Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
  • Страница 8 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Модератор форума: Старый  
Форум Дружины » Авторский раздел » тексты Старого » Рабочее название "Записки Пиротехника"
Рабочее название "Записки Пиротехника"
СтарыйДата: Понедельник, 25.07.2011, 23:47 | Сообщение # 211
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
***

С той поры прошел месяц, обычный или необычный, это уже не мне судить.
Воскресенье, вроде бы всеобщий выходной….
Что обычно в нашем семействе происходит утром в этот день, говорено много и писано неоднократно.
Но то что происходит до….
Утренняя дойка, уборка навоза, задать сена в кормушку, проверить лизун, кусок каменной соли. На конюшне те же работы, за исключением дойки, наша кобыла ожеребилась и теперь, когда заходишь к ней, косит настороженным взглядом.
Потом сборы и поход в храм. После возвращения садимся завтракать, опосля него у детворы свободное время, они уматывают кататься с гор и на коньках.
Никодим уходит к друзьям, приползет к вечеру «и сыт и пьян и ус в табаке» Марфа останется на хозяйстве. Но ненадолго, поставит, что нужно к обеду в ещё горячую печь, томиться, в птичнике покормит оставшихся кур, соберет яйца. По мелочи сделав, что необходимо, и если не её очередь, уйдет на посиделки к одной их многочисленных подруг.
Так что ближе к середине дня, на хозяйстве оставались, я да пес.
Пока сижу в коморке, он по усадьбе круги нарезает. Умный, пока все дома его не слышно и не видно, но стоит Никодиму выйти за ворота…. Выползает из конуры и всем своим видом дает понять, что он теперь старший…. Остальные для него не авторитет, может и рыкнуть в случае чего.

Так что сижу у заиндевелого окошка, псина тащит службу, вроде все при делах.
На улице холодно и скоро должна, вернутся, банда саночных конькобежцев, опять приползут мокрые как мыши все в синяках и шишках.
Две недели назад, увидел каким жадным взглядом, дети, смотрели на группу ребятишек катавшихся на замерзшем пруду, решил, надо и для своих смастерить что-то подобное. Покупать местные не стал, уж больно они хлипкие какие, не они, а крепеж к валенку, только ноги ломать.
В заначке нашел кусок жесткой кожи, вырезал две подошвы, из железной пластины сделал супинатор и ещё две пластины. Сделал крепеж для лезвий, на которое выпросил у Никодима старую саблю, Данила порубил её на пластинки и придал форму. Несколько дней пытался заточить, изругался вдрызг, ну не получается по середке желобок, хоть ты тресни. Потом приноровился, краем камня вытягивать, только он природный осыпается быстро, одну пару с трудом сделал, оставшиеся заточил по простому.
Отдал испытателям, по довольным лицам, когда они вернулись, понял, прошло удачно. Они на перебой хвастались, кто какие повороты делал, кто упал за льдинку запнувшись, кто, не успев остановиться вовремя, сбил других ребят. С того дня и пошло, конькобежно-саночное катание.

Как –то так сложилось, что я забрал под свое крыло всех мальчишек…, ага, «как-то так» только сначала разосрался с Никодимом вдрызг. Посмотрел, как он припахал мелюзгу, и не увидел ничего, такого что они, не поняли бы за пару дней, много ли ума надо, чтоб научиться полировать на суконно-тряпичном круге детали? Или собрать мусор, перебрать его вытащить весь металл, отнести к Даниле и сор, кстати, тоже туда.
Слова за слово, он одно, я два, он злиться, я откровенно смеюсь, довел мужика, после ужина вывел всех ребят, поставил передо мной и закатил речугу, дескать, - « Федор для вас, отец родной, мамка родная, да и бабка с дедом»
Я возмутился,- «А Машка что хуже будет?»
Тут уже пришлось отбиваться от Марфы, - «Ненадобно девке, грамоту разуметь, цифирь токмо нужна»
У бедной девочки в глазах слезы налились, я подмигнул, успокаивая «все будет хорошо»
Ничего, дожму зловредную хозяйку, отдаст Машу, куда они от меня денутся.
Остаток вечера посвятил плану учебных занятий, он получился довольно куцый, подумал немного и решил ребятам что-то типа военного дела организовать, тактику, стратегию….
«Мелькнула мысль про военно-штабные игры с участием кучи игрушечных солдатиков»
Стрельбы там из своих творений…. А почему бы и нет?
Утром ждал сюрприз, завтрак мне накрыли на кухне вместе с воспитанниками, я человек не гордый, с шутками и прибаутками, заточили утреннюю трапезу, поблагодарили Марфу и пошли на работу.
Спросил у Никодима фронт работ. Надо было видеть всю гамму чувств на его лохматой морде, у него аж борода встопорщилась от возмущения, а глаза как две плошки стали….
Взял за локоть, и на ухо по-тихому сказал,- «Не при детях, отойдем, ругай, сколько хочешь»
Отошли. Выгнал мою команду на улицу, а там, между прочим, мороз с десять градусов, велел идти в дом и ждать там. Когда за ними закрылась дверь, повернулся к меднику,- Ругай,- и низко нагнул голову.
Он сначала замахнулся, отвесить леща, но видимо передумал, взял за плечо развернул и дал пинка.
Дальше был разговор. Зачитываю ему пункты своего плана, он или кивал, или ворчал или рычал, но чаще спорили.
Договорились, что под учебный класс заберу бывшую химическую лабораторию, но надо будет устроить печки для обогрева, иначе околеем к концу первого урока.
Никодим съязвил,- Эка невидаль, в овраг за ноги оттащим, чай до весны не завоняете. А мне все покойнее будет. Там дыры в стенах….
Я сказал, - « что с ребятами их заделаю, щели законопатим, стол там есть, пару лавок нужно»
Как сказал меченный « высокие договаривающиеся стороны пришли к консенсусу»

До обеда, трудились по заданию партии и правительства, после него небольшой отдых и вперед, артель имени первого соборного уложения, выходила на работу по ремонту и благоустройству будущего учебного класса. Делов было…. Дольше с Данилы печки ждали. Худо-бедно, но за седмицу управились. Я это время даром не терял, наведался к плотнику, поставил задачу, выложил задаток, забрал дощечки нужно размера и целую неделю рисовал по вечерам алфавит, по которому меня в моей школе учили.
С тоской вспомнил учебные пособия и склонившись над очередной доской, высунув от усердия язык обводил карандашный контур, бессмертного творения – «ма-ма мы-ла ра-му» подумав, исправил на другое, нечего девчонке лишний раз напоминать. « БА-БА МЫ-ЛА РА-МУ»
Моя каморка за последние дни превратилась в филиал учительской комнаты, шагу ступить нельзя чтоб не наткнуться на что ни будь. На стройке остался пустяк, сделать классную доску. Плотник обещал через пару дней отдать, я хотел побыстрей забрать, но клею надо дать просохнуть.
Фиг с ней, посмотрел на свои пособия разбросанные по всем углам, по полу и стоящие на полках, маловато но и с этим можно начинать. Вот завтра и объявлю своим чадам (своим!?) что у них наступило первое сентября.
А скоро у них пополнение будет, сегодня разговор случился в мастерской…. Не нравиться мне это все, ох как не нравиться, аукнется, да поздно локти грызть будет, ай как поздно….

Сижу за станком, суконно-полировальном, давлю педали, наводя лоск, на последний за сегодня самовар. Осталось совсем немного, тут кто-то сзади подходит и застит свет. Начинаю ворчать, что б отвалили и не мешали, а то невидно совсем. Стоит молчит и не уходит. Оборачиваюсь, Сидор и Данила, смотрят как кролика на удава. Позади них замечаю Никодима, он чему-то веселится, морда у него уж больно хитрая.
- Ну? – окидываю парочку взглядом,- кому стоим, чего молчим?
С кузнецом все понятно, по жизни молчун, из него любое слово клещами тащить надо. Но Сидор то, не мычит не телиться, он вроде как за ответом в карман не лазит, иной раз ляпнет…. Так и хочется, язычок, засопожником подрезать.
Они переглядываются и начинают дружно мычать. Никодим аж рот зажал, от смеха, на них глядя, давиться. Ничего не понимаю и жду продолжения.
Наконец посреди этого блеяния, послышалась человеческая речь, Данила смог выдавить из себя хоть что-то, а Сидор только глазами лупает.
- Федор…. Это…. Э…. чадо маво ….
Теперь была моя очередь, раззявит варежку,- Мужики, а вы…. Да, не вроде тверезые…. Да мне и этих, - кивнул в сторону дома, - за глаза.
Лица у них поскучнели, они как-то сгорбились, потерянно так переглянулись, и мне, если честно, стало жаль.
«Господи ну за что…. А-а! Какая разница, пять, шесть, семь….»
- Сидор, а ты что молчишь? Али не хочешь?
- дык, это…. Можно?
- Нужно, Данила вон за свое чадо хлопочет, а ты, стало быть, не хочешь? - закончил задумчивым голосом и перевел взгляд на кузнеца.
- Данила, твоему скока годов?
- Шестой пошел, старшому….
- Ага. Хорошо….
«мелковат будет, но если наука впрок пойдет, для моих (!?) стимул появиться….»
- Ты печку, когда доделаешь?
- Зараз и закончу, там осталось только донце приклепать….
- Как доделаешь, так и приводи, а то пока в классе холодно, боюсь простынет….
«Это слово вслух ещё не произносил ни разу, вот сейчас сорвалось с языка, на меня смотрело три пары глаз и ждали ответа»
- Место где учить буду, класс зовется.
-Чудное слово какое-то,- проворчал Никодим.

«Сам ты «чудной» нормальное слово, им одним, только меняя интонации, можно выразить все, от восхищения до ненависти»

Данила кивнул на объяснение и задал второй вопрос волновавший его не меньше чем первый,- И скока за сына маво….
- Для тебя просто так, без денег, как и вот с этого обалдуя, что зенками лупает.
Указал на Сидора и спросил,- Надумал?
Он закивал башкой словно «китайский болванчик»
- У тебя сколько?
- Двое будет, парню семь, а дочку возьмешь?
- Сколько годков?
- Тринадцать….
- Да она у тебя уже на выданье…. Зачем бабу грамоте учить?- Вмешался Никодим.
Сидор повернулся к нашему хозяину чтоб ответить, да я опередил вопросом,- А, правда, зачем?
Зачем тебе её грамоте …. – не договорив, я с подозрением посмотрел на собеседника,- Али ты ужо….
Он поначалу смутился, да не надолго, с вызовом глядя мне в глаза, произнес,- замуж отдам, в другой город уедет, весточки слать ей самой писанные , будет.
- да ты сам-то грамоту разумеешь? – Спросил Никодим.
Сидор смутился,- малость могу, но ежели что, к писарю в приказ сбегаю….
- Полушку отдашь, а он потом её пропивая на всю слободу разнесет что у тебя дома деется. Хитер ты, Сидор, девку с мальцом грамоте учить удумал, а они тебе потом сказывать будут…. Никодим положил руку на плечо своего работника,- Проси Федора, чтоб и тебя в ученики взял. Токмо не ведаю, будет ли из тебя прок?
- Это как не будет?
-Сядь покак, кому намедни три раза говорил и показал, как нужно было краны впаивать, а ты что учудил?

«Было дело, отличился Сидор. Никодим принес и поставил ему на верстак, два самовара, они практически одинаковые, только один сделан как бы наоборот. Выставил, отвлек работничка от дела, пальцем ткнул, приложил деталь. Я лично видел как Сидор головой кивал что понял. Никодим ушел, наше «чудо» принялось доделывать тот, что уже был в работе, подоспело время обеда. Опосля него пришел, поставил перед собой срочную халтуру, не разобрав где верх, где низ, и впаял. Всё бы ничего, да только его отдавать через полчаса надо было, он под заказ делался…. Никодим гудел как труба иерихонская…. Насилу успокоили»

-Так там. Такое дело было…. Никодим стал поддавать газу, набирая обороты, надо притормозить, а то опять бухтеть будет весь вечер. Один из них домой пойдет, а со вторым ещё и ужинать….
- Сидор! – Я повысил голос, привлекая к себе внимание, - ты мне должен будешь.
-Скока?
- А нужны мне твои деньги, потом скажу, что ни будь, полезное сделаешь, тогда и сочтемся.
Ступайте, Данила , с тебя печку доделать, а ты…. Я думать буду.
Мужики пошли по своим местам, а я нажал на педаль, раскручивая полировальный диск.

Вечером, сидя за столом, Никодим задал вопрос на который так и не нашел днем ответа,- На хрена, бабу грамоте учить?
 все сообщения
СтарыйДата: Понедельник, 25.07.2011, 23:47 | Сообщение # 212
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
***

Утром следующего дня, аккурат в воскресенье, пришел знакомый, хороший знакомый, его хозяин заядлый охотник, денег не меряно, за патрон платит по три копейки. Приволок кучу стреляных гильз, за их перезарядку беру с него копейку.
Поговорил с гонцом за жизнь, он жаловался что с поля не вылазит, скоро как у борзой живот впалым станет, глядя на его коренастую, упитанную фигуру, верилось с трудом.
«Хозяин с твоим мушкетом, чуть ли не в обнимку спит, даже в обед рядом с собой у стола ставит» Посчитав гильзы, что снарядить надо, их полсотни получилось, говорю, - «Через день приходи, готово будет.»
И слышу ответ,- «Хозяин ещё сотню хочет, он в Дмитров к другу на медведя едет»
Прикидываю запасы пороха и выпадаю в осадок, только- только старые снарядить и как назло нет растворителя. Спрашиваю,- «седмицу сможет подождать? У меня пороха столько нету, его готовить надо»
Тот репу почесал и кивнул, соглашаясь. Заказчик ушел. А мне пришлось собираться и чесать в город.

Я продирался через хаос, царивший на торгу, воскресенье жители окрестных сел, деревень, посадов, ломанулись на рынок, дойти до ряда где трудились горшечники всего ничего. Но застрял намертво, толпа обступила со всех сторон, прижала к стене лавки и грозила переломать все ребра. Вдоль постройки, распихивая локтями народ и получая ответные тычки, стал выбираться из ловушки, в которую сам забрался, кто ж знал что здесь тупик? В прошлый раз здесь проход был…. Мне требовалось найти гончара делавшего по весне части для перегонного агрегата, нынешний окончательно сдох, покрылся трещинами и стал подтекать. Тратить на него драгоценную медь, слишком дорого, сделать из железа…. Рубль на пуд найду, только придется ещё отдать алтын пять, чтоб листовым его сделали, заклепки, отверстия под них, герметизация…. её, той же глиной добиться не возможно, думать надо. Опять же получиться дура здоровенная…. Хрен ли я башку себе забиваю? Зима закончиться, тогда и будем думать из чего и как сделать стационарный перегонный куб.
А пока насущное, поступил заказ на сто патронов и как назло кончился самопальный ацетон. Человек нужный, другому, снарядил бы «черняшкой» и дело с концом, этот ещё нужон….
С приходом зимы у нас с Никодимом резко упали продажи, почти втрое. Виной тому видел две причины, первое, уменьшилось количество приезжих купцов и второе, самое главное, появилось большое количество не наших, чужих, качеством похуже, но по цене дешевле. Народу не объяснишь, что у «левого» колосник прогорает через месяц и угли начинают высыпаться из него. Пуд меди обходиться нам в пять с полтиной, из него выходит штук шесть маленьких, три средних или один, самый большой.
В месяц, при отлаженной технологии выходит на круг около тридцати штук самоваров, разнообразного литража. Мои самые любимые, ведерные, у них детали большие, обрабатывать удобней, ну и самые дорогие соответственно. На одном из последних опробовал новинку, в топку была добавлена одна деталь. Она появилась благодаря тому что наконец то удалось начать изготавливать трубки, паяные, но достаточной длины. Суть такова, при нагреве воздух расширяется, и стремиться в сторону наименьшего сопротивления. В нижнюю часть емкости, на топку наворачивается спираль, один конец выходит наружу и имеет регулятор в виде пластины с отверстием позволяющее получить вход переменного сечения. Второй проходит сквозь днище и выходит в топку. Вот такой автоматический наддув. Как ни странно, но эта штука сработала на первой же модели, это позволило сделать на дне выдвижной золоприемник под колосником, избавиться от громоздкой трубы нужной для создания тяги.
Что в итоге упростило эксплуатацию.
Была ещё одна задумка, совместить несколько функций в одном предмете, предварительные наброски были, но надо было ещё обдумать и провести макетное испытание. Это должна быть печь для обогрева, со встроенной емкостью разделенной на две части, одна вскипятить воды для чая и вторая приготовления еды. Должна быть компактной, пожаробезопасной и достаточно легкой, учитывая наличные материалы, делать больше половины пуда, экономически невыгодно и так стоимость будет запредельная. Предполагаемый рынок сбыта, речной транспорт, прежде чем даже задумывать такое, походил, посмотрел, поговорил с народом. На данный момент питание осуществляется с помощью очагов и открытого огня. За продажу пяти штук, точно мог ручаться, даже предлагали предоплату. Но отказался, какие деньги, если рассказывал людям с чистого листа, выслушивая их пожелания.
У меня есть зима, целых полгода, чтоб не прослыть балаболом надо будет постараться.

А вот и нужный торговый ряд, гончар занимал крайнюю, пройти осталось с полсотни метров. Протискиваюсь между людьми и санями с запряженными лошадьми. Последние стояли спокойно, жевали сено или овес в отличие от своих хозяев, шумевших и толкающихся. С правой стороны видна приоткрытая дверь в лавку, бросив быстрый взгляд, прошел мимо, торопясь добраться до цели своего «похода» А вот и она, слава богу, добрался, относительно живым и невредимым, намятые бока не в счет. Гончар Тихон, встретил радушно, предложил пива, рыбки. Сначала переговорили о делах, опосля выпили по кружке хмельного напитка. За все время разговоров, не оставляло какое- то непонятное чувство беспокойства, словно увидел нечто важное. А вот что и с чем связано? Договорились что через неделю, привезет все в слободу или сам или мальчишку своего пришлет, ударили по рукам, и я покинул эту гостеприимное место.
На улице царил тот же бедлам но уже в меньших размерах, можно было спокойно пройти до конца ряда и даже не быть растоптанным какой ни будь конягой. Добрел до середины линии, рассматривая выставленные на продажу крынки, горшки, плошки, миски, поварешки и всякую остальную посудно-кухонную утварь.

«Никогда не любил с женой ходить по магазинам, толпа, суета, все пихаются и плюс ко всему огромные очереди в кассу…. Хвала всевышнему, здесь ещё нет маркетологов, менчендайзеров. Прадедушки рекламщиков, зазывалы, достаточно редки и пока суетятся только у кабаков, затаскивая внутрь очередного клиента. Здесь никто не дергает за рукав, остановишься напротив, хозяин поднимет на тебя взгляд и тебе достаточно только покачать головой, показывая, что ты ничего брать не будешь.
А супермаркет придешь, тебе на хвост падает толпа продавцов. Стоит только покоситься на ценник. Как тебе начинают лить в уши всякую туфту, -«Дольче Габано, прямо из ателье великого мастера….»
Смотрим бирку, ага, - «сделано в ….» понятно, изготовлено на Малой Арнаутской, в Одессе, мастерская старого Бони Песаха…. »

Хожу, смотрю, спрашиваю, что и сколько стоит, а внутреннее чувство начинает кричать, что удаляюсь….
Повернул обратно, прошел немного, остановился напротив такой же, как все, неприметной лавки. Тот же ассортимент, те же кувшины что и других. Но тянет зайти, внутрь. Зашел.
В углу у подслеповатого, слюдяного окошка, девчушка лет шести, в сарафане, в накинутом поверх него матерчатом фартуке, сидит на маленькой лавочке. Русые волосы забраны под серый платок, но упрямый локон выбился и она поправляет его. На низеньком столике, явно сделанным для неё, лежит прямоугольная дощечка, на ней стоит глиняная собачонка. Хвост, завитый в кольцо, лежит на спине, шерсть на загривке встопорщена, уши прижаты, а пасть оскалена в беззвучном рычании. Кажется, что пройдет мгновение и шавка наброситься с громким лаем пытаясь укусить за ноги.
Первое впечатление что ребенок играет с игрушкой сделанной кем-то, но перепачканные глиной руки убеждают в обратном.
Стараясь ступать тише, чтоб не напугать девочку, остановился поодаль, любуясь мастерски выполненной фигуркой животного.
- Тебя как зовут мастерица?- Тихо окликнул и присел на корточки. Она продолжала тонкой щепочкой снимать лишнее, дорисовывая шкуру собаки, не обращая на меня внимания.
- Девица.- Повысил голос и протянул руку чтоб коснуться плечика, прикрытого старым, застиранным до ветхости и серости, сарафаном.
Скрипнули половицы, - Глухая она, не слышит,- произнес подошедший мужчина, - По делу али как?
Обернулся и мужик расплылся в улыбке,- Ты, Федор медник. Седня к Тишке Кленову ходил, горшки особливые просил сработать
Я кивнул, соглашаясь, а чему удивляться? Каждая слобода, это маленький обособленный мирок, в котором все, всё знают о своих соседях.
-А что с ней случилось?
- Позапрошлую зиму, заболела, лихоманка пристала, десять дён без памяти лежала, знахарка приходила, отвары и мази давала. Да все без толку, только хужее становилось, потом совсем тяжко стало. Священника позвали, батюшка пришел, обряд проводить начал, а как до святых даров дошел….
Она глазки тут открыла, пить попросила, а как напилась так и уснула. В полтретья дня спала, а когда очнулась, заговорила с нами, а мы и не поймем, ежели за спиной говоришь, не отвечает, а в лицо глядит, отвечает. Поняли, что забрал господь слух, за исцеление от лихоманки.

Девчушка вдруг обернулась и улыбнувшись громко произнесла,- Тятя, я жужу слепила.- Встала со своего места и, ковыляя пошла к отцу. Он подхватил её на руки, она повернулась в мою сторону и под её внимательным взглядом.
«В голове звякнул колокольчик не оформившейся до конца идеи»
- А кого ты ещё слепила?
Она сначала посмотрела на отца, он кивнул, соглашаясь, она заерзала, прося опустить на пол. Подошла. Безбоязненно протянула маленькую ладошку, испачканную высохшей глиной, и повела меня в заднюю комнату, обычно служащую складом. В дальнем углу, отгороженном от остального помещения куском старой рогожи, был небольшой закуток. Мне показалось, что попал в мастерскую скульптора. На многочисленных полках было множество фигурок, выполненных с высокой художественной точностью. Людей не было, но были лошади, овцы, свиньи, собаки….

«Бдзинь! Звякнул денежный ящик кассы….
Перед глазами встали стройные ряды оловянных солдатиков, коих у меня было две с половиной тысячи, целая армия, с помощью которой я разыгрывал разные баталии на столе или на полу в комнате, строя различные укрепления из кубиков и доминошных фишек. Многочисленные, танки, пушки, самолеты….
Срочно выяснить, сколько стоит олово….
Говорят деньги не пахнут, но глядя на эту девчушку, сумевшую из куска глины сделать произведение искусства, ощутил аромат прибыли…. Точно не помню. Но кажется это будет каслинское чугунное литье. Дети. Мы любим их так, что готовы для них на все…. И зачастую эти маленькие «мерзавцы»
Начинают вить из нас веревки. Помню, как я верещал в магазине при виде нового танка, требуя мне его купить. Ни какие увещевания, что у меня под кроватью целый танковый батальон не воспринимались.
Мне была нужна именно эта игрушка, именно она и ни какая другая…. А потом с довольно мордой шел, прижимая к груди коробку с честно добытым трофеем, домой и был самым счастливым человеком на свете»
Я присел перед ней на корточки, так что бы быть с ней одного роста. Заглянул в серые, бездонные глаза,- А сможешь стрельца слепить с пищалью и бердышем, вот такого,- и показал пальцами размер.
Она перевела взгляд за мою спину, наверно советуясь с отцом, потом обратно на меня и кивнула. Я продолжил. – А ещё хотел бы купить у тебя несколько твоих поделок, продашь мне вон того теленка, что сосет вымя у мамки и вон того щенка, усевшегося на задницу.
Она важно кивнула и, вдруг засмущавшись неизвестно чего, проскочила мимо и уткнулась отцу в живот.
- Федор,…. Взаправду купишь? – Мужик был слегка ошарашен.
Выпрямился и повернулся к нему,- И даже торговаться не буду.
Он улыбнулся в ответ, махнул свободной рукой,- бери так.
- Нет. Каждый труд должен быть вознагражден по заслугам, а дочка твоя, трудилась. Не побрезгуй, прими,- Достал из кармана кошель, нашел серебряную монетку, присел перед юной мастерицей, - Прими….
Поднял взгляд вверх, гончар меня понял правильно,- Милослава!
- Прими, Милослава, за труд твой, плату малую,- Вложил денежку в маленькую ладошку, встал и поклонился поясным поклоном.

Уже в дверях, прощаясь, я хлопнул себя по лбу,- Прости меня, не ведаю, как звать тебя.
Гончар улыбнулся, - Прохором зови….
- А по батюшке?
- То лишнее будет, для других и по батюшке, а другам имя мое известно.
На том и распрощался с гончаром Прохором и последнее что услышал, пока закрывалась дверь, это был его удивленный голос….

Решил ковать железо пока горячо, ломанулся искать нужное для задуманного. По прямой, недалече, только это все продается в разных концах торга. За воск с меня взяли двадцать пять копеек за два фунта, олово и то дешевле обошлось, дома оно было, но уже все расписанное до грамма. Всю обратную дорогу размышлял, что лучше. Делать фигурки по выплавляемым моделям или сделать составную форму? Мне нужен поток, массовость, в первом случае качество отливки отличное, во втором остаются швы, появляется облой, возможны раковины.

До дома доплелся нагруженный ишак, с больной спиной и гудящей, от раздумий, головой.
Отдохнув после обеда, даже вздремнул маненько, решил зарядить патроны. Занятий на сегодня не запланировано, выходной, как ни как, вытащил из сундука, банку с порохом, мешки с пулями, дробью, картечью, просечки, кияночку и машинку для обжимки. Сложил все лукошко, не в руках же таскать, оделся, уже на выходе вспомнил, кожу на пыжи забыл и банку с салом.
В мастерскую не пошел, решил класс обживать. Растопил печку, одна пока, вторую Данила к завтрашнему дню обещал доделать. Он даже её, домой уволок, у него там махонькая кузничка есть, надеюсь, завтра здесь будет очень тепло.

Разложился, расставил гильзы и приступил к осмотру. Вздутия, прогар, трещины, расслоение картона, откладывал в сторону, потом рассмотрю внимательней. А сейчас надо выбивать стреляный капсюль.
Забыл пенал с инструментом взять, надо идти. Начинаю вставать, и слышу позади шорох, резко оборачиваюсь, стоят голубчики у двери и не дышат. Клим, Дима, Саша и Миша, а вот Машку, что-то не наблюдаю.
- А Маша где?
- Её Баба Марфа не пустила, сказала:- «что негоже девкам, мужицкие игрища, срамота одна»
«Ну карга старая, припомню тебе «стрелок Ворошиловский» как татар по границе гоняла»
Клим посмелее остальных будет, он и спросил,- Может помочь чем?
- Да, нужно ко мне сбегать, в сундуке, справа, прямо сверху, сверток лежит, его и неси.- Кивнув, мальчишка исчез.
« А зачем откладывать, раз они пришли, вот и проведем урок, начальной военной подготовки, тема занятия:- обслуживание личного оружия. Частичная разборка, чистка, смазка. Им двух пистолетов на весь вечер хватит, и мне забот меньше»
- Миша, Саша, идете сейчас за Климом, пусть он вас подождет, в том же сундуке, на самом дне мешок холщевый, серый такой, берите и принесите сюда, по дороге не бить, не ронять, и вообще не дышать.
Задание понятно? – Дождавшись ответного кивка, отправил и этих.
- Дим, а ты пока лавки поставь, чтоб вам удобней было.
Вернулся на свое место и приступил к переборке гильз, на первый взгляд, в хлам расстреляно шесть штук, и это только третья набивка. Где мой сплетник? Так- так, вот наш, товарищ. Читаем, первый раз забраковано две, второй семь!! Партия сто штук. Плохо, очень плохо…. Картон сделан из нашей бумаги, может аглицкую взять? Клей другой попробовать, эти на костном делал, можно мездровый взять или рыбий? Приценился один раз к языкам осетровым, постоял, посмотрел и ушел. Рубль полфунта, да за такие деньги, зайца в поле загоняю…. Но говорят хороший….
Жесткие гильзы получаются, чересчур, может в этом причина?

Скрипнула дверь, вошла троица посланцев, буквально на цыпочках и, не дыша, положили на стол мешок со сбруей, и пистолетами. Забрал у Клима недостающий инструмент.
Достал пистолеты, Рябовы переглянулись и старший, Сашка, пихнул младшего в бок.
«пока тащили, наверно спорили, что в мешке, старшой угадал»
Выложил пенал с приспособлением для чистки, ершик из медной проволки, чистая тряпица да фляжка с маслом. И почесал затылок, стволов два, пар две, набор один. А и хрен с ним, одни разбирают, протирают, другие ствол чистят, потом меняются. Показал, обеспечил фронт работ, предупредив, что если есть вопросы, задавайте, отвечу.
Пацаны, что с них взять, глаза горят, руки трясутся, забыли уже чего где нажимать. Пыхтят как ежики, чуть ли не головами стукаются, железо по столу гремит. Я молчу. По справочнику проверил навеску пороха, убедился что это верно. Разложил приспособления для выбивания капсюлей. Пошла работа….
Заканчиваю первый пяток, ни гугу….
Отстучал десяток, ни аллё….
Взялся за одиннадцатую, среди сопения слышится рассудительный голос Клима,- Федор, говорил, что вот здесь надо повернуть и вынуть….
Кажется это один из братьев, ответил, на повышенных оборотах.- Да, кручу, кручу…. Видишь, не выходит….
«Штифт, овальный, его надо на пол оборота повернуть»
- Не дергай, руки убери…. – послышалось приглушенное восклицание и приглушенный металлический стук.- Вот зараза….
- И как теперь это все вставить?
«Кажется, это выпала пружина фиксатора ствола и курок(?), если вытащить еще один штифт, выпадет боевая пружина»
Бдзинь!
«Как в аптеке, по теории сейчас должны начаться судорожные попытки сборки»
«Колючее стадо», запыхало с удвоенной силой, послышались невнятные восклицания, толчки и повышенный тон.
«Пора вмешаться»
- У ну тихо! Услышу, что лаетесь почем зря, разгоню к чертовой бабушке. Головой думайте….
-Клим!
- Что?
- Ты старший!
- А-а….
- Ты смотришь и решаешь, как вставить деталь на место, другие держат и молчат, если надо помогают. Молча! Если посоветовать что хотят, только шепотом. И запомните : - гнев плохой советчик, он ум, застит….

Тюк, стук, тюк, стук. Монотонная работа, при этом выполняемая уже не в первый раз…. Тюк, стук….
«как на шахте угольной, нашли хрен отрубленный и топор зазубренный. Что рубил его….»- Промурлыкал под нос строку из частушки…. Тюк, стук. Тюк, стук.
- Федор, а уголь можно добывать? Его углежоги с лесу везут….
- Если уголь каменный, то его из под земли добывают.
- А разве есть такой?
- Бывает.
- он лучше березового или дубового?
- Смотря как посмотреть, в чем-то лучше, чем-то хуже.
- А чем лучше?
- Посмотри за городом, насколько далеко лес от него, весь вырубили на дрова. Деревья растут медленно, да и жар дают не ахти, уголек получше горит, правда после него шлак остается, но из него кирпичи делать можно, на дороге ямы и ухабы засыпать. Да мало ли где….
- Но если его из земли вынимать, там же дырка останется….
- Да, но если копали и яма открытая, можно водой затопить, озеро будет, рыбу выращивать….
- А чего её растить…. Её и так вон, в речках полно.
- Ну, можно особую какую, взять, к примеру - форель, попадается мало, а что она вкусная, и говорить не стоит, запускаем в наше озеро, корм ей сыпем, а когда надо ловим и едим али продаем. Только ты прав, на воле рыбки и так хватает. Пистоль собрали?
- Да,- Клим по столу сдвинул оружие в мою сторону.
- Работает?
Он пожал плечами, братья начали кивать, Дмитрий, подумал немного и словно с неохотой, кивнул.
Потянувшись, подтащил пистолет к себе. Взял в руки, взвел курок, поднял дулом вверх и нажал на спуск.
Раздалось глухое клацанье, смазанного механизма. Заглянул внутрь, смазанные части, матово блестят, следов нагара на стенках ствола, нет.
- Молодцы, завтра опробуем, а пока займитесь вторым.
- Федор, а правду говорят, что ты из них четверых застрелил?- С каким-то жадным интересом, спросил младший Рябов.
- Правда, и сейчас грохну пятого, чтоб языком не болтал, вам второй чистить надо, а не лясы точить.
Дмитрий, теперь ты старший.

Я уже выколотил стреляные капсюли, собрал кучкой на краю стола, пойдут в переплавку, сюда же добавил донца с «убитых» патронов. Что ни мошка, то мяса крошка, медь уходит и мало что возвращается. Одел на приспособу первую гильзу и вставил новый капсюль….

«Объявление повесить на воротах, что ли – Скупка цветного лома. Дорого.- Но боюсь, законники не поймут, скупку краденного припишут, а если учесть что медь, стратегический металл, можно и проблемы получить, в полный рост, а разговор у здешней фемиды короткий….»

Оставалось всего пяток патронов обработать, когда отряд бойскаутов, бодро отрапортовал о выполнении порученных работ, гордо положив передо мной, вычищенный пистолет. Беру в руки, начинаю взводить, боек доходит до заднего положения и не фиксируется. Оттянул его, заглянул внутрь, все стало понятно.
- Не работает. Но прежде чем разбирать, осмотрите оба и найдите причину. – И положил перед ними первый ствол.

Выбрал кусок кожи, и пробойником начал делать пыжи, в запасе было немного, но все равно пару десятков нужно приготовить.

Они там усиленно ковыряются, едва не сталкиваясь лбами. Шипят друг на друга, но в голос ругаться не решаются. Это уже есть гуд.

Начал сборку патронов, прежде всего, отодвинул подальше светильник, не хватает ещё морду опалить, поставил мерку для пороха и дроби. Собрал машинку, какое громкое слово, дергаешь за рычаг, опускается верхняя часть, сделанная виде стакана, выступы на конце формируют «звездочку» запирающую заряд в гильзе. Порох, пыж, дробь, пыж, обжать. Повторить еще десять раз. Дробовых он берет мало, только чтоб было, а в основном, картечь и пули, боярин любит крупноразмерную дичь, как сказал однажды: - «уток пущай мои холопы, жрут»

Меня окликнул Дима,- Федор, мы сделали.
«Тэк-с, уже Мы»
Проверяю, оба пистолета работают как часы, вычищены и смазаны. А мне осталось доделать полтора десятка патронов.
Доверил Дмитрию обжимать, остальные стояли рядом, слушали и смотрели. Только во вкус вошел, как учебные пособия закончились.

« Что-то я давненько ничего не взрывал…. Не стрелял…. Раз обещал…. Завтра и постреляем….»

- Так всё собрать, уложить, как было, навести порядок на рабочих местах, завтра нам тут полдня просидеть придется…. – Заметил недоумение на лицах.
- Завтра утром, работаем в мастерской до обеда, опосля него идем сюда, буду счету учить и другим наукам.

Потом был ужин, опосля него отловил на «мостках» «Ворошиловского стрелка»,- Марфа, что ж ты творишь? Девка к знаниям тянется, мастерству учиться хочет, а ты её не пущаешь. Не хорошо это.
- Дева должна себя блюсти в чести и непорочности, уметь дом содержать….
- И за себя и детей своих, ежели надо с оружием в руках, постоять. Знаю одну женщину, не убоялась она молвы людской, выучилась у мужа делу ратному, да спасла его однажды, от смерти неминуемой. Только вот не упомню как её звали…. Может, подскажешь, Марфа Никитична?
Постоял, помолчал , виновато развел руками и продолжил давить,- Вырастет Маша, замуж выйдет, уедут они с суженым, поставят избу, будут жить в ладу и счастии, да только придут людишки лихие, татарва дикая али свеи с ляхами.
Выставил палец и укоризненно так, произнес,- Грех на тебе будет, Матушка. Могла научить и спасти, а гордыня взыграла…. Негожи девке игрища мужицкие, срамота ….
Глазищи сверкнули, губы поджала, повернулась так, аж юбки ветер подняли…. Ушла в дом.
Я, пожалуй, тоже пойду, уж больно длительный день получился, насыщенный, на впечатления богатый….
 все сообщения
КержакДата: Вторник, 26.07.2011, 07:17 | Сообщение # 213
Батько
Группа: Атаман-отставник
Сообщений: 16021
Награды: 39
Статус: Offline
будильниками в то время исправно работали петухи
у большинства людей еще были коровы и тд - и их надо было выгонять (летом) на улицу - там шел пастух и гнал общее стадо
а скотина была у многих даже в городах
 все сообщения
КауриДата: Вторник, 26.07.2011, 10:30 | Сообщение # 214
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14497
Награды: 153
Статус: Offline
Особенно про Милославу и ее работу понравилось, а вообще все прочла не отрываясь. Хорошо написано!!! только запятые бы поправить...


 все сообщения
GergenДата: Вторник, 26.07.2011, 11:30 | Сообщение # 215
подъесаул
Группа: Джигиты
Сообщений: 899
Награды: 5
Статус: Offline
Quote (Каури)
Особенно про Милославу и ее работу понравилось

Мне тож, и вообще, имхо любой попадаец будет целенаправленно искать одарённых людей, и особенно детей.


Давайте спокойно подумаем!

Сообщение отредактировал Gergen - Вторник, 26.07.2011, 11:31
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 31.07.2011, 23:29 | Сообщение # 216
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Дела житейские (окончание)

- Маша, два плюс два, сколько будет?
- Четыре.
- Понял обалдуй, четыре. А ты, сколько насчитал?- младший Рябов, он действительно самый младший, как выяснилось, среди всех моих учеников, стоял у доски, опустив голову.
Ему было простительно, другие, многие из них, успели одну зиму отучиться, туже Машку, мать учила, да не доучила….
Брат его Сашка, брал сообразительностью, память у пацана, можно сказать уникальная. Он не помнил что было полчаса назад, но через день, два, мог рассказать все о сегодняшнем дне поминутно, перечисляя разные подробности. Когда впервые столкнулся с этим явлением, не поверил, устроил проверку и был посрамлен. Он дословно, слово в слово, повторил мой монолог о правилах личной безопасности при проведении стрельб, при этом чертенок, насколько я запомнил, крутился по сторонам и считал ворон. Другие отвечали запинаясь. Клим, поступил проще всех, попросил это все записать:- « при чтении, запомнить легче»
У Мишки, был один плюс, но при обучении он был бесполезен, за счет своей внешности он мог спокойно шататься везде и всюду. Пока ты на него смотришь, видишь его, но стоит отвести взгляд, а ему шагнуть в сторонку, все, пропал…. Сам такое видел, он спокойно прошел на стрелецкое подворье, через охраняемые ворота, побродил между санями и вышел, никем не задержанный. Стрельцы, на него внимания не обратили, никакого, вообще, как будто он пустое место…. Может потому что ребенок?

О, зашмыгал носом, сейчас пустит слезу. Ну-ну,- Нарисуй три кружка, слева и два справа. Сосчитай, сколько их всего получиться?
Вот засранец, чес слово, не хочется но, по-моему, придется выдрать его разок. Думает, не вижу, как он Катьке, дочке Сидора глазки строит. Красавец, сопли до пупа развесил, думает в таком виде не отразим.

С того памятного дня минуло две недели и теперь практически каждый день идут занятия. Марфа сама привела Машку на занятие, пригрозив нам всем, что ежели обидим, пирожков до пасхи не увидим. Теперь они только по воскресеньям отдыхают, я лично отдыхаю. У меня сложились хорошие отношения с нашим батюшкой, Отцом Серафимом. Однажды задержался после службы и подошел к нему с личной просьбой. В ответ услышал легкий упрек, за то, что так долго тянул и не приводил чад, -«ибо слово божие есть ключ к сердцу»
Так что мои юные гавроши, два раза в неделю посещают церковь в среду и воскресенье, батюшка учит их азбуке и чтению.
Эх, Федор, Федор, прежде чем вдаваться в авантюры с обучением, следовало бы немного разузнать, а как оно вообще проходит. Ведь если копнуть, в городе, на торгу, в приказах сидят и есть, грамотные образованные люди, не из воздуха же они берутся….
Церковь при всей своей внутренней борьбе, связанной с расколом, не забывала самого главного, будучи самой обученной и знающей частью общества, она учила людей и детей. Если смотреть правде в глаза, преследовала свои цели, большая часть учеников уходила в монастыри. Но начальное образование люди получали. Это в мое время ерничали, пытаясь оскорбить собеседника, говорили:- что у него три класса церковно приходской школы. А здесь, это рассматривается очень высоко. Большей частью служители на добровольной основе учат, не взимая за науку никакой платы, а только отдавая самое ценное, знания.

«Взялся за гуж, не говори что не дюж, подписался…. Плати» После разговора отцом Серафимом, целых две недели грыз ногти в раздумьях. Учить мне их своему алфавиту или нет. Время уходило, а я все метался как блоха по собачьему хвосту. Все решил случай, сегодня забыл на столе свой дневник, отошел буквально на минуту, на двор, в отхожее место. Возвратился и вижу у стола стоит Клим и наморщив лоб пытается прочитать, произнося вслух,- « Де-ва дол - ж - на бл…»
Услышав скрип открываемой двери, он поднял на меня взгляд,- Федор, а на каком языке это писано?
Буквицы вроде знакомые, токмо начертаны не по-нашему, а слова понятны.

В голове проскочили все доводы за и против, проскакали как северные олени по тундре и умчались, оставив после себя только пустоту. Сел на скамью, сдвинул к себе поближе дневник, раскрыл его на чистой странице, взял самописку…. И не дрогнувшей рукой вывел
А….
Б….
В….
Г….
Д….
Клим следил заинтересованным взглядом, храня молчание. Когда я закончил писать, повернул, чтоб ему было удобно читать, и начал объяснять.
- Это буква – А.
- Это буква – Б.
- Это буква – В.
Далее перечислил весь алфавит, мой ученик внимательно слушал, изредка просил повторить. Прервали нас самым незатейливым способом, прислали гонца, время было вечернее, ужинать пора.
- Федор, Клим, Марфа Никитична снедать зовет,- в дверях стояла Маша.
Мальчишка посмотрел на меня, в его глазах проскочило разочарование тому, что оборвали разговор на самом интересном месте.
- Мы сейчас. Ещё чуток и придем.- Ответил девчонке, и мы снова склонились над столом.
Простучали, каблучки по половым доскам, мне под руку пролезла русая голова и уткнулась носом в тетрадь,- А что вы здесь делаете? Буквицы учите? А можно мне с вами? Я тоже хочу…. А как она называется,- и маленький пальчик с обгрызенным ногтем, уткнулся в страницу.
Клим поднял голову, встретился взглядом и вздохнул с сожалением. Ответил ему тем же. Подхватил девочку на руки, и мы пошли ужинать.

Вот так я прокололся, но…. Одно но! Свою грамоту преподавал только Климу, частенько он теперь захаживал ко мне и мы засиживались допоздна. Может я и перестраховщик….

***
Лета ХХХ года, ноября 13 день

Мы сидели в мастерской уже часа три, рассуждая и подсчитывая, чего и сколько нужно….

