Я уже друг? – широко улыбнулся Серж. – Ну, Ди, не будьте такой серьезной. К’оза э сучессо? Что-то произошло?
Белый город производил неизгладимое впечатление в лучах заходящего солнца – действительно напоминал курорт. Я оторвала взгляд от окна и повернулась к итальянцу. Непринужденно откинувшись на диванчике и вытянув свои длинные ноги, он казался расслабленным, но в лице и взгляде, направленном на меня сквозило легкое беспокойство.
- Все нормально, Серж. Хороший друг на Земле просил передать весточку своему сослуживцу. Обещала сделать это сразу.
- Так почему не пойти вместе? А потом, клянусь, постараюсь тебя чем-нибудь удивить – может, покатаемся на чем-нибудь или еще что? Поснимать хочется, но с тобой это еще интереснее.
- Нет, - мягко ответила я, не желая его обижать.
Он скроил очень грустную рожицу, чем даже рассмешил. Не ожидала такой реакции.
- Ну вот, фиаско, как у вас говорят.
- Что?
- Облом. Не везет мне с русскими девушками.
- Не верю, Серж!
И тут он очень хитро ухмыльнулся и помигнул:
- Правильно делаешь, Ди.
Опа, когда это он на «ты» перешел? А, пускай. Моретти мне сразу чем-то понравился. Очень с ним легко, все же.
До площади долетели быстро. Выпрыгнув на асфальт, или чем там была покрыта дорога, оператор махнул мне рукой и, не оглядываясь, зашагал в сторону холма. Мы же, снова поднявшись в небо, перелетели холм и приземлились внутри дворика, огороженного высоким забором, возле небольшого двухэтажного здания. Это уже окраина сити, наверное, или жилой массив.
Пилот открыл мне дверцу, заглушил мотор и оказался на земле раньше меня.
- Я провожу вас. – Вежливо произнес он без улыбки. – Сюда, пожалуйста.
Откуда-то послышался лай собак, потом короткий мужской возглас, после чего все стихло. Мы зашли в здание и сразу поднялись на второй этаж по узкой лестнице. Дальше коридор и вторая дверь налево. Комната большая. Стены увешены оружием, оленьими рогами и прочей охотничьей атрибутикой. Посередине бильярдный стол, на дальней стене мишень, утыканная дротиками. Сбоку – напротив двери, барная стойка. Просто рай для мужчин. Здесь мы не задержались, прошли дальше. Провожатый открыл дверь возле бара, которую так просто не обнаружишь. Завешанная шкурой какого-то огромного животного, она вела в более светлую комнату с большими окнами. За большим столом темного дерева, как в старом документальном кино, сидел в кресле с высокой резной спинкой серьезный мужчина лет сорока на вид. Стол был уставлен разными безделушками, типа головоломок, крупных шариков из стекла и камня, разных зверушек из похожих материалов и дерева. И притом, никакого беспорядка, все словно на своем месте. Еще один стол, овальной формы стоял посреди комнаты, окруженный симпатичными деревянными стульями.
Мужчина скинул визоры и, откинувшись на спинку кресла, отослал парня кивком головы.
- Добро пожаловать, Диана Морозова, специальный корреспондент Гугл на Прерии. - Сухо произнес он, разглядывая меня, как какую-то букашку. – Меня зовут Антон Харисов, но больше известен, как Ахиллес. Сбросьте мне файл, будьте добры. И присаживайтесь.
Так как ничего другого не наблюдалось, а диван у дальней стены стоял слишком далеко, я отодвинула стул у овального стола и присела на краешек. Личность Ахиллеса теперь еще больше заинтриговала. Уж не знаю, правда ли, что он не грек, но профиль вполне можно назвать греческим. Высокий лоб, прямой нос, темные глаза под густыми бровями, суровая складка рта, подбородок и щеки гладко выбриты, тонкий двойной шрам проходит наискосок от уголка рта до внешнего угла правого глаза. Лицо смуглое и обветренное, наверное, много времени проводит на воздухе. Черные волосы гладко зачесаны и убраны в хвост. Он снова снял визоры и криво улыбнулся:
- Значит, у вас будет авторская программа?
- Д-да, - интересно, откуда ему это известно?
Лицо его оживилось, он поднялся из-за своего стола и, обогнув его, занял место напротив меня за овальным.
В тот же миг открылась дверь и вошла девушка с подносом, на котором красовались бокалы, графин с темно-бардовым напитком и крохотные бутерброды с икрой разных оттенков красного цвета.
Девчонка бесшумно удалилась, а хозяин налил мне в бокал сока, как и подозревала – с добавлением тэрника. Только не апельсиновый а лимонный на этот раз. Он коротко сказал об икре, какая от какой рыбы, а потом спросил:
- Ну и что вы от меня хотите, Диана?
Чуть не подавилась первым глотком сока.
- Я хочу? Это вы меня пригласили, господин Харисов!
- Для вас – Антон. И спокойно, леди Ди! Вы подумайте хорошенько. К слову, попробуйте темно-красную икру, уверен, вам понравится.
Он прав, я же никого здесь не знаю пока, глупо вести себя, как вздорная девица.
Послушно последовав его примеру, откусила бутерброд с икрой и поразилась необычно приятному вкусу. Запив его соком, осторожно произнесла:
- Понимаете, Антон, я тут никого не знаю…
Он смотрел выжидательно, и, кажется, в его глазах мелькнуло одобрение.
- …возможно, вы могли бы помочь мне с информацией?
- Возможно.
- И еще, - вдохновилась я. – Здесь очень плохо с транспортом, такси приходится ждать несколько часов, а мне это совершенно неудобно. Может, посоветуете мне какого-нибудь пилота, который согласится меня возить в любое время. – Не видя в нем никакого энтузиазма, поспешно добавила: - Естественно не бесплатно!
- Конечно, - кивнул он. – Ну, с пилотами тут не так просто. У вас есть коптер?
- Нет, но я думала…
- Понятно!
- Я могла бы купить, деньги пока есть.
- Не спешите так. Есть у меня один вариант. Минутку. – Он коснулся коммуникатора в виде клипсы на ухе и коротко произнес кому-то: - Зайди.
В комнату почти сразу вошла все та же девушка. Теперь я рассмотрела ее подробней. Лет семнадцать-восемнадцать, короткая стрижка, красивые серые глаза с длинными ресницами. Камуфляжный костюмчик смотрится неплохо, даже стильно. Не худенькая, но стройная. Хотя под этой одежкой особо не разглядишь. Манеры мальчишеские, движения резковаты.
- Познакомьтесь, Диана, это Рысь, моя … племянница.
- Очень приятно, - улыбнулась я девушке, не понимая, зачем Ахиллес ее пригласил.
Та смотрела исподлобья, не выказывая особой радости.
- Рысь, отвезешь Диану в Белый город.
- На чем? – гордо осведомилась она, вскинув подбородок. Похоже, у них какая-то напряженка с этим вопросом. Или давний спор.
- Тебе решать, Оля. Согласишься работать на госпожу Морозову, можешь прямо сейчас бежать за своей ласточкой. Деньги я переведу. Решишь подумать, возьмешь коптер Трояна…
Глаза девчонки загорелись:
- Прямо сейчас? – выпалила она, словно не верила своим ушам.
- Да, они еще работают. – Ахиллес глянул на время. – Как минимум, полчаса. Прежде чем согласиться, послушай условия.
- Какие? – Девушка с надеждой посмотрела на меня.
Обалдеть! Эта девчонка будет моим пилотом? Я внутренне сжалась от такой перспективы и, хоть понимала, что вопрос может прозвучать оскорбительно, все же осведомилась:
- А вы умеете летать?
- Умею, - кивнула она, нисколько не обидевшись. – Даже в гонках участвовала…
- Оль! – Охладил ее пыл Ахиллес.
- Сертификат получен полтора года назад. – Четко отрапортовала она. - Хотя летаю намного больше.
- Ясно. – Быстро прикинула, какие бы назвать условия. - Пилот мне может понадобиться в любую минуту дня и ночи. Хотя есть служебный транспорт, но, судя по всему, не всегда он будет свободен. Да и как у них с пилотами я тоже не знаю. Так что, независимость в этом плане с моей работой очень важна. Если бы такси работало лучше…
- А кем вы работаете? – осведомилась девушка.
- Журналистка.
- А-а, - похоже, я разочаровала Рысь своей профессией. Она обернулась к Ахиллесу, - все? Я могу бежать? Можно, меня Троян подкинет? Ты переведешь деньги?
- Беги уже, горе мое, на все вопросы – да. У тебя двадцать минут – встречаетесь на площади в сити.
- Успею!
Девчонку как ветром сдуло.
- Полгода уже просила… - Как будто оправдывая девушку, произнес Харисов, - только незачем ей… было. Итак, - тон снова сменился на деловой, - пилот у вас будет – зарплату обычную дадите – три тысячи и довольно. А вот аренда коптера… Договоримся.
- Хорошо. Что я должна за это?
Он улыбнулся:
- Собственно почти ничего. Небольшой репортаж о сафари – это мой бизнес – и довольно. А так как это одна из ярких достопримечательностей местной жизни, то вам в любом случае должно это быть интересно.
- Сафари? – мне тут же почему-то представились внедорожники, набитые людьми с оружием, пустыня, львы, тигры. – Интересно, конечно!
- Ну и славно. Для начала и этого достаточно. Позже, может появиться что-то еще. Думаю, сотрудничество наше может быть взаимовыгодным. Если, конечно, вы действительно настолько талантливы, как сообщает мне мой земной друг.
Боюсь, я покраснела.
Он поднялся:
- У нас есть десять минут, может чуть больше до возвращения Рыси. Позвольте проводить вас до площади. Это совсем рядом. Если остались вопросы, обсудим по дороге.
- Спасибо, - с чувством произнесла я.
На улице уже стемнело, но зажглась система ночного освещения. И луна показалась. Она здесь ярче, чем на Земле, или мне так кажется. Ахиллес шел рядом, ведя на поводке огромного пса:
- На Земле это анахронизм уже – держать псов, - пояснил он, - у нас же, на Прерии – обычное дело. Очень умная порода, местная, к слову.
Собак на Земле я видела в конюшнях, они мне нравились, с одной даже подружилась еще девчонкой. Келли звали… Ласковая была. Но собаку господина Харисова погладить я бы не решилась. Зато вопрос созрел сам собой:
- Ахиллес… Антон.
- Да?
- Хочу купить хорошую лошадь. Чтобы не терять форму, - поделилась я. – Возможно это?
- Почему нет? Будет у вас время, попросите Рысь свозить. Она знает тут все.
Это было сказано таким тоном, что сомневаться в знаниях Рыси даже не пришло в голову.
- Еще что-то?
Ах, да, дом! Почему бы не спросить.
- Вы не в курсе, как тут с жильем?
Он хмыкнул:
- Гостиница не понравилась?
- Не в этом дело…
- Понял. Дом в Белом городе?
- Да.
- Купить дорого. Домов мало, народу много и становится все больше. Отстроить – дешевле, но займет какое-то время. Можно арендовать. Будет зависеть от того, на какой срок.
- Год.
- Ясно. Сам я не занимаюсь этим, но один знакомый как раз по этой части. Примите его контакт, завтра и договоритесь. Я его предупрежу насчет вас. Он вас и просветит, что выгоднее. Зовут Степан Афанасьев… Вот мы и пришли.

Я огляделась. Площадь в центре сити обладала внушительными размерами. С краю – парковка для коптеров, в центре что-то вроде крытого рынка, сейчас уже опустевшего. Разглядеть что-то еще в тусклом свете уличных фонарей не успела. Впереди вдруг увидела внушительную фигуру Моретти, направлявшегося в нашу сторону. Белая футболка светилась в темноте. Он заметил меня, только поравнявшись.
- Диана! – Воскликнул удивленно.
- Серж.
- Что ты здесь делаешь?
- Могу тебя спросить тоже самое, - рассмеялась я. Повернулась, чтобы представить оператора Ахиллесу:
- Антон, - неловко было все же вот так – по имени обращаться, но он сам настаивал, - познакомьтесь с Сержио Моретти. Мой оператор. Серж, это Антон Харисов, знакомый моего знакомого с Земли.
Мужчины пожали друг другу руки, пробормотав при этом что-то типа «здорово» и «рад знакомству». Но не похоже было, что кто-то из них действительно рад. Или я просто не поняла. Шум подлетающего коптера заглушил слова Ахиллеса. По губам поняла, что прощается и закивала в ответ.
- Уже… тардэ! – прокричал мне на ухо итальянец, - Ди, очень поздно уже. Тут недалеко стоянка такси, можем прогуляться вместе.
- Не надо, я наняла пилота вместе с коптером. Видно – это он и есть.
- О как! – Моретти оглянулся на приземлившийся коптер. – Дорогая птичка.
Двигатели затихли, и из кабины выпрыгнула очень деловая Рысь. Оглядевшись, подошла к нам.
- Готовы?
Надо было видеть выражение лица Сержа. Словно он увидел несмышленого ребенка, очень милого, но нелепого в роли пилота.
- Что это за чудо? – пробормотал оператор себе под нос.
Девчонка посмотрела на него с долей обиды и сама представилась:
- Меня зовут Рысь, я пилот госпожи Морозовой. А вы кто такой?
- Я оператор госпожи Морозовой, Сержио Моретти. Ник – Вэлиант или Вэл.
Девушка скроила удивленно-пренебрежительную рожицу:
- Так вы летите, Вэл? – И со всей серьезностью глянула на меня: - Госпожа Морозова?
Неспокойно мне было лететь с этой юной особой. Но что делать. Заняв свое место, поняла, что мне внутри очень нравится, гораздо уютнее даже, чем у Михалыча было или в коптере Ахиллеса. Жаль в темноте не рассмотрела снаружи, что за модель. Хотя чего жалеть, если я в них в принципе не разбираюсь.
На голоэкране, включившимся прямо передо мной, можно было хорошо разглядеть кабину, оператора и нового пилота, вид на ночной город сквозь лобовое стекло... Наверное, сами включили, чтобы я не заскучала. Невольно прислушалась к их разговору.
- Модель «КА 442С» - произнес Моретти, разглядывая кабину, пока мы плавно взмывали в воздух. – «Стриж», кажется? Резвая птичка.
Снисходительный взгляд Рыси потеплел.
- Очень, - со сдержанной гордостью подтвердила она. И добавила для справки: – У представителя президента «Бризы», не намного лучше, хоть и мощнее и мест - девять. Зато «Стриж» легче, даже чуть быстрее.
Никакого щенячьего восторга, деловая и собранная. И летит, насколько я могу судить, замечательно.
- Если так любишь скорость, почему тогда не милевский, «Тайфун» к примеру? – поинтересовался итальянец.
- Не серьезно! – Тут же отреагировала Оля. - Вместимость два человека и далеко не улетишь. А со спортом я покончила.
Странный тон, даже Серж угомонился и перестал задавать вопросы.
Непростая девушка. И пилот, похоже, отличный. Ну, поживем – увидим.

***
Что ж так холодно-то?! Я с трудом разлепила глаза, выплывая из какого-то суматошного сна. Села на кровати, обхватив себя руками и дрожа как осиновый лист, стала оглядываться в поисках одеяла. Полшестого! Еще спать и спать. Только замерзла сильно, а одеяло куда-то и впрямь исчезло. Как же не хочется вставать! Громко хлопнула створка окна, и я подняла взгляд.
Так вот в чем дело! Все окна распахнуты. Вчера поленилась закрыть, когда вернулась из сити, подумала, что будет жарко. Зря, конечно, но кто же знал. По комнате гулял ветер, надувая легкие полупрозрачные занавески, словно паруса.
Жалко здесь нет умной техники, как у меня дома, отдал приказ и все. Прямо каменный век – все сам делай. Да что говорить, скучно, тускло и безлико. Колониальный отель – это почти как приговор. Срочно искать собственный дом! Сегодня же начну.
Порадовалась этому решению и, подобрав с тумбочки халат, закуталась в него, пытаясь согреться. Ведь если закрыть окна, можно еще подремать. Целый час есть. Как-то я разленилась. Нет желания проснуться окончательно и начать день, вот хоть убей.
Поплелась к балкону. Одно радует, гладкий теплый пол приятно согревал заледеневшие ступни. С подогревом? У себя в доме надо такой же сделать. Подобрала по дороге какие-то листочки бумаги, сброшенные ветром, положила на стол, но новый порыв швырнул их в дальний конец комнаты. Ну конечно, умная какая! Потом подберу. Взялась уже за балконную дверь и замерла.
Вот это да! Буйство стихии поражало, вселяя в душу тревогу и восторг. Высоченные волны с грохотом обрушивались на берег, и с шипением отползали обратно. Ветер порывами мел на пляже белый песок, волны то утихали, то поднимались стеной, набегали одна на другую, гасли, не поднявшись, а потом вдруг шла огромная, поднимаясь все выше и выше, и сердце замирало в ожидании, когда она, свернется, обрушиваясь белой пеной. Величественная картина. В такую погоду не искупаешься. И вдруг именно на такой огромной волне увидела человека, фигурка казалась маленькой и беззащитной. Серфингист, как, наконец, догадалась, стремительно греб руками, лежа на широкой доске, и вдруг вскочил на ноги. Так вот как это бывает! Словно по льду заскользил он на доске по внутренней поверхности высоченной волны, с удивительной скоростью изображая зигзаги, балансируя руками и всем телом. Марат? Разглядеть смельчака возможности не было никакой. Вот он, завершив головокружительную траекторию, влетел под закручивающийся спиралью гребень и исчез. Успела испугаться, так как несколько секунд не могла разыскать его глазами. Потом появился, улегшись на доску, быстро греб к следующей волне.
Солнце поднялось высоко, пожалела, что не застала рассвет. Порывистый ветер доносил разнообразные морские запахи. С набережной за парнем-серфером наблюдали несколько человек, среди которых крутилось пара подростков. Надо же, не спят в такую рань! Может и мальчик Максим среди них.
Скоро стало еще интересней, так как количество серфингистов увеличилось до четырех человек, а я успела окончательно решить, что это один из самых красивых видов спорта. Может, попробовать? Глупо упускать такую возможность. Единственное – просить Марата не стану, ни к чему это. К тому же, судя по всему, учителей найти несложно.
Хотелось так стоять вечно, только время приближалось к семи, а я так и не согрелась, хоть и куталась в толстый махровый халат.
Срочно под горячий душ! Нежась под ласковыми струями, постепенно чувствовала, как начинаю согреваться, мышцы расслабились, приятное тепло окутывало со всех сторон, даже в голове прояснилось.
Выбрала на сегодня зеленый полуспортивный костюм, раз уж он так кстати оказался среди той крохотной части моего гардероба, которую удосужились распаковать и развесить. Очень плотно обтягивающие брюки и мягкий топ. Не хотелось простудиться, а он как раз создан для ветреной погоды.
Кофе принесли очень быстро, едва успела сделать заказ, устроившись на диване перед журнальным столиком. Следом появились мужчины. Хорошо вовремя, а то на всякий случай заказала горячий напиток и для них.
Марат, заспанный и угрюмый, совсем не походил на человека, вернувшегося с моря. Значет не он был тем смельчаком? Взял кофе, буркнув короткое приветствие, опустился в мягкое кресло и, сделав глоток, прикрыл глаза. Моретти хоть улыбнулся, произнося свое «бонжорно». Но тоже казался не выспавшимся.
Видимо, раннее утро для обоих не лучшее время, чтобы обсуждать дела. Моя попытка пошутить тоже не увенчалась успехом. Вопрос Марату: «Как водичка?» удостоился лишь короткого ответа: «Никак!».
Ну и ладно. Хотят или нет, а дальнейший план работы обсудить необходимо.
Осталось всего тридцать дней до выпуска авторской программы. Нда. С таким настроем далеко не уедем.

Спустя три часа я уже не была настроена столь скептически. Ребята на редкость хорошо принимали все мои задумки и даже подсказывали, как сделать их еще лучше. Обсуждение вышло бурным и интересным. Марат несколько раз тормозил наш полет фантазии, указывая на бюджет, но в целом одобрил общую идею. Что касается Сержио, то мой оператор схватывал все на лету. Его энтузиазм был настолько заразительным, что моя самоуверенность быстро пришла в норму. Я просто знала, что все получится.
Обсудили не все, но очень многое, наметили план на ближайшие дни, когда поступил звонок от Рыси, что она на месте и нас ждет. Молодец, как и договаривались. Точность я очень ценю. Но все же первый пункт плана провалился, так как позвонил директор медиаканала и предупредил, что прибыло оборудование, здание заполнено рабочими, занимающимися установкой и отладкой. В общем, пыль, грязь, суета и нам там сегодня делать нечего.
Токаев заявил сразу, что в таком случае, он едет устанавливать контакты и заниматься другими админскими делами. Сержио, вооружившись всем своим арсеналом, отправился на предварительные съемки особенностей местной жизни. А я решила не тянуть с домом и сначала заглянуть к агенту по недвижимости, а потом уже присоединиться к своему оператору.
Марат, который хотел вызвать такси, очень удивился, узнав о собственном транспорте.
- Круто, - скривился он, направляясь вместе с нами к стоянке коптеров. – Сколько это будет нам стоить?
- Нисколько! Пилот лично мой и машина тоже.
- Это глупо, Ди! – Запротестовал он. - Корпорация итак оплачивает транспортные расходы, и для нашей группы специально заказано две машины, коптер и отличный пилот. Так что необязательно нанимать кого-то еще и тратить собственные деньги. Ну, если ты такая богатая…
- И где он, твой замечательный пилот?
- Сегодня же будет, - не совсем уверенно ответил Токаев и резко затормозил при виде Рыси, ожидающей нас возле новенького коптера. – Это что – пилот?
- Да, и замечательный притом, - ответил за меня Моретти, - Линча… то есть – Рысь ее зовут.
- Черт, не могла найти себе мужика, Ди? – пробормотал Марат себе под нос.
- Думай, что говоришь. – Мне почему-то стало обидно за Рысь, хотя у самой вчера были сомнения.
- Прости, но доверять свою жизнь девке…
- Ты еще можешь вызвать такси или прогуляться пешком, если боишься.
- Ладно, рискну, - буркнул админ.
Надо же, сделал одолжение.
Рысь, одетая в комуфляжные штаны с широким ремнем и серую обтягивающую футболку, улыбнулась мне и коротко доложила, что машина в порядке и готова нести нас, куда пожелаем.
- Доброе утро, - широко улыбнулся ей Серж. – Прекрасная погода, не правда ли?
- Штормит, - пожала плечом Оля, качнув головой в сторону океана.
- Летать-то умеешь? – довольно грубо спросил Марат.
- Лучше, чем петь, - спокойно отозвалась девушка.
- Так вы еще поете? – сделал Серж восхищенное лицо. – И как?
- Пою? Хорошо! Жаль только, никому не нравится.
Не дожидаясь, пока Марат скажет еще какую-нибудь гадость, это было написано на его физиономии, я поспешно вмешалась:
- Оль, мы готовы. Этих двоих в сити надо доставить, а потом полетим к агенту по недвижимости.
- Понятно, - кивнула она. Шустро забралась в кабину, спустив для нас трап. Сержио предпочел опять сесть в кабину, оставив меня на съедение Админу.
Ворчать он начал, едва мы оторвались от земли, предусмотрительно отключив связь с кабиной.
- Ди, да она же ребенок! Ей сколько? Пятнадцать? Ты что, правда, ей доверяешь? Где ты ее откопала? И сколько будешь платить этой грубиянке?
- Ей восемнадцать, а остальное, уж прости, не твое дело. И где ты видел ребенка с такой ммм грудью?
Лицо админа чуток потемнело, но скорее от гнева, чем от смущения.
- Грудь я заметил. Мало ли. Раннее развитие и все такое… Но, что значит не мое дело? Думаешь, мне безразлична твоя безопасность?
- Не переживай, у меня есть пистолет.
- Что? – вытаращил он глаза. – И где он?
- Здесь, в сумочке.
- Покажи.
Радуясь, что мы отвлеклись от проблемы Рыси, открыла сумочку и показала.
- Ого. Револьвер WASP-37. Ты хоть стрелять умеешь?
- Немножко.
- Что значит немножко? Ди, умеешь или нет?
- И чего пристал? – я закрыла сумочку, не дав ему взять оружие в руки.
Он замолчал на несколько секунд, а потом, пристально глядя в глаза, тихо, почти интимным тоном, произнес:
- Я за тебя беспокоюсь, Ди.
Как мило!
- Не стоит, Марат, - пожала я плечом, и улыбнулась как можно беспечней. – У меня все под контролем.
- Так я и поверил. Ладно. Потом поговорим. Скажи этой… - он осекся. И хоть не назвал моего пилота так, как ему хотелось, ее прозвище произнес с явным неодобрением: – Скажи Рыси, что меня надо доставить на пристань в сити. Чувак, с которым у меня первая встреча, только сейчас сбросил координаты.
Включив голоэкран, повторила дословно его пожелание.
- Ясно, - бодро отозвалась Оля и добавила с улыбкой: - Только доставить или еще упаковать?
- Очень смешно! - вспыхнул админ, - следи лучше… за управлением!



 все сообщения
КауриДата: Среда, 21.12.2011, 10:22 | Сообщение # 9
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 7.

На пристани Марат, полоснув злым взглядом голограмму Рыси, пожелавшей ему счастливого пути, спрыгнул, не дожидаясь трапа. И чего взъелся? Хотя, надо признать, девчонка с ним была слишком насмешлива, а такое не всем нравится. Сержио тоже распрощался. Ему Рысь улыбалась не менее дерзко, однако итальянец, похоже, был девушкой очарован.
- Рысь, не хулигань, - крикнул он на последок. – Ди, созвонимся!
До конторы агента недвижимости добрались быстро. Оля отпросилась прогуляться, так что я зашла в низкое здание сразу за рыночной площадью, одна.
В приемной на месте секретаря скучал молодой человек в сером спортивном костюме, положив ноги, обутые в мокасины, на стол, и закинув руки за голову. За его спиной висела объемная пластиковая карта Ново-Плесецка. Толи он не слышал моего стука, толи ожидал кого-то другого, но при виде меня, парень открыл рот и, с грохотом скатился на пол вместе со стулом. Однако, так же быстро стул был установлен на место, а молодой человек принял сидячее положение, выпрямившись так, что выражение «проглотил шест» обрело для меня смысл. Его бледное лицо покрылось румянцем, став под стать ярко-рыжей шевелюре.
- Здр-раствуйте, - чуть запнувшись, произнес он. – Вы ко мне?
- Если вы, - быстро сверилась с визором, - Степан Афанасьев, то к вам.
Была уверена, что он скажет «сейчас провожу», или что-то в том же духе, но парень покраснел еще сильнее и, вскочив со своего многострадального стула, произнес:
- Ага, да, это я. А вы...?
- Диана Морозова, спецкор Гугла на Прерии.
Его рукопожатие было коротким - сразу отдернул руку, словно обжегся, и выпалил:
- Очень рад. Очень рад. Гм, да, очень.
- Мне вас порекомендовал Ахиллес… То есть…
- О! Антон? Правда? Тогда я… - Он вдруг звонко хлопнул себя по лбу. – Ну конечно, конечно, конечно! Он мне звонил вчера. Да. Вчера. Гм, да. Вы проходите в кабинет, - спохватился он, распахивая передо мной дверь в соседнее помещение. Его внезапные порывы и резкие движения немного пугали. Точнее, мне было страшно за него.
И этого агента мне посоветовал Ахиллес?!
Кабинет его был значительно больше приемной. Почти все пространство занимал огромный стол, на котором расположилась уменьшенная копия города и близлежащих окрестностей. Маленькие домики выглядели как настоящие, даже этажи можно было сосчитать. У пристани можно было разглядеть маленькие кораблики. В космопорту – большой космолет. Горы были горами, вот разве что вода… неужели тоже… Захотелось потрогать, чтобы убедиться.
- Какая замечательная карта!
- Правда? Вам нравится? Это макет, да, всего лишь макет. Это я сам сделал… на досуге. Хобби, знаете ли… Хобби. Да. Сам. Тут иногда тишь. - Афанасьев Степан резко оборвал сам себя, смутившись. - Простите!
Он протянул руку и осторожно, словно что-то невероятно хрупкое, взял двумя пальцами космолет и убрал его с макета. Выдвинув ящик, наполненный такими же мелкими деталями, аккуратно его положил туда и снова задвинул:
- Улетел сегодня, – пояснил он, - забыл, да, совершенно забыл. Еще утром. Да. Ранним утром.
Мысленно я уже попрощалась с надеждой добиться тут толка. Ну, он же сущий ребенок. Играет в игрушки. Но уходить пока не хотелось. Слишком удивительно было, хотелось узнать, чем его не устраивают голограммы.
На этот вопрос, он огорченно взмахнул руками, едва не смахнув часть домиков:
- Это и есть голограмма, да, голограмма, да. Только часть сделал. Только часть. Половина макета внезапно исчезла, потом появилась снова, подтверждая его слова.
- Ну, все, все. Давайте к делу. Да. Дела прежде всего.
Повинуясь невидимой команде, макет отъехал вбок, и заехал под столешницу.
Мне, наконец, было предложено кресло, а хозяин кабинета устроился напротив.
- Итак, я вас слушаю, да, внимательно слушаю.
Он замер, широко открыв глаза, всем своим видом выражая интерес.
Как бы ни был сомнителен Степан, как агент, я постаралась как можно четче изложить свои пожелания по покупке дома.
К его чести, надо сказать, он ни разу не перебил меня, молча впитывая каждую фразу и лишь иногда двигая подвижными бровями, словно выражая удивление.
Когда я замолчала, он еще несколько секунд смотрел на меня большими серыми глазами, словно пытался проникнуть взором в мой мозг, потом начал задавать вопросы.
Странные вопросы. Лишь любопытство и удивление заставили меня отвечать. Где я росла. Какие увлечения были в детстве. Что мне ярче всего запомнилось из поездки в Америку. Много ли у меня друзей. Поздно ли я ложусь спать. И все в таком духе.
Впрочем, были вопросы, непосредственно относящиеся к покупке дома, но очень мало.
Когда вопросы иссякли, он воскликнул:
- Мне надо подумать. Да, подумать. Пять минут. Всего пять. Да.
- Хорошо.
Степан склонил голову на бок и замер, погрузившись в свои думы. Ровно через пять минут, он встрепенулся. Вскочил.
- Итак. Итак. Госпожа Морозова. У меня есть для вас дом. – Его глаза прищурились, всматриваясь в мое лицо. – Простите, я хотел сказать, у меня есть для вас варианты. Да. Целых три... да... три.
Какой он странный!
- Вот как?!
- Да, это здесь.
Столешницу стола снова занял макет, на этот раз только голограмма, что меня чуть-чуть даже разочаровало. Странно, хотелось снова увидеть это чудо, сделанное своими руками. Однако просить не стала. Да и забыла, когда он указал на макете первый дом.
- Постойте, Степан! Но, вы не поняли. Это даже не в Белом городе.
- Да? – Афанасьев задумчиво поглядел на аккуратные домики Белого города и рассеяно провел рукой по рыжей шевелюре. – Да. Вы правы. – Признав это, он потерял к элитному району интерес и снова вернулся к дому на скале. Дом стоял, словно нависая над морем. Точнее, терраса точно нависала. Сам дом словно врос в скалу, находясь высоко над уровнем моря. Это не холмы Белого города, а настоящая гора. Причем, на другой стороне залива. Меня так поразило и расстроило, что агент Афанасьев меня не понял, что боюсь, половину слов я просто не услышала.
- … установлен своего рода генератор. Да, генератор. Так что есть и вода и электричество. Да, вода, пресная вода. Причал полуразрушен, давно не пользовались, да. Но на сэкономленные деньги, вы вполне сможете позволить себе отстроить его заново. Да. Можно отстроить. Я даже знаю ребят, которые сделают это быстро. Да, очень быстро.
- Степан!
- А? Да?
- Какой еще причал? Мне не понятно, зачем вы… Может, вы покажете мне другие варианты?
- Другие. – Задумчиво произнес он, словно пробуя это слово на вкус. – Другие! Да, другие.
- Где же они? – Пришлось напомнить, потому что взор агента снова был прикован к дому на скале.
Афанасьев встряхнул головой.
- А два других – здесь! – Его интонации почти неуловимо изменились, стали более спокойными и уверенными. – Один дом стоит почти в центре Белого города. Вам не хватит совсем немного ваших сбережений, но добиться рассрочки для вас труда не составит. Есть все. Пожалуй, до пляжа немного далековато, если пешком, океана не видно, соседи слишком близко. Зато все удобства.
Океана не видно – это мне не понравилось. Да и слишком близкие соседи тоже.
- Второй, - продолжил Степан, - на самой окраине Белого города. По цене вам хватит, даже немного останется на обстановку. И океан виден из окна. Минусы. Тесновато, дом небольшой и не слишком престижный…
- Вы уверены, что нет других вариантов?
- Да. Уверен, да. Другие либо слишком дороги, либо недостроенные и ждать больше месяца, либо вам не понравятся.
- Даже так?
- Да, не понравятся. Да.
- А эти два. Понравятся?
- Три, - лаконично поправил он. - Да. Сами убедитесь. Когда желаете осмотреть?
- Сейчас.
- Удачно, да, удачно. У меня как раз есть свободное время, да.
Увидев в визоре, что Рысь на месте, поднялась с кресла:
- Мой пилот уже здесь, так что мы могли бы сразу поехать.
- Непременно, да, самое время. Одну минуту! Да, я сейчас!
Он нырнул в неприметную дверь, и я снова опустилась в кресло, предупредив Олю, что будем с минуты на минуту.
Афанасьев, успевший переодеться в льняной костюм, выглядеть менее нелепым почему-то не стал. Он рассеянно поздоровался с Рысью, назвав ее Ольча. Та в ответ обозвала его Викингом, и предложила снотворное.
- Очень хорошее. Отключает на 10 минут. Как раз долетим.
- Обойдусь. Да, Ольча, обойдусь. – Мотнул головой Степан. Он с опаской забрался в салон, занял место подальше от окон, выпрямился, побледнел и разве что не зажмурился. Надо же, знакомы! Впрочем, что удивительного – оба как-то связаны с Ахиллесом.
- Боитесь летать? – Поинтересовалась я, устроившись напротив.
- Да. Это да, есть немного. – Живо откликнулся он. – Высоты боюсь, а летать даже люблю. Да, очень люблю.
- Разве так бывает? – поразилась я. – Как можно летать не на высоте?
Он оживился:
- По воде. Да. По воде можно летать. Океан – это да! Это жизнь!
- Вы сёрфингист?
Он покраснел:
- Да! Увлекаюсь. Да. И катера. Яхты. Да. Самолеты – не мое.
Голограмма Рыси ожила:
- Это коптер, Вик, очень классный и очень надежный. Можешь расслабиться.
- Да, я понимаю. Да, понимаю, - покивал он, покосившись на окно. Но тут же снова уставился прямо на меня, хотя не уверена, что он меня видел. Глаза его, как заметила только сейчас, слегка косили. То есть не совсем. Один глаз смотрел прямо, а другой куда-то вбок и вверх.
- А почему Викинг? – решила я его отвлечь.
Взгляд чудным образом выпрямился, теперь оба глаза смотрели на меня.
- Рыжий. Да. Викинги были рыжими. И тоже любили море. Да. Корабли.
- Вы не против, Вик… Можно мне вас так называть?
- Да. Меня все так зовут. Да, думаю, можете. Да.
- Вы не против, если начнем осмотр домов с Белого города? У меня не так много времени…
- Дом на скале не отнимет у вас много времени, госпожа Диана. Да, не отнимет. Пусть будет Белый город. Да. Сначала лучше туда.
- Зовите меня просто Диана, - улыбнулась я. Что за упрямый тип! Далось же ему это орлиное гнездо. Он что, за птицу меня принимает?
- Хорошо, Диана. Да.
Мы приземлились на площадке нашего отеля, так как оказалось, это ближайшая стоянка от обоих домов. До первого дома пришлось идти пешком вверх на вершину холма. Одноэтажный дом с белыми стенами, с маленьким садиком, с обеих сторон зажатый другими домами, не очень мне понравился, но я надеялась, что войдя внутрь, изменю свое мнение.
Пустые комнаты, голые стены, сильный запах стройматериалов.
- Он недавно достроен, - пояснил агент, - точнее, перестроен после пожара. Ничего особенного, выгореть ничего не успело, но стены пришлось менять. Да и фундамент. Стоимость в прошлом месяце не превышала ста шестидесяти тысяч, но теперь, когда он восстановлен, да и в связи с бумом – людей с Земли становится все больше – цена поднялась до ста восьмидесяти. Если решитесь, покупать надо прямо сегодня. Не исключено, что завтра цена подскочит до двухсот.
- Я не могу сегодня, - меня охватывала тоска с каждой новой комнатой. Даже не особо смысля в обустройстве домов, меня уже пугало, сколько средств понадобится на обустройство – отделку, мебель, уют, наконец. – Двести пятьдесят тысяч у меня на долгосрочном вкладе, будут доступны лишь через месяц. То есть через двадцать пять дней. Но я не собиралась вообще покупать дом, потому больше половины, даже трети, тратить не хотелось бы. Еще есть на счету в банке сто пять тысяч, накопленных за последние три года, их можно снять хоть сейчас. Но и жить мне на что-то надо. Так что…
С балкона открывался вид на соседний дом, стоявший на склоне, и красивый сад. Над его крышей виднелась тоненькая полоска океана. Как можно было так умудриться построить дом, что не видно побережья!
- Можно внести предоплату в семьдесят тысяч. Этого хватит, - пояснил остановившийся рядом Степан. – Да. Хватит. Для сравнения. Этот дом, который загораживает от вас вид на океан, тоже продается. Его цена подросла за последний месяц до трехсот двадцати двух тысяч. Хотя мебели там еще меньше, чем здесь.
- Меньше чем, здесь? Но тут ее вообще нет!
- Почему же? В саду есть две скамьи и стол. Там же, хотя ландшафтный дизайнер постарался на славу, нет даже табуретки.
- Эти странные покосившиеся предметы вы называете скамейками?
Меня расстроило, что тут все так дорого. Ведь решила, что двести тысяч – это максимум, что потрачу. А теперь… Уверена, дом за триста двадцать тысяч мне понравился бы.
- Пойдемте к другому дому.

Теперь пришлось спускаться с холма. Взгляд на океан захватывал дух. Обидно будет, если придется выбрать первый дом. Я поняла, что наблюдать за океаном это нечто потрясающее. Глупо отказываться от этого, проживая на побережье.
Второй дом находился в самом конце песчаного пляжа. Одноэтажное строение на высоком фундаменте с красивым крылечком сразу понравилось. Но внутри, хоть и было светло, а стены оклеены обоями в цветочек, создавалось впечатления страшной тесноты. Две крохотных комнаты, обе с выходом на балкон, прямо под ним начинается пляж. Волны мерно накатывают на берег в каких-то ста метрах. В задней части дома крохотная кухня, ванная комната и кладовка. Внизу просторный, по сравнению с комнатами, подвал. Правда, запах! Я постаралась быстрее вернуться наверх.
- Дом продается недавно, всего два дня. – Пояснил ожидавший меня Афанасьев. – В подвале раньше держали собак, владелец занимался разведением местной породы. Поверьте, неделя-другая и запах уйдет. Да, совсем уйдет. Есть современные средства… Зато цена еще не успела подскочить – сто шестьдесят тысяч и дом ваш.
- Но здесь лишь один этаж и всего две комнаты!
- Да, недешево. Но это же Белый Город. Смотрите, какой вид открывается с балкона! Согласен, тесновато, да. Места мало. Да.
- Вы уверены, что больше вариантов нет? – меня охватило отчаяние. Казалось, меня ожидает прекрасный замок, стоит только захотеть, а тут какой-то кукольный домик. Да от запаха подвала до сих пор подташнивало. Разочарование было сильнее, чем я могла предположить.
Степан улыбался:
- Дом на скале, Диана! Да. Вы забыли про дом на скале! Да. Забыли! – Он укоризненно покачал головой.
Не хотела ему верить. Ну не может быть, чтобы не было больше ничего подходящего. Отговорившись, что еще раз прогуляюсь на террасу, быстро поискала в сети все предложения на продажу. Меня поразило, сколько еще агентов недвижимости сразу высветилось на экране визора. Так, похоже, мне просто стоит обратиться к другому агенту. Но спустя минуту, поняла, что вряд ли это что-то изменят. Цены поражали до глубины души. Даже эти два варианта стоили каждый на пять тысяч дороже, чем сказал Степан. Чисто из любопытства хотела посмотреть, сколько стоит дом на скале. Однако в продаже он не значился. Вообще. Короткая информация гласила, что дом принадлежит некоему господину Фрязину Валентину. Построен в 2067 году.
- Дом не продается! – высказалась я, сбегая со ступенек узкого крылечка.
- Да, совершенно верно. Да. Не продается. – Вик, прогуливающийся туда-сюда перед крыльцом, резко остановился. Легкий бриз, пришедший на смену утреннего шторма, слегка взлохматил его рыжую шевелюру. Волосы отливали на солнце чистым золотом, притягивая взгляд. – Не думаете же вы, Диана, что самые вкусные предложения есть в сети? У каждого уважающего себя агента есть парочка эксклюзивных вариантов. Да, эксклюзивных. Да.
- Но это же дома, а не иголка! Как такое можно утаить?
Вик неопределенно пожал плечом:
- Так вы готовы увидеть дом на скале?
Я подумала о том, что меня ждет Серж, но, если лететь прямо сейчас, успела бы навестить другого агента. Нет, на осмотр навязчивой идеи Викинга времени уже не было, но можно договориться на завтра.
- Хорошо, Вик. – Сама удивилась своему ответу. Однако рыжий агент успел меня чем-то очаровать. Я не просто схожусь с людьми, особенно с мужчинами, но с ним было легко, несмотря на все его странности. Стало немного жаль, что придется отказаться от его услуг. – Рысь уже нас ждет. Вы уверены, что там удастся посадить коптер?
- О да. Уверен. Да.
Я едва приноравливалась к его широкому шагу. Ему словно не терпелось быстрее оказаться в коптере, которого он смертельно боится.
Рысь опять болтала с мальчиком Максимом, когда мы приблизились к площадке и увидели одиноко припаркованный коптер. Мальчишка помахал мне рукой и вприпрыжку побежал в сторону отеля.
Однако, посмотреть дом на скале нам было не суждено.
Не успели мы подняться в воздух, как Вик, принявший какой-то вызов, сильно покраснел и произнес:
- Хозяин звонит. Надо вернуться.
- Какой хозяин? – Удивилась я.
- Хозяин конторы. Афанасьев Степан. Да. Это он. Должен был вернуться только вечером.
Я не верила своим ушам. Так парень меня обманывал! Никогда бы не подумала.
- А вы тогда кто?
- Его сын, - уныло произнес Вик. – Афанасьев Степан Степанович. Простите, если сможете. Я хотел как лучше.
Его глаза опять стали смотреть в разные стороны и обратный путь мы провели в полном молчании. Меня просто разрывали противоречивые чувства.
Хотелось плюнуть на все и лететь к Сержу, но теперь я просто обязана была познакомиться с отцом этого чуда. И за что мне такое?

Отец рыжего лже-агента оказался высоким грузным мужчиной с копной чуть тронутых сединой волос, кустистыми бровями и черными веселыми глазами. Он встретил нас в дверях и проводил совсем в другой кабинет с удобными мягкими креслами и шикарным видом на залив из окна во всю внешнюю стену.
- Госпожа Морозова, - сказал он, когда мы уселись. Рыжик хотел было улизнуть, но отец, щелкнув пальцами, недвусмысленно приказал ему остаться. – Значит, вы себе присматриваете дом! Боюсь, Вик… Степан Степаныч потратил уже немало вашего времени, поэтому вы не станете возражать, если перейдем сразу к делу.
- Не стану, - согласилась я, немного удивленная совершенным несходством отца и сына.
- Я нашел дом для госпожи Морозовой. Да, идеальный. Да. – Спокойно произнес Вик. Он потягивал какой-то зеленый напиток принесенный миловидной секретаршей. Мне тоже предложили его испить, но пока он стоял передо мной на низком стеклянном столике нетронутым. Ведь мало ли, как мой организм будет реагировать на местные деликатесы, мне итак было с вечера не по себе. Благо, есть таблетки…
- И какой же дом? – откликнулся Афанасьев-старший с живым интересом.
- Прости, папа, я после еще раз предложу, когда твои варианты ей не понравятся.
- А ну пошел вон! – Рассердился риелтор. Он тут же извинился, когда нескладная фигура сына скрылась за дверью: - Прошу прощения, госпожа Морозова. За последние три дня Вик меня успел довести до белого каления. Есть у него такой талант. Хотя он совсем неплохой парень, а в чем-то и правда, гений. Вы уж извините его за это утро, он точно не со зла. Явно хотел как лучше.
- Все в порядке. Правда.
- Очень рад, очень рад. Давайте, значит, о деле, госпожа Морозова.
- Зовите меня Дианой, Степан Андреич.
- Спасибо, Диана. Вы первая девушка, для кого я берусь найти дом. До этого на Прерии работал только с мужчинами. Так что – для вас постараюсь найти самое лучшее.
После такого вступления, Афанасьев заговорил о том, что дом в белом городе – это хорошее вложение средств, и я вполне могла бы безбоязненно потратить больше денег и даже чуть ли не все. Если через год вздумаю продавать, то выручу гораздо большую сумму, зато выбор значительно расширится. Кроме того, можно ведь и построить. Благодаря современным материалам на основе нано-технологий, постройка займет не больше двух-трех недель, да и денег уйдет не намного больше, а скорее, даже меньше.
Звонок на визор отвлек внимание Афанасьева-старшего и он, извинившись, вышел из кабинета, сказав, что дело одной минуты.
Не успела за ним закрыться дверь, как в комнату просунулась рыжая голова:
- Дом на скале! Диана, дом на скале – это не просто дом, это почти дворец! Да, почти дворец, да.
Вернулся его отец и Вик едва успел скрыться.
Ну и ну. И чего пристал с этим домом?!
Спрашивать о нем у Степан Андреича как-то нехорошо, раз Вик сам говорить не пожелал.

Скоро мы опять были в Белом городе. Но толи я уже устала от этих осмотров, толи Вик так сильно сбил меня с толку, но из того, что показывал седовласый агент, мне решительно ничего не нравилось, а мысли о доме на скале, становились просто наваждением.
Афанасьев утешил меня, что за один день такое не решается, так что вполне можем продолжить завтра. И он уже чувствует, что выбор мой склоняется в сторону постройки, и это правильно. Ведь построить я могу все по своему вкусу.
Договорившись встретиться с ним завтра после посещения медиацентра, простилась с ним около четырех и по дороге к коптеру набрала Моретти.
- Ди, я на площади уже. Давайте, я к вам сам подойду. Буквально пять минут.
- Хорошо, Серж.

Поднявшись на борт, не поверила своим глазам. В салоне обнаружился настойчивый рыжий Викинг, преспокойно сидевший на белом диванчике.
При виде меня, он слегка вздрогнул и быстро заговорил:
- Не сердитесь, Диана, да, не сердитесь. Да, умоляю вас.
- На что?
- Ну, зачем же вы так?! Я уверен, что вам понравится, да, уверен! Вам просто надо увидеть. Да, увидеть, Диана. Да.

- Что увидеть? – осведомился итальянец, поднимаясь в салон. Быстро же он.
- Дом на скале, - глубоко вздохнув, я уже хотела познакомить его с Виком, как рыжеволосый Афанасьев представился сам.
- Меня зовут Вик, да, очень приятно. Да, можно Вик.
- Серж, - пожал ему руку Моретти, глаза у итальянца лукаво блеснули. – Дом на скале... Звучит романтично. Диана, мне кажется, или вы отказываетесь увидеть местную достопримечательность?
Все мои возражения просто исчезли.
- Хорошо, Оль, полетели к этому дому на скале. Ты знаешь дорогу?
- А то! – улыбнулась Рысь. – Уважаемые дамы и господа. Вы находитесь на борту личного воздушного судна госпожи Морозовой. Пристегнитесь и получайте удовольствие. Полетим с ветерком, да, с ветерком.
Дерзкой девчонке явно нравилась вся эта ситуация с Викингом. А может наш Серж вдохновлял ее на всякие шутки. Я подозрительно глянула на итальянца. Что это он не сел в кабину? Коптер плавно набирал высоту.
Сержио что-то просматривал в визорах, мало интересуясь окружающими. Вот и хорошо.
***

- Мольто Белло! – Воскликнул Моретти, когда коптер сделал вираж над горлышком залива и устремился к высокой гряде гор.
Мне тоже нравилась эта дикая природа. В Москве на Земле такого нет уже давно. Говорят, были в начале века и кусты и зеленые деревья прямо в городе, трава росла, а сейчас такое даже трудно представить. На месте парков выросли трущобы, куда заглядывать-то страшно, не то что гулять. Власти все грозились что-то восстановить, расселить трущобы в дома за городской чертой. Но дальше разговоров дело не шло.
Здесь же мы словно погрузились в фантастические романы позапрошлого века - Жюля Верна, или Майн Рида. Залив блестел на солнце, обрамленный зеленым одеянием. А слева – искрился огромный необъятный океан. Словно каменные стражи – возвышались по обе стороны горлышка залива две скалы. А дальше – в сторону космопорта, уходила гряда неприступных гор, поросших густым зеленым ковром со стороны материка и обрывающихся серыми неприступными скалами в сторону океана.
Сколько неизведанного здесь, сколько красоты, сколько нетронутых человеком природных богатств. Какой чистый воздух, какая густая растительность, какое высокое небо!…
Дом увидела внезапно, и первая мысль была – какой же он большой. И только потом – как тут вообще жить можно, на этих скалах? Однако решила не комментировать, пока не увижу всё. Сержио прав, буду смотреть как на местную достопримечательность. Колоритная жизнь на Прерии…
Вик оживился, стал переговариваться с Рысью о допуске на посадку. Надо же! Допуски здесь, в горах? Серьезно!
Мягкое приземление за домом на удивительно ровную площадку. Места на ней на два таких коптера хватит, или на один грузовой. А вот вид оттуда просто дух захватывал. Хорошо, я высоты не боюсь. Отсюда бы с парапланом сигануть. Только куда? Не в океан же. Опасно, наверное. Почувствовала волнение и какую-то первобытную тоску – почему я не птица?! Расправить бы крылья, полететь.
Сержио уже вовсю снимал, расспрашивая Вика.
- Сюда можно попасть только с воздуха, да, только с воздуха, - Степан оживился, чувствовалось, что он здесь, как рыба в воде. – Вокруг скалы, обрывы, да, место с земли совершенно неприступное. Да. Вон там, смотрите, маяк, часть пути к нему идет от причала через туннель, дальше горная тропка, не зная - не обнаружишь. Да, совершенно неприметная. С этой площадки можно попасть только в дом, да, лифт на причал уже из дома.
- Даже причал? – удивился итальянец.
- Да, отсюда не увидеть, да и с воды тоже, закрытый грот. Да. Можно держать небольшой катер. Да. Могу найти недорогой. Недавно себе присматривал. Да.
- Пойдемте в дом, - предложила я. – Он метров пятнадцать в длину?
- Шестнадцать, да. Это без балкона. С балконом – девятнадцать. Да. Он опоясывает весь нижний этаж с трех сторон. Да, с трех.
Дом, и правда, оказался потрясающим. Эх, если бы он стоял в Белом городе…
Тропинка с площадки вела на крышу. Большая прихожая выглядела как домик Карлсона, который живет на крыше. На тропинку глядело парадное крылечко, словно из детской книжки с картинками. Внутри места было немного. Справа за дверцей находилась лестница, которая вела вниз – в дом, слева находился тамбур перед лифтом. Шахта лифта проходила прямо в толще скалы.
Раздвижные двери напротив входа вели на террасу. Каменный бортик по периметру - казался хлипким на фоне неспокойного океана и головокружительной высоты, но Вик уверил, что прочность достаточная, можно без страха облокотиться.
К боковым частям каменной ограды крепилась тонкая решетка, проходящая сверху наподобие арки, вся увитая виноградными лозами. Очень уютный дворик, совершенно пустой сейчас, словно нависал над пропастью. Отсюда океан казался еще более суровым. Хорошо был виден маяк на оконечности мыса.
Подойдя к бортику, заглянула за край. Далеко внизу волны разбивались о скалу, поднимая фонтаны брызг. Мокрые камни внушали ужас. Только представить, что кто-нибудь отсюда сорвется… Рядом охнула Рысь, которой я предложила нас сопровождать:
- Давно мечтала тут побывать, - восхищенно пробормотала она.
А я уже мысленно представила, как тут можно будет расставить скамеечки, столики, гостей принимать. Отогнав наваждение, попросила примолкшего Вика проводить нас вниз – внутрь дома.
Краем глаза заметила пристальный взгляд Сержа, который, опустив фотоаппарат, смотрел прямо на меня. Однако, оглянувшись, наткнулась лишь на насмешливую улыбку. Итальянец нахально подмигнул:
- Красиво здесь, кара мио?
Я кивнула:
- Очень.
Здесь все было не как у людей. Вход в дом через крышу! Надо же!
- Дом на Скале имеет два этажа. Да, два, - говорил спускавшийся первым Вик, - не считая крыши и подвала. Да, крышу с террасой. Да. Каждый этаж двухуровневый. Да, часть, прилегающая к скале, вот эта, выше примерно на метр.
Мы стояли в просторной гостиной второго этажа. Широкие окна справа и слева давали много света. Здесь можно было бы устраивать приемы.
- Большая гостиная! – улыбнулась я.
- Сорок два квадратных метра, - тут же откликнулся Степан, - Общая площадь триста четырнадцать квадратных метров, да, не считая подвал, террасу и балкон.
- И кто тот Гарун аль Рашид, который построил этот дворец Шахерезады? – негромко присвистнул Сержио.
Из гостиной несколько ступеней справа вели в кухню, соединенную аркой со столовой. Кухня, как объяснил Вик, единственное помещение, где есть мебель. Обстановка была сделана под серый мрамор, кухонные столешницы, техника, все сверкало или матово поблескивало, вызывая в душе острое желание обладать всем этим богатством. Шкафчики, ящички, плиты, какие-то агрегаты разных размеров – все казалось монолитным и жутко дорогим. Подсветка, включенная любопытной Рысью, которая быстро прошлась по всем шкафчикам, вызвала у нее очередной благоговейный вздох. Сержу больше понравилась барная стойка с высокими стульями из какого-то легкого метала и дерева. Забравшись на такой стул, итальянец немножко подурачился, на пару с Олей. Не стала прислушиваться к их шуткам. Мне почему-то было не до веселья.
Через арку попали в столовую – просторную комнату с огромными, от пола до потолка, окнами. Ощущения от этого просто нереальные. Справа до самого горизонта виднелись неприступные скалы, омываемые грозными приливами, впереди все тот же бескрайний океан. Я даже заметила там какой-то корабль. Интересно, куда направляется? Наверное, из космопорта?
Вернувшись обратно в большую гостиную, где я мысленно уже расставила мягкие диваны, обтянутые белой кожей, спустились на несколько ступеней, открыв дверь слева. С этой стороны мы увидели небольшой коридор, двери из него вели в просторную ванную комнату и что-то вроде прачечной. Вик отрывисто и коротко объяснял, что и как здесь устроено, но я технические подробности пропустила мимо ушей, предоставив выслушивать все это Сержио и Рыси. Все равно ведь не разбираюсь. Только удивляло, как хорошо разбирается в этом итальянец, засыпавший Викинга кучей вопросов. Ну, он же мужчина, у них это, наверное, в крови.
- Так тут тоже выход? – спросила я, вернувшись в гостиную и заметив дверь в задней стене.
- Это проход к водопаду и бассейну, да, к водопаду. Да.
Прямо в горе был прорублен тоннель, длиной около двадцати метров, выходивший к обрамленному мрамором большому бассейну в виде неровного эллипса. В дальней от тоннеля части, с высоты метров в двадцать низвергался вниз водопад, сверкая на солнце серебристыми струями. Со всех сторон это чудо окружали высокие острые скалы, отвесно поднимавшиеся вверх. Вдоль подножия этих скал, вокруг бассейна, шла тоненькая мраморная дорожка. Между выходом из тоннеля и водопадом она расширялась, превращаясь в широкую площадку, где стояли два деревянных шезлонга. А Вик говорил, что больше мебели нет!
- Искупаемся? – спросил итальянец. Он выглядел довольным и озорным как мальчишка.
- Не стоит, - эта мысль мне тоже пришла в голову, но не для купания же мы сюда приехали. – Вик, откуда на скалах водопад?
Ох, и зачем спросила?! Рыжий агент разразился целой речью, изобилующей техническими и геологическими терминами. Что-то про горные реки, подземные, круговорот воды в природе, отливы… Перестала слушать примерно на половине, несмотря на насмешливый взгляд Сержа.
Возвращаясь обратно по тоннелю, Вик указал на двери кладовки для продуктов, встроенной прямо в толщу скалы тоннеля. Просторные полки и большие холодильные камеры сейчас пустовали. С другой стороны коридора дверь вела в такую же кладовку для вещей.
- Я бы здесь устроил мастерскую, - восхитился Серж.
- У прежнего хозяина здесь находился тир, - указал Вик на притулившуюся у дальней стены толстую мишень.
Несмотря на низкий потолок, даже Сержу не приходилось нагибаться.
- Тир? - повторил он. – Хорошая идея! Как тебе, Диана?
Я кивнула, вспомнив об оружии. Почему бы и нет. Было бы здорово…

Спустились на нижний этаж. Верхний уровень нижнего этажа – это еще одна, малая, гостиная. Окна только с одной стороны. С другой - глухая стена. Оказалось, за ней расположилась гардеробная с входом из главной спальни. Справа ступеньки вели в эту огромную спальню с несколькими выходами на балкон.
- Спальня – тридцать два квадратных метра. Да. Тридцать два. Да.
- Офигеть, - сверкнул глазами Моретти.
Я зашла в ванную комнату внушительных размеров. Гораздо более красивая и интересная, чем на втором этаже. Разнообразные души, ванна встроена прямо в пол, внутрь спускаются ступени. Не хуже бассейна, хоть и поменьше!
В гардеробной, кроме большого пустого пространства, имелись еще шкафы, встроенные в толщу горы. Ящики выезжали, управляясь прямо с визора Вика.
Рысь вышла на балкон с прозрачным бортиком из толстого стекла, крикнув оттуда, что вид обалденный.
Я даже говорить не могла. Вот в этой спальне я была бы счастлива. Мне хотелось, чтобы она стала моей. Только моей! Какую огромную кровать можно здесь поставить! Сколько идей по оформлению сразу возникло в голове. И ковер, нет, шкуру какого-нибудь мамонта на пол. Наверняка же здесь богатый животный мир. И звери крупнее, чем на Земле…
Как печально, что я влюбляюсь в дом, в который не могу себе позволить. После экскурсий в продающиеся дома Белого города, я мысленно уже прикидывала, сколько может стоить эдакий приют сибарита. Очень много!
В полной задумчивости вернулась в малую гостиную и спустилась в левый коридорчик, две маленькие восемнадцатиметровые спальни, благодаря огромным окнам и отделанным светлым деревом стенам, вовсе не казались маленькими. Здесь могли бы останавливаться гости. Ну зачем Вик показал мне этот дом!
- Подвал только под гостиной, - услышала я Вика, - там находится генератор. Да, генератор, мощный, да. Диана, спуститесь?
Я кивнула, но огромный агрегат был мне непонятен и, вернувшись в большую спальню, вышла на балкон.
«Как тут красиво!» - думалось в сотый раз. – «Нет. Я не смогу здесь жить!»
Наверное, я сказала это вслух.
- Почему? – спросила остановившаяся рядом Рысь. Глаза девушки стали мечтательными. – Здесь есть все, что нужно. А вы видели, какая кухня? Это же мечта! А балкон? А спальни? А бассейн?
- Я умею готовить только омлет, - на самом деле, я только так думала, что умею, видела, как легко это получалось у няни, когда еще маленькая была.
- Такое бывает? – поразилась Оля, - в смысле, ведь женщины… простите!
Она резко замолчала, смутившись. Но ненадолго. Не успела я окунуться вновь в щемящую тоску, она решительно заявила:
- Я могла бы вам готовить! Раз или два в неделю…
- Оль, раз или два мне мало. Да и жить совершенно одной вдали от людей…
- Но тут же самые продвинутые охранные системы. Вик говорил. Да и я в любой момент прилечу и составлю вам компанию.
- Проще тогда поселить тебя здесь, в маленькой спальне, и иметь всегда под рукой, - рассмеялась я.
- Я согласна, - серьезные глаза моего пилота казались огромными и почти черными на фоне закатного солнца.
Честное слово, как у нее все просто! Растерявшись, я не знала, что отвечать. Хорошо, нас прервали Серж с Виком.
- Будь у меня двести тридцать тысяч, купил бы не задумываясь, - заявил Моретти, облокотившись о прозрачный бортик балкона. В его взгляде снова промелькнуло что-то непонятное. Тоже беспокоится обо мне? Как Марат?
А ведь хорошо было бы жить вдали от мужчин. Команда командой, а уединение мне просто жизненно необходимо. Хоть иногда. Двести тридцать тысяч! Почти весь депозитный счет!
- Вам понравилось? – спросил Степан. В его голосе промелькнула надежда. Почему он так хочет продать мне этот дом?
- Расскажите мне о доме, Вик. – Попросила мягко. Ну что ж! Раз есть доля вероятности, пусть маленькая, что этот сказочный дом станет моим - я должна знать о нем всё.
- Да. Расскажу. Да. В доме два этажа…
- Нет-нет. Технические подробности меня не интересуют!
- Нет? – поразился Вик.
- Нет. – Твердо заявила я. – Мне вполне достаточно того, что я видела и слышала. Во всяком случае, на данный момент! Расскажите лучше, откуда он здесь взялся, этот дом. Его историю. Чей он?
- А-а. Да. Понял вас, да. История весьма простая, но не слишком короткая. Да, весьма. Если вы не против, я угостил бы вас чаем у себя в доме. Да, у себя. Там тесно, но так было бы лучше. Да. Лучше.
- Это где?
- Видите маяк? Там в нескольких метрах моя хижина. Да, я смотритель маяка. Работаю, да. Да, там все на электронике, особо смотритель и не нужен, не то что поначалу… Но за электроникой все равно надо приглядывать. Да, надо.
И тут, вдруг покраснев, он застенчиво произнес:
- Будем соседями.
Сказано это было так тихо, что я едва расслышала.
- Я тоже хотел бы выпить чаю, - вмешался Серж, похлопав себя по плоскому животу. – Скажите, Вик. Что у вас есть к чаю? Может, варенье или пряники? Дольчи? То есть – десерты, сладости?
- Сладкоежка, - фыркнула Рысь.
- Ага, я такой, - ухмыльнулся ей Моретти.
- Варенье есть. Да. Есть. – Закивал рыжий смотритель маяка. – Прошу вас, Диана. Там даже есть площадка для одного коптера. Твой, Ольча, должен поместиться. Да. Должен, да. Так вы идете?
- С большим удовольствием навестим вас, - улыбнулась я. Обеденное время давно прошло. Так что я бы и от обеда не отказалась. Но чай тоже хорошо, особенно приправленный интересной историей. – Поехали!


 все сообщения
КауриДата: Среда, 21.12.2011, 10:23 | Сообщение # 10
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 8.

Хижина смотрителя маяка выглядела, как он и говорил, совсем маленькой, одноэтажной, уместившейся в расщелине между скалой и небольшим земляным холмом, в который уходила часть домика. Заметить это неказистое жилище можно было только с океана. Со стороны залива, который был к дому даже немного ближе, чем океан, ничто не намекало на наличие здесь человеческого жилья.
Несмотря на эту миниатюрность, внутри оказалось просторнее, чем казалось снаружи. Небольшая прихожая вела в коридор с тремя дверьми справа и одной слева, куда мы и вошли, оказавшись в длинном и относительно просторном помещении, совмещавшем кухню, столовую и гостиную.
Мы втроем уместились за круглым столом, осматриваясь вокруг с интересом, пока Вик наливал нам горячий чай и выставлял на стол угощение. Посмотреть было на что. Дальнюю стену увешивали охотничьи трофеи вроде шкурок и оленьих рогов. На другой стене примостились самые разнообразные рыболовные снасти.
Степан Степаныч деловито постелил на стол чистую льняную скатерть и, поставив перед каждым дымящуюся кружку, водрузил на середину хлеб и мясо на большом блюде. Копченый олений окорок, нарезанный тонкими ломтями, вызвал у нас настоящий восторг. Оказалось, проголодались все. Сделав бутерброды из ноздреватого мягкого хлеба, мы с удовольствием пили обжигающе горячий напиток с добавлением каких-то ароматных травок и Рыжик, надо сказать, тоже не отставал. Только когда все куски мяса были уничтожены – в основном самим хозяином и итальянцем, Вик достал банку с вареньем и горсть маленьких шоколадок. Еще раз наполнив опустевшие чашки, он отпил глоток из своей, и, откусив половину бутерброда с абрикосовым желе, задумчиво пожевал, а потом проглотил оставшуюся половину одним махом, после чего откинулся на спинку стула и проговорил со вздохом удовлетворения:
- Хорошо! Да, хорошо!
Мне казалось все это действо каким-то сном. Не привыкла я к таким посиделкам в старых маленьких домишках, к бутербродам на скорую руку, компании такой разношерстой. Но почему-то сейчас, когда усталость дала себя знать, а сытость настраивала на лирический лад, я чувствовала себя очень спокойно и мне, как и Вику, было «хорошо!».
Я положила ложечку варенья в чай. Успела. На вкус оно чем-то и правда напоминало абрикосовое желе. Моретти, который умял большую часть копченой оленины, теперь с удовольствием налегал на сладкое, захватив себе банку и обильно намазывал ломти белого хлеба.
Нарушая все нормы поведения за столом, и облизывая свои длинные пальцы, на которых оказалась часть этого самого лакомства, Сержио поймал мой взгляд и спросил:
- Хочешь?
Наверное, я покраснела.
Он сам понял, как двусмысленно прозвучал его вопрос, и, лениво улыбнувшись, произнес:
- Манджаре мармелатэ, миа кара?
- Что? – Не знала, что и думать. Это же Сержио! Не мог он говорить мне гадости! Или мог?
- Варенье хочешь, Ди?
Вот наглый тип. Стоит только расслабиться… Такой приличный парень, казалось бы, а ведет себя… Решила эту мысль не развивать. В конце концов, атмосфера странного вечера очень располагала к упрощению манер и сеньор Моретти отлично проводил время, вписавшись в эту обстановку гораздо лучше меня.
- Нет, спасибо.
- Сей кози ванитозо! – Похоже, он решил меня довести. Однако не успела я ничего ответить, как он шутливо поднял руки. – Я сказал, напрасно вы, Диана, это на самом деле делицсёзо – вкуснятина.
- Я вам верю, Серж! – Улыбнулась как можно вежливей из серии «притормози!». Заметила тут же, что Степан свой бутерброд доел, и напомнила ему: - Вик, вы, может, начнете рассказ?
- Да, конечно, да. Может, кто-то еще чаю хочет?
Рысь, взяв на себя роль помощницы, убрала со стола крошки, блюдо с остатками копченого мяса и отняла у Моретти опустевшую банку варенья. Итальянец заявил, что с удовольствием выпил бы теперь что-нибудь покрепче.
Мы с Олей согласились на чай. Иногда могу выпить очень много чая, особенного такого вкусного. С детства любила его больше других напитков. Да и слушать рассказ приятнее, когда в руках что-то есть.
Когда Сержио получил порцию алкоголя, а Рысь вернулась на свое место, придвинув к себе несколько оставшихся шоколадок, Вик поставил перед нами очередные чашки с чаем и приступил к изложению истории удивительного дома на скале.

- Мне было двадцать два года, когда мы с отцом переселились на Прерию. Да. Это было около восьми лет назад. Я окончил архитектурный, а так же хорошо знал отцовский бизнес, так как с детства крутился в его конторе, но партнером отца так и не стал, долго объяснять почему… Да. Долго. И к истории дома это отношения не имеет.
- Так вы архитектор?
- Да, Диана. Можно и так сказать. Но не часто работаю по профилю… Да. – Он приподнял чашку, нервно смахнул из-под нее несуществующие крошки, поставил обратно, и продолжил, глядя неизвестно куда. Один глаз смотрел куда-то в бок и вверх, словно он видел что-то недоступное нам. Скорее всего, так и было.
- Пожалуйста, продолжайте, Вик, - попросила я.
- Асколтарти, - стул Моретти стукнулся передними ножками о пол, но по крайне мере, он перестал на нем раскачиваться, действуя мне на нервы, - Слушаем вас внимательно, Вик!
Степан будто не слышал нас, но, помолчав около минуты, все же продолжил:
- Нас было трое друзей, я из них самый младший. Да, младший. Мы много времени проводили вместе, строя планы на будущее… Почти каждый вечер. В этом самом домике, который построили сами буквально за неделю. Ваське тут дали должность смотрителя маяка…
Голос его дрогнул. Он замолчал и нахмурился.
У меня тоже сжалось сердце. Явно, что тут кроется какая-то трагедия.
- Вот Васька первый и заметил это место в горах. Да, первый заметил. Сидели здесь как-то, отдыхали. А Васька всё горы в бинокль рассматривал и вдруг стал орать. Мы с Пашкой думали, крыша у парня поехала. Так и подумали. Да. Дерганный он был в последнее время, странный. А он тычет пальцем и говорит – там я Миле построю дом. Мила – это его девушка была. Красавица. Да, красавица, из богатых… Мы все были немножко в нее влюблены. – Вик глубоко вздохнул и продолжил чуть изменившимся голосом. - Мы слетали туда с Пашей – это третий друг. Геолог. Да, геолог. Он определил, что порода в том месте очень крепкая, и дом идеально впишется, главное, материал нужно специальный для стен… Ну, Паша собаку съел на этих новейших технологиях, хоть и геолог, потому мы к нему очень прислушивались. Да. Все правильно говорил. А Васе главное покрасивее – чтобы Миле понравилось. Жениться хотел. Старомодный был. Проект начали делать на следующий же день. Да, на следующий. Я делал, а они мешали. Убить их готов был. - Кажется, Вик всхлипнул, или мне показалось. - Васька назанимал денег, да и мы с Пашей подкинули ему, что могли. Да, подкинули, что могли. Все, что было. И понеслось. Строили днем и ночью, продумывали каждую мелочь. Да, ругались. Пару раз чуть не передрались… Веселое было время, да, веселое, очень хорошее. Потом под конец денег не хватало. Людей нанимать, все прибамбасы покупать. Охранные системы проводить… Заняли у папашки Васиного в тайне от парня. Думали, должен же он сыну помочь. Да, должен… До свадьбы оставался всего месяц, когда Вася погиб…
Степан замолчал, потом вдруг схватил стакан Сержа, который все еще оставался полным, и залпом осушил.
- Простите, Диана, - сказал он, отдышавшись, - никому не рассказывал еще. Да. Не думал, что будет так больно. Да. Не думал.
- Это вы простите. – Я положила руку на его запястье, не зная, как еще поддержать. – Если вы сейчас не можете, то расскажете потом.
- Нет-нет, нормально. Да. Все в порядке. Ну вот. После Васиной смерти, его отец велел вернуть то, что он нам дал на постройку. Да, после смерти... Нам негде было взять деньги, все было вложено в дом, да, в дом. Долгов много, а денег нет. Да, совсем нет. Думали, что придется дом кому-то продать, а так не хотелось! Да, не хотелось. И тут Мила, невеста Васина, сказала, что оплатит все сама. Она хотела, чтобы мы достроили дом Васиной мечты. Так и сделали. Да, так и сделали, достроили. Мила богатая девушка. Она могла позволить себе не один дом. Да, не один. Когда он был достроен, она поселилась в нем. Да, жила в доме.
Он посмотрел в пустой стакан и отодвинул его от себя.
- Паша уехал, у него был контракт, да. Я устроился на Васино место смотрителем маяка. Да, смотрителем. Навещал их. Год назад Мила улетела на Землю. Егорка подрос. Васин сын, да, сын. Он даже не знал, что у него сын будет… Да, не знал. Не знал...
Он замолчал, опять уставившись в никуда, только синяя жилка на шее дергалась. У Рыси глаза блестели от слез. Серж задумчиво рассматривал стол. Я и сама чувствовала комок в горле.
- Решила отдать его в школу на Земле. – Внезапно продолжил Вик. - Да, на Земле школы лучше. Лучше, да. Неделю назад она прислала мне просьбу продать дом. Да, продать, ей нужны деньги. Не знаю, что там случилось у них. Это она назвала цену – двести тридцать тысяч. Да, именно столько.
Я решила прервать вновь повисшее молчание. Спросила негромко:
- Вик, почему вы сами там не живете?
Он вздрогнул и посмотрел на меня широко открытыми глазами, словно впервые увидел:
- Не могу. Да. Не могу. Высоты боюсь… А продать надо. Да, надо. Хотелось бы хорошему человеку…
- Даже если я куплю этот дом, ведь через год мне придется его продать.
Он нахмурился.
- Просто продадите его мне. Да, мне.
- Но вы же высоты боитесь!
- Давайте так далеко не загадывать. Целый год – большой срок на Прерии. Да, большой! - улыбнулся он. Боюсь, нелегко ему далась эта улыбка. Выглядел он совершенно потерянным.
- Я могу немного подумать?
Он закивал:
- Да конечно, да. Можете. Космолет отправляется завтра вечером, с ним надо передать информацию и первый взнос, половину суммы. Да, половину. Так что у вас двадцать четыре часа.
Вот это скорости! Хватит ли мне этого, чтобы принять решение? И половина суммы…
- Но у меня нет возможности заплатить сто пятнадцать тысяч!
- Нет? Можно взять ссуду в банке. Вам дадут, да. Должны. И у вас же депозит через несколько дней?
- Постойте, Вик. Я еще не приняла решения. Давайте уже завтра и обсудим. Мы все устали сегодня.
- Да, подумайте. Да, конечно.

Когда мы шли к коптеру, уже почти стемнело. Вик стоял на освещенном пороге своего домика. Рыжие волосы были растрепаны. Высокая нескладная фигура выглядела потеряной и очень одинокой.

***

Марат был не в восторге от моего рассказа о доме и высказал все, что думает, не успели мы приступить к десерту. Поздний ужин накрыли прямо у меня в номере, и я отдала ему должное, отчего находилась в прекрасном расположении духа.
Потому мнение администратора вызвало только тень раздражения. С другой стороны, реакция на его замечание, вдруг отчетливо мне показала, что на самом деле – я уже все решила. Прыгать до потолка и сообщать об этом своей команде – не стала, не хватало еще, чтобы вместо обсуждения работы – поднялся спор о месте моего проживания. А так как с утра намечалось множество важных дел, я живо выставила из номера обоих джентльменов, ставших вдруг после хорошего вина, томными и подозрительно ласковыми. Нет, не приставали, да и глазели в меру, но обстановка как-то неуловимо сгустилась. Ушли они, правда, сразу, нисколько не выразив неудовольствие.
Попрощались спокойно, договорившись встретиться в семь утра в фойе гостиницы.
И хоть устала я очень сильно, уснуть никак не могла, очень уж насыщенный событиями день получился. А комнаты заманчивого дома на скале так и стояли перед глазами. Мысль о снотворном отогнала сразу, совсем не хотелось начинать с таблеток жизнь на Прерии. Ничего, если не усну в течении десяти минут, пойду поплаваю. А что, хорошая ведь мысль. Да, ночью – на чужой планете это страшновато, да только что может опасного быть здесь, в белом городе, где охраняется даже воздух.
Вот тут на визор и пришло сообщение. Странно. Казалось, я его отключила. Со вздохом, гадая, кто это мог быть, Марат или Сержио, я перекатилась на край кровати и нацепила свои стильные, хоть и не самые дорогие из существующих, очки. Активировала воспроизведение и приготовилась слушать… Еще более удивительно. Тишина! Или сообщение текстовое? Точно. Что-то я стала соображать плохо, устала, наверное…
Чудно как-то. Сто лет не получала текстовых сообщений, даже школа вспомнилась, когда мы, девчонки, от нечего делать на уроках постоянно занимались отправлением всякой ерунды друг другу, чтобы не заснуть от тоски учительских наставлений.
Однако пора уже прочесть. Что за секреты интересно? Любопытство не позволяло оставить это до утра.
Выводить сообщение на стену не решилась – мало ли что, и для начала просмотрела адресат. Ого! Это что-то новенькое! Я конечно о таком слыхала, но у самой такого не было еще ни разу. «Адрес отправителя скрыт!» Обалдеть, это же прошлый век! Ну, или что-то, наоборот – сверх. Контакт, даже не знакомый, определялся на моих визорах всегда!
Стало немного тревожно и холодно в груди. Кто мог мне прислать сообщение? Не опасно ли вообще его читать? Но как бы все это необычно ни было, любопытство – врожденная моя беда – победило.
Файл открылся легко – то есть никаких там паролей и проверок. И защита пройдена с первого раза, что для скрытого адреса – вообще чудо. Я же не меняла настройки визора и спам уж точно исключался. Даже не знаю, как и реагировать!
Ладно! Что там с текстом?!
Так, не закодировано, и строчки коротенькие, ровные.
Ага, стихи. Надо же! Уже интересно! Усилив подсветку, прочитала:
Война и любовь не бывают случайны,
а все остальное случайно порой.
Смотрю на тебя как на дивную тайну:
ты в мире одна, нет у Бога второй.

И эту улыбку, и волосы эти,
и эти глаза голубого огня
я видел во снах, нет подобных на свете.
Останься со мной, посмотри на меня.

Я слов не прошу. Я уже понимаю:
меня не спасут никакие слова.
Судьбу не случайную я принимаю.
А ты… если нет, то ты тоже права.

Ух! Нет слов!
Некоторое время я снова и снова перечитывала эти красивые строки, очарованная таким прямым и безыскусным признанием в любви. И столь романтичным! А потом тысячи мыслей завертелись в голове. Что это? Кто? Кто мог признаться мне здесь, где мой контакт знают не больше пары десятков человек, а видело меня и того меньше. Чудеса! И кто мог подобрать все коды доступа в мой визор? Скрытый адрес, надо же!
Даже не знала, смеяться мне, или плакать. Ответить, или проигнорировать? А смогу ли я ответить контакту, который значится, как «скрытый»? Вот и проверим!
Да, конечно знаю, что с незнакомцами лучше не разговаривать и всё прочее. Но соблазн разгадать эту загадку, а может вся атмосфера нового мира, «дом на скале», новая работа, мерный шум океана за окном - всё как-то одно к одному сложилось. Отвечу!
Стихи, значит? Поисковая система смогла определить автора почти сразу – ничего не говорящее мне имя поэта конца прошлого века… Кто в наше время может помнить такие древние стихи? Ну, правда, я таких не встречала за свою жизнь на Земле. А тут – и вовсе даже не Земля. Прерия… И от этого, всё ещё более непонятно. И, что уж скрывать, интригующе…
Когда-то я увлекалась стихами, поэтому ответный искала не слишком долго. Лежал у меня в одном из хранилищ памяти целый сборник понравившихся в свое время песен и стихотворений. Вот и выберем подходящее.
Просмотрев все, поняла, что ничего как-то не годится для ответа. И правда, чего я ответить, или, точнее - узнать хочу? Кто он? Вот и будем из этого исходить. Для начала. Подобрала не то, чтоб очень красивое, но вроде как по смыслу подходящее, удалось отыскать такое:
«Кто ты? Скажи мне, неведомый странник…
Какой стороны ты несчастный изгнанник?
Чем ты гоним в непогоду, в ненастье?
Ищешь свое неприступное счастье?
Кто ты? Скажи мне? Тебя я не знаю…
Какие печали тебя истязают?
Какие заботы оставили след?
Какие проблемы на тысячи лет
Тебя заставляют скитаться по свету?»
Отправила, не раздумывая больше ни секунды. Ого, ушло! Хм, надо будет у кого-нибудь проконсультироваться, что за чудеса такие с этим незнакомым контактом. Можно ли как-то вычислить?
А с другой стороны, лучше эти глупости никому не показывать! И чего меня это так взволновало?! Отключив и отложив визор, я снова укуталась в воздушной легкости одеяло и закрыла глаза. Меня словно качало на волнах. И как ни странно, было безумно приятно, что кто-то прислал мне такой стих. Пожалуй, это лучшее завершение для сегодняшнего дня.
Интересно, ответит? И кто же он, этот незнакомец? Это я, уже засыпая, подумала. Толи усталость, наконец, взяла свое, толи послание незнакомца так подействовало. Не буду думать об этом сегодня, подумаю завтра…
***
А завтра думать об этом было некогда. Началось с того, что я проспала. Впервые за долгое время. Разнежилась на новом месте. И вроде не снилось ничего, а просыпаться окончательно никак не хотелось, несмотря на настойчивый стук в дверь.
- Что случилось? – одновременно с вопросом глянула на визоры и ахнула: пятнадцать минут восьмого! Да как же так, ведь собиралась встать в шесть?! Что нажала вместо открывания окон? А! Дверь.
Марат ворвался в номер, заставив нырнуть обратно под одеяло. Беспокойство в его глазах немного примирило с таким беспардонным поведением.
- Ди! Ты там жива? – начал он сразу, слегка притормозив. – Ой, извини, просто ты сама настаивала, что в семь.
- Дайте мне десять минут, буду готова.
- Да хоть час, - он отвел взгляд, смутившись, что как минимум – необычно для него. – Так мы подождем внизу, в ресторане? Рысь, к слову, уже нарисовалась.
Марат лишь слегка поморщился, произнося прозвище девушки. Уже прогресс!
Вышел, не оглядываясь, и я сразу бросилась в душ. Хоть и проспала, зато отлично выспалась. В десять минут, конечно, не уложилась, но к восьми была вполне готова. На этот раз оделась вполне по-деловому – в темно голубой брючный костюм.
Ребята ждали внизу, как обещали, мирно потягивая лимонад – или что-то похожее. Сомнительно, что алкоголь в такую рань.
- Доброе утро, синьорита! - Моретти тут же вскочил, заметив первым мое приближение.
Марат кивнул, с одобрением окинув меня взглядом, и осведомился, выпью я что-нибудь или сразу поедем. Мой отрицательный ответ явно его порадовал.
Рысь ожидала у коптера, сидела на невысоком бортике у края площадки и небрежно жонглировала маленькими шариками. При нашем приближении, сразу залезла в кабину, не дожидаясь приказа и, лишь, когда мы устроились в обычном порядке – Сержио впереди, а мы с Маратом в салоне, коротко поприветствовала и уточнила маршрут.
В этот раз разговора не сложилось и до местного медиацентра мы долетели молча. То есть, это мы с Токаевым молчали, а Моретти весьма мило беседовал о чем-то с Рысью, но о чем – я не слышала – перегородка была опущена и звук отключен. Похоже, они неплохо подружились. Ох уж мне эти горячие южане!
Кирсанов встретил нас на площадке для коптеров, видимо предупрежденный о нашем прилете. Я сразу пошла к нему навстречу, обогнув замявшегося у дверцы коптера Марата, и тут произошло одно событие, заставившее немного пересмотреть отношение к моему администратору.
Лично я услышала только громкий хлопок, а в следующую секунду уже лежала на бетонной поверхности, прикрытая телом Марата Токаева. Все произошло так быстро, что даже испугаться не успела.
- Все в порядке, - услышала я голос Рыси, - кто бы это ни был, повторения не будет.
- В нас что – стреляли? – Ужаснулась я.
Марат поморщился, вскочил сам и помог подняться мне – точнее просто взял за талию и поставил на ноги. Ну и силища!
- Не думаю, - сказал он недовольно. И уточнил: - Не думаю, что в нас. Но теперь ты видишь, Ди, как опасно тут ходить без провожатых? Ты уж, пожалуйста, будь осторожней!
С крыши медиацентра весь городок был как на ладони, прямо под нами уже началась суетливая жизнь центра. Сновали люди, открывались всевозможные лавки и магазины, на рынке уже вовсю суетился народ, что-то покупая. Отсюда они казались маленькими человечками в разноцветной одежде. По улицам проезжали машины. В чистом безоблачном небе виднелись в разных сторонах спешащие куда-то коптеры и маленький параплан, если не ошибаюсь, был виден совсем далеко – в стороне гор. На заливе тоже кипела жизнь. Видимо в Ново-Плесецке все давно проснулись – как раз шла разгрузка какого-то кораблика. А может погрузка, не разбираюсь я в этом. Еще один как раз заходил через узкое горлышко. И парочка катеров мчалось вдоль берега. Над водой летали какие-то белые птички, наверное, очень крупные, раз их видно было даже отсюда.
И откуда могли стрелять? Все здания оплетало столько зелени, что спрятаться могли где угодно. Если это, правда, был выстрел…
Моретти чуть насмешливо улыбался, поглядывая на Токаева, хорошо тот не видел. Я толком не поняла, что это значит. Но что Сержио и Рысь гораздо спокойнее отнеслись к предполагаемому выстрелу, вызвало в душе уважение к ним и в тоже время раздражало. Вот уж никогда не считала себя трусихой. А тут… Ну а кто не испугается, когда среди бела дня – чуть ли не на самой высокой точке городка – ты становишься мишенью какого-то неизвестного.
Кирсанов улыбался, глядя, как я отряхиваю свой костюмчик:
- Ничего, Диана, вы привыкнете. Городок у нас молодой, а вокруг места дикие. Скорее всего, к кому-нибудь в лавку забрался мелкий хищник, вот и пальнули. Редко у кого нет с собой оружия. Однако здесь вы можете быть спокойны. Не зря установлены экраны и силовой в том числе. Так что крыша прекрасно защищена. Мы же здесь отдыхаем…
Марат фыркнул, очевидно не доверяя словам директора, а, заметив широкую улыбку Рыси, поглядел на нее едва ли не с жалостью. Зря я за него переживала, смутить его отсутствием опасности оказалось невозможно. Или он знает больше остальных? Как бы там ни было, а ощущение, что в случае чего – он прикроет – почему-то теперь не вызывало сомнения. И чем я это заслужила? Вроде ведь вела себя с ним чуть ли не грубо, а он! Это в фильмах и книжках ерундой может показаться, а в настоящей жизни такое не оценить невозможно!
И пусть эти дураки, Рысь и Моретти, сколько хотят ухмыляются и считают происшествие ерундой. Шутники! Прав Марат, что плевать хотел на их мнение. Надо и мне быть такой же непробиваемой.
Рысь не пошла с нами внутрь, простившись у дверей и уточнив, что ровно через два часа будет нас ждать, «а если планы поменяются, мы знаем, как с ней связаться».
Изменение в царстве маленького новостного канала поражали. Кипела жизнь, народ занимался делом, в каждом помещении, куда заглядывали, царил порядок и что-то основательное. Может, из-за оборудования, расставленного по местам и радовавшего своей современностью. Во всяком случае, по словам Алексея Федоровича, все, что мы видели – это последнее слово в земной технике.
Девочки продемонстрировали нам трехмерный голоэкран в большом зале. Интерактивная карта города вызвала уважение добротностью и продуманностью – все здания до мельчайших подробностей, даже корабли в порту покачиваются. И белый город именно такой, каким запомнила. Я отыскала взглядом нашу гостиницу. Но вот дома на скале – не увидела. Может, неправильно сориентировалась? Или не такая уж достоверная эта карта. А нам уже показывали ближайшие горы, неприступные джунгли, водоемы, речушки. Правда, животные были представлены весьма схематично. Всё-таки карта, а не живое изображение.
- Живое тоже возможно. – Хихикнула одна из девушек, кажется, Леночка, на мое замечание. И включила нам сцену на крыше. Я смотрела на себя со стороны, спускающейся с борта коптера, едва ли не раскрыв рот. Так вот как я выгляжу! Это смотрелось круче, чем на видео, фото, или плоском экране. Или даже, чем в объемном изображении в визорах. Это было так, словно ты стоишь снова на крыше и видишь своего двойника.
Вот Марат бросился и накрыл меня своим телом. Здорово, к слову, смотрелось! А Моретти-то тоже быстро глянул по сторонам, как раз готовясь спрыгнуть из кабины. Так что не такой уж он безразличный к опасности, просто строит из себя… Кто с самого начала был спокойным – так это директор, с удивлением глядевший на Марата, и Рысь – вытянув шею, девчонка смотрела на разыгравшуюся сцену с любопытством и, кажется, удовольствием. Ага, цирк приехал!
- Хватит, - кивнула я девушке, заканчивая это безобразие. Мне показалось, или Марат, правда, был за это благодарен?
- Может, осмотрим твой кабинет? – спросил он. – Операторская тоже готова.
- Конечно!
Кирсанов сослался на срочные дела, умчался по широкому коридору в другую часть здания, предоставив нам дальше осматриваться самим.
- В девять совещание, - крикнул он на бегу, напоминая, чтобы не расслаблялись.
Ага, пятнадцать минут на всё про всё. Впрочем, успеем мы еще ко всему здесь привыкнуть, а работать над программой надо начинать, как ни крути.


 все сообщения
КауриДата: Понедельник, 26.12.2011, 10:55 | Сообщение # 11
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава восьмая. Окончание главы.