«Земля есть, вода присутствует, ручей из болот тянется, нашлось и место где плотину можно поставить. Аккурат поперек оврага, он довольно глубокий, но расстояние между гребнями, не маленькое. Намерил там почти семьдесят шагов. Но больше всего меня смутил разговор со стариками, пока Никодим обход владений устраивал, я с ними потолковал. И услышанное, не обрадовало, ручей этот хорош только весной и осенью, а летом может пересохнуть, что уже было несколько раз на их памяти. Расспросил о земле, об урожаях, о выпасах для скотины. Они поначалу волками смотрели, и говорить не хотели, только, кто ж от хорошей выпивки откажется, да ещё приправленной самым сладким словом, халява. Так что развязались языки и потекла беседа неспешная. То, что я видел, проезжая по заснеженным полям, мне не понравилось, купленный клин землицы, находился как бы в долине, с двух сторон вздымались высокие гребни, заросшие елками да соснами. Лиственного леса было мало, ветлы да тополя не в счет в основном хвойный…. А он любит почву песчаную…. Чем больше аборигены говорили, тем больше выпадал в осадок, похоже идея с плотиной умирала, не успев даже пережить час зачатия. В выбранном овраге, они брали песок и если бы мы потрудились заехать с другого краю, в самый раз на яму бы и вышли.
Нечто подобное видел в Подмосковье, в районе Икши. Большие поляны с мелкими деревцами, перемежаются глубокими оврагами, всегда залитыми водой. Там наступающий ледник оставил после себя море песка и громадные куски скал, раскиданные по лесу. Побродил там в свое время в поисках грибов….

Всю обратную дорогу ломал голову, мне нужны источники энергии которую можно перевести в механическую. Вода скончалась, почти…. Можно конечно, срыть довольно большой пласт, навозить глины, поставить каменную, капитальную плотину и получить дорогостоящую игрушку, годную только в качестве бассейна. Она сможет работать едва ли полгода и то в лучшем случае. Ветряк не смог взлететь по определению, высота увалов окружающих долину, на глаз была метров двадцать….
С естественных источников мысли перескочили на более современные.
Пар. Что сказать? Хорошая штука, мощная если что напутаю, лететь мне выше кремля, да без крыльев. А напутаю обязательно, сия техника, никогда не рассматривалась мной ни под каким углом.
Вообще. Не имею ни малейшего понятия о принципе работы.
Зато знаю, как устроен дизель, бензиновый мотор, надо для них только сталь нормальную надо, да алюминий на поршни….
Наверно у меня была такая кислая рожа и убитый вид, что Никодим правящий нашей лошадкой несколько раз оборачивался на меня, потом не выдержал и спросил,- Федь, ты чо такой смурной?
День был морозный, полозья саней с хрустом давили крупинки снега нанесенные на дорогу, облачка пара вырывались из конских ноздрей, делая её похожей на сказочного змея Горыныча.
Они и вызвали непонятные ассоциации, что-то зашевелилось на помойке именуемой памятью, а вот что?
- Федька! Уснул что - ли ча ? Шеки потри, эвон побелели все…. Замерз? Силантий! Слазь с тулупа, отдай Федору, пусть накинет на себя….

«А дальше я уже ничего не слышал и не видел…. Что послужило спусковым механизмом, не понятно, но недра мусорного полигона распахнулись. На меня хлынул поток информации, да так явственно, что ощутил запах кофе, налитый в кружку стоящую рядом с монитором и запах с тарелки, от бутербродов с краковской колбасой. Перед глазами замелькали строки, вот они остановились, приблизились ….
«Двигатель Стирлинга был впервые запатентован шотландским священником Робертом Стирлингом 27 сентября 1816 года, тепловая машина, в которой жидкое или газообразное рабочее тело движется в замкнутом объёме, разновидность двигателя внешнего сгорания.
Основан на периодическом нагреве и охлаждении рабочего тела с извлечением энергии из возникающего при этом изменения объёма рабочего тела. Может работать не только от сжигания топлива, но и от любого источника тепла.
В 1843 году Джеймс Стирлинг использовал этот двигатель на заводе, где он в то время работал инженером. В 1938 году фирма «Филипс» инвестировала в мотор Стирлинга мощностью более двухсот лошадиных сил….»
Черт возьми, как же я, мог забыть, одно время меня начинающего дачника занимал вопрос получения электричества. Разыскивая подходящую модель генератора, наткнулся на ролик об американском фермере у которого этот мотор приводит в движение домашнюю станцию, меня тогда сильно впечатлило. Два куска сухих деревяшек, закрутили циркулярную пилу в пару киловатт. В течение нескольких недель просто бредил этой затеей, пытался отыскать нечто такое в России, не нашел, а сделать самому…. Увы. Возможности были ограниченны, да и расчеты показали, что выгодней купить дизель и забыть, потом и эта проблема решилась, на участке поставили столбы, подвели провода, дали электричество….
А вся прочитанная информация упала в «мусорную корзину» и была благополучно забыта»

На данный момент я не видел причин, по которым, кто-то или что-то могло помешать построить этот мотор. Самая главная…. самый главный оппонент, церковь, даже если мне каким, то чудом удастся наладить производство стальных трубок для водогрейного котла, объяснять движущую силу пара довольно затруднительно, хотя вот он горячий и обжигает руки. Свист и рев клапана стравливаемого давления вызовет не адекватную реакцию. В случае со Стирлингом, никаких звуковых эффектов, никаких раскаленных топок зияющих гиеной огненной….
Надо будет освятить его…. Точно, опробуем, как работает, разберем для проверки, выявим дефекты, исправим. Позовем отца Серафима, в его присутствии соберем и снова запустим. Пусть посмотрит, что и как делается, попутно буду объяснять, глядишь и удастся получить благословление….
Если с этой стороны пройдет удачно, тогда можно будет смело делать большого монстра, и пусть только кто ни будь, попробует обвинить меня в связях с сатаной….»

Никодим хотел ставить плотину, я на бумаге доказывал ненужность, говорить о том, что разузнал, пока не хотел. Решил оставить этот козырь на потом, если не получиться….
Назывался разный лес, глина, камни. Землекопов надо было не меньше полусотни, подвод штук тридцать вместе с возчиками. Медник перечислял стоимость, а я умножал, складывал, вычитал, тихо шизея….
Он закончил перечислять, Когда у меня получилась сумма, я озвучил её, - Сто двадцать три рубля и двадцать шесть алтын.
Никодим подпер щеку кулаком, во взгляде появилась вселенская тоска,- Отродясь стока в руках не держал.
- Я тебе потом сказать хотел,- Отложив свою самописку, полез в папку за бумагой,- место для плотины плохое….
- Откель ведаешь?
- Со стариками тамошними поговорил, они с того оврага, песок берут…. Брали….
Никодим вскинулся, ноздри его хищно раздулись,- А землица как? Совсем худая?
Я, молча кивнул.
- От тварь, даже словом не намекнул…. Значиться Архипка Шадровитый нам дерьмо подсунул…. – Вспомнил ещё один аспект,- Федька, а как же теперь твоя механизма крутиться будет….

Давно это было, в подпитии с Никодимом прибывали, дернул меня черт за язык, помечтать вслух, ну и обозвал наш пресс и точилку суконную, механизмом. Он опосля, полдня пытал, что это такое, объяснил. Теперь для него все, что сложней молотка, механизм.

Сделав успокаивающий жест:- «все нормально мол» взял ручку и стал рисовать принципиальную схему двигателя, попутно рассказывая, как он будет работать. Это заняло всего минут пятнадцать.
После небольшой паузы, Никодим высказался,- Бесовщина какая-то, - и перекрестился.
- Ты Никону скажи, что стрелки в часах на башне Кремлевской, нечистая сила крутит. А что, разве не так, мужик обученный раз в день ворот покрутит, гирьки поднимая…. А может и правда, бес за цепку тянет?
- То механика освященная…. –Никодим поднял вверх палец.
- Так и мы, нашу освятим, отца Серафима позовем….
- Он тя как раз…. как зайца промеж ушей, кадилом освятит….
- Ладно, об заклад биться с тобой не стану. Со священником сам поговорю. Лучше мне вот что скажи, мы такую сможем сделать?
- Кто это, мы?
- Ты, я, Данила, Сидор, Силантия с ребятишками позовем….
- Эти на помогают,- Тон его исполнился сарказма, - знатные рукодельники, особливо как давеча….
- А что было давеча?
- А то не ведаешь.
- Нет. Мне никто ничего не говорил.
И тут наступила невнятная пауза, я как раз убирал рисунок в папку, а Никодим почему-то замолчал.
Поднял голову, он отвел взгляд, и стал разминать кисти рук.

«Сейчас, врать будет»

Чувствуя что затянувшееся молчание выдает его, он заговорил,- Ну…. Так…. Э…. А ничего там все….
Вроде как хорошо….
Поставив локти на стол, я положил подбородок на сцепленные кисти рук, добродушно улыбнулся и посоветовал не врать, ибо не получается. Никодим заерзал по лавке.
Или я не прав, или наш уважаемый хозяин замешан по самые уши.
- Поведай о делах наших скорбных.
- Это, о каких?
- Никодим ты же ведь не иудей, вопросом на вопрос отвечать,- из-за его упорства и нежелания отвечать, я начал волноваться. Может чего с ребятами случилось? Да вроде бы все при руках и ногах и глаза на месте….

«Когда обсуждали вопрос обучения ребят мастерству, поставил одно условие, оно собственно и вызвало больше всего споров и нареканий. Оплата труда. За свой труд наши дети должны были получать заработную плату, на достойном уровне скажу вам, у кожевников поденщик столько же получал, две копейки в день.
Никодим считал, что все заработанное ими принадлежит ему, хозяину и учителю, потому что он их кормит, поит, одевает. А мне претит наказывать этих мелких человеков поркой, думаю таким способом внушения, можно только последние мозги выбить. Другой стимул нужен, иная мотивация, ты учишься, это твоя работа, а она должна оплачиваться. В твоей работе есть брак, двойки или что-то иное, тебя штрафуют и ты не получаешь заработанное. Когда у тебя есть деньги на карманные расходы…. К хорошему привыкаешь быстро….
Мной был составлен греховник, так они его назвали, каждый пункт расписан, особое внимание уделялось технике безопасности, есть у меня такой пунктик. Благодаря нему, с моим хобби, ставшим здесь профессией, до сих пор глаза и руки целы. Зарплата пока ещё не выдавалась и мои нотации, предупреждения, объявления о штрафах, пока воспринимаются в шутку, для них это какая-то игра, затеянная дядькой Федором. Что ж, кто смеется последним, а кто-то в последний раз, и думаю, что это буду не я.
Взять хотя бы Клима, спокойный, рассудительный, выполняет все нравоучения от и до…. Братья, если и получат, то это будет, дай бог алтын на двоих, Дмитрию надо напоминать….»

Вспомнилась утренняя трапеза, Клим откусывал хлеб и брал его правой рукой, в то время как левая спокойно лежала на столе….
- И что случилось с Климом? Покалечил парня?
Никодим стал похож на нашкодившего кота. Отвел взгляд в сторону, и начал говорить….

«Пацан сидел за полировальником, доделывая последний кран. Никодим, с кем-то поругавшийся метался по мастерской в поисках жертвы. Отложив в плетеный короб с опилками, последнюю на сегодня деталь, Клим с братьями приступил к уборке. Меднику показалась, что они рано закончили (он всегда их этим третирует, когда меня рядом нет, они молчат, да только я об этом знаю) Он наехал на них,- «рано мол ещё»
Рабочие рубахи, были перешиты Марфой, на широкий, раструбом рукав был добавлен хлястик и пуговица с тем чтоб ничего не болталось и запястье было обтянуто.
Клим расстегнул рукава и стал их закатывать, чтоб помочь с уборкой. Тут подоспел хозяин, нарычал, обгавкал и чуть ли не силком усадил обратно, велев братьям раскручивать станок, всучил подставку и, не дав парню привести себя в порядок, заставил работать. Видя что ученик мешкает, обозвал «хреноедом» и своими лапищами придавил деталь вместе с руками Клима к полировальному диску. Да только совсем забыл любезный, что надо было к правому, он поновей и как раз для таких больших заготовок предназначен.
Вал станка сделан из дубового бруска в пять сантиметров, диски крепятся, клином. Недавно я его модернизировал, был добавлен небольшой маховичок и приводная рукоять, её как раз братья крутили.
Не знаю почему, Мишка с Сашкой, боятся Никодима, до дрожи в коленях, ему стоит только бровью повести, как они замирают перед ним, как мыши перед котом…. Когда он рявкнул, они с такой дурью налегли на привод, что от вкладышей можно было прикурить. Все крутиться, вертится на жуткой скорости. Стопорный клин цепляет за петлю на рукаве, наматывает его на вал, берет руку на излом, и вытаскивает парня с табуретки. Вскрикнув, он бьет Никодима затылком в челюсть, тот промычав что-то нечленораздельное, пытается поймать и падает животом на вал. Братья, увидев это, перестают крутить рукоять и вцепляются в неё мертвой хваткой, пытаясь хоть так остановить станок. Это им не удалось, только по полу раскидало. Маховик мной сделан на совесть, добротный, из старого мельничного жернова, в три пуда весом. Всех спасла как ни странно, туша Никодима и приводные ремни, проскользнувшие на шкивах….»

«Надо тормоз для принудительной остановки добавить. Пока ещё кого ни будь, не поломало»

Закончив рассказ, Никодим поскреб подбородок, - Федор, ты это…. Пацана не ругай шибко….
Я, молча, смотрел на него, было понятно, что он сам переживает, едва парня не покалечил. Буду надеяться, что этот урок пошел ему впрок. Кивнул, соглашаясь, и решил вернуться к вопросу, на который так и не получил ответа,- Сколько денег у нас с тобой есть?
Будучи рад сменить тему, Никодим оживился,- А на кой тебе?
- Так есть али нет?
- Скока?
- Думаю рублей тридцать, сорок….
У него даже глаза округлились от изумления,- ежели ты думаешь, что я гость торговый…. К-хм, Федька, а морда у тебя не треснет?
Вздохнув, взялся убеждать нашего хозяина, что расстаться с такими деньгами, это благое дело.

«Мы можем сами сделать все. Но это только, кажется, мы не умеем работать с чугуном, нужно будет отливать некоторые части, обрабатывать железо. Данила хороший мастер, но его удел, работа с медью. Никодим медник, а я подмастерье у них. Сидор и Силантий такие же как и я.
(про малолетних гостарбайтеров и говорить не приходиться)
Но, есть одно но, мы сможем взять на себя самую главную и трудную задачу, урок. Сборку и наладку, изготовление бронзовых и медных вкладышей, а если удастся кузнецам сделать стальные шарики…. Знаю, кто в кузнечной слободе, может нам помочь, эти люди работают не за страх, а за совесть, ну и за деньги в том числе.
Мне нужно будет сделать точную деталировку на каждую часть двигателя, с таким расчетом, чтоб как можно меньше их дорабатывать. С каждым из слободских буду договариваться как с немецкими мастерами, оплата только за то, что проверю, за просрочку буду снимать пенни. Думаете, не согласятся?

Это будет способ, до селе не известный в это время, удаленное производство, смежники, это потом весь мир будет так работать, производя части в разных точках мира и делая сборку в одном месте.
Есть и самый экономичный. Упереться рогом, откладывать каждую копейку и лет через десять запустить первый двигатель. Но своими силами, только он на хрен будет нужен. Впереди страну ждали соляной бунт и чума…. Я изо всех сил, пока не говоря никому ни слова, стремился вывезти приютивших меня людей из города, подальше от грядущих бед»

Разглагольствовал минут сорок, сыпал именами кузнецов, рисовал на бумаге схему ….
Никодим слушал внимательно, в чем-то соглашался, а против некоторых ковалей яростно возражал, ему видней, он местный, а я приблудный. Отстаивая свой план, приводил цифры, к примеру, сейчас наш прокатный станочек не мог дать медные пластины тоньше, наши самовары выходили избыточно утяжеленными и если уменьшить толщину стенок на треть, получим прибыль на пустом месте. Ну и Данила не прекращал попыток сделать нормальную латунь. Образцы были…. Образцы…. Пока…. Толи примеси али чего ещё мешало.
Медник задумался, хотя только что спорил со мной, молчание затягивалось…. Пусть подумает, ему полезно, меньше будет ребят калечить….
Чтоб не мешать, взял изрисованный лист, перевернул и по памяти (сплетник под матрасом остался) стал записывать имена нужных людей. С каждым ещё предстоял разговор и не думаю, что он будет легким….

-Скока? – Нарушил тишину хриплый голос.
- Что?- Я вздрогнул, от неожиданности….
- Денег, Надо, скока?
- На первый взгляд около сорока, там посчитаю, переговорю с народом…. Через седмицу скажу точно.
Он кивнул соглашаясь, - А механику свою за скока сделаешь?
- Сделаем, ежели все вместе над ней работать будем….
- Нет Федь, один с мальчишками да с Данилой будешь, а мы с Сидором в мастерской, а то совсем без всего останемся. Силантию скажу, пусть чем, черт однорукий поможет, зря что ли ему, пять рублев додаю. Ежели приспичит, Марфу кликну…. Хотя нет, не надо, она и так одна с Машкой на хозяйстве останется. Ну?
- Ежели бы все, то к пасхе как раз успели бы, а так позже будет. Она когда будет?
- Кто?
-Пасха!
- У отца Серафима спросишь, когда он, те по рогам кадилом стучать будет.
- Я серьезно….
-А я шуткую….- Всплеснул руками, хлопая себя по ляжкам,- не ведаю, у Марфы спросишь.
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 31.07.2011, 23:30 | Сообщение # 217
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
С тем и разошлись, я воспитывать подрастающее поколение в духе уважения к старшим, ибо сокрытие правды есть не уважение. А Никодим кубышку трясти, гроши пересчитывать….

А потом для отдельно взятого человека, начался личный ад. Честно сознаюсь, если бы раньше узнал о том, что мне предстоит сделать, ни за что не ввязался бы в эту авантюру. Знаете что больше всего удручало? Почти угадали, передвижение по городу. Через два дня я уже начал сомневаться в своих словах по поводу недели, а ещё через пару, укрепился в этой мысли. Как же просто было там….
Достал сотовый, набрал номер, поговорил…. И все решено. Здесь же…. Этого нет, в отъезде, уехал в хреново-кукуево. Будет только весной. Другой смотрит на меня как баран на новые ворота и не понимает чего от него хочу, а от самого выхлоп, такой, что боишься огонь рядом зажигать….
Третий соглашается и с условиями и с оплатой, только срок исполнения у него больше моего в три раза.
Плюс ко всему, какая-то сволочь, пустила слух: - Федька медник, кузнецов за любые деньги нанимает.
Слободские, решили сорвать куш, сразу подняли ставки в разы. Если полкило гвоздей стоило десять копеек, то сейчас за него просили почти тридцать.
Для задуманного, требовалось как минимум десять ковалей и пара литейщиков, отобрать их надо было из почти полусотни кандидатов.
Через неделю стал похож на страуса, поджарое тело и сильные, мускулистые ноги.
Когда ни будь все кончается, закончился и этот дикий марафон, занял он у меня, ровно шестнадцать дней.
За это время сумел совратить двенадцать кузнецов и трех литцов, сговорился и ударил по рукам со всеми, оставил предоплату, по сроку решил, что месяц будет в самый раз.
Самая сложная досталась литейщикам, они должны были отлить рубашки на цилиндры, маховик, поршни и шкивы из чугуна и бронзы. Детали рамы, она будет клёпанная, крепеж, шатуны, пальцы и прочая мелочевка исполнялись кузнецами. Некоторые детали, будет изготавливать Данила, в частности хотел опробовать водяное охлаждение и если не пойдет, сделаем ребра на малом цилиндре из меди для лучшей теплоотдачи. Но мне требовался ещё один умелец, который мог бы смастерить поршневые кольца и его найти, пока не удалось.
Приползая вечерами домой, наскоро перекусив, запирался в четырех стенах и почти до утра корпел над чертежами. Утром с опухшей рожей, плелся в учебный класс, ибо уроки никто не отменял. Отмучившись три часа и замучив других, собирал монатки, убегал в город, так продолжалось две с лишним недели.
А потом все закончилось, и осталось только ждать….

Отдыхал целых полдня, а потом пришел «червяк сомнений» принялся нарезать круги, догладывая последние остатки мозгов, довел до отупения и сбежал.
Самым трудным в изготовлении был горячий цилиндр, он был составной, внутренняя часть из стали и наружная из чугуна. Так вот за качество материала я и переживал больше всего.
Были вопросы по шлифовке, с абразивными материалами напряг, надо пополнять запасы. Самодельные шарошки из смеси песка и уваренного костного клея надо будет изготавливать в размер. Был правда один плюс, маленький такой. В бытность работы на государство и его же нужд, мной было заказано две бочки масла земляного, которое благополучно было перегнано на керосин и что-то жутко тягучее, по внешнему виду густую смазку, получилось совсем ничего, и она была честно поделена пополам. Казенная доля благополучно ушла на смазывание пресса, а честно заработанная в заначку, как и десять литров керосина не потраченные на освещение. Оставался ещё один продукт перегонки, я его обнаружил на следующий день, уж очень он был похож толи на гудрон, толи ещё на что. Стрельцы на воротах ничего не сказали, когда вывозил мусор…. На Никодимово подворье….

Мысли плавно пошли на второй круг….
Устав заниматься самоедством, решил сходить в мастерскую, у меня тут кое-какая цифра получилась, надо обрадовать человека, меньше сорока, но больше тридцати. Тридцать два рубля как одна копеечка, уйдет добрым дядям за работу. В том, что эта хреновина заработает, не сомневался, я даже рассчитывал, что она отработает максимум месяца три без ремонта. За это время мы будем должны сделать второй такой, но более качественный и большего размера и стоить он будет гораздо дешевле.

***
Лета ХХХ года, декабря 30 день
Умные мысли приходят и уходят, а глупые остаются с вами, навсегда.
Когда решил вести записи о своей жизни, была идея ставить дату, но почему-то она похерилась(лень было!!!) и сейчас по прошествии года с лишним решил что без дня и месяца все события сливаются в однообразную серую ленту с вкраплениями сколь немного значимых событий. Работа, учеба, сон…. Ничего интересного, хотя…. Знаете, пяток дней назад произошел странный случай. Все руки не доходили, а вот сейчас вспомнил и записал….

«Эй, хозяева! Есть кто живой в этом доме?- застучал кулаком в доски ворот. Зазвенела цепь, залаяла собака. Прождав ещё немного, продолжил стучать, на этот раз, ногой. Ограда тряслась, псина сходила с ума, но никто и не думал отпирать. Сплюнув от злости, хотел уже уходить, как послышался стук снимаемой слеги. Створка распахнулась, нарисовался мужик в больших валенках и тулупе, наброшенном поверх исподнего с неприкрытой головы, волосы неопрятными сосульками спадали на бородатое лицо.
Оглядел меня мрачным взглядом с верху до низу и довольно грубо спросил,- Те чё надоть?
- Сомов нужон.
Почесал грудь растопыренной пятерней, зевнул, - А ты хто?
Хотел ответить привычной присказкой про коня и пальто, да не поймет,- Фильку Сомова, позови.
- А на кой? – и запустив руку в бороду, яростно зачесался.
Глядя на эти почесушки, хотелось посоветовать сходить этому ежику помыться.
- Сговаривался я с ним, на сегодня. Сам то кем будешь?
- Я то? Брат евонный, а Фильки, это, того самого…. Нету….
- Когда будет?
- Что ты заладил: - когда, когда. Нету его, помЕр вчера…. – и наладился закрыть ворота. Подставив ногу, не дал это сделать. Мужик, дохнув в лицо перегаром, попытался оттолкнуть меня. Толчком в грудь отправил его во двор сбив с ног. Шагнул следом, шавка зарычала и попыталась укусить, но взвизгнув от удара в брюхо, скрылась в конуре.
- не тронь животину….
- Филимон мне работу сделать должон, алтын брал и крест целовал, что к сегоднему, все исполнит.
- так бы и говорил…. – Проворчал мужик поднимаясь на ноги,- Пойдем, глянем, могет и есть чего. Он же не токмо тебе обещался….
И шатаясь из стороны в сторону, побрел вглубь усадьбы, где как помниться стояла кузня.
Помещение встретило мрачным полумраком, запахом сгоревшего угля и ржавеющего железа. Закопченный горн у дальней стены перед ним дубовая колода с наковальней, правее, верстак с разложенными инструментами и бадейка с водой для закалки. Мужик прошел в самый темный угол, присев на корточки, что-то сдвинул, пошарил и вытащил на свет божий, нечто, замотанное в чистую тряпицу, - енто что ли.
- Дай гляну…. – Протянул руку.
Брат шагнул к наковальне, положил сверток и развернул его. Пришлось войти вовнутрь кузницы. Сделать пару шагов и склониться, рассматривая детали. Да это они, укосины для станины, все восемь штук, отдельно лежали заклепки, пересчитал, тридцать две штуки, как в аптеке.
- Да, оно самое,- И стал заворачивать.
Сверху легла грязная пятерня,- Филька сказывал….
- До ворот дойдем, там деньги и отдам.
Он кивнул и убрал руку.
Проходя мимо избы, поинтересовался,- От чего Филимон умер?
- Тати, порешили….
- О как!
- Позавчёра, сказался что к другам пойдет, ушел и ночевать не вернулся, а седня по утряни, кобель завыл. Я к воротам, а там Филька…. Голову ему кистенем разбили…. Шубейку забрали, а сапоги не тронули….
- Где он сейчас?
- а на кой тебе?
- Проститься хочу, добрый мастер был.
- В доме он….
На давно не скобленых досках стола, раскинув в стороны желтые ступни ног, лежал Филимон. В скрещенные на груди руки была вставлена горящая свеча.
Перекрестившись и поклонившись усопшему (нет сомнений, передо мной покойник) протянул брату полушку, - Свечку поставь, за помин души.
Кивнув, он прошел за печку и загремел посудой, явно что-то наливая.
Последующее действие не могу объяснить, хоть убей. За каким чертом мне понадобилось, приподняв жмурику рубаху, смотреть на живот мертвеца, не знаю. И то, что я там увидел, мне совершенно не понравилось, абсолютно.
Шагнув назад, постарался придать лицу пристойное выражение, вовремя мужик вошел, держа в руках кружку, протянул,- Помяни.
- Благодарствую, но хмельное не пью. Жаль брата твоего…. пойду, ждут меня.

Всю обратную дорогу, пока пробирался через заваленную сугробами, кузнечную слободу в голове крутился вопрос: - Это как же надо умудриться так, осмолить себе брюхо? Ярко красная кожа и даже несколько водяных пузырей, все это аж до грудины….

- Постой Федор! Да погодь, ты. – Дернув за рукав, меня остановил молодой стрелец. Сначала не узнал, он назвался и я вспомнил, что частенько видел служивого на воротах пушкарского двора. Не помню уже кто – кому чем помог. Но с этим молодым парнем были нормальные отношения, с ним я точно не собачился.
- Здрав будь, извини задумался, сразу и не заметил,- Поздоровался и стал лихорадочно вспоминать как его зовут.
- А-а…. Пустое. Он беззаботно махнул рукой,- Слышал, ты слободских ребятишек цифири учишь?
- Н-да, учу, да не всех, молодше осьми не беру, а твому сколько?
- Жаль, маловат мой будет, пять всего.
Постояли немного, перебрасываясь дежурными фразами, о погоде, природе и любимых женщинах.
И уже расходились, когда спросил у него: - « чего он здесь делает»
Услышав о том что мамкин брат живет здесь и он идет проведать родню. Спросил,-« не знает ли, Фильку Сомова»
Он пожал плечами, и ответил,- «Вроде как….»
И задал последний вопрос,- «есть ли брат у него»
Стрелец задумался, поджал нижнюю губу, и отрицательно помотал головой,- « Врать, не буду, но кажется, у него никого не было»
И пояснил.- «Он не наш, не посадский, с Твери приехал, годов пять назад, ожениться, ещё не успел»
На этом распрощались и разошлись.

Домой пришел к шапочному разбору, с моим уходом, воцарился бедлам. Машка ошпарила руку и ногу. Клим, подрался с Дмитрием, братья постояли, посмотрели и приняли сторону Димки. Втроем они бы точно отметелили Клима, да вмешалась тяжелая артиллерия, Силантий не долго думая, схватил метлу и отхреначил всех, не деля на правых и виноватых. Разогнав толпу малолетних хулиганов, поругался с Марфой прибежавшей на шум, она, не разобравшись, вцепилась тому в бороду. Теперь уже ему, пришлось отбиваться от старухи.
Открываю двери, захожу и что вижу. Марфа чуть ли не ядом плюются, наседает на Силантия, размахивается на него веником. Никодим ржет как наша кобыла при виде соседского жеребца. Перевязанная с ног до головы Машка, испуганно выглядывает с женской половины. На лестнице, ведущей в горенку, толпятся орлы, в порванных рубахах, и со свежими синяками.
Как встал, так и сел, на бочонок с капустой, звякнув, сверток выпал из рук, и у меня в кои века пропал дар речи.

«Катиться голова по трамвайным путям, тускнеющие глаза смотрят вслед уходящему вагону, а синеющие губы шепчут,- Вот и сходил за хлебушком»

Это была единственная, разумная мысль на тот момент, пришедшая в голову. Ткнул в каждого из парней пальцем, а потом поднял три, это значило что каждый оштрафован на алтын. Причину драки выяснять не буду, ежу понятно, делилось место лидера, я им, блин устрою, я их к едреней фене….
Надо было остыть, забрал у Никодима ключи, ушел относить детали. За ужином с Никодимом обсудили текущие дела, оговорили, что будем делать завтра. После поднялся наверх, они сидели на своих кроватях, положив руки на колени, всем видом показывая, что они пай-мальчики.
Открыл дверь, с порога, мрачным взглядом посмотрел на детей. – Два раз повторять не буду. У меня нет, и не будет любимчиков. Вы все равны – Говорил и видел, мои слова не доходят до них, они ждут от меня другого. Криков, ругани, побоев.
«Твою Мать….»
- Если это случится ещё раз, выгоню к чертовой матери, на улицу. Поняли?
Дождавшись ответа, приказал ложиться спать, для них на сегодня все закончилось.
 все сообщения
pythonwinДата: Вторник, 02.08.2011, 16:08 | Сообщение # 218
Орда-Эджен
Группа: Станичники
Сообщений: 1768
Награды: 7
Статус: Offline
Quote (Старый)
Зазвенела цепь, залаяла собака

может собака всё же на верёвке? или вообще отпущенная?
цепь штука дорогая, тем более собака маленькая и такая больше как звонок:
Quote (Старый)
шавка зарычала и попыталась укусить, но взвизгнув от удара в брюхо, скрылась в конуре.

садить "звонка" на цепь всё равно что прибивать к конуре и заклеивать пасть.
на легкую цепь из алюминия посадить тоже нельзя из-за дороговизны металла, а на короткой и толстой собака долго не продержится - её другие собаки загрызут. даже такие же шавки


Сообщение отредактировал pythonwin - Вторник, 02.08.2011, 16:09
 все сообщения
СтарыйДата: Вторник, 02.08.2011, 18:15 | Сообщение # 219
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Quote (pythonwin)
может собака всё же на верёвке? или вообще отпущенная?

когда писал, были как раз такие сомнения, но с другой стороны, нужен антураж и подумал, что, покойный кузнец, мог изгольнутся и сработать для "дверного звона" цепочку.
Если бы кто другой был, такой "как наш" то свободно бегал бы.
 все сообщения
pythonwinДата: Вторник, 02.08.2011, 20:11 | Сообщение # 220
Орда-Эджен
Группа: Станичники
Сообщений: 1768
Награды: 7
Статус: Offline
1) обычно сапожник без сапог и кузнец без цепи
2) шавку на цепь не садят - небольшая собака просто физически это не тянет
Quote (Старый)
когда писал, были как раз такие сомнения

правильные сомнения - даже сейчас в деревне ведро или цепь штука дорогая, а шавкой никто не будет дорожить
можно конечно большую собаку, но боюсь ГГ тогда вообще не увидит свои детали wink
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 07.08.2011, 20:55 | Сообщение # 221
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
***
Лета ХХХ года, января 3день

Новый год встретил как обычно. Для себя. На рынке увидел сахар, дорогой собака, на полтинник взял два фунта, масло греческое, яйца свои(куриные!) уксус есть, взбил. Жаль только, картошки нет, и без неё обошелся, соорудил, а-ля оливье. Спирт, собственного приготовления, настоянный на клюкве и еловые ветви, развешанные по стенам жилища, довершили приготовление к встрече нового года. Жаль, нельзя было послушать, традиционное выступление главы государства, он бы поведал о свершениях прошедшего, рассказал о планах грядущего. Не знал князь всея Руси, что его подданный ожидает его выступления, вот так. Ибо сын его мал, а внук его Петр, ещё не стал глобалистом и даже не родился, ибо не зачат. Да фиг с ними, а пока что это только мой праздник! Пожевал, салатика, сдобренного заправкой, самопальной. Махнул дозу клюковки и устроил салют, переполошивший всех соседей, собак и детей. Опосля, сходил за добавкой, принял на грудь и отправился кататься на санках с берега Москвы-реки. На обратном пути подрался с каким-то подвыпившим мужиком, домой пришел весь в снегу и со свежим синяком под глазом. Праздник удалсЯ.

В делах наступила пауза, до срока, когда массово начнут поступать детали, оставался месяц. Я сам передвинул сроки, контрольный заход по мастерам, показал, что у всех есть определенные трудности.
Услышав в шестой раз жалобы на срок, и проверив, как идет работа, понял, что если буду настаивать. Получу кучу металлолома, неизвестного назначения, годного только для переплавки. А литейщики и так не торопились, у них изначально больше времени было.
Я решил вплотную заняться солдатиками. За образец были взяты самые простые фигурки, с помощью нашего кузнеца была сделана разъемная форма из железа. Она посередине соединялась двумя винтами.
За один раз получалось два стрельца сразу, олово бодяжил свинцом, чтоб его меньше тратить. В наборах будет девять рядовых и десятник. Крашенные для тех, кто по богаче и простые. При всей подготовке, к этой затее, забыл о главном, сначала считать, потом делать. Когда получил первые образцы, радовался. Потом сел за расчеты и погрустнел малек, чтоб самые дешевые, не говоря о дорогих, стали рентабельны, цену надо ставить не меньше алтына. Вот так. Экономика, мать её за ногу….
Оставалось ещё одно. У моей знакомой мастерицы, Милославы, много других творений, которые можно отлить из бронзы, но это уже другой уровень литейного мастерства недоступный мне. Можете возразить, что у себя мы отливаем некоторые части для наших самоваров, да, льем. Краники и больше ничего. Можно было бы конечно, запрячь Данилу, поставить ему задачу, но эта работа не для него, все, что получу от него, это будет самоварный кран, изысканной формы. И только!
Надо было искать нового человека, да ещё с таким прицелом, что он будет работать на компанию Никодим и Ко, продолжительное время. Никодим со мной и спорить не стал, он сам все прекрасно видел и понимал что наш кузнец великолепный исполнитель от и до, без единой капли самовольства.
Требовалось найти кого-то, кто только отделился и хочет самостоятельно встать на ноги. Неважно кто это будет, местный сторожил или из приезжих, важно чтоб был молод и хотел работать и зарабатывать. Но и какой никакой опыт в литейном деле, тоже нужен.
Хотите, верьте, хотите, нет….
Но буквально через день, домой прибежал запыхавшийся Мишка и сказал,- « дядька Силантий срочно в лавку зовет» Сегодня была очередь стрельца, сидеть за прилавком, с ним отправили младшего Рябова, если что лишний разок полирнуть бочок самоварчика, полы подмести, да просто сбегать, куда или зачем ни будь….
На все расспросы, Мишка отвечал довольно туманно:- « сам ничего не видел. Был в задней комнате, протирал трех ведерный самовар» Этого монстра сделали давным-давно, да вот только покупателя на него не было, уж больно дорого он стоил. Я уже пару раз осматривал его с целью переделки или просто порубить да переплавить.

В лавке уже был Никодим, с утра уезжавший по делам, решил проверить, как дела идут. А тут на тебе….
Силантий подпирал задницей дверь (ещё и пускать не хотел), а медник тем временем, вел допрос, точней приступил. Я так понимаю, подоспел к самому началу. История банальна, по своей сути и могла случиться где угодно и с кем угодно….
Парня звался Антипом, прозвищем Сизый. Почему так, усмехнулся, прадед его, это прозвище заработал. У него был здоровенный шнобель и толи болячка какая, толи ещё чего, сизого цвета. Со временем, «нос» пропал, а первая половина прозвища осталась.

В слободе, места для новоселов не нашлось и пришлось селиться у черта на рогах. Почти все деньги, выданные отцом, ушли на покупку дома. Живность, какую ни какую, привели с собой. Место, правда, нехорошее было, пожар случился прошлой зимой и все кто жил на том подворье…. Даже выскочить никто не успел. До весны пустовало, а как трава в зелень пошла, Антип с молодой женкой объявился.
На то чтоб вступить в артель речи не было, никто он для московских искусников и звать его ни как.
Если и брали, так подмастерьем только, «молод ищо» чтоб мастером зваться. Другие, эвон до седой бороды учениками ходят…. Да и чужих, берут неохотно, очень неохотно, если нет сродственников, можно и не пытаться. В баньке, лавку поставил, очаг есть, там и начал потихоньку из припаса медного, с дому привезенного, котелки клепать, два подсвечника слил, малых, да поставец на три лучины. Да напрасно все, на торгу своего добра навалом, чтоб ещё и пришлым место нашлось…. Только с телеги, а с неё торговать…. только успевай поворачиваться, того гляди сопрут все что плохо лежит. Целую седмицу, напрасно проторчал, народ ходит смотрит, цену спрашивает…. На одно только сено для лошадки двадцать копеек ушло, так ещё и самим что-то есть надо, да скотинку кормить. От случайных приработков не отказывался, бабульке котел запаял, там помог, тут….
Копейка, две, алтын, полушка, но это не, то, что хотелось молодому мужику, у которого к тому, ожидалось прибавление в семействе. До середины лета, прожили, не сказать что плохо, но и не совсем хорошо. Не голодали.
В один из осенних дней, у него сперли подсвечник, попытались, краем глаза успел заметить, что некто, шарит под сеном, ухватив за ворот, приложил о доски. Тать сомлел, а Антип, кликнув стрельцов, сдал им бесчувственную тушку, те и сволокли её в разбойный приказ. День закончился как и предыдущие, ни шатко, ни валко. Вечером приехал домой распряг коняшку, покушал, поработал по хозяйству и с наступлением темноты лег спать.
Посередине ночи, приспичило по нужде, и когда возвращался, увидел как у входной двери, тени копошатся. Подошел ближе и разглядел, охапку соломы и мелькающий огонек. Подхватил, что под руку попалось, а было это полешко березовое, да и втянул, одному промеж лопаток, тот только охнул и ничком упал. Второй изворотливей оказался, отскочить успел. Антип деревяшку отбросил и с ним сцепился. Помутузили друг, друга, парень сшиб с ног татя, сбил и сел верхом, охаживая кулаками, куда ни попадя. Да к несчастью, первый очнулся и приголубил нашего героя, колышком по головушке.
В себя пришел опосля ведра воды, вылитого на него супругой. Когда рассвело, на месте побоища нашел охапку соломы, притащенной татями из сарая, да разбитый кувшин с огарком свечи. Седмицу провел в тревожном ожидании. Но ничего не случалось и показалось, что гости ночные получив отпор, больше не появятся…. Долго ни кто не беспокоил, аж до самой осени.
А потом все повторилось, лишь с той разницей, что драки не было, загодя купленная собачонка, разбудила, с громким лаем заметавшись на задках возле ограды, спугнула разбойников. И основа тишина, никто по ночам не ломиться, собака не гавкает…. Да третьего дня нашел поутру своего сторожа за банькой, оскаленная пасть, желтая пена, отравили псину. Не рискуя оставлять жену, одну дома, забрал с собой. Показалось что это лучший выход из положения, на алтын сторговал, да на гривенник уперли. День прошел, на редкость удачно. Продал, один из своих подсвечников, за тридцать копеек, прикупив чего надо было, поехали домой. А там их встретили распахнутые двери дома и пустой хлев. Из избы не вынесли только что печку, потому что каменная, свели со двора всю скотину, какая была у ребят. Пяток овечек, телка, а свинью, похоже, прям в загоне ухайдакали, уж больно здорова там лужа крови. Маленькую мастерскую разнесли просто в клочья, кто-то выместил свою злобу, порубив топором все до чего смог дотянуться. Но этого показалось мало, и эта тварь нагадила прямо посередине….
И тут, у Антипа, честно говоря, сдали нервы, ему стало страшно, но не за себя, сказал: - « за Аленку свою испужался». Переночевав, если можно назвать сном, дрему в обнимку с колом, утром, из подполья в баньке, достал последнее сокровище, полпуда меди и поехал в город, загрузив остатние, не украденные вещи, на сани. Оставив супружницу, стеречь добро, сам отправился по лавкам, предлагать свой товар.
Сунулся в одну, там и разговаривать не стали, другая закрыта и нет никого. Третьей рубль всего давали, а когда отказался, стращать начали, что стрельцов позовут. Насилу вырвался.
Пока до нас добрался, страху наслушался, такого, что ноги идти не хотели (его собственные слова) А как Силантия увидел…. Нет, не зря я со старым стрельцом, беседу провел. Тот встретил гостя, как полагается….
«надо будет, спросить Антипа, стрелец ему улыбался или нет? А то я просил этого не делать, от его оскала, наш барбос, описался. Да. Лет, ему многовато…. Не получиться из него толкового продавца. Жаль, пацаны мелковаты, с ними пока что никто и разговаривать не будет»

Никодим пытал, молодца о причинах побудивших того искать лучшей доли в дали от отчего дома.
Всё оказалось просто. Антипу, как самому младшему, светило из отцовского наследства, только пробой на воротах, да веревка из колодца с дырявым ведром. Когда заговорил, что хочет уехать в Москву, как ему показалось, все вздохнули с облегчением. Отец дал денег, брат старший чего подкинул, средний подарил, чушку медную, а старики благословление дали.