***
Я сидела в своём кабинете, снова и снова просматривая на голоэкране план первой программы, который пока еще имел несколько дыр. Хотя всё же, надо сказать, что за утро по планированию мы проделали огромную работу. Больше, чем я ожидала.
Кресло мне по прежнему нравилось и я крутилась в нём, как девчонка - украдкой, периодически отрываясь от обзора отснятых Сержио материалов. Ребята ушли по своим кабинетам, что-то доделать, и вот-вот должны были вернуться, чтобы всем вместе отправиться на обед.
Постучавшись в кабинет заглянула Леночка. Она принесла пакет, только доставленный из космопорта, на подносе стоял стакан сока и лежали два крохотных бутерброда с ветчиной.
- Я знаю, что вы скоро обедать пойдете, - очаровательно улыбнулась она, выгружая это богатство на мой стол, - а мы – уже. Вот – захватила для вас, чтоб чуть-чуть подкрепились. А то пока эти мальчишки вернуться.
У меня даже в животе заурчало от вида бутербродиков – жаль, что такие маленькие.
- Мальчишки? – Рассмеялась я. – Спасибо, Леночка, безумно благодарна! Ты не присядешь? Хотела немножко поговорить.
Пакет отложила в сторону - что срочного может быть с Земли. Тем более, если требуется ответ, то следующий космолет на Землю только послезавтра, сегодняшний вот уже час, как стартовал. Посмотрю сразу после обеда.
И потом, если б всё было так срочно, доставили бы ещё вчера.
Леночка устроилась напротив – для посетителей у меня теперь тоже были отличные кресла:
- Конечно, Диана, рада вам помочь, чем смогу. Вы ешьте, я-то уже сыта. Сама знаю, какой голод нападает, когда вот так заработаешься.
- Точно, иногда – ещё дома совсем забывала про еду, когда интересный материал попадался.
С миниатюрными бутербродами расправилась слишком быстро – только еще больше разожгли аппетит и, отпив сока – на вкус абрикосовый, обратилась к ожидающей Леночке:
- Я тут ещё не слишком хорошо освоилась, поэтому у меня много вопросов. Но начать мне хотелось бы со знакомства, раз мы часто будем здесь работать вместе. Может, сразу перейдем на «ты»?
- Конечно, я не против! – кивнула девушка.
- Может, расскажешь немножко о себе? Когда попала на Прерию и вообще, как тут жизнь сложилась? И как попала на работу в Гугл? – Последнее меня интересовало особенно сильно.
Леночка привычным движением убрала локон с лица и широко улыбнулась:
- Ну, сюда я попала по чистой случайности. Когда прилетел дядя Лёша и набирал команду, он разыскал меня и сразу предложил контракт. Я ужасно удивилась и никак не могла этому поверить. Дело в том, что несколько месяцев назад, я взяла у друга дорогущую камеру и засняла гонки на коптерах. Просто любительское видео, конечно. Но моему другу так понравилось, что я решила отправить на местное телевиденье. То, которое расформировал Кирсанов. Тогда это совсем крохотная организация была, полулегальная, которую курировали местные власти. Так вот, они мне даже ответа не прислали. Кому-то репортаж мой не понравился, наверное. Я и забыла о нём. А дядь Лёша его нашел, посмотрел и оценил. Сказал, у меня есть талант. - Леночка покраснела и быстро закончила: - вот так я попала в команду.
- Знакомая ситуация! – восхитилась я. – И я попала в Гугл, благодаря репортажу. Как-нибудь расскажу…
В комнату уже входили мои «мальчишки», так что пришлось быстренько свернуть разговор.
- Конечно, - вспорхнула с кресла Леночка. – Мне, правда, очень интересно!
- И мне тоже, - подхватил Марат, с видимым удовольствием рассматривая девчонку. – О чем секретничаете?
- О своем, о девичьем!
- Ди, я просто спросил! – Проводив взглядом поспешно покинувшую нас Леночку, он мечтательно произнес: - Эх, хороша! И где дядя Лёша умудрился набрать таких красоток. Может, приударить за ней?
- Кто о чем, а я всё о еде, - вмешался Сержио. – Мы идем обедать?
Я решительно поднялась и сунула конверт из космопорта в сумочку – потом посмотрю:
- Конечно, идем. А приударить не получится!
- С чего это? – вскинулся админ. Так и почувствовала, как в нем заговорила гордость, или что там у мужчин зажигается, в надежде удачной охоты за прекрасным полом.
Не стоило мне этого говорить, зачем создавать проблемы Леночке, которая мне так понравилась. Может, мы подругами даже станем? Поэтому дождавшись, когда за нами закроются двери лифта, объяснила:
- Когда она упомянула своего друга, в ее глазах было столько всего, что ни тебе, и никому вообще – там ничего не светит. Поверь, я знаю, о чем говорю!
Сержио показал мне большой палец, а Марат фыркнул и пожал плечом:
- Подумаешь, друг! А вот мы посмотрим.
- Пари? – оживился Сержио.
- Прекратите немедленно! – возмутилась я.
- Потом обсудим, - пробормотал Марат, думая, что я не услышу.
Вот ведь делать им нечего!
Но скоро я забыла обо всех этих дуростях, когда Хафиз, директор ресторана, лично нас поприветствовал и предложил столько вкуснятин, что ни о чем другом думать я просто не могла. Местные деликатесы оказались ничуть не хуже земных и мы все отдали им должное.
Договорившись встретиться вечером, после обеда мы расстались. Мальчики должны были подготовить все для завтрашнего приема у полпреда – Марат наладить еще какие-то контакты, Сержио сориентироваться и распланировать завтрашние съемки там же. А я поспешила к коптеру Рыси, где в ее компании меня уже дожидался Вик. Надо было завершить сделку. Я позвонила Вику еще утром и дала своё согласие на покупку Домика на Скале. И теперь мне не терпелось начать обставлять его и всё такое, чтобы как можно быстрее съехать из гостиницы.
***
Вик на этот раз ждал не внутри, а снаружи.
- Ди, - сразу бросился он ко мне, - я вас прошу. Да. Прошу. Я ничего не имею против Ольчи, то есть Рыси. Да. Ничего не имею. Но, может, окажете мне честь прокатиться на катере? Да – на катере. Новый.
Рысь ухмылялась возле коптера и на мой вопросительный взгляд пожала плечами – мол, почему бы и нет.
Раздумывала не долго. Во-первых, не терпелось завершить сделку, а упускать из виду непредсказуемого Вика не хотелось. Во-вторых стало любопытно, что у него за катер и вообще, не мешало бы посмотреть на грот с пристанью под Домиком на Скале, да проехаться в лифте.
- Оль, ты тогда лети к дому… Вик, дадите ей допуск? А мы с вами – так и быть – по воде.
- Ага, да, конечно. Ольча, скинул тебе на визор. Да, на визор.
- Вижу, - кивнула мой пилот и, махнув нам рукой, полезла в кабину. – До встречи!
Вик был молчалив и неловок, пока мы шли к пристани среди многолюдной толпы. Он постоянно натыкался на прохожих, бормоча извинения, косил глазами, и вообще, внушал стойкое ощущение, что я совершила ошибку, согласившись с ним плыть.
Однако, стоило нам ступить на яхту, раза в два меньшую, чем у Кирсанова, но даже более симпатичную на вид, как Степан Степаныч преобразился. Он выпрямился, вроде даже становясь выше ростом, движения стали быстрыми и уверенными, глаза прищурились, на лице появилась мальчишеское выражение – этакая полуулыбка, словно предвкушение…
Его настрой сразу заразил и меня. Вцепившись в поручи, я вся была в этом полете над заливом. Прав Вик, это тоже полет. Казалось, мы едва касаемся поверхности воды. Соленые брызги били в лицо, смешной спасательный жилет не спасал костюм от промокания и топрщился не слишком удобно. Руки – а точнее кисти рук, вцепившиеся в поручи – заледенели. И неизвестно во что превратилась прическа… Но мне вдруг всё это стало неважно… Я вся устремилась навстречу ветру и солнцу, навстречу бескрайней громаде океана. Кажется, Вик что-то кричал, а я смеялась, трудно было различить на такой скорости, да и не нужно.
Нам повезло, никто не заходил и не выходил из залива, так что через горловину пронеслись, не снижая скорости. Лишь, пролетев вдоль скал около пары километров уже по океану, когда Вик резко свернул к берегу, сбросив скорость, я немного пришла в себя и ответила восхищенной улыбкой на счастливую улыбку парня.
Грот открылся внезапно, когда мне показалось, что наш катер вот вот врежется в отвесно уходящую в воду скалу. Небольшая неровность в ее поверхности оказалась тем самым тайным входом. В одно мгновение из сверкающего солнцем мира мы попали в абсолютную тьму, Вик врубил мощный фонарь, и это еще более обострило ощущение совсем иного мира. И звуки здесь казались очень таинственными и странными – казалось, что Степан заглушил мотор, настолько тихо мы пробирались по узкому тоннелю. Слышался громкий плеск и еще какие-то странные звуки, похожие на эхо.
Но вот тоннель расширился, стало светлее и фонарь оказался уже не нужен. Мы находились в маленьком внутреннем озерке, освещенном ярким солнечным светом – тот лился сквозь прорехи в пиках скал наверху.
Причал оказался вполне приличным, никаких особых разрушений я не заметила.
- Ну, я не говорил, что разрушен, - Вик ловко пришвартовал катер и выпрыгнув на каменный пирс, накинул цепь на невысокий столбик. – Давайте руку, Диана! Но косметический ремонт не помешает. Смотрите, освещения нет, страховочных перилл, а при въезде – выломана решетка – кто хочешь, заплывай! Вот это и нужно восстановить.
- Ты так и оставишь здесь яхту без присмотра? – поинтересовалась я, когда Вик решительно направился к видневшемуся впереди тоннелю.
Он обернулся, удивленно вскинув брови.
- А! Вы имеете в виду мой катер? Да он на сигнализации, не думаю, что кто-то сможет угнать его здесь среди бела дня. Да, не думаю.
Тоннель оказался совсем коротким и вывел нас к небольшой округлой площадке перед лифтом. Вправо уходил еще какой-то ход.
- Дорога к маяку, - пояснил Степан Степаныч. – Диана, я сейчас вам сброшу на визор все настройки управления домом и лифтом в том числе. Принимайте. Да, попробуете сами вызвать лифт.
Управление оказалось весьма простым. Послышался характерный шум, и скоро дверь в скале отъехала в сторону, пропуская нас в небольшую овальную кабину, отделанную изнутри красным деревом и освещенную несколькими крохотными лампочками, встроенными в потолок.
Несколько тревожных секунд и мы наверху, где Рысь уже ожидала нас, присев на край каменной оградки на смотровой площадке дома. У меня даже сердце упало.
- Оль!
- Ладно, ладно, - вскочила она, извиняюще улыбаясь. – Я не боюсь высоты и с вестибулярным аппаратом у меня всё в порядке.
- Но впредь, прошу тебя, не делай этого при мне, - попросила я всё же. – Не могу на такое смотреть. И вообще, всякое бывает – сорвешься в пропасть, и где я возьму другого пилота?
- Диана права, - поддержал меня Вик, - я тоже не могу на такое смотреть!
- Зануды, - буркнула Рысь, спускаясь вслед за нами в дом.
Подписать документы решили в кухне, как единственном месте в доме, где имелся стол. Вик, как доверенное лицо владельца, скрепил сделку и просиял.
- Безумно рад, да, ужасно, ужасно рад, Диана! Поздравляю вас! Да, поздравляю!
Тут же отпраздновали это событие бутылочкой вина, припасенной предусмотрительным Степаном. На вкус превосходное, хотя местная марка была мне абсолютно незнакома. Даже Рысь пригубила. Ей тоже было, что отпраздновать. Ахиллес разрешил ей переехать, и девчонке, похоже, не терпелось начать обустройство не меньше, чем мне.
Сидя за барной стойкой, на высоких удобных стульчиках, мы втроем с жаром принялись обсуждать, что нужно сделать в первую очередь. Причём Вик принимал самое активное участие, уже не как агент по продаже, а как друг и сосед, о чем не преминул нам торжественно сообщить.
Взглянув в визоры, я спохватилась, что уже столько времени – наши бурные обсуждения, оказывается, заняли больше двух часов.
Решив завтра же с утра заняться поиском мебели, я предоставила Вику нанять мастеров, каких он считает нужным, и вообще составить список необходимых работ. Он сам на этом настаивал, а я не имела ничего против. Тем более, что он согласился с моим главным условием – сделать дом жилым не позднее, чем через три – четыре дня.
Рысь запрыгала от радости, узнав, что может обустраивать одну из гостевых спален по своему вкусу хоть прямо сейчас, а так же начинать осваивать кухню и заняться закупкой продуктов.
- Только отвези меня сначала в гостиницу, - попросила я. – Яхта – это здорово, но для одного дня мне хватит.
Оля прыснула в ладошку и подмигнула Вику.
- У Викинга катер, притом спортивный. А яхта – это… Ну как объяснить… Мачты у нее есть! – нашлась Рысь.
- Ну, ты как скажешь! - покачал головой Вик.
- Поняла-поняла. Давайте, потом поговорим об этом. Мне, правда, пора. – Оставив Вика в доме, откуда он собирался обзвонить свои контакты и уже сегодня пригласить мастеров, мы с Рысью загрузились в коптер и полетели в гостиницу.
***
День показался мне очень длинным. Взять интервью у полпреда президента до завтрашней вечеринки, или как назвать сей светский раут, не удалось. Несмотря на то, что вроде Марат обо всем договорился, в приемной нам сообщили – после получаса ожидания, что у Андрея Васильевича оказались срочные неотложные дела, и он просит прощения.
Марат любезно ответил миловидной секретарше, что ничего страшного, мы всё понимаем и прочее в том же духе. А в новеньком коптере, который наконец прибыл и был отдан в наше распоряжение, админ сидел мрачнее тучи, делая вид, что занят просмотром каких-то важных материалов в своем визоре.
Моретти мурлыкал какую-то фривольную итальянскую песенку и смотрел в окно. Как-то грустно заканчивался денек. Приуныли все. По прилете сразу разошлись по своим номерам, даже не пытаясь завалиться в мои апартаменты. Вот и славно. Мне было о чем подумать в одиночестве.
Увидев конверт на тумбочке у кровати – тот самый, что доставили из космодрома, я замерла посреди комнаты в полураздетом виде. Ух ты! Оставила его здесь, когда после покупки дома Рысь завезла меня переодеться. И только сейчас в голове стукнула запоздалая мысль. Нет, прав Стешка, жизнь ничему меня не учит. Ведь было уже такое с приглашением в Гугл! И опять?!
Я бросилась к кровати и быстро вскрыла упаковку.
Просмотрела содержимое и выдохнула. Уф, повезло! Но на будущее всё же стоит взять за привычку – просматривать такие вещи сразу. В пакете оказалось всего три вещи в ячейках специальной губки для перевозок. Пластиковая карточка сбербанка, четырехлистный клевер, запаянный в круглый прозрачный камень янтаря и стильный браслет на руку.
Мне даже подписи не нужно было, чтобы понять от кого это всё. Сколько просила Стешку подарить мне один из двух его круглых камешков – отказывался наотрез. Мол, они пара и незачем – поиграю и брошу. А его успокаивают, видишь ли. И вдруг – прислал.
И браслет, значит, от него. Платиновые звенья цепочки покрыты словно чешуйками, а на соединяющей их пластинке выпуклая голова дракона. На обратной стороне гравировка – «Сердцем навсегда с тобой». Не сразу заметила, и почувствовала комок в горле, когда вертела - и вдруг наткнулась.
Надо же, как мило это с его стороны! Одела на руку и удивилась, как изящно смотрится грубоватая на первый взгляд вещица. И ощущение хорошее. Никогда не сниму! Раз он сердцем всегда со мной, пусть и будет со мной. Как же мне его не хватает!
А записка была – как в старину, написанная просто ручкой на пластиковом листочке из блокнота. Обнаружидась между двумя слоями упаковочной губки. Лаконичная, как всё от Стешки:
«На карточке деньги за лошадок. Клевер в янтаре – на удачу. Браслет – на счастье. Береги себя, Диана. И дай мне знать, как ты там. Степан Воеводин»
Да уж, Степан Воеводин, рожденный в год дракона. О лучшем подарке я и мечтать не могла. Вроде мелочь, а настроение сразу поднялось чуть не до небес. Спеть что ли? Я громко рассмеялась и протанцевала к ванне. Срочно в душ и спать. Завтра тяжелый день.


 все сообщения
КауриДата: Понедельник, 02.01.2012, 21:58 | Сообщение # 12
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 9.

«В нашей службе нет покоя,
кирпичи крушу рукою,
или даже головой,
а с тобой - едва живой.

Я по небу пролетаю,
я ножи в мишень метаю,
я сквозь пламя проскочу,
а с тобою лишь молчу.

Я могу без автомата
взять любого супостата,
но с тобой наедине
оставаться страшно мне.

Наша первая минута -
как прыжок без парашюта
с неизвестной высоты,
где внизу гуляешь ты.

Я стою перед тобою,
как стоят на поле боя
среди дыма и огня,
так целуй скорей меня».
И опять ровно в полночь стихи от скрытого абонента. Что за неизвестный поклонник? И ведь явно не с Земли, а кто-то отсюда – из местных. Точнее сказать, от кого-то, проживающего на Прерии. Или это одно и то же? Загадочная личность, но романтичная, что невольно вызывает улыбку. Почему-то стихотворение всё того же автора из далёкого прошлого. Неужели есть еще на свете такие романтики, что пытаются завоевать поэзией, и как я могла так незаметно очаровать подобного человека? Или как ещё иначе понять такое послание?
Не посмотри я перед этим сумму, переведенную на мой счёт «за лошадок» - аж четыреста тысяч рублей, сума сойти, вот ведь неожиданный подарок судьбы, не получи я подарка от Стешки, наверное моя реакция на практически любовное послание была бы иной. Кажется, продумала ещё вчера – игнорировать! Но после душа настроение у меня еще больше улучшилось, став в высшей степени - замечательным, в сон клонило, но эмоции зашкаливали – и ведь сплошь положительные. В такие минуты всё вокруг кажется чудесным: спальня номера не такой безликой, одеяло - поразительно пушистым, а звезды за окном на темном небе – особенно яркими. И браслет с дракончиком на руке…
В общем, всё сложилось так, что решила ответить и во второй раз. Только не стихами, да ну их. Может, и неизвестный напишет более прямо в следующий раз?
«Привет, - начала я писать на виртуальной клавиатуре, - чем обязана таким вниманием к моей скромной персоне? Правильно ли я понимаю, что вы мужчина опасной профессии, и я вам почему-то понравилась? Иначе, зачем требовать мой поцелуй? Где вы меня увидели, и видела ли я вас? Стихи очаровательны, мне они очень нравятся, но насколько точно ассоциируются они с вашей личностью? Я вам, правда, нравлюсь, как женщина, или это какой-то глупый розыгрыш? Почему вам не сказать всё прямо?»
Нда, одни вопросы получились. И какие-то детские, к тому же. А, какая разница! Отправила. Сняв визоры, задала будильник на шесть тридцать и отключила связь. Ну вот, теперь точно – спать. Повертевшись еще немного на шелковых простынях, я, наконец, почувствовала, что засыпаю. Эх, еще несколько дней и у меня будет собственный дом. И на обстановке теперь могу не экономить. Четыреста тысяч! С ума сойти! Я почти богата. И не надо ждать депозит. Завтра же расплачусь за дом. Да, теперь могла бы подумать о хорошем жилье в Белом городе, но Вик оказался прав – я влюбилась в свой «Домик на Скале» и не откажусь от него…
***
Проснулась я за пять минуты до будильника и все эти пять минут нежилась и потягивалась, блаженствуя в теплой постели и не желая расставаться с такой сладкой полудрёмой. Отключив звук на визорах, отправилась умываться, любуясь новеньким браслетом. Мастерски сделанная вещица дарила приятное ощущение и некоторой тяжестью и гладкими гранями, касающимися кожи. Умеют же делать в наше время! Какой молодец Стешка – ведь, чтобы заказать браслет, ему пришлось ехать в город, а потом как-то передавать пакет на космолет. Видимо, это и был его подарок мне на День рождения, хотя до него еще больше трех недель. Ну и хорошо, что заранее. Обожаю такие сюрпризы.
В таком приподнятом настроении я вышла на балкон и еще минут пятнадцать любовалась на серфингистов, которые опять показывали чудеса мастерства, хотя волны не были такими высокими, как в прошлый раз.
Звонок Марата, заставил оторваться от полюбившегося зрелища. Админ сообщил, что они с Моретти завтракают внизу в ресторане и приглашают меня присоединиться к ним.
Оба встретили меня приветливо, вскочили, Моретти, опередив Токаева, отодвинул стул. Тренируются в галантности перед приёмом у полпреда президента? Перед каждым стоял кофе и хрустящие булочки. Я тоже отказалась от полноценного завтрака – не привыкла есть в такую рань, ограничившись по их примеру чашечкой кофе.
- О какой браслетик! – бесцеремонно схватил мою руку Серж, - дай посмотреть, а?
Марат фыркнул по своему обыкновению, а я ощутила, что краснею. Не могла же я показать оператору дарственную надпись Стешки!
- Ничего особенного, просто безделушка, - я отняла руку у Моретти, который прикрываясь интересом к браслету, вдруг нежно провел большим пальцем по внутренней стороне запястья, заставив меня вздрогнуть.
Интересное кино! Однако открытая мальчишеская улыбка итальянца совсем не соответствовала роли искусителя. Смеется надо мной? Не он ли писал стихи, в таком случае? И как это узнать?
Ничего путного в голову не приходило.
- У нас сегодня важный день, - Марат был сама серьезность. – На приёме полпреда будут многие интересующие нас люди.
- Вся верхушка этого богом забытого мирка, - подхватил Серж.
- Типа того, - усмехнулся Токаев, - но не стоит их недооценивать. Так вот… Приём назначен на девять вечера, как вы знаете, легкий ужин, танцы… К сожалению, и сегодня полпред до девяти с нами встретиться не может, так что в общем, предлагаю либо заняться следующим сюжетом по списку… Что там, Ди? Сафари? Ну вот – к примеру, этим. Либо хорошенько отдохнуть, может своими делами заняться? Что скажешь?
Я пожала плечом:
- Собственно, если так обстоят дела, я могла бы заняться обстановкой дома.
- Так ты его приобрела всё же? – Марат не выглядел ни рассерженным, ни огорченным. – Слушай, Ди, а давай вместе? Я дом еще не видел, покажешь, что и как. Может, помогу советом? Девчонкам обычно нравится мой вкус…
- Девчонкам? – улыбнулась я. Неожиданно поняла, что доброжелательное отношение админа к новому дому мне безумно приятно. Ведь каждый раз приходилось при нем избегать этой темы, а сейчас вся внутренне напряглась, сообщая свои планы. – Конечно, Марат, присоединяйся.
- Ну, тогда и я с вами! – решительно заявил Моретти, сверкнув черными глазами. – А то вдруг растеряетесь без меня…
Рысь, узнав о нашем набеге на новое жилище, предложила сначала заехать в мебельный магазин, который как раз хозяин обещал открыть в восемь.
- Мне кажется, вам понравится дорогая мебель, - смущенно пояснила она, - но старик обещал дать хорошую скидку. Всю эксклюзивную мебель он делает сам – из очень ценной породы хвойных деревьев. Только на Прерии такие растут. Маленький заводик, который занимаетмся заготовкой, работает уже много лет только на него. Конечно, на заказ придется ждать недели три, но у него как раз сейчас есть партия готовой – один из местных воротил хотел обставить свой дворец, да только отказался в последний момент – решил заказать с Земли, кажется. Там есть и другая, гораздо дешевле, и вообще много всего. Я не очень в этом разбираюсь, но, говорят, даже полпред у него заказывал.
Ребята удивленно подняли брови, Рысь не часто была такой говорливой, но я пресекла их возможные скептические замечания и насмешки, поддержав Олю.
Иван Палыч, как звали мастера, встретил нас на пороге своего магазина и, пропустив внутрь, повесил на двери табличку «Закрыто». Это мне понравилось, для меня еще ни разу не закрывали целый магазин.
Сначала он повел нас вниз, где в маленькой кухоньке на столе изумительной красоты стояли уже приборы и чашечки с дивным ароматом – толи чая, толи каких-то трав. У меня даже возникло чувство, что мы попали в какую-то сказку. Вся обстановка кухоньки была стилизована под какой-то детский мотив. Подобное я когда-то видела в детском мультике, но в каком – вспомнить не могла.
Марат кусал губы и чувствовал себя явно не в своей тарелке, а Сержио напротив, наслаждался, нахально попросив и варенья и меда, «побольше, и можно без хлеба». Старик ему тепло улыбнулся, достал и то, и другое, а для нас с Рысью – каких-то крохотных пирожных, от которых парни благородно отказались. Как ни странно, это чем-то напоминало ужин у Вика. Админ едва пригубил чай, и выглядел довольно мрачным. Вот уж не ожидала, надо запомнить, что его к нашему забавному архитектору лучше не приглашать, только испортит всё.
Ребята еще походили с нами после чая по выставочному залу на самом верху, но, когда владелец попросил пройти к нему в кабинет и ответить на несколько вопросов, «буквально на пятнадцать минут, дорогая леди», мужчины дружно заявили, что совсем забыли о каких-то своих срочных делах.
- Рысь нам просигналит, когда вы тут закончите, не правда ли, милая? – Нахально приобнял девушку Сержио.
Та с усмешкой стряхнула его руку со своей талии:
- Непременно!
- Постарайтесь не очень долго, - хмуро добавил Марат.
В кабинете Ивана Палыча Бехтерева было уютно, не меньше чем в кухоньке внизу. Тоже всё под старину, как в сказке. Он включил галоэкран, нарушив этим современным элементом такую милую атмосферу, и я с удивлением узнала в объемной голограмме свой новый дом.
- Степан Степаныч очень любезно прислал мне это сегодня утром, - пояснил старик, очень по-доброму улыбаясь в усы и щурясь, отчего от глаз разбежались по его лицу тысячи морщинок. – Хороший выбор, госпожа Морозова, дом уникальный…
- Зовите меня Диана, - улыбнулась я.
В пятнадцать минут мы не уложились, так как вопросы у мастера всё не заканчивались, а я очень увлеклась разговором.
Когдамы вернулись в зал, Рысь мило болтала с пареньками своего возраста, которых мне тут же представили, как сыновей Бехтерева. Надо же, я бы скорее подумала, что они ему внуками приходятся.
В сопровождении этих мальчиков мы, наконец, отправились выбирать обстановку. Сначала мне показали зал «для простых людей». Мне она понравилось там, я вообще любила всегда деревянные кровати и шкафы, видела их только у Александра с Егором, да и то, лишь в их спальне, а в остальных комнатах всё – как везде, обычный полимер, легкий, прочный и превосходный во всех отношениях, но… не живой.
Но когда мы перешли в зал элитных изделий, я была просто очарована. Все эти кресла и диванчики из белой кожи, плавные линии секретеров, столиков, тумбочек. Это и была та мебель, которую готовили для кого-то. Всё в одном стиле. Но гораздо больше всего, чем мне могло понадобиться. Что же за дворец собирался обставлять старик?
- Я очень сомневался, что эта мебель вас устроит, - признался он, - но после разговора с вами, Диана, все сомнения отпали. Я понял, что делал ее именно для вас!
Может, он просто льстил мне, ведь о мебели мы вообще не разговаривали, но это уже не имело никакого значения. Я даже мысленно поблагодарила Бога за такое счастье. Страшно представить, что если бы мне не понравилось это чудо, своего заказа пришлось ждать еще месяц. Надо бы найти этого глупца, который отказался и поблагодарить.
В итоге я выбрала чуть больше, чем мечтала, но ни от одной тумбочке уже отказаться просто не могла. Рысь, было, хотела для своей комнаты выбрать из простого что-нибудь, но я не позволила – зачем, если можно всё сделать таким красивым. Она легко смирилась, и выглядела довольной, хоть и пыталась это скрыть.
- Грузовому коптеру придется слетать дважды, но доставка бесплатная, - сказал мастер, забирая чек на кругленькую сумму в сорок пять тысяч рублей.
- А когда? – с грустью думала о неторопливости местной жизни. Пока дождешься!
- Думаю, часам к двум справимся, не раньше.
- Сегодня? – поразилась я.
- Совершенно верно, юная леди.
- Но как? Сейчас ведь уже половина двенадцатого!
Однако, опомнившись, я решила не акцентировать на этом внимание. Всё-таки преувеличение скоростей, тоже в обычаях таких небольших общин.
- Нам нужно пообедать, - сказала я Оле, когда, наконец, снова оказались на главной площади, - а потом ты сразу лети в дом, мало ли мебель привезут вовремя. А я займусь постельным бельём и прочим.
- Да там же Викинг с утра, - отмахнулась Рысь, - я лучше вам помогу. А ему я даже скинула – что куда предназначено. Кстати вот! – она достала из кармана листок, исписанный мелким почерком. – Была вчера в «Тысяче мелочей» и «Всё для дома». Если списки одобрите, я просто скину им прямо сейчас номер заказа.
Вот это удивила. Читать всё не стала – хватило и десяти пунктов, сразу одобрила. В конце концов, сама ведь решила не экономить.
Чтобы быстрее отпустить Рысь, которая сказала, что обедать будет лишь вечером, так как успела позавтракать, остальные магазины пробежали едва ли не бегом.
Зато в ресторан Хафиза я зашла уже сильно голодная и с чувством выполненного долга. Меня встретил только Марат, сообщив, что Моретти умчался по своим операторским делам – кто-то увидел в небе редкую птицу, как я поняла. А Токаев времени не терял. Пока мы «занимались ерундой» он тоже озаботился личным жильем и снял себе квартирку в том же доме, что и Кирсанов за очень хорошую цену.
Отобедав, мы зашли в редакцию, где Марат вовсю пытался очаровать Леночку, а я поговорить с Кирсановым, мы дождались Сержа и, наконец, на служебном коптере полетели к моему новому дому.
Когда коптер удалось посадить рядом с машиной Рыси и еще место осталось, я убедилась, что посадочная площадка у меня вполне приличная.
Было всего три часа дня, до приема еще оставалась куча времени, поэтому я решила пока заняться обустройством. Да не тут-то было.
Бригада рабочих, под руководством вездесущего Вика, что-то подправляли по всему дому, вешали жалюзи и люстры, подключали новенькую аппаратуру. Еще одна бригада – в основном женщины – начищала и намывала все вокруг, высаживали на балконе и внутреннем дворике смотровой площадки – цветы. Даже не помнила, когда я успела их заказать. Сыновья Бехтерева тоже были здесь, они устанавливали в комнатах уже привезенную мебель. Точнее – в готовом виде были только диваны, диванчики и кресла, а остальное они собирали из заготовок. Надо же. Видимо разобрали, чтобы привезти, а теперь собирают. Потому не слишком хорошо поняла – всё они привезли уже, или не всё.
Показав всё Марату, я совсем пала духом - бедлам, в который превратился мой дом, совершенно не вызывал желания оставаться здесь хоть на минуту дольше, чем необходимо.
Сержио сочувственно предложил:
- Ди, оставь на сегодня это алоджо… То есть – жилище. Поехали, что ли, на ранчо. Поговорим с народом, поснимаем.
- Какое ранчо? – поразилась я.
- Сафари. Забыла? Там их контора, ты же сама хотела навестить. Почему бы не сегодня?
- А, ну конечно! Марат, ты как?
Марат оторвался от вида со смотровой площадки и кивнул:
- Сафари, так сафари. Поехали на ранчо! – И добавил очень серьезно, уже залезая в коптер: - Хороший у тебя дом, Ди!
***
Ранчо организаторов сафари находилось в нескольких десятках километрах южнее Ново-Плесецка. Пилот доставил нас прямо на обширный двор этого ранчо, припарковав машину возле такого же, разве что более потрепанного коптера неподалеку от восточных ворот. Меня поразили сразу две вещи – огромный загон для лошадей, примыкающий прямо к обширному двору в западной части, и вышина ограды как загона, так и двора. Не только высота, но и мощь толстых труб, поставленных вертикально, соединенных между собой очень частой металлической сеткой. Даже Марат присвистнул оглядевшись:
- Не хилый заборчик!
А Моретти, конечно, сразу стал всё снимать, никак не выказав своего мнения.
Нас встречали. Админ, видимо, сообщил. Двое мужчин скакали к нам верхом, а один ехал на открытом высоком вездеходе, который Сержио обозначил, как внедорожник класса «Люкс». Даже не знаю, что он имел в виду.
Тот, что в машине, как и остальные – в камуфляжном костюме с закатанными на волосатых руках рукавами - спрыгнул на землю, едва затормозив, и направился к нам широким решительным шагом. Я поежилась, может оттого, что наш щупленький пилот очень шустро нырнул в свою кабину. Нда, уверена, что Рысь бы так не испугалась этого бородатого громилу. Да она вообще не из пугливых. Нужно было лететь с ней! Обидится еще, что не взяли сюда. Тем более Ахиллес ее дядя, а тут, понятное дело, всё принадлежит ему.
Здоровяк резко остановился в двух шагах и, полностью игнорируя меня и опустившего камеру Сержио, задал вопрос Марату, который, в отличие от нас, спокойно выдержал такой наезд и даже ни на сантиметр назад не сдвинулся:
- Кто такие?
- Вас предупреждали. Мы от Гугл, авторская программа Дианы Морозовой.
- И чего надо?
Я, если честно, уже давно бы расплакалась и убежала, надо было видеть этого мужика. А Марат ничего, стоит, разве что не улыбается. И вид такой… Прямо зауважала.
- От вас лично – ничего. Нам бы управляющего. Как там его? – Токаев щелкнул пальцами, - ах, да, Глеб Макаров.
Двое конников остановились неподалеку, с интересом прислушиваясь к разговору, видимо, не собираясь вмешиваться без особых причин. У обоих поперек седел расчехленные ружья. Куда мы попали?!
- А-а, - здоровяк заметно расслабился, - вспомнил! Макар и, правда, что-то такое говорил. Но мы ждали вас только завтра.
Не потрудившись представиться, он забрался обратно во внедорожник, лихо развернулся и укатил. Оба всадника последовали его примеру.
- Ну и как вам нравится это хамство? – пробормотала я.
- Нормально,- неопределенно хмыкнул Токаев, - пойдемте к дому. Найдем этого Глеба Макарова.
Я с огорчением оценила истоптанную копытами влажную почву и пожалела, что не потрудилась надеть сапоги для подобной поездки. Но ладно ботинки, ничего страшного, новые куплю, а вот шелковые черные брючки, расклешенные книзу, да блузка небесно-голубого цвета, запахивающаяся на груди и перехваченная несколько раз обвитым вокруг талии шнуром – смотрелись очень стильно, но здесь - совершенно неуместно. Ну и плевать, выше голову, Диана Морозова! Покажем мужланам, что такое настоящая леди. А одежду жалеть не будем. Её, в отличие от репутации, и купить можно.
Но не прошла я и ста шагов – а до хозяйского дома оставалось не меньше ста метров, как замерла, невольно ухватившись за локоть Сержа, оказавшегося рядом. До меня вдруг дошло, где я могла слышать показавшуюся знакомой фамилию управляющего! Глеб Макаров! Ой, мамочки! И что мне теперь делать?
- Ди, с тобой всё в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Моретти, и Токаев тут же развернулся.
- Всё хорошо, - широко улыбнулась я им, - споткнулась просто. Пойдемте, нечего стоять в этой грязи.
Не хватало еще, чтоб мальчики узнали про мою первую любовь! Да и с чего я так перепугалась? Такой распространенной фамилии как Макаров – еще поискать. Больше, чем уверена, что это не он. Да и тренер мой вовсе не на Прерию, он на Эдем улетал…
А сердце всё равно билось, как у пойманного в силки зайчишки.
Стешкино любимое выражение придало немного бодрости, я погладила его подарок, и вспомнила еще одно из арсенала моего друга: «Кто предупрежден, тот вооружен!» У меня целых сто метров, чтобы подготовиться к встрече! Ладно, семьдесят, шестьдесят пять… Прорвёмся! Я уже не та малышка, млеющая от каждого слова высокого мускулистого тренера. Я – журналистка Гугла, взрослая, состоявшаяся женщина! Только почему я ощущаю себя сейчас той малышкой? Что за наказание?!
Хорошо бы стать спокойной и уверенной в себе именно сейчас. Чтобы он увидел, что потерял, пожалел о своём поступке! Ох, я снова рассуждаю, как маленькая. Стоп. Будь, что будет. Хватит!
Так уговаривая себя, не заметила, как мы дошли до широкого крыльца большого двухэтажного дома, где на ступеньках сидел еще один вооруженный тип.
- Подождите немного, - сказал он вместо приветствия, разглядывая меня очень неприятным образом. – Управляющий занят. Как только освободится – сам выйдет к вам.
Какой гад! Водянистые серые глазки, казалось, ощупали меня с головы до ног. Как неприятно, что я позволила себе дать слабину, и не смогла встретить подобное должным образом. А это значит, ему удалось меня ранить. Уже и забыла, когда последний раз видела такой противный взгляд. Ах, да, на съёмках ночного пожара. Как же давно это было!
Марат с Сержем кивнули и повернулись к нему спинами, рассматривая двор. Наверное, не заметили его взгляда. Ну и хорошо. Последовала их примеру, чувствуя, что начинаю закипать. Да кто такой это Глеб Макаров, который заставляет нас ждать? Король местный?
Чтобы остыть, обратила внимание на загон для лошадей. Сколько же их много! Больше тридцати, если не ошибаюсь. Тоже для сафари, или разводят? Мне показалось, что они гораздо крупнее Земных, или это обман зрения? Безумно захотелось подойти ближе, рассмотреть их, может даже познакомиться с какой-нибудь кобылкой или жеребцом. Я сразу затосковала по своим любимцам, особенно по Сайгону. Как они там, без меня?
Сзади послышался звук открываемой двери, шаги, и знакомый голос произнёс:
- Господа, вы ко мне?
Мои спутники, живо обернулись, а я еще пару секунд помедлила. Именно лошадки помогли мне справиться с собой, как ни странно. Удалось изобразить спокойную, безразличную улыбку.
А он меня даже не узнал! Смотрел почтительно, в отличие от своего окружения. Дверь распахнул, приглашая внутрь. А может, и к лучшему?
Вслед за Маратом прошла через прихожую в широкое длинное помещение с обеденным столом на всю комнату. Грубые скамьи отодвинуты к стенам. Стол чисто вымыт и, похоже, даже выскоблен, и все равно в дерево въелись пятна за долгое время использования. Интересно, тут так много народу, что нужен такой громадный стол?
Серж шел сзади, и, когда Марат резко затормозил, не зная, куда дальше идти, наглый итальянец «врезался» в меня, на какую-то долю секунды прижавшись всем телом и положив руки мне на бедра. Откуда не ждёшь, как говориться! Но, как всегда в его случае, я даже возмутиться не успела, настолько мимолетно было это касание. А может, показалось просто, и причина пробежавшего по телу электрического тока – в чем-то, или, точнее, ком-то другом?
Обернулась и столкнулась с невозмутимым взглядом оператора. Потом разберусь! А Глеб Макаров хмурился, видимо, напрягая свою короткую память. Не успел убрать с лица недоуменное выражение.
- Налево, пожалуйста, - спохватился он. – Там мой кабинет.
Мы устроились на широком кожаном диванчике напротив массивного стола хозяина. Я посередине, парни – с боков.
Едва мы начали обсуждение репортажа о сафари, как Глеб прервался вдруг на полуслове. И я точно определила момент узнавания. Потрясение на его лице было так заметно, что оба моих приятеля с удивлением взглянули на меня, ища объяснение странному взгляду управляющего.
- Диана! – бесхитростно воскликнул тот, вскакивая из-за стола. Нет чтоб промолчать!
Я тоже поднялась, заставляя и остальных встать на ноги.
- Здравствуй, Глеб. Давно не виделись.
И только сейчас поняла, что тот «высокий мускулистый тренер» из прошлого чуть не на полголовы ниже меня, да и на вид сильно уступает по телосложению тому же Сержио, а уж тем более крепышу Марату. Хотя лицом – красив, это надо признать. И усов нет и гладко выбрит – следит за собой?
- Я не узнал сразу, - пробормотал он, - извини! Не ожидал встретить тебя здесь… Так ты теперь журналистка?
- Да, совершенно верно! Не будем отвлекаться... У нас очень плотный график сегодня. Возможно позже…
Я помахала неопределенно рукой, копируя пренебрежительный жест матери, и снова опустилась на диван.
Мальчики, обменявшись понимающими улыбками, предатели, и покрасневший Глеб снова заняли свои места.
Дальше обсуждение не клеилось. Макаров то и дело терял нить разговора, а Марат словно издевался над беднягой, умеет, оказывается. Только Сержио был мил и пару раз спас положение, засыпав вопросами о том, с каких ракурсов лучше снимать, какие еще экзотические животные есть на ранчо и всякой подобной чепухой. Он обычно не спрашивал никого советов по съемкам – сам решал, как и с каких ракурсов. Ощутив, что еще пять минут и я просто не выдержу этой комедии и совершу что-то ужасное, снова поднялась.
- Боюсь, нам пора, - произнесла насколько могла твёрдо. – Значит, встречаемся завтра, Глеб? Какое время вас устроит.
- Да да, как вам будет удобно.
- Тогда в девять утра? Вот и прекрасно. Не провожайте, мы найдем дорогу.
Я вышла первая, ощущая затылком взгляд управляющего. Ну и пусть смотрит. Даже не заметила, как добралась до коптера.
- В гостиницу? – Спросил Марат, пропуская меня в салон.
- Да, надо подготовиться к приёму.
Полет обратно проходил в молчании, я смотрела в окно и меня это нисколько не волновало. Ну почему, я чувствую себя сейчас такой маленькой и одинокой? Ведь всё хорошо прошло…
***


 все сообщения
КауриДата: Понедельник, 02.01.2012, 22:00 | Сообщение # 13
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава девятая. Окончание главы.