- Литец значится, колокольный? – Никодим глянул в мою сторону и кивнул. « Пытай, мол, дальше»
- Он самый.- Согласился Антип, вроде бы спокоен, а пальцы шапку сжимающие, чуток подрагивают.
- А ты значиться с братьями не поладил? – Спросил его, переключая внимание на себя.- Что худые мастера?
- Наш батюшка, в Курске, самый лучший….
- А ты не захотел у братьев, подмастерьем быть али как?
- Хотел…. Да разлад вышел, они все по батиному покону делают.....
- А ты по своему…. – закончил за него. И продолжил. – Что ж такого нового можно в колокольцах придумать?
- Да они мне, вот где сидят,- Антип провел рукой по горлу.
Пробарабанил по столу дробь,- Погодь, чуток. – Встал и вышел в соседнюю клетушку. Мишка, уж очень усердно надраивал самовару бочину, елозя по одному и тому же месту.
- Будешь подслушивать, ухи оторву, вместе с головой. – И не давая времени на возражения, стал объяснять как добраться до лавки Милославы.
Заставил повторить, дал деньгу и отправил с наказом, принести любую фигурку,- Какую дадут, такую бери. Да не вздумай по дороге сломать.
Это было все-таки ближе, чем тащить из дома.
Вернулся к нашему гостю. По прошествии буквально получаса, Мишаня приволок тряпичный сверток, осторожно положил на стол и пошел в коморку.
Окликнул его,- Миша! - Он оглянулся и посмотрел на меня.
- Будешь подслушивать, исполню обещание. Понял? – Кивнув, парень закрыл за собой дверь.
А я стал разворачивать упаковку. На свет божий появилась моя знакомая (только по слепку) собака жужа. Всё таки умница Милослава, такие классные штуки делает.
Поставил статуэтку на стол и двинул к Антипу,- Сможешь такую из бронзы колокольной слить?
Он взял её в руки, покрутил, осматривая со всех сторон, осторожно поставил на место, отряхнул ладони от прилипших комочков глины. Посмотрел на Никодима, на Силантия, на меня. И как показалось, немного неуверенно, кивнул. – Смогу.
«А голосок то хрипловат. Волнуется парниша….»
- Как делать будешь? Ты ведь такое хотел в отцовской мастерской отливать?
Антип протянул руку и, взяв в руки фигурку, стал рассказывать.
- Дощечка надобна, сухая, можно взять березовую или еловую. Два ящичка сделать, так, чтоб соединить потом между собой. Песок нужен белый, в нем должны как искорки мелькать. Его промыть, просушить и через сито просеять. Глину потребно брать зимнюю, она лучше отмучивается, высушить и потом растереть в пыль. На девять частей песка, одну глины сушеной, замешиваем и потихоньку добавляем воду. Ежели шарик, не рассыпался или не растекся по доске, с роста упавший, значит подходит. Берем мешочек с припылом, я обычно уголь тертый из печки беру, лучше всего от березы али дуба сгоревшего подходит. Постукиваю, чтоб ровно легло, пятен не оставалось, иначе песок комьями прилипнет, когда вынимать будешь,- Он приподнял статуэтку над столом, поставил обратно.
Гладилкой, ровняю ежели что не так пошло, делаю литник и продухи. Вторую половинку также как и первую делаю, собираю форму, ремнями кожаными стягиваю. Но это ежели она разовая, а так можно кольца железные и клинья.
- И всё? – Спокойным , даже немного разочарованным голосом спросил Никодим. Его было легко понять, пока что мы не услышали ничего нового.
- Нет, длиной иглой надо наколоть утрамбовку, но так чтоб не доставало, иначе воздухом горячим порвет.
- Ну что ж, мил человек, это мы и сами умеем, ты про неё скажи, как такую слить? Что с ней делать?- Никодим кивнул на глиняную собаченцию.
Антип, поскреб затылок,- Я по-другому только раз и делал….
И пустился в пространные объяснения, продравшись с трудом через местный сленг, уяснил что речь идет о выплавляемой модели. Слушал внимательно, и когда Антип начал повторяться, прервал его.
- Погодь….
Глянул на Никодима, он пожал плечами, ему это также не знакомо. Проверить можно одним способом, дать задание. Да только встает другая проблема, личная вендетта Антипа.
Как понимаю, ему мстят за того воришку, сданного им стрельцам. Надо будет через Силантия попробовать разузнать, что там стряслось, если на парня так наехали. Может он с городскими переговорит и те возьмут под охрану, избу Антипа?
Кивнул Никодиму на дверь: - «поговорить надо», встал из-за стола и вышел, он пошел следом.

На улице подмораживало, небольшой ветерок сдувал с крыш мелкую ледяную пыль. Она клубилась в воздухе, сверкая крохотными искорками в красных лучах заходящего солнца.
- Ну, чего звал? – Никодим недовольно смахнул с лица, упавшие снежинки.
- Давай спытаем Антипа, кажется он тот кто нам нужен.
- На кой он нам?
- Давеча, ты согласен был, что нам литейщик нужен.
- Нужен,- Никодим пожевал губы,- Недоучка этот Антип, а подмастерьев у нас до жопы. Ещё одного брать? На хер он нам не нужен.
- Так есть в парне задатки. Пусть хотя бы собаку отольет….
- Вот ежели сделает, тогда и глянем,- Сердитый Никодим развернулся, чтоб уйти, да я за рукав придержал.
- Да где он делать-то будет? Он же домой собрался уезжать….
- Федька, у меня не монастырь, всех собирать. Пущай к себе вертается, Силантия спроси, пусть поможет, чем.
- А ежели справиться? Возьмешь?
- Те что, крест поцеловать? – Движением плеча освободился от моей хватки, и исчез внутри лавки.

Я постоял немного, полюбовался красивым закатом. И когда холодные пальцы «деда мороза» скользнули за шиворот, а игривый ветер собрал самый большой комок снежинок и, веселясь, швырнул в лицо. Решил что под задержался я как-то на улице. Поежившись от охватившего озноба, распахнул дверь и шагнул в уютное тепло.
На пороге столкнулся с Антипом и Силантием, посторонившись, пропустил их.
Парень полуобернувшись что-то сказал, старый стрелец, положив ему руку на плечо, подтолкнул,- У тя женка взмерзла, ожидаючи….
- Федор! Лавку выстудишь…. – И ещё пара непечатных выражений, недовольного медника. – Иди сюда, черт не русский.
Сел на жесткую лавку, напротив. Никодим не говоря ни слова смотрел мне в лицо, потом гаркнул в сторону, - Мишаня! Подь сюды , ирод окоянный, Федя тебе токмо обещается, так я сполню.
Словно чертик из табакерки, рядом с нами возник мальчишка. Наш хозяин бросил на стол монетку,- Дуй в кабак, вина принеси и пожевать чего. Одна нога здесь, другая там.
И когда гонец исчез, продолжил,- Странный ты Федор, над всякими жучками, паучками,- защелкал пальцами, вспоминая слово.
- Умиляешься.- Помог ему.
- Угу, милуешься. Только давеча, когда Сидор приходил барана резать, ты с морды сбледнул, а у самого четверо за душой стоят. Добрый ты, мягкий, из тебя всякая голытьба веревки вьет, а и рад….
Высказавшись, замолчал, а мне и сказать нечего в оправдание.
Другое мое время, очень другое…. Иногда, вечерами сидя на кухне у телевизора, мы с супругой спорили, ругались, мирились, очень часто она мне говорила, что я слишком жестокий и бездушный….
- Федя, - Никодим прервал затянувшееся молчание,- поведай мне….

« Да что тебе ещё от меня надо?»

- Зачем тогда на дороге, ты двух татей добил, они же пораненные были.

Память услужливо подкинула, разлетающиеся клочья армяка от удара картечи…. Страх и злоба.
Страх за свою жизнь и злоба на этих уродов посягнувших на самое ценное что у меня есть….
- Испугался и озлобился.
- Верно сказал. Почаще тебе таким быть надобно.
- Стрелять во всех, налево и направо?
- Это слишком, но вот чтоб тебя не взнуздали, стоит иногда показывать. А то и не заметишь, как на шее хомут окажется, захочешь выскочить, да куда там, уже телегу волочишь

И снова смолк, посматривая на входную дверь в ожидании гонца, то на меня.
Хотел было возразить, набрал полную грудь воздуха да сдулся. Нечего возразить. Не че го!
Но от чего-то обидно стало, нет, Никодим здесь, не виноват, на себя обида. Реальность….
То что там, увидев в метро попрошайку или нищего, перешагиваешь и идешь дальше. И все из-за того что слишком хорошо знаешь про них из телевизора. А здесь всё по другому, ещё крепки узы семьи и рода и если человек просит «за ради Христа» это действительно так. Гораздо позже, с девятисотых годов, нищенство станет профессией, целые деревни будут, ездить в Москву на заработки, но это время ещё не пришло….
А у меня все вверх ногами, нищего пну, над юродивым посмеюсь, а кому- то, кого впервые вижу, верю за красивые словеса и слезливую историю.
По своей сути, в истории с Курским парнем, надо было купить у него медь, сел бы он в свои сани, да уехал. Того что он нам наговорил, судить о его проф пригодности нельзя, это мы и сами все знали.
Из этой выволочки есть только один вывод. Я облажался, а Никодим прав.

За спиной скрипнула входная дверь, это вернулся посланец.
Мишка поставил на стол, доску с вареной требухой и хреном, рядом лежала половина каравая хлеба, три огурца, выставил кувшин с вином.
- Досканы, давай…. – Сказал Никодим и пацан метнулся в заднюю комнату, мухой притащил все что нужно. Медник отрезал ломоть ржаного, сверху добавил кусок ливера, - Бери, заработал.
Указал на еду Мишке. Тот схватил и впился зубами, мне даже показалось, что заурчал от удовольствия.
А наш хозяин, вдруг протянул руку и неуловимо быстрым движением, ухватил пацана за ухо, подтянул и, заглянув в глаза, напомнил,- Ежели где, слово молвишь…. И Федор не поможет, шкуру спущу….
Замерший подросток, с куском еды в зубах…. То ещё зрелище. Если бы не плескавшийся в глазах страх.

Я недоумевая переводил взгляд с одного на другого. Мне, почему то казалось, что Миша понял и все будет хорошо, но вот у Никодима, на этот счет было свое мнение. Отпустив, несчастного, буркнул неразборчиво, от чего отрок просто испарился. А он улыбнулся мне,- Вот и первый твой хомут, Феденька. Дома тебя ещё четыре дожидаются, по весне, когда надобно будет строиться, ещё толпа набежит.
Я тут сговорился, бревно еловое купить на постройки, с мужиков слово взял, что артелью, как снег сойдет, придут, кормежка наша, алтын в седмицу за работу, старшому четверик. Ты мне скажи, для чего тебе сарай такой здоровый понадобился?
Такого резкого перехода тем для разговора, я даже не ожидал. Пришлось в темпе вспоминать.
- Я же тебе говорил, все в одном будет, если кучу маленьких ставить, замучаешься по переходам бегать, а так все в одном месте.

«давно был такой разговор, я Никодиму объяснял принцип построения поточного производства и особенно упирал на то, что нам нужен большой, просто огромный, для нынешних времен, цех, метров эдак на сто квадратных. Здесь так не строили. Приодеться вспоминать читанные книги. Подвесные балки, стойки, ригеля, колонны и прочая мутатень. Чтоб покрыть такую крышу дранкой, надо будет уйму времени. Поэтому хотел использовать бересту, что-то похожее на битум есть в заначке. Кору нарезаем пластами. Замачиваем, высушиваем под гнетом, чтоб стали прямыми, нарезаем на куски нужного размера, покрываем горячей смолой и посыпаем сверху песком. Делаем на стропилах обрешетку как можно плотней и обшиваем этим произведением местного стройпрома. Кажется воз, бересты, стоит две копейки, надо будет уточнить….»

- Так сараи можно поставить в плотную….
- А потом начнем бревна пилить, вынимать, проемы всякие городить, зачем лишние деньги переводить.
Проще сразу, одну большую махину поставить….
- Да там бревен уйдет на два полста рублей. Еще доску на пол надо, рамы вязать, двери….
- Там надо будет ещё три избы ставить, одну под склад, чтоб добро хранить, для охраны домик….
- а ещё один для чего?
- Для меня, жить там стану.
Никодим из подлобья так глянул, словно рублем одарил. Надо проверить карманы, может, и правда что появилось….
- Не зыркай, шуткую. Народ пришлый в старой деревне жить будет, а по работе задержался, и куда ты, на ночь глядя попрешься? Али в мастерской на верстаке среди грязи спать завалишься?
- А может….
- Не может. Всякие ходют и смотрют, как Марфа, твое исподнее на веревке сушит? А давай людишек у этого, как его?
- Шадровитого….
- Во,во, возьмем.
- Опять?- Никодим посмурнел.
- Подумай сам, оставим, возьмем, половину. Для них землицы пахотной хватит. Ответь. К нам народ работать придет, со своими харчами? Или мы их по уговору кормить будем?
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 07.08.2011, 20:56 | Сообщение # 222
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
«Ещё с полгода назад, они смотрели на меня как на врага народа, Никодим, однажды даже запулил в меня железякой, попавшей под руку. А все из-за того, что начал вытаскивать их из разных углов, где они устраивались на послеобеденный сон. Эта тихая война продолжалась ровно месяц, пока в один из дней до них не дошло, что сделано и продано на три самовара больше, а когда получили на руки денежки, на которые не рассчитывали, теперь уже мне доставалось, если задерживался с обеда»

- Не пойдут к нам люди, ох не пойдут…. – Судя по всему, Никодим так же вспомнил это.
- Вот и надо, сразу слободу ставить. Старая деревня, основой будет. Местных заставим хлебушек растить, или вон свиней разведем али барашков…. – Говоря все это, я склонился над столом, выбирая огурец. Отобрал, с хрустом откусил и посмотрел на своего собеседника.
По его округлившимся глазам, стало понятно, Никодим в шоке. Он так далеко не заглядывал, а я не говорил, и только сегодня впервые озвучил, ремесленная слобода. Не называть же это все фабрикой. Не поймет.
Икнув, медник потянулся к кувшину, приложился к нему, так что, кадык нервно вздрагивал при глотках. Поставил обратно, крякнув и переведя дух, ладонью смахнул капельки вина с усов и бороды.- Федька, мог ранее молвить, что такое удумал?
- Да мне только что в голову пришло. Или мы будем до хрена денег на жратву тратить, за ней ездить надо, покупать, лошадки, телеги, возчики…. Опять же тати на дорогах. Копейка здесь, там и там, глядишь, рубль потратил, а то и поболее. Маслица надо, молочка, яичек, мясца, на одном хлебе ноги протянешь, да чего я тебе это говорю? Вспомни, как по молодости было…. Лебеду говоришь, в мучицу подмешивали и толокно желудевое? Ревень драли да кислицу….
- Бывало….
- Вот к тому и говорю, что надо людишек на земле оставить, из тех, что помоложе.
- Так землица худая, урожаю не будет…. Что они здесь берут? Сам один? Тьфу, токмо самим с голодухи не помереть.
- Ну, сам десять не обещаю, но сам пять точно будет, одну хитрость ведаю.
- Это ж какую? Дерьма навозить на делянки?
- Можно и так, да только ждать долго пока созреет, ямчугу прикупить надо пару возов.
- Окстись Федор, она вся в казну идет. Да и зачем столько?
- Из неё не токмо зелье пороховое делать можно, она и вместо навоза пойдет.
- Никогда не слышал и не видел, чтоб ямчугой, землицу посыпали. – Никодим в сомнении покачал головой.
- Можно купить?
Он задумался, пожал плечами, - Токмо она в тридорого станет.
- А куда деваться? Она и мне нужна или думаешь, её всю высыплю? Там нужно, всего-то горсть, на десятину.

Никодим, жевал вареный рубец, о чем-то размышляя.

«Когда впервые услышал это слово, думал хрень какая-то, ан нет, довольно вкусная штука, если правильно сварить, да ещё потом гречневой кашкой набить и в печке потушить с часик или два. Зеленым лучком присыпать, перчику молотого щепотку для аромата, а рядом с миской кружечка стоит, запотевшая. Капельки влаги по стенкам стекают, в лужицы на столе собираются, а внутри прохладное пиво…. На отдельной доске, ломоть ржаного хлеба, деревянная солонка с крупной серой солью. Сядешь за стол, перекрестишься на это благолепие, отломишь маленький кусочек хлебушка, зачерпнешь ложкой, кашу из миски….
Вкуснотишша…..»

- Федор! – Прервал тишину голос Никодима.
«Блин, я чуть не подавился!»
- Да!
- Что да?
- А что, Федор?
- Тьфу на тебя, короста. – Никодим бросил корочку хлеба на стол. – С ним как с человеком, а он….
- Ты чего так на Мишку взъелся?- решил прояснить ситуацию с парнем.
- Языком треплется много, с такими же босяками. Посмотри на него, обут, чисто одет, до сыта накормлен, в кармане копейка звенит. Видел намедни, как он среди своих дружков тутошних, гоголем ходит, обновкой красуется, А уж каким соловьем заливался, пока меня не увидел….
- И что такого он наплел?
- Те скажи, ты с него шкуру спустишь,- откинулся на стенку смерил меня взглядом,- да, не…. Шея толстовата, ярмо ещё не соскочит. Пожалеешь сироту? А?
- Сказывай.
Усмехнулся, глотнул вина,- Иду значиться от Митрича. Ну, ты помнишь, дедуля приходил к нам по осени, просил котел заварить, а он доброго слова не стоит, прогорел насквозь, дыра на дыре. Ну!? Да помнишь ты его, длинный и тощий как жердь, плюнь, перешибешь. Старуха евонная к Марфе иногда захаживает, у неё ещё жопа в двери не пролазит….
- А-а-а….
- Во-во, она самая, та ещё зараза…. Так вот. Иду от Митрича, а ему внуки, притащили сваво вина, на почках березовых настоянное, чистый как слеза девы пречистой. Отведали мы кувшинчик, за жисть слово молвили, пока эта стервоза сковородками да ухватами, бренчать не начала. Распрощался я с Митричем….

Вспомнил, Никодим в тот вечер приполз не то что «на бровях» на кончиках ушей до дома добирался, мокрый насквозь, весь в снегу, расхристанный какой-то, но довольный чему-то, как три слона.
И Мишка, появился незадолго до его прихода….

- Вышел на улочку, огляделся и побрел к дому. Уже вечерять начинает, подумал, надо задками пройти, а то ежели пока ползти буду через всю слободу, в самый раз стемнеет. Огородами выбрался на берег, ну ты знаешь, ребетня там на санках катается, Антохи кривого усадьба. Я же говорю, знаешь.
Пока добрался, сам понимаешь, что трезвому три шага, то уставшему полдня шагать, стемнело, почти. Вышел, детишки от восторга визжат, ажно уши закладывает. Они бадейками воды натаскали и за прошлую ночь горку так прихватило, что дух захватывает, как быстро едешь.
- Ты чего с горки катался?
Он смутился,- да всего того, пару раз спустился…. Да я и не один такой был, там ещё мужики были….
С ребятишками малыми…. Да ну тебя Федька, вечно ты….
- Да я молчу….
- Вот и молчи…. На чем я остановился? А – а …. Ага! Съехал вниз, любо, дай думаю ещё прокачусь. Поднялся, как смог отряхнулся и пошел наверх, а чтоб взобраться, надо в стороночку отойти, там ступеньки срублены и слеги на колья подвязаны, бабы летом здесь к реке спускаются, одежку полоскать. Вот почти дошел, пацанята кучкой стоят, об чем-то разговор ведут, тут мне голосок одного из них, уж больно знакомым показался. Остановился да послушал.
Эх, Федор, Федор, знали бы мы какого славного человека к себе взяли? Мишка- то у нас самый главный помощник, мы с тобой, без него как без рук. Он уже нам советы дает, во как!
Да только это все полбеды, этот клоп-недомерок удумал хвастаться, сколько он денег видел в лавке….
Вот такие гавнюки и привечают татей к дому, трещат как сороки где ни поподя. Думаешь с чего, последние дни Силантий здесь сидит? – И хлопнул ладонью по лавке, около себя.
- Слухи пошли, да разговоры, а возле лавки всякие людишки крутятся. Вот так, Феденька, может нас вскорости убивать учнут. Пистоли с собой?
- Я без них как голый.
- Вот и ладненько. Ты домой сейчас али ещё куда надо?
- Нет, домой, ещё работа не доделана.
- тогда ступай с богом и этого, забери, зол я, да выпимши, зашибу сироту ненароком.
- А ты что, один здесь останешься? Давай с тобой побуду, пока Силантий не придет.
- Нужон ты мне, всю рыбу токмо распугаешь, оставь пистоль, да чеши отсель…. – И весело подмигнул.

Я достал из кобуры и положил, рядом с остатками еды, пистолет, пяток патронов.
Никодим взял один, покрутил в руках, поставил обратно, - Разумник ты Федор, такое учинил. Зачем так много, оставляешь, мне двух хватит. – Он забрал патрон с пулей. Подтянул пистолет, переломил ствол, вытащил заряд, осмотрел гильзу, отложил и, заменив на картечь, зарядил снова.
- Туго взводится….
- Зато спуск легкий. Не дергай когда нажимать будешь, а то ….
- Федька! – В голосе Никодима, послышалось возмущение,- в тот раз нам с Силантием, плешь проел и опять за старое? Я те что, новик от титьки оторванный?

«После того как были сделаны и испытаны пистолеты, я притащился домой, надо же похвастаться. В приказе посмотрели, покрутили башками, сказали доброе дело, узнали цену и послали подальше, дорого мол. Упыри, им дрын из плетня вывернутый, и то не по карману будет. Тю, была бы честь предложена. Дома же, мужики оценили, особенно понравилось Силантию, с его одной рукой, можно было теперь спокойно стрелять и перезаряжать, зажав пистолет подмышкой. Думаю знакомо чувство новой игрушки, которую дали кому то подержать, а вам так и кажется, что её сейчас сломают или уронят. Вот и стоял у них над душой, комментируя все подряд, остерегая, указывая и поправляя, если делали не так. Старый стрелец, отстреляв десяток патронов, вообще не хотел возвращать. Пришлось пообещать, что сделаю ему такой, а этот пусть вернет. К слову, когда ездили отдавать деньги за землю, пистолеты были с ними»

- Ладно, уговорил. Ты все-таки подумай, вдвоем легче отбиться….
- Татей всего трое, будет…. – проворчал он вполголоса, осекся и взглянул в мою сторону.
- И что я ещё не ведаю?
- Не твое….
- Никодим!
- Силантий, вызнал, чужаки это, услышали болтовню детскую, доглядели в какую лавку отрок пойдет. Да наши, на ушко шепнули, так что ведомо о них. Я же не один буду, Силантий и стрельцы слободские, на дороге сторожить будет, к ним татей и выведу. Надобно чтоб и ты ушел, пусть разбойники думают, один остался. - Никодим, вдруг улыбнулся и задорно подмигнул.

«Черт возьми, да ему в радость эта стычка. А Мишане быть сегодня поротым»

В общем, собрался и ушел, забрав с собой парня. Вид у него был как у побитой собаки, всю обратную дорогу еле тащился, цепляясь ногой за ногу. Дома отправил сидеть и ждать в комнату, а сам, переодевшись, попытался поработать, да куда там, все из рук валиться. Промучился с час, ещё полчаса потратил на приборку и одевание, собрался уже спускаться вниз, когда залаял кобель.
Наши возвращаются. Очень скоро скрипнула калитка, и двор наполнился голосами, судя по всему, Никодим с Силантием пришли не одни. Спускаюсь, так и есть ещё трое незнакомых стрельцов с ними.
- А вот и Федор. Я вам про него говорил, он как раз и сможет ваши пищали под пистоны переделать.
Федор, эти ребята нам сегодня крепко помогли, надо бы и им помочь. – Никодим подошел ближе, склонился и прошептал на ухо, - Спасибо за пистоль, выручила. Стрельцам помоги, у них одного подрезали, - Я дернулся, и он добавил,- жить будет, руку распороли. Иди, потом обговорим.
Кивнув в знак согласия, посмотрел на стрельцов, молодые парни, левый ещё и бреется через раз.
- Ну что добры молодцы, айда в мастерскую, там поговорим, пищали посмотрим.
Перехватил взгляд медника и добавил,- возьму с вас токмо за пистоны и то задешево.

Примерно час распинался, показывая выгоды переделки. Достал пистолет и продемонстрировал быстроту перезарядки. Раскрутили, черти. Слово за слово, поспорил с молодым, что выстрелю в десять раз быстрей, чем он свою аркебузу зарядит. Я победил но не убедил, хотя задумка очень понравилась. Все старо как мир, если государство будет снабжать своих солдат, они будут использовать новинки, если нет, так и будут бегать с берендейками, покупая за свои деньги кожу и сало, а порох и свинец дает казна. Пистоны понравились, показал как работают, они сами спалили несколько капсюлей, но, увы, увы. Эти почему-то не захотели переделывать свое оружие. Под конец у меня даже закралось подозрение, что их просто знакомят с человеком, то бишь со мной. Поболтали немного, да разошлись. Подарил на прощание горсть пистонов.
Выпроводив гостей со двора и закрыв на засов ворота, пошел в дом.
 все сообщения
СтарыйДата: Вторник, 09.08.2011, 16:19 | Сообщение # 223
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Но прежде надо было исполнить одно дело, хоть к нему душа и не лежала. Предстояло наказать Михаила за его длинный язык. Думал один такой, поднялся к ребятам, а там мужики уже застращали бедолагу до потери пульса. Когда вошел его колотило крупной дрожью, морда лица бледная как мука и говорить не может только сипит да головой мотает. Отозвал Никодима на лестницу,- Давай выпорем его, только драть по жопе, а не по спине, рубаху с портами не сымать.
- Кровь на нем, по его навету, стрельца подрезали….
- А мы давай за это парня на смерть забьем! Или как я сказал, или вообще не дам бить.
Никодим смотрел на меня в изумлении, потом заговорил,- Не пойму тебя, в лавке, как прознал, пришибить был готов,- Поднял руку, останавливая мое восклицание.
- А таперича, пожалел.
- Да пожалел, кожа да кости. Он перед кем хвастался? Да перед такими же мальчишками, как и он.
Что говорил? главный помощник у нас с тобой. Мол, мы без него как без рук. Вот и скажем его дружкам что он у нас главный по дерьму, золотарь, из ямы выгребной гавно ломом черпает. Как думаешь, в следующий раз они его слушать будут?
- Х-м, - Никодим только хмыкнул на пространный монолог о защите, подумал немного,- Вожжами, по жопе в портках, и далее яму пусть разгребет.
- Так всё замерзло….
- По теплу оно приятнее будет,- ухмыльнулся медник и, распахнув дверь, гаркнул,- Всем, ступать на конюшню. И этого не забудьте.- Ткнул пальцем в дрожавшего мальчишку.

«Видел тут однажды, как на лобном месте, самогонщиков наказывали, зрелище конечно с моей точки зрения, жутковатое. Пороли тогда семерых мужиков и бабу, они решили подработать винокурением, так это называется. Нагнали, попробовали продать, и нарвались, скрутили бедолаг, да в приказ
«новой четверти» а она собирает налоги со всех кабаков, трактиров, отсюда же идет их снабжение водкой или иными крепкими напитками. Конкурентов карают быстро и качественно.

Здоровый мужик в темной ферязи, застегнутой по самое никуда, зычно драл глотку оглашая вину подсудимых, держа перед собой развернутый свиток указа.
О чем кричал, было непонятно, вокруг гомонила толпа собравшихся зевак.
Восемь человек сидели на земле рядом с помостом, сколоченным из бревен. Кряжистый, заросший бородой по самые брови, детина в красной рубахе стоял рядом с бадейкой, скрестив на груди руки. Один из помощников, суетился у жаровни, отклячив жирную задницу, раздувал угли.
Вот глашатай закончил перечислять вины осужденных. К ним вышел священник, прочитал молитву, дал каждому поцеловать крест, осеняя им каждого наказуемого. Толпа притихла, стали слышны женский плач и причитания, когда батюшка закончил, двое подручных палача, спустились с помоста схватили щуплого мужичка, втащили наверх, содрали рубаху. Первый повернулся спиной, взялся за кисти рук и немного склонился вперед, почти положив жертву на себя. Второй довольно шустро обвязал ступни и потянул за веревку. Таким образом мужик оказался растянут, не имея никакой возможности пошевелится.
Палач вытащил из бадейки кнут, взмахнул, стряхивая капли влаги, веером разлетевшиеся вокруг. Отступил назад, орудие наказания легло кожаной змеей, на помост присыпанный соломой. Посмотрел на дьяка, тот кивнул головой, разрешая начать наказание виновного. Взмах, короткий свист рассекаемого воздуха, вслед за ним приглушенный вскрик, на спине мгновенно вздувается красный рубец….
Взмах, удар, крик….
Взмах, удар, стон….
и уже кровавые брызги орошают солому.
Служка громко и отчетливо считает, после пятнадцатого, поднимает руку, останавливая палача.
Подручные опускают жертву, освобождают от пут, подхватывают под руки и волокут вниз, там наверно были родственники, али ещё кто, они принимают безвольное тело, опускают….
Дальше не видно, толпа пришла в движение, на помост втаскивают следующего и все начинается снова.
Толкаю локтем в бок соседа, когда он оборачивается с недовольным видом, спрашиваю,-
- За что их так?
- Вино курили супротив государева указа,- ответил, оглядел меня с ног до головы да отвернулся»

Мишаню выпороли просто и без затей, уложили на бревно, Силантий причастил «птицу говоруна» вожжами. Все честь по чести, рубцы смазали маслом конопляным (не знаю зачем) и отправили спать, без ужина. Ребятам, Никодим прочитал небольшую лекцию о вреде болезни «длинного языка» и пользы народного средства под названием «розги, вымоченные в рассоле»

Уже к концу трапезы, когда на столе появилось пиво и, было разлито по кружкам, спросил, как все прошло.
- А …. Никодим махнул рукой, - сказывать нечего. Опосля как ты ушел с этим….(не печатное)
Мальчонка в лавку заглянул, зыркнул по сторонам и смылся, я даже спросить не успел:- «чего ему надо»
Ещё маненько посидел, кружку допил, не пропадать же добру, потом решил что пора, надо идтить. Пока тати сюда не приперлись. Вышел. На дверь замок вешаю, а сам украдкой поглядываю, нет ли кого поблизости. Никого, ни своих, ни чужих. Делать нечего, пошел с рядов прочь, иду молитву бормочу, да шатаюсь аки пьяный, это чтоб люд воровской с толку сбить.
Никто не догоняет, а мне ужо сворачивать в проулок надо, тама меня Силантий с нашими ждет. Остановился на углу, на сугроб накиданный облокотился, назад глянул, нету. Что поделаеть, я не знаю. Успел Силька али нет, мы же только на словах сговорились, где. Может в потемках обшибся и не туды свернул? Глянул в проулок, темно, собаки не гавчут, а тут позади снег заскрипел, оглянулся…. Мать честная, трое нагоняют и откуда только вылезли ироды. Я туды, стараюсь идти побыстрей, да слышу, побежали, я пистоль твою выдернул из-за пояса, взвел курок, второй патрон в кулаке зажал, да к ближайшим воротам метнулся и спиной прижался, чтоб с боку не зашли. Хорошо стал, слева, справа сугробы навалены, не пройдешь, а прямо не пойдут, думал так. Ан нет. Они молчком поперли, я руку вскинул, как ты сказывал, да стрельнул в первого. От шарахнуло, прямо звездочки в глазах заплясали и уши заложило, на ощупь, зарядил и присел на корточки, чтоб за дымом разглядеть что происходит. Думал выскочит кто, приласкаю. Да куда там. Вижу тени мечуться да ор стоит, то Силантий с подмогой подоспел, они в соседнем дворе, сидели, а как я бабахнул, так и прибежали на подмогу. Воров семеро оказалось, одного я стрельнул, того что стрельца подрезал, робята на месте порешили, троих повязали, так что два татя убегли.
Живых оборотали сразу, поспрошали, кто такие, откуда, как здесь оказались. Вон Силантий тебе поведает.
- А чо молвить, за курским они пришли, помнишь сказывал, как на торгу воришку стрельцам сдал?
- Помню….
- Брательник он атаману ватажки сказался, его в приказ вели, да не довели, дружки евонные отбить из полона захотели, да не смогли, а в сваре кто-то его ножичком приласкал в брюхо. Разбойнички разбежались и дружка сваво бросили. Вот и порешили месть пытать на мужичке этом.
- А Мишка наш причем?
- А притом что не только Никодим, пацанят треп слышал, другие уши нашлись. Они от самого подворья за Антипом по следам, шли. За городом его точно с женкой порешили бы, а тут он к нам приперся ,а опосля ещё и обратно поехал. Решили здесь пощипать, и там, в гости под утро наведаться…. Не выгорело, сами угорели….

Для обычно немногословного Силантия это слишком длинная речь, одним махом опрокинув в себя кружку пива, потянулся за добавкой.
И Никодим продолжил разговор,- Так что твоего Мишаню, поделом взгрели, только сдается что не тех татей споймали, не они толклись возле лавки.
- А кто ж тогда?
Никодим промычал чего то, пытаясь жевать и говорить.
- Прожуй сначала.
- Да пошел, ты…. Дай пожрать спокойно….
- да жри, я те че не даю?
- Бурчишь, как медведь спросонья. Как робята прознали, там должен был быть Олешка кривой, он уже два дня в рядах крутился. В прошлом месяце ему стрельцы бока намяли, он перестал к нам захаживать….
- Погодь! – Я потряс головой, сгоняя разбегающиеся мысли в кучу.- Что за ребята и что за стрельцы и кто такой, Олешка?
- Силантий! Хватит пиво, как воду лакать, сходи, принеси чего покрепче. Разговор-то у нас дюже любопытственный, пора Федьке прознать маленько, да под пиво, которое ты зараза, выхлебал, много не наговоришь.
- так ему надоть, пущай и идет.
- Он своей отравы приташшит, евонная зараза чтоб напиться, а нам речь вести, сходи медку принеси.
- Нашли вьюношу,- Заворчал старый стрелец, перекидывая ногу через лавку, вылезая из-за стола.
- Иди, иди, пердун старый…. Молвил Никодим напутственное слово, повернулся ко мне.
- Пока этот вахлак шатается, налей пива….
Я потянулся за кувшином, перевернул и потряс над кружкой, из широкого горлышка, словно нехотя упала последняя капля.
- Все, гад, выжрал,- подвел итог, моей попытки Никодим.
Поставил посуду обратно,- Так что ты мне поведать хочешь, что под вино разговор вести надо.
- К слову пришлось. Дело это давнее, я тогда молодой был,- Он задумался, почесал затылок,- годков, почитай десять прошло.
- Во старик передо мной расселся, себя жалеючи. А кто татя одолел сегодня?
- То стрельнул, это так, одним больше….
- А сколько ты вообще ворогов положил.
- А кто ж его знает, всю службу пушкарем был, картечь вязанную в пушку снарядишь, а стрельцы с пищалей стреляют, тут я, как жахну, кони, люди вперемежку. Кто побил , то не ведомо. По граду ядром целишь, так по стенам али воротам.
- А сам, руками своими….
Никодим, посмотрел на свои ладони, повертел, осматривая со всех сторон.- С три десятка будет, татарва да тати…. – Помолчал и добавил грустным голосом,- И свеев трое было с ляхами.
- А ляхов сколько?
Он подставил ладонь под щеку и, не отрывая взгляда от красного угла, спокойно произнес,- Так кто ж их считал….
Я даже поперхнулся, от безразличности тона которым это было сказано.
Пришел Силантий, поставил на стол корчагу, запечатанную желтоватым воском.- Никодим, тама всего три осталось, надоть ещё ставить.
- Надоть, летом и поставим.
- А ты че такой квелый?
- Поведай мне, кто все пиво вылакал?
- А ты пожалел? – Силантий кинжалом подцепил деревянную пробку, обмотанную тряпицей и осторожно, чтоб в напиток не попали восковые крошки, открыл. По избе потек ароматный дух стоялого меда, пахнуло луговым разнотравьем и горячим июльским солнцем.
Шумно втянув в себя воздух, он причмокнул, и не пролив ни капли мимо, наполнил наши кружки. Сдвинул по столу одну мне, другую Никодиму, взял свою,- Давай други, мы, живы.
Выпили, закусили. Коньяк, за фигом он нужен? Эх такой напиток прогадили….
- А ты че такой смурной? – Силантий, облизнул усы, вопросительно смотря на Никодима.
- Да Федька про былое спросил….
- Сплюнь да разотри, забыл верно, что с ним надо ухо востро держать, он как жид, спросом замучает. Слово за слово, из души три души вытянет.
Федор, ты смотри у меня,- И шутливо погрозил пальцем.
Я слегка под шафе и скаламбурил естественный ответ,- Йес, сэр, - и взял под козырек.
- Во, он ещё и аглицкий ведает…. Ну чо ещё али вы говорить будете? Атож молвите потом: - «опять все выжрал»
- Наливай, - Ответили ему вдвоем с Никодимом в один голос.

Мрак, полная темнота, моргаю, ничего не изменилось. Пытаюсь пошевелиться и с ужасом ощущаю, что не могу, правая рука не подает признаков жизни. Напрягаю все силы и, через некоторое время удается согнуть указательный палец. Левая дернулась пару раз и перестала откликаться на все мысленные команды. Мне не хватает воздуха, он маленькими порциями прорывается откуда то, уже горячим и безвкусным. Потихоньку начинаю задыхаться, в панике, прилагаю все усилия, пытаясь вырваться из душной западни. В глазах начинают посверкивать звездочки, размываясь на периферии зрения в туман, он постепенно затягивает меня в свой мир.
Вдруг мне удалось шевельнуться, струйка, холодного, свежего воздуха, прояснила мозги и кажется, влила силы в мое безвольное тело. Я рванулся и мне удалось. Лежу потный и мокрый, глотаю божественную благодать и не могу надышаться. Постепенно оживают руки, их начинает покалывать, и они вдруг вспыхивают огнем, такая была боль. А ног не чувствую, пока. Открываю глаза, они постепенно привыкли и в темноте стали проступать предметы и контуры знакомого помещения. Я у себя в комнате. Как я сюда попал? Что на кровати лежу мордой на подушке, это понятно, но вот как добрался? Тело отпустило, со скрипом и стоном, с трудом выполз из под брошенного на меня сверху тулупа. Мои доблестные собутыльники, нет ни так, пили из корчаги, значит ,- Сокорчажники ! Притащили, положили на кровать, почему то руки оказались прижаты к груди, накрыли с головой тулупом, как понимаю, чтоб не замерз. Да только у меня ноги взмерзли так, что я перестал их чувствовать, они то остались снаружи….
Сел и принялся потихоньку разминать ступни, восстанавливая кровоснабжение. Писать люблю, а как на таких култышках до туалета шкандыбать? Вот и приходиться заниматься мануальной терапией.

Через полчаса смог выползти из коморки, когда вернулся, любил весь окружающий мир.
Скинул своего, не состоявшегося убийцу на пол, расстелил кровать, разделся и залез под одеяло. Закрыл глаза и попытался уснуть.
Раз овца….
Два овца….
Три баран….
А этот, откуда взялся?
Сон пропал.
Перевернувшись уже, не знаю который раз, сел, закутался в одеяло. Просидел в такой позе, бог знает сколько времени, в какой-то момент поймал себя на том, что начал клевать носом. И потихонечку, чтоб не вспугнуть, переместился в горизонтальное положение, положил голову на подушку и уехал в храпово….
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 14.08.2011, 22:10 | Сообщение # 224
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Лета ХХХ года, января 30 день

Стоять! Держи…. Держи твою мать….
Данила, бей не жалей, а промахнешься…. Под забором прикопаем.
Бамс. Брызнули красные искры, заклепка осела, плотно соединяя две части в единое целое. Я бросил на верстак оправку, потряс отбитой рукой, вытащил беруши скатанные из комков ваты.- Данила, медведь окаянный, едва не отсушил.
- А ты держи ровней,- Кузнец поставил кувалду на пол….

Наша доблестная, дважды битая, отбитая, контуженная на всю голову, команда, заканчивала сборку станины, осталось всего две укосины на место поставить, восемь заклепок, осталось. И дальше начнется подгонка маховика, шатунов и поршней. Они уже были готовы и ждали своей очереди. Со дня на день, должны привезти чугунную плиту, на неё будет крепиться рама моего агрегата. Таких технических возможностей как на пушкарском дворе, здесь нет.

«Жаль конечно, что моя попытка подобраться к технологиям провалилась, но с другой стороны…. Тяжко там, в моральном плане очень гнетущая обстановка. Практически всем заправляют старики, как во французской академии. Изначально воспринимался как диковинка, как же, придумал невесть что: - «Не должно так быти»
Эти слова не раз слышал за время своей работы, но это в плане моих задумок. Основным преткновением был мой возраст, старые мастера сопротивлялись из всех сил, дело доходило до явного вредительства, когда преднамеренно ломалась изготовленная по моим чертежам оснастка. С отобранными для работ людьми, велись разъяснительные беседы, имевшие только одну цель, свести на нет, все мои попытки увеличить выпуск мушкетов. А ларчик просто открывался, с переходом на мою технологию, должны были упасть расценки. Работать больше, после обеда не поспишь, обед по три часа, да за такую работу на оборонном производстве…. Была бы моя воля. Перестрелял бы всех «дедушек» у кремлевской стены….
В общем, сорвался я, меня понесло, по фигу стало, кто, чего, как…. Орал на всех и вся, как озверевший полкан носился по пушкарскому двору, единственно что, не кусал за пятки. Они меня с трудом терпели…. Как же, какой-то юнак учит их жизни: - «не по покону нам ему кланяться» Если бы был чистокровный немец, бритт или ещё кто, вопросов не было бы. Меня считали иностранным мастером, но русского происхождения, родственником Никодима, жившим многие лета за рубежом, и возвернувшегося на отчину. Вот и травили как зайца. По началу подозрений не было, только через пару месяцев, когда присмотрелся к людям, окружавшим меня, стал замечать несуразность. Те кузнецы и другие мастера, что приписывались для моих работ, оказывались пьяницами и неумехами, а потом вообще стали присылать хрен знает кого, они оружие впервые в жизни здесь видели. Это так утрировано. Завидовали моей более высокой зарплате, покровительству второго человека в пушкарском приказе. И ещё одно, но оно вызывало просто зубовный скрежет у местных администраторов, дьячков, я не воровал и не давал этого делать им. Пресекал любую возможность погреть руки на моих закупках.
Мелкими подлянками, саботажем, разбудили зверя…. На меня была написана тонна доносов, до поры до времени, Анисим прикрывал меня, принимая удар на себя. Но бесконечно это продолжаться не могло или думаю они просто сменили тактику и стали давить уже на него…. Потом нелепый разговор, моя попытка открыться…. Пришлось срочно надираться и начать нести полнейшую ахинею, врать и выкручиваться изо всех сил. Театр одного актера.
А потом начался второй акт мармезонского балета. Как только окружающим стало понятно что я в опале, началась неприкрытая травля. Все мои начинания стали натыкаться на каменную стену отчуждения. Со мной перестали разговаривать, а если и случалось, то от брезгливого тона, хотелось дать в морду собеседнику. А нельзя…. Жаль.
По двору поползи всякие шепотки, народ смолкал при моем появлении, провожал взглядами и начинал что-то бурно обсуждать за моей спиной. Суть всего происходящего выяснилась совершенно случайно.
Утром. Пришел в свой закуток, разложил на столе бумаги, требовалось доработать чертежи, слышу заскрипела входная дверь. Входит, почти незнакомый мужик, видел его пару раз, но лично не общался. Даже не знаю, как и звать-то.
- Здрав будь Федор.- Снимает шапку и низко кланяется.
Хренею потихоньку от такого пердимонокля, никто ещё мне здесь поясные поклоны не отбивал. На всякий случай поздоровался,- И тебе не хворать. Сказывай чего надо?
Мужик стоял и мял в руках свою шапку, видимо не зная, с чего начать. Молчание затягивалось, я начал злиться.
- Чего молчишь? У меня дел полно, сказывай или иди.
После окрика он, решился, проблеял козел винторогий,- Федор…. Э….э …. Люди сказывают…. – И смолк.
- что люди сказывают?
- Я туточки, дочку замуж выдаю…. Э….
- так выдавай.
- Мужики молвят….
- да мне что из тебя каждое слово клещами тащить?
- Так это…. Дочку мою Сенька, сосед наш сосватал…. Пришел просить, не откажи в милости, благослови молодых…. – Что он там ещё говорил, было непонятно, ибо это чудо согнулось в очередном поклоне.
Разинув варежку тупо смотрю на этого кренделя и честно говоря совершенно не понимаю что он из под меня хочет. Эта игра в гляделки продолжалась минут десять, а потом до меня дошло. Что этого дурачка просто разыграли злые языки и подослали ко мне…. Не говоря ни слова, встал, обошел стороной «счастливого папашу» прошел к двери и выглянул во двор. И увидел то, что и ожидал, пряменько передо мной на сваленных кучкой бревнах, восседают три старых мухомора и пятеро стрельцов из охраны. Вопрос, что этой толпе, здесь надо? Отвечаю. Если бы выкинул бедолагу, то меня тут же скрутили бы за рукоприкладство, все есть и жертва и видаки и даже группа быстрого реагирования. Увидев мою морду в одиночестве, они спокойно встали и пошли прочь.
Вернулся обратно. Как смог объяснил мужику, что такого делать не могу, ибо ранг не позволяет, чином не вышел, рыло не то, посоветовал обратиться в храм божий….
Выставил, одним словом. Ушел он, как показалось, не очень то и расстроенным.
А вторая серия случилась на следующий день и, даже далеко ходить не надо было. Прямо в воротах на пушкарский двор. Иду, никого не трогаю, мыслями обвешанный как собака репьями, слышу оклик,- Эй, Федор!
Останавливаюсь перед двумя стрельцами,- Да.
- Спляши, денежку дам,- говорит первый, он постарше будет, да ещё лыбиться зараза
Опешив недоумевая смотрю на них.
- Че буркалы вылупил, пляши,- Это второй выступил.
Старший ему говорит. – А ты копейку покажи, он за неё точно в пляс пуститься.
- Мужики вы что, всю ночь с лавок падали? Али вам жены не давали, на людей кидаетесь.
- Тю блаженный, иди отсель, пока по хребтине не получил. А не то….
Я покрутил пальцем у виска, обозвал их «пассивными некрофилами» они не поняли, да и хер с ними. Ушел.
После этого разговора все встало на свои места. Дождался появления Анисима, переговорил с ним, потом был разговор не менее тяжелый с остальными дьяками. По орали всласть, душеньку отвел, высказал все, услышал не менее лестные пожелания долгой и вечной жизни. Куча взаимных обвинений, и не менее солидная куча «грязного белья». Разошлись. Потратил целый день, собирая свое барахло, жаль, что не мог забрать сделанные мной, пресс и копировальный для прикладов, станок. В счет оплаты за прошедший месяц, забрал ртуть и кое какие материалы, попробовали со мной спорить, да куда там, нашли с кем. У нас все ходы записаны, когда, сколько, на какую сумму, у кого. Даже кто привозил…. А попросили бы по-хорошему я бы им складское дело организовал бы…. Заглянул тут в один амбар, надо было что-то, проклял все. Такого бедлама не встречал в прошлой жизни, нигде, все в одной куче, размазанной тонким слоем по земляному полу. Хорошо хоть крыша крепкая, не протекает. Бочки, бочонки, бочата, глиняные кувшины, свертки кож, доски, брус.
У сопровождающего спросил: - « а как найти, ведь непонятно где что»
Порадовал ответ: - «Открой. Понюхай»
Сплюнул со злости тогда и ушел. Глаза бы мои этого не видали.

Что-то, как-то меня приплющило. Жаль было уходить, очень жаль. Потрачено полгода жизни и как поначалу казалось впустую. Это потом, когда успокоился и по трезвому смог оценить свой труд. Жаль что пропадет втуне. Клиновой затвор, для малокалиберной пушки работал, гильзы не получились, но удалось научиться делать нормальные поддоны, эдакая медная тарелка с бортиком высотой пять сантиметров, закраины, по центру отверстие для артиллерийского капсюля, удлиненной трубки с воспламеняющим составом. Пробовали. Стреляет. Мои ученики могут только догадываться, что и как смешивал, не допускал их до этого. Глядели со стороны, задавая вопросы, так что они теоретики. Как то так получилось, что не видели они полного процесса, только куски….
Пресс, неудачной попытки сделать гильзы. Я бы его в казну передал, на нем можно заготовки для монет штамповать. Сами пусть думают.
Копировальный станок для изготовления прикладов, штампы для изготовления частей замков от кремневых мушкетов. Оснастка для унифицированных болтов и гаек что идет на их сборку. По мелочи для себя, два пистолета, чернильная самописка, взрыватель для ручной гранаты (пять десятков ждут своего часа) более совершенный штамп для чашек капсюлей. Приспособление, а как по-другому назвать, для производства охотничьих патронов. Штук сто разнокалиберных шестерней из дерева, сделанных местными плотниками по моему заказу, но не воплощенных в металл. Куча всякого деревянного барахла для мастерской, стойки, подставки, полки, шкафчики, ручки для напильников, много чего. За всё, почти за все платил из своего кармана»

Вздохнув тяжко, кладу ручку на подставку, изогнутую из медной проволоки. Я тут себе сподобился, целый органайзер соорудил из подручных средств. Неудавшаяся гильза для снаряда, карандашница.
Пресс-папье, красивый камень, подобранный на берегу реки. Чернильница, специально купленный пузырек с притертой крышкой, вставленный в гнездо, вырезанное в куске капа.
Вон, посланца за мной послали, значит, пора ужинать.

Лета ХХХ года, февраля 12 день
- Опускай…. нет стой. При подыми…. Сдвинь на себя…. Обратно и потихонечку…. Стой. Опускай.
Звякнув, с легким скрежетом, изготовленная рама опустилась на чугунный фундамент.
Все вздохнули с облегчением, Никодим утер пот со лба и задал вопрос, которым мучил меня уже второй месяц.- Смогет….
- Сможет и даже ещё останется,- Ответил и нырнул внутрь, с самодельным гаечным ключом, наживлять, а потом и затягивать гайки.

«А я задал себе вопрос, на который пытался найти ответ уже второй год. На хера он вообще нужен, этот мотор, двигатель? Прогресс не стоит на месте, он развивается согласно истории. Что я могу нарушить и, что может случиться, там в будущем?
Эта конструкция была выбрана мной в силу обстоятельств (записал намедни, не хочется дневник листать искать, где это) По своей сути это тупиковая ветвь развития движителей внешнего сгорания, отработав некоторое время, они были забыты и к ним вернулись только в двадцатом веке. В основном это было связанно с зеленой братвой. Борьба за экологию, альтернативные источники топлива и для работы с солнечной энергией он оказался как раз к месту. Да и в технике потребовалось создать эффективный тепловой насос, для достижения значимых отрицательных температур. Были попытки сделать, кажется это американцы, вариант для автомобиля, он не пошел в серию. Шведы на подлодки ставили, ещё где-то у кого-то на флоте работали, в этом плане в голове дырка, размером с голову.
Если рассуждать здраво, мое вмешательство, либо принесет пользу, либо вред.

Для домны, потребно не только горючее но и окислитель, воздух. Возможно появятся более производительные воздуходувки, температура плавления повыситься, увеличиться выход металла. Возможно появление стальных изделий изготовленных не так как сейчас. Обжимкой криц на водяных молотах, работающих не полгода (зимой вода в прудах замерзала), а круглогодичный цикл производства. Сейчас, даже у Строгоновых, крестьяне работают сезонно, надо же ведь и огороды распахивать и хлеб сажать, собирать. Появятся профессиональные рабочие , ещё одно сословие, занятые именно на заводиках и фабричках. Ремесленники, как класс начнут вымирать, гораздо раньше, чем было в реальной истории. Потому что не смогут составить конкуренцию мануфактурам. Англия, бунты ткачей, вышедших на улицы и протестовавших против машин, были жестоко подавлены.
Шахты, угольные станут глубже, и можно будет не бояться затопления и работать при непрерывной подаче свежего воздуха, долгое время, не опасаясь взрыва метана. Этот двигатель подтолкнет чей-то пытливый ум, и мотор внутреннего сгорания появиться гораздо раньше.. Если бы не крепостной строй, молотилки, сепараторы, веялки, сушилки и прочая крестьянская техника смогла бы приводиться в действие с помощью стирлинга. Не прихотливый, с минимумом деталей, с возможностью ремонта даже в сельской кузнице, стал бы хитом сезона. Но в этом секторе экономики ждет, облом, только крупные землевладельцы смогут его себе позволить…. И то если захотят.
Корабль с гребным винтом был бы спущен на воду, раньше, и Фултон не пришел бы к Наполеону с предложением о его постройке. А неистовый Корсиканец, наверно решился бы и сумел переправиться через канал, завяз бы в своей войне с Англией. И тогда не наступил бы тысяча восемьсот двенадцатый год. Лермонтов не напишет свои строки:- «Скажи-ка дядя ведь недаром….»
Может Бонапарт, получит свое Ватерлоо, на землях ненавистных бриттов? Может остров святой Елены распахнет свои объятия гораздо раньше? Или Император будет убит в сражении, как втайне мечтал всю свою жизнь….
Франция не испытает унижения от того что по улицам блистательного Парижа, идут много раз битые ими Австрияки и Русские казаки. Не будет бистро. Жаль.

Меня забьют камнями. Сожгут вместе с моим изобретением. На Руси были прецеденты, когда еретиков жгли на кострах…. Как было сказано: - «Был бы человек, а статья найдется» Просто будет забыто, как изобретение Черепанова, он будет использоваться на местном производстве, пока тихо не сгниет.
С моим уходом ничего не измениться и паровоз истории, будет так же неспешно ползти по разбитым путям, таща за собой вагон с надписью Россия»

- Тьфу, блин…. – Отмахнулся от пыли, назойливо лезущей в рот. Еще немного, последние усилие…. Всё, последняя гайка затянута. На сегодня хватит, умываться, подмываться и жрать. Весь обед, состоял из куска холодной говядины куска хлеба и соленого огурца. Так что, как говаривал наш будущий Ильич: - «Жрать, жрать и ещё раз жрать»

Лета ХХХ года, февраля 18 день
«Во имя отца святаго, ныне присно и вовеки веков. Аминь»
Окружавшие люди, дружно перекрестились и стали расходиться, покидая душную, церковь.
Отошел в стороночку чтоб не мешать, к отцу Серафиму опередив меня, подошли женщины, одна была в траурном одеянии. Её старший сын был убит в середине января, на южном кордоне, с оказией весть пришла, только сейчас. Дождался когда он со всеми переговорит, подошел и поздоровался, - Здрав будь, батюшка, дело есть сурьезное.
- Сказывай.
- Не можно здесь, ушей не нужных вокруг много, боюсь, молва злая пойдет.
- Пойдем,- развернулся чтоб уйти, да я не дал.
- И там непотребно будет, разговор долгий и тяжкий. Можно опосля, к тебе домой придти?
Он на миг задумался, глянул мне за спину, кивнул кому-то,- Приходи.
Я поклонился и ушел, прежде чем покинуть предел, глянул через плечо, перед ним на коленях стояла молоденькая девушка, скорбно склонив голову….

На улице морозно, но не так как месяц назад. Погода меняется, запах не зимний, на весну что ли покатилось? Подошел к нашим, сидящим в санях, ожидая, когда я выйду из церкви, плюхнулся на кучу соломы устилающую дно,- Поехали.
Никодим оглянулся.- Где был?
- Обещал тебе с отцом Серфимом поговорить, чтоб он освятил, нашу механику? Вот исполняю.
- Сговорился? – В его голосе послышалось удивление.
- Пока токмо, что на двор евонный приду, там говорить будем. Убоялся, в церкви, уж больно много народу вокруг крутится.

Наказание которому подвергли Михаила и как думаю, лекция прочитанная медником, нашим воспитанникам, прекратили утечку информации. Истиной цели всех изготовленных на стороне деталей, не знал никто, может я в делах житейских этого времени, чего-то не понимаю, но могу точно сказать, если кто-то, попробует повторить и даже кузнецы ему сделают все детали. Там окажется несколько абсолютно не нужных, не стыкуемых ни с чем элементов, они для другого станка. А заказаны они вместе для того чтоб сбить с толку, при этом выглядят как нужные именно здесь. Если хотите спрятать елку, посадите лес.

Хлопнули вожжи, лошадка передернула шкурой, мотнула головой и нехотя сделала первый шаг. Затем второй, скрипнули полозья, и мы потащились со скоростью улитки. Никодим замахнулся, чтоб ударить по толстой заднице, кнутом. Я придержал,- Погоди.

Наша кобыла, ее, кстати, зовут не замысловато, Ласка. Очень обожает моченые яблоки, даже сынка своего, отгоняет от них. Обнаружил это совершенно случайно, возвращался с ледника, там у нас две кадушки стоят. Она увязалась следом, и в дом пошла бы, да недоуздок не дал. Взял пару штук, иду налево она туда же, направо тоже самое, отдал одно и впервые увидел, как животное может смаковать угощение. Вид у неё был точно как у зомби, дорвавшегося, до свежей крови. Вот и решил сыграть на этом, несколько дней тайком ото всех приходил на конюшню и издевался над бедной коняшкой, приучая к новым командам.

- Щас так побежит…. Ласка, яблочки моченые, Гоша жрет. - Гошей называли её жеребенка.
Как она припустила! Шумахер, удавиться от зависти, на первом же суку. Не ожидал от старой кобылы такой прыти. Никодим не видевший подвоха, свалился на меня, я на ребят….
Они ржут, Никодим матерится, я же пытаюсь выползти из под него и не додавить детишек, а эта дурища, с выпученными глазами летит по самой середке улицы. Народ вопит и разбегается в испуге. Кто-то уже бросился ловить, думая, что лошадь понесла. Ей хватило ума! Вильнуть корпусом и смельчака снесло оглоблей в сугроб. Всё что успел увидеть, как мужик вставал на ноги….
Такое непотребство не могло долго продолжаться, Никодиму удалось ухватиться за вожжи и, откинувшись всем телом назад, остановить этот стремительный забег.
Первое что увидел, после того как сел - это огромный волосатый кулак, упирающийся в нос. Часть слов будет опущена из соображений цензуры, а вторую половину не понял. Но смысл довольно прост.
«Дурак ты Федя и шутки у тебя дурацкие»
- Чуть кобылу не запалил. Вылазь да веди её шагом, чтоб раздышалась. – И далее опять непечатное.
Что ж, пришлось со скорбным видом, слезать с саней и изображая траурную процессию ползти по дороге, выслушивая брюзжание Никодима.
После того как вернулись домой, сходил и принес целое ведро яблок, заслужила, девочка. А с Гошей разучиваем ещё одну феньку, приучаю его сидеть на заднице, сладкоежка сынуля, весь в маму.

Пообедав, забрал кое что для демонстрации, несколько листов бумаги взял, заправил ручку и отправился убеждать святую церковь в непорочности моей машины.
Вернулся глубокой ночью, абсолютно трезвый, с охрипшим горлом, пальцами, перепачканными в чернилах, но довольный, добился главного. Отец Серафим будет у нас через две седмицы, до пасхи осталось три недели где-то, при нем мы соберем и запустим. Только после этого он сможет, как очевидец, испросить разрешения у своего руководства для освящения сей механики.
А у нас, конь не валялся! Твою Мать!!!

Лета ХХХ года, февраля 27день
Сижу на обрубке бревна, смотрю на этого монстра и не верю. Господи, неужели мы сделали это чадовище? Рядом присел Никодим,- Спытаем?
- Завтра.
- Почему?
- Печь обсохнуть должна.
- Спытаем?

Он чего, издевается надо мной? Нет. Даже не улыбается. И чем дольше на него смотрю, тем больше понимаю. Что он до сих пор не верит что Это, будет работать. Он боится, ему страшно. А мне каково? Мы отдали за все, про все, на круг почти сто рублей. Из наличных денег в кошельке осталось двадцать три копейки. За последние дни не продано ни одного самовара…. Что за невезуха?

В принципе не просохла кирпичная кладка, выложенная вокруг чугунной топки.
«Да хрен с ним, сам до завтра сожру себя ожиданием»
- Давай.
- Чего делать надо?
- Просто разжечь огонь.
- И всё?
- Я тебе уже не один раз говорил, как и почему, она будет работать.
Он кивнул. – Сейчас угольев принесу, а ты растопку приготовь. – И с этими словами вышел в мастерскую.
Тюк. Щелк. Раскалывается полешко на две равные половинки.
Тюк. Щелк. Растет горка щепок.
Тюк.
И меня начинает колбасить. Как в тот раз, когда взрывал первую бомбочку, сделанную ещё из серы ободранной со спичек, замотанную в кучу изоленты. От волнения никак не мог зажечь запал, из пяти спичечных головок, а когда он загорелся. Стоял и смотрел зачарованно, как они вспыхивают одна за другой, подбираясь к затравке. В последний момент очнулся и откинул от себя подальше, глушануло здорово, да лохмотьями побило. Вот тогда…. И пришло…. Понимание….

Рядом остановился кто-то, забрал растопку, а я продолжаю сидеть и тупо пялиться на расколотое полешко. Мне просто страшно. Пока все строилось, гнал подленькие мысли прочь, а тут они вырвались на волю и навалились всей толпой….

«Не заработает! Ха – ха – ха.
- Да куда ему. Он только и смог, что у маменьки часы со стола спереть, да разобрать, раскидав шестеренки по полу….
- Да рукосуй ещё тот, взялся бабушке, помогать, чуть старушку не угробил….
- Он ничего не умеет, только ломать может….
- Сломать, сжечь, уничтожить, вот его удел….
- Пакостник, тебе поверили, а ты на прожект деньги потратил….
- Из-за тебя люди по миру пойдут, просить - за ради Христа….
- С евонной починки, куча запчастей остается….»

Меня потрясли за плечо, о чем-то спросили, я ответил. Отошли, оставили в покое. Потом в руку всучили кружку, машинально поднес ко рту и сделал глоток.
- Твою Мать! Никодим, ты что, отравить хочешь? Сколько раз просил, не наливай мне своей сивухи, с неё кони дохнут и мухи.
Он улыбнулся, отвел взгляд и сказал кому-то у меня за спиной,- Гляди-ка, помогло.
Оборачиваюсь, Силантий, стоит и улыбается, а в единственной лапе держит кувшинчик, между прочим. И как понимаю, он же его и приволок.
- Силантий! Я тебя тоже люблю, хрен ты у меня теперь своей смертью помрешь….
- Лается, эт хорошо. Забирай его Никодиша, ожил сердешный. – И приложился к посудине, сделав довольно внушительный глоток. Глубоко вздохнул через нос и медленно выдохнул, в уголке правого глаза, сверкнула маленькая слезинка.- Никодим, ну ты зараза…. Кхе…. Кхе…. Ей токмо татар травить…. – Просипел стрелец, поставил кувшин на пол, и смахнул слезу,- Крепка, однако….
Я протянул руку и со словами. – За неимением любовницы, можно трахнуть и горничную,- Причастился к огненной воде. Дальнейшие слова опустим. Материться вы и без меня можете.
Нет друзья, мастерство все таки не пропьешь. Никодим также сделал глоток, вернул посуду на законное место, выдохнул, - Слабаки…. – Даже не поморщился. Гад.
- Федор, а долго греть-то?
- А хрен его знает. – Встал на ноги, подошел и осторожно потрогал «горячий цилиндр», он уже был ощутимо горячим. – Думаю надо ещё подождать.- И поднял вверх пока ещё целый палец.

Это было мудрое решение, в духе «отца народов», когда закончился первый кувшин и Силантий отправился за добавкой, мы с Никодимом сидели рядышком, спиной к агрегату и вели довольно мирную беседу. О чем могут разговаривать мужики? Все от тех же насущных вещах, волнующих их в любом столетии. О лошадях, оружии и бабах. Это позже первое заменят согласно вкусу, на машины или футбол, а вот две последние темы, неизменны….
Увлеченные разговором, не обратили внимания на посторонний шум, и только когда он стал, достаточно громким. Замолчали и, посмотрели сначала друг на друга, а потом обернулись на агрегат.
В этот момент, шкив, насаженный на вал, дрогнул…. Качнулся…. Замер…. шевельнулся и медленно, медленно, словно нехотя сделал оборот….
Я замер, сжав кулаки, так что ногти впились в ладони. Замер и не дышу, боюсь, сейчас остановиться….
Время замедлило свой бег, отчетливо вижу неспешное вращение вала, каждую царапинку и вмятину.
Никодим толкает в бок, хлопает по плечу и с радостным возгласом срывается с места. Наваждение пропадает, и отчетливо слышу неповторимое бормотание двигателя выходящего на обороты.
И на меня навалилась усталость, что сейчас мог, это просто сидеть и тупо улыбаться.
Мотор проработал минуть десять, полено давно прогорело, топка остыла, и он медленно остановился. А я расхохотался, от изумительного зрелища - детской обиды на лицах Никодима и Силантия.
На них явственно читалось: - «Это все?»
- Ну что, идем ужинать?

Лета ХХХ года, март 1день
Три дня до прихода священника, пролетели как один. Двигатель работает, на следующий день его раскочегарили и он крутился без перерыва почти сутки. Потом была частичная разборка, проверка узлов с втулками. Есть в смазке небольшие следы бронзовой пыли, думаю рано говорить, что это плохо, просто детали притирались. Все промыто, отмыто, разложено и ждет своего часа.
Дождалось, отец Серафим пришел не один, с парой служек (по ухваткам и поведению, битые волки, как и он, бывшие стрельцы) его встретили в праздничных одеждах, специально вытащенных из дальних углов. Умытые и отмытые. Один я как вахлак, правда, одежка чистенькая и даже кое-где заштопанная умелыми руками наших кормилиц. Ну да бог с ней, мне как главному, предстоит собирать агрегат, смазывать и при этом не забывать давать пояснения. Та ещё работенка.
Проводили гостей в мастерскую, ради такого дела, банда «добровольных» помощников, вычистила все углы, промела все полы и даже побелили горн (зачем?) Кое-как разместились в прирубе, батюшка стал с одной стороны, Никодим с другой, а я с Климом посередке. Должен же мне кто-то ключи подавать….
Шоу началось….

Тыльной стороной ладони, чтоб не испачкаться, смахнул пот, стекающий на глаза. Ещё немного, самую малость, в глотке пересохло, последние слова, сказанные мной, пришлось повторять дважды.

«Да, не догадался устроитель запастись бутылочкой холодненькой минералки….»

- А теперь мы разожжем огонь в печи, вы её осмотрели? – Это уже вопрос одному из сопровождающих. Он кивнул, хмуро улыбнувшись.
- Клим,- Повернулся к парню, - неси свечу
Сорвавшись с места, подросток проскочил в дверь и через некоторое время вернулся, осторожно неся в руке зажженную свечу, прикрывая ладонью от сквозняков. Его пропустили и он остановился перед топкой.
- Отец Серафим, этот огонь частица пламени горящего в лампаде, дозволь от него разжечь дрова, сложенные в печи.
- Да, сын мой.
Клим опустился на одно колено и осторожно поставил свечку во внутрь, зажег кусок бересты и положил к куче нарубленных щепок растопки. Через минуту в трубе весело загудела тяга. Были добавлены более крупные поленья и ….
И осталось немного подождать, минут десять. Приблизительно через такое время, третьего дня двигатель запустился сам.
Я скрестил все пальцы, на руках и ногах, если было бы можно, скрестил и уши, да жаль маловаты.
Все стояли и ждали затаив дыхание. И точно в назначенный срок, шкив дернулся, разогретый воздух пробежал по трубке и толкнул малый, в холодном цилиндре, поршень, посылая его обратно, такт завершился, маховик набрал инерцию и мотор сделал первый оборот.

Постояли, посмотрели….
«Думаю, что эти служки…. Нет, они служки и самые что ни наесть настоящие, я лично в этом не сомневаюсь, только рангом повыше. И из другой епархии….
Уж этих двоих, точно, никогда у нас в церкви за прошедшее время ни разу не видел, и дай бог, более не увижу. Уж больно у них рожи разбойные….»
Как крутится маховик, разбрызгивая масло, черпаемое из поддона. Ближе боялись подходить, может того что их окатит черной вонючей смесью? И ушли.
Как только последний церковник исчез за дверью, я махнул рукой,- Глуши.
Ребята открыли топку, и быстро орудуя кочергой, вытащили все угли в подставленное ведро, открыли на полную все заслонки, максимально охлаждая горячую зону, минут через пять, двигатель остановился.
- Так, хорошие мои, всем умываться и в дом, праздник продолжается. А я задержусь ненадолго, Никодиму скажите – что скоро буду.
Ребята ушли, а я…. Я приведу свой агрегат в рабочее состояние. Вытащить поддон с дерьмом, быстро протереть испачканные части, навесить ограждение. Дело пяти минут, иначе к завтрашнему дню, засохнет, хрен ототрешь.
Да здравствует моя паранойя, самая параноистая паранойя в мире. Если уж пускать туман и пыль в глаза, так по полной. Систему жидкой смазки исключил сразу, с утра поставлю на место, пресс-масленки и все будет нормально.
Тем кто пожелает повторить мой двигатель…. Удачи и благополучия….
Погасил светильники, закрыл дверь на замок. Облокотился на неё спиной….
« Ну что, Федор! Последний бой он трудный самый….
Остался самый маленький пустяк, не умереть от обжорства и не упиться до смерти.
Вперед»
С такими напутственными мыслями двинулся к выходу.
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 21.08.2011, 21:07 | Сообщение # 225
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline

Переселение народов.
Лета ХХХ года, март 9день
«Теплый ветер, пробрался сквозь заросли чертополоха, сдувая на своем пути с листьев, мелкие пылинки.
Подхваченные стремительным движением, они веселою гурьбой бросились вдогонку. А одна не успела, сухая травинка, вставшая перед ней, не позволила улететь вослед за подружками, танцующими искрящийся в лучах солнца, хоровод. Она тихо опустилась на краешек паутинки, соскользнула на листок, прокатилась кубарем до края, замерла на мгновение…. Качнулась…. И, сорвавшись, рухнула в черную бездну темной норы, вырытой между корнями.
Обитатель, мирно спавший в прохладной тиши, свернулся клубочком, прикрыв хвостиком нос. Серая шкурка, подернулась, приоткрылся глаз, зверек приподнял голову принюхиваясь. Острая мордочка на мгновение замерла, потом скривилась и мышка чихнула. В ответ, в животе заурчало и очень захотелось есть.
А совсем рядом, чуть-чуть пробежаться, растут целые заросли с вкуснейшими семенами. Отведав их, серая полночи трудилась, обустраивая жилище, сухими листьями и травинками, застелила дно логова. В отнорке, отрытом рядом, предстояло складывать припас, который позволит сытно прожить холодные зимние месяцы.
Встав на лапки мышка потянулась, зевнула и шустро побежала к выходы. Перед ним остановилась, нос зашевелился, вынюхивая опасность, а ушки встопорщились вслушиваясь. Там не было ничего и никого, из тех, кто мог угрожать маленькой полевке. Она решилась. Стремительной тенью выскочила из убежища, свернула направо и затаилась у подножия огромного по сравнению с ней, валуна. Выждала немного и, убедившись, что путь безопасен, побежала дальше.
Маленькая кнопка носа унюхала ароматный запах, и свернув за большую ветку с облезлой корой, наполовину вросшую в землю, увидела заросли, в которых так много вкусной еды.
Подбежав ближе, мышь привстала на задние лапки, огляделась, и начала карабкаться вверх по желтому стеблю. Осталось совсем немного, перекусить полую соломинку и колос полный налитых зерен упадет вниз. Она уже примерилась и только открыла ….

Совсем рядом, застрекотало, заухало, нечто страшное, большое….
Заржали испуганные лошади, мышка их не боялась и если случалось что рядом паслись, спокойно бегала между ними. Правда, оглядываясь по сторонам, а то могут и придавить, копытные, ненароком.
Набежавший порыв ветра, ласковой рукой коснулся золотистых колосьев, и по безбрежному полю прокатилась волна. Соломинку с сидящим на ней зверьком, слегка развернуло и ….

Вытянув шеи с развевающимися на скаку гривами, мимо неслись испуганные скакуны, а за ними мчалось нечто, чего она(мышка) за свою жизнь не видела ни разу.
Огромное и без образное. С торчавшими в разные стороны головами, первая была красная, пыхтящая клубами сизого дыма, а вторая блестела золотом на солнце. С одной (почему-то) круглой рукой, она бешено вращалась, размахивая веревкой. Ввысь к синему небу, взметнулась петля и расширяясь в полете, накрыла табун, поймав сразу двадцать лошадей. Аркан натянулся, с громким ржанием, напрягая сильные ноги и подкидывая вверх комья черной земли, кони потащили своего врага прочь….

Мышка быстро перекусила соломинку, спустилась вниз и потащила колос в свою нору. В кладовой аккуратно распотрошила добычу, сложив зернышки кучкой, оставшеюся шелуху собрала и вынесла наружу, выбросила. Села рядом, устало смахнула маленькой лапкой пот с мордочки и произнесла, глядя на развороченное, перепаханное поле,- Ну это всё нахер, валить отсюда надо»

- Господи, ну приснится же такое.- Сел на кровати опустив ноги на пол, обхватил голову руками и замер. Всю прошедшую неделю, думал, как измерить мощность мотора. Сегодня получил яркий, красочный ответ.
С силой потер лицо и, глядя в пустой угол, сказал сам себе,- Ну и член с ним.
Хлопнул по коленям, встал и шлепая по доскам, босыми ступнями, подошел к окошку и сдвинул в бок занавеску. Дом стоит, куры во главе с «суповым набором» что-то выкапывают из земли, барбос сидит у своей будки, заинтересованно наблюдая за вороной, подкрадывающейся к плошке с остатками еды.
Стая воробьев, жизнерадостно чирикая, облепила куст сирени, растущий рядом с калиткой.
Склонившись в сторону, увидел открытые ворота конюшни, остатки некогда большого стога сена, почти закончившегося этой зимой. Над крышей промелькнула пара голубей, стремящихся куда-то по своим делам. Отпустив завесу, повернулся к ней спиной, закинул руки и всласть потянулся, громко зевнув. Как же хорошо дома…. После недельного пребывания на «выселках»

«С первыми проталинами, Никодим, переключил свою деятельность, на строительство сараев в деревне Глухово. Я долго пытался выяснить у стариков почему, добился невразумительного ответа,- «мол первый кто сюда пришел, наверно глух, был» Хреновое имечко и не скаламбурить – «как дела? Глухо»
Да и не поймут.
Надо идти завтракать, потом в лавку, оттуда к Антипу…. Нарисовался родимый вчера, пропал так пропал, за всеми хлопотами, честно говоря, было не до него, но сейчас встал вопрос и очень остро о литейщике.
Разорвать Данилу пополам, как-то не удалось, отбился бугай. Никодиму кузнец нужен, а мне шестерни отливать надо, из деревяшек собрал два редуктора, простеньких. Один для токарного станочка, другой прокатника. На первых порах будут бронзовые, а там бог даст, и стальные сварганим.
Так вот. Антип объявился с опозданием на седмицу. Поставил передо мной две фигурки, глиняную и бронзовую. Осмотрел по очереди обе, есть мелкие изъяны, но фактура передана полностью. По весу тянуло на пару фунтов, плюс половина за работу…. Двадцать четыре и двенадцать…. Итого, тридцать шесть копеек.
Озвучил получившуюся сумму, сказать, что он не обрадовался, значит не сказать ничего, судя по всему, парнишка вложил не только душу, в статуэтку. И потому как он заискивающе смотрел на меня….

«Б…. как это достало, Никодим! Подлый трус! Укатил в Глухово-кукухово. А мне тут разбираться!»

рассчитывал получить постоянную работу.

«Брать? Не брать? Монетку подкинуть что ли? Орел за, решка против»

- Антип, а веришь ли ты в господа нашего? В провидение божественное?- У него глаза от такого начала стали как две плошки и рот приоткрылся.
«Блин…. Да на хера мне этот дешевый спектакль?»
Он кивнул, и с недоумением в тоне ответил,- Да, - и перекрестился.
Я достал из кармана кошель, развязал, достал из него монету, протянул,- Подбрось так, чтоб перевернулась несколько раз.
Все так же, ничего не понимая, взял алтын, положил на большой палец и щелчком подкинул вверх. Кругляшек, звякнув, взлетел как бабочка под потолок, стукнулся о балку. Отскочил вниз, ударился о стол, прокатился по нему и упал на пол. Я медленно нагнулся и…. И с трудом удержал рвущийся из груди самый черный мат.
Монета стояла на ребре, застряв щели между половыми досками.
«Никодим!!!!! Убью заразу….»

«Мысли черные, но не со зла, по уму кто я? Разумник, изобретатель по местному, наемный рабочий в мастерской Никодима, не нужно другим знать, да не обязательно, что почти совладелец. Но Хозяин он, и ему принимать на работу. Он меня за малолеток до сих пор пилит. Хрен ему по толстой морде, а не полный рабочий день. Должно же быть у детей детство. По этой теме через раз цепляемся, а того понять не может, что я уже хоть сейчас могу поручить Климу лавку, есть в нем хватка. Эдакая педантичность, его тетради и записи, которые он ведет под моим присмотром, отличаются редкой аккуратностью, в отличие от других. Мы с ним уже месяц изучаем основы складского дела и транспортную логистику, из того, моего прошлого опыта. Вот здесь я втройне сдержан на язык, и стараюсь очень тщательно подбирать слова или если не удается, как будто придумываю новое. С моей подачи и молчаливого поощрения, он расставил, рассортировал и разложил по полочкам все вещи в задней комнате лавки. Никодим поначалу ворчал, а потом как-то признался в разговоре, что с этим парнем ему: - «Покойней, он ведает где, что, ложено»
А когда застал, его сидящим за столом, высунув от усердия язык, старался красивым подчерком надписать, склеенные им самим, карточки. Сделал всего одно замечание: - «Шапку подписываешь, а ниже разлинуй на колонки, дата приход, дата расход, кто брал, кто отдал. Подпись» Он хотел все в одну строку писать. Выслушав, зачем так надо делать, согласно кивнул, отложил недописанное, пододвинул к себе готовые и стал переделывать. Вот так, киндер со слов освоил азы карточного учета»

Вытащил предательскую монету из щели, подкинул, поймал, положил на кисть левой руки, прикрыв, правой ладонью.- Орел или решка?
- Орел.- Ответив, Антип глянул на меня, ожидая пояснений.
Медленно снимаю руку и …. Алтын лежит гербом вверх. Что ж мужик судьба у тебя такая, работать на контору Никодима.
- Поведай мне, тати к тебе не приходили боле?
- Нет,- он улыбнулся,- В первую ночь, у нас на подворье два стрельца просидели, в баньке. Тихо все было. Потом они днем ушли, а к ночи ближе другие пришли и так целых две седмицы. Робята все молодые, крепкие, а потом , ужо к воскресенью ближе, я ночью шум услышал. А мне наказано было, во двор, как стемнеет ни ногой.
- Это кто тебе молвил? Старый такой, со шрамом в половину морды и без руки?
- Он самый. Страхолюд. Такого вечерой повстречаешь, сам кошель отдашь….

«надо будет Силантию рассказать, как его обласкали»
- Дальше сказывай.
- Так. До самого утрева глаз не сомкнул. А по утряни мне стрельцы в дверь стучат, зовут меня.
Вышел, они молвили: - «что все служба у них закончилась, уходят они, могу теперь спать покойно»
Обрадовался, хотел робятишек пивом угостить, да они отказались от угощения, ждали их сани за воротами. Проводил, слегу накинул, в дом вернулся, холодновато было в опорках да полушубке на исподнее наброшенном. Олена моя печку растапливает….
- Она ещё не родила?
- рано ищщо, чуток опосля, бабка говаривала, что через пару седмиц срок придет дитю родиться.
- Сказывай, чего дальше было,- немного грубовато, перебил его, доставая кошелек. Под пристальным взглядом достал оттуда одиннадцать алтын, добавил его счастливую денежку и сдвинул эту горку в его сторону.
Он пробормотал.- Благодарствую,- и продолжил рассказ, оставив монеты лежать на столе.
- Обрадовал её тем сто мне стрельцы поведали, с колодца воды принес, она на стол кашу поставила, снедали с ней. Она потом легла, уж больно живот большой, спина болит, таскать такое брюхо.
Я в баню пошел, дров подбросить, да и твой урок исполнять надо. С вечера снег шел, думаю, под утро кончился, лопату взял, от сараюшки, от дверей откинул, у баньки натоптано, там не стал. Хотел ужо унутрь зайтить а токмо след мне показался неведомым, будто мешок из-за угла тащили, глянул, да в сугроб и сел. Два пятна красных, снежком припорошены….Тут мне и понятны слова стрельцов стали.
Федор, спасибо тебе, за избавление от татей,- И это чудо отвешивает поклон.
- Ещё раз поклонишься, по сопатке получишь, понял?
Он кивнул удивленный, таким отпором. Я что боярин что мне каждый кланялся?
- Забирай деньги, заработал, и завтра приходишь сюда с утра. Как на заутреню прозвонят, чтоб стоял перед воротами как стрелец на посту. Работать будем, её у нас, ой, как много.
- Значиться ….
- А то и значиться, Никодим приедет, за оплату поговорим, ступай.
Антип сгреб со стола монеты, хотел было…. Даже дернулся. Но встретив мой взгляд, просто кивнул и вышел.
А сел на лавку, пододвинул ближе собаку, принялся рассматривать. Были у меня на этот счет свои мысли. Купцы иностранные жили все на кукуе, своей слободой, общались в большинстве своем только с нужными купцами. Отлитые из бронзы фигурки, товар не для местного рынка, изначально задумывал с дальним прицелом. Вот за эту статуэтку я хотел получить не меньше пяти рублей. Своего часа ждала композиция, на которую англичане, да и другие, наверняка клюнут. За несколько моих приходов, мы с Милославой, сотворили сеттера, стоящего в стойке, а позади него охотника со вскинутым ружьем. Эту картинку видел не раз, она стала каноном в охотничьем деле, эдакой визитной карточкой.
Она лепила, я портил, она делала, я ломал, но совместное творчество получилось что надо. Даже отцу её понравилось. Всё по замыслу должно было быть отлито по частям и спаяно. Вот это и было тайное оружие за интерес к нашей продукции.
Знакомые ремесленники, у которых случалось порой заказывать нужные вещи, обещали свести с кем надо, разумеется, не бесплатно…. И вот теперь у меня есть с чем идти на первую встречу.
Кровь из носа мне нужен выход на европейский рынок, на нем меня интересует всего одна единственная вещь. Картофель. Картошечка, картофан, пюрешечка на молочке сдобренная сливочным маслицем, сверху присыпать жареным лучком, щепоткой укропчика. Рядом на тарелочке, нарезанный кружочками соленый огурчик, пара долек чеснока маринованного со свеклой и запотевшая стопочка, накрытая сверху кусочком ароматного бородинского, хлеба. И здоровенный кусок прожаренного мяса» Пока Петра дождешься с голоду сдохнешь….

Отложил ручку в сторонку, сглотнул эту самую, голодную слюну, надо идти завтракать, а то уже скоро Антип, на свой первый рабочий день придет.

Лета ХХХ года, март 12день
Как же бухтел Никодим! Поимел меня во всех позах, подустал чуток, отдохнул, перевернул, расшевелил и трахнул в особо извращенной форме и только после этого допустил к разговору с новичком.
Он приехал через два дня, после того как Антип стал работать на нас и привез мужичка, - литейщика.
Возрастом он постарше моего протеже будет, но помоложе меня. Вроде, по суждению Никодима, мастер справный, семейный, наш местный с Москвы родом будет.
А мне его морда не по нраву пришлась, поговорил с ним, он подробно, не запинаясь, рассказал о технических операциях, уверенно так. А вот при вопросах о семье и предыдущих местах работы…. Начались непонятки, слова говорит правильные, а моторика лица сообщает о другом. При наводящих вопросах, припотел слегка, по вискам заструилось. Отвернулся к нему в пол оборота, чтоб краем глаза видеть, да и сказал:- «Ступай к Никодиму, мне молвить больше нечего» Он украдкой перевел дыхание и вытер руки о ляжки, как будто они были мокрыми.
Отпустил, а сам пошел искать Антипа, он молодой, но мастер потомственный и мне надо, чтоб он проследил за новеньким. Как работает, инструмент берет. Пользуется им как уверенно или нет, да и вообще присмотреться надо.
Никодима нашел во дворе, около саней, разговаривал с Евдокимом, так зовут мужика. Отступил назад за угол, и стал дожидаться окончания их беседы. Она не затянулась новичок распрощался и ушел. Я же двинулся к своей жертве, с целью отомстить, за половые извращения.
- Никодим, давай поговорим.
- Тебе надо ты и разговаривай,- Проворчал, а сам продолжал отвязывать оглобли от хомута.
- Чего решил с Евдокимом?
- С утрева к нам приходит, а ентот, домой поедет.
- Поведай как ты с Евдокимом столковался, может, присоветовал кто, али сам подошел?
- А те, зачем ведать надобно? – Он наконец закончил отвязывать оглобли. Потянул за хомут, снимая его с лошади.
- Да потому что подсыл это.
- Это кто ж тебе наговорил такого, уж не Антипка ли?
- Он и не видел его вовсе, почто на человека наговариваешь?
- А ты что клевету молвишь?
- Я тебе сейчас обскажу, а ты подумай. Кто таков Антип? Мужик Курский, приехал во град Московский никого не знает и не ведает, нет у него тут ворогов, и друзей нету. Нет, вороги были, да померли…. Учти это, с нашей помощью.
При этих словах Никодим бросил в мою сторону, быстрый взгляд и отвернулся, занимаясь лошадиной упряжью.
- Никто не ведает, куда он пойдет, где работу подыщет. Его все отпихивают, потому что не свой, не местный. А он и действительно для нас никто и звать его ни как. И это самое дорогое в нем.
С этими словами шагнул к Никодиму поближе и спросил шепотом, - Сколько хочет получать Евдоким?
Он смерил меня взглядом, вздохнул и недовольно ответил,- Сто рублев в год.
Я улыбнулся,- А Антип, чтоб ты знал…. Ты же меня облаял, и даже не спросил, на сколько Я, с ним договорился, а он тебя ждет.
- Ну….
- Тридцать восемь и поверь мне, парень рад до усрачки, он и за тридцатку согласился бы. Но не это самое главное, мы в новую слободу поедем, так вот дом тот, в котом его поселим, за ним будет, пока на нас работает, на подворье его только жена да…. Ну и тот кто родиться, все остальное наше.
А ты хочешь взять к нам местного, в три раза дороже и врущего напропалую. В случае обиды какой, он просто сбежит, а его испрашивать про нас будут. Вот он и продаст, тебя и меня, как Иуда Христа продал, за тридцать сребреников. Антип наш рабочий и главное в этом слове, Раб.
Ты не ответил, откуда, и как ты с Евдокимом повстречался.
- Федя, тебе токмо в разбойном приказе, служить, тебя тати боятся, будут.- Закинув хомут на плечо, ткнул пальцем в лошадь,- веди на конюшню. Там договорим, неча на весь двор лаяться.

«Внутри, если зайти на конюшню, справой сторонки денник, небольшая клетушка, три на три метра, двери нет вместо неё две доски перегораживают вход, пол застлан соломой, а в коридоре стоит ларь с овсом. Чуть дальше, стойло с коровой. Хомут и прочая упряжь вешается, на вбитые в щели деревянные колышки. До середины сделан настил, на высоте чуть выше человека (чуть… да тебе подпрыгнуть надо, чтоб рукой достать) сенник. Спал тут пару раз, если вы не брезгливый, потому что запах сена перекрывается ароматом навоза и конских каштанов, можете и положить голову на попону, свернутую в рулон. Хорошо у свиней свой домик, для пяти маленьких поросят, сейчас он пустует, его обитатели переселились осенью в кладовку в виде окороков и колбас. Но скоро появятся новые жильцы….»