В номер негромко постучали, и я сразу отключила просмотр местных знаменитостей, чем занималась уже больше получаса. Всё еще пребывая в смятенных чувствах – шутка ли встретить первую любовь спустя несколько лет - занялась виртуальным знакомством со всей верхушкой власти на Прерии, без их согласия, разумеется. Программку скачала из местной сети, наверняка неполная, мне бы другого рода сведения, а не для первого класс начальной школы, но что есть, как говорится. Подозреваю, что программку для взрослых: «Кто есть кто», должна в итоге составить именно я. Но это точно не сейчас, пока же запомнить всех людей, которых предстояло увидеть на приеме, никак не получалось, хоть прогоняла программку уже добрую сотню раз. Лица уже примелькались, имена тоже выучила, а вот совместить одно с другим на проверочном этапе удавалось через раз.
Так что приходу админа обрадовалась, как школьница, которой позволили не делать домашнее задание в честь предстоящей домашней вечеринки. Марат выглядел впечатляюще в белой рубахе, расстегнутой на груди и распахнутом легком льняном пиджаке. Контраст с его смуглой кожей на несколько секунд заворожил, но поймав взгляд админа, ставший сразу тяжелым и пристальным, едва Токаев заметил мой интерес, небрежно сказала с извиняющей улыбкой:
- Не могла вспомнить, всё ли взяла. Привет.
- А-а. Добрый вечер. Выглядишь… - он замялся, подбирая нужное слово, и с чуть заметной улыбкой многозначительно окинул мое серебристое платье – длиной почти до пола, но декольтированное на грани приличия, - отлично!
- Ты тоже. Пойдем?
Моретти ждал нас возле коптера – в черной рубахе и таких же брюках он тоже смотрелся очень неплохо. На платье взглянул с открытой восхищенной улыбкой, подняв вверх большой палец, демонстрируя одобрение. Приятно, конечно, но сдержанная манера Марата мне понравилась больше.
Рысь я отпустила заниматься обустройством моего дома, поэтому «сладкое право» везти нас на прием получил всё тот же щуплый пилот, Шурик, проявивший чудеса храбрости на ранчо сафари несколько часов назад.
Серж забрался в кабину, а Марат устроился в салоне напротив меня – это уже становилось своеобразной традицией. Избегая задумчивый взгляд админа, я сразу включила в наушниках визора классическую музыку Земли двадцатого века, которая обычно помогала мне снять стресс в прошлой жизни – до Гугла. «Полет Кондора» в сочетании с видами из окна вдохновлял на приключения, а вовсе не на светский вечер. Как же я их не люблю, эти приемы, вспомнить хоть тот, последний, из моего репортажа… Нет уж, брр, лучше не стоит. И потом, здесь-то официальный прием у полпреда Прерии, а не закрытая тусовка для избранных в Москве. Искренне надеялась, что всё пройдет не так страшно. Наладить контакты необходимо, а может, и нарыть что-то удастся...
Невольно улыбнулась, представив себе, что скажет Марат, если я попрошу пилота увезти нас куда-нибудь далеко – за гряду видневшихся на горизонте гор, к примеру, или над океаном покатать, и отказалась от попытки даже шутить на эту тему. Админ, не смотря на внешнюю расслабленность, пребывал в непонятном напряжении, не стоило нервировать его еще больше.
Не успели мы сделать кружок над белым городом, максимум два, как посадку на территорию резиденции полпреда разрешили. Машина плавно опустилась на покрытую асфальтом поверхность. От края стоянки шла ковровая дорожка к самому входу в величественное здание с колоннами, украшенному по фасаду экзотическими живыми деревьями.
Сержио начал снимать еще до приземления, и теперь не отрывался от своих видоискателей. Грудь его была увешана дорогой аппаратурой, самая дешевая камера – была в свое время для меня запредельной мечтой. Вот, что значит работать в Гугл. Или это его личное оборудование? Спросить что ли?
Марат подал мне руку, демонстрируя безупречные манеры, и повел к дому. Под пальцами ощущала стальные мускулы его руки, видимо, спортом серьезно занимается. Может, попросить его научить серфингу? Или, не рисковать?
Нас встречали наверху широкой лестницы супруги Дашко, чему не могла не порадоваться – всё-таки знакомые лица. Дочка тоже присутствовала – миленько смотрелась в белом с голубыми вставками платье, уверена, что именно такая мода сейчас в Новом Париже, столице Эдема, которая в последнее время стала негласной законодательницей мод, переплюнув даже старый земной Париж.
Я оглядывалась в поисках знакомых лиц, чтобы проверить свою память, насколько хорошо подготовилась, но стоило заметить мужчину, со спины похожего на Глеба Макарова, как все пошло прахом. Он обернулся, медленно, заставив усиленно забиться сердце, и оказался совсем незнакомым. Но реакция оказалась необратимой. Рана, которая казалась затянувшейся и надежно покрытой рубцами, открылась вновь. Именно сейчас, в такой неподходящий момент! Я шла среди улыбающихся людей, здоровалась, отвечала на приветствия, даже улыбалась… А хотелось кричать, топать ногами, рыдать навзрыд... Мне казалось, что я одна, что вокруг пустыня, что никто меня не видит и не понимает, что даже соверши я сейчас что-то страшное, и тогда эти люди останутся равнодушными. Мне не место среди них, не место! И какая я журналистка? Что я такого совершила, чтобы занять это, совсем не свое место? Что я вообще могу, когда, стоило увидеть свою первую любовь, и сразу превратилась в то, чем и являлась – наивную девчонку, так же мало знающую о жизни, как в те свои пятнадцать лет, когда стояла перед взрослым другом и признавалась в своей всепоглощающей, единственной, настоящей любви.
Приступ жалости к себе длился и длился, когда боль в запястье заставила вынырнуть на поверхность. В уши ворвался шум, в глаза – яркие краски вечера, сияющего тысячью огней, улыбающихся или надменных лиц, дорогих нарядов.
И громкий шепот Марата прямо возле уха:
- Что происходит, черт возьми?! Очнись, Ди! Ты только что проигнорировала полпреда, а он, между прочим, сделал тебе комплимент.
- Да? Где он? – Боюсь в голосе моем не было и сотой доли того энтузиазма, которого ждал от меня Марат, когда я оглядывалась в поисках главного лица этой планеты.
- Ушел. Отвлекли. А может твое холодное «Впечатлена!» его отпугнуло. Нашла с кем из себя строить недотрогу.
Он явно злился, но последние слова и меня заставили вспыхнуть:
- Что ты сказал? Недотрогу?
Марат даже на шаг отступил, взглянув в мое лицо:
- Ди, мы работать должны… - пробормотал он, - извини, но ты же Спец Кор! Программа…
- Господин Токаев, - я улыбнулась так не вовремя взявшемуся откуда-то Михаилу Ступину, секретарю полпреда, насколько запомнила, приближавшемуся к нам за спиной админа, - познакомьте нас, будьте добры.
Марат оглянулся и, включив все свое обаяние, представил мне секретаря.
- Могу я украсть у вас на минутку прекрасную спутницу? – Нахально произнес тот, после обмена приветствиями. – Буквально на пять минут.
- Конечно, - сквозь зубы произнес Токаев и взглянул на меня мрачноватым взглядом, - буду ждать тебя у того бара, Диана, хорошо?
Я кивнула и последовала за секретарем. Тот ловко огибал гостей, придерживая меня за локоть, наверное, чтоб не сбежала. Меня не слишком интересовало, что ему от меня надо. Видимо, состояние боли и одиночества, не до конца покинули душу. Или журналистка из меня и правда, никакая? Где любопытство, где попытки нажить себе неприятностей в поисках «горячих» фактов? Где интуиция, в конце концов?
Помогло? Или то, что Ступин внезапно свернул в боковой проход, ведя меня по длинному, освещенному слабыми лампочками коридору, заставило прийти в себя и почувствовать особое ощущение чего-то интересного? Инстинкт охотницы? А может, жертвы?
Ладно, чего гадать, будем действовать по обстоятельствам.
- Прошу. – Открыв одну из многочисленных комнат, он пропустил меня вперед, а сам остался снаружи и плотно прикрыл за собой дверь.
О-па! Что бы это значило? Мне начинать бояться или подождать?
Полутьма, царившая в помещении, не сразу позволила разглядеть обстановку, довольно скромную, надо сказать. Диван, стол и пара стульев перед ним. Чей-то кабинет?
Боковая дверь распахнулась, и в комнату стремительным шагом вошел блистательный полпред собственной персоной. Уж его-то лицо я изучила хорошо еще на Земле. Скользкий тип, много слухов ходило в свое время среди девчонок нашего колледжа, когда этот потасканный красавец только-только стал министром Труда и Соцразвития. И сколько же догадок мы тогда строили, когда внезапно его отправили на Прерию полномочным представителем президента. Тогда мы много спорили, понижение это или повышение. И пришли к выводу, что с одной стороны – это скорее просто смена профиля, а в итоге шанс на повышение, а с другой стороны – очень мизерный шанс. Тогда мы не без оснований считали Прерию планетой даже не второго уровня. Да и третьего – с натяжкой. Это сейчас каким-то странным образом, она начала претендовать на первый, став одним махом на ступеньку выше. Непостижимый факт. А не его ли мне предстоит прояснить?
Что привлекло властей к этой молодой планете? Отчего ее рейтинг возрос до немыслимых высот, грозя затмить даже Эдем?
- И снова здравствуйте, - голос полпреда оказался очень красивым, этакий хрипловатый баритон. – Простите мне мою вольность, госпожа Морозова, - продолжал он, приблизившись ко мне на недопустимо короткое расстояние. А ведь и правда, красив и ухожен, вблизи это заметно еще лучше.
- Ну что вы, Андрей Васильевич, - я сделала маленький шаг назад, чтобы обрести пошатнувшуюся уверенность в себе и улыбнулась как можно искренней. – Позвольте узнать, чем обязана такому интересу? Ведь вчера вы вовсе не горели желанием дать нам интервью.
Несмотря на седину, пробивающуюся на висках, полпред выглядел молодо, а уж то, что он красавец мужчина я и до этого знала. Одни глаза – ироничные, с огоньком, чего стоят!
- Вчера я не знал, чья вы дочь, - усмехнулся он, как бы признаваясь в своей циничности.
- А теперь, когда узнали, это многое изменило? – подхватила я.
- Не будьте такой колючей, Диана Морозова. Признаюсь вам по секрету, когда-то я был безумно влюблен в вашу мать.
Ему сорок четыре – прикинула я мысленно, а матери сорок. Похоже на правду. Но какое мне до этого дело? В нее и сейчас влюбляются толпами, но я давно уже воспринимала это, как данность. Она до сих пор считается одной из первых красавиц Земли, несмотря на возраст и жесткую конкуренцию.
- Надо же!
- Но увидев вас сегодня, я сразу потерял голову, - горячо произнес полпред и взгляд его тут же стал каким-то масляным и неприятным, - вы украли мой покой, заставили почувствовать себя молодым…
Я даже не поняла, как руки этого ловеласа оказались за моей спиной, а губы на моей шее. Что еще он там говорил, и как позволил себе распустить руки, не поняла толком, все силы и душевные, и физические ушли на попытки вырваться. Вот скотина! И сильный, гад!
Подонок полпред выглядел смущенным и огорченным, отпустив меня также внезапно и даже отступив на пару шагов:
- Глупышка, - он даже не запыхался, - в наш век, когда жизнь несется стремительным потоком, надо ловить удачу за хвост, не упускать ни единого шанса. - Он резко оборвал нотацию и очень серьезно и порывисто произнес: - Простите мне эту вольность, Диана, я потерял голову, как мальчишка. Поверьте, со мной уже сто лет такого не было!
- Я... - дыхания не хватило, а от воспоминания о его настойчивых руках, шарящих по телу, просто передернуло, - я могу идти?
Он горько усмехнулся. Какое искреннее сожаление! Сволочь!
- Идите и развлекайтесь, дорогая Диана, - мягкость голоса и грустные глаза бесили, но я постаралась взять себя в руки. - Надеюсь, мне удастся загладить свою вину.
Почувствовав, что дыхание, наконец, удалось восстановить, а ярость слегка утихла, я кивнула:
- Я тоже на это надеюсь, Андрей Васильевич!
Он распахнул дверь:
- Зовите меня Андрей, право, Диана, я не такой уж старик. И позвольте проводить вас!
- Позвольте мне уйти самой, - не согласилась я. И спохватилась: – И как насчет интервью?
- Когда вам будет угодно. Еще раз простите.
Я вышла в знакомый уже коридор и подождала, когда он закроет дверь и оставит меня одну. Понял, видимо, на красивом лице мелькнула досада и что-то еще, но разбираться не стала.
Медленно пошла к залу, удивляясь, что, в общем-то, легко отделалась.
Как сказал Марат? Нашла с кем строить из себя недотрогу? Господи, наверное, по мнению админа, я должна бы сейчас кувыркаться с полпредом на том диванчике. Дрянная из меня журналистка, что и говорить!
Не успела это подумать, как услышала за приоткрытой дверью справа какой-то сдавленный возглас.
Замерла, соображая, что же делать, посмотреть, что там происходит, или поскорее пройти мимо?
Любопытство пересилило, просто нутром чувствовала, что сейчас я могла бы узнать что-то интересное. Попыталась тихонько открыть соседнюю, очень близко расположенную дверь, та легко поддалась, и я скользнула в какую-то темную совершенно пустую в данный момент кладовку.
Прижавшись ухом к стене, разобрала голоса двух мужчин. Даже тон, говорил о том, что я не ошиблась и обсуждают они что-то важное и секретное. Во всяком случае, хотелось в это верить. Как же слова-то разобрать? Ах да. Функция прослушки в визорах! Удалось их пронести в сумочке, куда спрятала, заметив, что все идут на прием без них. Достав, активировала, усилила функцию микрофона до максимума. Но голосов не было. Вообще. Полная тишина.
Внезапно дверь в кладовку распахнулась, и я увидела двоих мужчин, совершенно незнакомых.
- И давно вы здесь? - Произнес старший, таким голосом, что мне захотелось съежиться и раствориться в воздухе, хоть и смотрел он на меня снизу вверх.
- Зашла проверить почту, - соврала первое, что пришло в голову. - Я знаю, что на приеме визоры нельзя надевать, но мне должно прийти важное сообщение...
- Ты ей веришь? - спросил невысокий этот субъект второго человека, молодого и красивого, но с таким же холодным взглядом.
- Боюсь, что нет, - лаконично ответил молодой.
Как тут появился Марат, просто не представляю. Он вдруг раздвинул этих странных мужичков, явно наделенных какой-то властью, словно это какие-то школьники, не вовремя обступившие учительницу.
- Ди, куда ты пропала? – сдерживая недовольство, бесцеремонно заговорил он, - И сними визоры, здесь считается дурным тоном их надевать. Пойдем, несколько человек просто горят желанием тебя видеть.
В кои-то веки я готова была расцеловать своего мрачного админа. Только он явно не разделял это чувство.
- Повернись-ка, - вдруг попросил он.
Я развернулась и вздрогнула, ощутив прикосновение его пальцев. Да что ж такое?!
- Что за хрень, - сквозь зубы ругнулся он, вернув мне душевное спокойствие, - как это застегивается?
Я не успела ответить, сам справился, а после повернул к себе лицом и подозрительно спросил:
- Ди, ты где была? И… чем занималась?
- Марат, спасибо тебе большое! Ты уверен, что теперь с платьем всё в порядке?
Я медленно покрутилась перед ним, чтобы смог всю разглядеть, надеясь, что это отвлечет от дурацких вопросов.
Так и случилось.
- Все нормально, - он резко повернулся к выходу и чуть склонил голову к плечу, - ты идешь?
- Пять секунд! - нужно ведь спрятать визоры обратно в сумочку. – Готова.
Парочка заговорщиков, как я успела их окрестить, попросту куда-то исчезли, когда мы вышли из кладовки. Интересно, о чем они говорили?
Из бокового коридора вынырнул Сержио и радостно заулыбался:
- Ребята, вы куда пропали? Я вас везде ищу. Глупые правила с этими визорами!
- И не говори, - поддержала его я. – А что такое, что случилось?
- Да я тут с парнем одним разговорился, он обещал похлопотать насчет интервью с полпредом.
Марат тут же ощетинился:
- Разве это твоя забота, Моретти?
Итальянец в ответ нахально усмехнулся, наверняка желая сказать какую-нибудь сомнительную шутку. А ведь админ может ответить очень агрессивно, странный он сегодня – и ведь вроде не пил.
- С интервью всё в порядке, - быстро произнесла я. – Полпред лично обещал мне интервью в любое удобное время.
- Лично? – почти хором переспросили парни и уставились оба на меня, словно увидели впервые.
- Да! – я раздвинула их и пошла вперед. Бог знает, о чем они там подумали. Наверняка какую-нибудь гадость. Ну и пусть!
Вечер шел своим чередом, удалось взять короткие интервью у пяти более-менее известных лиц планеты, посплетничать с их женами, испробовать чудные деликатесы местной кухни, и даже взять себя в руки и вежливо поговорить с полпредом, подошедшим попрощаться.
Представив ему Марата и Сержа, удивилась, насколько сердечным он может выглядеть. Рукопожатия смотрелись очень мило. Его взгляд и улыбка изменились, когда он целовал мою руку, выражая надежду на скорую встречу. И парни наверняка это заметили. Ну и пусть, главное – что вечер закончился, и мы, наконец, летим домой.
Только в салоне коптера я смогла немного расслабиться, незаметно вытирая руку, обслюнявленную полпредом. Марат сидел, прикрыв глаза, видно, тоже устал. И я порадовалась, что не мучает меня опять всякими вопросами неуместными. Пусть уж лучше молчит.
Сержио, когда я спустилась по трапу на освещенную площадку для коптеров возле отеля, обеспокоенно спросил:
- Ди, ты сказала, что завтра на ранчо будем к девяти. Не слишком рано? Уже почти три ночи.
- Пожалуй, - уверенности, что решение правильное не было, - Марат, позвони ему утром, скажи, что будем к двенадцати.
- Слушаюсь, мой командир, - буркнул Админ.
Причина его плохого настроения выяснилась возле двери в мой номер.
Неожиданно развернув меня к себе, он резко спросил:
- Ты соображаешь, что делаешь?
- О чем ты? – искренне удивилась я.
- Не притворяйся дурочкой, Ди! Твоя связь с полпредом это очень плохая идея! Он быстро остынет, а отношение к бывшим у него специфическое, это осложнит наше положение!
Возмущение поднялось во мне горячей волной:
- Не ты ли советовал не быть с ним недотрогой?!
- Боже! – Он отступил на шаг. – И что, ты переспала с ним?
- Нет, ничего не было, - вздохнула я, разом теряя свой запал. Потрясение на его лице слишком расстроило, чтобы и дальше сердиться. – Извини, Марат, я очень устала.
Теперь он был полон раскаяния:
- Прости!

Он вдруг приблизился, и я уловила запах алкоголя.
- Ди я…
Ох, похоже, он собрался меня поцеловать! И что с этим делать?
Положение спас появившийся в конце коридора Моретти. Токаев резко отстранился, пробормотал что-то вроде «Спокойной ночи!» и, не оглядываясь, ушел в другом направлении.
- На пару слов, Ди, - Сержио, зашел за мной в номер, не спрашивая разрешения.
Закрыв за собой дверь, он произнёс слегка заплетающимся языком:
- Я это, тут подумал…
- Ты пьян? – пораженно спросила я.
- О, совсем немного, - хмыкнул итальянец. – Так вот, не трогай Марата. Оставь его в покое. Если ты затеешь с ним интрижку, то всё испортишь, понимаешь? Нам только не хватало ревности и прочего.
- С ума сошел? – разозлилась я.
- Вполне в здравом уме, - он качнулся ко мне и с усмешкой добавил: - если уж тебе так нужно заняться сексом, я ж понимаю, для здоровья и так далее, можешь располагать мной, я не против.
- Что-что? – мне казалось я сама схожу с ума.
- Ну как бы, можем прямо сейчас, - мгновение и Моретти оказался стоящим вплотную ко мне. Без предупреждения, или какого-то намека на это, он обхватил меня рукой за шею, а другую нагло пристроил чуть ниже талии, прижавшись к моим губам в самом, что ни на есть, откровенном поцелуе.
От пощечины он увернулся, когда мне удалось-таки вырваться и, подмигнув, просто покинул номер, осторожно прикрыв за собой дверь.
И опять я не знала, смеяться мне или плакать. Что за день такой, почему все словно с цепи сорвались?!
Мужики! Негодяи они все, только одно нужно!
Моретти у меня еще получит! Пьяный дурак.
Вся в растрепанных чувствах я пошла в душ и долго стояла под горячими струями, смывающими непрошеные слезы. Только забравшись с головой под одеяло, я ощутила, что начинаю успокаиваться, потянулась к сумочке, брошенной у кровати, и достала визоры. Какая глупость, отключать их! Будильник поставила на десять – надо выспаться. И тут заметила новое сообщение от «скрытого» абонента. Сердце радостно дернулось – вот чего мне сегодня не хватает, романтичного стихотворения от неизвестного поклонника! А я и забыла о нем за всеми передрягами дня. Прочла:

«Эскадрон идет, пыля,
в белой пене трензеля.
Собираются девчата,
расступаются поля.

Головные, не ленись,
ну-ка повод, ну-ка рысь!
Разберемся на привале,
с чьими - чьи глаза сошлись.

Черноглазая строга,
смотрит, словно на врага,
целый день с ней тары-бары,
чтобы вечером в стога.

С кареглазою, небось,
все пошло бы вкривь и вкось,
целовались бы всё время,
спали много бы, но врозь.

Синеглазая вполне
подошла бы нравом мне,
отношенья прояснили б
за часок наедине.

Так что, головные, не ленись,
ну-ка повод, ну-ка рысь!
Разберемся на привале,
с чьими - чьи глаза сошлись...»


Несколько секунд я смотрела на строчки песенки в полном отупении. А я-то размечталась. Все они одинаковые! Нет, слез больше не было, но разозлилась я не на шутку. Отвечу, сам напросился!

«Знаешь что, дорогой друг? Мне плевать, что ты там себе возомнил. Но у тебя правильные стихи, четко отражают суть! Вот и ищи себе этих черноглазых, кареглазых и синеглазых, и выбирай, сколько влезет! А обо мне забудь! Мне даром не надо больше твоих стихов, так что засунь их себе - сам знаешь куда. И отстань, без тебя тошно!»

Отправила и как-то легче стало. Понимала, что это грубо и не стоило так делать, но раскаяния не чувствовала. Да пропади он пропадом, этот неизвестный. Мне реальных проблем с мужиками хватает. «Да и не только с ними»,- вспомнила, уже засыпая, свой злосчастный репортаж для Гугла. Как давно это было!


 все сообщения
КауриДата: Вторник, 10.01.2012, 18:39 | Сообщение # 14
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 10

Утром я почувствовала себя гораздо лучше, хотя, казалось бы, не с чего. И спала-то всего четыре часа, но валяться в постели дольше настроения не было совсем. Позвонила Рыси – узнать, как продвигаются дела с домом и услышала, что ура-ура – дом готов к приему хозяйки. Нет – не прямо сейчас, часам к шести вечера можно переезжать, последние штрихи доделать нужно. И да, не могла бы я скинуть сорок тысяч на покупку катера, который нашел для меня Вик? Научиться – не проблема, конечно, сама буду управлять.
Полная радостных предчувствий, я пошла в душ в прекрасном настроении. Ехать на ранчо не хотелось категорически, но работа есть работа. И еще одна идея пришла в голову, когда, кутаясь в теплый халат, по привычки смотрела на океанские волны, накатывающие на белый песок пляжа.
Снова позвонила Оле, та задумалась и через несколько секунд объявила, что сама за мной приедет, так как в доме уже и без нее справятся. Кто там справляется - уточнять не стала, если кому и доверять в этом новом мире, то почему не Рыси и Вику.
И вот я в кабине синенького коптера.
- Сразу к портному или покатать вас? – хитро улыбнулась девчонка.
- Оль, давай на «ты» уже. И – да, почему бы не покататься?
И вот мы в воздухе, и я забыла обо всем на свете. Эх, какие виражи закладывала рысь над океаном, а потом полет над хребтом, где внизу виднелся мой дом, над какими-то полями, потом снова горы. Скорость пьянила, кажется, я смеялась, а Рысь выглядела довольной, как кошка, объевшаяся сметаной. Жаль, всё когда-то кончается, и скоро мы приземлялись в Сити.
Магазинчик Палыча, как запросто называла этого бородатого мужика Оля, находился в полуподвальном помещении. Спустившись на несколько ступенек, мы оказались перед решеткой, за которой виднелся стол и спящий на нем юнец.
- О-о, Рысь, быстро ты, - пробормотал он, усиленно протирая глаза кулаками.
Нажав кнопку, отпер перед нами решетку и снова закрыл, не успели мы войти.
- Ох, - только и сказал мальчишка, посмотрев на меня. Хотя сегодня я оделась более чем скромно, внимание паренька было приятно.
- Это Диана, - затараторила Рысь, - нам надо ее одеть так, чтоб все попадали. Где Палыч, он сказал, что будет нас ждать. Где Оксана? Пришла уже? Гришка, ну давай, проснись, у нас всего два часа, максимум три.
Гришка проснулся, точнее – оторвал от меня завороженный взгляд и бросился в правую дверь:
- Я сейчас, - крикнул он.
- Ну, подождем немножко, - удовлетворенно сказала Рысь, не понятно на чем основываясь.
Из каморки со столом перед входной решеткой вели еще две двери. Оля пояснила, что за одной – оружие и «всякие прибамбасы», а за другой – как раз одежка и тоже «всякие примочки». И что открываются они обычно в девять, а сейчас только восемь, вот и надо подождать, хотя она всех предупредила.
Из правой двери, ведущей, как гласила табличка, в служебное помещение, высунулась голова Гришки, и парень сообщил, что можно зайти.
Бородач Палыч пугал своим видом и габаритами, странно было видеть его вторую половинку, высокую худенькую и гибкую Оксану.
- Хм, новая подружка? – осведомился Палыч у Рыси, и получив положительный ответ, закивал. – Ну что ж, за дело тогда. Ксюх, ты уж постарайся, придай этой малышке нормальный вид, окей?
Оксана окинула меня критическим взглядом, бесцеремонно покрутила перед собой, постояла, склонив голову набок и решительно заявила:
- Сделаем, Палыч, не боись. Девчонки, за мной, мальчишки, не подглядывать!
Следующие два часа Оксана при помощи Рыси мучали меня, как хотели, зато ровно в десять, мы вышли в залитый солнцем город, вполне довольные своей авантюрой с большим и увесистым мешком, который Рысь нести мне не позволила.
Прибыв в гостиницу, Ольча велела попробовать мне одеться самой, а она потом оценит. Не всегда же, мол, она сможет оказаться рядом.
Я разложила обновки на кровати, хотя по виду и не скажешь, что это новье, скорее секонд хенд, и принялась одеваться, как учила Оксана.
Вернулась Рысь и, придирчиво обойдя кругом, широко улыбнулась и подняла вверх большой палец!
- Получилось! – вынесла она вердикт. – Знаешь, Ди, камуфляж далеко не всегда смотрится так хорошо на девчонках. А ты еще и высокая. Но, правда, здорово! Еще бы манеры…
И полчаса она учила меня, как двигаться во всем этом. Как ни странно высокие ботинки на шнуровке с толстенной подошвой, оказались достаточно удобными, в них, да во всем остальном сурвайверском одеянии, невольно чувствуешь себя другим человеком. Грубее, свободнее... как-то так.
- А знаешь, - сказала, наконец, Рысь, без сил повалившись на мою кровать, - не нужно тебя учить, пусть ты не такая как все, но ведь это круто. А куда ты в таком виде?
- Так на ранчо едем.
- Сафари? – встрепенулась девчонка. – Кто везет? Стоп, стоп, можно я повезу. Сейчас отзвонюсь Вику… Пожа-алуйста!
- Конечно, - засмеялась я, - я буду только рада. Вот скажи, там лошади – это ваши, на них кататься можно?
- Наши…, - глаза Рыси сверкали, - о, а хочешь прикол? Об этом почти никто не знает. Только если ты кататься умеешь. Верхом, в смысле.
- Умею вроде.
- Вроде – мало. Надо хорошо уметь.
- Ладно, хорошо умею, с детства почти.
- Отлично! Есть там один жеребец, Команчи, зверюга просто. Подлая и опасная тварь. Даже самые крутые мужики его бояться, лишний раз не подойдут. И правильно делают! Но есть в нем одна особенность, ничем не объяснимая. Этот казанова обожает девушек, особенно блондинок, как ни странно. Шучу, всех девчонок любит, шелковый становится. Я это обнаружила случайно. Со злости на нем покататься решила. Ночью было дело, никто не видел. Сначала думала, это я такая исключительная, а потом на Оксане проверила и еще на одной девчонке, и еще. Они-то не проболтаются. Вот, берегла это открытие к какому-нибудь случаю.
- Так он Команчи или Казанова? – загорелась я предвкушением веселенькой проделки.
- Команчи, не перепутай. А то Казанова там тоже есть, так он не посмотрит девушка ты, или медведь. Совсем дикий, не объезженный еще. И до дам шибко охоч, до своих кобылок, в смысле, вот и прозвали.
Стук в дверь прервал наш занимательный разговор.
- Ди, ты там проснулась? – послышался бесцеремонный голос Моретти, - Мы тебя в баре подождем, хорошо?
- И тебе доброе утро, - ответила я, подойдя к двери, - скоро буду.
- Ага! – послышался удаляющийся топот.
Грубиян. И где «прости, пожалуйста» за вчерашнее?
- Можем идти, - сообщила Рысь, - Вику я сообщила, всё сам закончит, так что вечером переезжаем! Ты всегда такая сдержанная?
- Э-э?
- Ну, я бы сейчас вопила и прыгала, а ты только улыбаешься глазами.
- Глазами? Ох, Оль, скажешь тоже, пойдем уже!
Парни сидели за столиком, развалившись на своих креслах. Марат страдал от похмелья, судя по бледности и красноватому напитку в стакане – как там этот напиток называется? Неважно.
Серж выглядел бодрым и здоровым. Самое смешное, что они оба были в камуфляжных штанах и грубых ботинках, Марат в зеленой футболке, Серж, как всегда – в черной. Так что идея их удивить оказалась неудачной.
- Рысь, а где… - Серж запнулся, уставившись на меня, и вдруг захохотал. Весело так, запрокинув голову. Марат не смеялся, но усмешка была очень нахальная.
Я пожала плечом, устроилась на свободном месте и заказала поспешно подбежавшему официанту стакан сока. Рысь незаметно мне подмигнула, и тоже попросила сока.
- Ну и чего смешного? – спросила я у Сержа, который, наконец, успокоился более-менее.
- Да ничего. Просто не ожидал, что и ты тоже… Красотка! Тебе идет!
- Прикольно смотришься, Ди. Мне нравится! – Поддержал его Марат. – Смотреть на тебя – одно удовольствие! Так бы и съел!
- Какие вы всё-таки! Хватит зубоскалить, пора ехать на ранчо.
Честно говоря, ожидала от них хоть каких-то извинений за вчерашний день, но даже тени раскаяния не заметила. Вели себя как обычно, негодяи. Ну ладно, пускай, так, наверное, и лучше.
Узнав, что на этот раз нас везет Рысь, Серж просиял, а Марат поморщился. Ничего не меняется!
А у коптера нас ждали Леночка и Егор, хоть и не в камуфляже, но вполне по походному одетые.
- Понимаешь, Диана, - сразу объяснила Леночка, твоя передача еще нескоро а нам дядя Леша велел тебя для завтрашней местной передачи поснимать, интервью там и всё такое. Ты не против?
Вот не ожидала. Мой вид, как ни странно, явно разочаровал ее, что вызвало очередной смешок Сержа:
- Лен, не огорчайся, у меня куча материала, где она в своих крутых тряпках, поделюсь, - сказал он, забираясь в кабину.
- Не против, - запоздало ответила я. – Вы с нами? Мы на ранчо.
Леночка просияла от слов Моретти, а Егор подтвердил, что да, с нами.
Так что в салоне коптера нас было четверо. Я даже порадовалась, все-таки в такой компании мне будет легче общаться с бывшим тренером Глебом. Во всяком случае, я на это надеялась.
- Пристегните ремни, - раздался голос Рыси, - полетим с ветерком.
- Эй, только без всяких там штучек, - отозвался админ.
- Ага, - совсем непочтительно хмыкнула Оля, поднимая машину в воздух.
***
Уж не знаю, в прошлый раз готовились к чему-то интересному, а вышло, прямо скажем, не очень. В этот раз – напротив, все поводы были к плохому настроению, и прочим переживаниям, а выгружались из коптера мы веселой гурьбой, так что я даже забыла, отчего надо грустить. Что уж нас так развеселило? То ли «качели», как назвал это Серж, когда мы - то взмывали вверх, то падали вниз, отчего внутри всё переворачивалось и наполнялось непонятным счастьем. То ли крутой вираж, заложенный Рысью прямо над перевалом, даже я не удержалась от восторженного крика. Разве что Марат побледнел, а потом ругался очень нехорошими словами, но как-то совсем беззлобно. Однако надрать Рыси задницу обещал на полном серьезе, на что дерзкая девчонка ответила, что «уже предвкушает», вызвав общий смех и задумчивый, откровенно интимный взгляд админа - меня даже пробрало, хоть предназначался он моему пилоту. Оля взгляд его игнорировать не стала, подмигнула заговорщически, но тут же рассмеялась так весело, словно ребенок малый. Надо было видеть кислую мину Токаева. А что он хотел?! Ей же всего… А сколько? Не помню точно, но всяко, не больше шестнадцати. Ребенок и есть.
- Нас кто-нибудь собирается встречать? - весело крикнул Марат в очень залихватской манере, нарушая окружающую тишину и перекрывая наш гомон.
- Эй, не пугай так народ, - очень деловая и довольная собой Рысь ловко увернулась от подзатыльника Админа, а вот Сержу удалось шлепнуть ее по заднице.
- Давай, не дразни взрослых дяденек, а позови кого-нибудь, раз всё тут знаешь, - напутствовал её Моретти.
- Да зачем, пойдемте в главный офис, дорогу-то знаем, - я решительно направилась к дому, остальные сразу потянулись за мной.
- И то правда, - одобрительно пробормотал Марат.
Леночка о чем-то совещалась с Егором, съемочное оборудование которого выглядело гораздо скромнее, чем у Моретти. Видимо, решали, когда будут брать у меня интервью. Невольно старалась идти уверенней под прицелом аж двух операторов. Даже новая встреча с Глебом не так напрягала.
А он уже торопливо спускался со ступенек. Как же он хорош собой! Сердце на мгновение сделало скачок, отозвавшись где-то глубоко внутри сладкой болью. Но это быстро прошло. Не было той тоски, той отчаянной надежды, как пять лет назад. Может потому, что теперь меня окружали мужчины, как минимум не хуже его, как по моральным и душевным качествам, так и по внешности.
- Приветствую вас, господа! Диана…
- Здравствуйте, Глеб, - вежливо прервала я его явно заранее заготовленную речь, и представила Лену с Егором, - с Олей, надо полагать, ты знаком?
Он глянул на Рысь и кивнул:
- Привет, Ольча! – и сразу снова повернулся ко мне: - Я бы хотел поговорить с тобой… с вами, Диана. Не прямо сейчас. Может, после сафари?
Ой-ой! Сразу поняла, что я лично – не хочу. Но не говорить же об этом.
- А что, мы едем на сафари? – уцепилась я за его фразу, показывая искреннее удивление.
- Ну как договаривались, - Глеб растерянно взглянул на Марата, - по малому маршруту. К вечеру вернемся. Жаль, что не смогли с утра, но так тоже вполне успеваем. Всё уже готово.
Админ панибратски обнял меня за талию и очень нежно улыбнулся:
- Тебе понравится, дорогая! Я просто не стал заранее тебя пугать.
- Да я не боюсь, просто не ожидала, - пришлось убрать его руку с талии, а то Глеб итак смотрел на Марата, словно он ему активно не нравится. И это чувство, похоже, было взаимным.
Ох уж это мне мужское соперничество! И ведь даже не во мне дело, вот что обидно. Во всяком случае, очень надеялась, что не во мне.
- Оружие вы конечно не прихватили? – гораздо прохладней спросил Марата управляющий с едва заметной ноткой превосходства.
- Ну почему же, - ухмыльнулся тот, - захватили. Кто же по Прерии без оружия гуляет?
Начинается! Смотреть на это безобразие сил не было.
- Мне бы надо в дом зайти на пару минут, - потупившись, сообщила я Глебу, - не проводите?
И когда он радостно дернулся, чтобы ответить что-нибудь утвердительное, я поспешно добавила:
- Ой, Рысь же всё здесь знает, она меня и проводит, не беспокойтесь.
- Давай только недолго, Ди, - проворчал Марат и повернулся к Моретти, снимающему то ли нас, то ли далекие виды горных вершин за нашими спинами, - Серж, сходим за ружьями? Они ведь в коптере?
- Ага, там же, где бросили, - хмыкнула Оля. Забежав за мою спину, она показала админу язык. – Пошли, Диан, покажу, где тут душ и всякое такое.
- Доиграешься, малявка, - крикнул нам вслед Марат.
На этот раз в доме Рысь сразу повела меня направо, в маленькую кухню. За столом сидела очень красивая девушка. Она испуганно подняла на нас большие глаза и сразу с облегчением улыбнулась моей спутнице:
- Надюшка! - удивленно воскликнула Оля, - какими судьбами?
- Да вот, начальник в город отпустил, а коптер не выпускают – техобслуживание, хорошо, если совсем не спишут, вот и зависли неизвестно насколько. А ты как, Оль?
Меня поразил ее голос, такой удивительный, никогда подобного не слышала.
- Ой, - спохватилась Рысь, - это Диана, журналист – только с Земли. Это Надюшка из команды геологов, там у Глеба брат…
Вспомнился молоденький мальчик, Истоков, кажется, который тоже в геологоразведку собирался или что-то в этом роде. Спросила о нем Надежду, и та подтвердила, что должны были два мальчика к ним приехать, но по дороге попали в непогоду.
- Туманы на перевале, - серьезно пояснила она, - порой садятся такие плотные, что на расстоянии вытянутой руки ничего не видно – словно в молоко угодил. А погода меняется - и глазом не успеваешь моргнуть, как тут же дождь, или град, или вообще снег, хотя до этого светило солнце. Но это уже ближе к осени. Мы-то летели нормально - чистое небо…
Рассказывать она умела и делала это с удовольствием, а уж голос, немножко грассирующее «р» и какая-то особенная мелодичность очаровывали. Хотелось слушать и слушать. Решила позже еще порасспросить новую знакомую про геологов - такие девушки там работают увлеченные, и мальчики - Леонид Истоков, к примеру, чья судьба заинтересовала меня еще в космопорту. Было в нем что-то такое...
Попросив подождать, пошла искать сан узел. Нашла быстро и оценила местные удобства положительно – хуже, чем надеялась, но лучше, чем опасалась. Тесновато, но и горячая вода есть, и холодная, да и вообще – чистенько так, женская рука ощущается. Хотя – кто ж его знает, может мужики тут такие чистоплотные? Во всяком случае, кроме Надежды, я пока женщин тут не видела.
Выйдя из крохотного помещения, перепутала направление и пошла в другую сторону коридора. Дом-то большой, коридоры узкие, лестница есть наверх… Точно не сюда. Завернув за очередной поворот, увидела у окна, забранного решеткой, парня, сидящего на стуле с автоматом поперек колен.
Видимо он ожидал кого-то другого, потому что в глазах отразилось безмерное удивление. Но замешкался этот тип лишь на пару мгновений. Вскочив со стула, он направил на меня автомат и грозно, хрипловатым голосом заявил:
- Эй, леди, тут ходить нельзя! Уходите! Немедленно!
Дуло автомата смотрело прямо на меня. Очень неприятное чувство. Но даже это не заглушило жгучее любопытство: что могут охранять таким образом внутри дома на и так охраняемой территории?
- Извините, не могу выход найти, - пробормотала я, отступая на шаг. Парень выглядел очень серьезно, и лишней секунды оставаться здесь не хотелось. Но упрямо смотрела на него, ожидая ответа.
- Направо, потом налево два раза, потом снова направо! – Словно нехотя, холодно ответил он и качнул кончиком автомата: - Ну?!
Грубиян! Не удержалась и улыбнулась ему самой обольстительной улыбкой. Эффекта ноль, но всё-таки.
До девчонок добралась быстро, но к ним присоединился Глеб, потому расспросить Рысь не удалось.
Макаров посмотрел настороженно, но тут же улыбнулся.
- Диана, вы как, готовы? Или, может, отложим на другой день, поздновато вы приехали…
Он явно нервничал, и не очень похоже, что из-за моей неотразимости. Это связанно с тем охранником? Что здесь происходит?
- Если честно, я в охоте вообще ничего не понимаю, да и жестоким считаю убийство невинных животных.
- Невинных? – хмыкнул Глеб, но дальше тему не стал развивать. Повернулся к Надежде:
- Ты сейчас в город поедешь? А то оставайся, комнату найдем, а с утра отвезу тебя? Все равно ваш коптер починят не раньше чем через три дня, я узнавал.
Девушка кивнула, но в ее больших глазах показались слезы. Рысь вздохнула и искоса посмотрела на меня. Ну вот, детский сад какой-то. Ну да, коптер у нас есть, могли бы помочь девушке.
- Вас там очень ждут? – поинтересовалась я.
Она растеряно пожала плечом:
- Наверное. Тетя Люся и … Павел…
- Вот как, - Глеб подмигнул ей и показался в этот момент очень неприятным, - уже просто Павел?
Надежда вспыхнула и вздернула подбородок:
- Павел Петрович. Что ты, Глеб, говоришь такое! Не стыдно?
- Извини, Надюшка, - не слишком искренне отозвался он.
- А далеко вам туда? – спросила я, прикидывая, что сюжетик о геологах мне нравится даже больше, чем сафари. А что, в самом деле. Слетаем неофициально, поговорим с простыми трудягами, авось скажут что-то такое, чего не услышишь у их начальства. Тем более – если Надюшку привезем, нам будут благодарны – наверное… Хотя, кто его знает.
- Полторы тысячи километров на Северо-Запад, - живо отозвалась девушка. - Очень далеко. Просто так никто не полетит, или заломят мою годовую зарплату. Часов семь лету – это в лучшем случае. Надо нашего пилота ждать.
Несколько наводящих вопросов и ситуация стала ясна: Вчера вечером Надюшка прилетела в Ново-Плесецк с мальчиками из отряда. Она просто так, навестить знакомую, да и просто проветриться, а они – за грузом. Пилот, нарушив какие-то правила, в эту ночь куда-то гонял машину и в итоге – та встала на ремонт, вместо того, чтобы утром везти их обратно. Чего и как - Надежде не сообщили, только то, что дня три подождать придется. А девушка по непонятным причинам сильно рвалась обратно в глушь. Обегала всех знакомых, в надежде найти способ вернуться раньше, а на Глеба, старого знакомого – у нее была последняя надежда. Но и тот ей не помог. На ранчо коптера свободного не оказалось.
- Епифанов будет недоволен, - закончила девушка очень подавленным голосом.
- Епифанов Павел? - удивленно воскликнула Рысь. – Ты никогда его по фамилии не называла! Это же друг Викинга! Ди, ты помнишь, как Вик про дом рассказывал – вот Паша и был второй друг, и Вася…, который погиб.
- Вот как! – но слова Рыси стали лишь дополнительным стимулом, решение я уже приняла, - Скажите, Надежда, а ваш Павел Петрович Епифанов согласился бы дать мне небольшое интервью, если мы вас отвезем?
- О! Ну конечно! – Она вскочила. – Я уговорю его!
- Интересно, как? - хмыкнул Глеб, о присутствии которого я и забыла было. – Насколько я помню этого упёртого парня, журналистов он не жалует.
- Найду способ, - пожала плечом девушка, - и нечего ухмыляться. Кстати, Глеб, говорят, твой брат был в ярости в день моего отъезда. Не ты ли его разозлил? Как раз ведь, от тебя посылка брату была…
Макаров вдруг потемнел лицом и чуть ли не с ненавистью глянул на девушку. Он тут же взял себя в руки, не слишком естественно рассмеявшись, а я подумала о том, что совсем его не знаю. И не знала. Вряд ли так можно измениться за пять лет!
- Неужто, повезете ее? – спросил он – Или вы просто боитесь сафари? Передумали?
Взгляд голубых глаз не потревожил на этот раз моего сердца, а вызов в них задел. Да кто он такой!
- Почему передумали? Вовсе нет. Съездим на сафари, а потом слетаем. Кстати, лошадь мне не подберете прокатиться? Или вы на машинах?
- Лошадь? – удивился Глеб. – Диана, это не элитные лошадки, к которым вы привыкли, это мустанги. К тому же – как давно вы сидели в седле?
- Вы не ответили.
Он смешался. На скулах заходили желваки. Все не может привыкнуть, что я не та малышка, которую он обидел?
- Да, мы берем лошадей. Есть участки, по которым верхом можно проехать, а на машине – нет. Но, вы понимаете, что это…
- Мустанги?! Да, я поняла. Надеюсь, мне достанется не какая-нибудь кляча?
Он выпрямился во весь рост, отлипнув от дверного косяка и улыбнулся, хотя в глазах затаилась злость. Может, потому, что приходилось смотреть на меня снизу вверх?
- Слушаюсь, госпожа Морозова. Подберем вам самого лучшего жеребца! – щелкнув каблуками сапог, он вышел из кухоньки. Громко хлопнула выходная дверь.
- Ого, - Оля вытянула ноги и посмотрела на меня лукаво, - мне кажется, ты его разозлила, Диана! Сейчас как оседлает тебе Команчи!
Мы немножко посмеялись, посвятив Надюшку в историю с подлым жеребцом. А потом все трое пошли на улицу. Девушка с самым сексуальным голосом на свете, чего, судя по всему, сама она не сознавала, согласилась прогуляться вместе с нами на сафари. Вот и славно.
Перед домом уже стояли две машины – высокая, с открытым верхом, судя по всему, вездеход какой-то, и крытый фургон для лошадей. Егор, Леночка и Марат уже забрались в вездеход, а Сержио куда-то пропал. Потом поняла – ехал к нам рядом с кем-то из местных на лошади, оба в поводу вели еще по две. Не ожидала, что Моретти умеет верхом ездить. А Марат, интересно, сможет?
Значит, и правда на лошадях предстоит ехать, неожиданно дошло до моего сознания. И сразу внутри поднялась необъяснимая радость. Не об этом ли я мечтала? Кажется, я уже люблю эту непутевую Прерию. Проверила в кармане несколько кусочков сахара, которые удалось захватить на кухне и шагнула навстречу Сержу, но тот сразу свернул к фургону:
- Не спеши, Наездница, - крикнул весело. - Тебе Макаров обещал оседлать какую-то особую лошадку.
- Я верхом не поеду, - услышала я голос Рыси, - в машине подожду вас, если что.
Увидела краем глаза, как они с Надюшкой забираются в вездеход. А потом все внимание обратила на жеребца, которого вел ко мне Глеб. Не сказала бы, что красавец - Сайгон, пожалуй, получше смотрелся, но порода хорошая – похожа на вестфальскую. Голова менее благородная, чем у моих любимцев, шея средней длины, холка выражена хорошо. Корпус широкий и глубокий, и, должно быть, сильные задние ноги. Круп длинный, приспущенный.
Глеб подвел жеребца прямо ко мне и с нарочито вежливой улыбкой поинтересовался:
- Подсадить?
- Дай мне пять минут.
- Окей. - Он сунул мне в руки повод. – Хоть десять, я пока распоряжусь насчет сопровождения.
Он быстрым шагом ушел в дом, оставив меня с раздувающим ноздри жеребцом.
Как учила Алекс в далеком прошлом, я тихо и ласково заговорила с умным животным, осторожно поглаживая мощную шею. Скоро Каманчи, а судя по поднятому вверх большому пальцу Рыси и ее широкой улыбке – это был именно он, перестал прядать ушами и даже вполне охотно взял мягкими губами сахар с моей ладони. После чего неожиданно ткнулся мордой мне в шею, чуть-чуть испугав. При этом я заметила усмешки подъехавших всадников. Трое, да еще тот, что первым подъехал с Сержем. Такое ощущение, что ожидают представления от меня, а не для того собрались, чтобы нас развлекать. Ну ладно. Будет вам цирк!
Марат что-то крикнул, предостерегая, а Сержио уже настраивал свои камеры, стоя на земле, чтобы меня заснять. Так что тянуть и ждать Макарова не стала. Ловко запрыгнула в седло. Вот тут и началось полное безумие. Жеребец сразу же взвился на дыбы, потом высоко подбросил круп и, не слушаясь узды, в бешеном галопе помчался на задний двор. Если бы не предупреждение Рыси, что девушек он любит, испугалась бы сильно, а так просто старалась держаться в седле, что оказалось ох как не просто.
Неистовая скачка все длилась и длилась, мы мчались вокруг дома, все расступались, а мои друзья что-то кричали, призывая то ли прыгать, то ли пристрелить конягу, когда пролетали второй раз мимо крыльца. Ну конечно, как я пистолет-то достала бы из поясной кобуры, даже если б эта безумная идея и пришла мне в голову. Чуя вместо страха какой-то гибельный восторг, я не сразу заметила, что жеребец меня слушается – и не просто так, а каждого движения, чуть ли не каждой мысли. Такое бывало у меня с Сайгоном, реже с Касабланкой, но чтобы с незнакомой лошадью – никогда.
Это ощущение мощи, послушной твоей руке я ни с чем бы сравнить не смогла. Оно здорово опьяняло и пришлось проявить всю выдержку, чтобы заставить красавца-жеребца остановиться перед крыльцом на третьем круге, для пущего эффекта подняв его на дыбы. Ошеломленное лицо выскочившего на ступеньки Глеба стало настоящей наградой, триумфом даже, однако не стала показывать своего превосходства, просто направив коня к машине медленным шагом. Казалось, жеребец нисколько не утомился, чуть ли не пританцовывал подо мной.
- Хороший мальчик, - тихо шептала я, наклонившись к холке и похлопывая по влажной шее. Конь прислушивался к моим словам и словно всё понимал, замер возле машины, как самое кроткое и послушное создание.
И тут я обратила внимание на бледную с испуганно-расширенными глазами Рысь. Она кусала губы и выглядела очень виноватой.
- Диана, - голос у нее дрогнул, когда Оля первая нарушила опустившуюся на ранчо тишину. – Похоже, ты очень понравилась Казанове. Не знала, что его уже объездили.
И сразу заговорили все разом. Марат ругался, Леночка с Егором громко выражали свой восторг, а Глеб подлетел ко мне, похоже, сильно взбешенный:
- Ты почему не подождала, - он постарался сдержать себя и более вежливо попросил: - Слезайте, леди.
- Зачем, разве не все готово?
- Затем, что Казанова не готов еще к походу, - отчеканил Глеб, покраснев, - сейчас Команчи приведут, он девок любит, так что не хуже. То есть, с женщинами он хорошо себя ведет.
И тут все на свои места встало. И бледность Рыси, и потрясение Макарова. Испугалась задним числом, если б только знать! Но опомнилась, благодаря небо, что все окончилось хорошо. И, слава Богу, что не знала. Лошади очень хорошо чувствуют страх. Удивило немного, что Глеб знает про девчонок и Команчи, но сейчас это тоже показалось логичным, ну не совсем же он тупой, в лошадях разбирается, тренером не один год работал еще на Земле.
- Зачем тогда привел ко мне Казанову? – осведомилась мягко и чуть двинула жеребца в сторону управляющего.
Тот стремительно отступил - как-то нехорошо фыркнул в его сторону жеребец.
Макаров, тяжело дыша, опасливо на него покосился и посмотрел на меня чуть ли не умоляюще, подбирая ответ:
- Я не думал, что ты без меня… Я не для тебя… То есть если б подождала, как просил…
- Когда это мы на «ты перешли? - оборвала его попытки оправдаться. Оговорка, что не для меня и быстрый взгляд в сторону машины вызвали чувство гадливости, явно Марата имел в виду, который, может, и верхом-то ездить не умеет. Но вслух не стала об этом говорить, только твердо добавила: - Я поеду на нем! И давайте уже, выезжаем. Без того кучу времени потеряли!
А потом я увидела Команчи, вела его девица в рабочем комбинезоне, гнедой, как и Казанова, он был похож на моего нового друга как две капли воды. Издалека и не найдешь отличий, лишь присмотревшись, заметила, что круп чуть короче, да еще белый носочек на задней ноге, чего Рысь из машины могла и не увидеть. Так что некого винить в ошибке, кроме Глеба. Да и его не хотелось, как бы иначе поняла я, что Казанова мне милее даже этого легендарного любителя девушек – Команчи.
Глеб уже пришел в себя и, как ни в чем не бывало, стал распоряжаться о выезде, не делая больше попыток пересадить меня на другую лошадь.
В фургон поместили четырех лошадей, только Серж, как и я, ехал верхом, остальные в машине. Работники ранчо в количестве восьми человек, считая Макарова, окружили нас с Моретти кольцом, и мы двинулись вслед за машинами, поднимающими пыль, к распахнутым воротам ранчо. Сафари, что бы это слово ни значило для местных, наконец, начиналось.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 15.01.2012, 19:44 | Сообщение # 15
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 11

Ехали не спеша, а жаль. Мне было мало той скачки, хотелось еще. И не кругами по утоптанной земле пусть и большого двора, а по этому прекрасному полю. Такой густой травы, такой зеленой и высокой, на Земле не видела нигде, даже на картинках, да и деревья подступающего с другой стороны от дороги леса – казались гигантскими и экзотическими. Ни такой коры – багрово-красной у одних и покрытых плотным зеленым мхом у других, ни такой формы листьев – тоже прежде не встречала. И это только самые крупные, а сколько еще тоненьких незнакомых деревьев толпились меж лесных гигантов.
Дорога – это, конечно, громко сказано, так, тропа звериная. Хотя если подумать, размеры этих зверей должны быть вроде слоновьих – настолько широкая полоса, идущая от самой реки, оставленной нами минут двадцать назад, пересекала край поля, устремляясь к уже близкой гряде гор. Проводники обещали, что самое интересное мы увидим после перевала, но у меня и сейчас глаза разбегались от этого разнообразия, насыщенности, красоты. Птички, стайками взлетающие впереди, маленькие зверюшки, разбегающиеся прямо из-под копыт, стремительные и больше похожие на тени, даже рассмотреть толком не успевала – все вызывало какой-то детский восторг. А цветы, раскиданные по полю то там, то здесь - словно радуга уронила сюда капли своего света - выделялись такими красками, то яркими, то нежными, что едва подавила желание попросить всех подождать, пока нарву себе букет.
Серж сначала ехал рядом со мной, что-то снимая. Погруженный, видимо, в такое же состояние, как у меня, он вполголоса бормотал на итальянском то ли ругательства, то ли восторженное удивление этим диким миром, где даже дышалось так вкусно, как нигде раньше. Однако Казанова стал проявлять нешуточный интерес к кобыле Моретти, задирая вверх голову и издавая призывное ржание, так что сначала бедняга оператор оказался в самом хвосте процессии, чтобы не дразнить моего жеребца, а вскоре и вовсе пересел в машину – в седле, на трясущейся рысью кобылке стало снимать почти невозможно.
Я отказалась последовать его примеру – ведь неизвестно, когда еще удастся покататься верхом, и вскоре почти пожалела об этом - Глеб, поравнявшись со мной, решил завести беседу, что меня совсем не обрадовало. Очень не хотелось портить такой замечательный душевный настрой, потому мысленно поклялась сделать над собой усилие и реагировать на управляющего спокойно и вежливо, чтобы он ни сказал. Решить-то решила, но не всегда нашим планам суждено сбываться.
- Ди, позволь составить тебе компанию, - начал Макаров, подъезжая довольно близко, но хоть не вплотную. – Так давно не виделись, ты, верно, и забыла уже то время, когда…
- Забыла? – я пожала плечом. – Как же можно забыть подарок, стоивший кучу денег?
- Ты о чем?
- Сайгон и Касабланка.
Он замолчал, зачем-то оглядываясь по сторонам, и только дробный цокот копыт нарушал тишину, да ещё стрекот в траве незнакомых кузнечиков. Впереди совсем тихо урчали машины и слышались обрывки фраз, доносимые ветром. Семь подчиненных Глеба держались полукругом за нами, примерно на таком же расстоянии, так что едва ли могли слышать наш разговор.
- Ты злилась, что я уехал? – снова заговорил Глеб, а я в его речи не могла уловить ничего из той поры, как ни старалась. Изменилось в нем всё, кроме внешности – и голос, и манеры, и даже характер. Это ощущалось в его движениях, повороте головы, взгляде. Потеплел этот взгляд лишь пару раз, когда он украдкой разглядывал мою грудь, в остальное же время оставался холодным и необъяснимо настороженным.
- Не помню. К чему эти вопросы? И почему снова на «ты»? Я же не позволяла.
Желваки заходили на его покрасневших скулах, выдавая злость, но он деланно рассмеялся:
- К чему эти формальности, Диана? Ты мстишь, что я тогда не ответил на твое признание? Но ты же была ребенком!
- Не смей говорить об этом! – вспыхнула я, не удержавшись. - Ты никаких прав не имеешь на эти воспоминания.
В глазах его вспыхнула какая-то радость, но он сразу скрыл ее под маской печали:
- Это и мои воспоминания, мне тоже было нелегко.
Ощущение фальши в его словах разозлило - зачем он со мной вообще разговаривает, что в его душе, если подменяет искренность какой-то непонятной игрой. Что ему нужно? Давно не испытывала такого страстного желания врезать кому-то по роже. А ведь он ничего толком не сказал? Почему я-то, даже поняв, что любовь так и осталась в далеком прошлом, и ничего романтичного к нему больше не испытываю - почему так злюсь, выхожу из себя? Может, оттого, что своими лживыми фразами он словно втаптывал в грязь то прошлое, которое мне было дорого, не зависимо от последних событий? А может больно, что когда-то любила, а он… Только бы не показать это смятение, эту боль. Не смогу снова смотреть спокойно, как радуется этот мерзавец, словно получая какую-то власть надо мной.
Ну что ж. Оставалось только защищаться, а лучшая защита, как известно – нападение.
- Спасибо за лошадей, я была очень тронута твоим подарком.
- Ну что ты, - он все же немножко смутился, - ты была моей лучшей ученицей, и ты так их любила…
- Потом я узнала, - перебила я бывшего тренера, - что ты продал их матери очень дорого. И благодарность моя излечилась, как и чувства к тебе. Их не осталось, Глеб.
- Не смеши, я не знал, куда деваться от твоей любви. Разве такое забывается у вас, девчонок?
- Так ты знал? Знал до того, как я призналась? Какой же ты мерзавец!
Он нахмурился и надменно вскинул голову:
- Полегче, принцесса!… Ты никогда не была ни бедной, ни несчастной! Ты всегда получала на блюдечке всё, чего хотела! Стоило только раскрыть во всю ширь свои прекрасные зеленые глазки и посмотреть так особенно, как только ты умела, и все шли у тебя на поводу! - сколько презрения и злости вдруг прорвалось в его голосе.
- Какая чушь! Это я выполняла любое твое желание, я бегала ради тебя по всяким поручениям. Не передергивай!
- Ты и тогда была гордячкой, слова не скажи. Ты придумала любовь ко мне. И я пользовался, потому что иначе с тобой было нельзя. Да если хочешь знать, это твоя мать заплатила мне, чтобы я уехал. И я потерял всё! А мне дорога была моя жизнь на Земле и моя работа. И всё это из-за тебя, принцесса…
- Заплатила? – Боже, сколько еще откровений я сегодня услышу?! Только напрасно он пытается очернить мать – иллюзий по ее поводу я не испытывала уже давно. А вот ее поступок с Глебом по-настоящему удивил. Как же она, должно быть, переживала за меня, маленькую идиотку! Макаров все ждал ответа, и я оторвалась от неожиданно нежных мыслей о маме: - И ты что, не мог отказаться?
- От таких денег не отказываются, - вспыхнул он.
- О! Вот оно что! Жаль, что я не знала этого раньше, - даже голос мой смягчился, и я с удивлением увидела надежду во взгляде Глеба. Поняла, что нежность к далекой матери он принял за раскаяние по отношению к нему.
- А если бы знала? Теперь ты понимаешь, как я был унижен? Можешь понять, во что превратилась моя жизнь?
- Если бы знала, - как можно ровнее ответила я, - расцеловала бы свою маму за такой мудрый поступок. Подумать только, так любить свою дочь, что всё увидеть и не пожалеть сил и средств, чтобы избавить меня от такого опасного человека!
- Да ты… - его лицо пошло пятнами. В нем даже сдержанности никакой не осталось, когда он выругался сквозь зубы.
Я не успела прийти в себя от замешательства, а Глеб уже снова говорил спокойным, чуть ли не светским тоном:
- Давай забудем прошлое и начнем все заново! На этой планете у тебя новая жизнь и мы можем снова стать друзьями. Ведь у тебя пока не так много знакомых и я могу тебе быть полезен. Тебе понравится сафари, вот увидишь! Сейчас мы едем к одной долине, ветер удачный, там пасется стадо оленей, крупнее, чем на Земле, впрочем, вряд ли тебе приходилось видеть Земных. С коптера сообщили, что стадо все еще там. Это очень красивое зрелище.
- Ахиллес ведь твой хозяин? – невпопад спросила я. – Извини, прослушала, что ты говорил…
- Наниматель, - холодно поправил он. – А что?
- Встречаюсь с ним завтра, - наврала, чтобы что-то сказать. Пожалела, что вообще не прервала разговор в самом начале, ведь чувствовала, что не стоит с ним разговаривать.
В глазах Глеба промелькнул испуг, или мне привиделось? Он открыл рот, но ничего не сказал, сдвинул на затылок свою шляпу, оглянулся назад – на своих подчиненных. И пока управляющий пребывал в этой не свойственной ему растерянности, я воспользовалась моментом, что бы удрать. Находится и дальше рядом с ним казалось совершенно невыносимо.
- Я проеду вперед. Надо поговорить с Сержем.
Глеб промычал что-то похожее на согласие, потеряв внезапно всю свою говорливость, и я пришпорила Казанову, посылая его вперед.
Чувство огромного облегчения чуть восстановило душевное равновесие, когда я достигла вездехода и поскакала справа от него. А с открывшейся в сердце раной справлюсь позже, когда останусь одна. Я ведь смогу просто не думать об этом! Отключить эту часть души…
Ребята обрадовались мне, и их улыбки, смех, подколки по поводу скачки на ранчо так сильно отличались от разговора с Макаровым, что внутри что-то щелкнуло, и зажатость ушла, словно я вырвалась из душного помещения и снова могла дышать полной грудью свежим и таким «вкусным» воздухом.
Даже Марату, мрачно назвавшему меня «сумасшедшей девицей», почему-то обрадовалась и ничуть не обиделась.
- Серж! Постарайся заснять всё, что возможно, ладно? – попросила я Моретти. Потому что поняла вдруг – никогда, никогда больше я не хочу встречать Глеба на своем пути, так что второго сафари не будет!
Серж хотел съязвить, но встретившись со мной взглядом, передумал:
- Слушаюсь, сеньорита! Ди, глотни-ка воды, - он протянул мне свою флягу, и пока я послушно пила, ощутив вдруг нешуточную жажду, перехватил повод Казановы.
- Спасибо, очень вкусно! Это что? – я вернула флягу и снова отобрала у него повод.
- Капелька рома и две капли терника, - подмигнул итальянец.
- А-а! – внутри разливалось приятное тепло. Скорее всего, там было больше, чем упомянутые капельки.
- Ди, хватит геройствовать, залезай к нам, - попросил Марат, подвинув в сторону что-то, накрытое брезентом, - места хватит.
- Да, Ди! – поддержала его Рысь, - Казанову можно поместить в фургон, он достаточно вместительный. Ты… не сердишься? Я перепутала…
- Нет-нет, Оль, - перебила я взволнованную девушку, - что ты! Казанова просто чудо!
Конь фыркнул, мотнув головой, выражая пренебрежение к такому эпитету.
Рысь заулыбалась:
- Стас мне сказал, что сам его объезжал, - она мотнула головой в сторону водителя, - только жеребец кроме него никому не позволял на него садиться. А Стас лучший объезчик и вообще большой молодец!
- Рысь, я все слышу, - проворчал водитель, - заканчивай меня нахваливать!
Но неугомонная девчонка лишь махнула на него рукой. Потом перелезла поближе ко мне и тихонько добавила:
- После несчастного случая с Палычем я думала, Ахиллес именно его сделает управляющим. Да все так думали, не только я. Но почему-то наш шеф выбрал Глеба.
Ого, какие интересные сведения. Я присмотрелась к Стасу, но видны мне были только его широкие плечи, да небритая щека. Молодой совсем, тридцати нет. А Глебу, если правильно помню, уже тридцать четыре. Но ведь не возраст тут причиной. Пообещала себе, что спрошу Ахилла.
Но сейчас не место и не время об этом разговаривать, и я огляделась в надежде найти повод, чтобы сменить тему.
- Что это за ящики? - кивнула на здоровые коробки, с которых сбился тент. Они и правда заинтересовали странной маркировкой.
- Какая разница? – пожал плечом Марат. – Любопытство сгубило кошку. Э-э, я шучу, Ди. Серж, глянь что там, самому интересно. Стас, вы не против?
- Любопытство – это главная черта журналистов? - хмыкнул водитель в ответ. – Да смотрите, не жалко. Барахло всякое, насколько помню.
- Пустые, - сказал Серж, приоткрыв крышку одной и пошатав другую, - Точнее - правда барахло - тряпье какое-то, перчатки… хмм… салфетки. О! И бутыль водки.
- Водку не трогать! – Сразу отреагировал Стас, - там чистый спирт – энзэ.
Марат с Сержем чуток пошутили на эту тему, заставив Казанову шарахнуться в сторону своим внезапным хохотом.
- Как мальчишки! – рассердилась, Рысь.
- Ну не девчонки же, - хохотнул Марат и крикнул: - Ди, ты там в порядке?
- Нормально всё, но я чуть отстану. Казанове не нравится соседство с машиной.

Остановившись, пропустила машину вперед, а также фургон, едущий следом. Хотелось подумать в одиночестве, в надежде, что Глеб не посмеет снова присоединиться ко мне.
Как бы я не храбрилась, но даже рухнувшая любовь, растоптанная и прошедшая не могла не оставить следа, и я некоторое время отчаянно жалела себя, пользуясь тем, что никто не видит мое лицо. Потом, когда жалость порядком утомила, задумалась о тех странностях, что происходят с самого прибытия на ранчо.
За размышлениями не заметила, как пролетели полчаса, Глеб обогнал меня, крича, чтобы тормозили.
Впереди открылся перевал, между двух скал было достаточно места, чтоб проехала машина, и я поскакала вперед, узнать, что дальше. Серж, Марат и Егор спрыгнули на землю – немного размяться и дружно потопали к густым кустам у подножия скалы – справа от дороги.
- Меньше пить надо было, - крикнула им вслед Рысь, рассмешив Леночку и Надюшку, которые тоже направились к кустам в другую сторону.
- А ты не хочешь? – забеспокоилась Оля, - А, ну я тоже нет. Тогда смотри. Мы поедем на машине до следующей долины, еще не близко, только там пересядем на лошадей. Лучше тебе к нам пересесть.
- Зачем же, я…
- Ну, так тебе придется тогда ехать с мужчинами по более короткому пути. Мы-то крюк сделаем.
- Рысь, - шутливо запротестовал Глеб, прерывая разговор со Стасом, - не пугай Диану, - нравиться верхом, так пускай. Тем более я обещал показать ей красивые места.
- Тогда я тоже с вами поеду, - решила Оля. - Не зря же взяли Команчи! А то четверо останутся охранять фургон, а вас будет только трое. Мало ли что.
- Рысь, думаю и без тебя управимся, если что!
- Оль не надо, - попросила я, когда глаза девушки раздраженно вспыхнули. – Правда незачем. Если хочешь, на обратном пути устроим гонки.
- Да ладно, Рысь, не переживай, - снова влез Макаров, подходя к нам.
- Ух ты. – Оля кивнула на его ружье. - А стреляешь-то ты хорошо?
Странное ружье, с толстым стволом, такого еще не видела. Я позавидовала чуть-чуть Оле, которая так хорошо разбирается в оружии.
- Обижаешь, - осклабился Глеб.
Стас оказался симпатичным, обернувшись, он прислушивался к разговору.
- Нормально он стреляет, - буркнул водитель, - но ты, Рысь, лучше.
Нас прервали вернувшиеся парни.
- Далеко еще? – крикнул Марат. - Стемнеет, пока доберемся.
- Уже близко, - улыбнулась Рысь, - скажи спасибо, что солнце не так печет и довольно прохладно.
- Да уж, тебе, что ль за это спасибо сказать, - Токаев ловко запрыгнул наверх.
- Хоть бы и мне, - Оля снова обернулась ко мне. – Ди, правда, отдохни немножко.
Глеб махнул рукой двоим парням и те уже подъезжали к нам. Один из них – тот самый здоровый бородач, что в первый день так нагло говорил с Маратом. На меня он даже не взглянул. Злобный тип!
- Это Камаль, - шепнула Рысь, - ну раз он с вами, мне не страшно. Он кого хошь голыми руками задушит.
- Диана, если вы с нами, то уже пора, - окликнул Макаров, - или оставайтесь с остальными.
Девушки уже бежали от кустиков к машине.
Серж протянул мне вдруг маленькую камеру:
- Держи, повесь на шею, или погоди, я сам. Вот. Просто забудь про нее, неприятное ощущение быстро пройдет.
Плоская толщиной до сантиметра камера надежно прилипла к коже чуть выше выреза майки.
Когда я хотела возмутиться, он прижал палец к моим губам.
- Смотри, Ди, она стала под цвет твоей кожи, хамелеончик такой. И только серединка выглядит как кулон на цепочке, маскирует объектив. Прикольно же, скажи, Оль?
- Забавно, - хмыкнула Рысь.
- Диана, - позвал опять Глеб, - вы едете?
Он не мог видеть, чем мы занимаемся, и меня это порадовало.
Марат приблизил свое лицо ко мне и, глядя в глаза, проговорил:
- Не забудь! У тебя кобура не простая. Помнит только твою руку. Нужно только достать револьвер. Никто другой его у тебя не вытащит. Запомни, только потянуть за рукоять.
- Поняла, - хмыкнула я. Забавно видеть такое беспокойство.
- Ди, это не смешно. И еще - главное стреляй, если что, хорошо? Не попадает никуда тот, кто не стреляет!
Я кивнула ему, мол, все поняла, и мягко тронув поводья, направила Казанову к молчаливой троице, уже устремившейся к перевалу.
- О, все-таки с нами, - обрадовался Глеб, видимо, все же сомневался. – Значит так, Семен впереди, за ним я, потом Диана, за ней Камаль. Всем всё ясно? Держимся цепочкой, разрыв не больше чем полтора корпуса лошади.
Я молча кивнула, уже жалея о своей глупости. Зачем с ними поехала? Но очень уж заманчиво было увидеть какое-то чудо, так загадочно обещанное подлым Глебом. И вообще, кто знает, может он хочет искупить этим свое поведение?
Машины после перевала свернули налево, а мы ступили на узкую тропу между скал, ведущую ровно в противоположную сторону. Видя перед собой спину Макарова, я понимала, что не испытываю к нему ненависти, или чего-то в этом роде. Просто он стал мне очень неприятен, как человек. А раз это последняя встреча с ним, потерплю – недолго осталось. Ну и постараюсь насладиться моментом.
Открывшаяся после ущелья маленькая долина захватывала дух своей красотой. Зелень повсюду, рощи, большие поляны. Кое-где виднелись осколки скал и крупные валуны. Блестела узенькая речка справа, или ручеек – издали не разобрать размеров.
Скоро мы углубились в рощу с высокими лиственными деревьями, ветви которых были увешаны крупными плодами, похожими на яблоки, только голубого цвета. Не стала спрашивать, что это, но одно незаметно сорвала и сунула в карман, очень уж соблазнительно низко висело. Потом спрошу Рысь, что за фрукт.
Вскоре передние всадники затормозили, хотя рощицу еще не проехали. Макаров спешился и прижал палец к губам, глядя на меня.
Подошел и тихо объяснил:
- Постарайся не шуметь, сейчас кое-что увидишь, но придется прогуляться пешком. Семен присмотрит за лошадьми.
Любопытство пересилило опасения, и я тоже спешилась, краем глаза заметив, что огромный Камаль уже стоит на земле, поудобнее перехватывая какой-то солидный автомат, с широким ремнем, перекинутым через шею. Глеб тоже свое ружьё взял наизготовку и кивнул головой, мол, идем.
Такие приготовления невольно заставили меня подумать о револьвере, но доставать его не решилась, успею, когда понадобится. Если уж эти мужики со своим опытом и оружием не справятся, то у меня все равно шансов с маленьким револьвером не будет. Однако само наличие оружия так близко от руки – придавало какую-то уверенность. Хорошо, что есть.
А мы все шли и шли. Метров триста, не меньше. Наконец роща закончилась, и впереди показалось широкое открытое пространство. Справа возвышалась отвесная желтоватая скала – метров десять в высоту, протянувшаяся до следующей рощи – метрах в ста, а может и дальше. Кое-где на ее бугристой поверхности виднелись более темные трещины, расширяющиеся книзу, но внутрь такого пролома, даже самого широкого пролезть мог бы разве что ребенок. Слева виднелось крохотное озерцо, окруженное плотным кольцом высоких кустов. Догадалась, заметив блеснувшую в просвете синеву. Остальное пространство не имело растительности, кроме короткой, словно срезанной ножом, жесткой травы. Мы остановились у края рощи, на границе с большой поляной.
- Теперь подождем, - спокойно произнес Глеб, словно мы больше не должны были соблюдать тишину.
- Долго ждать? – удивилась я.
- Не думаю, - Глеб искоса глянул на меня, - А что, что-то беспокоит?
Я мотнула головой, а потом все-таки решилась спросить, пока мы еще одни, больше-то случая не представится. А раз все-равно ждать…
- Глеб, скажи пожалуйста, что за охранник сидел в доме? Случайно его увидела. Если не мое дело, можешь не отвечать.
Макаров резко оглянулся, и я пожалела о своем вопросе, но меня словно бесенок дергал за язык:
- И что за странная маркировка на ящиках в машине? Я такую видела в…
Не здравый смысл заставил меня замолчать.
Толстый ремень автомата, который Камаль вдруг накинул сзади мне на шею, сдавил горло.
- Подожди! – крикнул ему Глеб, - да стой ты, ублюдок. Мне надо у нее выяснить…
Давление ремня, о который обретшие самостоятельную волю пальцы ломали ногти, слегка ослабло, позволив сделать такой желанный вдох.
- Не тяни, - в бесстрастном голосе, бросившем этих два коротких слова, ощущалось холодное равнодушие. Словно проговорила это сама смерть. Близкая и неотвратимая.
Как в тумане вспомнились слова Рыси: «Он кого хошь голыми руками задушит!». Мне стало смешно, но хрип, вырвавшийся из горла, мало походил на смех.
Глеб, сильно побледневший, стоял прямо передо мной:
- Кому ты говорила про охранника и маркировку? – резко спросил он. Он никогда не говорил со мной таким тоном, и это еще больше показало, что надеяться мне не на что. «Господи, как жалко маму!» - пробилась мысль через какое-то спасительное отупение. И еще думала, как глупо всё и какая же я дура, что не послушалась Рысь.
- Ты будешь говорить, или нет? – крикнул Глеб, и вдруг с силой ударил меня по лицу. Всего лишь пощечина, но из глаз посыпались искры и на глаза навернулись слёзы от боли. Только бы не унижаться, только бы не позволить себе умолять!!!
Я упрямо смотрела ему в глаза, надеясь вызвать хоть что-то человеческое, чтобы он сам передумал, ведь это же тот Глеб, что подсаживал меня маленькую на Сайгона, и бормотал смешные ласковые прозвища…
Не верила, всё же не верила, что он позволит меня убить. Они просто пугают! Конечно. Сейчас всё закончится, и я пообещаю им всё, что захотят. Пусть только отпустят!
- Сука! Какая же ты стерва! – с ненавистью выпалил Глеб мне в лицо, - да ты знаешь, что я спал с твоей матерью! Она б…ь еще круче тебя, и ты бы стала такой же дрянью! Я сделаю миру одолжение!
А дальше пошли такие ругательства, каких мне и слышать еще не приходилось.
Наверное, он не понимал, что говорит. Ну не может же это быть правдой. Что я сделала, чтобы меня так ненавидеть?
Зацепившись посильнее за ремень, я со всей силы, на какую была способна, врезала ему ногой между ног. За маму!
Не попала, конечно, давящий на горло ремень позволял дышать словно через соломинку для коктейля, и перед глазами плясали черные мушки. Да, ждал подвоха гад и успел заслонится коленом, потому носок ботинка попал в бедро, зато второй ногой от всей души двинула по подъему стопы. Это тоже очень больно.
За что и была тут же наказана.
Прыгая на одной ноге, моя девичья любовь прошипела:
- Заканчивай!
Ремень медленно затягивался, кровь почему-то прилила к щекам, а рот наполнился слюной. Но ещё страшнее смерти отчего-то показалась картина, увиденная как бы со стороны - я сама с черным лицом и вываленным языком на фоне окружающей травы и цветочков. Черные мушки уже соткались в некоторое подобие черного савана, закрывающего все перед глазами, когда сознание добила последняя мысль - зря я отказалась сбегать с девчонками в кустики, ведь повешенные...
Ужас от предстоящего позора, а может, просто инстинкт, заставил тело сопротивляться, самостоятельно размахивая руками и ногами, в попытке хоть до чего-то дотянутся и отстрочить неизбежное.
Потом в окружающем мире что-то неуловимо изменилось, не поняла, что именно, а в мозгу уже вспыхнула радость от маленькой победы. Но она сразу померкла на фоне всего остального - проталкиваемый через сдавленное горло воздух жег расплавленным металлом. Тело, стоящее почему-то на четвереньках, разрывалось между желанием вдохнуть и закашляться.
Предостерегающий возглас, наверняка не первый, донесся как свозь вату, и только потом, задним числом, я поняла, что не своим жалким потугам была обязана пусть и временным, но избавлением. Сквозь застилающие глаза слезы вдруг последовательно прорвались две картинки, сначала вспучивающаяся холмиком трава, из которой сначала появился горб, а потом приметные ушки и остальные части хрюшки, отчего-то с крокодильей пастью вместо обычного рыльца. Совсем не добрый взгляд уперся в меня прямо-таки материально, и вроде такие знакомые по поездкам на ферму поросячьи глазки налились совсем нешуточной злобой и вожделением.
И только когда странное "крокодилье рыло", утыканное по краям загнутыми вверх как у секача клыками, под душераздирающий визг поплыло в нашу сторону над травой, на высоте холки коня, стало понятно, как меня обманули глаза.
Расстояние до рассерженного монстра было больше сотни метров, а сам он скорее напоминал слона, во всяком случае, явно выше любой самой высокой лошади.
Следующий кадр напрочь выпал из сознания, а может, его и не было - разгоняемая мелькающими в траве копытцами туша, казалось, в стремительности не уступала гепарду или тигру. Помнится только, как обзор заслонила спина Камаля, раздались частые хлопки, напрочь заглушаемые громоподобным визгом, а мигом позже над его макушкой на меня глянули налитые кровью совсем не поросячьи глаза.
Как в замедленном кино монстр схватил человека за голову и, тряхнув как кот мышку, описал с ним небольшой полукруг, гася разгон и почти неся тело Камаля по воздуху, словно тряпичную куклу.
После чего зверь совершенно спокойно наступил передним копытом на человека и просто оторвал голову – как будто нетерпеливый ребенок откусил самое вкусное с леденца на палочке. Точность сравнения усилил раздавшийся следом хруст. Наверное, только благодаря странной отрешенности, я никак не отреагировала на эту жуткую трапезу и не привлекала к себе внимания. До окровавленных клыков и тела в камуфляже, все еще загребающего землю руками, было не больше восьми метров. Впрочем, смотрел монстр все время именно на меня, словно ожидая, когда я брошусь бежать - в предвкушении игры.
Но эта участь выпала не мне, несчастье привлечь к себе внимание монстра пало на Глеба. Воспользовавшись гибелью Камаля, давшей ему отсрочку, Макаров успел добежать до кромки леса и попытался спастись на дереве. Именно в этот момент он, так неудачно выбрав в качестве места спасения сосну сантиметров тридцать в диаметре, ступил на сухой сучек и с треском и матом полетел вниз.
Слоно-свин мигом развернулся в сторону новой цели и громадными прыжками сорвался с места в атаку. Как оказалось, в жизни Глеб был не самым лучшим и доблестным человеком, а вот в момент опасности сумел проявить себя достойно.
Понимая, что забраться на сосну уже не успевает, он шарахнулся за нее и начал отступать назад, держа дерево между собой и свином, одновременно поднимая ствол оружия.
- Беги, Диана! – заорал он вдруг. – Дура, беги! В лес!
Короткая серия хлопков оборвалась трескучим ударом и не такая уж маленькая сосна рухнула, как подрубленный тяпкой бурьян, а кабанище с треском и визгом вломился в подлесок. Это послужило толчком, чтобы очнутся. Я вскочила, но бежать не смогла, с трудом спряталась за деревом, которое оказалось за моей спиной, хотя такое укрытие было не больше, чем смешно. В голове царила абсолютная пустота.
И тут я вспомнила про револьвер. Не знаю, тряслись ли руки, вообще-то должны были, но, кажется, рука самостоятельно нажала на рукоять вниз и, чуть повернув, вынула оружие, и также плавно подняло его вверх. Вообще рука и остальное тело находились в странном рассогласовании. А свинюшка уже вынырнула из кустов и посмотрела на меня в третий раз, вот тут и навалился разом весь ужас происходящего.
Всхлипнув навзрыд, я выстрелила, раз, другой, а скотина сделала какойто неуверенный шаг в мою сторону. Несколько секунд она стояла, замерев, а потом знакомыми прыжками рванула ко мне.
Еще выстрел, словно его и не было. Ни бежать, ничего сделать, я уже просто не успевала. Сжав зубы с такой силой, что стало больно, я прицелилась и снова нажала на курок, и сразу - в двух шагах от меня, чудовище остановилось, ткнувшись рылом в землю. Что-то серое промелькнуло поверх огромной туши, или показалось в помутившемся сознании, а потом, поняв, что кабан больше не шевелится, я стала пятиться назад в рощу, споткнулась и спасительная темнота навалилась прежде, чем я упала.
Поток ледяной воды, хлынувшей мне на голову и в лицо, вернул сознание сразу, вместе со страшными воспоминаниями. Чихнув, я поспешно открыла глаза и поразилась, что все расплывается, а я ничего не могу разглядеть.
- Она очнулась, - сказал кто-то, и ужас стал отступать. Я больше не одна! Господи… Кое-как села и протерла кулаками глаза.
Когда зрение удалось сфокусировать, увидела перед собой страшно бледных Сержа и Марата. Кажется, за ними маячила Рысь и тот водитель, Стас.
- Слава Богу! Ты жива, Ди, - кажется, это Марат воскликнул.
- Глеб, - с трудом прохрипела я - горло ужасно саднило, - Глеб жив?
Марат закусил губы и отрицательно покачал головой, и тогда я заплакала. Мне было стыдно, но ничего не могла поделать. Кто-то гладил меня по голове, а я вдруг отчетливо вспомнила и Камаля. Не смогла удержаться. Спазмы снова и снова сжимали мой желудок, опорожняя на зеленую траву его содержимое.
- Дыши! – откуда-то сверху раздался голос Моретти, - Ди? Полегчало?
Я закивала, не в силах посмотреть на своих друзей. Кто-то стал лить воду, и я вымыла лицо. Руки дрожали. Почти насильно Марат заставил сделать меня несколько глотков из своей фляжки, и меня чуть снова не вырвало – если там был и не чистый спирт Стаса, то что-то близкое к тому. Но рвоты не повторилось. И я попыталась, наконец, подняться с колен.
Парни придерживали меня с двух сторон. Невдалеке стоял внедорожник, туша кабана была накрыта брезентом, также как и то место, где погиб Камаль, Там, где последний раз видела Глеба не было ничего, лишь на стене виднелись темные пятна.
- Мы успели объехать по другой дороге, - пояснил Марат, - пока ты была без сознания. Услышали выстрелы…
- Думаю, на сегодня сафари закончены, - полуутвердительно произнес Моретти, - поехали домой, Ди.
Я кивнула. Марат вдруг нагнулся и поднял меня на руки, как маленькую.
- Я отнесу ее! – твердо сказал кому-то.
Я беспомощно обхватила его за шею и уткнулась в широкую грудь, пахнущую какими-то цветами, потом и чуть-чуть алкоголем.
Поездка назад, на ранчо прошла как в тумане. Я то приходила в себя, то снова впадала в полудрему и тогда мне виделись какие-то жуткие картины. Видела заплаканные лица Рыси, Леночки и Надюшки, но даже не могла их никак утешить и подбодрить.
Уже в коптере, куда меня тоже перенес Марат, я слабым голосом поинтересовалась, куда мы летим.
И поразилась своему равнодушию, услышав про дом на скале.
Как долетели, как я оказалась в своей новой постели в раздетом виде – это уже совсем осталось непонятным. Кажется в коптере, Серж сунул мне какую-то таблетку, наверное, она так подействовала.
Проснулась я поздно вечером, визоры показывали одиннадцать. На кресле встрепенулась и сразу подлетела ко мне Рысь.
- С добрым утром, - улыбнулась она. Мягкий свет залил мою новую спальню.
- Привет, а где все?
Рысь смущенно вжала голову в плечи.
- Все отказались тебя оставлять здесь одну, и я их разместила кого куда. Ты не против? – затараторила она, - Я им говорила, что тут буду я и уже все хорошо, но они все равно…
- Все нормально, Оль, - мне так тепло стало внутри от ее слов, - я даже рада. А они уже легли спать?
Рысь помотала головой. И огорченно сообщила:
- Даже есть отказались без тебя, а я так старалась. Ждут. Моретти сказал, что ты в одиннадцать проснешься… Ой, и правда. Ты хочешь есть?
Ее вопрос был задан таким жалобным голосом, что я не могла ответить иначе:
- Умираю с голоду.
- Это хорошо. – Она отвернулась и тихо добавила: - Прости меня, Ди. Я должна была поехать с тобой.
- Оль, никто не знал, что так будет!
Девчонка отчаянно замотала головой.
- Ты не понимаешь! – с мукой в голосе произнесла она, но тут же забормотала: Прости! Что это я… Набросилась… Прости, пожалуйста, я потом… так я пойду?
- Иди, - я кивнула, очень тронутая ее переживанием, чувствуя, что не заслуживаю такого отношения, да и утешать ее - нет пока сил. Самой бы прийти в норму. - Только приму душ и скоро буду.
- Мы подождем! – Опустив плечи, Рысь вышла из спальни, плотно прикрыв за собой дверь.

Столкнувшись с Сержем прямо за дверью спальни, я схватила его за футболку, наверняка слега ошарашив:
- Где эта камера?
- А! – он осторожно сжал мои кисти и оторвав от футболки стал нежно массировать в своими длинными пальцами. – У меня.
- Всё видел? – у меня опять появился комок в горле от его ласкового взгляда.
- Ди… Да, всё… почти. Ты умница, девочка.
- Серж, пожалуйста, я всё понимаю, но ты не мог бы… Может не будешь никому рассказывать? Я знаю, что это не профессионально, ведь я журналистка, но он же умер, он же даже хотел меня спасти… Прошу тебя!
- Ди! Спокойно, спокойно! Раз ты так хочешь, никто не узнает.
Он достал из кармана знакомую камеру на цепочке и протянул мне:
- Вот, держи, закрыл запись твоим личным кодом, прочесть и скачать не сможет никто. Заодно подарочек будет. Пригодиться, может, когда-нибудь…Теперь ты немножко успокоишься, а? Но если желаешь, устроим маленький пожарчик. Как тебе?
- Не-е, - улыбнулась я, пряча подарок в карман брюк. – Пусть останется! Спасибо тебе! А где все?
- В столовой, где ж еще. Готовы уже съесть друг друга, дожидаясь тебя.
- Вечно ты шутишь, идем!
- Стой!
Я удивленно посмотрела в его ставшие очень серьезными глаза.
- Что?
- Поверишь ли, что я страшно виню себя в происшедшем?
Я молчала, опустив глаза. Похоже, все вокруг чувствуют себя виноватыми. Но что мог бы сделать Серж, или Рысь?! Простой оператор и девочка-пилот! Их наверняка убили бы первыми, а потом уже принялись за меня. Как хорошо, что никого из них не оказалось рядом!
- Поверю! Спасибо. Изменить все равно уже ничего нельзя. Лучше забыть! И… ты же всё видел… Тебя бы убили первым, разве нет?
Он вздохнул и помотал головой, но вслух согласился:
- Пожалуй, сеньорита. Грустно такое слышать о моих предполагаемых возможностях, но … как говорят русские… ай раджонэ [hai ragione] (итал.). То есть – крыть мне нечем.
На этом наш разговор и закончился.
В столовой уже вовсю хозяйничала Рысь, накрывая на стол что-то очень аппетитное в красивых тарелках, исходящих ароматным паром.
Все были в сборе – и Марат, и Леночка с Егором, Степан Степаныч, который Викинг и даже Надюшка.
Мужчины дружно вскочили при моем появлении. Надо же, какие вежливые! Надо же, какие вежливые! Так бы и расцеловала, да только сомнительно, что правильно поймут...


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 15.01.2012, 19:45 | Сообщение # 16
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 12

«Снежные склоны хребтов Гиндукуша
в красных заплатах солдатской крови.
Я под огнем перекрестным не струшу
ради твоей неизвестной любви.

Может быть, смерть мои руки развяжет -
я обниму тебя, падая в снег.
Горы высокие небу расскажут,
как человека любил человек.

Словом прощанья, слезою печали
издалека не тревожь, не зови.
Лучше останься такой, как в начале
нашей с тобой неизвестной любви.

Мы не бродили Москвою вечерней,
не целовались в Нескучном саду,
не придавай же большого значенья,
если однажды совсем не приду».