Никодим бросил хомут на ящик с овсом, дождался, пока заведу Ласку и закрою проем досками.
Повернулся к нему,- Сказывай.
- Да сказывать нечего,- Он как-то сгорбился, присел на краешек, и я не удивился бы, если бы он достал бы трубку и начал её набивать табаком. Что-то его тревожило и очень сильно.
- Ведомо мне, кто таков Евдоким , и даже от кого.- Встал, прошел к воротам и выглянул во двор, осмотрелся, вернулся на место. Сел, вскочил и чуть ли не забегал по конюшне, выкрикивая несвязанные слова.
- Тварь, говнюк обоссанный …. Не печатное…. чтоб тебя…. Непечатное …. Меня, змееныш попрекать вздумал…. А сам то….
- Никодим хорош скакать, толком расскажи.
И он поведал.
«Дела давно минувших лет преданье старины глубокой. Как я уже упоминал, хозяин наш, в молодости пушкарским делом баловался. Довелось ему в походы сходить и на порубежье пожить. Всяко было и радость побед, и горечь поражений. В одном из сражений, полк, которому был приписан Никодим, был разгромлен. Пока строевые стрельцы отбивали натиск, постепенно отступая к обозу. Ему было приказано вывезти пушки. Три ствола погрузили на одну телегу, и на вторую два. На первую он сел сам, а на вторую дед Евдокима. Нахлестывая лошадей, они поскакали к ближайшему лесу. Ушли бы спокойно, да с два десятка ляхов, сквозь клубы дыма, висящие над полем боя, разглядев, бросились в погоню.
Никодим говорил, что молился только об одном, успеть. Успеть до леса, а там…. Им ещё повезло в том что пошли они вокруг луговины, а она после дождя топкой стала, конники на шаг перешли, а они в лес въехали. Колеса натужно скрипели, лошадь роняла желто белую пену и начала хрипеть, спотыкаясь. Поняв, что от погони не уйти, становил свою телегу, соскочил с нею, подбежал к деду и отправил дальше. Но и у того мерин сдал, бока его раздувались как кузнечный мех. А потом он просто взял и упал.
Бросился обратно, суматошно шаря в поясной сумке разыскивая трут и огниво. Нашел и как блаженный, трясущимися руками, начал высекать огонь. Пот заливал лицо, крупные капли падали на руки и землю.
К чести сказать, дед Евдокима повел себя как настоящий воин. Он не стал паниковать и не бросился в бегство, а достал саблю и встал рядом. Наконец удалось запалить трут. Никодим с помощью стрельца завел свою лошадь назад, поставив рядом со второй телегой. Место на котором они остановились было почти на середине небольшой полянки. Засыпав пороху из бочонка на затравку своей средней пушки, Никодим вдруг успокоился, снял шапку, вытер мокрое лицо, отбросил. Выпрастал из-за ворота крест поцеловал его, перекрестился. С тропы послышался громкий топот ….
Дождавшись, когда почти с десяток поляков выйдет из леса, приложил трут к пальнику…. Там, на поле он зарядил свою пушку картечью…. Но ствол был снят с лафета и уложен телегу, сотник хотел любой ценой спасти орудия от позора.
Дед, увидев, что задумал Никодим, яростно шуровал возле одной из пушечек с его телеги, забивая заряд.
Раздался оглушительный грохот, ствол отдачей отлетел назад, убив на месте, кобылу, Никодиму вспышкой обожгло кисть и швырнуло на землю, чудом не переломав кости. Он подскочил к разбитой телеге, втащил из обломков алебарду и стал вглядываться в клубы дыма. Оттуда раздавались крики боли и ярости, громкая ругань, конское ржание. Пелена раздвинулась, из неё показалась лошадиная голова. И тут дед, подхватив валявшийся на земле трут, воткнул в запал, пушчонка, зло тявкнула, коня снесло вместе с всадником.
Стоны неслись с той стороны, а они стояли, напряженно всматриваясь в пороховую плену, непроницаемым пологом накрывшую маленькую поляну. Шли минуты, никто не выходил к ним и не нападал. И тогда дед, матерясь вполголоса, пошел туда, Никодим следом. В этот момент завеса приподнялась и они увидели последствия своих двух выстрелов.
Кровавое месиво из людей и коней, билась на земле кобылка с выпущенными кишками. Другая лошадь рвалась, пытаясь вытащить убитого всадника за намотанные на руку постромки. Выживших людей не было. Трудно было определить чей выстрел стал роковым для почти двух десятков поляков. Со слов Никодима, как он описал лежавшую в телеге пушку, можно предположить что выстрел произошел на уровни конской груди с низу вверх с метров с двадцати, если учесть что конус разлета был еще небольшим то под залп из трехсот картечин попал практически весь отряд сразу. Выстрел деда поставил точку, добив кого-то из уцелевших.
А перед победителями, стала проблема, мерин пал, телега Никодима разбита отдачей, а кобыла убита.
Переглянувшись, бросились к уцелевшей польской лошадке, она попыталась скалить зубы и кусаться, но была огрета кулаком по морде, схвачена за ухо, его закрутили и потянули вниз, она ещё дико вращала глазами, но уже покорно пошла за своими захватчиками.
Откуда взялись силы у двух людей, не понятно, но им удалось по обломкам Никодимовой телеги закатить во вторую все пушки и даже ту, что отлетела назад. Разрывая коняшке в кровь губы, и разбивая ей бока, они потащили непосильный для неё груз в глубину леса. На все что её хватило это с великим трудом, протащиться три версты, да маленькой речушки, практически ручья, перегородившего им дорогу. Быстро осмотрели брод и поняли что здесь им не пройти с таким грузом.
И тогда они приняли решение. Скинули большую пушку и две маленькие на землю, подкатили в обрыву, сбросили на берег ручья и подкопав, обрушили сверху на них целую прорву песка. Из леса приволокли сушняка и накидали сверху, добавили сухой травы и подожгли. Скрывая таким образом, следы своей работы. О оставшимся грузом они спокойно добрались до расположения наших войск и вот тут-то и выяснилось. Что из всего полка в живых осталось только двое. Остальных, кого порубили, обозленные сопротивлением ляхи, кого в полон увели. Но судя по количеству найденных на поле боя тел, таких практически не было.
И вот тогда. Этих двух кренделей, посетил дух жадности и наживы, пушка в триста килограмм веса и две пушченки на сотню. Они не сказали никому что спрятали эти орудия. Они решили оставить их там до лучших времен, надеялись остаться в живых и поделить честно пополам. А там было что делить, пушки то, медные….»

Волею судеб они прошли ту войну без особых ран и увечий. Если не считать того что Никодим после неё, с застуженной спиной слег надолго. Отбитая в молодости, дала о себе знать в зрелые годы.
Жить на что-то надо было, и тут в слободе он встретил своего напарника по тому бою. Слово за слово, разговорились, вспомнили былое и начали осторожно прощупывать друг друга. Сговорились и на два месяца уехали из Москвы. Вроде как по делам, так, во всяком случае, говорили всем, кому надо было знать и кому не надо, тоже.
За два месяца каторжного труда им удалось сначала вывести вглубь леса, устроить лагерь, и потихоньку, не дай бог, кто услышит, звон, порубить стволы.
Дед, взял себе, медь с двух маленьких пушек. Наверно посчитал, что Никодимова предусмотрительность, спасла им жизнь и поэтому его доля должна быть больше.
В прошлом году, зимой он представился, на смертном одре открыл своему внуку тайну, откуда на его род свалилось богатство. Внучок этот, Евдоким, посчитал себя обделенным и решил стребовать с Никодима или деньгами или медью али другим товаром то, от чего отказался его дедушка.

Закончив рассказ, Никодим смотрел на меня, а я на него. Потом не выдержал и расхохотался
- Всё Феденька, кончились у меня гроши, ежели ничего не продадим, по миру пойдем,- Передразнил его. Напомнив, как пришел к нему недавно просить рубль.
Он зло сплюнул,- Федька. Я тебе как на духу поведал, а ты чего?
- пустое это все, Силантий нужон, этого Евдокима в оборот брать надобно. Ежели не сговориться с нами, к ногтю. Как говорил один …. ( замялся подыскивая слово) …. Один грек. Нет человека, нет проблем. Задавить его тишком, токмо обставить, так что сам утоп на рыбалке, знаешь, вышел мужичок на бережок да поскользнулся, да на камушек головушкой, да упал, сполз вводу да захлебнулся болезный. И такое …. Бывает.
Повернулся к Никодиму. Тот смотрит на меня не с испугом, но с какой-то опаской что ли, настороженно, так…. Молча. Потом сказал.- Страшный ты человек, Федор.
- За своих,- я ощерился,- глотку перегрызу. Всякая нелюдь…. – начал заводиться. Выплевывая слова сквозь зубы. – Я. Этих. Блядей. Рвать. буду…. они у меня землю жрать будут….
Заткнулся. Через нос сделал глубокий вдох и медленно выдохнул ртом. В жилах кипела кровь, надо было успокоиться, с недавних пор заметил за собой одну не хорошую как считаю черту. Смотреть на врагов, через перекрестье прицела….
И очень её боюсь.
- Никодим пойдем напьемся. Евдокима возьму на себя. Честное слово. Я его убивать не буду, он сам не захочет у нас работать. Давай его отправим на выселки….
- Куда!?
- это я так нашу деревушку прозвал. Там у нас Силантий заправляет. Так вот ему обскажем что этот человек подсыл и надо его как зайца затравить. Калечить не надо, но чтоб сам сбежал, оттуда.
- А ежели не сбежит?
- А куда он денется если его заставят говно из выгребных ям черпать.
- так он литец….
- Во-первых, он работник. А хозяину, куда лучше видно, что надобно делать. Твой покойный друг по чести с тобой разошелся. А этому крысенышу, захотелось урвать кус, от чужого пирога, да только удом по морде получит. Хрен ему.- Скрутив из пальцев фигу, сунул её под нос Никодиму. Он отбил её, усмехнулся,- Пойдем, вражий сын. Пива выпь
ем.
Ну, хоть вечер получился нормальный, и даже Марфа не шипела….
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 21.08.2011, 21:08 | Сообщение # 226
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Лета ХХХ года, март 15 день
- Антип, что у тебя с моими зубчатыми колесами?
- Никогда так не делали….
- Ты говорить будешь или делать? Сначала сделай, а потом хоть бошку о стенку разбей. Доказывая мне что так, не делают. Их надо отливать именно так и никак иначе. - Спорить вздумал, на хрена мне цельно бронзовая шестерня нужна? У неё посадочное место слабое, а у составной, середина железная, а обод бронзовый.
- не получиться.
- Получиться! Пойми, голова садовая, эта часть.- Я приподнял вставку, показывая ему,- Сделана один только раз. Сломаются зубцы, мы срубаем старую, и ставим новую. Все дела займут полдня.
- Так и целиком сделать можно….
- Можно. Но не нужно. Посмотри и посоветуй, как закрепить это колесо так, чтоб оно не болталось и через год. Сможешь?
Он задумался, и отрицательно покачал головой,- Нет, не ведаю. Не смогу.
- Если делать цельную, бронза мягкая, ежели клином крепить, разболтается быстро и отвалиться….
- так и отсюда выскочит так же….

«Поскорей бы соорудить простенький токарный станок, поставить на него сбоку зажим для крепления планшайбы и сам смогу, нарезать простенькие, прямые шестерни из блинов заготовок. Только фрезу толковую сделать»

- Иди отсюда, к завтрему у меня должно быть четыре колеса. – Волевым решением прервал нарождающийся спор. На самом деле, дел было выше крыши.
Нормальный парень, немного занудный, въедливый, дотошный, но в отличии от Данилы, если что-то идет не так, подойдет и спросит. Вот и сейчас приперся, руки в формовочной земле, фартук заляпан глиной, делает первую нашу шестеренку.

Мне надо идти к кожевникам, они по моему заказу, должны сшить клиновой ремень приводной. Хорошо, что по осени, шкур накупил по дешевке, а то содрать с меня как за несколько пар сапог хотели.
Мотор, даже в таком виде, значительно облегчил работу, мой, самодельный ремешок проработал всего ничего, часа два, а потом порвался, но и этого хватило, чтоб наглядно показать всем обитателям мастерской прелести механической обработки. Суконо-комвольный станок исправно натирал до блеска все приложенные к нему заготовки и делалось это все очень быстро и безо всяких усилий с моей стороны. Никодим захотел, чтоб я ему приладил и вальцы, но отговорился, там усилие надо, а не скорость. Да мне и самому не терпелось попробовать. Мы чуть ли не всем наличным составом крутили вручную, когда нужна была листовая медь.
Немного страшновато, иметь под боком пыхтящий движок, вот поэтому и нужен, нормальный привод. Отверстие в стене уже готово, с той стороны установлена рама, на ней двух пудовый маховичек, ограждение, рычаг с натяжным роликом, эдакий фрикцион.

Лета ХХХ года, март 19 день
- Антип! Если сейчас откроешь варежку, настучу по клюву.
- А…
- Рот и нос. Понял? – Забываюсь в выборе слов, иногда. Особенно когда злится начинаю, этот черт оказался прав и от этого зол вдвойне. Хотя заготовка была и разогрета, спайки не произошло, стальная втулка болталась как…. Цветок в проруби. И видеть его довольную физиономию, говорящую: -«Я был прав» свыше моих сил. Надо что-то срочно придумать, верней вспомнить из опыта, той жизни.
Как назло ничего путного на ум не приходило, а я клятвенно обещал, Никодиму через седмицу начать катать медные пластины.
- Черт с тобой, ты прав. Доволен? А теперь иди и сделай мне, наконец, эти,- С трудом удержался от мата,- Шестеренки.
Антип ушел, а я сел к столу, принялся рассматривать неудачу. И чем больше на неё смотрел, тем больше она не нравилась, особенно черно-жирные маслянистые полосы, пятна скорей. Что-то в этом месте сгорело при разогреве, не дало бронзе и стали спаяться, какая-то грязь.
Простучал по столу пальцами короткую дробь, схватил вставку и пошел в кузницу, смотреть и устраивать разборки.

Лета ХХХ года, март 26 день
Подставил ладонь под полосу меди на выходе с валков, придержал, и когда вышла вся целиком, взял в руки.
Теплая, тонкая пластина, немного демонстративно из нагрудного кармана достал самодельный штангель с моими миллиметрами, замерил, на глаз около одного с копейками. Тонковато. Надо регулировочные пластины, подбирать, эти малы. Но и это хлеб, вчера вообще целый день конус был. У валков обработке грубая, километр сюда, три туда. Вставок нет, болты от вибрации слабнут и откручиваются, потом шпильку сорвал. Сбил костяшки на пальцах, с Антипом забодали друг друга, нагнувшись одновременно. Весело было….
Попробовал согнуть пополам, есть трещина, да не одна, весь сгиб покрылся небольшими, белесыми разводами. Надо ставить печь для отжига, наклеп получается при прокатке. А ты чего хотел?

Редуктор работал как часы, исправно передовая нагрузку. Неделю назад, когда не получилась комбинированная шестерня, пошел на разборки, прижал своего литейщика к ногтю, и он раскололся.
Деталь круглая, разогретая, форма стоит на верстаке. Он берет клещами вставку и начинает переносить из горна. Внизу справа, стояла бадейка с конопляным маслом и это чудо, поворачивается, нога запнулась за что-то, он теряет равновесие и роняет точнехенько туда. Большой пшик, дым, вонь.
Он не придумал ничего лучше как достать, не сказав никому ни слова и не спросив, сует обратно в горн и греет заново. Естественно, во второй раз она была, как негр с плантации.
Заряжает, заливает и с победным видом принес каку мне, на показать.
Пообещал оторвать все, что болтается ниже колен, для начала. Общими усилиями, ободрали, отодрали, потом пришла мысль, высверлить с боков отверстия. Облом, сталь закалилась, от души обматерил Антипа и засунув несчастную заготовку в горн, заставил его качать изо всех сил, потом бородком набил по кругу вмятин, немного подогрели, уложили в форму и залили бронзой.
Какие же были у него глаза…. Как две большие суповые тарелки, после того как все подстыло и появилась возможность оценить наше совместное творчество. Торжественно, как рыцарю вручают меч и шпоры, всучил Антипу напильник и зубило, проводив к тискам, попросил не отломать ничего лишнего. Пока он пилил, рубил, стучал, стоял над душой, читая лекцию о вреде дурной головы, которая рукам покоя не дает. Мужик проникся, и показал высший пилотаж, идеально отлил оставшиеся шестерни за два дня.
Я бы тоже трудился изо всех сил, если бы с меня удержали пять алтын за брак, именно во столько оценил свой труд.

Лета ХХХ года, март 30 день
- Здрав будь, Никодим, не ждал тебя сегодня,- поприветствовал слезающего с телеги товарища.
- И тебе не хворать. Ворота прикрой, не запирай, опять поеду, надо успеть в кузнечную слободу, скобы енти что ты показывал, забрать.
- А Данила чего, сделать не может?
- Могет, токмо мало, да и уклад кончился….

«Два дня назад смотался в «гадюкино» смотрел, чего они там наворотили. Нормально, мне понравилось, бригада, артель по нынешнему, вкалывает не за страх, а за хорошие деньги. Никодим по моему совету
(моя зеленая подруга, мелкий червяк по сравнению с его жабой) обещал каждому по три гривенных сверху.
Старшого отвел в стороночку и честно предупредил, что ежели к сроку не управятся, и половины не получат, но если все честь по чести будет, рубль серебром лишка получит. При первых словах, плюгавый мужичок с реденькой бородкой, расстегнутой до пупа косоворотке, вроде как на бычился, опосля подобрел.

Потом с ним сцепился. Я, умная маша, приволок с собой рисунок подвесных балок, их устройство и узлов крепления. Успел вовремя. Они только-только закончили возводить коробку будущего цеха, как раз последний венец закатили к моему приезду. Обошел новостройку, полюбовался искусно вырубленным замком в «лапу» на углах и огорошил всех известием что надо добавить ещё пять, шесть рядов, но лучше семь. В мастерской высота потолка была примерно метр восемьдесят, а что вы хотите от бывшего сарая. Да, мое упущение, с Никодимом обсудили только количество построек. Подумалось, что он учтет все мои прошлые жалобы на низкий потолок. Вот и подорвался как укушенный, ломанувшись в Глухово, когда до меня дошло, что, они там строят. Сейчас, у них, было примерно два метра, настелют пол и что останется? А нужно метра три с половиной, не меньше. Иначе не один пресс не влезет, и как привод от мотора проводить прикажете? Ниже трех нельзя, иначе кто ни будь точно, по башке получит.
Пошли считать готовые ошкуренные бревна, как раз впритык, чтоб доделать стены цеха, а всего оставшегося леса должно было хватить ещё на два таких сарая. Мало. Никодим жмот, купил в самый притык. Да я тоже хорош, что мотор собирался, меня никоим образом не оправдывает. Надо было оговаривать все вплоть до последнего гвоздя.

- Сломается!
- Не сломается.
- Так никогда не делали, сломается. Здесь бревно класть надо, а не эту соплю,- Артельщик пнул ногой доску. - И крыша худая будет, зимой снегом проломит.
- Позови пару своих и пусть гвоздей захватят.- Сказал старшому, а сам карандашом, стал размечать.
Когда они подошли, попросил, именно так, раскроить по разметке. Вот где увидел работу профессионалов, топором обрубили по линиям ровненько. Я так смог бы только электропилой. На земле уложили детали, сшили между собой, забив по паре гвоздей. Судя по кривой ухмылке, на лице старшого, ничего нового он пока что не видел.
Добавили пару укосин сходящихся к центру.
Взгляд стал задумчивым.
- Подымай и держи. Не, погодь пока, вон пару чурбаков подкати, и на них ставим. Подняли.- Дружно поставили, сказав помощникам держать, предложил бригадиру встать на неё.
Осторожно поставив одну ногу, обутую в лапоть, на середку, ухватился за раскосину и приподнялся. Прислушался, словно ожидая услышать треск ломаемого дерева. Ничего не произошло, он поставил вторую ногу, повернул голову и посмотрел на меня, я подошел и встал рядом с ним.
- Сломается, говоришь?- С ехидством в голосе спросил у него.
Склоченная на живую нитку в шесть гвоздей, конструкция держала наш общий вес. Я даже попрыгал на ней.
Прекрасно понимал этого строителя….

«Дом, изба, сарай рубились из бревна, последние два по своей сути были одно и то же, все различие было в печке, да во внутреннем устройстве, неподвижная мебель - лавки, полати, разнообразные поставцы и подвижная - стол, скамья, столец, кресла, различные укладки, коробья, сундуки, кубелы.
Внутренняя планировка жилищ была подчинена достаточно строгим, хотя и неписаным законам. Большая часть “мебели” составляла часть конструкции избы и была неподвижной. Вдоль всех стен, не занятых печью, тянулись широкие лавки, тесаные из самых крупных деревьев. Такие лавки можно было видеть в старинных избах еще не так давно, и предназначены они были не столько для сиденья, сколько для сна. Около печи была судная, или посудная лавка, где полновластной хозяйкой была старшая женщина в доме. По диагонали, в противоположном от печи углу помещали иконы, и сам угол звался
святым, красным, кутным.
Одним из обязательных элементов интерьера были полати, специальный помост, на котором спали. Зимой под полатями часто держали телят, ягнят. Место для сна старшей супружеской пары в избе
(но не стариков, место которых было на печке) специально отводилось в одном из углов дома. Это место считалось почетным.
Над лавками, вдоль всех стен устраивали полки-“полавочники”, на которых хранили предметы домашнего обихода, В стену вбивались специальные деревянные колышки для одежды.
Хотя большинство крестьянских изб состояло всего из одной комнаты, не деленной перегородками, негласная традиция предписывала соблюдение определенных правил размещения для членов крестьянской избы. Та часть избы, где находилась судная лавка, всегда считалась женской половиной, и заходить
туда мужчинам без особой надобности считалось неприличным, а посторонним - тем более.
Крестьянский этикет предписывал гостью, вошедшему в избу, оставаться в половине избы у дверей. Самовольное, без приглашения вторжение в “красну половину”, где ставился стол, считалось крайне неприличным и могло быть воспринято как оскорбление.
К жилой избе обязательно пристраивались сени, хотя в крестьянском обиходе они были более известны под именем “мост”. По-видимому, первоначально это было действительно небольшое пространство перед входом, вымощенное деревянными лагами и прикрытое небольшим навесом (“сенью”). Роль сеней был разнообразной. Это и защитный тамбур перед входом, и дополнительное жилое помещение летом, и хозяйственное помещение, где держали часть запасов продовольствия.
Избы были черные, курные, без труб; дым выходил в маленькое волоковое окно. Все постройки в буквальном смысле слова рубились топором от начала до конца строительства, хотя в городах, были известны и применялись продольные и поперечные пилы. Но приверженность традициям приведет к тому что на протяжении веков будет сохраняться один и тот же тип строений.
Срубив первый венец, на нем возводили второй, на втором третий и т.д., пока сруб, не достигал заранее определенной высоты. Конструктивные основные типы рубленых крестьянских
жилых строений - “крестовик”, “пятистенок”, дом с прирубом.
Крыша у домов была деревянная, тесовая, гонтовая или из драни, иногда, в безлесных местах, - соломенная. Стропильная техника сооружения кровли, как и другие виды конструкции крыш, хотя и были известны русским мастерам, но в крестьянских избах не употреблялись. Срубы просто
“сводились” как основания для кровли. Для этого после определенной высоты бревна стен начинали постепенно и пропорционально укорачивать. Сводя их под вершину кровли. Если укорачивали бревна всех четырех стен, получалась кровля “костром”, т.е. четырехскатная, если с двух сторон двухскатная, с одной стороны – односкатная»

Что он не городской мастер, мог и не видеть эту конструкцию в живую, ведь все что он умел делать, это избы да сараи и глядя какой сруб возвел, дело свое знал.
Он слез, смущенно почесал затылок,- Так енто, у нас доски столько нету, мы могем конечно напилить, токмо….
- Из хлыстов делайте (тонкая не строевая древесина до десяти сантиметров в диаметре), а вдогонку к гвоздям, чтоб крепче было, забивайте скобы.
И пояснил, нарисовав на земле, П – образную рамку с заершенными концами.
Он постоял, посмотрел, - Дорого будет, енто скока жалеза надо….
- Зато крепко и не развалиться через год.
С тем и расстались. Походил по стройплощадке, зашел к Даниле на кузницу, пояснил, что ему теперь придется делать. Как всегда он, молча, кивнул и с головой погрузился в свое огнедышащее царство. Можно не проверять, все будет сделано с точностью до миллиметра, даже количество и расположение бороздок будет соответствовать заявленному. Показ, обошелся в алтын. Блин надо свою лесопилку строить, раз уж надумал фабричку ставить, значит, придется тарных цех делать, поставить лущильный станок и пилораму, гнать доски и фанеру, для себя, не на продажу, хотя можно подумать и продаже готовых комплектов, мотор, стойка, пилы…. »

- Перекушу, да поеду, надо успеть в кузнечную слободу заскочить.- И повернувшись, собрался идти к дому.
- Не ходи. Не надо. Марфа с Машкой все сундуки распотрошили, там все одежей завалено, барахло перетряхивают….
- От ты чтоб…. – Никодим выругавшись, остановился, сдвинул шапку на затылок,- Когда она….
Знаешь что? Ежели спросит, скажешь,- был, уехал. Почему не зашел? Ответишь,- Не ведаю.- И погрозил кулаком.

Я его прекрасно понимал, иногда, примерно раз в полгода, она затевала, что-либо грандиозное. В прошлую осень заставила меня с Никодимом белить печку. Мы честь по чести, исполнили указ домашнего генерала. После чего был устроен смотр с построением личного состава, обнаруженные недостатки в сильно преувеличенном виде были предоставлены гарнизону.
Вот объясните мне, зачем красить там, куда никто, даже пьяный сантехник не полезет. Узенький простенок, в десять сантиметров, к тому же закрыт доской с лежавшей на ней всякой ерундой. Сняла, заглянула и устроила скандал. Не спорю, их иногда послушать и в театр ходить не надо, только не в этот раз. И даже на статиста не тянул, это ведь я посоветовал Никодиму не лезть туда. Так что свою порцию люлей и я получил. Ужин у нас в тот вечер был просто шикарный, кусок сухого хлеба, соленый огурец, один на двоих и кувшин с холодной водой.
На наше невнятное мычание последовал простой ответ, - Не заработали.

Утром, приканчивая в одиночестве завтрак, случайно подслушал разговор Марфы с Машкой.
Та поучала, что и как, какие одежки для чего и куда нужны, попутно рассказывая истории тех или иных вещей. Многое из того что услышал, заставило пересмотреть некоторые взгляды на, казалось бы, обыденные вещи.

«К примеру, взять наши с вами ателье, для нас естественно носить платье или джинсы, шитые в Китае. А здесь все по-другому и косые взгляды с поджатыми губами Марфы, нашли свое место. Я её кровно обидел, когда пошел к мастерице шьющей мне исподнее, тем самым, выставил свою хозяйку полной неумехой не умеющей держать в руках иглу и плохое хозяйство. И стал ясень град упреков после похода с ребятней. Она рассматривала нас как членов семьи, а я …. Придется срочно делать что-то для реабилитации меня любимого….
Или тот же обычай носить на поясе хоть шнурок какой. Сперва было непривычно, с далекой армейской поры прошла куча лет, и забыл толком, как пояс носить. А тут народ опояски да кушаки таскают как награду какую, да ещё друг пред дружкой хвастаются. Так что тоже таскаю такую штуку, модифицированную, кожаный ремень, обшит тканью, со стороны кажется что кушак, ан нет, ремушок с застежкой»

- Седня, нам с тобой надобно будет одежки с сундука достать. Перетряхнуть, проверить, не завелась ли моль, развесить, чтоб отдохло. А тож ляжит все под шкуркой мыши водяной, хоть и бабка моя сказывала, что от затхлости помогает, но все-таки почаще переворачивать надо. Берешь ласково, бережно, словно дитя малое, на лавку кладешь да пока разворачиваешь, смотришь, нет ли где крупинок таких, черненьких, как будто кто песок мелкий просыпал. Ежели узришь, меня кликни, то моль окаянная. Клади в стороночку, кипятком шпарить надо будет. Опосля покажу сколько щелоку в бадейку лить чтоб вещички не спалить, ведь ежели перельешь одежка ветхой станет.
- Баба Марфа, а это что?
- Кафтан.
- А почему же у него такой воротник маленький, почитай совсем нету.
- Это для того чтоб, мужики наши как детишки малые, женки уменье свое в вышивку вкладывают, обнизь зипуна и ожерелье у рубахи (воротник) ниткой красной (красивой) узором расшивая, а они как петухи, друг перед дружкой хвастаются. Оденет добрый молодец зипун исподний, на него поверху рубаху, опояску подвяжет узелком слабым и вот ентот кафтан накинет. Любо на такого посмотреть, а ежели улыбнется весело, да на тебя, девица красавица, глянет задорно…. – Марфа замолчала, видимо вспоминая что-то свое. Машка девчонка без комплексов, что и подтвердила.
- Это ты про деда Никодима молвишь?
- Кыш, мелкота пузатая, от горшка два вершка, а туда же…. Положи рубаху, порты бери,- Судя по голосу бабка улыбалась.
- А дядьки Федора длинней будут, у него вообще, вся одежка чудная такая….
- И сам что учудил….
- А что бабушка?
- А то «внученька» - От язвенности прозвучавшей можно было прикурить,- Кто догадался на девку мужицкое исподнее одевать?
- То я сама так захотела!
- Цыть, верещалка, ща порты-то спущу да веником по голой заднице, пока мужиков дома нету.
Наступила пауза, послышался приглушенный шепот, затем услышал за спиной шелест занавески и приглушенное,- ой. Опять невнятный говорок и опосля громогласный выход тяжелой артиллерии.
- Федька! Ирод окоянный, пожрал, ступай, его там парни заждались, а он тут уши развесил, бабьи сплетни слушая. Что ты на меня как филин очами лупаешь, иди отсель, не доводи до греха.

Лета ХХХ года, Апрель 4 день

- Шипит.- Димка отлип от бочки,- Кажется вот здесь. – Ткнул пальцем.
- Сходи в баню, там ещё должно остаться мыльного корня, в ведерко плесни чуток, водой разбавишь, и тащи сюда. Внутрь зальем и заново накачаем, где пенка пойдет там и воздух уходит.
Подросток сорвался с места, скрывшись за дверью.
А я сидел на табурете и смотрел на первый в этом мире ресивер, грубо сделанный из деревянной бочки, окованной железными лентами, но, тем не менее, воздушный резервуар способный выдержать давление.
Димкина работа, верней не его, ему принадлежит идея, исполнение общее.
Неделю назад, посадил его паять подставки, ничего сложного, за маленьким пустячком, слишком быстро заканчивается воздух в кожаном мешке. Подставку с корпусом самовара спаять хватает, а потом надо дергать за рычаг насоса, при этом сняв груз. После обеда, разговорились, он пожаловался, что это очень неудобно, а я возьми да ляпни, что если бурдюк засунуть, куда ни - будь, в бочку, например, можно закачать очень и очень много и тогда хватит надолго.
Ещё на горелку жаловался, дескать,- тяжелая и неудобная. В обще-то Никодим её под себя делал, меня она тоже не устраивает.
Предложил Дмитрию подумать, через два дня он подошел и, остановившись рядом, стоял, переминаясь с ноги на ногу. Я же полировал бочину очередного самовара и сделал вид, что не замечаю. Наконец он все-таки решился и заговорил.
Отключив привод, остановил станок, повернулся и стал слушать, сбивающегося и запинающегося отрока.
Дима предложил взять деревянную сорока литровую бочку, оббить дополнительными обручами и усилить донышки. Но самое главное, в моем рассказе было всего пара слов о том, что высокое давление может разорвать её на части и он самостоятельно предложил предохранительный клапан, обозвал его оберегом, - мол, сберегает от поломки. Машинально исправил, - «Солдатик»
Они уже знали, что я так называю воинов, стрельцов и не удивился этому.
Витая пружина была ему незнакома, и он соорудил прототип с рычажной системой и грузиками.
Да…. Он сумел удивить меня.
Я взял медную проволоку, намотал на оправку, снял и показал, что она пружинит. На куске кожи, угольком нарисовал цилиндр, схематично изобразил пружину, клапан в виде шарика и резьбу.
- Понял?
Он всмотрелся в рисунок, перевел взгляд на свою конструкцию, лицо его скривилось,- У тебя лучше….
- Да брось, то, что предложил ты, имеет одно преимущество, его можно регулировать на разное давление, мой, нет.

И вот проводим испытание, бочку купили старую рассохшуюся, и пришлось почти сутки замачивать чтоб довести до кондиции. Я упорно молчу о своем предложении вставить мешок вовнутрь, пусть сам доходит. До того чтоб накачать максимальное давление не идет и речи, с ручным насосом это маловероятно, даже невозможно. Димка правда уже предложил, поставить рычаг и чтоб он дергал, вместо него. Фигушки.
Лень двигатель прогресса, когда человек устал бегать за дичью, он приручил собаку, сделал лук и женился.
Надоест качать вручную, будем изобретать компрессор, а пока и так сойдет.
Во. Приволок ведро. Снимаем клапан, заливаем «жидкое моющее средство» средневековья, унутрь, разбалтываем по стенкам, и мой помощник начинает дергать рычаг, поднимая давление.
Зашипела родимая, за пузырилась, поперла изо всех щелей пена. Димка, оставил насос, встал рядом, поднес руку к затылку и замер, в молчании разглядывая наш шедевр. Я тоже молчу и жду. Жду когда, наконец, до него дойдет, что решение лежит перед ним на столе, старый кожаный бурдюк, верой и правдой прослуживший туеву хучу времени. У него даже шкура начала протираться там, где он двигался внутри опорной рамки.
«Господи, да, разуй ты глаза, чадо»
Чадо услышало глас, отняло руку, от многострадального затылка и перст указующий уткнулся в стол.
- надо его засунуть.
- Кого, куда?
- мешок, из него ведь воздух не выходит….
- Выходит, это просто не так заметно. Мы не клали его в воду и не проверяли, и если ты именно его запихнешь в бочку, толку от этого не будет
- Это почему?
- Что с ним происходит, когда ты его накачиваешь?
- Он раздувается и становится круглым.
- Вот, - Я поднял палец кверху, - А бочка внутри больше чем этот шар, он просто лопнет внутри.
Димка наморщил лоб, задумавшись. Потом улыбнулся,- Надо размером с неё, новый пошить.
- Слава богу, возьми с полки пирожок, с мясом не бери, а с рисом мне оставь. Думал, не догадаешься.
Он недоуменно посмотрел на меня, перевел взгляд на стол, на меня, на бочку, снова на меня и на его лице нарисовалась обида,- Ты ведал?
- Да.
- А….
- Это знаю Я. Но мне важно, чтоб ты сам додумался и измыслил.
- но зачем?
- Меня не будет рядом с тобой и что? Сидеть ждать, когда придет добрый дядя Федор, и все само заработает? Хренушки, учись думать. Шорнику поручим сшить кожаную бочку, двойным швом, в него заложим смолы, она после накачки, заткнет все маленькие отверстия и в первый раз накачивать надо будет горячим воздухом. Вот так, мой юный Кулибин. А сейчас, отложим все в сторонку, нам ещё сегодняшний урок доделать надобно.

«Любое обучение строиться по принципу – учитель показал, ученик исполнил. Но иногда нужно обучаемого ставить в такие условия, чтоб он сам доходил до нужного решения, это « Утиный тест» бросить в пруд, смотреть с бережка как он барахтается, и кусать губы думая,- выплывет, или утонет….»
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 28.08.2011, 21:41 | Сообщение # 227
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Лета ХХХ года, Апрель 6 день

- Федор, завтра со мной поедешь. – Никодим отломил кусок хлеба, забросил в рот и стал жевать.
- Куда?
- Да что ж ты кудахчешь, дороги не будет.

Никодим живущий последний месяц на телеге, странствуя между Глухово и домом, стал раздражительным. Устал мужик, чай не мальчик мотаться каждый день черте куда. Можно подумать мы здесь не устали, из взрослых здесь трое, я Сидор и Антип. Чтоб закрыть дыру в штате, пришлось пацанам увеличить рабочий день, клятвенно обещая, что летом у них будет отдых.
Антип новичок, да и супруга у него родила, девочку. Ножки как водиться обмыли, а у новоявленного папаши прибавилось хлопот, здесь десять часов отбарабань, ноги в руки и домой, жене помогать по хозяйству. Так что ему ещё требуемую форму ещё набирать и набирать.
Сидор с его полутора ногами, справно может трудиться только на сидячей работе. За последний месяц мы сделали на два самовара меньше, чем хотелось, но есть плюс, это на пять больше чем раньше. И три из них, сделаны за счет уменьшения толщины стенок, разговаривал с Никодимом и предложил ещё немного сбросить цену.
Он согласился, даже кивнул пару раз на мои умствования по поводу торговли с оборота. А когда сели считать расходы, я уже и сам отказался от этой идеи.
Почти все уходило, оставался самый минимум на расходники, проклятая стройка. Уже и не рад был, что все это затеял.

- А все-таки?
- В холопий приказ идти надо. Кто мне тут байки сказывал? Я туточки Архипку Шадровитого на улочке повстречал, сговорились сего дня, холопов переписать надо. Ты мне там нужон будешь.
- И он согласился?- удивился я.
- А зачем ему такая прорва нарду? Ты, верно сказывал, её же кормить надо да на землю сажать. А земельки лишней нету.
- Помню наш разговор и твой ответ, и даже не упомню, сколько их там.
- Сорок душ будет, мужиков и баб, детишек почти три десятка, ну и старики со старухами.
- Погодь, ты меня совсем запутал. Сколько всех вместе?
- Сорок мужиков и баб….
- Я это уже слышал.
- Ну, а я что тебе молвлю? Экий ты непонятливый.
Я потряс головой, пытаясь уложить хитрую арифметику по – компактней,- Остальные что…. Довеском идут что ли?
- Про то и молвлю. Они мне задолжали, за зиму ничего не собрали, а Архипка в счет долга отдает.
- А…. – потер пальцы в известном жесте денег.
- Пустое, самую малость, возьмет.
- А я те на кой там сдался?- Потянулся к кувшину с взваром. Налил в кружку и отпил глоток.
- Архипка Шадровитый просил, хочет с тобой знакомство завести.
Я чуть не подавился от такой новости.
- И ты конечно согласился? – Улыбнулся самой ядовитой из своих улыбок.
- Ты морды не строй, ведомо, об чем просишь меня завсегда. Да токмо он очень просил.
- И что ему из под меня надо? Это хоть он тебе поведал али нет?
- Из под тебя только говна взять можно. Федька, я не шуткую и не ведаю. Заместо того чтоб меня изводить, сходи за пивом, от этого пойла, ещё больше пить хочется. – Никодим ткнул пальцем в кувшин и скривил лицо.
- Скажешь, пойду.
- Федька, вот те крест,- Он перекрестился,- ну не ведаю, об чем тебя просить хочет.
- А ежели не пойду?
- Тьфу, на тебя короста, я с ним как с человеком, а он…. – Никодим аж сплюнул от огорчения и хлопнул руками по столу.
- Уломал. Пойду…. За пивом. – Встал из-за стола и вышел.

Лета ХХХ года, Апрель 7 день
- Так вот ты каков, мастер, Федор блаженный, розмысел оружейный.- Подошедший мужик, совсем не подходил своему прозвищу.- Рябой. Сидя оценить рост трудновато, но мужик…. Могутный, крепкий такой, думаю мне ровесник, только в плечах пошире меня будет в два раза, да кулачок с моё небритое лицо.
Сам-то он гладко выбрит, только усы, как у запорожских казаков, свисают. Волосы стрижены «под горшок» темно русого цвета с прожилками серебристой седины на висках. И голос под стать фигуре, басовитый.
- И тебе не хворать Архип….- Сделал паузу и вопросительно посмотрел на собеседника.
Он усмехнулся,- Верно, про тебя люди бают…. отца моего, Семеном звали.
- Семенович,- Закончил фразу и указал рукой на лавку перед собой,- Присаживайся.
Он усмехнулся,- Благодарствую,- деревянное сиденье жалобно скрипнуло под его весом.
- Сказывай Архип Семенович, зачем тебе понадобился.
Улыбнувшись, чему-то своему, поправил висевшую с правого бока, саблю, в простых потертых кожаных ножнах. Снял шапку, положил на лавку рядом собой, пригладил растрепанные волосы. Поднял вверх руку, подзывая целовальника. Когда тот подошел, спросил вина кувшин.
- Выпей со мной мастер Федор…. Я тут поспрошал людишек о тебе. – Улыбка стала, стала такая искренняя…. Что захотелось прикинуться ветошкой и заползти в темный уголок. А в глазках, ледок плещется, так мясник на барана смотрит….
Молчу, жду продолжения. Он разлил вино по кружкам, отставил кувшин, взял свою посудину в руки, приподнял, как бы приветствуя,- Здрав будь. – И отпил глоток. Поставил, ладонью смахнул капли с усов.
Отпил и я, мерзость несусветная, кислятина. С трудом проглотил и скривился.
- Не по нраву тебе мое угощение?- Спросил Архип.
- Не по нраву. Сказывай что надо. – Свистнул сквозь зубы, когда кабатчик повернул голову в мою сторону, кивком подозвал к столу. Когда он подошел, велел принести вина доброго, а не это пойло.
- Вот значит как? Брезгуешь со мной….
- Архип, - Сознательно опустил отчество,- я не Твой холоп и не челядин.
При этих словах он как-то подобрался, правая рука оставила кружку и поползла к краю стола, левая сжалась в кулак, взгляд потемнел.
- И даже не думай, у тебя будет только одна попытка, позади тебя сидят видаки, стоит тебе только попробовать и они покажут, что тебя застрелил, живот свой спасая. – Я тихо хренел и никак не мог понять причину столь бурного наезда. Может все дело в «белой косточке» дворянин мать его за ногу?
-Охолонись. Ты меня за чем звал? Убить? Изголятся? Али дело пытаешь? Ежели не услышу ответа на свой спрос, уйду. – И начал считать, - Раз….
Он сидел пожирая меня глазами.
- Два….
Правая рука остановилась на самом краю и сжалась в кулак, а в глазах появилось недоумение.
- Три…. – Произнес и начал медленно вставать, держась за рукоять пистолета.
Из Шадровитого как-то разом выпустили воздух, он обмяк, плечи опустились, кулаки разжались, даже сгорбился чуток и опустил взгляд.
- Сядь, Федор,- Голос прозвучал настолько глухо и тихо, что если бы не ждал, мог и не услышать.
Сел обратно. Как раз подошел кабатчик, взял кружку выплеснул вино на пол, усыпанный соломой, поставил обратно,- Наливай. Ежели дерьмо окажется, пойдем с тобой в новую четверть…. Любят там вашего брата, кнутом от воровства лечить.
- Да ….
Не дал ему продолжить, хотелось сорвать на ком ни будь, зло. Обратился к народу, - Мужики слово скажете, что целовальник вор и вино портит? Небось куриным пометом его балует, али на табаке настаивает.
На удивление помимо моих трех стрельцов, сидящих в разных углах темного и низкого помещения, отозвалось ещё человек десять выпивох бывших в разной степени на дегустированности….
Обратился к жертве. – Пасть закрой,- заметив что он собрался выступить,- Так как вино нормальное или пробовать не стоит? – Кивнул на кувшин, который он держал в руке.
Архип с некоторым интересом наблюдал за наездом. Глотнул из своей кружки, скорчил рожу, сплюнул на пол и….
Поддержал меня и хриплым голосом произнес,- Думаю и я видаком пойду, таким пойлом токмо хлопов поить.
- Звиняйте панове, в потёмках кувшины спутал, счаз зараз другий…. – И с этими словами кабатчик испарился.
Наступила пауза. Мы молча сидели друг перед другом изредка натыкаясь взглядами. Ему первому надоела эта игра в молчанку,- Федор, ты…. Это …. Прости, не по злому умыслу на тебя лается начал.
Люди…. Про тебя разное сказывали…. – Слова выпадали из него медленно и тягуче как уваренный мед.
Все это он произносил, не отрывая взгляда от крышки стола, словно искал там что-то.
- Пустое,- Ответил и небрежно махнул ладонью. – Поведай Архип Семенович, какая нужда заставила тебя, слухи и домыслы да наветы с доносами собирать?
- Люди бают, что ты…. – Он бросил быстрый взгляд в мою сторону.
- Да крещеный, хочешь, крест покажу, на исповедь кажное воскресенье хожу, детей грамоте и цифири учу. Знания мои от господа нашего, а не от лукавого, в том слово отца моего духовного Серафима.
Слухи дошли, что умер сын твой, не знал я его, но по людской молве выходит, что справный воин был.
Как звали его?
У стола нарисовалась пропажа и принесла новый кувшин, осторожно поставила и собралась исчезнуть.
-Погодь, испробую…. – налил в свою кружку, отпил глоток. Черт возьми, совсем другое дело,- Пошел прочь.
Сдвинул посудину в сторону своего собеседника,- испробуй, это не те помои, что по первости были.
Он вылил остатки из кружки, нацедил нового вина, глотнул. И по лицу пробежала гамма чувств, от злости до желания пришибить, отдельного взятого целовальника.
Испросил заново,- Как сына звали?
- Иван.
Приподнял свою кружку, - Пусть земля будет пухом, Ивану, доброму воину.- И выпил до дна.
Помолчали, думая каждый о своем.
А потом повторил свой вопрос,- Так зачем тебе понадобился?
- Довелось мне со стрельцами словом перемолвится у коих пищаль тобой переделанная, бают что дюже добрая работа. В любое ненастье из неё палить можно, да так часто, что ствол руки жечь начинает.
Да вот только пистоны к оружью этому, только у тебя купить можно. – Сказал и замолк. Протянул руку к кружке, повозил её по нескобленым доскам столешницы, размазывая лужицу вина. Поднял на меня взгляд.- Да токмо это не все, сказывали ещё, что ты пистоль добрую сработал, меньше обычной, но дюже справную.- Ухмыльнулся,- Четверых татей на дороге, уложил.
И пояснил свою осведомленность,- Мой староста из той деревеньки, в тот же день весточку передал.
Надобно чтоб ты сработал и для меня, оружье такое.
- Зачем? Оно токмо на десять шагов прицельно бьет, а дальше как бог, на душу положит. Это пулей, а картечью и того меньше. – Ничего тайного не выдавал, если уж он прознал про пистолеты, то наверняка вызнал и, то, как я из них стрелял на испытаниях.
- Самое оно, дальше мне и не понадобиться. Покажи, он ведь у тебя с собой.
А чего скрывать, сам грозил пристрелить. Положил на колени, разрядил, медленно спустил курок, чтоб не напрягать лишний раз пружину, положил на стол и двинул к Архипу. Он протянул руку взял. Держась за рукоять и ствол. Покачал, прикидывая вес, перехватил одной рукой и прицелился в стенку, опустил, вскинул по новой. Повторил движение ещё пару раз, попробовал засунуть за пояс, за счет гладкой формы, оружие скользнуло на место, ни за что не зацепив. Выдернул, вскинул, опустил, убрал. Странно, что не спрашивает,- а как он заряжается? И он тут же прозвучал.
- Как из неё стрелять? - Архип рассматривал его с детским любопытством, обнаружил рычаг, нажал на него и ствол откинулся вниз. Заглянул вовнутрь и увидел сквозное отверстие. Глянул на меня с таким недоумением, что с трудом удалось удержать смех. Все-таки это немного не тот человек…. Чтоб над ним можно было посмеяться….
Протянул руку, он вложил в неё пистолет. Поставил на стол патрон.- Вот этим он стреляет.
Откинул ствол, зарядил, закрыл, взвел курок. Все это проделал медленно, давая возможность разглядеть каждое движение.- Готово. - И проделал те же манипуляции в обратном порядке.
- Что это? – Он пальцем указал на патрон.
- Это патрон, в нем лежит порох, пыж и пуля.
- А как же поджигать порох?
- Помнишь, упоминал пищали, что для стрельцов деланы,- Он кивнул.
Перевернул гильзу и указал на капсюль,- Это пистон, его бойком разбивает, он загорается и зажигает порох и происходит выстрел.
- Хитро и просто.
- Да уж, пришлось поломать голову.
- И сколько такой пистоль стоит? И эти…. Патроны.
- Цена ему десять рублей серебром и десять патронов в придачу. Но ежели захочешь еще, то цена им будет алтын за штуку. Можно будет привезти стреляные, перезарядка будет стоить гривенный с десятка.
- Копейка, штука…. Дорого. Хотя вещь, добрая…. – Он задумался, видимо что-то прикидывая.
Я не мешал. Нацедил себе ещё кружечку и медленно потягивал, довольно не дурное, красное вино.
Мне тоже было о чем поразмыслить….