Я смотрела на эти строки - очередное сообщение от неизвестного поклонника, которому я так нагрубила прошлым вечером - и плакала. Да, я хорошо держалась за ужином, хоть и огорчила Рысь, проглотив с трудом едва ли больше двух ложек замечательного рагу. Да, я смогла спокойно и серьезно выслушать Марата, который так же, как Серж и Рысь пожелал уверить наедине, как «чертовски» сожалеет о том, что не поехал со мной. Даже на звонок Ахиллеса удалось ответить спокойно и без эмоций, что конечно я приеду к нему завтра утром, и всё обсудим.
И попрощавшись со всеми, убедившись, что Оля и правда хорошо всех устроила в моем новом доме – как хорошо, что я накупила столько разнообразных диванов и кушеток – я не стала строить из себя умирающую лебедь и рыдать в подушку. Просто стояла на балконе, ни о чем не думая, не желая пускать хоть какие-то мысли в свою голову. Темнота застилала все вокруг мягким покрывалом, лицо обдувал теплый бриз. Быстрые тучки скрывали луну на доли секунды и неслись дальше, а бледный синеватый цвет заливал все кругом, делая окружающие скалы и морские волны чем-то нереальным, словно в сказке. Изредка то тут, то там показывались сквозь прорехи облаков яркие крупные звезды. И я невольно гадала, возможно ли увидеть среди них нашу Землю?
Нарушая тишину, царящую снаружи и внутри меня, запищали визоры, извещая о новых событиях. Отдав команду закрыть двери - пока что голосовой режим, настроенный Виком, меня устраивал, я вернулась в спальню и, усевшись по-турецки на своей огромной кровати, укуталась поплотнее в теплый пушистый халат и вывела сообщение незнакомца на виртуальный экран.
Горящие зеленым светом ровные строки очередного стихотворного послания медленно всплыли, покружились в каком-то причудливом танце, а затем замерли, позволяя их прочитать. Я ничего не ждала от незнакомца сегодня, и немного удивилась, неужели не оскорбился моим ответом? И в строках я почти ничего с первого прочтения не поняла, но вот растаяли в воздухе последние слова, и я ощутила ком в горле, а лицо было мокрым от слез. Словно этот стих смог прорвать какую-то плотину в моей душе и дал выход чувствам: жалости к себе, к погибшему страшной бесчеловечной смертью Глебу, горю по своей первой детской любви, уничтоженной доброй памяти о ней, тоске по родине, маме…
Не было рыданий и даже всхлипываний. Я плакала молча, обхватив себя руками и до боли стиснув кулаки.
На душе стало легче не скоро. Точно глубоко больная, как в детстве, спустилась на пол и, шлепая босыми ногами, поплелась в ванную. Пояс халата и длинный подол волочились следом, как шлейф. Умывая лицо, я уже ощущала умиротворенность и сильное облегчение. Надо жить дальше, боль останется, это неизбежно, только нельзя на ней зацикливаться, пострадала и будет, надо попытаться жить дальше, и если не забыть, то как-нибудь спрятать, задвинуть ужас дня в дальний уголок памяти.
Еще раз прочла стихи, просто в визорах, без эффектов галоэкрана – слишком уж сильно подействовали странные строчки. Снова не поняла, что мне хочет сказать незнакомец. Что он военный, рискует жизнью и работа у него опасная, это уже из прошлых писем понятно было. Мне нечего было ему сказать, и отвечать не стала.
Только засыпая, свернувшись калачиком под одеялом, я вдруг поняла и даже подпрыгнула на кровати, снова включая свет и садясь, опираясь на подушки.
Схватила визоры и прочла в третий раз, представляя себе, как незнакомец находит именно этот стих, как отсылает его мне… Ну конечно, больше всего это похоже на прощание! То есть, всё?
Больше не будет писем и признаний? Я чувствовала, как усиленно бьется сердце. Но почему вот так внезапно? И именно тогда, когда особенно одиноко, когда нет достаточно близких друзей, личной жизни, и самого главного - нет любви… А есть ли на свете эта настоящая любовь? С чего я считаю, что это не сказки, разве после сегодняшнего могли у меня оставаться хоть какие-то иллюзии?
И поняла – могли! И остались! Вера в любовь и в то, что я ее все же встречу вернулась именно благодаря незнакомцу. А ведь он мне даже слова простого не сказал. Только эти стихи…
Поспешно активировав виртуальную клавиатуру, стала старательно писать ответ:
«Прошу вас, кто бы вы ни были, не надо со мной прощаться. Очень прошу. Только не сейчас. Мне стали дороги ваши письма, я жду их, жду того, что они делают со мной, хоть и не понимаю, что именно. Не знаю, отчего я хочу написать вам так откровенно, может оттого, что больше некому. Лучший друг остался на Земле, а нового я не завела.
Как бы я хотела вас увидеть! Узнать ваше имя! Взглянуть в ваши глаза. Как бы я хотела, чтобы вы были рядом со мной сегодня, несколько часов назад… ведь, если всё, что вы сказали о себе – правда, то вы смогли бы меня спасти. Мне кажется, вы очень смелый и бесстрашный, а я такая трусиха…
Простите, вам наверное не понять, о чем я толкую. Произошел несчастный случай, да, иначе и не назвать. Если честно, все закончилось хорошо, по крайней мере - для меня. Впрочем, не уверена, что те двое заслужили такую страшную участь, и мне стыдно, что я рада их смерти. Да, никому, кроме вас не смогла бы этого сказать.
Почему? Почему я вам так доверяю? Неужели я совсем наивна, и совершаю очередную глупость в жизни? Или есть в этом мудрость – довериться своей интуиции? Я не знаю. Я просто доверилась, сделала выбор, если угодно. Ваше послание заставило плакать, но это даже хорошо, лучше, чем было до него, когда внутри словно всё закаменело.
Как же мне вас называть? Я не могу так – без имени, поверьте! Мне надо обращаться к вам, знать, что вы личность, а не кто-то абстрактный. Не робот, не вирус в сети, а настоящий, живой, с бьющимся сердцем… Умный?
Сумбурно, но перечитывать не хочу, не могу просто. Давайте дружить? Ди»
Всё! Ушло! Эх, и что на меня вдруг нашло? Не совершила ли я ошибку? Да ну все эти заморочки, наплевать! Что сделано, то сделано, вот только уже началось ожидание ответа. Не слишком ли рано?
Я лежала с закрытыми глазами, ощущая подкрадывающийся сон, и улыбалась. Просто так, потому что дышу, потому что живу, не умерла, не стала едой для чудовища, и еще потому, что появилась надежда, словно кто-то хороший меня очень любит…

***
- Ай!
Шесть утра! Мало того, что разбудили не свет не заря, так еще доставили прямо в спальню горилообразного доктора, который, похоже, решил довершить дело Камаля - того и гляди голову открутит.
- Ну-ну, расслабься, Диана!
- Как можно расслабиться, если вы велели мне полностью раздеться? А теперь еще… Ой-ой!
- Да, велел. А ты не послушалась! Вдохни полной грудью, еще, еще, еще. Стоп! Не дыша-а-ать! Вот так замри! Да!
Хрясь! Что-то в очередной раз хрустнуло в шее. Подумать только, это наглый доктор намекает, что я не сняла трусики? Иначе как понять, что я «не послушалась» команды «раздеться полностью!». Впрочем, препиралась я только для виду, да чтобы отчасти скрыть смущение. Вик, приславший мне в такую рань местного костоправа, был абсолютно прав. Доктор подтвердил, что с позвоночником в шейном отделе у меня не всё в порядке и теперь заставлял принимать самые странные позы и вытворял непонятные мне рывки и крутки моей бедной головы, отчего в разных отделах моей многострадальной шеи вот уже сорок минут беспрестанно что-то щелкало и хрустело.
- Ох!
- Всё, расслабься, перевернись. Руки вдоль тела! И – потерпи, массаж нам тут просто жизненно необходим, зато потом летать будешь.
Ого! Потерпи! Я стонала, едва удерживаясь от крика – больно-то как! Я всегда считала, что массаж – это удовольствие, а тут…
- Вот и всё! – доктор выпрямился и велел: - Ну-ка встань. Не тошнит? Голова не кружится? Хорошо! Нигде не болит? Поверни голову вправо – плавно, до конца. Вот так. А в другую сторону? Не больно? Дискомфорта нет? Наклони вперед! Ага, ну вот и все. Можно повторить через месяц. Не сутулься. Очень хорошо. И впрямь красавица! Викинг был абсолютно прав!
Обалдев от такой беспардонности, я схватила халатик, быстро закутываясь в него.
- Эй-эй! – Запротестовал костоправ, - никаких резких движений сразу после сеанса. Да и вообще - старайтесь избегать подобных телодвижений. Даже в сексе необходимо быть осторожным, когда… У тебя есть парень, девочка?
- Нет! То есть - это не ваше дело! Ванная там! Прямо за вашей спиной.
Костоправ хмыкнул и, качая головой, направился к ванной комнате.
Пока он мыл руки, я быстро натянула футболку и шорты, так как хотела попросить в цивильном виде еще об одном одолжении.
- Док! Ой. Алексей Алексеич, я хотела…
- Лучше зовите - Док, как все, иначе я ощущаю себя стариком.
- Хорошо. У вас нет какой-нибудь мази или еще что-то такого, чтобы замазать синяки на шее? Ну, замаскировать…
Худощавый жилистый доктор ростом под два метра, с немного непропорционально длинными мускулистыми руками и почти полностью седой головой, посмотрел сверху вниз с жалостью:
- Ты так трогательно просишь, я пожалел даже, что давненько не пользую богатеев, а следовательно, уже лет пять не слышал просьб о подобной маскировке. Мой тебе совет, не выдумывай. В крайнем случае – надень свитерок с высоким горлом и все дела.
- Спасибо. Но… Вик говорил, что вы лучший доктор-костоправ на Прерии?
- Хм, почти правда. Только в Белом городе, к примеру, где населения раз в десять меньше, чем в остальном окружающем пространстве, практикует с десяток докторов разных профилей, среди которых есть и мой коллега-костоправ. Вот он хуже, а за остальных не поручусь, ибо даже не знаю, есть они на Прерии, или нет.
Однако! Чуть огорченная, я по визорам вызвала Рысь, которая тут же примчалась и ласково уговорила доктора позавтракать наверху – с ней и Виком и парочкой приятнейших людей.
- Кстати, обратись к нему, - крикнул эскулап, утягиваемый моим личным пилотом, - наверняка он снабжает нежную верхушку подобными штуками…
Оставшись одна, я еще минут пять с огорчением рассматривала синяки, некрасивыми пятнами напоминающие о самых жутких мгновениях вчерашнего дня. И как мне на людях показаться. Даже перед своей командой не хотелось так появляться, а уж перед чужими… Да, конечно можно простой маскировочный крем использовать, да вот только не нуждалась я никогда в подобных вещах и запаса не захватила с Земли. Был маленький тюбик простого тоника в наборном саквояже с косметикой, но смотрелся он грубо, особенно наложенный толстым слоем, а что с ним станет от местной жары вообще думать не хотелось. То же самое со свитерками, о которых так любезно подумал Док. Ну кто в такую жару станет носить одежду с закрытым горлом, когда больше всего хочется наоборот – раздеться.
Выход, конечно, есть – прокатиться в Белый город и найти там аптеку. Но для этого надо покинуть спальню, следовательно, безрукавный белый топик с высоким горлом все же одеть придется. Иногда я жалею, что природа или гены наградили меня такой длинной шеей. Вот сегодня, например. Была бы коротенькая, как у … Вспомнить, у кого я видела самую коротенькую шею, не удалось. Я с грустью надела топик, и подходящие к нему белые широкие брючки. В конце концов, главное – естественно выглядеть перед камерой, а сегодня я сниматься точно не собиралась. Сначала поездка к Ахиллу, потом нужно все же отвезти Надюшку к геологам. Обещали ведь, да и любопытство снова проснулась, стресс, вероятно, решил отпустить меня из своих жестких щупальцев.
- Ди, вот, док оставил, не знаю, что за штука и зачем, - Рысь, как всегда, ворвалась в мою спальню маленьким вихрем, затормозив, поставила на столик круглую серую баночку без всяких надписей.
- Ничего не сказал?
- Ну почему – ничего? Сказал. Передаю дословно: «Ладно, не похожа она на них, вот хоть ты тресни! Дай ей, Ольча, вот это – и скажи – тоненьким слоем, а на ночь – потолще, и салфеткой прикрыть. Завтра же ничего не останется. Чудо наш терник, чудо. Пусть только потом вернет, Викингу отдаст. А то не напасешься на вас, неугомонных».
- И все?
- Ага. Вик его в город на катере повез.
- Остальные проснулись?
- Только Серж и Егор. Остальные пока дрыхнут. Так и понятно – семь часов только, а Марат и вовсе сова.
- Это как? – удивилась я ее наблюдательности, но тут же махнула рукой: - Ну и хорошо. Пусть спят. Скажи Моретти, что мы с тобой сейчас к Ахиллесу, а потом все вместе к геологам полетим, пусть три часа занимаются, чем хотят. Вылетаем отсюда в десять. И остальным пусть передадут.
***
В столовой, действительно сидели только Серж и Егор и кушали омлет с гренками. Дружно пожелали мне доброго утра. Оба выглядели свежими и бодрыми. Может, искупаться успели? Бассейн же есть.
Рысь наливала чай и указала мне на стол.
- Диан, я тебе тоже положила, надеюсь, поешь?
- Спасибо. Поем, пахнет восхитительно.
Я заняла место за столом и встретилась с серьезным взглядом Сержа.
- Что?
- Ты кушай, Ди, кушай, я позже скажу.
Нда, что за тайны с утра пораньше? Я попробовала кусочек омлета и сразу ощутила голод. Умеет Оля готовить, что ни говори, так вкусно я даже в ресторане не ела. Или мне так только кажется? Вчера за ужином толком не поела, вот и проголодалась. Вспомнилось, как ребята вчера дружно старались меня отвлечь разной ерундой, словно сговорились не упоминать о неудачном сафари. Мило, конечно, с их стороны, но по решительному виду Моретти стало понятно, что это была лишь отсрочка.
Так что тянуть с завтраком не стала, быстро расправилась со своей порцией и подвинула себе чай. Две ложечки белой смерти, то есть сахара – не могу без него, особенно утром – дольку лимона, помешать, первый глоток, и всё – готова к разговорам.
- Ну, так что за разговор, Серж?
- Я о твоей поездке к Ахиллесу. Вот что, собираюсь поехать с тобой.
- Зачем это? То есть, я не против, – пожала я плечом, – раз уж ты считаешь, что это необходимо.
- Вот и славно, - Серж заметно расслабился и заулыбался, словно не ожидал такого легкого согласия с моей стороны. – Как спалось? Понравился костоправ?
- Спалось хорошо, а этот Док… Профессионал, конечно, но не особо понравилось.
- Почему? – в один голос воскликнули все трое, даже Егор перестал клевать носом. Видимо, Док был фигурой известной и любимой.
- Не люблю представать голой перед чужими мужчинами, пусть даже докторами,- пояснила я, словно защищаясь.
- Голой? Абсолютно? – живо заинтересовался Серж. – А перед своими мужчинами? Могу я считать себя своим?
- Успокойся, Серж, перед тобой я не собираюсь раздеваться, так и запомни.
Заспанный Марат выбрал именно этот момент, чтобы появиться на пороге кухни:
- Ну и разговорчики, - оценил он. – Рысь, там рагу не осталось вчерашнего?
- Осталось, - Оля отложила электронную записную книжку, в которой сосредоточенно что-то записывала, и поспешила на кухню. – А омлет положить? – донеслось оттуда.
Марат был согласен и на омлет и вообще на всё. Обжора! На мой комментарий он лишь усмехнулся и заявил, что голодный он злой, так что в моих же интересах - его накормить.
- Кормись, я только рада, - глотнув еще чаю, я поднялась, - только вот составить тебе компанию не могу. Серж, ты готов?
Вот тут вся веселость мигом слетела с Марата.
- Куда это вы собрались? – настороженный взгляд быстро перебегал с меня на оператора.
- К Ахиллесу. Это ненадолго. Потом полетим к геологам…
- Присядь, Ди! – перебил Марат. – Серж, выйдем на минуту? Разговор есть.
Я послушно опустилась обратно на стул. Подумать только, у них уже тайны от меня?
Моретти окинул админа чуть насмешливым взглядом, с грохотом опустил на пол передние ножки стула, на котором раскачивался, и, словно нехотя, поднялся:
- Ну ладно, пойдем, поговорим.
- И что это означает? – попыталась я разобраться.
- Ничего особенного, Ди, - Марат пропустил итальянца вперед, - это личное. Подожди, ладно?
На мой вопросительный взгляд Рысь пожала плечами, мол, сама не поняла. Егор спрятал за чашкой улыбку, видимо понял что-то, но говорить не собирался. Так как я не особо с ним успела познакомиться, расспрашивать не решилась.
Вернулись парни не так и быстро. Минут десять прошло. Оба явно недовольные, но хоть целые и невредимые – и то хлеб. А то я уж подумала, не разборки ли устраивают. Только причина непонятна. Вот конспираторы. Стало обидно, что меня посвятить не собираются. Что за секреты, в самом деле?
- Я готов, Ди, - Серж снял свою камеру со спинки стула и повесил на шею. – Поехали? Рысь, ты как?
- Рысь, чаю мне налей, пожалуйста, - Марат оторвался от своего рагу. – Классно готовишь, малявка.
- Еще раз назовешь малявкой, кормить больше не буду, - Рысь бухнула перед ним огромную чашку дымящегося напитка. – Я тоже готова, Ди!
Я вздохнула и поднялась. Ладно, сейчас некогда, но потом обязательно разберусь, чего они там скрывают.
Марат невинно улыбнулся, желая счастливого пути, словно прочел мои мысли, чем только подлил масла в огонь.
- Ты ничего не хочешь мне рассказать? – не удержалась я.
- Нет, - качнул он головой, - а что?
- А ты, Серж?
- Ди, пойдем уже! – раздраженный тон Моретти вообще удивил, он таким еще никогда не был. Любопытство мое просто зашкаливало, но пришлось смириться.
- Я в редакцию, подбросите? – вскочил Егор.
В результате мне пришлось сидеть в салоне с молчаливым Егором, а Серж наглым образом забрался в кабину, словно нарочно, чтобы я ни о чем не могла спросить. Ни при Егоре же, в самом деле. «Ну, парни, припомню вам ещё!» - подумала мстительно.
На крыше редакции Егор попрощался и как-то неуверенно спросил, может ли он поехать к геологам с нами. Для сюжета, мол, неплохо меня снять и среди суровых работяг. Я заверила, что возражений не имею и условилась, что заберем его на обратном пути.

Рысь посадила коптер прямо во дворе Ахиллеса, рядом с черным - чуть больших размеров. Кажется, именно на нем меня возили к другу Михалыча в первый вечер на Прерии.
Оля сама повела нас внутрь дома, пояснив, что Ахиллес уже нас ждет и велел провести в кабинет. Видимо связывалась с ним по визорам во время полета. Кабинет оказался тот самый, где прошла наша первая встреча.
Ахилл, вставший при нашем появлении, показался мне еще более опасным и мрачным, чем тогда. Он вышел из-за своего стола и перешел к большому овальному, где сел напротив нас с Сержем. Рысь сразу испарилась, Серж выглядел спокойным и серьезным, никакой улыбчивости и обычного дружелюбия. Странно! Отодвинув мне стул, он сел рядом и, уставился на хозяина кабинета, который отвечал ему тем же.
- Кто вы такой? – наконец спросил Ахиллес. Ровно так, но попробуй не ответь.
- Ее оператор и друг. А вы?
О как! Мой друг, оказывается.
Глаза хозяина дома недобро сверкнули, но на вопрос он ответил.
- Я – человек, и тоже хотел бы стать ее другом. Причин несколько, назову лишь одну. В людях разбираюсь, и девочка мне нравится. Достаточно?
- Вполне. – Моретти откинулся на стул, словно предлагая нам общаться, а он свое дело уже сделал.
- Я вообще-то здесь, - пробормотала я, намекая, что могли бы не разговаривать при мне в третьем лице.
Никто не обратил внимание на мою реплику, ну а зачем им это надо, конечно. Вообще странно, что меня тут принимают, все вокруг просто кричит о чисто мужском мире. И Серж, похоже, вписался в него идеально, а вот я – нет. Грустно? Еще бы!
- Диана, я пригласил вас, чтобы обсудить вчерашний несчастный случай, - Ахиллес едва заметно поморщился, - о чем, надо полагать, вы уже догадались. Как вы себя чувствуете?
Я невольно коснулась шеи:
- Нормально, - растерялась, не зная, что еще сказать и посмотрела на Сержа, но тот сидел с каменным лицом, рассматривая потолок с рисунком какого-то библейского сюжета, и похоже, помогать мне не собирался. – Понимаете, вчера…
Я запнулась, горло вдруг перехватило. Не думала, что так тяжело окажется говорить об этом. Не хватало еще расплакаться.
- Диана, - как-то осторожно начал Ахиллес, - я понимаю, что вам тяжело это вспоминать, но кроме вас, увы, некому рассказать, что произошло на самом деле. Я потерял двух своих людей, достаточно опытных… Полагаю, они сделали все возможное, чтобы спасти вас. Не просто же так отдали свои жизни.
Он кивнул на девушку, которая, постучав, внесла в кабинет поднос с напитками и закусками. Это дало передышку – возможность обдумать свой ответ, и мысли бешено закрутились в голове.
Можно ли ему рассказать всё, как было? Да и нужно ли? Что я о нем вообще знаю, об этом суровом мужчине, друге Михалыча? Кажется, они вместе служили. Правда, друзья, значит. Что ему сказал Михалыч насчет меня? Ведь и таксист не так, чтобы очень, был со мной знаком. Ну да, подарил револьвер, Марат смотрел на оружие, как на чудо, так что, возможно, и правда – очень неординарный подарок. Почему он его сделал? Почему обучал стрелять? Вывод у меня был только один, возможно и совсем неправильный – я ему очень нравилась. А что, ведь тогда я это чувствовала. И не обязательно человек будет нравиться другому из-за каких-то причин. Ведь такое может происходить даже вопреки всему. Значит, примем, как данность.
Вздохнула, так ничего не решив толком, и взяла с подноса стакан с лимонным соком. Очень уж он понравился мне в прошлый раз.
Ахиллес тоже взял сок и Моретти, поколебавшись пару секунд, последовал его примеру. Наглый оператор мог бы хоть как-то мне помочь, но попытка поймать его взгляд не увенчалась успехом. Типа, сама выкручивайся? Ну, Серж! Раз так буду говорить честно, всё, что думаю. Именно это оценит Ахиллес, судя по всему, а на Сержа плевать, что он там себе думает.
- Мне кажется, вы не совсем верно оценили происшедшее, Антон, - произнесла, когда за девушкой закрылась дверь. – Глеб… Ваши люди угрожали мне.
- Вот как! – грек прищурился, чуть откинув назад голову. – Именно поэтому вы их убили, Диана?
Кажется, Серж подавился своим соком, но меня так поразили слова Ахилла, что не до этого стало.
- Что? Я убила? Да как бы я могла? О чем вы говорите?
- О том, что знаю. У вас был револьвер, очень необычный, насколько я понял. Такие пули… где вы его взяли?
- Причем тут это? У ваших людей автоматы были. Я совсем не разбираюсь в оружии, я знаю, но мне кажется, вы должны понимать, что револьвер совсем не соперник автомату.
- Не горячитесь, Ди, - Грек по-прежнему выглядел совершенно спокойным, - я вас ни в чем не обвиняю. Но гибель моих людей…
- Их… их съел монстр. – Кажется, я все-таки всхлипнула, но тут же смогла взять себя в руки. – Я их не убивала!
- Кроме вас троих там никого не было. Визоры Камаля и Глеба, к сожалению, восстановлению не подлежат. А мне бы очень хотелось видеть какое-то подтверждение вашим словам. Могу я ознакомиться с записью ваших визоров?
- Н-нет.
Его глаза едва заметно расширились и снова сузились:
- Почему? – от жесткого тона по затылку побежали мурашки.
- На Ди визоров не было, - спокойно произнес Серж, - это я помню абсолютно точно. Боюсь, мы все расслабились, доверившись вашим людям.
Грек окинул оператора тяжелым взглядом и снова посмотрел на меня:
- То есть, нет никаких доказательств, что это не вы стали причиной смерти моих людей? Ди, признайтесь хоть в том, что Глеб был вашей любовью, когда служил тренером на Земле и у вас были причины личного характера по отношению к нему.
Я почувствовала вдруг такую волну гнева на этого человека, который не только заставлял меня вернуться к страшным событиям, разрывающим сердце, а еще и обвинял в смерти этих мерзавцев. Личные причины! Боже мой! Вскочив со стула, я оперлась руками на стол, не очень сознавая свои действия и выпалила:
- Личные причины? Вот как вы это называете? Да вы знаете, что Глеб ненавидел меня?! Что он специально заманил меня в эту рощу! Вы хоть понимаете, что они хотели меня убить! Эти ваши люди едва не задушили меня ремнем автомата!
- И тогда вы его застрелили?
- Нет!
Я выхватила из кармана камеру, подаренную Сержем. Сама не знаю, для чего взяла ее с собой. Швырнув ее Ахиллесу через стол, воскликнула:
- Сами смотрите! Раз вам так нужны доказательства – вот они!
После чего, не обращая внимания на странный взгляд грека, почти рухнула на стул и все-таки разрыдалась, закрыв лицо руками.
- Спокойно, Ди, все хорошо! – Рука Сержа легла на мое плечо. – Смотрите, Ахилл, там есть всё.
- Как это работает? Можно извлечь память? – Грек несколько брезгливо рассматривал хамелеончик, меняющий цвет в тон зеленому камню стола.
Обида прошла так же быстро, как и пришла. Мне стало невыносимо стыдно перед хозяином этого кабинета, да, что уж скрывать, и перед Моретти тоже. Веду себя, как избалованный ребенок, а не умная собранная журналистка.
- Дайте мне. – Серж быстро нажал какие-то невидимые грани и извлек тоненький стержень:
- Стандартный разъем – хоть для визоров, хоть для чего другого. Только разблокировать запись может лишь Ди.
Ахиллес вставил стержень в свои визоры и протянул мне идентификатор:
- Диана?
Я кивнула, прикладывая мезинец левой руки к гладкой поверхности. Имплантат, встроенный под кожу, издал короткую неприятную вибрацию, и я убрала руку.
Увидев, как Ахиллес выводит изображение на огромный галоэкран, и кабинет заполняет цоканье копыт четырех лошадей, я тут же снова поднялась.
- Мне надо умыться. Вы позволите?
- Конечно, - Грек остановил запись, и в его взгляде мне почудилось сочувствие. – По коридору направо, следующая дверь. Если хотите, мы подождем вас.
- Не надо, - как можно небрежней, я махнула рукой, - я всё это уже видела!
Поспешно покинув кабинет, я быстро зашла в большую ванную комнату, отделанную каким-то темным камнем, и долго умывала лицо холодной водой. Мне было неловко от своей трусости, но видеть во второй раз, как монстр съедает людей, или как Глеб выкрикивает мне в лицо гадости с перекошенным от ненависти лицом, просто не могла. У меня и без того всё слишком хорошо запечатлелось в мозгу – каждая мелочь, каждый звук – и я очень боялась, что никогда не смогу избавиться от этих картин. Так что лишних напоминаний мне точно было не нужно.
Когда я, наконец, решилась вернуться, то на экране увидела обеспокоенное лицо Марата. Господи, кажется, на его лице блеснули слёзы, когда он говорил: «Слава Богу, ты жива, Ди!» А я и не видела этого. «Глеб, - услышала я собственный очень хриплый голос, - Глеб жив?»
Ахилл выключил камеру.
- Диана, простите, что был несправедлив к вам, - произнес он очень напряженным голосом. – Вы сердитесь на меня?
Я помотала головой. Странно, но я действительно не сердилась. Скорее ощущала облегчение оттого, что он теперь всё знает.
- Что вы собираетесь делать с этой записью?
Я оглянулась на Сержа, но оператор пожал плечом, мол, решай сама.
- Отдать вам. Копии я не делала и запись никому смотреть не давала. Ахилл, я уверена, что вы ни причем в этой истории и очень надеюсь, что и вы не станете показывать никому эту запись. Мне бы хотелось, чтобы мы по-прежнему остались друзьями.
У Сержа, кажется, отвалилась челюсть, а Грек вдруг широко улыбнулся.
- Знаешь, девочка, - произнес он неожиданно очень довольным голосом. – Много я повидал людей на своем веку, но такое дитя неразумное вижу впервые.
Прежде, чем я успела возмутиться, он встал и протянул руку:
- Значит, друзья?
Неуверенно пожала, ощутив его силу и мягкость одновременно. Кивнула:
- Да, друзья.
- Ты не пожалеешь, Ди! Можешь всегда на меня рассчитывать!
***
Сержу он тоже пожал руку и криво усмехнулся:
- Оператор, значит?
- Самый лучший, здесь, на Прерии, - произнес Моретти ему в тон.
- Буду иметь в виду. Игрушку свою не забудьте.
Я сунула одинокую камеру в карман, порадовалась, что грек напомнил, а то нежное устройство так слилось со столом, что я бы и не заметила.
За дверью нас ждала Рысь, присев на корточки и прислонившись к стене, она что-то слушала, подняв визоры на макушку и закрыв глаза. Больше всего похожа была на одинокого подростка со своим ежиком жестких волос и детским личиком. Почувствовав, видимо нас, она живо вскочила и улыбнулась:
- Всё, можем ехать?
Но тут же улыбка ее померкла.
- Рысь, на минуту! – Холодный голос Ахилла вызвал панику не только у девчонки. – Ди, можете спускаться к коптеру, трап спущен.
- До свидания, Антон.
Рысь, проскользнула в кабинет и дверь плотно закрылась.
- Сейчас спустит с нее часть драгоценной шкурки, - прокомментировал Серж, улыбаясь.
- Как ты можешь?! - мы спускались уже знакомым маршрутом во двор. Причем Моретти, в отличие от меня, попавший сюда впервые, ориентировался лучше меня.
Выйдя на улицу и оказавшись на просторном дворе, мы нос к носу столкнулись с двумя здоровыми мужиками. Они замерли, как и мы, и синхронно шагнули в разные стороны, уступая дорогу.
Я хотела пройти, мало ли кто мог посещать Ахиллеса, но лицо одного из мужчин показалось смутно знакомым. Где я могла его видеть?
- Извините, - я вежливо улыбнулась, - мы с вами нигде не встречались?
Темно-карие, почти черные глаза скользнули по моей фигуре, после чего остановились на лице:
- Ошибаетесь, леди, впервые вас вижу! – мрачно прогудел он.
Второй улыбнулся и подмигнул мне, а я постаралась быстренько пройти между ними. И зачем спросила? Кого я тут вообще могу знать? Недели ведь не прошло!
- Бывает, Ди, - хохотнул Серж, - проследуйте на борт, плиз, дорогая леди.
- Прекрати паясничать, - буркнула я, поднимаясь в коптер.
Ахиллес не обманул, Рысь появилась, едва мы успели сесть на удобный диванчик в салоне. По лицу ее было непонятно, что там у них произошло, однако едва мы поднялись в воздух, на галоэкране появилась ее шаловливая улыбка:
- Легко отделалась, - сообщила она, нисколько не таясь, - ну что, прокатимся с ветерком?
- Рысь, не сейчас, а то я сам по шее надавать могу, - Моретти щелкнул пальцами, - нам еще этого, как его, Егора нужно в студии забрать.
- Ах да, ну ладно, - Оля сделала аккуратный вираж, возвращаясь к центру сити. – Такой скучный парень, этот Егор, - пробормотала она.
- А кто тебе больше нравится из нескучных? - подмигнул Серж, - подожди, я угадаю! Неужели красавец-итальянец?
- Не угадал! – весело рассмеялась Рысь. Мы пошли на посадку.
Пока ждали Егора, который не очень-то спешил, Серж продолжал попытки вызнать все сердечные тайны Рыси, но девчонка оказалась не такой простой. Шутила не менее остроумно, не сделав в итоге ни одного признания. Как маленькие, честное слово! И кто после этого у нас дитё?
Наконец появился Егор, бегом добежал до коптера и забрался, на ходу извиняясь за задержку.
Мы взяли курс на домик на скале, откуда предстояло стартовать в новое путешествие вглубь Прерии, отчего сердце у меня тревожно забилась. Какие ещё сюрпризы готовит мне судьба? Неожиданности далеко не самого приятного свойства, словно специально подкарауливали меня здесь на каждом шагу, потому от поездки к геологам я уже не ждала ничего хорошего. Лучше сразу настроиться на самое худшее. Или не стоит?
Я вздохнула и поглядела в окно на приближающийся дом на скале. Вот и появилось у меня пристанище. Дом, милый дом. Внутри стало тепло-тепло от этой мысли. Теперь я понимала всю глубину этого выражения! Ничего, уже вечером, если повезет, мы вернемся, и я буду спать в собственной постели в собственном доме.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 15.01.2012, 20:24 | Сообщение # 17
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 13

Рысь вдруг вспомнила, что не заправила коптер и, высадив нас на крыше моего дома, улетела. До времени, назначенного на отлет, оставалось еще минут сорок, так что, я не стала расстраиваться, а сразу пошла в свою комнату, переодеваться в камуфляж. Синяки на шее на самом деле еще и появиться не успели, это я с утра преувеличила, а вот царапины от собственных ногтей, увы, остались. Смазала все это тонким слоем субстанции из баночки Дока, так и ожидавшей меня на столе, там, где поставила Оля. Кожа у меня за эти дни незаметно успела приобрести загар, все-таки солнце тут интенсивное, и я всерьез задумалась о том, что пора бы отдохнуть и позагорать, чтобы загар сравнялся на всем теле. И желательно в одиночестве - может, у бассейна. Тогда можно и голой. Завтра как раз воскресенье - выставлю всех, впрочем, надеюсь, дурдом закончится, и некого выставлять будет, разве что Рысь, так ее я стеснялась меньше всего.
Нацепив кобуру с пистолетом, я порадовалась, что Марат взял на себя заботу о чистке оружия. Вчера еще, пока спала. Зарядил даже, какой молодец. Надо бы ему «спасибо» сказать, заслужил. Не успела надеть и застегнуть жилетку, которую Оля именовала разгрузкой, как позвали.
- Все уже в коптере, - вынырнула голова Рыси из холодильника, - о! Классно смотришься! А я тут это, еды нам в дорогу наготовила. На обратный путь Надюшка просила не брать, сказала снабдит.
Я взяла из ее рук один из контейнеров:
- Дай, помогу. Сколько лететь-то, что запасаемся, как на северный полюс?
- Надюшка говорила часов семь, но это смотря на чем. Я надеюсь часов за пять добраться. Так к пятнадцати ноль-ноль будем там. Если часа три вам на экскурсию хватит, то замечательно - вечером будем дома.
- Хотелось бы! - с чувством отозвалась я. - Только очень прошу, не рискуй понапрасну, ладно?
- Хорошо!
В который раз наш синенький «стриж» поднялся в воздух, и, пролетев над городом, мы снова оказались над просторами молодой планеты.
Я сидела рядом с Леночкой и Егором, напротив устроились Серж и Марат, Надюшка очень просилась в кабину, и Серж не смог устоять перед ее очаровательным голоском - уступил присвоенное себе место.
Разговаривать с ребятами не хотелось поначалу, потому я включила визоры, нашла себе приятную мелодию и стала искать что бы почитать. Все равно первый час - я навряд ли за окном чего новое увижу, а если и случится, Моретти обязательно будет громко комментировать - так что услышу даже сквозь музыку.
Под классического инструментального «Одинокого пастуха», так любимого Стешкой, я активировала свой акаунт, отключенный на время поездки к Ахиллесу. Вообще странно, что я постоянно его отключаю. Визор, в смысле. Это же не Земля. Надо избавляться от такой вредной привычки. Тут опасности на каждом шагу.
Сердце вдруг дернулось и ухнуло в пустоту, и вовсе не из-за крутого виража - Рысь на этот раз вела машину быстро, но аккуратно. Просто увидела входящее сообщение от скрытого номера. Ничего себе! Ведь до ночи еще далеко! Или... мое предложение дружбы так повлияло?
Открыть, или дождаться, когда приедем? О чем я думаю?! Словно я смогу выдержать столько времени!
Глянув поверх очков, убедилась, что парни заняты чем-то своим и не обращают на меня внимания. Вот и славно. Уже не удивилась странному волнению, охватившему всё мое существо от предвкушения. И главное объяснения этому не находила. Ну что мне этот поклонник, от которого не видела ничего, кроме стихов. Правда настолько подобранных, казалось, он и впрямь разговаривает со мной. Нажала на сообщение, и замерла - перед глазами крутился как живой - беленький цветочек с пушистой головкой. Вот он стал таять, возникло темное небо с крупными звездами. Одна сияла ярче других, приковывая все внимание к себе. Как же это понять, что можно передать картинками? Изображение снова растаяло и медленно проявился текст - сначала серый, буквы сливались, потом медленно становились ярче и четче, словно фокусируясь . Сердце застучало сильнее. Дыхание на миг перехватило. Что же он ответил? Ну же! Быстрей! А если только стихи? Как же устала я их разгадывать, если б он только знал!
И вот... Всё-таки стихи. Впившись глазами в строчки, стала читать медленно. Может, хоть в этот раз удастся сразу увидеть и то, что скрыто между строк?

«Что в имени тебе моем?
Оно умрет, как шум печальный
Волны, плеснувшей в берег дальний,
Как звук ночной в лесу глухом.

Оно на памятном листке
Оставит мертвый след, подобный
Узору надписи надгробной
На непонятном языке.

Что в нем? Забытое давно
В волненьях новых и мятежных,
Твоей душе не даст оно
Воспоминаний чистых, нежных.

Но в день печали, в тишине,
Произнеси его тоскуя;
Скажи: есть память обо мне,
Есть в мире сердце, где живу я..."

Как я его произнесу, если даже не знаю?! Это что, издевка такая? Где это имя? Почему он не поговорит со мной по-человечески? Или не понимает русский язык? Чувство глубокого разочарования и обиды заставили закрыть письмо. Еле заставила себя глубоко дышать, не позволяя слезам показаться на глазах. Правда, и не видно их за визорами, но душа казалась настолько обнаженной, что даже камуфляж и разгрузка не давали чувство защищенности от посторонних взглядов. Что ты делаешь со мной, незнакомец? Зачем? Почему? Почему именно так? И ведь подумать только! Даже имя назвать не захотел! Это после всего, что я написала! Открыла душу, дружбу предложила, наконец!
Что за человек такой, кто же он? Почему не хочет назваться и говорить простым языком, а просто копирует старинные стихи. Что за игра такая? И главное - почему я так расстраиваюсь?
Ну и ладно, плевать, даже отвечать больше не стану! В глубине души я уже понимала, всё равно отвечу, но не хотелось сдаваться так быстро. Пусть тоже подождет. Если, конечно, ему хоть в сотую долю важна наша переписка так, как мне!
Забыть оказалось почти невозможно, но я постаралась приложить все силы. Прочла послание от Ахиллеса. Надо же! Удостоил!
«Ди, спасибо за Рысь!» Н-да, всего четыре слова. Тоже загадочный нашелся! И за что спасибо, скажите на милость? Отослала маленькую улыбающуюся рожицу. Пусть думает, что хочет.
Поработать? А и в самом деле - нет ничего лучше работы, всегда ведь знала. Но скоро просматривать отснятые кадры и ролики видов Ново-Плесецка наскучило. Сколько можно, в самом деле. Тем более, в этом я полностью доверяла Сержу - Моретти гораздо лучше меня подбирал композицию видеоряда, надо признать. Вот на текстом вступительной речи еще стоило поработать - сократить описания, добавить живости и юмора. Но не в коптере же этим заниматься?! Вот когда вернусь... Что еще-то?
Открыла рубрики истории Прерии. Нажала вкладку «Геологи». Материалов масса, часть уже видела, поэтому быстро листала темы, пока не наткнулась на одну: «Непридуманные истории, Земля, 2011 год». Ого. Интересно, как они-то сюда попали? Что может быть общего с современной Прерией? Кто его знает, этот «Аналитик-М», по какому принципу он отбирает?! Ник «[BOOM]er» почему-то привлек внимание - от его имени шло не меньше десятко разных историй и все коротенькие и забавные.
Четвертую, где рассказчик упомянул своего отца, уже читала увлеченно, заранее улыбаясь.
Но по мере прочтения, еле сдерживала рвущиеся из горла смешки. А когда здоровый геолог бросился бежать, испугавшись следа медведя, а топающего за ним товарища принял за этого самого зверюгу, решившего его догнать, и ворваться следом в дом, не выдержала и стала хохотать. Марат с Сержем оторвались от своих дел и сначала смотрели недоуменно, а потом сами заулыбались.
Я так смеялась, что минуты три не могла внятно объяснить ребятам, да и вообще произнести больше одного слова за раз. Видимо, это нервное, сначала Ахиллес, потом незнакомец... В конце концов, уже еле дыша, просто сбросила всем на визоры эту и все остальные истории загадочного геолога Бумера, и скоро в салоне коптера веселились уже все. Я утирала слезы, чувствуя себя почти счастливой.
И конечно, каждый принялся вспоминать случаи из своей жизни. Особенно Токаев вдохновился. Я включила визоры на запись - очень уж интересная жизнь у Марата оказалась. А я даже не знала, что он был охотником, вот как бывает. И молчал, главное!
Даже Леночка припомнила историю из детства, а Егор рассказал, как всем поселком тушили пожар. Лишь Серж ничего рассказывать не захотел. Пояснил, что быть слушателем ему нравится больше, да и не случалось у него ничего такого «колоритного», как у админа или остальных.
За рассказами и просто уже разговорами незаметно пролетело два часа, после чего Рысь предупредила, что снижается, мол, пора сделать всем передышку, спокойно поесть и размяться. По ее словам, мы даже опережали немного полетный график, так что все идею остановки одобрили.
Сели мы в живописном месте на вершину холма.
- Очень удачно, молодец, Рысь, - Марат взял наизготовку свое ружье и пояснил: - пространство открытое, просматривается далеко, так что вряд ли кто-то сможет подобраться незаметно.
И, тем не менее, пугая меня своими действиями, Токаев и Моретти по очереди сторожили остальных, пока мы ели и бегали к ближайшим кустикам, тоже предварительно тщательно обследованным ребятами.
После сытной еды на ветреном холме меня стало клонить в сон, и оставшееся время полета, я спокойно проспала, откинув свое кресло. Кто-то даже набросил на меня тонкое мягкое покрывало, а я-то думала, почему мне так хорошо и уютно спится.
Только когда до базы геологов оставалось двадцать минут, Меня разбудила Леночка, и я, как могла, привела себя в порядок. Хотелось выглядеть достойно даже перед этими простыми людьми, хотя как это возможно в камуфляжной одежке оставалось для меня загадкой.
Посадка прошла мягко, и Рысь, скомандовав: «Всем на выход», отключила мотор и разблокировала двери.
Все тело у меня затекло, от не слишком удобного положения во время сна, да и в туалет хотелось сильно, оттого что уделила много внимания напитку из свежих плодов местных яблок. Тех самых синеватых, одно из которых я умудрилась сунуть в карман перед началом вчерашней истории с гибелью Глеба.
И тут меня осенило. Ведь Рысь тогда сказала, что у геологов работает брат Глеба. А не ошибку ли мы совершили, приехав сюда? Однако, Марат с Сержем уже покинули салон, и я спустилась вслед за ним по трапу, удивленно оглядываясь вокруг.
Какая красота! Вдали виднелись белые шапки синеватых гор. Вокруг росли причудливые деревья, под которыми стояли небольшие одноэтажные домики. Похоже, было на какой-то поселок, очень органично вписавшийся в эту сказочную местность.
Рысь вдруг бросилась высокому мужику на шею, назвав его дядей Пашей. Видимо это и был тот друг Вика. Он внимательно нас рассматривал, не проявляя ни дружелюбия, ни других каких-то эмоций. Интересно, за что его так любит Надюшка? Надо было видеть, как она радовалась встрече с этим суровым мужиком еще на подлёте. А он? Незаметно, что это видит, улыбнулся ей как-то снисходительно. Не замечает? Мужики они такие, порой диву даешься, насколько не видят собственного счастья под самым носом.
Так как Надюшка сразу убежала, получив добродушный, но твердый приказ начальника, представила нас Рысь - в своей неподражаемой манере - скороговоркой и весьма непосредственно, после чего Павел Петрович Епифанов, отрекомендовавшись: «Зовите меня просто Паша», - пригласил на обед. Это меня порадовало. Несмотря на перекус в дороге, аппетит разыгрался с новой силой.
Марат о чем-то негромко спрашивал местного начальника, царя и Бога, пока мы шли к длинному невысокому строению метрах в трехстах от нас. Сержио не нашел ничего лучше, как попытаться дружески приобнять меня за талию. Он вообще после встречи с Ахиллесом ведет себя странно.
Впрочем, сразу руку убрал и так широко улыбнулся, что я ему все простила. Решила даже тихонько поинтересоваться, заметил ли он чувства Надюшки к Павлу Петровичу.
- Ну, ты скажешь! - рассмеялся Моретти, и тут же понизил голос, когда идущий впереди в компании админа предмет обсуждения мимолетно оглянулся на нас. - Кто ж вас, девушек поймет?! Вот про мужиков я тебе всё могу сказать. Ха ха.
- Очень смешно! - Ох уж этот самоуверенный итальянец. - Тогда скажи, что испытывает мужчина.
- Э-э, ты о ком?
- О нем, конечно, - кивнула я на Павла Петровича.
- А-а. Ну, тут все просто. Опекает, относится как к дочери, порвет за нее любого в клочки. Серьезный мужик.
- Вот дурак, - вырвалось у меня против воли.
- Не скажи. Надюшка за ним будет, как за каменной стеной... Если, конечно, перестанет вести себя непонятно и прямо признается, что чувствует.
- Ничего себе, а что не видно разве?
- Неа, не видно. У мужиков же как? Если любит - то ничего не замечает. Она может быть какой угодно - распутной, грубой, надменной - в общем, сукой и стервой, а ему без разницы - весь мир не прав, а прав только Он, потому что это ОНА. Потом когда-нибудь всё же прозреет, но это все потом. А вот если любят его... То тут та же слепота, но наоборот. Нам же что важно - достичь, добиться, завоевать. Но вот если нужно просто заметить... а может, в такое счастье не можем поверить, не знаю. Да и потом, девушки всегда себя ведут так, словно у них что-то есть на уме в отношении тебя, а на самом деле - просто хотят подружкам нос утереть. А может, еще проще - не нужно ему такого счастья и всё тут. Извини, если разочаровал.
«Вот оно как! Просто у мужиков?! Знал бы он, какие загадки устраивает мне тайный поклонник!». - И тут меня осенило:
- Ну, допустим! Тогда еще можно уточнить про психологию мужчин?
Серж внимательно глянул в глаза, словно хотел что-то увидеть, очень ему важное, но тут же всё испортил, подмигнув и улыбнувшись широкой мальчишеской улыбкой. А ведь я даже успела подумать, как он хорош, когда серьёзен!
- Ди, радость моя, ты сделала верный выбор, задавая подобные вопросы именно мне! Честно и доходчиво отвечу на любой вопрос. Абсолютно! Даже на самый неприличный.
- Прекрати паясничать! Ладно. - Я убедилась, что Леночка с Егором ушли далеко вперед. - Вот Леночка ведет рубрику полезных советов. И думая, что я в этих делах очень опытная, попросила помочь ответить одной телезрительнице.
- А ты опытная?
- Серж!
- Да-да, извини, слушаю очень внимательно!
- Телезрительница... назовем ее Ника. Так вот. У Ники появился поклонник, который вроде как в нее влюбился...
- Уже интересно!
- Но молчаливый такой поклонник. Подкидывает ей каждый вечер очень красивые цветы на порог дома, и маленькие записки со стихами, но ни встретиться не пытается, ничего такого. Даже не признается, кто он.
- Хм.
- А ей он очень понравился, очаровал даже, и вообще, Ника почти уверена, что тоже его... ну, наверное, любит.
- Наверное? Наверное, любит? - Моретти поморщился. - Это что, чисто женское? Любит или нет?
- А то я знаю, - нахмурилась я. - Передаю тебе то, что сама услышала.
- Ладно-ладно, не злись, Ди, а в чем вопрос-то?
- Она написала ему письмо, где от чистого сердца призналась, что чувствует, и как хотела бы его увидеть, хотя бы имя узнать. Рассказала, как ей одиноко. И даже предложила...
Я запнулась, вдруг струсив. А если догадается?
- Что предложила? - прищурился Серж, - переспать? В смысле - себя предложила?
- С какой стати? Ты только об одном думаешь что ли?
- Эй-эй, полегче. Сама ведь рассказываешь чисто любовную историю. Приходится мыслить в этом ключе. Я же не просто слушаю, а хочу тебе помочь... с ответом этой Нике. Так что она предложила?
- Она... в общем, прямо предложила ему дружбу! А он даже никак не отреагировал и...
Моретти встал, как вкопанный. Пришлось тоже остановиться.
- Чего ты?
Такого взгляда я еще не видела у итальянца. Он смотрел на меня, словно видел впервые, как будто у меня уши стали как у эльфа, или еще что-то в этом роде.
- В чём дело?
- Ди, ты это сейчас серьезно? Правда, не понимаешь? А можно... Прости, пожалуйста... Тебе сколько лет?
- Причем тут это? - Я даже сердиться не могла на наглого Сержа, ощутив, что сейчас, наконец, что-то пойму. - Двадцать три. Будет. Через двадцать дней. А чего?
- Того, - он даже не улыбался, - А Ахилесс-то, сукин сын, не так уж далек от истины, называя тебя дитём!
- Прекрати обзываться и говори толком, а то я уже ничего не понимаю!
- Хорошо! - Серж вздохнул, не отрывая от меня какого-то жалостливого взгляда и покачал головой. - Короче, так! Запомни сама и этой Нике втолкуй. Предложить влюбленному мужчине дружбу - это, как бы, не то, чтобы удар ниже пояса, но что-то вроде. Понимаешь?
- Нет, а что в этом плохого-то? - поразилась я.
- Смеешься? Э-э. Похоже, нет. Как бы объяснить-то? Ну, например, приглашаешь ты девушку на свидание, а она приходит с подругой.
- М-м. Это тоже плохо?
- Я боюсь за тебя, Ди! - пробормотал Серж. - Конечно, плохо. Облом, можно сказать. Но ты права, пример неудачный. А, может, ты мне на слово поверишь? А?
- Ладно. Предложить дружбу - это вроде табу?
- Типа того. Скажи, - он чуть склонил голову и потер подбородок, - а у тебя что, кроме этого придурка Глеба никого не было? Тогда ты просто не знаешь, что положено говорить женщине, уходящей к другому.
- Что? - вся кровь бросилась мне в лицо. - У нас ничего... Да как ты смеешь? С чего ты взял?
Он нахмурился, оглянулся на остальных, успевших уйти довольно далеко.
- Чтоб я сдох, Ди. Прости дурака! Я вовсе не хотел тебя обидеть! Ну вот, уже слёзы. Ты ударь меня что ли?
- Зачем это? Не хочу! - Вся злость и обида тут же исчезли. Слова Сержио обезоружили, и я просто не могла на него сердиться. Может, как раз он заменит мне Стешку и станет таким же другом? Потом об этом подумаю!
Вздохнув поглубже, постаралась говорить спокойно:
- Всё в порядке! Правда.
- Точно? Ладно... Вернемся к нашим баранам... то есть - к влюбленным. Так что там Ника и этот бедный парень? Она предложила дружбу, а он, полагаю, оскорбился и ее послал?
- Вовсе нет! - Я едва смогла вспомнить, кто такая Ника. И пришлось срочно придумывать, как закруглить эту дурацкую сказку. - То есть, не знаю, просто перестал приносить цветы.
Я пошла вперед, стараясь скрыть охватившую дрожь. К растрёпанным чувствам примешивалось удивление от новых открытий в сфере любовных отношений. И Серж еще смеет утверждать, что с мужчинами просто?!
- Вообще-то - это и есть "послал", - Серж догнал меня и зашагал рядом. - Ладно, не майся ты дурью! Пусть Леночка сама свои советы дает, тем более, у нее любовник есть - как-нибудь разберется. Давай догонять их, а то смотри, как оглядывается Марат!
- И как? - не хотелось мне никого догонять, хотелось забиться куда-нибудь и немножко поплакать. Пришлось сделать над собой усилие и беспечно улыбнуться итальянцу.
- Как ревнивый муж! - хохотнул Серж и сразу с беспокойством поглядел на меня. - Я пошутил, просто прикалываюсь, настроение хорошее. К тому же обедать идем - я проголодался, а ты?
- Трепло ты, Моретти, самое настоящее!
- Так я разве спорю? - ухмыльнулся он.
- И наглый, к тому же!
- Неа - голодный просто.
***
Местная столовая, вопреки моим опасениям, встретила потрясающим ароматом жареного мяса и чего-то еще, сразу и не разберешь. В желудке у меня заурчало, но сначала надо было решить проблему с уборной. Благо, Рысь уже успела все разузнать и сама подбежала:
- Ди, умыться и все такое можно здесь, - она указала на неприметную дверь.
- Э-э, а мальчикам где?
Забыла, что Серж рядом, покраснела даже.
- А мальчикам - обратно на улицу, тундра большая, - не растерялась Оля. - Шучу, там пристроечка рядом справа, все вполне цивильно. Но вход с улицы.
- А ты откуда знаешь? - удивился Моретти.
Рысь показала ему язык, не собираясь раскрывать информатора, чем заслужила шлепок по заднице, когда уже собиралась штурмовать столики. Обернувшись, окинула Сержа пренебрежительным взглядом, а мне сказала:
- Я для нас пока столик выберу, а то Надюшка сказала, сейчас сюда народу привалит. Время обеденное. Или просто поглазеть на тебя решили.
- Почему это на меня?
Но Рысь вопроса не расслышала, устремившись вглубь помещения.
- Ну и вопросики, - шепнул на ухо итальянец, - такая дэвушка, а мужики тут давно на голодном пайке.
- Дурак! - стукнула его легонько локтем в живот, чтоб пропустил.
- Ох! Ты чего дерешься? - Моретти шагнул назад и я быстренько прошла к заветной комнатке. - О! Зов природы. Ну так бы и сказала!
- Сам мог догадаться! - спряталась от его вопросительного взгляда, плотно прикрыв за собой дверь.
Помещение оказалось совсем крошечным, запиралось оно как в летательных аппаратах общего пользования, открыто-закрыто. Надо же, неплохо. А что до тесноты - я тут хором не ждала, так что порадовалась и таким удобствам - главное - они есть!
Вернувшись, без труда нашла наш столик, заметив еще с порога черную шевелюру Марата в самом углу. Народу действительно прибавилось. Вновь появившиеся бросали на меня косые взгляды и о чем-то шептались, давно такого внимания не удосуживалась. Невольно чуть собралась, стараясь не слишком улыбаться, но и не выглядеть надменной. И всё же странно - что интересного в моем камуфляже, ведь ничего особенного - тут все почти также одеты. И прическа никакая, спрятана под кепкой, одетой задом наперед, как у Рыси. В общем, не собиралась я сегодня никого сражать неземной красотой. Хотя, признаться честно - отражением в зеркале скромной уборной осталась довольна. И глаза сияли, и щеки чуть разрумянились, и губы - даже без помады казались накрашенными. Хорошо на меня воздух Прерии действует, это я уже давно поняла.
Видимо, ради нас, сдвинули три столика, и немного освободили места вокруг. Получалось, наша компания занимала целый угол. Приятно, что и говорить. Сразу заняла место между Маратом и Рысью. Напротив как раз сидели Павел Петрович, Леночка и Егор. А Сержу, который задерживался, оставалось единственное место на торце.
- Все в порядке? - Тихо спросил админ. - Тебя Моретти не обижает?
- Ага, нормально... Что? Да разве он способен обидеть? - за улыбкой постаралась скрыть волнение. Не могла понять, с чего оно появилось - реально чего-то предвкушала и впервые в жизни не знала - чего именно. Это беспокоило, я оглядывалась, не в силах заметить ничего, чтобы могло оправдать горячую волну внутри меня.
- Недооценивать мужчину вроде Моретти опасно, - так же тихо пробормотал Марат. - Не будь такой легкомысленной, Ди.
Похоже, админ раздосадован. Ревнует что ли? Ну, если Серж прав, это совсем не смешно! Волнение не нарастало, держалось внутри ровным теплом, но любые другие чувства сразу заглушало. Вот и досада на Марата испарилась бесследно. Может, это у меня проснулся дар какой-то? Интуиция, к примеру? А может, просто что-то не то съела?
Серж извинился за задержку, занял свое место и подмигнул. Я округлила в ответ глаза - не мог хотя бы за обедом не раздражать Токаева?
Сразу стали приносить большие тарелки с едой и расставлять перед нами, словно ждали только оператора. Вот тут и пришло время удивляться разнообразию. Павел Петрович оказался очень даже разговорчивым, он без всякого гонора или смущения обстоятельно отвечал на вопросы сидящей рядом с ним Леночки, которая, по сути, выполняла за меня работу. Ну и хорошо, я слушала в пол уха, ожидая возможности наброситься на все пребывающие блюда.
Печеные с салом половинки картофеля, жареное филе рыбы, грибочки нескольких видов - маринованные, жареные и запечённые в омлете, большие куски поджаристого нежного мяса. Толстые ломти хлеба, видимо домашнего выглядели не менее аппетитно. А самое красивое блюдо принесли последним - тарелки красного борща с белоснежной сметаной. Такое я только у Алекс ела, вспомнилась даже Земля, стиснув печалью сердце. Длилось это меньше минуты, а потом забыла, отдавая должное кулинарным шедеврам кухни маленького геологического поселка.
Отобедав, мы поблагодарили хозяев и гурьбой отправились смотреть какое-то незабываемое зрелище.
- А что такое канава? - спросила я Павла, мы уже шли минут десять, а ничего похожего я пока так и не увидела.
- Ну, таким способом, мы рассекаем монолитный слой коренных отложений, - улыбнулся он. - По-простому говоря, скальной породы.
- И насколько глубоко вы уходите в недра земли?
- По разному. Порой и более, чем на десять метров , - пожал он плечом. - Сейчас сами увидете .
- На десять метров? - невольно повторила я. - Интересно. Но хотелось бы посмотреть.
Он усмехнулся:
- Для этого и идем. Сейчас как раз будет биться новая. Так что приготовитесь, немного потрясет. - Взрывники решили пройти ее в сверх короткое время - заложили сразу четыре тонны. Хоть до места взрыва и пара километров, но всякое может случиться.
Марат держался рядом со мной с одной стороны, Серж - с другой, и все равно стало слегка жутковато. Завели нас в какой то «дот». Проревела сирена и, спустя минуту, мы увидели поочередно взмывающие в небо пыль и крупные комки. Затем по ушам ударил мощный звук взрывов, даже земля под ногами закачалась, словно вода, и нас здорово начало подбрасывать. Еле удалось устоять на ногах, и то не без помощи Марата. Ухватилась за него, благо никаких возражений не услышала. А мимолетная улыбка показала, что он только рад. Павел Петрович, и вовсе казалось, не замечает взбесившуюся природу. Широко расставив ноги, сунув руки в карманы, наблюдает спокойно. Как умудрялся снимать всё это Серж тоже непонятно. Рысь пребывала в восторге. Леночка ахала, а меня так потрясло и заворожило зрелище, что навалившаяся было послеобеденная сонливость, мигом улетучилась.
Так что, когда всё закончилось, интервью с Епифановым прошло весело. Не только я, все засыпали его вопросами, и он под прицелами камер Сержа и Егора отвечал добродушно, и подробно. Удалось даже вставить вопрос об Истокове Леониде, но Павел по этому поводу ответить ничего не смог - связь с Истоковым прервалась еще утром, так что где он, и когда прибудет на место - никто не знал.
Потом всё вспоминалось довольно смутно. Мы вернулись к коптеру. Все благодарили Павла за приятную встречу, а я улучила-таки момент, чтобы шепнуть ему на ухо:
- Приглядитесь к Надюшке. Что ж вы не замечаете, как девчонка на вас смотрит?
- Как? - не понял он, видно, вообще не ожидал такого.
Эх, и зачем сказала?
- Извините, думала, вы не знаете, что она вас любит. - Пробормотала я, чтобы слышал только он. Улыбнулась и поспешила к трапу. Взгляд его всё же стал вдруг задумчивым, а вид слегка растерянным или оглушенным. И куда делась пуленепробиваемая самоуверенность?!
И тут как раз прибежала Надюшка - не обратив внимания на странный взгляд начальства, вручила Оле пакет пирогов с мясом и грибами, и еще чем-то заполненные контейнеры. Помахала нам рукой, желая счастливого пути, встав рядышком с начальником и, ни о чем не подозревая, радостно ему улыбнувшись. Ну вот, немножко страшно было, не испортила ли я людям жизнь своим непрошенным вмешательством. Но почему-то нисколько не жалела.
Множество людей вышло взглянуть, как взлетаем, а я почувствовала, как слипаются глаза и спать хочет каждая клеточка тела. Странно, вроде и не делала ничего, да и всю дорогу сюда проспала. Однако смирилась с требованиями организма. Устроившись в своем кресле, придала ему лежачее положение и, благодарно улыбнувшись Марату, подавшему тонкое покрывало, блаженно закрыла глаза. Спать! В пол уха услышала, как Серж пробормотал, мол, последствия стресса, ничего удивительного. Может, и прав. Волнение так ничем и не оправданное, все еще было со мной, когда сытая и довольная, полная новых впечатлений, я отрубилась на высоте восемьсот метров над просторами Прерии.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 15.01.2012, 20:25 | Сообщение # 18
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 14

Меня разбудил голос Оли, звучащий очень официально.
-... поднимите спинки кресел и пристегните ремни. - Рысь хоть и смотрелась на экране очень серьёзно и уверенно, но мне стало не по себе. Такой жесткий взгляд я видела у девочки впервые. Впрочем, она тут же экран отключила, потому я не могла сказать с уверенностью, что взгляд ее мне не привиделся.
Я встрепенулась и подняла кресло, с тревогой глядя на приникших к окнам Сержа и Моретти. Вместо того, чтобы самой взглянуть, спросила, стараясь не показать испуг:
- Что случилось?
Серж хотел что-то сказать, но Марат опередил:
- Всё нормально, Ди. Э-э...Плохая видимость просто. Час, максимум - два, надо переждать.
- А-а! А где мы?
- Где-то над перевалом...
Его прервал голос Рыси:
- Удалось определить место посадки. Приготовьтесь, может немного тряхнуть.
Мы и без того были пристегнуты, хотя и не помнила, когда успела это сделать. Невольно напряглась и тоже с опаской взглянула в окно и поежилась - белым-бело. Метель? Вспомнилось, как кто-то говорил, что на перевалах такое возможно и стало вовсе не по себе. Упругий толчок дал понять, что посадка прошла удачно, но все еще несколько мгновений боялись пошевелиться, точнее - я боялась, да пожалуй, Леночка. Она тихонько ойкнула. Марат чуть хмурился, продолжая что-то разглядывать в окне, Серж подмигнул мне, словно вообще не понимал, чего все так растревожились. Подтверждая это мнения, он отстегнулся и с хрустом потянулся.
- Ну что, сидим в коптере или прогуляемся - мальчики налево, девочки направо? - спросил он, как ни в чем не бывало.
Марат глянул на него раздраженно, но высказываться передумал. Вместо этого задал вопрос Оле:
- Рысь, как там за бортом?
- Спокойно, - тут же отозвалась наш пилот. - Удалось сесть на ровную площадку, закрытую скалой. Тут тихо, но никакой растительности нет, да и места маловато. Так что направо-налево не получится, разве что по очереди выходить, или еще как? И еще - не сорвитесь, пожалуйста, в пропасть и вообще - не подходите к краю. Мы очень высоко...
- Хорошо, - резюмировал Марат, - мы первые прогуляемся. Серж, ружье прихвати, мало ли что, не доверяю я местной тишине ни на грош.
Вооружившись и сам, он подождал, когда опустится трап. После чего открыл дверь, и в кабину ворвался холодный ветер со снегом. Впрочем, метели снаружи никакой не было - только медленно кружились снежинки.
- И чего испугались, снежка? - скептически проворчал Марат.
- Мы удачно приземлились - скала закрывает от ветра, а вокруг буран, - ответила Рысь.
Егор с Сержем последовали за админом, и дверь за ними плавно закрылась.
- Может нам не стоит идти, а использовать биотуалет? - спросила Леночка.
- А он тут есть? - удивилась я. Со строением коптеров я не слишком знакома, и туалетом в Земных такси даже в голову не приходило пользоваться.
- Есть, - кивнула Рысь с галоэкрана и радостно нам подмигнула, - кресло в хвосте как раз оно. Не стесняйтесь, я не смотрю.
Я колебалась не больше секунды. Какая разница-то, главное парней отправили. Тепло и уютно. Что еще человеку для счастья надо? И как же хорошо, что не прилется раздеваться на голой скале под ледяным ветром.
Леночка тоже не жаловалась, жизнерадостно заметив, что очень надеется на отсутствие видеозаписи сего процесса.
- А ты, Оль? - спросила я, когда мы обе заняли свои места.
- А пилотское кресло почти такое же, - широко улыбнулась Рысь. - Я уже всё!
Успели еще вдоволь повеселиться над пикантной ситуацией, пока не вернулись мальчики.
Ввалившись в салон, разрумянившиеся от мороза, они сразу заняли свои места, требуя у Оли прибавить тепла, замерзли мол.
- Ну как, девчонки? Пойдете? - Марат тер руки, зажав коленями свое ружье, пытаясь их согреть. - Вполне безопасно - если у скалы. Никого из зверья тут нет и быть не может. Мы словно на балкончике. Только очень холодно, имейте ввиду.
- Я провожу, если пойдете, - тяжело вздохнул Серж, убирая ружье в чехол, - пожертвую своим теплом еще раз.
- Не надо, - заулыбалась Леночка, но я ткнула ее локтем в бок и она не стала выдавать, что никакие кустики, а тем более голые скалы нам не нужны.
Просто мне очень захотелось взглянуть - каково это постоять на вершине мира.
- Я пойду. И Леночка права, нечего нас сопровождать. Или ты останешься, Лен?
Она неуверенно пожала плечом, а Рысь тут же встрепенулась:
- Лен, ну ты тогда не ходи, если не хочешь, а мы с Ди не пропадем.
Она снова пробралась в салон.
- Вы только недолго там, - неуверенно проворчал Марат, - помни, Рысь, что второго пилота у нас нет!
Она показала админу язык, но на сей раз слишком близко от него находилась. Мгновение - и она уже у него на коленях кверху попкой. Звонкий шлепок и девчонка тут же вывернулась как уж.
- Нашел время! - упрекнула я довольного Токаева, когда красная как рак Оля ступила на трап.
- Переживет! - хмыкнул он, ничуть не раскаиваясь.
Холод охватил сразу, едва мы спустились на засыпанную снегом площадку. Обхватив себя руками, Рысь повернулась ко мне, вопросительно подняв бровь:
- Что будем делать? - и в сердцах добавила: - Вот козел! Припомню!
- Оль, ну зачем ты его провоцируешь все время? Хотя, почему и нет, ты права. Все мужики сволочи в той или иной степени.
- Не все, - замотала головой девушка. - Эй, ты куда?
Я стала обходить коптер, чтобы подойти чуть поближе к краю. Запыхалась сразу, хотя устать мне было не с чего.
- Не волнуйся, я на край не пойду! Просто взгляну.
- Ди, стой! Это не шутки! Это горы! Тебя просто сдует!
Я нерешительно замерла, когда до края оставалась добрых пять метров. Справа серая скала, слева - коптер. Ну и зачем выползали-то? Просто так что ли?
Обернулась, чтобы все это высказать, как лицо у Рыси вытянулось а глаза расширились, уставившись на что-то за мое спиной:
- Не шевелись! - ровным голосом пробормотала она.
- Что? - выдохнула я, чувствуя, как внутри все сжалось.
- Медленно иди к коптеру, не оборачивайся! - несмотря на уверенность слов и упрямо вздернутый подбородок, голос девушки слегка дрожал.
Я не стала просить дважды, тихонько переставила ногу, потом вторую, каждую секунду ожидая нападения на спину, и ругая себя на чем свет стоит: «Вот дура! И куда пошла? Зачем?»
Мне упорно представлялся кабанчик с красными глазками, крадущийся следом. Тот самый... И волосы на голове шевелились.
Уверенная в себе Рысь, застыв на месте, одобрительно смотрела, как я медленно подбираюсь к ней, но стоило мне дойти до девчонки, как она схватила меня за руку и крикнув: «Бежим!», бросилась к траппу. Дверь распахнулась и захлопнулась, едва пропустив нас.
- Вы чего? - На этот раз побледневшим выглядел даже Серж.
- Что там, Рысь? - требовательный вопрос Марата остался без ответа.
Пришлось отвечать мне:
- Кто-то там есть, большой и страшный. - Усиленное сердцебиение потихоньку снижалось. Ох, не простое это место, Прерия! Вот откуда взяться зверю на этой ледяной скале.
- Рысь? - Серж остановил сердитую девушку, направлявшуюся в кабину. - Сбрось запись визоров, пожалуйста.
Она повернулась к нему и с жаром пояснила:
- Я правда видела! Оно шевелилось! Что-то большое, белое! Это правда.
- Да я верю! - Серж незаметно показал кулак скептически хмыкнувшему Марату. - Сбрось запись, будь хорошей девочкой!
Рысь вздохнула и, видимо, выполнила его просьбу.
- Всё? Мне можно идти?
Но Серж ее уже не слышал. Уставился в свои окуляры, сосредоточенно работая с виртуальной клавиатурой.
Марат протянул руку к Рыси, но та увернулась, даже не взглянув на него. Помириться захотел, или еще что? Взгляд, брошенный им вслед девушке, выражал досаду и недовольство - вот только собой или ею, непонятно.
- Есть! - коротко проговорил Моретти.
На появившемся виртуальном экране мы увидели белого зверя. Моя испуганная фигура почти не заслоняла этого монстра.
- Боже! - пробормотал Марат, до которого, наконец, дошло.
- Прошу знакомиться, - мрачно объявил Серж, -, сумчатый лев собственной персоной. Рысь, девочка моя, мы можем взлететь?
Повисло молчание, пока Рысь делала запрос.
- Нет! - наконец произнесла Оля. - Вылет запрещен. Еще час, как минимум...
Парни переглянулись и насупились. В коптере повисло молчание. Я прислушивалась, но кроме завываний ветра различить было ничего невозможно. Иногда наступала тишина. Лица парней были бледными и напряженными, наверное, тоже пытались что-то уловить.
Сколько такое длилось, не знаю, и вдруг мне послышалось громкое фырканье, и сразу следом скрип снега.
Лицо Марата стало каменным, ничего не разберешь. Серж что-то смотрел в визорах, и оторвавшись настороженно глянул в окно. Первой нарушила молчание Леночка, не выдержав сгустившегося в салоне напряжения:
- Он нас не сбросит? - тоненько спросила она
- Скажешь тоже! - взорвался молчавший до этого Егор. - Постучи по дереву!
- Тише вы! - рявкнул Марат.
В снова установившейся тишине теперь все явственно услышали хруст снега. А потом завыл ветер, заглушив другие звуки.
Так прошло минут десять, а казалось - вечность. Нервы у меня явно не выдерживали, внутри всё дрожало. За что нам такое? Я вздрогнула, уронив на пол браслет, подарок Стешки, который бессознательно вертела на руке.
- Ди! - раздраженно начал Марат, но осекся.
- Одень, - Серж поднял с пола браслет и протянул мне. - А интересно, в коптере можно стрелять, если он сюда влезет?
- Что значит - влезет? - вырвалось у меня.
- Если хотите отсюда улететь, то нет! - Подала голос Рысь.
- Что нет?
- Нельзя стрелять? - разочарованно переспросил Марат. Глубоко вздохнул и криво улыбнулся, - Ди, эти сумчатые львы любят забираться во всякие щели. Рысь, а стекла у нас выдержат удар лапой?
- Приготовим ножи, значит! - Серж вытащил откуда-то довольно длинный ножик и пояснил: - Ну, если разобьет стекло и просунет лапу, можно быстренько ее отсечь.
- Ага, счаз! - зло возразил Админ. - Если уж он решит залезть, ничего отсечь ты не успеешь.
- Рысь, - позвала я. - Там как, еще не пускают?
- Ди, - лицо Оли на галоэкране выглядело страшно бледным. - Я связываюсь с ними каждые пять минут. Пока ничего нового.
- А если приоткрыть дверь и выстрелить? - поинтересовался Егор.
- Не вздумай! - это Марат, - убить вряд ли удастся, разозлить же - наверняка. Ты видел его размеры? Он просто разорвет коптер пополам, и пообедает.
После его слов стало совсем жутко. А потом коптер заметно качнуло.
- Черт, - схватился за поручни Марат. - Рысь, мы не можем просто перелететь на другое место?
-Нет.
- А как там у него с разумом? Сообразительный, в смысле? - спросил Серж Марата, когда покачивание остановилось, - догадывается что внутри еда?
- Какая еще еда? - возмутилась я.
- Кто его знает?! - проворчал Токаев. - Блин, ничего не видно! Это ж надо так попасть! Рысь, додумалась, где нас посадить - прямо в лапы льву.
- Если бы вы там не справляли свои дела, - возмутилась Оля, но, не договорив, замолчала.
- То что?
- Успокойся, Марат!
- Ди, ты что, не понимаешь? Мы здесь в ловушке.
- Что?
- Если срочно не улетим, будем съедены заживо.
- А если он дверь выломает? Мы улететь сможем? - это Егор ожил снова.
Перспективы открытой двери вызвали бурную дискуссию у мужчин. Эти придурки даже пытались юморить, а у меня уже в глазах потемнело. Вспомнился разом кабанчик, жующий голову Камаля. Затошнило.
- ...а Марата - первого, - говорил Серж, - он ближе всех.
- Итальянцы вкуснее, - возражал тот.
- Заткнитесь! - вдруг выпалила я.
- Рысь, а если...
- Немедленно прекратите!
Все замолчали и смотрели на меня очень странно.
Сердито опустив кресло, я подтянула поближе шерстяное покрывало. Слушать и дальше, изнывая от страха и неизвестности, я просто не могла.
- Я спать! - Закрыв глаза и почувствовав новый толчок, качнувший коптер, но твердо добавила: - Будут есть - разбудите!
Как удалось после этого уснуть, непонятно, но все-таки получилось - и почти сразу. Мне снилось, что я плыву на большом корабле, и мы никак не можем пристать к красивому городу на побережье. Казалось вот-вот, но город начинал таять...
Кто-то тряс меня за руку. Я зажмурилась крепче, все вспомнив, и слабо спросила:
- Что? Моя очередь?
Взрыв хохота заставил вскочить. А потом смотрела, как эти негодяи смеются.
- Что случилось?
- Все в порядке, Ди, - Марат глубоко вздохнул, успокаиваясь, - улетаем. Никого там нет.
Я быстро глянула в окно, невольно залюбовавшись картиной. «Мороз и солнце, день чудесный...» - вспомнились стихи. Снег блестел, пушистый и белый, никаких следов монстра видно не было. То же и с другой стороны.
- Так может, его и не было?
- Пристегнитесь! Взлетаем! - Улыбаясь, объявила Рысь.
И хотя опасность миновала, я невольно вздохнула с облегчением, когда коптер вновь поднялся в воздух.
- Смотрите, - вдруг закричал Егор, - там, внизу!
Я снова приникла к окну и ахнула. На том месте, где стоял коптер, недовольно крутил головой огромный зверь. Вот он замахнулся лапой.
- Ха, так он залез под коптер погреться! - воскликнул Марат.
- Или поспать, как наша Ди, - добавил Серж, - вот сукин сын!
- Он нам махает на прощание лапой!
- Нет, Ди, - Марат с сочувствием глянул на меня, - скорее грозит. У-у, повезло ж нам. Чуть дольше бы взлетали...
Они начали спорить, а я все смотрела на уменьшающуюся белую фигурку, и казалось, что он и правда с нами прощается. А парни пусть, что хотят, думают.

Голодные и усталые, мы только в первом часу ночи приземлились на площадке коптеров возле дома на скале. Моего дома. Я уже начала привыкать называть его мысленно своим, но счастье от обладания таким сокровищем до сих пор не притупилось.
В дороге мы съели все пирожки Надюшки, но после этого прошло уже больше трех часов, так что на предложение позднего ужина согласились все. То есть Серж, Марат и я. Егора и Леночку высадили в сити, чему я была рада - устала немножко от большой компании. А эта оставшаяся троица - моя команда, практически стала уже семьей. Как-то незаметно проникли они в мое сердце за этот короткий срок. Даже Рысь...
Словно прочитав мои мысли, Оля улыбнулась и показала на контейнер, который отдала Надюшка:
- Тут грибы с молодой картошкой, Ди. Нормально, или мы хотим что-то другое?
Это «мы» так растрогала, что я только кивнула:
- Ага.
С едой расправились быстро. Все слишком вымотались за этот день, поэтому ели молча и сосредоточенно. А вот за чаем как-то отошли. Серж, придвинув к себе варенье, тоже из трофейных подарков геологов, принялся его уминать, ни с кем не делясь. Марат, отхлебнул пару глотков чая, немного осуждающе глядя на оператора и откинулся в кресле, блаженно погладив живот:
- Ну что, Ди, ты нас потерпишь в доме еще одну ночь?
Я пожала плечом:
- Конечно, уже ночь. Оставайтесь. Только завтра воскресенье, мне бы хотелось побыть одной, имейте в виду.
- Ди, можно я тогда уеду к Ахиллу? - встрепенулась клюющая носом Рысь. - В понедельник к восьми вернусь. И вообще, если вдруг понадобиться - ты всегда сможешь вызвать.
- Конечно, Оль, только может, до утра подождешь? Темно ведь...
- Ага, - она улыбнулась, - кто же избавит тебя от всех остальных завтра в семь утра?!
- Как в семь? Издеваетесь? - возмутился Марат.
- Вас, господин Токаев, могу отвезти в шесть, если уж так нужно! - Ольча поднялась из кресла и принялась собирать тарелки.
- Очень смешно! - процедил сквозь зубы админ.
- Ага, - Рысь ему еще и подмигнула, - Так что - в шесть или в семь?
- Сам доберусь!
Ну вот, опять они начинают! Решила отвлечь админа, пока они не подрались.
- Марат, а тебя я попрошу остаться. Надеюсь, ты сможешь уделить мне утром пару часиков и поучить управляться с катером? Если хорошо научишь - в одиннадцать сама отвезу в город по воде.
- Я? Да, конечно, Ди. А ты... Я согласен! - растерянность Токаева быстро прошла, и он выглядел очень довольным, разве что на Рысь старался не смотреть.
- Ну, раз пошла такая пьянка, - пробормотал Серж, - займусь завтра поиском жилья. И даже знаю, кто мне в этом поможет.
- Викинг? - радостно улыбнулась Рысь.
Марат прищурил глаза, странно на нее посмотрев, а Серж усмехнулся:
- Да, радость моя. В сообразительности тебе не откажешь.
- Пора нам уже угомониться, - я поднялась, не желая еще больше сгущать скрытое недовольство среди ребят, - спокойной всем ночи!
Серж сразу вскочил, чуть не опрокинув стол:
- Ди, можно тебя на минутку?
Марат и Рысь удивились не меньше моего, но я не стала заострять на этом внимания. Кивнув, пошла в нижнюю гостиную. Там обернулась к оператору, который выглядел очень серьезным.
- Ди, - сразу начал он, - незачем тебе учиться у Марата водить катера. Попроси Вика.
- Серж!
- Я знаю, что это не мое дело, но зачем ты назначила ему свидание? Ты в него влюбилась и решила начать отношения?
- Что? - поразилась я.
- Ну, я так и думал. И что тебя тянет все время так подставляться, Ди? Так что, я попрошу Вика к восьми подойти сюда? Марат, конечно, будет в ярости, но смирится, никуда не денется. И по крайней мере, не будет испытывать иллюзий.
- А тебе-то какой резон ставить ему палки в колеса? - смотрела на Сержа и видела усталость в его лице и дружеское участие. Ну и зачем спрашиваю, он же все объяснил в прошлый раз.
- Дурак я, Диана, люблю помогать хорошеньким женщинам безвозмездно. И каждый раз по шее получаю. Ничему меня жизнь не учит.
Вся гордость и гнев испарились от его сокрушенного вида. Я рассмеялась:
- Хорошо, зови своего Вика. И спокойной ночи.
- Сонни доро [sogni d»oro], синьорита. Спокойных снов.
Он подмигнул и сразу пошел наверх. А я вошла в свою огромную спальню, освещенную только лунным светом. Как хорошо и странно на душе. Сонливость куда-то ушла и я вышла на балкон, чтобы полюбоваться звездами. Иногда страшно смотреть на небо, особенно такое - очень темное с яркими огоньками. Но оно приковывает к себе взгляд, не отпуская. Словно там, наверху все отгадки, вся история твоей судьбы, вся мудрость этого мира.
Сколько я так стояла, даже не знаю. Вернувшись, не включая свет, разделась, бросив одежду прямо посреди комнаты и пошла в кровать. Мыться не хотелось, да и раздеваться тоже - но не с пистолетом же ложиться. Достала его из кобуры и зачем-то положила на тумбочку рядом с визором. И тут вспомнила, что незнакомцу-то я так и не ответила. А что там было-то? Ах, да! Стихи! «Что в имени тебе моем?» И как не понимает? Дружба ему не нужна! Любовь подавай? Интересная логика у этих мужчин - ни имени не знаю, ни как выглядит, ни мыслей, ни души, а должна отдать свою любовь?
Впрочем, если быть совсем честной, впечатление произвести на меня он сумел, и как не противно признавать, довольно сильное. Так что ответить?
Ладно, скажу ему, что думаю.
«Я буду называть тебя Принц, раз сам ты сказать свое имя не хочешь! А мне нужно как-то обращаться! Так вот, дорогой Принц, не потому я предложила дружбу, что не хочу тебя любить, а потому, что у нас женщин - это и есть первый шаг к любви. Во всяком случае, у меня. Не нравится, забудь о дружбе. Пусть будет по-твоему. Эх, был бы ты рядом! Раз ты такой смелый и сильный, и с парашютом и с гранатой, ты так мне нужен. Даже сегодня - ведь меня снова чуть не съела огромная зверюга. Пожалел бы что ли? А может и спел бы мне колыбельную... Я все еще одна...»
Отправила, не перечитывая. Мне казалось, что если перечитаю, отправить не смогу. Ну почему я не умею общаться с мужчинами? Ведь, наверняка, опять что-то не то сказала. Не консультироваться же с Сержем перед отправкой каждого письма?!
Засыпая, я улыбалась.
***
А ведь Серж был прав, иначе с чего Марату выглядеть таким недовольным при виде ожидающего нас Викинга.
- Ди, приветствую, да, доброе утро, да, - вскричал он, не вылезая на причал, - предлагаю начать обучение на моем катере.
- Я не против! Доброе утро. Марат, не поможешь?
И обучение началось. Трудно передать, сколько досадных ошибок я совершила в управлении катера, достаточно простом, надо сказать. Зато повеселилась на славу.
Неслась вдоль берега, разрезая волны, искоса поглядывая на напряженные лица мужчин и ощущала, как же это здорово - самой управлять этим удивительным транспортом. А когда далеко впереди показались дельфины, чуть все не испортила, пытаясь показать их ребятам. В общем, эти «добры молодцы» решили сообща, что все же одну меня в поездки на катере лучше не пускать. А то я их спрашивать буду! На этой счастливой ноте Вик сел за штурвал и отвез нас на пляж в Белый город, где я с обоими и распрощалась. Марат вежливо отказался от моего предложения отвезти его на катере в город, заверив, что его вполне устроит Вик, и что он не хочет отнимать у меня время отдыха.
А я только обрадовалась. У меня была большая программа - купания, загорания и просто ничегонеделания.
Помахав моим учителям, я подхватила сумку со всем необходимым и направилась в гостиницу. Номер всё еще числился за мной, так что переоделась, договорилась с консьержем, что через три часа мне будет нужен коптер для поездки в дом на скале, и отправилась гулять. Особых планов не было - просто позагорать, побродить по белому песку, поесть мороженного, искупаться на мелководье в специально огороженной купальне, где, как мне любезно сообщили, вода прогревалась.
Настроение поднялось, хотя куда уже больше, погода прекрасная, небо голубое, песок, по которому шла босиком, теплый и приятный, людей не много... Что еще для счастья нужно?
***
Прогулка удалась на славу. Даже поболтала немножко с мальчиком Максимом. Он снова разъезжал на своем игрушечного вида автомобильчике и катал ребятишек своего возраста и постарше. Родители смотрели на это спокойно, видимо уже привыкли. Максимка заулыбался во весь рот, и я с удовольствием воспользовалась предложением снова прокатиться до гостинницы, после купания. Купальня находилась на другом конце пляжа, а я уже достаточно устала, чтобы поездка доставила мне настоящее удовольствие. Хорошо на дне сумки нашлась мелочь, чтобы отблагодарить маленького извозчика.
Тот покраснел и замотал головой.
- Что случилось?
- Я не за деньги! Я вас бесплатно катать буду! - выпалил он. И вытащил из кармана целую горсть разнообразной мелочи. - Вот. Я хорошо зарабатываю!
- Макс, - растерялась я, - в этом нет ничего плохого. Ты честно заработал и мой рубль, разве нет?
Он насупился, глядя так, словно я чего-то не понимаю, а потом нехотя выдал:
- Я с друзей денег не беру.
О как! Я спрятала свой рубль, наклонилась и поцеловала его в загорелую щечку. А что еще-то могла сделать?
Малыш просиял.
- А мороженное любишь? - нашлась я. - Просто я в знак дружбы всегда дарю мороженное, а тебе еще не дарила.
- А! - он на минутку задумался и смущенно кивнул:
- Эт можно. Только не шеколадное.
В результате купила ему целое ведерко абрикосового мороженного, килограмма два, заплатив около десяти рублей. Порадовалась, что в этот раз Максим не протестовал, а, напротив, выглядел очень довольным.
- Только ты всё сразу не ешь, - предостерегла я. - Горло заболит.
- Да я что - маленький, - он сидел в своей машине и уплетал угощение деревянной ложечкой, всей своей тощей фигуркой выражая блаженство. - У меня тут в багажнике есть холодильник. Я чуточку поем и туда спрячу. Еще и сестренку угощу. Она обожает абрикосы.
Тут же выяснила, что сестренку Максима зовут Маша, ей исполнилось недавно три года, она любит громко кричать и кушать сладкое. Отец Макса работал в гостинице то ли поваром, то ли кем-то в этом роде, но жили они не в Белом городе, а где-то в Сити.
Когда прощалась, Макс все еще ел рыжевато-белую холодную массу, так что меня охватили сомнения, правильно ли я поступила. Могла ведь ограничиться одним рожком. Консьерж, увидев меня, бросился наперерез и сообщил, что коптер уже ждет. Приятно, что и говорить. Думала, с этим придется ждать долго. Таксист был мне незнаком, однако маршруту не удивился. Долетели быстро, допуск на посадку я дала сама, хоть и пришлось покружить над домом, пока разбиралась, как это делается.
И вот я дома, совсем одна, а до вечера еще куча времени. Обожаю воскресные дни!
***
Стоя под контрастным душем, не спеша смывала с себя соленую воду. Острые водяные иголочки приятно кололи тело, даря бодрость и заряжая энергией. Потом пришлось переключиться на обычный смеситель и заняться волосами. Если соль не вымыть прямо сейчас, то потом понадобятся усилия профессионального парикмахера, вот только тут к нему, наверное, очередь на месяц вперед.
Со странным отстранением вспомнила свое последнее посещение салона и ужаснулась, недели не прошло, а кажется, словно многие месяцы. Представить сложно, как изменились мои взгляды на многие вещи. А может, вернулась к тому, что казалось правильным в детстве? Тогда еще желание сделать карьеру журналистки не начало прожигать ум и душу, и маленькая, похожая на тонконогого сутулого жеребенка, девчонка, мечтала стать ветеринаром и заботиться о лошадях. Однако последние годы не могли не изменить моей привычки к пусть трудной, но красивой жизни. Ведь надо честно признать, что средства матери позволяли мне пользоваться всеми благами цивилизации, и не просто благами, а всем только самым лучшим. Салон - пожалуйста, самый крутой и дорогой, парикмахер самый гениальный... И все в таком духе. А здесь на Прерии очень многое придется просто забыть. И пока я не могла бы сказать, что меня это слишком пугает. Хотя и жаль, что здесь многого нет.
Прогоняя мысли об утраченном комфорте, поднялась на две мраморных ступеньки, покидая душевую кабинку - удобная, что и говорить. Подошла к большому, во всю стену, зеркалу, заматывая полотенце тюрбаном вокруг волос на голове, так и высохнут быстрее и расчесать их потом будет проще. Вгляделась в отражение - следов царапин на шее и синяков от собственных пальцев практически не видно, прав был Док, мазь за ночь сделала свое дело. Не зря встала, уже почти уснув, не поленилась, и намазала вчера ночью толстым слоем. Что до стремительно отдаляющегося прошлого, то обретенный дом и свое собственное дело безусловно того стоили с лихвой. А были ли на Земле у меня такие друзья, как Серж и Марат, как малышка Рысь, как рыжий Викинг? Нет, ни о чем не жалею... Разве что Стешка... Но об этом лучше не думать. Найдется и тут кто-нибудь, кому можно будет поверять сердечные тайны и тревоги, нужно лишь время.
Задумчиво набросила халатик - легкий, как раз для жаркого климата, и хотела выйти освежиться на балкон, но все же не решилась. Больно открытый, просматривается с воды хорошо, а там иногда корабли плавают, и катера, и яхты, а возможности современной оптики хорошо известны по работе.
Так что оставалось подняться на самый верх, шлепая босыми ногами по теплому полу и ступеням, и топать к балкончику возле лифта. Отсюда можно взглянуть на пристань. Эх, хорошо в собственном доме, можно бегать в чем угодно, и как угодно, не думая о занавесках и окнах многоэтажки через дорогу. И славно, что Рысь отпустила до завтра. Бывают моменты, когда остро необходимо побыть одной.
Подставляя лицо солнцу и легкому бризу, наслаждалась некоторое время покоем, потом глянула вниз. Небольшая лагуна перед причалом залита солнцем и отраженными от воды бликами, солнечные зайчики скачут по ущелью, придавая нарядный вид даже хмурым скалам. Сама бухточка сверху выглядит сошедшей с картины Айвазовского. Пронизанная светом до самого дна вода, сквозь которую видно, кажется, каждую песчинку на дне. По камушкам на глубине также скачут солнечные зайчики. Сходство с картинами великого мариниста усиливала цепляющаяся посреди всего этого рая, за жизнь и обломок доски, жертва кораблекрушения... Что?!!
Пока подумывала, не упасть ли мне в обморок, или всё-таки обойтись просто легким шоком, ноги уже несли вниз по пролетам крутой лестницы. Она дублировала лифт, и как я успела на бегу разблокировать дверь, даже не поняла. Вот с чего-то показалось, что так будет быстрее, чем ждать лифта, за что ноги мигом и пострадали, от самых пяток до коленей, сбитых об перила на поворотах. Досталось пара синяков и тому месту, которым я при этом думала, прежде чем отправится в этот слалом по ступенькам. Да-да, поспешишь, людей насмешишь! Последний пролет проделала-таки на пятой точке. Не весь, но все же.
Самое обидное, что выбежав в итоге на причал, чудом не свернув заодно и шею, стала по нему метаться в поисках неизвестно чего - никаких средств спасения утопающих тут не было и в помине. Или унесли куда, или никому в голову не пришло, что можно утонуть в этой луже буквально в десяти метрах от причала. А теперь эти метры казались шире океана.
Утопающий тоже мне ничем помочь не пытался, видимо пребывая без сознания, вон и язык между клыков вывалил. Язык? Клыки?! Издав запоздавшее - «Ой!», застыла, потом попыталась ретироваться к лифту, медленно пятясь от неведомо как занесенного под дверь дома звереныша, да не тут-то было! Одно ухо мигом развернулось в мою строну и я, судорожно вздохнув, вновь замерла.
А затем открылись подернутые пленкой глаза и встретились с моими... Сама не поняла, как снова оказалась на краю причала уже на коленях:
- Эй, Кроха, - ничего лучшего в голову не пришло, а так я звала своего первого щенка, - ну плыви сюда, маленький! Давай же. Еще немножко!
И ведь нельзя сказать, что не было понимания - не детская игрушка ведь, а хищный зверь. Но поделать ничего с собой не могла. А когда он словно понял и начал приближаться, наверное, отталкиваясь или гребя задними лапами, передними намертво вцепившись в эту деревяшку, сердце чуть из груди не выскочило. И почему-то казалось, что это именно детеныш...
- Давай, Кроха, еще чуть-чуть! Молодец! Умница!
А всё только начиналось. И что дальше? При мысли - как вытаскивать на причал зверя, пусть и маленького, но явно не намного легче меня, чуть снова не впала в отчаянье. Додумалась сорвать с головы и бросить ему конец скрученного полотенца, единственное, что было под рукой. И только в последний миг поняла, что если он действительно ухватится за него лапами, то просто сдернет меня в воду. Однако опасения не оправдались - в полотенце Кроха вцепился зубами, видимо, не рискуя отпустить спасительную доску. При попытке потянуть его вверх, на глаза навернулись слезы обиды, сил явно не хватало даже слегка приподнять, не то, что вытащить из воды этот промокший комок шерсти. А ведь, похоже, малыш просто-напросто умирает!
- Ну, помоги же мне! - взмолилась сердито, упрямо пытаясь его вытянуть. Ну и пусть, кажется, бесполезно, надежда умирает последней!
Сердце стучало, как бешенное, руки уже казались чужими, не выдерживая напряжения, когда несчастный звереныш, наконец, встрепенулся. Может, услышал, понял меня. Или сам пришел к выводу, что «спасение утопающих, дело рук самих утопающих». Не выпуская полотенца, он рискнул ухватиться лапой за край причала, когти прочертили по деревянному настилу и вцепились намертво. Потом рядом с первой лапой появилась вторая, и звереныш, будто получая устремления от моих мизерных, но не совсем тщетных усилий, подтянулся на передних лапах. Над краем причала появилась круглая голова с большими треугольными ушами, потом середина груди и, наконец, на край легла третья лапа.
Можно было праздновать победу, но не было сил, потому просто смотрела, как звереныш перекатился на спину и замер, обмякнув, и так и не выпустив из зубов полотенце. Я охнула, подозревая, что все усилия были напрасны. Серые губы, белые с синими прожилками перепонки на лапах, еле слышное прерывистое дыхание, замедленные движения, пленка на глазах и бледный почти белый язык. Из глубин памяти вылезло слово без смысла и содержания - «гипотермия», убейте, не помню, что оно значит, но явно что-то очень плохое. Круглая голова, широкие скулы, треугольные большие уши, полное отсутствие хвоста, рыжая в черных разводах средней длины шерсть, громадные «лемурьи» глаза и самое главное - перепонки на лапах - точно не медведь, а скорее всего и не лев! А кто же? Было в нем даже что-то от человека, или обезьяны, а может, показалось? Таких зверей вообще не существует... - на Земле. Но здесь-то не Земля! Надо было внимательней местную фауну изучать, хотя бы знала, чего от него теперь ждать.
Одно было ясно, зверюшка находилась на последнем издыхании. Видимо, весь запас жизненных сил ушел на плескание в холодной воде, на борьбу со стихией.
Э нет, так не пойдет! Я вскочила с колен, собираясь хоть что-то сделать, чтобы его спасти. Удивительно, но на мои слабые рывки за второй конец полотенца последовала реакция. Чудо-юдо неуверенно встало на лапы и, медленно их передвигая, двинулось туда, куда я тянула - к лифту. Всего-то несколько метров, но радовалась преждевременно. Звереныш наступил на полотенце и, потеряв «поводок», снова прилег, закрывая глаза. Поднять и заставить двигаться эту кучу мокрой и холодной шерсти удалось, только ухватив за загривок. Так мы в лифт и заползли, где загнала его в угол, придавив у стенки коленом, на всякий случай, чтоб не упал. Но он все равно сполз вниз, а на все увещевания только лизнул щиколотку. Всё понимает ведь!
- Только не умирай, Кроха, - пробормотала я. Казалось, лифт полз наверх целую вечность.
Выволочь эту мокрую тряпку из лифта удалось, но, кроме загривка, ухватив еще и за ухо - заскулил жалостно, но огрызнуться даже не попробовал. И то счастье, потому что за всей этой возней о возможной опасности забыла напрочь. Ясно я понимала лишь одно - надо немедленно его согреть. Вот только по дороге к спальне упали мы уже дважды, а подняться во второй раз не смогли. Зверюшка пробовала еще ползти, но хватило ее ненадолго. Так и осталась лежать посреди гостиной на втором этаже. Смотрела только жалостливо на мои бессильные слезы и попытки поднять, да пробовала свернуться бубликом. Выходило, что ему все хуже, и глаза почти закрывались. Ничего у меня не получилось?!
Тут, наконец, сообразила, что вообще-то мы уже в доме. И сама удивилась - «а куда я его волоку?». Вытерев слезы и попросив ждать меня здесь, словно он мог куда-то деться в таком состоянии, побежала в спальню. В гардеробной, уже на две трети заполненной моими вещами, аккуратно развешенными и разложенными по полкам, отыскала пару теплых одеял. То, что нужно! Для чего они в таком климате, не поняла, но обрадовалась сильно. Найдя несчастного Кроху там же, где и оставила, в том же положении, немножко покружила вокруг, не зная, как мне половчее его завернуть.
Расстелив на полу одно из одеял, попыталась затащить на него умирающего, или как-то перекатить. Это оказалось целой эпопеей, задачей почти непосильной. Пришлось улечься на одеяло самой, чтобы не скользило по паркетному полу, и тянуть пострадавшего к себе буквально за уши, потом кантовать и снова тянуть. В итоге отчаянной возни в течение десятка минут, промокла насквозь уже не от морской воды, а от пота. И почему я такая слабая? А ведь всегда считала себя довольно сильной. И все же почти справилась. Почти, потому что результат титанических усилий вышел не совсем такой, как ожидала - в последний момент суть моих действий до «чудища» дошел, и он попробовал мне помочь, в своем зверином духе. Мы оказались завернуты в одеяло вдвоем, на манер собравшейся превращаться в бабочку гусеницы.
Там я, прижатая к мокрой, шерстяной и ледяной спине, почувствовала страшную слабость и усталость. Предприняв несколько вялых и бесплотных попыток выбраться из собственноручно устроенной ловушки, где и двинуться не могла толком, я вдруг заплакала, изрядно намочив загривок «крохи» еще и своими слезами, видимо, в порядке мелочной мести за испорченный день. А после сообразила, что так и отогревают замерзших - теплом своего тела. Вот и славно! Успокоив себя этой благородной мыслью, не нашла ничего лучшего, как просто отрубиться.