«Отпущенного вчера Никодимом времени хватило с лихвой. Я собрался за пять минут и убежал в город. Надо было найти стрельцов которые работали с Силантием и поговорить с ними. Мне требовалась информация. Нужно было разузнать о Шадровитом как можно больше и желательно за сегодня. И нам повезло. Иногда кажется, что мне помогают черти, ибо на торгу в одном из мужиков был опознан челядин, живший в усадьбе искомого человека. Его отвели в сторонку и, предложив немалую денежку в пять алтын, попросили рассказать о своем хозяине….
Да уж, тип, с которым мне предстояло встреча…. Высокомерен, вспыльчив, но отходчив, что не помешало в прошлом году лично запороть плетью холопа в чем-то провинившегося. Очень привязан к своему сыну, погибшему в прошлом году. Поздно женившись, Архип сумел выходить всего одного ребенка, хотя жена рожала, но дети умирали в младенчестве не дожив до года. После третьего с ней случилась горячка, и она прибралась вместе с новорожденным на пятый день после родов. Больше он не женился, отдав все силы воспитанию единственного сына. Сам прослуживший довольно много, не видел для своего чада другого пути. Парню было двадцать лет и отцы, его и нареченной невесты, сговорились что по осени сыграют свадьбу. Иван как раз к тому времени должен был вернуться с кордона. Да только судьба поступила иначе.
На пограничной реке, разделяющей владения польские и государства Московского, столкнулись два разъезда, слово за слово, вспыхнула перебранка. Кто уж первый выхватил оружие и нажал на курок, не понятно. Но двумя выстрелами были ранены, конь и сам Иван. Раненая лошадь свалилась в речушку, которую и воробей вброд перейдет, Ляхи вошли вводу и вытащили его, захватив в плен.
Потом приезжали послы были терки, но дело было поставлено так, что Иван был признан виновным, ибо его, якобы, полонили на чужой земле. Здесь надо сказать особо, когда началась перестрелка. Парень стоял на самом берегу, а все остальные на бугре. Они под пулями кинулись на обратный склон, и никто не видел, как все произошло. Ответная пальба с нашей стороны началась уже потом. И то было сделано всего с пяток выстрелов. Но первый кто начал…?
Шадровитому сообщили о беде, он приехал, встретился с паном, который сына уволок. Сговорился с ним о цене и уехал собирать деньги. Пятьдесят рублей дала казна, семьдесят было своих, не хватало малого пустяка и тут ему подвернулись мы. Ищущие свободную от долгов, на продажу, землю. Насколько помню из того, что наговорил тогда Никодим, Архип даже и не торговался особо. Собрав гроши, он на следующий же день ускакал вместе с доверенными холопами.
А дальше, все, что рассказал челядин, больше похоже на его домыслы. Возможно, в них и была доля правды, но вот какая?

Говорят, что тот, кто хочет мстить, должен выкопать две могилы, врагу и себе.
Сильно сказано, почти и не поспоришь. Да только все там будем, кто-то раньше, кто-то позже….
Но если у тебя во врагах целая нация…. Это, какого же размера, надобно яму выкопать?
Во всем мире оружейников называют слугами смерти…. Может быть и так….
Когда начал заниматься своим хобби, тогда оно выглядело как невинная забава в виде салюта на даче, не ставил перед собой цели сделать увлечение, работай. А вот сподобился. Пришлось.

Не думаю, что Архип просит только для себя, по его повадкам видно, что это матерый волк, думаю, что его верные холопы из той же породы, их он также хочет вооружить, новым добротным огнестрелом. А я пока не готов помочь в силу обстоятельств, надо не меньше полугода, а лучше год, чтоб начать серийное производство.
Месть должна быть горячей и обжигающей до смерти. Но если этому блюду дать настояться, оно станет только вкусней и утонченней….

Я наклонился вперед, почти лег грудью на стол,- Архип, а зачем тебе оружье? Ты хочешь им отомстить? Тому пану, перед которым пришлось ломать шапку, унижаясь или жолнеру, что застрелил твоего сына? А может ты хочешь убить всех, бывших в ту ночь на реке?
Произнося эти слова, смотрел в лицо. И поэтому видел, как расширяются зрачки, задрожало веко, и дернулась щека.
Его рука стремительно метнулась вперед и ухватила за плечо, он нагнулся, дыхнув винным перегаром, хриплым голосом спросил,- Кто тебе сие поведал?
Стараясь быть спокойным, испросил его – Руку убери.
Он отпустил, а я стал разминать, хватка скажу вам, железная.
- Сказывай.
По мере моего рассказа, он грустнел, словно заново переживал события тех дней, изредка поправлял. Мои предположения о жадности польских панов подтвердились полностью, узнав, что требуемая сумма собрана, они, под выдуманным предлогом увеличили её практически вдвое.
Да, Архипу дали возможность встретиться с сыном и поговорить, но как он утверждает, разговор был нейтральным. Мол, просил ещё немного обождать и передал привет от нареченной.
А мне что-то не вериться.
На мой вопрос,- как оказался на берегу реки, да ещё и в том месте, где потом был убит Иван. Ответил,- что не успевали уйти засветло подальше, вот и заночевали в лесу.
Странно это, и даже очень. Иметь при себе огромную сумму денег и вот так рисковать, оставаясь в приграничной полосе, рискуя нарваться на пулю. Не логично. По моему разумению, сговор с сыном был. Да вот беда, ляхи тоже не пальцем, деланные, и сложить все как дважды два, смогли.

- Тебе за этим пистоль нужна? – Спросил, хотя и так понятно, человек хочет мести. Пистолет очень хорошо ложится под одежду, его легко вытащить, он всегда заряжен и готов к стрельбе. Не удивлюсь, если возьмет с собой всего пару патронов, смертнику больше и не надо.
- Да. – Сказано было просто и без эмоций.
- Зря это всё.
- Что зазря? Сына маво жизни лишать? – Он вскинулся было, да я продолжил.
- Да, нет. Вот так лезть туда. Думаешь, они там не ждут тебя? Уверен и могу дать голову, польскую, на отсечение, что первые дни они и спали-то с оружьем в обнимку. Да только ты не пришел…. Обманул поганых, али ты там был?
- Был, седмицу в кустах пролежали, под снегом, татей скрадывая. Грицко, опосля этого, лихоманка скрутила, и чуть не помер на обратной дороге. Да токмо, как знали схизматики клятые, за осемь ден, троих ляхов и видели.
- Может им кто поведал? Вас никто видеть не мог?
Архип задумался. Я освежил вино в кружке, плеснув немного из кувшина. Что в пивнушках пиво водой баловали, что здесь держат, пока не скиснет. Охота им по мордосам получать? Вот торгаши клятые, на пятак, рубль прибыли хотят. Придурки.
- Может, кто и видел, да токмо мы…. – начал говорить и смолк, помолчал немного, потом хлопнул себя по коленке.- А твоя, правда, Федор. Верст за десять до кордона, мы вставали на постой в корчме, а корчмарь там литовец. Хлопцы мои у него еду брали, может о чем перемолвились, мне, то не ведомо, а поспрошать можно. Грицко в усадьбе остался, не мочен ишшо, а вот Панас, со мной.
- Эй, отрыжка свиная, кликни моего холопа,- Крикнул кабатчику.
- Сейчас, спытаем, может, кто из них по умыслу али неведению, но проговорился. – Долил остатки вина и с шумом отхлебнул, полившееся через край.
Стукнула входная дверь и к нам подошел…. Блин, чистокровный казак. Усы, чуб, одежка, если он ещё на окраинной мове загутарит, захотелось хлопнуть себя по лбу, - Грицко, Панас….
Ткнул пальцем в хлопца,- У тебя в холопах….
Архип оглянулся на колоритно одетого Панаса. Повернулся ко мне, отпил вина,- Да какой из него хлоп…. Это здесь в Москве, чтоб спросу с него не было…. Вольные они оба, он да Грицко. Сыновья моего братана (в то время крестный брат, звался так) Этот малый, а другий старшой.
- Сидай Панас,- Хлопнул ладонью по лавке рядом с собой.- Это Федор, разумник оружейный, это он сработал пистоль, ты про оную мужиков с приказа пытал. Но это пустое, попомни, когда мы в корчме у литовца на постое были, не спрашал он вас с Грицко,- кто вы и куда?
Тот посмотрел на пустую кружку, заглянул в кувшин,- Не упомню, батька.
- Не шуткуй, люди гутарят, подсыл от ляхов.
- Тю, та який вин подсыл….
- А такий, шо вас дурнив спытал, а ты кайжешь шо не було. Ну?
Парень задумался, да и я тоже.
Как можно вычислить куда идут люди? Например по количеству продуктов. Если до ближайшего населенного пункта две недели пути, а берут всего на одну, это может сказать что пойдут не далеко и должны будут вернутся через седмицу. А что у нас находится под боком? Правильный ответ - кордон.
Людишек всего трое, для нападения слишком мало, значиться будут выслеживать кого-то. А что у нас здесь намедни произошло? Да парубка ухлопали, а мужик один из приблудных, на евонного отца похож, что давеча приезжал. Складываем два плюс два и шлем весточку за бугор, пану – как его там.
И кто кого после всего этого пасти будет?
- Архип….
- Ну.
- Панас на самом деле не знает.

«И как Архипу объяснить, что их прокачали на косвенных уликах.
Сколько овса для лошадей берут, как подкованы кони, какими подковами, на чем едут, верхом, телегах, санях. Какие вещи у них с собой, есть ли спальники, шубы, шкуры или только та одежа что на них, годна она для леса и дальней дороги или нет. Летом ездить попроще, вроде как корма растут прямо на лесных полянах, но и там можно, если подумать, как, высчитать, куда двинут хлопцы. Надобно только знать свою округу и расстояние до каждой деревушки или села. Лошадь может пройти в день определенное расстояние, после этого ей требуется отдых с едой и питьем. Вот и считайте, где и как на ночевку станут путники незваные. А места все давно известны, там верные людишки сидят и ежели чужаки придут. Голубя с весточкой отправят»

Два недоуменных взгляда, хотя нет один, Панаса. Архип кажется пришел к тем же выводам что и я, улыбнулся, прищелкнул пальцами,- Иди до конив, будь там, зараз до дому поидим.
Сокрушенно вздохнув, казак пошел к выходу. Проводив, взглядом до двери, Архип повернулся ко мне,- Корчмарь.
- Я так же думаю. Поедешь за ним?
Шадровитый куснул ус, и медленно кивнул.
- Не хватай его сразу, поживите в лесу с седмицу, посмотрите за корчмой, может ляхи сами к нему ходят, ежели нет….

«А если сделать ему несколько мин и научить пользоваться растяжками. Пороха мало, но испытывал смесь на основе торфа. Хорошая штука, грохнуло тогда, мама не горюй. Гигроскопична, ну это решимо, картечные снаряды старого образца, залиты внутри канифолью, вот и сделаю монку из дерева, а поражающие элементы из отходов кузнечных или просто галькой набью, мелкой…. А может не стоит изобретать велосипед и сделать её так как она должна быть, со свинцовой картечью. В пятидесятке семьсот грамм тола, вместо него захреначить пару килограмм пороха и будет почти что угребище, мон девяносто. Взрыватель натяжной. «Лягушку» сбацать…. Не надо, сами подорвутся.
Миномет, мелькала идея, да заглохла, а вот сейчас было бы к месту. Пока не будет стали на ствол нечего и думать. Чугунину на хребте не потаскаешь, а из-за отсутствия хорошей взрывчатки меньше восьмидесяти или даже ста двадцати, делать не стоит….»

Во взгляде Архипа прочиталось много чего, и даже то что – яйца курицу не учат.
- Федор, продашь пистоль?
- Эти нет, без них сам как голый, а для тебя сделать, токмо через месяц и смогу.
- Ну, нет, так нет,- Архип опустил ладони на стол и начал вставать.
- Ты, это, себя береги, я тут одну хитрость измыслил, с её помощью можно будет ляхов пощипать.
- Это что ж такое?
- Придешь за пистолью, скажу и покажу.
Он кивнул головой, - Прощай.- Надел шапку, и грузно ступая, пошел к выходу.
Через пару минут, и я отправился за ним следом, надо было найти Никодима и устроить разборки, за эту подставу.

Сразу найти не удалось, поиски заняли довольно длительное время, а когда все таки встретились , поскандалить не удалось, весь мой творческий запал пшикнул и не загорелся. Увидел довольную улыбку на лице Никодима. За последнее время не часто выпадало такое зрелище, даже и не упомню сразу, когда такое было.
- Смотрю у тебя радость, может, поделишься и со мной?- по старался как можно больше язвенности вложить в вопрос.
- Шадровитый деревеньку, за так отдал….
- ?!
- Ты же сговорился ему пистоль сделать.
- Да. Но только когда его сделаю и денег спросил десять рублей….
- Он и отдал.
- Хочешь сказать всего за десять рублей, он отдал целую деревню? – только что разговаривал с Архипом, а он даже словом не обмолвился. Плохо, очень плохо, повторить смогу, стволов ещё штук пять кажется, осталось…. Да когда мне это все делать? Придется нормального кузнеца искать, Данила не сможет сварить, а там есть несколько сварных деталей. Опять на сторону отдавать?
Но вся фишка в том что мне за мой пистолет не перепадет лично ни копейки. Сделаю и отдам. Обучу стрелять из него, мне пожмут руку и поедут подписывать готовые грамоты в холопьем приказе.
- Гад ты Никодим.
- Это за что ж меня так? – Удивление было нарочитым.
- Тебе ведомо было, чего Шадровитый хочет! Можешь не говорить, и так вижу. Только одного понять не могу, зачем ты меня с ним свел? Словом перемолвились, вина попили, он о своей беде поведал, я послушал, да и разошлись. Ты заранее решил обменять пистоль на деревенских? Да или нет?
- Ну, да. А что в этом такого? Это ж тебе людишки потребны, мне они без надобности. А что до Шадровитого…. Он сам казал что отдаст холопов своих за пистоль скорострельную, ежели с сговорится с тобой. Так что только для сговору ты и был ему надобен.- Никодим развел руками.
Я же, открыл рот, закрыл, потом сплюнул от злости, да пошел к телеге, уселся на задок, спиной к меднику. Он половину дороги пытался меня разговорить. Но я обиделся крепко. Блин, ну ведь мог сказать, что предстоящая встреча важна нам обоим, ему денег не платить, а я людей. Так нужных мне обменяю на несуществующий пистолет. Черт, ежели его там грохнут, то считай на халяву деревеньку получили. Тьфу, тьфу, тьфу, трижды плюнул через левое плечо и постучал по доскам. Негоже такое даже в мыслях держать.

«Лучше подумать что могу и чем смогу помочь. Хоть завтра могу отнести знакомым литцам модельку, деревянную, осколочная рубашка, цилиндрической формы. В неё входит примерно грамм восемьсот черного пороха. Но есть проблемка, да не малая, герметичность. Используемая для заряда взрывчатка боится влаги, а у меня есть только воск, канифоль, смола, да собственно и все. Бум думать.
Только такая растяжка, стоящая на земле, на высоте даже в тридцать сантиметров, мало чего даст. Ляхи в большинстве своем конные, пешцев у них мало, при взрыве достанется лошадям….
Куда не кинь везде клин.
Вот из чего её делать? Медь тратить, да мина золотая получиться. Листовое железо есть, но также дороговато. Хоть бери да из дерева выдалбливай….»

Телега ехала по улочке, подпрыгивая на мелких ямках, стуча деревянными колесами по бревенчатому настилу. Москвичи и москвички спешили по своим делам, пара мужиков в расстегнутых рубахах, закатав рукава, копали ямки для новых столбов покосившегося забора. Пробежала стайка ребятишек, бегущих куда-то по своим делам. Вон идет девица, видать с торговых рядов, повесила на руку тяжелую корзину, накрытую от пыли и грязи рушником. В другой несет туесок с медом али ещё с чем. Вон ещё пара, она стоит опершись спиной на створку ворот, перебирая руками перекинутую через плечо косу, а перед ней, подбоченясь парнишка молодой. Картуз лихо заломлен на затылок….

Картуз, заряд, мешок, труба, картон ….
И перед глазами проплыл, покачиваясь в девичьей руке туесок, берестяной…. Поискал её глазами, да видно во двор зашла или в проулок свернула, нет её.
Береста, сам по себе материал, имеющий положительную влагостойкость. Это плюс.
Высокая пластичность материала позволяющая изготавливать из него многочисленные бытовые предметы. Еще один.
На оправку, наматываем слоями на клею, требуемое количество витков, формируем клапана для крепления донца, оставляем сохнуть. Под прессом склеиваем вкладное дно. Его даже можно изготовить заранее и на болванке вставить готовую нижнюю часть. Таким же «макаром» изготавливаем закладную внутреннюю часть, таким образом чтоб входила с некоторым усилием. Остается только сама коробушка для заряда. Вот её и можно сварганить из листового железа….
В голове стали постепенно складываться кусочки технологической мозаики, для создания первой в этом мире прыгающей мины.

«Война всегда считалась чем-то кровавым и бесчеловечным. Страдания многих ради прихоти горстки.
Но вот парадокс, Мельпомена никогда ничего не создавала, ничего такого, что двигало бы человечество вперед. Только Арес с его кровожадностью, помноженной на изобретательность человечества в стремлении совершенствования орудий убийств себе подобных, толкал людей вперед семимильными шагами. Великие артисты, сыгравшие великие роли…. А что они сделали такого, что продвинуло нас вперед ближе к звездам, к пониманию тайн мироздания…. Можете возразить. Они привнесли в нашу жизнь духовность. О да. Гений, умерший в Англии, описал все пороки и страсти присущие роду людскому. Можно спорить что это самый лучший Гамлет, а это Онегин. Они лучшие только в глазах людей своей эпохи. У потомков свои кумиры. И набирая номер сотового телефона, мы не задумываемся о том, что держим в руках военную разработку. Компьютер, без него жизнь многим не мила, а первый нормальный вычислитель появился во время попыток расшифровать код «Энигмы» во время второй мировой войны.
От первого самолета, с трудом оторвавшегося от деревянного настила до скоростей в тысячу километров, прошла всего одна человеческая жизнь, и до звезд оставался всего один шаг. И он был сделан, военным летчиком. Ох, уже эти мышиные мундиры в любую дырку пролезут. Все под себя гребут….
Давно уже на глаза попадался материал в котором ученые спорили, кто является движителем прогресса. Торговля или война. Едино мнения не было. Но в одном они были единодушны, в стремлении завладеть чужой собственностью люди проявляют удивительную изобретательность и на первом месте стоит, совершенствование своего оружия.
Да что там говорить, война – это двигатель прогресса. Какая бы она не была, - горячая, холодная – она толкает нас вперед и эта гонка может закончиться только в одном случае….»


Сообщение отредактировал Старый - Воскресенье, 28.08.2011, 21:45
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 28.08.2011, 22:10 | Сообщение # 228
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
+
Можно и наружный короб делать из бересты а картечь просто заливать вместе с расплавленной смолой.
на мины вообще не нужен порох (только на детонатор а его можно в труьке медной сообрать)
есть такая штука - водонаполненные ВВ суть в том что вместо селитры - ее водяной раствор, такое ВВ не боится ударов трения имеет пониженный порог детонации и большую фугасность
а в туесках и молоко держали.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 04.09.2011, 21:27 | Сообщение # 229
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline

Лета ХХХ года, Апрель 16 день
- Пригнулись, уши закрыли руками и варежки открыли.- Когда мои добровольные и не очень, помощники выполнили команду. Привстал на колено, оглядел в последний раз поляну, выбранную для испытания.
Никого. Присел за поваленное дерево, перекрестился и дернул за бечеву. Послышался негромкий хлопок и через пару мгновений басовито рванул основной заряд. Переждал когда перестанет сыпаться сверху всякий сор, посмотрел на результат. Приблизительно, на высоте аршина, истаивало дымное облако. Это хорошо, правильно рассчитал, что осьмушка и четыре золотника пороха, подкинут десять фунтов довольно высоко, конному таперича точно не поздоровиться.
- Б…. вот это …уло.
Можно не оглядываться и так понятно, мелкий в своем репертуаре. Сначала ругался с пацанами, даже хотел наказывать за мат. Да потом понял, что сейчас он имеет совершенно другое значение и обозначает другие слова. Хотя могу перевести на современный язык.
«Гулящая женщина, вот это, взорвавшиеся женские половые признаки» каюсь. Это мое выражение, сорвалось однажды.
Мои нотации все же принесли свои плоды, не знаю как с друзьями на улице, но в разговоре со мной речь стала гораздо чище.
- Стоять здесь, пойду гляну, как там, ежели нормально, махну рукой, тогда и придете. Мишка….
- А….
- Бечеву смотай, неча добру пропадать.
Перешагнул через импровизированный бруствер, пошел к месту подрыва….

«на первых испытаниях внешней оболочки, выяснилось, что трех слоев бересты, мало. Нет, скажем, хватает, но только в том случае если мина буде в земле. Прикопал туесок, вложил заряд и сверху груз, по весу. Поджог запал, отошел на пару саженей, хлопнуло, деревянная чушка подскочила на метр. Низковато будет. Осмотрел коробушку, стенки целы, а вот донышко треснуло, как знал, как знал, кусок бересты с собой был, ножом выкроил, уложил на место. Сверху новый заряд, болванку, запал. Поджечь, отойти. Бабахнуло.
Вот це дило, выше меня подскочила. Осмотр показал, что и в этом случае стенки держат, а вот днище снесло, разорвалось посередке. Диагноз ясен. Тонко раз и надо трамбовать дно перед установкой, два.
Ну и последний тест, оригинал можно не закапывать, а подвязать к колышку. Что и проделал с новой коробушкой….
На ляжке до сих пор фиолетовый синяк в пол ноги. Разнесло её родимую на мелкие кусочки. При осмотре стала ясна причина. Укупорка слишком мягкая, а я слишком сильно затянул веревку и груз не вылетел.
Последним было водяное испытание. Прошло на ура и с первого раза, попробовало бы не пройти, перемазался в чертовой смоле как трубочист. Пожертвовал одним взрывателем, окунул его в расплавленный воск, вставил на место и промазал дополнительным слоем. Уложил готовую мину на дно бочки, залил водой и дал простоять сутки. Вот сейчас она и рванула.
Пока занимался всей этой машинерией минной, ребята навязали из прошлогодней соломы снопов, обмотали дерюгой и даже разукрасили, нарисовав страшные лица…. В Хэллоуин такое и не снилось….
Вокруг вырытой заранее ими же ямки, вбили колья и развесили мишени. Один, с такими масштабными испытаниями, я бы точно не справился бы.
Ну вот, из земли ещё куриться легкий дымок, ближайшую морду разворотило в соломенную пыль, остальные попадали. Здесь все в норме, ничего опасного нет»

Оглянулся, свистнул, привлекая внимание, и взмахом руки позвал, пацанов.
- Все помнят, что и как помечать? Угольки никто не потерял?– Спросил, когда они встали передо мной.
Послушалось нестройное,- да и нет.
- Тогда вперед и с песней,- отправил подсчитывать количество пробоин в мишенях.
Сам же, пошел осматривать округу в поисках остатков мины.

«Изначально планировал сделать внутреннюю часть из железа, для усиления эффекта, но потом отказался, вспомнив о поясах шахидов. Пороховой заряд был зашит в кожаный мешок, в него вставляется картонная запальная трубка и обмазывается смолой. На дно туеса наливается разогретый вар, и всыпается картечь, потом заряд и в промежутки подсыпаются шарики, проливаемые тем же природным герметиком. Сверху деревянный кружок, входящий во внутрь, с боков забиваются маленькие гвоздики. Крышка. Обмазка смолой снаружи, сборка, заделка швов. Муторно….»

Нашел куски бересты перепачканные смолой, обрывки кожи…. Да и собственно все. По обломкам определить что здесь произошло, не представляется возможным. Я очень хотел помочь Архипу, насолить ляхам, но и в тоже время остаться пока в тени, не привлекая к себе внимания.
Пока бродил, ребята закончили подсчет очков. Итог. Хреновый итог, в радиусе сажени, понятно будут покойники, в двух, на четыре мишени двадцать шесть попаданий, большинство убойные, ну эти еще достаточно близко. А вот дальше, на трех, на такое количество целей, вполовину меньше. На четырех саженях где два, где одно, да и те не смертельные.
Всё ясно, конус разрыва с высоты в два метра, гарантированно накрывает круг в шесть саженей.
Ошибка понятна, на дно ушла треть картечи, вот она и попала, а боковые безобидно состригли зеленую поросль на ветках соседних деревьев. Слишком высоко взлетела мина. Огляделся, ближайшая береза (Береза!) в метрах тридцати от меня. Прошелся, осмотрел ствол, в полуметре от земли, содрана кора, свежая ссадина. И мне по пояс будет, прямо в середку воткнулась картечина, вошла не глубоко, на пару сантиметров. Ножом выковырнул и, подкидывая на ладони, пошел обратно.
- Всё пацаны, собираемся, и домой у нас сегодня ещё дел не меряно. Мишка веревку не потерял?
- Не, вот она.- И поднял руку с мотком бечевки.
На обратной дороге, сидя в телеге, они бурно обсуждали испытание и результаты. Я слушал и улыбался, такие планы, Наполеону с Гитлером не снились. А когда выдохлись и стали повторяться вмешался.- Клим, а сколько денег отдали за туески берестяные?
- Алтын за работу, и копейку за десяток.
- Мишка, пальцы загибай, четыре монетки уже есть. Давай дальше считать. Порох потратили три фунта. Почем он у нас?
- Алтын.
- Уже семь, стало. Запал, на все, про все остальное ещё семь. Сколько получается?
Наступила тишина, прерываемая поскрипыванием тележных колес. Оглянулся через плечо, мелкий сидит, нахмурив лоб, загибает пальцы и шевелит губами. Ребята молчат, ведь за подсказку и по шеям, попасть может. Наконец-то получен результат и озвучен. – Это, четыре алтына и две деньги.
- Вот. Четырнадцать копеек, а мы ещё свой труд не считали. Клим, четверть добавь.
Ответ последовал мгновенно,- Три с половиной. Всего семнадцать с половиной.
- Ладно, округлим для ровного счета, пусть будет двадцать. Два гривенника будет. Ребята как думаете, казна купит такое оружье? Не ломайте головы, они откажутся, было такое ужо.
Мина для слабой рати, с её помощью в битве не победить.
- А зачем же мы полторы седмицы это все делали?- Это Сашка Рябов подал голос.
- Правильный вопрос, на него можно по разному ответить. Мишаня!
- Чаво….
- Чавой, чавой, чавочка с хвостиком. Тебе понравилось, как она бабахнула?
- Ага! Как даст, а потом ветки посыпались, меня даже подбросило к верху. Здорово….- Сказано было с таким восхищением, что невольно оглянулся и посмотрел на мальчишку. У него в глазах светился бенгальскими искрами, уж очень знакомый огонек. Украдкой вздохнув, отвернулся, теперь придется за ним следить как можно тщательней и внимательней. Я не я, буду, если у парня не пиротехническая горячка.
- Взорвали мы её для того чтоб…. Димка, а ты что молчишь? Или тебе не интересно было с ней возиться, собирать, подгонять?
- Жалко. – Прозвучал лаконичный ответ.
От такого ответа, я даже на месте подпрыгнул, натянул вожжи, останавливая наш скрипучий дилижанс. – Оп па, чтой то не понял тебя.
- Как делали, понравилась, а вот потом жалко стало. Она дымом изошла, два гривенника по ветру пустили, так что, задарма труд наш пропал. – Клим на его слова, головой кивает с ним, соглашаясь.
Мишку спрашивать и не надо, с ним все ясно.
- Саня, а ты что думаешь, нужно нам такое делать али не стоит? – Задал вопрос его брату.
- Если она для войска слабого…. А как же тогда с пользой….

«Вот и почти встало, все, на свои места. Последнее время, с месяц, я начал обращать внимание на склонности своих ребят. Ну, с Климом давно уже все ясно и понятно. Если не станет хорошим управляющим нашего заводика, то уж завхоз получиться отменный, лавку могу доверить хоть сейчас. Намедни узнал одну новость. Клим упросил Отца Серафима и тот учит отрока греческому и латинскому языкам. Вот так девки мальчики, обходят на повороте своего учителя.
У Дмитрия есть тяга возится с железками да не с простыми. Сделав раз, потом второй, показал ему, как и что надо смазывать в нашем моторе. С тех пор, если его насильно не загнать на обед, будет торчать в машинном отделении. Даже один раз, самостоятельно поменял втулку. Слесарь, не виданная профессия, пока что. Ещё немного и спихну на него все по обслуживанию и ремонту.
Александру плевать на все железки, если она не стреляет или ей нельзя отрезать, хотя бы кусок хлеба. Львиная доля солдатиков сделанных и не проданных, осела у него под топчаном. Они аккуратно уложены в коробочки и иногда мы с ним разыгрываем даже целые баталии. Для этих целей один из столов в учебном классе, расчерчен на квадраты. Из самодельного картона вырезаны и раскрашены леса, горы, реки, пустыни. Ход определяем, бросая кубики, один с ходами, второй с пиками, пищалями, саблями. Один раз нас даже Никодиму пришлось разгонять, так увлеклись…. Битвой.
Рановато ему ещё, но думаю быть ему военным. Жаль сословия подлого, а то из него получился бы хороший сотник.
А последний из этой четверки спалился сегодня. Быть тебе Мишаня моей правой рукой…. Когда подрастешь.
Спросите о Маше? Помните, я обещал устроить им показательные стрельбы? Было устроено. Сожгли тогда почти все наличные запасы патронов. Наверно из чистого желания похвалиться перед детьми, прихватил свою первую винтовку. Всем досталось стрельнуть из неё по три раза. Результаты были скромными, на полсотни метров в грудную мишень, ребята дали…. Нормальные результаты. Маша была последней в очереди. Молча, выслушала мой инструктаж, только кивнула пару раз и сказала,- да.
Легла на расстеленный тулуп и …. Её не стало. Подначки и шутки со стороны пацанов она слышала, но лицо, словно окаменело. Рука медленно потянула затвор, заряжая винтовку. Положила щеку на приклад и замерла, выцеливая что-то только ей одной видное. Кто-то из мальчишек, что-то громко крикнул, надеясь испугать стрелка. Ноль эмоций. И только через минуту, тоненький пальчик жмет на спусковой крючок, звучит выстрел. Передернут затвор, звенит выброшенная гильза. Пауза. Выстрел. Перезарядка.
Выстрел. Забираю оружие, она встает и неспешным шагом идет к мишени, а там уже стоят мальчишки, молча. Подхожу и тоже молчу. Слов нет. Из трех пуль, только одна пробила девятку, остальные, лежат точно по центру черного пятна. Вот тебе и тихоня….
И как вы думаете, кто больше всех хотел продолжить? Есть у девчонки талант. Стал приглядываться к ней, она как-то больше все с Марфой. Так вот у меня сложилось мнение, что у девки просто нет нервов или они размером с колокольный канат. На все наезды со стороны нашей «бабули» она реагирует спокойно, доброжелательно. На ребят смотрит как на расшалившихся детишек с эдаким снисхождением. Может одно и то же объяснять по двадцать раз, не меняя даже интонации в голосе.
Тому свидетель, сам просил с Мишкой цифирью заниматься.
Из незнакомого оружия с первого раза, без тренировок, выбила двадцать девять очков. Вот так»

- Поехали, по пути сказку расскажу.- Уселся на скамью. Всегда нравилась одна загадка.
«На жопе сидит, в жопу глядит и в жопу пьяный» И кто это может быть?
Разобрал вожжи, включил «первую передачу» и наш «шарабан» покатился дальше, по пыльной, весенней дороге. Мерно застучали копыта и под этот монотонный звук начал свой сказ.

«Идет по дороге воинство. Всадники впереди скачут, стяги на ветру развеваются. За ними пешцы идут, на плечах пищали лежат, а в руках бердыши несут. Опосля всех, обоз на телегах и возах скрипучих, скарбом воинским нагружены. Идут они с самого утра, устали ужо. Лошадей поить пора, людям воинским также роздых нужон. Впереди поле показалось, рядом речушка не широкая, протекает, а за ней, лесок. Ну чем место не угожее. Самое то что надо. Вода, всех напоить. Место, всех разместить. Лес, место отхожее и дровами запастись можно. Воевода своим начальным людям, приказ дает, -ставить здесь войско на дневку.
И вот поскакали гонцы, вдоль колонны, указы раздавая. Обрадовались все, строй смешался, стрельцы, шагнувшие самыми первыми с дороги, брели в высокой, по пояс траве громко переговариваясь, обсуждая какие-то свои дела. Один из них зацепился ногой за что-то, как ему показалось, это пук сухотравья, он просто дернул сильнее, вытаскивая сапог, открыл рот, чтоб ответить другам…. Да не успел. Снизу послышался хлопок, рядом промелькнула неуловимая тень, и над головой расцвел яркой вспышкой, взрыв.
Картечь разлетелась в разные стороны, убивая и калеча. Первые, молча попадали, а вторые истошными криками привлекли всеобщее внимание. К месту трагедии бросился народ. В разных местах поля, громыхнуло ещё дважды, и новые жертвы заголосили, орошая кровью не скошенную траву. Испуганные кони обозные, вставали на дыбы, ломая оглобли, одна ломанулась на поле, да успела пробежать всего десяток саженей. Очередной взрыв и обезглавленная туша валиться, телега опрокидывается на бок. Медленно, слегка поскрипывая крутиться колесо. Паника становиться ещё сильней, и вот некогда стройные ряды смешались, но удерживаемые сотниками и десятниками, стоят на дороге. Никто ничего не понимает. Перед ними мирное и с виду безобидное поле, да вот беда, трупы убитых и стоны раненых, просящих помочь, за ради пресвятой девы.
Все что они видят, говорит жолнерам, что это поле смерти. Уже послышались шепотки, слабых духом,- Это мол господь кару на нас насылает.
Но такие разговоры враз десятниками пресекаются. Вон, на дальнем конце, этой «чертовой поляны», кто-то смелый, решился пройти к пораненным, помощь людям оказать. Смотри, дошел, склонился, закинул себя на спину и понес к дороге. Скинул на руки подоспевших товарищей, пошел снова туда. Глядя на него народ, осмелел, нашлись и другие. Да вот беда, один шагнул дальше, чем следовало и снова взрыв, перекрыл говор людской и теперь спасителю, помощь требуется. Да нет, не ненужно, отмучился бедняга. Опять все отступили, страшно перед напастью неведомой. Решили с другой стороны дороги счастья пытать. Да там также, ад на земле. Стоит рать в чистом поле посередь дороги. Не нашлось больше охочих, судьбу пытать. Воевода команду дал,- Вперед.
Двинулось войско дальше, через пару верст, речушка изогнулась и бродом перед ним предстала. Течет вода неспешно, мелко здесь, дно видно, мелкая рыбешка серебром мелькает, водоросли шевелятся.
А на том берегу, дозор побитый лежит вокруг ямы, что на самом урезе копана, али не копана.
« да что же это такое?»- Вскричал воевода и послал людей верных, осмотреть все, да ему обсказать.
Вошли они в реку, да обратно никто и не вышел. Взметнулся к небу огромный столб водяной, пахнуло смрадом пороховым, да и разметало всех смельчаков по кустам прибрежным….»
Даже охрип маленько от сказа, прокашлялся, сплюнул в траву.- Сашка!
-Что?
- Могет такое быть?

Почему его спросил? Да потому что остальным, игрища воинские, как зайцу рождественскому, барабан. Клима спроси, он опять за деньги гундить начнет, Димке трудов своих жаль будет. Вот и остались всего два брата, акробата. Младший подрастет, если запал не растеряет, сапером сделаю у старшого другая стезя. Солдатики из олова отлитые, те, что не продали и часть новых у него под топчаном, в коробочках лежат. Один из столов в учебном классе разлинован на квадраты, из картона самопального кусты, деревья, реки, горы и пустыни сделаны, а из обрезков деревянных, дома и крепости. Два кубика смастерил, один с цифрами второй с пиками, пищалями, саблями, чем на ворога нападать.
В свободные дни, и такие бывали, когда праздник церковный, работать нельзя, запирались и воевали, Никодим пару раз нас даже разгонял. Не компьютерные «казаки», но научить думать на поле боя можно и таким способом. Надо будет с Силантием договариваться, чтоб взял парня в оборот, на одной теории далеко не уедешь.
Однажды в игре, он довольно сильно потеснил мою оловянную армию, заставив уйти в глухую оборону.
Тогда-то я и вспомнил, про диверсантов, обозвал их егерями, и тайными тропами забросил в тыл его войска. Мне это, по правде говоря, победы не принесло. Но в последующем, мы с ним даже сыграли пару раз, обкатывая разные варианты. Даром что мальчишка, мозги у него, как у хорошего шахматиста, я на пару ходов вперед смотрю, а он так закрутит, что понимать начинаю, только, когда его конники мой обоз громят или ставку окружают.

- Не, так не получится. – Он почесал затылок, сдвинув шапку на глаза.
- Это почему же?
- Ежели войско обучено, без указа никто на то поле и не пошел бы. Только ополченцы, так могут, баранами переть. Дозор маловат, да и всех за один раз не перебьешь. – Оглянулся на него, а он плечами пожимает.
- Мы с тобой егерей, обсуждали, могут они войску урон нанести?
- Наверно да.
Да, веры у него ещё маловато в новый род войск.

Скрипели колеса, плелись разговоры, и птичка свистела в кустах
Нам надо успеть, до обеда добраться ведь есть ещё дома дела….

Выехали из леса и покатили по укатанному тракту, скоро догнали, медленно плетущийся обоз. Пристроились в хвост и поползли вместе с ними. Стражник или уж кто там, не знаю, подъехал, посмотрел на нас, не говоря ни слова, ускакал вперед, видимо посчитав не опасными, четырех мальчишек и одного взрослого.
Посмотрел ему вслед, на пять телег, трое конных и человек пятнадцать пешком идут. Возы у них тяжко груженные, груз плотно увязан и притянут к телегам.
Ползем себе потихонечку, я с ребятней разговоры веду, по сторонам не смотрю. А надо бы. Через версту где-то, дошли до небольшого взгорка и встали. Лошади соседей видимо совсем устали и сил втащить даже в такую небольшую горку, уже нет. Мужики, облепили первую телегу как муравьи и подбадривая себя криками, стали заталкивать на гору воз. Вытянув, перевели дух, пока спускались вниз и опять шутки прибаутки соленые, даже нам слышно, потащили следующую. Немногочисленные охранники, разделились, один наверху остался остальные у нижних, крутятся. Долго им ковыряться, потянул вожжи, направляя Ласку в объезд, и по обочине начинаю обгонять ( как меня бесит это)
Место это, какое-то неприятное, узкое, верхушки деревьев высоко, так и кажется, что по ущелью едешь.
В тупой башке мысль проскочила.- « Только афганских моджахедов не хватает….» Накаркал.
Из кустов, с правой стороны раздался выстрел, стеганувший картечью по верхнему стражнику и залихватский свист. И на дорогу поперла толпа, а мы на середине подъема. Орут, кричат, железом острым машут, все что успел, заорать дурниной, чтоб держались, про яблоки моченые и начать материться во всю глотку, да врезать по толстым бокам, вожжами. Выхватил хворостину, рядом со мной между досок воткнутую, и давай обламывать о конскую задницу. Мне не ведомо, что именно послужило «закисью азота», но на взгорок мы вылетели пулей. А впереди несся конь охранника, только его в седле не было, бедолага остался позади в луже крови.
Колеса грохочут по ямкам, нас подкидывает и швыряет из стороны в сторону, это не за рулем где есть за что держаться и во что упереться. Здесь все по другому, а я вдобавок почти что «чайник». Шагом могу, ну до рыси поднять, а вот так, галопом…. Впервые. Спасибо кобыле, прет по самой середке, рулит почти не надо. Оглядываюсь назад. Ссука! Какая-то сволочь скачет за нами, догнать нас, дело двух минут. Ближе всех сидел Мишка. Хватаю за шиворот и сажаю рядом с собой, отдаю вожжи и обломок хворостины, кричу, - «чтоб гнал, не останавливаясь»
Пацаны прижались к бортам, держаться чуть ли не зубами, полюхаюсь в центр, никого не задавив, оборачиваюсь, вытаскиваю пистолет. Конный уже в двух десятках шагов и мне видно, что это не обозный. Взвожу курок и жду, когда тать нас нагонит. Как только он поравнялся, стреляю….
Патрон был картечный, кажется, я убил обоих и коня и разбойника. Потому что лошадь, всхрапнула и кувырнулась через голову. Пыль поднимаемая колесами, скрыла место трагедии.
Тут меня по плечу кто-то хлопает, оборачиваюсь, Клим.- Чего тебе? Спрашиваю его довольно резко.
А он спокойно так, - Слезь с ноги, больно. Я матюкнулся и привстал. Он вытащил ступню из под меня и стал её растирать, морщась при этом.
Я крикнул Мишке,- Мелкий, тормози, пока кобылу не загнали. – Оглядел всех, - Больше ни кого не покалечил?
Последовала почти бодрая разноголосица, - Нет.
- Ну, и, слава богу. Димка, Ласку под уздцы, не дай ей встать, веди вон к тем деревьям, от них до деревни три версты будет. Сашка, пробегись назад, кустами, глянь что там. Ежили что, убегай. Остальные из телеги брысь. Соскочили, придерживаю хромающего Клима, Мишка с другой стороны, я за борт, держусь, пошли в нужном направлении. Через десяток шагов, оглянулся, никого, а на душе погано. Саню за каким то хером послал незнамо куда. – Мишань, догони брата и оба бегом обратно. Понял?
Он припустил так, что только пятки засверкали.
Иду, по сторонам смотрю, да оборачиваюсь через каждые пять шагов, в очередной раз заметил две мальчишеские фигурки бегущие в нашу сторону. Подсадил Клима на телегу и остановился, дожидаясь своих ребятишек. Заодно решил и пистолет перезарядить. Остановившись напротив, Сашка оперся руками на колени и согнулся, тяжко переводя дыхание, малой тоже еле дух переводит.
- Пойдем, хлопцы. Нельзя здесь задерживаться. Отдышись, потом расскажешь,- Пресек попытку Саши, начать разговор.
Через пару десятков шагов, он заговорил. – Прежде чем Мишаня меня догнал. Я до дороги добежал, недалече от того места где ты татя стрелил. Живой он, орет как резаный, а вот лошадка лежит не двигаясь. Тут мы обратно побегли, больше ничего не увидел.
Я взъерошил, потные волосенки на их головах, сказал, чтоб шапки надели, а то простудятся и мы пошли по следам нашей телеги.

«Плохо, очень плохо. Хотя черт его знает, что лучше, взять очередной грех на душу или ждать сегодня ночью али ещё когда, налета разбойничьего на деревню. Надо до дома торопиться. А что на возах было?»

- Сказывай, голубь сизокрылый, каковую шкоду учинил? – Силантий, сидел в красном углу на лавке под образами. Ворот рубахи расстегнут, видна грудь, заросшая седыми волосами. Откинувшись на бревенчатую стену, внимательно смотрел за тем, как выпив воды из кадки стоящей у печи, начинаю раздеваться. Скинул кафтан, расстегнул пояс, повесил на вбитый в щель колышек и завозился с застежкой на «сбруе» Язычок медный и если посильней дернуть, сгибается, потом трудновато бывает рассупониться. А было с чего, как я ещё сегодня кобуру не оторвал…. спасибо шорнику, накрепко пришил.
Заело, блин.
Прошел к столу и уселся на лавку, не оставляя попыток освободится. – Какую шкоду? – переспросил, не поднимая головы. Из-за голенища достал засопожник, просунул между ремешками и потихоньку начал разжимать.
- А такую, кобыла в мыле, парня покалечил….
- Тебя же не был, когда мы во двор въехали. А…. тебе уже сказали, вот ябеды. С Климом пустяк, ногу ему отдавил, когда по телеге прыгал.
- !?
Глянул на него. Сидит, эдакий старый седой сыч и внимательно следит за мной.
- Пустое. Мы с полянки ехали, та, что недалече от болота….
- Ты сказывал.
- Вот, на дорогу выехали, обоз догнали, с пяток телег, сильно нагруженных с ним трое конных и полтора десятка холопов. На «мокром» взгорке, там ещё ручеек из леса, ежели к нам ехать, по левую руку вдоль дороги течет. Кладь видно тяжела, лошадки заморены, внизу стали. Людишки обозные, по одной на самый верх толкать начали. Постоял маленько, обождал, а потом решил объехать. Уж больно, мешкотное дело у них. Один конный на самом верху остался у первой телеги, народ вниз пошел, а мы ужо до середки, доползли. Туточки с кустов из пищали, стрельнули, и мужичье выбегать стало.
Как Ласка нас вытянула, одному богу известно. Того стражника пулей сковырнули, успел заметить как на земле лежал. Опосля, думаю через пару верст, за нами тать погнался конный. Пришлось назад в телегу прыгать, оттуда стрелять удобственней.
- Убил?
- Угу, коню башку прострелил, а разбойник думаю, побился падучи. Сашка потом назад сбегал, глянул что там, молвил,- «Ругается» - наконец-то гребаная застежка, расстегнулась, надо будет язычок из железа делать.
- Думаю, надобно стрельцов твоих….
- Федька, угребок, твою мать, надо было в татя стрелять, а не в лошадь,- И грохнул по столу кулаком.
- Да промахнулся. – Заорал в ответ,- Думал вообще из телеги вывалюсь на хер. И не вопи как баба на сносях. Как думаешь, к нам явятся? – Спросил уже спокойным тоном.
- Является только черт во сне. – Он встал из-за стола, - Пойду ребятишек будить, неча дрыхнуть.
Уже в дверях, остановился, проворчал, - Дать бы тебе…. Плетей с десяток. – И вышел.
Я же скинув надоевшую сбрую, положил пистолеты на стол, её на лавку и стал чесаться.

«перешивать надо, удавлюсь на ней когда ни – будь»

А что прикажете делать, до субботы ещё далеко, душа с горячей водой здесь ещё нет, это не Московская усадьба с центральным водопроводом и теплым сортиром. Никодим ворчал по началу, обозвал меня пару раз нехорошими словами, а зимой притих. Да всех дел было…. Потом расскажу….

Со двора донеслись крики и громкая ругань, схватил со стола пистолеты и метнулся на выход. В дверях столкнулся с Силантием. Он отбил одну руку в сторону, вторую перехватил своей единственной клешней, прижал меня к косяку,- Кудой ты собрался?
- Да там…. – Мотнул головой в сторону,- кричать начали.
Он отпустил меня,- И что с того? Федька, тетерка ты голожопая, ежели это не я был, а тать какой?
Ты куды, сломя голову бежишь?
- А я тебе что стрелец, какой….
- Так сиди здесь, а не под ногами путайся. Ужо навоевал сегодня.
- Думаешь….
- Я те что кобыла твоя? Ведомо что татя того стрелить надо было, а тебе конинки захотелось…. Сказал бы, робятки мигом лошадку разделают.
- Да говорю ж тебе – промазал.
- А почему? – Глаз прищурил, словно целиться.
Да понятно почему, потому что не хотел убивать человека , вот почему, да только сдаваться без боя не хочется. – Так почему? – передразнил старика.
- Ща как дам леща, чтоб не блажил. Скажи там бабам, пусть пива принесут и рыбки вяленой. Да и снедать пора. – Пошел к своему месту, на лавку, под образа. А я стою, одна нога в сенях вторая в доме, раскорячился по самое некуда и не знаю куда идти, чего делать.
Честно сознаюсь, побаивался Силантия. Рядом с ним чувствовал себя сопливым пацаном, хотя саму уже пятый десяток пошел. О! пока вспомнил через две недели день рождения…. В прошлом году в качестве подарка по жбану получил, а что будет в этом….
- Федька! - Я аж вздрогнул от окрика,- Ты или туда или сюда, но лучше туда.
- Блин. Я тебя старый черт…. Петра первого устрою, бороденьку-то обстригу,- Проворчал вполголоса и вышел, закрыв за собой дверь. На крыльце встретил Димку и братьев.
- А Клим где? Как у него нога? Кто кричал давеча? – засыпал их вопросами.
Меня успокоили. - Клим в порядке, уже даже и не хромает, кричали стрельцы, одному из них кобыла на ногу ступила. Дед Силантий их дозором выставил на околицу.
- Так, отвечать по одному. Кого дозором поставили, вас или стрельцов?
- Стрельцов.- Ответил Сашка, дернув при этом за рукав полезшего вперед малого.
- Ясно. Вы ели чего ни будь?
- Нет ещё.
- Ну пошли тогда. – По моему наущению, Никодим расщедрился на копейку в месяц, из местных, деревенских, выбрали тетку, и она теперь кошеварит у себя дома, готовя еду на всю нашу дружную компанию. Полтора десятка стрельцов, шестеро артельщиков, ну и мы иногда приезжали.
Поставили на её подворье летний навес из обрезков, столы, лавки, а печь на улице и так была. Нормально готовит, до Марфы ей конечно далеко, но по деревенским нормам, вполне прилично. Самое главное, сытно. Никогда не любил пшеничную кашу, а тут с баранинкой, с лучком жареным да зеленухи вдоволь с чесночком…. Вот что значит с самого утра на ногах и не жрамши. Сглотнул тягучую слюнку.
- напомните, что Силантий пива просил с рыбкой ему принести.

Пройти по улочке….

«тропа в лесу больше чем эта деревенская стрит. Вот плюс, нет тракторов и автомобилей, трава просто немного вытоптана. Зато по весне, когда здесь был, снег ещё не сошел, таяло все вокруг, не было непролазной грязи присущей веку будущему»

До соседнего дома всего ничего, десяток шагов, открыть скрипучую калитку и войти. Мальчишки, едва вошли, со всех ног бросились к колодцу. Одним из решающих доводов как раз и было его наличие на подворье. Когда подошел, они уже с помощью колодезного журавля доставали первое ведро, холодной вкусной воды. Пока умывались, вышедшая на крыльцо своей избушки хозяйка спросила,- будем ли мы, есть. пацаны дружно прокричали – да. Я обошелся кивком, хотел. Вспомнил про воблу….
- Глаша. Силантий пива просил и рыбки. Отнесешь? – Никак не привыкну, разговаривать тоном хозяина или человека более высокого положения, плохо получается. Так и хочется извиниться за свою тональную грубость.
Она же, просто кивнула на мои слова, спускаясь с крылечка в две ступеньки и направляясь к навесу летней кухни.
- Ну что оболтусы, наплескались? Пошли есть.
- Федор, а кто такой оболтусы? –Это Мишка спросил, вытирая мордашку подолом рубахи.
- Много будешь знать…. Быстро помрешь.
А ничего так обед сегодня, рыбный. Ушица простенькая да щука жареная. Хорошо хоть хлеба навалом.
После перекуса отправил пацанов в дом, а сам пошел искать Силантия. Пока ели, он, выпив пару кружек, куда-то свинтил. На околице меня окликнули сидящие за плетнем стрельцы,- Ты куда?
- Силантия ищу.
- А на кой он тебе?
- Может сказать, где кошель с деньгами храню?
- Он к артельщикам ушел, упредить. – Обиженным голосом ответил кто-то из молодых ребят.

Строители жили в старой заброшенной избе, неподалеку от стройки на окраине деревни. Пошел туда.
Деревня, громкое название, какие-то полуземлянки построенные в хаотичном порядке. Центральная улица извивается причудливой лентой, сворачивая то к одной избушке, то к другой кучке потемневших от времени бревен символизирующих жилище. Отхожих мест как таковых нет, ходят в сараи на солому. Зимой живут вместе со своей скотиной, спят на полатях, старики существовали на печках, топившихся к стати по черному. Дым выходит через маленькое волоковое оконце. Вонь стоит невыносимая.
В самый первый приезд, меня хватило всего на три минуты, потом заслезились глаза, запершило в глотке, выскочил во двор и с трудом отдышался.

Силантия нашел там, где и сказали, в домике у артельщиков, он выговаривал старшему. Когда приехал и весть принес? Так эти герои захотели поучаствовать в разгоне неформалов. Послушал пять минут, и понял. Если ещё и я с тем же вопросом подойду, то мою шкурку повесят сушиться, выставив на всеобщее обозрение. Ну их, пока пойду лучше осмотрю нашу вотчину. Площадь отхапанного от деревни куска имеет в длину сто пятьдесят саженей и в ширину двести, двести двадцать.
Основные постройки уже возведены, осталось крыши доделать. Заодно нашли место для колодца, мужики говорят,- что там есть вода. Это хорошо, потому, что у меня тут же нарисовалась водонапорная башня, кубов на десять. Насос от ветряка запустим, утеплим овечьей шерстью, а зимой воду подогревать буду, чтоб не замерзала. С грустью посмотрел на кустарник, подступающий вплотную. Надо все-таки строить пилораму, доски для забора пилить, а то у меня скоро агрофобия разовьется. Можете смеяться надо мной, но пару вышек для часовых обязательно поставлю. Думаю возражать, никто не будет, пока шел сюда, пару чиграшей на крыше видел, в зеленых кафтанах и сапогах. Лежат голубки, округу осматривают….
- Федор! А ты что здесь забыл?- Блин, убью тебя лодочник. Силантий подкрался и спросил тихонечко.
Я подпрыгнув от неожиданности, отскочил и развернулся, выхватывая из-за пояса пистолет.
- Силантий. Чума на твою голову, чтоб ты облысел зараза, и зубы у тебя по выпадали, чтоб у тебя уд на лбу вырос, как поссать так нагибаться….
А он только расхохотался в ответ, обнял за плечо,- Звиняй. Ты чего пришел?
- Да тебя вахлака искал.
- На кой?
- А я уже и не помню, из башки все повыскакивало. Ты с ними чего ругался? – Кивнул в сторону артельной общаги.
- А…. Пустое, решили помочь, за долю. Так я их послал, куда подальше. Поранят кого, али того хлеще пришибут, меня Никодим с гавном сожрет и ты ему поможешь. Вам обоим ужо неймется, сюды переехать. Так?
Я сначала дернулся руку с плеча скинуть, да куда там,- Ну…. Да.
- Вот про то и молвил, этим сучкорезам, что без них обойдемся.
- А меня почто испужал?
- Эх, Федька, Федька, да ты себя со стороны не видишь. Стоишь посередь, руками машешь, да сам с собой речь ведешь. А иногда у тебя взгляд пустой бывает, сидишь да на стенку смотришь, а губенки шаволются. Чаво удумал?
- С чего ты решил?
- Ох не слушаешь ты меня, да с того что опосля таких посиделок, всякие диковинки творить начинаешь. Ну, сказывай.
- Вышки дозорные надо поставить. Вон там и здесь.- Показал на предполагаемые места.
- Про дальнюю согласен, как раз будет, а здесь без надобности.
- Как думаешь, тати придут? – Спорить и доказывать сейчас свою правоту, не хотелось, все равно, по-моему, будет. Поставлю так, чтоб вся территория фабрички просматривалась. Вот и решил сменить тему разговора.
- А бог его знает…. – замолчал подумал об чем-то и продолжил. – Ты вот на меня в доме обиделся.-
И выставил изуродованную руку, с железной чашкой вместо кисти и торчавшим из неё кинжалом, останавливая меня.
- Обиделся, у тебя на морде, как на пергаменте писано было. Не шутковал я, говоря, что надо было татя стрелять. Ежели ты его убил бы, то покойник не скажет куды вы побегли.
- Да мы через поле поперли, там такие следы остались….
- Тю, та трава поднялась ужо и поле опять диким стало. А так живой разбойник, своих на татьбу подобьет, да и укажет где вы с дороги свернули. Пойдем. Надо нам ещё пищали осмотреть….

Ночь прошла довольно беспокойно. Пару раз часовым что-то мерещилось и они поднимали нас. Просидев с полчаса и выяснив, что тревога ложная мы уходили обратно спать. Мне повезло, признав меня не годным к строевой, освободили от почетной караульной службы. Да только совесть моя бодрствовала и заставляла бренное тело, шарахаться от малейшего шороха. Только перед самым рассветом, когда темнота стала серой, и постепенно светлело, она успокоилась и уснула.
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 04.09.2011, 21:28 | Сообщение # 230
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
«Темные линии ложатся на белоснежный ватман, выводя контур опорной рамы. Она вдруг отрывается от бумаги, обретает форму, объем и медленно вращается, показывая себя со всех сторон.
Замирает, начинает светиться, пульсирующим красным отблеском на угловом соединении. Увеличивается в размерах, и сразу становиться понятна причина. Силовая часть выполнена на коротком плече поперек волокон, а надо наоборот, ибо нагрузка здесь идет сверху вниз. Перестраивается, окрашивается зеленым и отъезжает назад. Появляется редуктор, потягиваясь как ленивый, сытый кот, ползет к своему месту, подняв вверх, словно хвост, короткий приводной рычаг.
Прежде чем встать на крепления, покачал маховиком в разные стороны, потом улегся и застрекотал храповиком, словно замурлыкал. Приползла подающая тележка, крадучись словно мышь, она тихонечко заняла свой пост и затаилась. Бодро промаршировали крепежные шпильки, ввинтились в деревянную балку и заблестели полированными головками. Многочисленными тараканами изо всех щелей полезли гайки, гвозди, бочонками прокатились нагели, прискакали заклепки. Вся эта живность облепила раму, вгрызлась в неё с противным скрежетом и жужжанием. Потом разом все стихло….
Бум…. Хлопнуло вдалеке. По листу пробежала рябь. Бумс. Грохнуло ближе и гораздо сильней. Деревянная линейка, прижимавшая край соскользнула…. Краешек изогнулся, а вместе с ним покосилась вся конструкция. Сердито зашипев, кот вскочил, распушил хвост и выгнув спину, замахнулся когтистой лапой, зацепился за плечо,- Вставай – Промурлыкал голосом Силантия»

Открываю глаза и вижу в предрассветных сумерках склонившегося надо мной старого стрельца.
- Вставай. Разбойнички идут.
Резко сажусь. Потянулся под лавку за сапогами.- Сколько их? – Наматываю портянку и сую ногу в голенище.
- Ребята видели пятерых, от леса крадучись идут, я на всякий случай послал двоих глянуть у артельных, чтой то не по себе мне за них. Как бы не полезли….
- Мне, где место определишь, воевода,- Надеваю второй сапог, встал, притопнул. Вроде нормально, не елозят. Со стены сдернул свою сбрую, накинул, застегнул чертову застежку, вторую. Проверил, как вынимаются пистолеты. Нагнувшись, вытаскиваю котомку, порывшись в ней, достал коробку с патронами. Эх, блин, мало взял, всего двадцать штук, пять с пулями остальные картечь. Я её переделал, вспомнив о вязаной. Теперь она кучно летит на десяток шагов и только потом разлетается.
Распихал все по кармашкам, нашитым на лямки, положил на место засопожник и ещё раз попрыгал.
Никодим сидевший на кадке у входной двери с усмешкой следил за моими манипуляциями,- Федь, а зачем ты каждый раз скачешь?
Да стереотип это, вбитый киношными боевиками…. – А хрен его знает,- Честно ответил. Но думаю, он мне не поверил.
- Ну, готов?
- Да. Пошли,- И сделал пару шагов по направлению к двери.- Силантий, а как определить где наши, где тати?
- Деревенским велел запереться и носа не казать, моих ты всех знаешь, значиться, кого незнакомого увидишь, стреляй. И прошу тебя, мне раненые не нужны,- Стрелец довольно жестко закончил разговор. Повернулся и вышел.
Догнал его уже на выходе со двора, пристроился рядом. Он шагал широким шагом, и мне пришлось прилагать усилие, чтоб не затрусить рядом трусцой. Через двадцать метров я сдался, ухватил его за рукав,- Погодь чуток, не поспеваю.
- Тьфу, короста. – Он ругнулся, но шаг убавил.

Место мне определил не далеко от дома нашей поварихи, там проулок промеж избушек, как раз на поле выводит, за ним, в полверсты будет лес. Оттуда тати идут. В крайних подворьях, засело по трое ребят Силантия, так что я посередке оказался, было велено стрелять, во все что шевелиться и идет на меня. А что уже не шевелиться, расшевелить и пристрелить.
В принципе логично, моя задача остановить, а стрельцы двумя залпами перебьют нападающих и добьют уцелевших. В тоже время, у меня есть место, куда отойти, если что пойдет не так.
Силантий ушел, оставив меня одного.

Мне почему-то стало жарко, аж пот на лбу выступил. Расстегнул кафтан, открывая грудь утренней прохладе. Через пару минут стало зябко, запахнулся. Жарко…. Холодно….
А потом пришел колотун бабай и меня натурально затрясло от осознания того что мне предстоит сделать. В первом случае спасал свою жизнь, во втором, честно сознаюсь, стрелял в лошадь, сейчас же мне надо было убивать осознанно…. Ловить врага в прицел и нажимать на курок….
Ладони вспотели, вытер о ляжки, стер пот со лба шапкой.
Да. Я трусил…. Да мне было страшно…. Вот так осознано, лишить кого-то жизни….
С тоской подумал о фронтовых ста граммах. Ну, грамулечку, хотя бы глоточек, чтоб просто отпустили сжатые в тугую пружину нервы….
Да что ж такое твориться….
Если эти уроды сейчас не появятся, сам побегу вперед с криками,- за Родину, за Сталина.

Минуты ожидания падали каплями расплавленной смолы, медленно и тягуче. Я превратился в одно большое ухо и огромный глаз, всматриваясь и вслушиваясь в утреннюю тишину да заросли какого-то кустарника.
«Некстати вспомнилась армейская служба, первый караул. Бессонная ночь, полная тревоги и страхов.
Не упомню, какая смена была, поставили охранять бомбосклад. Первое от чего стало жутко, это от осознания того что рядом со мной, находятся тысячи килограмм взрывчатки. Я даже задышал через раз, боясь потревожить покой этих спящих чудовищ. Десяток авиабомб каждая весит по девять тонн, дремали, укутавшись в брезент…. Ночь, темно, ветер шевелить края маскировочных сетей….
А мне уже слышится, как они посапывают. Знаю, что сейчас безопасны, а все равно…. Страшно….

Прослужил наш призыв всего неделю. Только-только в часть прибыли, обживаемся потихонечку, первая партия, из пополнения. В палатке на двести человек, ютилось всего три десятка. Какая жизнь у новобранца, утром подняли, на физо сгоняли, отвели в столовую, покормили, обратно привели. Сиди, читай уставы.
Входит прапорщик и прямиком к сержанту, о чем-то переговорили. Нас строят и ведут в сторону складов, расположенных неподалеку от нашего стойбища. Подводят к вагону, и прапор толкает речугу.
- Мол бойцы, вам выпала великая честь, ла – ла, бла- бла и мать вашу, тра-та-та, чтоб разгрузили через полчаса.
И уходит вместе с сержантом. Мы настроенные на трудовой подвиг, всей толпой бросаемся вперед. Откатываем дверь и самые осторожные отступают назад. В три ряда, друг на друге, в деревянной укупорке, под потолок стоят бомбы. Всякие, от четвертинки до сотки. Сами понимаете, деваться некуда, аккуратно, не дыша, медленно вынимаем первую, относим поближе к дороге. Вторую, третью…. Кажется, что они никогда не закончатся. Идет обратно сладкая парочка, подошли, постояли, посмотрели на полудохлых муравьев, таскающих личинок и куколок. Прапор, старый мужик, прослуживший всю жизнь и навидавшийся всякого, даже не матерился. Он и сержант, влезли вагон, выгнали оттуда, всех кто там был…. А потом мы, салаги, чуть не обосрались….
Из открытых дверей на траву одна за другой посыпались, эти чертовы бомбы. Один валил пирамиду, а второй просто выкатывает наружу.
Ну, мы и залегли, кто, где смог….
Бодрая «уставная команда» исполненная в две луженые глотки, подняла нас и через полчаса, вагон был разгружен. Такой цирк бывал два раза в год, весной и осенью…. С каждым призывом….»

Кустарник, в конце проулка, зашевелился, дрогнула и опустилась вниз ветка. Я разглядел на фоне зелени, белое лицо человека смотрящего в мою сторону. Послышался треск сучьев и на тропу стали выходить вооруженные, разным острым железом, люди.
Засунув один пистолет в кобуру, выдернул пяток патронов, сжал в кулаке.
Разбойники шли, переговариваясь между собой, я насчитал девятерых.
«Пять, пять, трепло»
Они уже подошли вплотную к жердяным заборчикам, когда один из них вдруг остановился,- Погодь. – Придержал идущего рядом за плечо, и как собака стал принюхиваться.
«Стрельцы, фитили запалили…. Учуял гад»
До них было метров двадцать, для меня более чем предельная дистанция, но если сейчас полезут во дворы….
Вскочил на ноги и закричал, срываясь на фальцет…. Самое приятное слуху, это слово, - мать, остальные не для женских ушей. Для того чтоб меня было лучше слышно, выстрелил в их сторону.
Попал! Зацепил кого-то. В ответ донесся разноголосый вопль, от боли до простых криков. Раненый остался кататься на земле, а остальные бросились в мою сторону.
Никогда в жизни мне не удастся повторить такую скоростную перезарядку, они пробежали с пяток шагов, когда вскинув оружие, вторично нажал на курок, на этот раз патрон был дробовой. Красиво, но мимо. Нажал защелку, откинул ствол, выдернул стреляную гильзу, вставил новый патрон, прицелился, выстрелил. Удачно. Одному перепало, споткнулся на бегу, выронив здоровенный свинорез и матюгаясь упал на четыре кости.
И тут из-за забора, сначала с одной стороны, потом со второй, грохнули шесть пищалей, проулок заволокло дымом. Истошно завопил раненый, я отбежал к стене избушки и прижался к ней спиной.
Держа пистолет наготове, всматриваюсь в эту завесу. А там, судя по звукам, стрельцы добивали татей. Крик раненого оборвался, и наступила тишина.
- Эй, ты где?- Из пелены показалась фигура человека, идущего в мою сторону, в правой опущенной руке, сабля. По одежке, вроде наш, на всякий случай подымаю пистолет.
- Федор, это я Тимофей, не стреляй.- Стрелец остановился в нескольких шагах.
«Вот из чего дымовую завесу делать. Шестеро стрЕльнули раз…. Блин»
Отлипнув от стенки, шагаю ему навстречу. Да, этот наш. Показался ещё один.
- Тимоха, там пацан прибежал, сказывает, Силантий прислал, говорит, чтоб к нему шли.
Первый повернулся ко мне, - оставлю Курчавого с тобой, заховайтесь и носа не кажите, может еще, кто придет.
Пока разговаривали, нас обступили подошедшие стрельцы. Он скомандовал,- Айда за мной.
И топая сапожищами, они убежали. Оставив в обществе угрюмого, как потом выяснилось, молчаливого, парня и девяти покойников, тоже как-то не расположенных к беседе.
А у меня начался отходняк, захотелось поговорить, рассказать обо всем что видел и слышал.
Все попытки разговорить парня не удались, он только кивал головой, да крутил ей, осматривая проулок и улочку. Мы отошли назад и устроились в первом же дворе. Шавка, попытавшаяся тявкнуть, взвизгнула от удара прикладом и удрала прочь. Натаскали сена, по две охапки, бросили у забора и «затаились» Лениво жуя соломинку, стрелец снисходительно посматривал в мою сторону, изредка кивал, для поддержания беседы. А я заливался соловьем.
«Это сейчас, по - прошествии времени понимаю, что нес откровенный бред»
Терпения или жадности парню было достаточно, но видимо я его допек, он откуда-то достал, кожаную флягу, глотнул из неё и перебросил мне.
Открыл, понюхал, голимый чемергес, хрен с ней с эстетикой, присосался…. И впервые услышал голос своего напарника, - Э…. Э, оставь малость….
Занюхав рукавом и зажевав выдернутой из кучи травинкой, вернул владельцу его добро.

Минут через десять, у меня только прижился выпитый самогон, с другого края деревни грохнул залп через паузу ещё два выстрела потише и опять наступило тревожное ожидание. Просидели ещё где-то с час, алкоголь сделал свое дело, я даже задремал. Сквозь дрему услышал разговор, это прибежал посыльный. Поднимаю голову и…. – Едрить твою через колено поленом в задницу кочергой по рогам….
Домой вернемся, убью заразу лично, ждать ни буду, отловлю и казню лютой смертию, прямо сейчас, на месте.
Увидев меня, Мишаня взвизгнул и ломанулся со всех ног вдоль по улочке в сторону усадьбы. А во мне проснулся кровожадный тигр, захотелось,- пришибить кое-кого, да крови напиться. И кажется, знаю кто эта жертва.
- Что он молвил?
Курчавый, флегматично посмотрел вслед удирающему пацану, повернулся и спокойно ответил,- Пошли, татей всех побили,- Встал, отряхнулся, поднял свою дурынду именуемую пищаль, закинул за спину бердыш, подвесив на ремне.
- Айда что ли….
- Пошли.- Нищему собраться, подпоясаться.

Всего этим утром мы перебили восемнадцать человек, у нас четверо раненых, один из них серьезно, вогнали в брюхо полвершка холодного железа, но возможно, что кишки целы. Из всех засад наша оказалась самой удачной. Одна просидела вообще просто так. А вот третьей во главе которой был Силантий досталось полной мерой. На нас вышли как бы колонной, а вот ему достался рассыпной строй, да ещё из кустов скачущий.
Ещё есть шанс, что парень выкарабкается. Глаша варила сейчас, луковую похлебку, потом ей напоят стрельца и если опосля от раны запахнет луком….
Спросил у неё,- не видела ли она Силантия?
Тетка пожала плечами, промокнула платочком глаза,- Сказывал, вот – кивнула на котелок, - сварить, а куда ушел, не ведаю.
Старый пень, найду, загрызу. Это он сподобился послать мальца вестовым, бегать между засадами, а ежели что не так пошло? А?
Пришли с Курчавым к артельщикам на усадьбу, нет его там. Спрашиваю, - где?
Отвечают.- Только что убег к поварихе.
По дороге к ней заглянул в дом. Пусто, кувшин с пивом стоит недопитый, значит сюда даже не заходил.
Пойду, проведаю ребятню, заодно уши с яйцами оборву, а потом и башку, она ему после этого все равно не понадобиться. Вываливаю на улочку со двора и нос к носу сталкиваюсь со своими двумя кандидатами. Идут, блин в обнимку, Силантий здоровую руку положил Мишке на плечо и мирно разговаривают.
Что-то я не догоняю или в лесу медведи сдохли. Малой боится стрельца до дрожи в коленках, а тут такое….
Увидели меня, Силантий, заводит его себе за спину,- Справного отрока растишь, Федор. Помог он сегодня знатно, вести стрельцам молвил….
- Я ему сейчас молвлю, блин. Растак, его через плетень, коромыслом….
Эта сопля зеленая, выглядывает из-за спины и убивает меня на месте,- Дедушка Силантий….
Всё что я смог сказать через пять минут, стояния с открытым ртом, было несвязанное мычание.

Пользуясь, самым наглым образом мой временной беззащитностью, они, заметьте Они, взяли с меня утвердительный кивок о том, что я не буду обижать юного героя. Что-то действительно не понимаю. Жесткий, а порой даже жестокий, Силантий держал всю детскую команду в страхе божьем, зачастую все его воспитание сводилось к затрещине или пинку под задницу. Разговор у него с ними предельно короток,- пойди, принеси, положи, ступай. И тут – Дедушка Силантий….
«Да не этот ли «дедушка» тебя заморыша вожжами драл…»
Может и мне пора? Драть их как сидорову козу….

Оставим на потом. Сейчас есть более интересные вопросы.
- Хрен с вами, живи. Даю слово, честное пионерское.- Ляпнул, и Мишке кулак кажу,- В глаз получишь, а теперь брысь домой, чтоб глаза мои тебя не видали.
Подростка сдуло порывом ветра. Проводив взглядом, посмотрел на Силантия,- Что о татях молвить сможешь. Кто они и откуда?
- Не ведаю.- А самого морда хитрая и улыбается.
- Силантий Митрофанович,- И согнулся в поклоне, отвесив поясной поклон,- не откажите в любезности, молвите слово мудрое….
- Ну тя Федька в жопу. Пойдем, пиво допьем, ты его не вылакал ненароком?
- Вот те крест. Я что самоубивец какой? Мне легче у нашего барбоса кость отнять, чем у тебя из кружки глотнуть.
Стрелец шагнул к воротам и зычно крикнул.- Глашка, пива принеси.... Да и пожрать чаво, токмо рыбы не надо, мяса хочу….
Повернулся, ткнул меня в бок пальцем,- Пошли что ли, негоже на всю уличку глотку драть.

Как думаете, что он сделал в первую очередь? Правильно проверил уровень напитка в кувшине. Нацедил в кружку, и опростал одним духом. Опосля только скинул кафтан, закатал рукав на руке, второй поддернул, расстегнул пуговки на воротнике, сел на лавку. Откинулся на стену и блаженно закрыл глаза. Его стрельцы, все молодые ребята, новики, тут дело такое. Стрельцом можно стать по наследству. Ежели у тебя ещё жив отец, то ты как бы в резерве. Вот помрет батя. Тогда да вперед служивый в кадровую часть. Можно конечно и самому записаться, да только вот беда. В Москве не останешься. Зашлют в хреново кукуево и строй свою жизнь как знаешь и умеешь. Кому-то везло, на Руси оставался, но иные бедолаги, закинув на плечо пищаль, бодрым шагом отправлялись осваивать Сибирь и, то, что было чуток подальше. Силантий переговорил со своими живыми сверстниками, седыми патриархами в семьях. Не знаю, как, но убедил, что парням нужно опыта набираться, то да сё, а здесь ещё и деньгу платят. В итоге в нашем не законном бандформировании, был практически взвод, молодых горлорезов, двадцать девять человек. Я тут узнал одну новостишку, заставившую смотреть на Силантия по-другому. Он в течение года был сотником, потом его сняли, придравшись к пустякам, на его место поставили чьего-то сынка, человек, поведавший мне это, говорил что лучшего командира, не встречал.

Уселся напротив, налил пива. Не люблю местное, горчит и пованивает чем-то, но здесь вина днем с огнем не найдешь, а вот этой бурды, пожалуйста, хоть залейся. Виной всему, заросли дикого хмеля, растущего на краю болота в пяти верстах от деревни. Они его заготавливали, сушили и думаю, что какую-то часть продавали мимо Архипа. Есть тут пара домиков, посвежее выглядят, а глядя на всеобщее запустение и безденежье…. Надо поговорить с мужиками, они теперь считай…. Мои.
Глотнул, а черт его знает, может и привыкну. Поставил кружку, вытер усы и бороду,- Силантий, так что там с татями?
- Да какие они тати? Холопы беглые на волгу шли, решили, что у нас поживиться можно.- Стрелец, отвечая, даже глаза не открыл, как сел, так и сидел.
- Они на обоз напали. Людишек побили, я сам видел, как убили одного.
- То не они, то другие.
Силантий сел, вылил остатки в свою посудину,- Свезло тебе, да и нам всем. – Выпил, поставил пустую на стол.
Я потряс головой,- Ничего не понимаю.
- А что тут непонятного. Спужал ты их. Они тебя за стрельца приняли, думаю что их давно уже и след простыл. А эти…. Они токмо по ночам шли, днем в лесу отсыпались, на свою беду, вчерась на нашу деревеньку набрели.
- Погодь. Это что получается, две ватажки было что ли?
- Ну, да. Я тебе об чем и молвлю. Народ мимо нас на волгу идет, мы с Силантием Шадровитого тогда поспрошали, он казал, что кажную весну, со своими ребятами беглых холопов отлавливал.
Бывало, что людишки целыми селищами шли.

« О бля! Купили землю на пути миграции. Здесь что каждый год переселение народов происходит?»

- А потом что?
- Что?
- С пойманными что делал?
- А. так это, хозяину возвращал.
- А заново прихолопить?
- Можно и по рогам получить, ты же беглых принимаешь, в холопьем приказе за этим строго следят.

Открылась дверь и вошла повариха, за ней следом не знакомый пацаненок лет семи. Несущий доску, накрытую чистым полотенцем. Поставив сковороду с шипящим ещё мясом перед Силантием, забрала поднос, водрузила рядом. Там оказался хлеб, и первая зелень, мытые листья чеснока и перышки лука и сама луковица, очищенная и разрезанная на четвертушки. Стрелец даже заурчал, как кот при виде сметаны, из-за голенища вытащил тряпицу с замотанной ложкой. Размотал, дунул пару раз на неё и полез за мясом
- Погодь. Дай помою.
- А пустое. Больше грязи ширше морда.
- Дай помою. Обсерешся когда ни - будь от грязи.
- На. Злыдень. – Двинул в мою сторону.
Сходил к кадушке, ополоснул его и свою ложки, вытер чистым с виду полотенцем.
Вернувшись обратно сел за стол и полчаса было только слышно, как хрустели обгладываемые косточки.
После сытного завтрака, в благодушном настроении навестил дом, где квартировали мои гаврики.
Пообещал Сашке, что в следующий раз, если не уследит за братом, выдрать, Мишке отвесил леща.
С Климом все было в порядке, он ходил и гундел, озадачил его, послал к артельщикам, пересчитать все оставшиеся бревна, Димка мастерил какую-то хрень. Убедившись, что все живы и здоровы, решил найти местечко и поспать минуток шестьсот, на каждый глаз. Не дали.
Силантий попросил вместе с его ребятами проследить за местными, надо было прикопать покойничков.
Стрельцы уже собрали мужиков, указали место, и те рыли яму, а мне выпала почетная миссия, поработать водителем катафалка. Всегда мечтал.
До обеда занимался частным извозом, клиенты остались довольны, а уж как я был доволен….
Пока ездил, в голове все крутилась мыслишка, не давали мне покоя те пять телег.
Лошадки были уставшие, взгорок небольшой, а у них силенок не хватило, воз наверх затащить. Думаю, что не могли они за ночь уйти дальше, чем верст на десять. Со своими соображениями направился к Силантию.
Он меня выслушал, почесал в затылке.- Сколько было в обозе людишек?
- Осемьнадцать.
- А этих?
Тут я пожал плечами и стал оправдываться,- Удирали мы, по сторонам не смотрел
- От! – Он наставительно покачал указательным пальцем перед моим носом,- Не ведаешь, а у нас на ногах остался десяток, да ты, да я.
- А ежели там на возах было им не нужное, а нам нужное, телега сломалась, они возьми да брось её, а мы доглядим, а?
- Федька, я те что, девка какая, на блуд сманиваешь. Казано тебе, нет.
- Тогда сам пойду, один как есть.
- А в глаз?
- Силантий, все равно идти придется, доглядеть, ушли тати али нет? Дай мне пару стрельцов на подмогу….
- А ежели у разбойников свои лошадки были? Они почитай верст, тридцать отмахали. Так и пойдешь за ними?
- Силантий, хоть вы меня и зовете блаженным, но я не юродивый, чтоб по лесу лазать.
Молвлю же, что вдоль дороги пройду, дальше, чем на версту от неё отходить не буду.

Какое-то дежа вю. Пыльная дорога, скрип колес (по приезду надо ТО провести достало уже) Ласкина задница, только нет гомонящей компании ребят за спиной. Нет, они есть, только возрастом по более будут. Лежат на дне телеги, сверху присыпаны сеном, чтоб со стороны казалось, будто один мужик едет. Шапку надвинул на лоб, согнулся, как бы сплю, дремлю, а сам по кустам зыркаю. Впереди показалось место где я, разбойник с коня ссадил. Пусто, нет никого, даже капель не вижу. А вот на березах и соснах, расселись галдящие сороки-вороны да галки. Понятно, стащили лошадку в кусты, идти смотреть что-то не хочется, да эта птичья стая, лучше всяких часовых упредит. Еду мимо. Пару верст ещё проехали, до спуска осталось всего ничего. Остановился у здорового куста орешника, раскинувшего свои ветки во все стороны, слез с телеги и стал поправлять упряжь. Осматриваюсь, вроде не видать никого. Стукнул кнутовищем о доски, прошуршало сено и стихло. Забрался обратно, разобрал вожжи, хлопнул по жирным бокам кобылы и покатился вперед.

Вот здесь, лежал убитый, кто он там, стражник, охранник? Нет ничего, разобрать следы на дороге смогу, если это будет танк, а здесь как не бывало. Смотрю на кусты откуда вчера выскакивали нападающие, до них метров двадцать было, вроде как будто, вижу поломанные ветки. Слезать и идти осматривать….
Ещё на выезде из деревни мой воинственный запал стал потихоньку гаснуть, а тут на середке дороги, утух окончательно. Одно дело, когда вокруг тебя толпа твоих людей, в любой момент предупредят об опасности. Поднявшийся ветер шумит в кронах высоких сосен, посвистывает среди ветвей, из леса доносится птичий гомон. И тут нарисовался тополь с плющихи, не скорей дуб, стоеросовый. Стою блин, пень пнем. Что дальше делать? Вопрос решился сам собой из кустов вышел стрелец и окликнул,- Федор, ступай сюда.
Хоть дорога и пустая, но оставлять транспортное средство без присмотра негоже, угонят, поминай как звали. Съехал, направив Ласку в просвет между двумя соснами. Три минуты зубодробительной тряски и мы остановились на маленькой полянке, только – только телега с лошадью уместилась.
Накинул путы на ноги кобылке, на морду торбу с овсом, пусть подзаправиться.
- Показывай.
Парень как-то нехорошо усмехнулся,- Пойдем.

Мы пошли через редколесье как бы в обратно, к деревне, опосля свернули и стали углубляться в чащу.
Они были все там, все до одного, раздетые догола, сваленные в две ямы от вывортней и прикрытые хворостом и лапником…. В запахи весеннего леса уже вплетался сладкий аромат смерти.
Проблевавшись, утер рот,- Парни, их похоронить надобно.
- Мужиков пригоним, они сробят.
Вести дальнейшие поиски, как-то расхотелось, но мы осмотрелись вокруг, ничего определенного стрельцы сказать не могли, возчиков убивали не здесь, сюда их уже сволокли мертвыми. Пошли обратно к нашей повозке и не напрямки, а сделали небольшой круг. Широкую, глубокую колею, уходящую вглубь леса, нашли метров через триста от захоронения. Постояли, почесали репы и, решив не рисковать, пошли по следам к выходу на дорогу. Буквально за следующим кустом, потянуло мертвечинкой. Осторожно подобравшись, нашли дохлую лошадь, без упряжи и задних ног. Туша была разрублена пополам и освежевана. Но самое главное, мы увидели одну телегу, в пяти метрах. Быстрый осмотр показал, почему бросили, разбойники наехали на пенек и сломали пополам заднюю ось.
Веревка обвязывающая груз была срезана и свисала по бокам. Шкуры откинуты, частично порезаны, а вот кладь осталась на месте. Ибо тащить с собой, если это мигранты, уходящие от своих хозяев, ищущие лучшей доли, не имеет смысла. Такое видел на пушкарском дворе, когда с Тулы караваны приходили. Заготовки для ружейных стволов, на первый взгляд порядка тысячи штук.
Полез смотреть клейма мастеров, а потом усиленно тер затылок. Укладка, обвязка Тульская, а метки Ведменского заводика недалеко от Каширы. Пищальные доски можно было отправлять сразу в кузницу.
На глаз оценил стоимость, все это тянуло почти на пятнадцать рублей.
Кто продавец, а самое главное кто покупатель? Имущество-то казенное….
На груди засучила лапками, подружка-лягушка.
Отдать обратно, не поверят что это мы нашли, толкнуть налево, товар специфичный…. Можно отвезти к себе, заховать до лучших времен, а потом пустить в переработку.
Победил здравый смысл, не дергаться, а вернуться обратно и посоветоваться с более опытными товарищами. Мелькнула мысль что груз может принадлежать Строгоновым…. Но как же тогда клейма?
Я со стрельцами немного поработал, мы перетаскали все железо саженей за двадцать, свалили кучей, засыпав хворостом и лапником, поехали домой.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 04.09.2011, 22:04 | Сообщение # 231
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Quote (Старый)
Огляделся, ближайшая береза (Береза!) в метрах тридцати от меня. Прошелся, осмотрел ствол, в полуметре от земли, содрана кора, свежая ссадина. И мне по пояс будет, прямо в середку воткнулась картечина, вошла не глубоко, на пару сантиметров.