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 15.01.2012, 20:25 | Сообщение # 19
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 15

Проснулась в собственной постели в состоянии незамутненного счастья. Приоткрыла глаза и убедилась, что это был не сон, а Кроха по-прежнему здесь. Потянулась с наслаждением, радуясь, что все еще жива, все тело отозвалось натруженными мышцами, заставив пожалеть о своем оптимизме, но не снизило настроения. И даже куда-то пропало привычное чувство одиночества. В голове было странно пусто, и куда-то исчезла способность чему-либо удивляться. Хотя мохнатый друг всё же поразил. Сидел на краешке кровати в пол-оборота ко мне и смотрел на «простом» экране телевизора какую-то порнушку. Вот чего не подозревала, так это его способности разбираться с техникой. А что выбор пал на подобный видеоматериал, та это, видимо, в порядке общего развития. Вот только выглядел он при этом не удивленным, или возбужденным, а скорее грустным и расстроенным. Очень уж тяжело вздыхал и двигал усиками.
Кажется, я даже догадывалась, отчего такое недовольство - Кроха явно пытался уловить запах, а телевизор, даром, что на полстены и с отличным изображением, ничего такого не умел. Вик где-то достал эту панель, так в ней даже гало-функции не имелось, не то, что чего-то сверх. И где такой раритет на Прерии берут?
Для Крохи же, наверное, смотреть без запахов - все равно, что мороженное через стекло лизать. Впрочем, смотреть-то, смотрел, но оба уха уже развернулись в мою сторону, засек наверняка, что проснулась. Сделала осторожную попытку пошевелиться, и в следующий миг он уже был рядом. Захотелось предупредить, что я уже наигралась, и повторение возни, пусть мне и ужасно понравилось, лучше отложить на потом. Но оказалось, он и не собирался заставлять меня выполнять акробатические упражнения и бег с препятствиями. Скорее, решил порадовать.
Сюрприз - на его левой лапе, превратившейся в громадную тарелку, из-за раскрытых перепонок, аккуратной горкой были сложены кусочки рыбы, а между указательным и средним пальцем зажата открытая баночка соевого соуса. Это что, завтрак в постель? В благодарность за спасение?
Пока ошарашено разглядывала это чудо - рыбка на срезе переливалась всеми цветами радуги, и думала как бы повежливей отказаться, Кроха пошел на хитрость - только начала раскрывать рот, чтобы начать извиняться, как один из кусочков был наколот на коготь второй лапы, сунут в банку соуса, и следом - в не успевший захлопнутся рот.
Дергаться, когда у тебя в глотке острейший коготь было неблагоразумно, потому, преодолев спазм отвращения к подобному изъявлению дружбы, пришлось аккуратно стянуть кусочек губами и прожевать с видом максимального удовольствия, в конце концов, суши хоть и гадость, но есть можно. Изображать пришлось до первого укуса, а потом, помимо воли распробовав, позволила кормить себя дальше таким жутким способом, с огромным удовольствием жуя кусочек за кусочком. Такого я еще не ела, вкус просто не описать словами. Куда там суши - пищу богов, а не рыбку приготовил для меня мой новый дружок.
От еды по телу разлилась сладкая истома, казалось, расслабились даже те мышцы, о которых я до этого и не подозревала. Хотелось свернуться клубочком и замурлыкать. Все вокруг окрасилось в необычные цвета, начали странно зудеть губы и язык, и вообще, так прекрасно себя ощущать еще не приходилось от простого перекуса.
В благодарность рассеянно потрепала Кроху по большой голове, подергала зачем-то за уши, а потом все стало перед глазами расплываться. Ну и пусть только проснулась, глаза слипались, словно как минимум выпила сильнодействующего снотворного, так что отрубилась в очередной раз с мыслью, что такого сонного воскресенья в моей жизни еще не случалось.
***
Очередное пробуждение оказалось не столь радужным. Мышцы болели, мысли в голове ворочались вяло, а в ушах зудел какой-то странный, неприятный звук. Ах, да, входящий вызов на визоры. Только странный больно. И тут вспомнила, как Вик настраивал систему «умного дома», да все спрашивал, какой ставить звук, а я безбожно проигнорировала. Схватив с тумбочки гляделки, убедилась, что так и есть, кто-то пожаловал в гости и дом перевел вызов с пульта входной двери прямо на мой визор.
Кроха тоже проснулся, приподнялся на своем, неизвестно где реквизированном, коврике и смотрел на меня своими глазищами, шевеля ушами. Любопытный какой! Мне, кстати, тоже стало интересно и немножко тревожно, кого это принесло ветром в мой законный выходной! Впрочем, ничего страшного, входная дверь выдержит и таран, тем более что расположена так, что никакой таран не подтянешь, в случае чего, времени будет предостаточно - отсидимся до подхода сил правопорядка.
Странно, но эти силы, похоже, сами явились. Экран телевизора на запрос, услужливо показал стоянку коптеров - на стоянке две машины, одна из которых в соответствующей раскраске и с гербом «службы спокойствия», а вот вторая... почта что ли? Да, точно! Тем более рядом парнишка в фирменной кепочке, бледненький такой, со взором горящим.
Укутавшись в одеяло, включила связь, с односторонним видеосигналом. Я их видела, а они меня - нет.
- Госпожа, Морозова, - тут же нервно заговорил юноша. - Служба экспресс доставки. Вы не могли-бы выйти, здесь также патрульная машина, поверьте - вам ничего не грозит. Вы можете это проверить.
Опомнился, уже проверила, отослав запрос с визоров на пульт, они действительно подтвердили что патрульный коптер ?544-А отправлен по адресу «Маяк, задание на скале» - сопровождение важного груза, заказ почтовой службы «Земля-Прерия». Особой необходимости в проверке не было, но рефлексы жителя каменных джунглей Москвы сильнее разума. Привлекательная дичь там долго не проживет, если не будет следовать «правилам выживания», не задумываясь.
Интересно, что это мне привезли, да еще с Земли, если понадобилось такое сопровождение? Или эта служба просто по названию с Землей связана, а на самом деле - это неведомый поклонник решил перейти от стихов к драгоценностям? Любопытство разгорелось не на шутку.
- Погодите минутку, сейчас открою.
С минуткой, я, конечно, погорячилась. Возникло сразу два важных вопроса - что надеть и что можно успеть сделать с прической. На глаза удачно попался камуфляж. Надевать его на голое тело не самая здравая мысль, но позволяет сэкономить пару минут на поиски необходимых деталей туалета. Похоже, эта одежда становится моей повседневной в этом мире. Волосы стянула узлом и накинула сверху бейсболку, ремень с кобурой пристроила на талию - и смотрится классно, да и с оружием, не смотря на все проверки, все-таки спокойнее.
Через полторы минуты (абсолютный личный рекорд!) была возле входной двери, зеркало рядом пришлось очень кстати - вроде всё на месте и ничего лишнего. Теперь посмотрим, что все же там такое привезли?

- Извините, госпожа Морозова, - паренек мялся и прятал глаза, то и дело бросая взгляды на сержанта. Но у патрульного совершенно каменная физиономия а-ля «терминатор при исполнении» и найти на ней сочувствие нереально, - мы должны были доставить вашего кадавра. Но произошло досадное недоразумение. Потому пока могу отдать только его снаряжение, поводок и документы. Поверьте - мы делаем все возможное, начато расследование, его обязательно найдут, и мы возместим все убытки! Еще раз прошу прощения!
Кажется, слишком многое сегодня свалилось на мою голову... Он вообще о чем?
- Какие документы? Какого «кадавра»? - И тут заметила, что пока я проявляла чудеса сообразительности и понимания, в мире кое-что поменялось - парнишка успел побелеть как мел и вытянуться в струнку, выпучив глаза. Того гляди в обморок грохнется. Патрульный тоже удивил, мигом растерял всю свою невозмутимость и медленно стал пятиться за нос служебного коптера. Рука у него застряла в каком-то странном положении - будто по привычке хотел положить руку на рукоять станера, да так и не донес, а теперь и вовсе боится ей пошевелить.
- В-в-в-а-а-ашего К-кадавра... - испугано пролепетал почтальон. Такое смешение ужаса, облегчения и счастья, как на его физиономии, мне раньше видеть не приходилось. Он усилено косил глазами мне за спину, не решаясь даже кивнуть. Сообразив, наконец, что ужас, их напугавший, где-то за моей спиной, перепугано крутанулась на пятках, хватаясь за кобуру. Но ничего страшного там не было, всего лишь Кроха выбрался через незапертую внешнюю дверь и теперь, усевшись по-собачьи и аналогично вывалив язык, разглядывал площадку, склонив ушастую голову набок.
- Г-госпожа Диана, я рад, что он вас нашел. Примите искренние извинения за доставленное волнение, виновные будут строго наказаны... - По мере произнесения расслабившийся было посыльный все более каменел, потому как Кроха сильно заинтересовался сумкой, которую тот держал в руках, метнулся к посеревшему почтальону и преспокойно стал вытягивать из нее что-то похожее на сетку из лент с кармашками.
- Кто «он»?! Объяснит мне хоть кто-то толком...
И тут я увидела в другой руке почтальона конверт со знакомым почерком и, отбросив все приличия, поспешно выхватила его. Мама! С первой строчки буквы начали расплываться от навернувшихся слез, но смысл до сознания всё же доходил четко:
«Дорогая Ди, ты очень расстроила свою маму, променяв работу в престижном журнале на эту дикую планету. Я понимаю, что на то и дана молодость, чтобы к чему-то стремиться и совершать глупости, но это все же слишком! Конечно, дорогая, «лучше быть первым в провинции, чем вторым в Риме». Только пойми, милая, мама за тебя переживает. Как ты там среди этой ужасной дикости, кровожадных зверей и грубых мужчин? Тебе обязательно нужна защита, хотела сделать тебе подарок на день рождения, но твой опрометчивый отъезд смешал все мои планы. Зато теперь мое сердце будет спокойно, хотя все равно оно разбито твоим поступком.
Искренне любящая тебя, моя дорогая девочка,
твоя безутешная мама.
P.s. А правда, он душка? Такой редкий окрас - все мои подруги были просто в восторге!!!»
Мир в очередной раз встал на ребро и закачался. Стараясь мыслить позитивно, попробовала отстраниться от ситуации. Значит, Кроха - кадавр! А что такого я знаю о кадаврах? Последнее достижение генной инженерии, дружно преданное анафеме всеми мировыми религиями, как «богопротивное смешение человека и зверя». Кроме того, получение кадавра требует огромного труда и таких больших денег, что позволить его могут лишь очень богатые люди. Такие, как мама, к примеру.
По сути, это действительно гибрид человека и животного, зародыш которого вынашивается суррогатной матерью, обычно человеческой - мало какое животное способно успешно его выносить, и не только оттого, что плод крупный. Именно потому наибольшей популярностью пользуются тигры, львы и медведи, а из травоядных - гориллы и орангутанги, как раз из-за возможности обойтись в этом случае без вынашивания плода человеком. Хотя шансы получить при этом здорового кадавра гораздо ниже и усилий, а соответственно - денег, требуется больше в разы.
Что еще-то? Сама ведь писала реферат по кадаврам в колледже. Только было это давно и в другой жизни. Я рылась в памяти, и досконально изученная когда-то тема медленно выдавала в мозг картинки.
Во многих странах производство кадавров запрещено, но все страны приняли дополнения касательно статуса этих «полулюдей». У богатых свои причуды, они вполне могут и любят добиваться своего, а остальных такая экзотика волнует не слишком. Военные, ухватившиеся за идею создания «универсальных солдат» получили пшик и кучу проблем в связи с растратой колоссальных средств. Действительно великолепные возможности - высокая регенерация и сила, недоступное человеку чутье, которое вообще-то невозможно объяснить только звериными органами чувств, отсутствие страха смерти, как и многих прочих человеческих «недостатков», великолепная обучаемость в части владения оружием, беспрекословное выполнение даже не желаний, а неоформленных мыслей, многократно превосходящая человека реакция - все это перечеркивалось одним недостатком. Подчинялись кадавры только одному человеку - тому, чей генетический материал использовали для создания. Или кому-то из его ближайших родственников, если владелец погибал, а кадавр умудрялся пережить трагедию смерти «хозяина».
Что в купе с дороговизной ставило крест на использовании «полулюдей» в военной области. Зато телохранители из них выходили великолепные. Обладая недоступным для животных умом, интеллект кадавра в среднем соответствовал уровню трех-пяти летнего ребенка, они отличались собачьей преданностью и чутьем. Связь между ними и «предком» была просто мистической, как кошка за тысячи километров способна прийти домой, так и кадавры могли найти своего человека, где бы он ни был, если жив, или точно «сказать» о смерти.
Им бы не было цены у людей, имеющих опасные профессии или хобби, если б не цена. Каламбур, но так оно и есть.
- Мэм, вы не могли-бы подписать документы, раз все так...
Вынырнув из состояния задумчивости, увидела направленные на меня взгляды. Парнишка смотрел с надеждой, что все, наконец, кончится, и его опустят восвояси, а вот второй...
Кроха успел напялить свои ремни, оказавшиеся некоторым аналогом «разгрузки» и рассовать по ее кармашкам множество острых железок, если это конечно были железки, поскольку абсолютно черные лезвия не блестели. Вспомнилось, что кадавры предпочитают холодное оружие, хотя вроде могут и стрелять, те, кому это позволяет наследство предка-животного.
И вот теперь этот зверюга смотрел с умилением и надеждой, протягивая мне ошейник. Невыносимо хотелось бросить все и убежать - рыдать в подушку, но этот выворачивающий наизнанку душу взгляд... Не глядя чиркнув подпись в листке и подтвердив её кодом через визоры, шагнула вперед и застегнула металлическое кольцо на шее «моего» кадавра, прижав палец к идентификатору. В визоре пискнуло сообщение о получении спецпакета, а на экране зажглась оранжевая точка на карте. Вот и стала я рабовладелицей...
Хотя по всем законам кадавр считается мне родным братом-близнецом, недееспособным. Что значит - за любые его действия предстоит отвечать мне, и заботиться о нем обязана, как о собственном ближайшем родственнике. Впрочем, так оно и есть. Вяло подумала, что хотелось бы знать - ради такого подарка мамочка взяла без спросу мои клетки, или озаботилась вспомнить и разыскать «папочку»?
И еще - кадавр, ставший моим, просто не сможет сделать что-либо, чего не хочется мне. Разлучить теперь нас может только смерть - в отличии от человека-близнеца, с кадавром не может разлучить и тюрьма. Даже в случае вынесения смертного приговора человеку, его откладывают до смерти кадавра. В свое время этот момент вызывал немалые опасения, но парочка весьма трагических происшествий склонили чашу весов в пользу гуманизма. Опасения, между прочим, были напрасными, быстро выяснилось, что наличие «зеркала» очень сильно влияет на человека, делая его добрее и заставляя пересматривать давно сформировавшиеся взгляды на жизнь. Собственно из-за этого едва возникшая мода, моментально пошла на спад. Доброта и гуманизм, как известно, вредят бизнесу.
А если представить, что существо, которое чувствуешь как самого себя, и к которому привязываешься сильнее чем к ребенку, проживет намного меньше тебя... Ведь даже без «профессионального» риска, жили кадавры, хоть и больше своих предков-животных, но намного меньше человека.
Помню только вывод свой в реферате: «Лично я - против подобных издевательств, и никогда не заведу себе кадавра, даже став миллионером!» Меня тогда высмеяли, а после изменения моды, даже хвалили. Все произошло как-то сразу. И вот результат - получите и распишитесь!
За всеми этими воспоминаниями, не глядя подмахнула «отказ от претензий» за несвоевременную доставку, заслужив почти влюбленный взгляд посыльного - наверняка ему будет немалая премия за столь удачно провернутое соглашение - и проводила гостей.
И только после этого смогла взглянуть в глаза своей «второй половинке», чтобы, обняв это мохнатое недоразумение, разрыдаться со словами - «ну здравствуй, братик».
***
Звонок Вика отвлек от страданий, когда без всякого аппетита я в одиночестве ужинала в столовой подогретым куриным бульоном. Во всяком случае, вкус вполне соответствовал, а уж из какой птицы его готовила Рысь, оставалось только гадать.
То есть про одиночество - это я по привычке. Просто Кроха вел себя на удивление тихо, пристроившись возле меня на подобии коврика. От еды отказываться не стал, но управился с ней за секунду и теперь тихонько урчал, ласкаясь о коленку.
- Диана, это Степан, да, Викинг, да. - Голограмма зависла над столом, так как надевать визоры не хотелось. Просто вывела сразу изображение, чтобы и Кроха мог поглядеть. Но лохматый друг еще больше распластался по полу, видимо не желая влезать в мои дела, а может не хотел испугать рыжеволосого архитектора, который и без того запинался больше обычного.
- Здравствуйте, Вик. - Постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее. - Что-то случилось?
- Нет, да, нет... То есть да, ничего особенного, да! - Насколько могла судить, он как раз находился возле своего маяка, ветер развивал пряди рыжих волос. - Просто хотел предложить, да.
- Что предложить?
Так и хотелось воскликнуть: «Смелее! Да говори уже толком!». Но, подавив зевок, смогла сдержаться.
- Да, Ди... Диана. Я вспомнил, что вы хотели поучиться сёрфу, да, серфингу, да...
- Конечно, до сих пор хочу.
- И вот... Да, это замечательный спорт, уверен, вам понравится. Да, понравиться!
- Э-э. Я тоже так думаю.
- И вот, - глубокий вздох, словно перед прыжком в пустоту дал надежду, что я наконец услышу это самое предложение, - да, хочу вам предложить себя.
Парень вдруг покраснел и быстро поправился:
- Хочу предложить себя, в качестве инструктора, да, инструктора! Да.
Теперь мне с трудом удавалось не рассмеяться.
- Я очень рада, Вик.
- Вот завтра... в шесть утра, если не против. Да, если вы не против. Есть прекрасный уединенный пляж, да, совсем недалеко. Да, сам заеду на катере. Да, сам.
- Хорошо, Вик, я согласна.
- Пляж, да. Очень уединенный. Немного опасный. Да. И если согласитесь...
- Да, да, Вик, хорошо, согласна, - повторила более внятно.
- А, понял, Да, понял. До завтра. Да, до завтра, Диана!
- Счастливо, Вик.
Как только голограмма погасла, Кроха навострил уши и требовательно уставился на меня.
- Это Викинг, он этот дом строил, - пояснила я, - хороший парень и мой друг... Что еще-то тебе рассказать?
Оказалось, рассказать мне есть чего, так что, покончив с ужином, мы перебрались в гостиную. Я устроилась в уголочке дивана, обитого белоснежной мягкой кожей, а Кроха спокойно растянулся на остальных полутора метрах, устроив голову у меня на коленях, и два часа безропотно внимал моим откровениям, поглядывая изредка большими блестящими глазами и выражая чувства движением ушей. Я же, найдя благодарного слушателя, никак не могла остановиться, все говорила и говорила. Одно воспоминание цеплялось за другое, и конца края не было видно. Вспомнила и детство, и маму, и конную школу, и Глеба - заодно всплакнув в теплую шерсть о его недавней гибели - и друга Стешку, и мечты о Гугле, и репортаж с Викторией Райт. И как вот этот самый дом мечтала приобрести.
Пока рассказывала, ласкала мягкую шкуру своего кадавра, чесала за ушком - чисто автоматически, а он был этим вполне доволен. Урчание становилось все громче, или мне так казалось, паузы в рассказах все длиннее, и под конец, обняв голову своего монстра, я просто уснула на этом очень удобном диване, так и не сняв с себя ни камуфляж, ни кобуру с револьвером. Тяжеленькое выдалось воскресенье.
Ночью, слегка испугалась, проснувшись совершенно одна в полной темноте. Два часа ночи! Включив везде свет, перебралась в спальню, немного посетовав, что Кроха куда-то исчез. Впрочем, решила особо не нервничать - найдется. Мало ли, что ему надо. Раз рыбку раздобыть умудрился, значит вполне себе самостоятельный, когда нужно. Аккуратно сложила камуфляж, на минуту задумавшись, что пора бы обзавестись гардеробом в этом стиле, раз условия проживания этого требуют. И, завернувшись в одеяло, закрыла глаза, очень надеясь, что бесконечный выходной, наконец, останется позади и не преподнесёт до утра новых сюрпризов.
***


 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 15.01.2012, 20:25 | Сообщение # 20
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14471
Награды: 153
Статус: Offline
Глава 15. Окончание главы.

Проспала в итоге капитально. Нет, не то что бы очень, всего-то на сорок минут, но стало немножко неловко. За всеми переживаниями прошлого вечера и задушевными беседами с Крохой забыла про обещание Викинга показать совершенно замечательный пляж - «Пляж, да. Очень уединенный. Немного опасный. Да». После того, как он настоял на покупке дома, к его рекомендациям следовало относиться серьезно. А принимая во внимание, как он при этом волновался, краснел и отводил взгляд, так и очень серьезно. И я очень сомневалась, что меня в самом деле станут сегодня учить серфингу. Тем не менее, что же так хочет сказать мне Вик наедине стало по-настоящему любопытно.
Безлюдный пляж, теплый песок и ласковое море - что еще нужно чтобы сподвигнуть этого тихоню решиться на выяснение отношений? А может это он стихи присылает? Ох, бедняга! И хотя мне его уже заранее жаль, но это совсем не повод мучать человека несбыточными надеждами. Впрочем, не похоже на него. Совсем. Ни про крутого бойца, готового умереть ради неизвестной любви, ни тот фривольный стих про эскадрон, где герой только и думает, с кем бы завалиться «в стога».
Может, поступаю не разумно, но вот почему-то не думалось ни о какой опасности. Вик такой безобидный... Но и защитник из него, наверное, аховый. Так не беда, можно ведь и кобуру на пояс прицепить, тут, похоже, этим никого не удивишь.
Но это я вчера все подумала после разговора с ним, а сегодня, в шесть сорок утра, времени на размышления элементарно не оставалось. Голос Вика по внутренней сети заставил просто подхватиться с постели, толком не проснувшись:
- Диана, это Вик, да. Я тут возле причала. Я могу подождать, да. Но вот прилив, да ждать не будет, да. Так что если вы проснулись, да. Я вас жду. Да, жду.
- Простите, Вик, я сейчас спущусь.
В этот самый момент глаза у меня широко раскрылись, потому как при попытке ступить на пол стопа уперлась в невесть откуда тут взявшуюся шкуру. «Шкура» наступить на себя не позволила, ловко выскользнув и пощекотав напоследок пальцы. Зато в следующий миг все же вставшая на пол нога оказалась захвачена в капкан сразу двумя лапами, а снизу глянули полные восторга глаза Крохи под аккомпанемент тихого урчания. Тут же, не дав опомниться, мощный зверюга поднялся, оказавшись мне по пояс, попутно так «ласково» потершись о многострадальную ногу, что чуть не уронил обратно на кровать. От девичьего визга и полной потери самоуважения спасла только мысль, что Вик мог еще не отключиться с линии.
- Кроха, фу! Что ты творишь, негодяй! Дай пройти, немедленно.
Увы, сердится на него не вышло, тем более, что проявив благоразумие, он отскочил на пару метров, где и принялся потягиваться по-кошачьи, разминая каждую лапу. Невольно залюбовалась, но заметив в карих глазищах вспыхнувшие игривые огоньки, сочла за благо поспешно ретироваться в ванную. Как бы он не решил повторно устроить вчерашнюю возню. Оно конечно приятно, но с другой стороны, при его-то силе, чувствовать себя мышкой в пусть и ласковых, но кошачьих лапах...
Да и потом, на игры и пляски совершенно не было времени, должен же он понимать! Или не должен? Ох, сколько же мне еще привыкать к нему придется?! Спасибо мамочке, удружила! Надо хоть инструкцию прочитать, вдруг что-то важное там есть, чего я упустила. Ведь с тех пор, как делала свой доклад о кадаврах, прошло года три, и что-то могло поменяться. Наука ведь не стоит на месте.
Душ прогнал остатки невольного страха и неуверенности в настоящем и будущем, а отсутствие в комнате Крохи неожиданного порадовало, вроде и стеснятся особо тут нечего, во всех смыслах, но вот, поди ж ты.
Кроха деликатно рыкнул под дверью, когда процедура ускоренного одевания была завершена и, отозвавшись на - «заходи, можно», порадовал своим появлением. Оказалось, он тоже успел полностью принарядиться, словно был уверен, что я с собой его возьму. Еще чего! Хотя, такого не возьми...
А ведь действительно, теперь мне от него никуда не деться, как и ему от меня. Это еще до того, как познакомились, можно было попробовать что-то предпринять, и то - нашлись, видимо, такие, что попробовали отнять у меня Кроху, и где они теперь? Вряд ли рассчитывали «приручить» кадавра, впрочем, кто знает глубину человеческой глупости - и просто попытка похитить ценную зверюшку ради выкупа выглядит достаточно безумно. Может, рассчитывали, что вода не даст звериной части сориентироваться, в какой стороне находится «хозяин», наивные - пусть вода им будет покрывалом, тина постелью, а рыбы добрыми и ласковыми... Жуть то какая! Брррр!
Тут Кроха, наверное, почувствовав поднявшиеся в душе чувства, поднялся на задние лапы, так что голова оказалась на уровне шеи, и посмотрел снизу вверх таким взглядом, что все кошки на душе мигом спрятали коготки и начали ласкаться, усердно мурлыкая - действительно, кого я жалею? Люди, решившие лишить меня такого «счастья», сами выбрали свою судьбу.
Спешно сбрасывая в громадную сумку «всё, абсолютно необходимое», обратила внимание на «сбрую» моего звереныша. Вчера показалось, что там только острые железки, а теперь обнаружила прицепленную справа кобуру. То, что торчало снаружи, заставило судорожно найти собственный револьвер, но он оказался на месте. Не совладав со жгучим любопытством, попыталась, ласково приговаривая, разоружить своего охранника.
Кроха в ответ посмотрел на меня удивленно, приподнял вибриссы над глазами и протянул оружие рукоятью вперед. Так и застыла, пламенея ушами, действительно - чего я его дурачком-то считаю? «Уровень развития пятилетнего ребенка» говорит о системе ценностей и отношении к жизни, а не об интеллекте. Судя по всему, «братик» поумнее многих моих знакомых будет.
Револьверы выглядели практически близнецами. Только рукоятки отличались, да ствол Кроха вставил самого большого калибра. Минут пять пялилась на оружие, чувствуя себя жертвой всемирного заговора. Потом решила считать это простым совпадением и вообще - не терять даром времени. О бедном Вике опять вспомнила с некоторым трудом, хотя вроде как спешила именно к нему.
По дороге к лифту выяснилось, что совершенно неподъемную сумку волочь придется мне. Кроха успел бодро унестись вперед, потом пронесся в обратном направлении, опять забежал к лифту и выставил из-за угла нетерпеливо шевелящиеся уши, мол «чего ты там копаешься?», и все это, пока я довольно бодро тащила «все нужное».
Тут уж я не выдержала и тонко намекнула, что не мешало бы и помочь. За что была награждена недоуменным взглядом и непередаваемым жестом ушами. При попытке настаивать, этот гад взял наизготовку револьвер и, вытянувшись на манер суслика, закрутил головой во все стороны - дескать, можешь смело тащить хабар, я охраняю. От комичности его вида напал такой смех, что едва смогла проделать последние метры, зато сумка, вроде как, полегчала.
В лифте Кроха прижался к «непрозрачной» его части и встревожено крутил ушами, но вел себя прилично. Вик, увидев меня, радостно замахал рукой, улыбаясь во все тридцать два зуба. Но когда попробовал выскочить на причал, счастливые глаза округлились - он заметил рядом со мной «братика», да так и замер в нелепой позе. Начинается!
Интересно - куда он раньше-то смотрел, ведь это чучело, между прочим, не комнатная собачка, а вполне внушительных габаритов зверюга. Впрочем, кажется понятно - Кроха за чертовой сумкой маскировался. И добился своего - когда Вик, отшатнувшись, потянулся за ружьем, мы были уже близко - братишка одним прыжком взлетел на борт, ухватил его руку своей лапой и молниеносно лизнул агрессора в лоб. Бедняга архитектор с потрясением на веснушчатом лице так и сел, ухватившись рукой за лоб, а наглое чудовище завозилось в грузовом отсеке катера, пытаясь забраться под лавку.
- Д-диана, эт-т-то к-к-к-кто? - Запинаясь больше чем обычно, поинтересовался Вик, ошарашено глядя на меня, теряющую терпение на причале - вместе с тяжелой сумкой.
- Братик мой. - Бедный Вик, такие непонимающие огромные глаза! Проверила, пишут ли происходящее визоры - потом обязательно просмотрю запись. Да, кадавры и на Земле страшная редкость, многие о них, наверное, и не слышали, а уж на Прерии...
- О-отк-куда? - вот это вопрос!
- От мамы с папой! - Небрежно пожала плечом, мол, что такого-то? И добавила слегка мстительно: - На день рождения подарили.
После чего не смогла сохранить серьезное выражение, и начала неудержимо смеяться над ошалело-облегченным выражением на лице несостоявшегося ухажёра. Викинг тоже пришел, наконец, в себя и присоединился к веселью. И вообще - всю дорогу до «пляжа, да» он был очень весел, вот только бросал настороженные взгляды в зеркало заднего вида и втягивал голову в плечи. Ошиблась, значит, вполне просвещен, что жизнь свела его с таким редким чудом? Или уточнить на всякий случай?

А пляж оказался и правда не очень далеко, понадобилось лишь проскользнуть зигзагом между преграждающими проход скалами, как за ними обнаружилась полоса белого песка у подножия высокой горы, окружающей небольшой заливчик полукругом. По краям двухсот метрового пляжа скалы уходили вертикально в воду, а вот чуть ближе к левому краю чернели выходы гротов, промытых прибоем в «каменных стенах».
Действительно уединенное место. Аж запоздало кольнула озабоченность - тут не надо ничего и делать, достаточно просто оставить меня на райском бережку в окружении отвесных скал дожидаться прилива, который, судя по скалам, достигал трех моих ростов. И нет больше Дианы Морозовой, специального корреспондента от Гугл.
Фантазерка. Ведь понимаю же, что напрасно придумываю эти страхи, а разве есть чего бояться? Хоть убей, не могла заподозрить злой умысел в Вике, так еще и Кроха теперь со мной - не позволит ведь? Низкое ворчание в ответ на эту мысль внушило уверенность и теплое ощущение защищенности и признательности к мохнатому другу, а беднягу Вика заставило еще сильнее втянуть голову в плечи.
Вылезать из катера по прибытии мой «защитник» отказался напрочь, только выставил наружу уши и мигом спрятался назад, проворчав что-то неодобрительное, даже попробовал еще глубже забраться под лавку.
Викинг мигом оживился, схватил свое ружье, мою сумку и помог выбраться из катера. После чего, непрерывно болтая о том, какая хорошая погода - «но как жаль, волн нет, да, нет, серфингом не позаниматься, да», - повел в сторону пещер. Рассказывая, как там красиво и что «совсем не темно, совершенно, да», потому что вода промыла массу вертикальных колодцев и «света хватает, да, хватает, да». Еле удалось вклиниться в этот поток речи.
- Вик, ты говорил, что тут может быть опасно.
- Опасно? Да. Пакицеты. Такие большие выдры. Они могут выбираться на пляж. Да. - А сам весь приосанился и смотрит орлом, словно только и ждет, чтобы появились, а уж он-то в два счета с ними разделается. Как-то мне это уже не очень нравилось, невольно положила руку на кобуру.
Ну, вот и вход в гроты близко, справа промелькнуло стремительным броском коричневая тень в полосочку, прилипла чуть в стороне от прохода - и уже не по-звериному, а вполне по-человечьи - на двух ногах, уши торчком, и вид уже совсем не ленивый. Ну, Кроха! Что за шпионские игры?! Однако рука на кобуре у меня расслабилась. А Вик наоборот, посчитал появления зверя плохим знаком, решив, наверное, что всё - ужас близок, прекратил свою болтовню и пытался трясущимися руками курки взвести. Да, герой! При взгляде на эту картину даже смех разобрал, ну не чувствовалось опасности в таком райском месте, да и Кроха вдруг очень безмятежным выглядеть начал. Это и успокоило меня окончательно. Чисто из хулиганских побуждений, сложив ладони рупором, крикнула в расщелину:
- Выходи, мерзавец, на честный бой! - и засмеялась.
А напрасно я так - хорошо сметется тот, кто смеется последний. Слева и справа от прохода выскочили две громадных кучи водорослей и зигзагом рванули вглубь расщелины. Револьвер вдруг оказался в руке и красный треугольник из точек прицела сам собой начал сходится на спине левой фигуры, прежде чем до меня дошло, что бегут эти «водяные» не ко мне, а от меня. А потом заметила камуфляжные штаны с приметными берцами под накидкой, изображающей водоросли, после чего оставалось сдержать невольные нецензурные выражения - чуть не пристрелила идиотов! - и, сунув револьвер в кобуру, крикнуть вслед:
- Сержио, Марат, а ну идите-ка сюда, разгильдяи! Стрелять не буду!
В душе все бурлило, толи от обиды на идиотский розыгрыш, толи от сильного желания «пошутить самой». А правда, устрою-ка я им сейчас «сюрприз»!
Тем временем, к двум высоким фигурам прибавилась понуро ковыляющая и гораздо более мелкого роста третья - Рысь, предательница. Всё верно, катера, кроме нашего, нет, не по воздуху же они сюда попали. Точнее - именно по воздуху! И кому такая идея в голову пришла - следить за мной?
- Так-с, - самым зловещим образом проговорила я, уперев руки в бока. Только бы не сказать лишнего - хоть и заслужили, но воспитывать их бесполезно все же, да и не в моих правилах. А при мысли, как они сейчас отреагируют на братишку, даже чуть не рассмеялась! - Присяжным все ясно, но к этому вопросу мы вернемся позднее, а пока - раз уж все в сборе, позвольте представить вам нового члена команды.
Окинула взглядом замершие фигуры - парни застыли, отчего внутри у меня разлилось тепло. Красавцы ведь, держатся здорово, хоть и побледнели оба. И позвала: - «Кроха!».
Кроха не подвел - боковым прыжком появился перед публикой и приземлился в положение «на четырех», игриво припадая на передние лапы. Интересно, а ведь сделал точно, как хотела, мысли, что ли, читает?
Дальше всё произошло так быстро, что понятно стало, когда дополнила впечатление замедленным повтором в визорах. Глаза увидели, как странно дернулась фигура Марата, выбрасывая левую руку в хлыстообразном движении снизу вверх на уровне бедра, одновременно вскидывая правую за шею и сразу услышала резкий звук удара металла о металл.
А потом Кроха не спеша обнюхал неизвестно как появившийся в его лапе странный нож и, потянувшись вперед, повторил процедуру обнюхивания с рукоятью воткнувшегося перед ним второго. Задумчиво склонил круглую голову набок, оглядев замершие перед ним фигуры, и на трех протопал прямо к ним. Марат попытался было отодвинутся, но Кроха ухватил его лапой за правую руку и сунул пойманный нож ему в рукав. Отошел на пару шагов назад, опять склонил голову на бок и вдруг резко зарычал, вскидываясь вверх.
Глаза опять пропустили момент движения, а следующими миг передо мной возникла скультурная группа - Марат с расширенными глазами и зажатым в левой руке ножом, острием вниз, и Кроха - присевший и положивший левую лапу ему на правый бок. Но люди - не статуи, и через миг «скульптура» распалась - нож выпал из ослабевших пальцев админа, тихо звякнув об камешек, а мой зверь не спеша поднялся на две задние конечности. Застыл столбом теперь только Марат - лишь шевеля нижней челюстью в попытке толи сказать что-то, толи сделать вдох.
Кроха несильно «похлопал» его по разным частям туловища, будто отряхивая пыль, и видимо слегка толкнул, потому что «статуя» сделала два шага назад, уперлась спиной в камень и сползла по нему, закатывая глаза.
- «Уф, зуб острый,- сказал Акелла, обнюхивая ямку, оставленную ножом, - но житье в человечьей стае испортило тебе глаз, Маленький брат - я бы успел убить оленя, пока ты замахивался...», - произнес сдавленным голосом Сержио, плавно вынимая руку из кармана и зачем-то растопыривая на ней пальцы.
- Что? - Кажется, я тут единственная, кто ничего не поняла. Вон, даже побледневшая как мел Рысь, прижавшаяся к стене расщелины, выглядит более осведомленной.
- Киплинг. - Еще более непонятным голосом произнес итальянец. Была такое впечатление, что у него в горле застрял слишком большой кусок.
Впрочем, на его месте я бы, наверно, тоже переживала - Кроха встал «на носочки», оказывается, он так тоже умеет, и теперь, положив лапы на плечи оператора, заглядывал ему в глаза сверху-вниз.
Непонятная сцена длилась всего пару секунд - четко увидела как медленно пошел вниз кадык, будто итальянец, наконец, проглотил «слишком большой кусок», и несчастный Серж просипел:
- Да, я думаю, мы друг друга поняли...
Кроха вроде как кивнул и совершенно фривольной походкой, уже на четырех, двинулся к Рыси, где подсунул мохнатую башку под вялую руку, дескать - «чеши!». Ольча неохотно выполнила требование, и «в благодарность» была сбита на землю и облизана, если не сказать - умыта.
После этого душа она начала осторожно, а потом все энергичнее отбиваться, а я отошла к Сержио, который все еще стоял возле упавшего Марата и копался во внутренностях своего камуфляжа, наверно искал, чем привести того в чувство.
- Хоть кто-то может мне объяснить, что тут произошло?
- Давненько меня так не строили... - Пробормотал про себя оператор, не прерывая поисков.
- Серж!
- О, простите, сеньорита. Простое распределение ролей в команде. Он показал самцам, что может любого сделать как угодно и в любой позе и предложил обращаться в любое время. Самочкам... то есть леди показал, что строг, но справедлив, а если они отзывчивы, то еще и мил. И теперь мы его прайд и можем рассчитывать на защиту и добычу, пока согласны оставаться в данных рамках... - И, пока я не вспылила от этой галиматьи, прошептал резко изменившимся голосом, одними губами: - Господи, Диана, где ты нашла это чудовище?
Упомянутое «чудовище» развлекалось, их шумные игры с Рысью начали вызывать у меня недовольство - наглый комок шерсти уже успел растопить ледок опасения и, заодно выяснив, что девушка боится щекотки, тут же этим воспользовался. Вследствие чего верещание было слышно минимум километра на три. Хотя, после вопроса Сержа, мохнатое недоразумение тут же повернуло свои эхолокаторы чуть не на сто восемьдесят градусов - в нашу сторону, впрочем, никак своего неудовольствия не высказало, и безобразия тоже не прекратило. Оставалось честно ответить на вопрос:
- Мама на день рождение подарила.
- Мама... - Сержу, похоже, изменила его обычная манера, и он произнес сквозь зубы: - Да с такой мамой...
Резко оборвав себя, он нагнулся к Марату, видимо найдя необходимое, и скоро админ начал подавать признаки жизни.
- Сержио, - отрывать его от пострадавшего не хотелось, но надо было ковать железо, не отходя от кассы, - сейчас не время, но пообещай, что позднее все мне подробно расскажешь и объяснишь.
- Конечно, сеньорита, я буду в полном вашем распоряжении.
- А что с Маратом?
- О, не волнуйся, Ди, я не врач, но отчего-то уве