береза - твердая, будет блин без всякого проникновения, смени на сосну или осину
Quote (Старый)
Солдатики из олова отлитые, те,

повтор куска - выше было близко по смыслу

понравилось и хороший такой кусок


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.

Сообщение отредактировал al1618 - Воскресенье, 04.09.2011, 23:19
 все сообщения
СтарыйДата: Понедельник, 05.09.2011, 08:18 | Сообщение # 232
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Quote (al1618)
береза - твердая, будет блин без всякого проникновения, смени на сосну или осину

логично.
Quote (al1618)
повтор куска - выше было близко по смыслу

не поверишь, но я его два раза НАПИСАЛ, а не скопировал.
поменяю.
 все сообщения
al1618Дата: Понедельник, 05.09.2011, 08:23 | Сообщение # 233
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Quote (Старый)
не поверишь, но я его два раза НАПИСАЛ, а не скопировал.

поверю - это видно, тем более что написано по разному


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 18.09.2011, 21:33 | Сообщение # 234
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Возвращение было грустным, зрелище увиденное на той полянке, не для слабонервных. Насколько успел рассмотреть, прежде чем рыгать начал у всех разбита голова, я конечно не судмедэксперт, но характер одинаковых ран, наводит на определенные мысли. Одна из них, что разбой, чистой воды заказуха.
Да только не понятно, кому понадобилось плохое, честно говоря, железо? Шведы здесь, делают тоже самое и оно лучшее на европейском рынке, поляки большую часть берут у них. А может быть и так, что на первых четырех телегах было то, что нужно, а эту просто бросили. Тащили, насколько было можно в лес и когда лошадь пала, оставили. Даже не стараясь скрыть следы, посчитав, что у нашедшего, проблем с находкой будет выше крыши. Продать это практически невозможно, металл в таком виде покупает и распределяет казна. Учет на заводах строгий, с выработки мастерам платят зарплату. Сделать лишнего….
От раздумий черепок стал постепенно разогреваться и потихоньку гудет. Да провались оно все пропадом, потянуло на посмотреть и что теперь?
Если с Силантием решим забрать, я лично склоняюсь к тому, что надо, надобно будет запутать следы таким образом чтоб это выглядело как случайная находка неизвестных людей. Пошли в кустики пописать, увидели тропу, прошли, и тут такой подарок. Вынесли на дорогу, погрузили и увезли в неизвестном направлении. Следующий этап. Хоть это и не по-людски, оставлять тела без погребения, но мы не должны ничего здесь трогать, все должно остаться, так как есть. Со стрельцами переговорит Силантий, я понятное дело буду молчать как рыба об лед. Больше никто про это знать не должен. Дальнейшие работы по вывозу этого долбанного металлома будут исполнены нынешним составом, и прятать его придется, мне со стрельцами, сидящим в телеге. Думаю, что сегодня ночка нам, предстоит ещё та.

Дождавшись когда разденусь и умоюсь с дороги, Силантий налил пива в кружку, пододвинул мне под руку.- Сказывай. И что удумал?
Обстоятельно поведал о находках, особенно остановился на покойниках. Рассказал как вариант что можно сделать, чтоб сбить со следа, тех, кто будет разыскивать пропажу.
- От вы два сапога на одну ногу, ты да Никодим. Он по молодости…. – Что хотел сказать стрелец, осталось неизвестным, входная дверь скрипнула, и вошли двое ребят сопровождавших меня во время вылазки.
- Звал.- Спросил, что был старше. Войдя, они сняли шапки и остановились, едва переступив порог, перекрестились.
- Садись робятки,- Силантий махнул рукой на, лавку рядом с собой. – Разговор у нас с Федором к вам есть.
Когда они уместились рядышком, положив головные уборы на стол, Силантий задумчиво потребил бороду.- Вот что други, об том, что вы там видели и особливо что нашли, надобно молчать.
- Тама возчики, побитые в ямах….
- Мне Федор обсказал. Заковыка такая, жалезо вами найденное, есть казенное, ежели его сыскать будут…. Оговориться кто, катам царским, все едино из кого правду тянуть из кого кривду. Знамо что не по-людски будет, оставить не погребенными…. А ежели кто слово молвит, а? Нас тогда прикопают, всех и глубоко. Сначала на дыбе спытают, опосля живота лишат. Так что робятки, молчите, ежели наши кто пытать будет, молвите,- ничего не видели, никого не нашли. С Никодимом обговорю, деньгу за эту седмицу на полтину больше получите. Ступайте.
Стрельцы ушли, уже на выходе их остановила просьба Силантия,- Ежели кто….
Я сидел лицом к нему, и даже мне стало не по себе, от его взгляда из под косматых бровей.
- Ежели кто, будет пытать вас сильно, вы должны мне молвить, кто таков к вам с расспросом пришел.
Взмахом руки отпустил стрельцов, когда за ними закрылась дверь, на меня смотрел добрый «дедушка Силантий»
- Что Феденька, повечеряем чем бог послал, да собираться надо. С вами пойду, ежели не таскать, так охраню вас.

Половина не половина, но треть ночи мы точно провозились. Для начала за околицей захоронку приготовили, и только потом поехали забирать уклад. Жутковато в лесу ночью, живность какая-то шуршит, кто-то из кустов черных глазищами светит, филин ухает. Если бы не работа, гадом буду, в портки наложил бы. Особенно после киношек про зомби, а тут неподалеку, более полутора десятка жмуриков ляжит. Хорошо хоть за один раз Ласка все свезет, только на троих по тридцать ходок сделать надо, шагать, между прочим, саженей пятьдесят. У меня лично вышло сто двенадцать шагов.

С первыми петухами, бодрым голосом скомандовал – Подъем.- Мы, я и мои ребята уезжали в Москву.
Испытания были проведены, признаны успешными и с маленькими доработками изделие может быть принято на вооружение. Во всяком случае, для нашей банды.
Всю обратную дорогу обдумывал систему раннего оповещения, сигналки ещё в третьем классе делал.
Сложного там ничего нет. Поспрошал местных, есть ли какое крупное зверье, кабаны, олени, лоси, оказалось, есть, и те и другие, а первые даже поля с овсом травят. И как мне расположится с моим ранним оповещением, когда в лесу бродят стада живности? Та ещё задачка.
Скорей всего придется прижиматься к деревне или вводить полосу отчужденности вокруг заводика, как её там, контрольно следовую полосу делать. А на хрена козе баян? Может проще все решить, хвоста накрутить стрельцам, чтоб службу тащили?

Налет «нелегальных эмигрантов» показал, что худо бедно, но ограда не помешает. Строить из бревна? А сколько их потребуется, если общая длина забора переваливает за полтора километра?
Не огораживать…. Да как-то, неуютно жить на проходном дворе. Это первое, ну а второе….
Любовь приходит и уходит, а технологии крадут всегда.
Надобно ставить свою небольшую пилораму и начинать потихоньку пилить. Пускать на продажу нет смысла по простой причине, никто не будет их покупать. И дело здесь конечно не в том, что потребитель обычно консервативен и медленно меняет свои привычки, а косность москвичей. Что неоднократно подчеркивалось соотечественниками и иностранными наблюдателями.
Дешевизна могла пробить и косность, но это должна быть дешевизна товара, приобретаемого за деньги. Да вот беда, эти гроши траться на приобретение, прежде всего таких вещей, которые нельзя воспроизвести дома. Личный труд, особенно для себя, совсем не цениться, применение рабочим рукам и на стороне не всегда возможно. Вот по этому, обрезная доска пока что не в почете, ещё в мою бытность работы на государство, интересовался этим вопросом и результат, честно говоря, немного ошеломил. Кода в столярке задал вопрос о том откуда они берут доски на приклады, мне просто указали на кучу чурбаков.- Вот с ентого и колем.
Как дурак потом стоял и слушал поучения престарелого мастера о том, как правильно надо расщеплять заготовку, чтобы получить возможность сделать два приклада. Бред. При топорном подходе ещё два, стружкой улетали в печь. Когда спросил, а есть ли возможность распиливать бревно вдоль, на меня смотрел выцветшими от старости глазами, баран и блеял что не можно так делать.
В чем-то он был прав, но это хорошо для индивидуального подхода, а когда стоит задача вооружить тысячи, этот способ, должен кануть в лету.
Впоследствии выяснил, что в Москве профессии пильника, нет. И если появится, то ещё не скоро. Народ, если была нужда, брал топор, клинья и колотушку, не получиться с первого раза, сделается со второго, третьего. Для всех вокруг это естественно. Лес, из-за малого количества пахотных земель, считается, чуть ли не врагом. Русь, имеющая в своем распоряжении огромные лесные угодья, не хочет и думать, об их экономном использовании. Наоборот, с лесом ведется постоянная и напряженная борьба.
Оставленные без присмотра угодья зарастают, сначала кустарником, а потом, деревьями. И когда возвращались люди, все приходилось начинать заново….
Пилы для ручной распиловки найти можно, даже видел такие, качества не ахти, железо плохое. По внешнему виду, эдакая «дружба два» только длиной метра три, к ней требуется пара крепких мужиков и ещё двое на замену. Сколько они смогут сделать за день, два, три бревна и всё? Это досок восемь. Я провел подсчеты и ужаснулся. Блин, да им потребуется два с половиной года, чтоб напилить требуемое количество…. Чтобы там не говорили окружающие меня люди и не крутили пальцем у виска, намекая, что плотники топором наделают столько сколько нужно, пилораме все-таки быть. К следующему лету, забор должен стоять. А если у меня выгорит дело с прикладами для мушкетов, то и для них нужны пиленые заготовки. Очень хотелось видеть привычную глазу тару, а именно ящики. От нынешних бочек, тюков, узелочков, бросало в дрожь, хранить их надлежащим образом ещё та проблема.
Население довольно бедно, заработанные деньги тратит со страшным скрипом. Но есть одна контора, готовая выкладывать кучу монет, правда связываться с ней себе дороже, можно и по мордосам получить ежели брак какой будет. Это казна, она же царство Московское, собирающее в год тысячи рублей налогов и тратящее на армию до трети своего бюджета. Хороший кус….
Дословно указ Петровский не помню, но суть такова.
«Хозяина тульской фабрики (хрен его знает как) бить кнутом и сослать на работу в монастыри, понеже он, осмелился войску Государства продавать негодные пищали и фузеи. Старшину приемщиков бить кнутом и сослать в Азов, пусть не ставит клейма на плохие ружья»
Хозяину накатили двадцать с лишним ударов и червонец штрафа за каждый ствол.
В этом деле, а оно ещё только будет, легче всех подьячий отделался, его на год лишили воскресной чарки.
Работать мастером на казенном заводе это одно, а вот быть им на своем совсем другое дело. Никто и ничто не сможет помешать внедрять новые технологии….
Дай господи сил и терпения, чтоб удалось задуманное, ибо не о животе своем пекусь, а токмо об укреплении государства Российского.

Лета ХХХ года, Апрель 17 день
Рано утром, запряг своего шестисотого мерина….
По возвращении меня ждал сюрприз. Никодиму надоело делить со мной нашу единственную лошадь, а ждать пока подрастет жеребенок Гоша ещё долго.

Заезжаем вчера во двор, подъезжаем к конюшне, оттуда выходит Никодим, держа в руках вилы. Подходит и начинает осматривать лошадь, оглядел ноги, проверил, не сбиты ли бабки. Погладил её по морде, эта зараза ещё к нему и тянется.
«Предательница, как выпрашивать кусок хлеба с солью, так это пожалуйста, а как меня приветствовать….»
Остановился рядом,- Мне туточки сорока на хвосте весточку принесла…. Не хочешь Феденька мне поведать?
Когда он так язвить начинает, нужно искать вазелин или что ни будь ещё. – Никодим, вот те крест, не виноватые мы, они сами к нам пришли.
- Ты про что молвишь?
- А ты про что?
- Шуткую я, подарунок хочу тебе сделать.
- А я нет, - мотнул головой в сторону дома, куда убежала отпущенная мной команда,- Тати на обоз напали, в самый раз, когда мимо проезжали, только вот кобылка нас и спасла.
В двух словах рассказал самую суть, под конец задал вопрос, хотя и знал на него ответ.- Шадровитый сказывал, что через эти земли холопы беглые ходят?
- Сказывал.- Запустил пятерню под шапку и яростно заскреб затылок, от чего она съехала ему на нос.
- да токмо никогда такого не было, чтоб они на селище нападали.
- Тогда значится, мне повезло…. Дважды….
За разговорами мы рассупонили лошадку, откатили телегу в сторонку, Никодим взял её за недоуздок, я же навьючил на себя упряжь, пошли внутрь конюшни. И пока, развешивал по местам все причиндалы. Он успел завести Ласку в денник, закрыть дверцу и, встав рядом, ждал, пока закончу.
Пристраивая хомут на его законное место, я вспомнил,- Что ты там сказывал о подарке?
- А ты глянь получше,- Никодим улыбнулся и махнул рукой в сторону второго денника.
И только сейчас я заметил выглядывающую оттуда морду, с любопытно меланхоличным взглядом следящую за двумя людьми.
- Это о чем я подумал?- Разговоры о приобретении второй лошади пошли сразу, как только нам пришлось начать разъезды.
- Да, ему семь лет, зовут Бабай, мерин.
- Сколько отдал? – остановившись напротив, протянул руку, дал её обнюхать и лишь, потом коснулся теплой, шелковистой кожи. Вопрос о деньгах был не праздный.
- Поменял и два рубля додал, могет и под седлом ходить.
- А на что сменял?
- Ты ж сам грозился из лавки самовар выкинуть.- Он пожал плечами.
Вот и у меня появился свой транспорт.

«Надо было отправляться в кузнечную слободу. Наверно черт меня толкал под руку, потому что отдал все наличные стволы, в свое время честно украденные, все девять штук. Один отойдет Архипу, а остальными хочу вооружить Силантия и его ребят. Это у одного кузнеца будет, а вот другой, должен мне переделать три пищальных ствола из числа изготовленных ковалем Василием из пушкарского приказа, им предстоит стать винтовками. На них должны сделать нарезы и камору под предоставленный образец патрона. Это тот же человек что изготавливал прошлогоднюю неудачу. Кстати пока вспомнил, а может её разобрать и на пистолеты пустить, там как раз из неё три штуки выйдет? Или может оставить?»

- Тварь, зараза, падла кастрированная,- Я размечтался и зазевался, за что был наказан. Пока затягивал подпругу, эта скотина укусила. Приласкав мерина кулаком по морде, отскочил в сторону и сейчас стоял, потирая задницу.
Позади, раздался смех и голос Никодима.- он ещё и лягается.
Препираться не хотелось, дорога хоть и не дальняя, да дела муторные, погрозив меднику кулаком, за то что раньше не предупредил, забрался в седло. Он открыл одну створку ворот, я включил первую шенкельную передачу, вывел наше приобретение на дорогу. Мерин шагает спокойно, опустив голову, оглядываюсь, Никодим не ушел, а даже наоборот, смотрит мне в след. Втыкаю вторую каблучную, темп нарастает и переходит на легкую трусцу, седло противно начинает похлопывать снизу. Пока приноровился, задница получила хорошую встряску.
Прикольно, только после такой езды мне сидеть будет противопоказано. Решил перейти на повышенную, подбираю поводья повыше, собирая в горсть на самой шее. Размахиваюсь ускорителем….

В девяностых мне довелось немного позаниматься верховой ездой. У нас там были «буденовцы» довольно высокая лошадь с острым хребтом. Езда на них без седла довольно специфична, надо сгибать ноги в коленях, подкладывая ступни под свою задницу. Иначе сбить копчик дело двух минут. Что и подтвердилось впоследствии. К чему это все…. Просто галоп этого бабая, тоже самое, что сесть за руль грузовика после легковушки.

Торможу, натянув поводья. Не ахти мой шестисотый мерин, не ахти…. Может продать его?
Приходите на рынок, и на столбе, по правую руку, на входе висит такое объявление
«Продается мерин, цвет палевый, отличное состояние, пробег 20000 верст. Полный привод, повышенный клиренс, телескопический глушитель, литые подковы, овсяный карбюратор, кнутовое зажигание, кожаный руль, естественный обогрев, навигационная система (до стойла), круговой обзор, автообмахиватель заднего бампера, охапка сена на десять верст, комплект зимних, шиповатых подков, бесплатно»

Топ, топ, топают копыта по земле…. Кап, кап, рождаются буквы…. Из них собираются слова, закручиваются в клубок и укладываются на долгосрочное хранение, под костяным сводом черепа…. Ещё с тех времен, прошедших, осталась привычка, предаваться размышлениям пока находишься в дороге….

«Есть одно, что поражает меня несмотря на то что прожил здесь уже достаточное количество времени. Казалось бы, что надо привыкнуть, а не могу, не получается. Это наши дети. Мои первые же попытки вести себя с ними соответственно их возраста, были пресечены, сразу и бесповоротно мне дали понять, что они не маленькие. Я тогда даже опешил от всей этой отповеди. Попытался разобраться…. Итог, обескураживающий.
В оставленном мной веке, зрелость человека закреплена законодательно в двадцать один год. Господи, большего идиотизма я не встречал за свои прожитые годы.
Когда впервые увидел здесь свадьбу, меня поразила молодость новобрачных, поинтересовался, ему шестнадцать, ей пятнадцать. Стал присматриваться, узнавать возраст детишек, их родителей.
Выяснил, к двадцати одному году, многие имеют по трое и даже более наследников. Разговаривал с ними, могу сказать, что это целостные личности. Знающие и понимающие что они хотят от жизни.
Таких, в оставленном времени, встречал только в тридцати летнем возрасте. Мы стремимся искусственно оградить наших детей от взросления, уберечь от всех бед и напастей. Горожане, больше всего этим страдают. Потом правда удивляются. Почему это, так, дитятко, отучилось, есть образование, а работать тварь не хочет, как села на шею, так и сидит. Ответ прост, сами виноваты. Вспомните дорогие мои, как тряслись над своим чадом, оберегали, опекали. По первому капризу игрушки новые покупали, а всех делов то было, поставить в такие условия, что хлеб и зрелища, отрабатывать надо, а не халяву получать.

Мысли плавно свернули в сторону дел насущных. Разговоры с Никодимом зимними вечерами, в обед и после работы. Потихоньку полегоньку. Капал на мозги человеку, от которого зависит многое, если не все. В чем-то он со мной даже и не спорил, а по некоторым, дело доходило до крупных ссор.
Он понятно, дитя века текущего, использовать холопский труд для него также естественно как для меня умываться по утрам. ( До сих пор не может этого понять) Но я знаю, что подневольный труд практически невозможно стимулировать на эффективную работу. Холопу все равно, он не заинтересован в своем труде. – День прошел…. Ну и ладно…
В буквальном смысле слова, на пальцах объяснял условия и принцип сдельной оплаты. Приводил примеры, как можно из человека выжать три нормы, заплатить двадцать копеек и он на завтра будет с утра, у ворот стоят, торопясь быстрей приступить к работе.
В итоге обозвал Никодим меня иудой и два дня не разговаривал. Давно заметил, что ему надо, «переварить» все в себе и лишь потом требовать продолжения.

«Главное правило кулинарии. Если поставил что-то мариновать, пусть стоит столько сколько положено. Иначе блюдо будет не вкусным»

«На третий день после ужина, опосля тяжкого трудового дня, когда мы сидели за столом и пили пиво, Никодим сам вернулся к этому вопросу.
- Сказываешь, что работнику деньгу платить за кажную штуку, он, говоришь с утрева у ворот топтаться будет?

Здесь надо немного пояснить. На данный момент, существует только оговоренная твердая ставка, выплачиваемая раз в неделю, месяц. Поденная редко применялась, но все ж была. Так что господствовала система оплаты, окладная.

- Да. И требовать, чтоб открыли побыстрей.
- Федя, слушаю тебя…. – Никодим сделал паузу, помолчал и продолжил.
- вроде тверезый, а пустое молвишь как опосля даскана вина. Это где ж видано, чтоб мужик сам, без палок на работу рвался?
- Никодим, как думаешь ежели мы деревню, на уши поставим, все захоронки отыщем, сколько денег найдем? Дай бог, рубль с полтиной или того меньше. Они больше алтына в глаза не видали. Вспомни наши разговоры о том что нам люд работный нужон. Помнишь?

Он кивнул, сделал глоток пива, взял с миски кусок балыка, забросил в рот и стал жевать, не сводя с меня прищуренного взгляда.

- А раз помнишь, поясни мне глупому, в честь чего мужики, к нам на подворье свои припасы повезут?
От такого Никодим чуть не подавился,- Ты это, Федор, не шуткуй так больше. Я вроде как хозяин у них, они холопы мои, вот и привезут и принесут…
- Болт ржавый притащат и уд протухший. Ты скотину видел?
- Да. Нормальные коровки, худые малость.
- А спросить не догадался, сколько молока эти козы дают? На всю деревню, три коровки и ни одного быка, к соседям на случку водят. Козы есть, облезлые и дохлые как собаки лесные, даскан молока дают.
Одна свинья, поросая, овец немного, куры да утки. Так вот, к чему это я…. Лошадей насчитал десять, а саней и телег, нет. Архип, запретил им держать, боялся, что народ сядет в санки и по зимнику…. Ищи свищи потом….
Чем люд работный кормить будем? Каждому в день надо два фунта хлеба, пару яиц, полфунта мяса, крупы на кашу, соли. Стрельцам поболе надобно, они службу несут. Три десятка их, нас десяток, и ещё наберем полтора десятка, почти полста душ набегает. Сожрем сами себя.

- Мы ужо молвились про это…. Деньга за штуку плачена, мужики у ворот стоят, это здеся каким боком? Холопам не надо денег, они обязаны на хозяина работать,- Никодим начал злиться.
- К каждому стрельца не поставишь…. Ты мне скажи Сидор, дело порученное хорошо исполняет?
- Добре….
- А почему? Да потому что ты ему денежку платишь, и ежели спортачил ты его наказываешь. Так ведь? А часто такое бывает? Я точно не упомню….
Поставишь холопа, да ему все равно, хорошо он делает, плохо ли, денег за это не получит. Хотя…. Палками по хребту перепасть может, а он возьмет и сбежит, от жизни тяжкой. И что мы с тобой делать будем? Нового учить? Потом и этот в бега удариться. Так и будем мы с Никодимом, три дня работать, и два по лесам беглых ловить.
- Все не сбегут.
- Ага, а те, кто останется, косорукие и кривоглазые, только и будешь следить за ними, чтоб добро на гавно не переводили. Пойми, ежели мы платить будем, для них самой удачей будет с нашим заводиком судьбу связать.
- Никогда такого не было, чтоб хозяин холопу свому, за дело сделанное, сам деньгу давал…. Федька. Ты меня точно по миру пустишь….
- Ой, не прибедняйся, мы с тобой с руками с ногами и главное с головой дружим….
- С каким?
- Что, с каким?
- С каким Головой дружим? – Лицо его вдруг стало заинтересованным.
Я улыбнулся, - Это присказка такая….
- То-то иной раз и не понять, об чем молвишь. Вроде речь понятная, а слова другие. Откуда ты только на мою седую голову свалился….
- Катился, катился, да у тебя на дворе зацепился, будь ласков хозяин, дай водицы испить, так есть хочется, что и переночевать негде.
Никодим молча, выслушал, взгляд расплылся и затуманился, губы под усами зашевелились. Видимо проговаривая слова, опосля заржал, нет сначала фыркнул и лишь потом расхохотался в полный голос. На его гогот выглянула Марфа.- Что ржешь кобель облезлый?
Никодим повторил ей поговорку, теперь они смеялись вдвоем. Глядя на них, развеселился и я»

С пистолетными стволами понятно, а вот с тремя ружейными, будет обширный экскремент, тьфу, вечно путаю, эксперимент. Выдержит ли нарезной ствол, если стрелять из него бельгийской пулей, снаряженной в патрон? От минье отказался из-за металлической чашки, и даже не она послужила отказом, изготовление должно быть предельно простым и технологичным, здесь нужно сделать только пулелейку определенной формы. Предыдущая винтовка не в счет, там калибр меньше, этот же будет ноль шестьдесят шесть сотых дюйма или шестнадцать и восемь десятых миллиметра. Цифры умозрительны, когда делал болванку для намотки гильзы, просто постарался, чтоб на штангеле значение было поближе к заветной цифре, калибру Brown Bess английского мушкета тысяча семисотых годов, но чуток поменьше, как у штуцера. Длина будет порядка восемьсот, с прикладом чуть больше тысячи, миллиметров, карабин почти.
«Надо будет на приклад, не забыть приделать подкову, думаю, лягаться будет, как эта кастрированная сволочь, что подо мной»
А не получиться, заварю казенник и сделаю обычную поджигу винтовальную с горячо любимым стрельцами, фитильным замком, но стрелять будет новой пулей. Или капсюльной её сделать?

А вот и неглинная, пора сворачивать, ещё пять минут неспешным шагом, и я на месте….

Лета ХХХ года, Апрель 24 день
Сегодня должен будет появится Шадровитый, вчера был на торгу и встретил Панаса. Этот ширый козак был одет яко клятый москаль. В толпе и не признал сразу, пока не окликнул.

- Федор, здрав будь,- Поздоровался и хлопнул меня по плечу,- Ты все такой же справный.
- И тебе не хворать. Ты с Архипом?
- Ни, его не мае, он тильки завтра буде.
- А ты чего так вырядился? – Подергал за рукав серого армяка.- Ещё шапку баранью нацепил бы, на татарина станешь похож.
- А…. – он сделал непонятное движение рукой.
Ну, надо, так надо….
- Панас, увидишь Архипа, передай – все готово, как договаривались.
Перебросившись ещё парой дежурных фраз, распрощались и разошлись по своим делам.

Так что Никодим с утра бьет копытом, кобыла запряжена, телега стоит под парами.
«А Ленского все нет»
У него договоренность, с Архипом, я отдаю пистолеты, потом мы их испытываем, он забирает грамоту и едет провозглашать в «гадюкино» что теперь он полномочный хозяин, царь и бог. До этого, староста, выполнял устное распоряжение Шадровитого и люди были в подвешенном состоянии.
Слухи, молва, сорочий хвост, сарафанное радио, обс, одна баба сказала. Все-таки я человек своего века без пиара, ни как.
Никодим пусть ругается, кричит потом, ногами топает, да вот запущенная мной «утка» уже принесла свои плоды. Народ ждет, когда мы переедем сюда и начнем отбирать людишек для работы. Всех делов, сказать пару слов там, здесь….

«Спросите, почему пистолеты, а не один как ранее договаривались? Да все просто, у Архипа появились денежки. Первый пойдет в зачет долга за хлопов, два других, как я и думал раньше, он берет для своих отморозков. Он затребовал…. Это конечно можно…. Попросить оно верней будет…. Затребовал триста штук патронов, столько у меня не было, для продажи. Ради прибыли остаться с голой попой и подвести своих, я пока ещё не совсем свихнулся. Так что будет довольствоваться двумя сотнями…. Триста подавай…. Он, что решил всю Польшу перестрелять? Вчера, на ночь, глядя, приперся «мамлюк» Панас изложил «пожелание» и отчалил, испарившись в наступившей тьме.
А мне пришлось, с утра посраньше, метаться в поисках тары под такое количество патронов. Не в лукошке же их отдавать? Не комильфо. Управился, вспомнил, точней напомнил Клим, что есть достойная тара, туески остались, корпуса для мин. Как раз, получилось восемь упаковок по двадцать пять патронов»

Внизу, у ворот, дурниной разорался барбос, ну, слава богу, ожидание закончилось.

- Смотрите сюда, нажимаешь вот этот крючок, ствол опускается. Гильза чуток выдвигается, вынимаешь её, вставляешь новый патрон и закрываешь,- Я движением кисти защелкнул затвор.
- Целишься в ворога и стреляешь,- нажал на спуск, сухо стукнул боек.- Потом перезаряжаешь. Для того чтоб вы научились делать это быстро и не пожгли заряды, дарю пустые гильзы чтоб руку набили. Архип, вот в этих туесках, в каждом по двадцать пять штук итого двести, не обессудь, больше нет и так свои запасы растряс. Ежели понадобится ещё, за седмицу молви, сколько надобно.
Стрелянные не теряйте, их перезарядить можно, за это копейку всего беру.
Теперь смотри, синенькие, это картечь, для зарядки в потемках, чтоб можно было отличить от пули, донце сделано шершавым, а у той гладкое. Видишь?
Архип потрогал пальцем накатку,- А почему здесь?
Жестом фокусника, достал из под стола три ремня с кобурами и нашитыми кармашками, вставил гильзу в один из них,- Вот почему.
Завтра придется идти к шорнику и заказывать ещё, а эти сейчас продам. Накинул на себя, застегнул пряжку, поправил кобуру….
«Все-таки вестерны заразительная штука, на хрена приседать и расставлять ноги, как будто обгадился?»
И несколько раз показал, как вынимать и убирать оружие.
- Ежели он у тебя в ней,- похлопал по рукояти,- лежит заряженный и взведенный, сможешь выстрелить, как только направишь на татя. Не смог удержаться от хвастовства, конечно, я не «Грязный Гарри» Но впечатление произвел.
Зря что ли я отдал за эту лабуду три копейки, счаз гривенный слуплю.
Испытание провели тут же, в мастерской, продырявив поставленную к задней стене доску.
Мужики были в тихом восторге, а уж в каком пребывал я, когда Архип стопочкой выложил монеты на верстак. Двадцать шесть рублей три алтына и денежка.

Проскочила дикая мысль….
«С треском рухнула выломанная дверь, грохнул взрыв пакет и в комнату, громко матерясь, полезли стрельцы. В черных вязаных масках на бородатых мордах, бронежилетах и надписью, желтыми буквами, на спине «опричники» раздали всем зуботычин, уложили на пол, сноровисто связали руки за спиной. Людской гомон стих, и в наступившей тишине послышались начальственные шаги. Вздернув за локти, поставили на ноги, чья-то рука, ухватив за волосы, приподняла голову. – Почто татям оружие продаешь, собака? - Ласково так спросил….»
…. Стукнула копытом и умчалась вдаль….

Я вытер разом вспотевший лоб и пошел проводить «дорогих гостей» Когда уже все было погружено в переметные сумки и тщательно упаковано. Спросил у Архипа,- Корчмарь?
На его лице прокатилась волна, на скулах вздулись желваки, исчезли, он, молча кивнул. Повернулся к своему коню, вскочил в седло, разобрал поводья,- Жид литовский, ляхам голубей слал, обо всех кто к нему заходил или мимо шел….
Панас оказавшийся поблизости встрял в разговор,- Гарный хлопец…. Был…. – И рассмеявшись поехал со двора за ним потянулись остальные.
Проводив и закрыв за ними ворота, пошел обратно в мастерскую, отсчитал шесть рублей с мелочью, это себе, остаток сложил в кошель, отдам Никодиму. Я себя знаю, расфуфырю за пять минут, а ему ещё наше новое «родовое гнездо» ставить.

После обеда, занялся доводкой дурынды, гильзу не выкидывает. Вытаскивало только на половину, а это не есть гуд. Пробовал и медленно и резким рывком, не идет, хоть ты тресни.
Вот и сидел сейчас, положил винтовку на колени, бездумно клацал рычагом. Клац, открылся затвор.
Клац, закрылся. Клац, клац…. Открылся, закрылся, открылся, закрылся…. Открылся….
Взял гильзу, вставляю, преодолевая маленькое сопротивление. Во что упирается? Кладу оружие на стол, повторяю …. Встал, пошел за снаряженными патронами принес, поставил перед собой на стол, рядом с ними гильзу, которую использовал как макет. Дурак я и уши у меня холодные, она длиннее почти на сантиметр. Заряжаю патрон, дергаю рычаг. Весело звякнув, он описал дугу в воздухе и шлепнулся в подставленную руку. По очереди пробую весь принесенный десяток, ни одной задержки. Болван, а у меня уже была мысль, что предстоит переделывать затвор.
Железо работает, теперь осталось соединить приклад, ложе и ствол со ствольной коробкой в единое целое. Мешать не будут, за пару дней управлюсь.

Лета ХХХ года, Апрель 29 день

С трудом разбираю каракули нацарапанные курицей по имени Федор. Сегодня ещё ничего, а вчера даже ел левой рукой, правая висела на перевязи, любая попытка пошевелить хотя бы пальцами вызывала сильнейшую боль. Пришлось идти к костоправу, он подтвердил, сильный ушиб, кости целы.
За две копейки всучил целый мешок гербария, прочел лекцию о правилах применения. Как будто я что-то запомнил, у меня в глазах струя, а он сказки рассказывает. После того как добрался до дому отправил Клима, записать все что этот старый сморчок поведает, и пусть Марфа потом лечит.
В первую ночь смог уснуть только после ударной дозы «Никодимовки»
Я никогда до позавчерашнего дня не стрелял ни разу, крупнее чем двенадцать и семь, да и то пулемет был, на станке, хрен ли с него не отметится. Охотничий гладкоствол не в счет, там, если чуток не плотно в плечо вжал приклад, не так страшно. А этот нарезной слонобой сотворенный мной, лягается как мамонт. Чуть-чуть не дожал, тыльник ко всему прочему еще не доработанный…. Вот торопыгу и приласкало. Как того электрика – когти влево, пассатижи вправо….
На сегодня хватит, вон уже Марфа с Машкой ползут по лестнице, сейчас опять бухтеть будут….

Лета ХХХ года, Май 4 день
Жизнь все-таки прекрасная штука, особенно когда есть на что.
Сегодня комиссия в составе Марфы, Никодима и приехавшего из деревни Силантия, признала меня работоспособным, вернули шмотье и на этом домашний арест закончился….

Ой, ну подумаешь, как от жопы отлегло, спустился человек в мастерскую и решил немножко разобраться в делах своих. Ну, с кем не бывает, от искры, со свечки нагар снимал неудачно, загорелась шашка для ракетницы и что такого, что в её состав подмешал перца…. Хорошо она маленькая была, пшикнула тихонечко и все, я бочком, бочком, по стеночке и деру.
Гореть там нечему, на медном листе та шашка лежала. Так вот, дымнуло классно, делаем простую «карамельку» пока не остыла раскатываем в блин, на середину насыпаем смесь перца и пороха, последнего самую малость и лепим из неё пельмешку с начинкой. Снизу присыпку пороховую для лучшего воспламенения, закатываем в бумажку и готово. Осталось только в патрон зарядить и можно стрелять. Я такое в школе, раскидывал на переменах, только там перец был красный, а здесь опробовал черный, слабее будет, да вонь такая же, неприятная.
На моё счастье, что Сидор на своем протезе, по моей лестнице ковыляет с трудом. Послушал его вопли, доносящиеся снизу, обогатил свой матерный лексикон парочкой новых оборотов, порадовался самую малость. Месть свершилась.

Так уж получилось что свой слонобойный птр испытывал в нашей котельной, выбрал местечко, поставил пару досок в дюйм каждая, отошел назад, получилось что в дверях встал, и стрЕльнул….
Грохнул довольно сильно, ружье вскидывает вверх, оно бьется о притолоку, вырывается из рук и падает на пол, я же лечу спиной в мастерскую, сшибая на своем пути всякую хрень. С размаху приземляюсь на бочину, что-то хрустит довольно противно, в глазах темнеет от боли.
Переворачиваюсь на спину и вижу стоящего надо мной Сидора.- Жив?
В груди горит огонь, только и смог что выдохнуть невнятное. – Да.
Он помог встать, добраться до лавки, позвать Марфу, и пока она вокруг меня хлопотала. Стоял рядом, издевался. Я сижу, точней повис безвольной тряпкой, а это одноногое чудовище стоит у изголовья и глумится надо мной. Предлагая добить - мол, раненых меринов на колбасу пускают….

Лета ХХХ года, Май 12 день
Мастерю камеру для отстрела ружей и остальной прочей лабуды, что из этой оперы. Последний эксперимент на самом деле едва не стал большой кучей дерьма. Всех и вся запугал и застращал техникой безопасности, а самому и черт не брат.
Это будет деревянный ящик с откидным верхом, с одной стороны станок для крепления оружия с другой чугунина в три сантиметра толщиной. Доски толщиной в дюйм, вся эта хреновина будет иметь длину в две сажени. А то звоночки были, Силантия пищаль взорвалась, пистолетом в лоб получил, плечо вывернуло, вроде бы как три, в следующий раз будет играть музыка, да я её не услышу….

- Федь, а зачем ты сундук мастеришь? Да ещё такой здоровый….
Я отложил орудие пытки, под названием пила, в стороночку, утер трудовой пот,- Сидор, это домовина для особливо любопытных. Для тебя в самый раз будет, туда зараз Антип, Никодим, а теперь и ты, поместятся.
Задрали. С самого утра по одному подходят и задают один и тот же вопрос. У меня физические кондиции еще не в норме, плечо побаливает. Так каждый подошедший, считает своим долгом высказать совет, постоять рядом, почесать язык. Нет бы, помочь.
- Сидор, ежели слово скажешь, по мордосам получишь, ей богу, не шучу. Советников полон двор, помощников днем с огнем не найдешь. Иди, рыба моя, не доводи до греха.
 все сообщения
КауриДата: Воскресенье, 18.09.2011, 21:53 | Сообщение # 235
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14497
Награды: 153
Статус: Offline
Quote (Старый)
Насколько успел рассмотреть, прежде чем рыгать началЗПТ у всех разбита голова, я конечно не судмедэксперт, но характер одинаковых ран, наводит на определенные мысли.


Quote (Старый)
От раздумий черепок стал постепенно разогреваться и потихоньку гудетЬ. Да провались оно все пропадом, потянуло на "посмотреть" ЗПТ и что теперь?


Мне очень нравится читать.
И страсти мордасти, и интересного много.

Quote (Старый)
Мужики были в тихом восторге, а уж в каком пребывал я, когда Архип стопочкой выложил монеты на верстак.

Классная сцена.


 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 16.10.2011, 23:11 | Сообщение # 236
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Лета ХХХ года, Май 19 день
Может, кто и помнит, что сегодня день юного пионера? Мои бойскауты, точно об этом не знают.
Сегодня устроил праздник имени ПХД (парко хозяйственный день) драили школьный класс, красили столы и лавки. Эх, молодежь. Все бы им побыстрей отделаться да сбежать….

«Чего там забыли? Каникулы же ещё не наступили….
Иногда, пока сам ещё учился в школе, появлялся вопрос, а почему каникулярный отпуск для школяров приходиться на летний период?
Ответ получил как ни странно здесь. Там говорили о каких-то традициях, но больше пожимали плечами и разводили руками…. Принято так и все.
Все оказалось просто, здесь нет автоматизации сельхоз работ, когда один человек обслуживает сто гектар, здесь на «борьбу с урожаем» выходят всем миром, собирают всю родню, и в поле. Потом начинается сенокос, мало накосить, надо валки просушить, стога сметать, перевезти на хранение, сложить. А там первые овощи поспевать начали, обрабатывать пора, солить, сушить. Отава поднялась, опять мужики берут чад своих и на угодья. Вот уже и середка лета подошла. Летние грибы собраны и посушены, ягоду брать надо, землянику лесную, душистую и ароматную. Её подвялят на солнышке, да по туескам или бочонкам разложат, это уж, кто сколько собрал. Травы справляют, из которых потом напитки делают, лекарственные также берут. Лес, издревле кормил и поил чад своих неразумных. То, что я ходил за грибами! (сходил Блин!) это тысячная доля. Люди здесь, идут в определенные дни за конкретным растением или ещё чем съедобным. Прикольно наверно было смотреть на мою удивленную рожу, когда Никодим привез, целую телегу непонятных мне грибов, нет, я такие видел, да никогда не брал. Тогда подумал, что именно вот так надо на «тихую охоту» ходить, не с лукошком или ведром. Здесь не носят, здесь возят.
А вот и август подоспел, прошли три спаса, медовый, яблочный и ореховый. Сельхоз заготконтора, шуршит, запасая продукты на долгую, холодную зиму. Особо продвинутые пользователи, начинают изгиляться…. Берем яблоки, очищаем от кожуры и семечек, нарезаем мелкими кубиками. Укладываем на поддончик и, накрыв сверху от мухи, оставляем подсушиваться. Собранные орехи, освобождаются от скорлупы, дробят и перетирают. Потом смешивают, вяленые яблоки, желательно не сладкие, ореховую пасту и добавляют по вкусу, мед. Если хотите, накидайте ягод, это уже на любителя. И ставим в русскую печь, с краю, где жар не так силен, томится на всю ночь. Утречком разливаем, пока теплая, по заранее заготовленным посудинам. Если сделать с сахаром, будет варенье, но он дорогой, так что мед самое оно. Заходите, как ни-будь на чай, угощу.
За хлопотами последнего летнего месяца, как то незаметно подобрался сентябрь, обмолоченное жито свезено по лабазам, то, что нет, уложено в риги. Пошли последние, осенние, заготовки. Из лесов поехали целые обозы везущие дары природы по деревням и весям. Вскорости, в ручьях будут, стоят бочки, полные грибов, вот так их промывают. Через седмицу достанут, пересыплют солью, положут сверху гнет и опустят в погреба. Для кого-то это будет вся еда на зиму, хлеб да грибы с капустой, засоленной в соседней кадушке.
С первыми морозами, когда лед на лужах уже не будет истаивать днем, наступит время мясозаготовок, опустеют птичники и свинарники, бывшие обитатели, переселятся в кладовки окороками и полтями, повиснув на стрехах в рогожных мешках. Шкуры пойдут на сапоги, перья на подушки и перины.
Вот и закончились летние каникулы, можно и отдохнуть от трудов праведных. Так что детишки, у вас украден целый месяц, который вы должны отдыхать. И в моем классе, раньше октября, учеников можно не ждать….»

- Федор, а мы что переезжать не будем?- Клим остановился рядом, в одной руке глиняная черепушка с краской, в другой кисточка, эдакий аккуратный педант. Пошитый Анфисой по моим рисункам комбез, чистенький, ни пятнышка и даже стрелочки на рукавах сохранились. У Мишки, например…. не, про таких говорят,- «свинья везде грязь найдет». Сашка, в меру перемазался, а мелкий выглядит так, как будто им, красили.
- Откуда такие мысли?
- Красим здесь, прибираемся…. Ежели уедем, усадьбу, Деда Никодим, продаст….

«Вот уж кого жаба, больших размеров, чем моя зеленая подруга. Эта, судя по всему, придавит, так придавит….»

- Конечно продаст, только съедем мы, вы именно,- Обвел рукой столпившихся мальчишек. – Дай бог, только осенью если не к зиме. Вот построят дома, сразу и переедете. Вы что по сторонам не смотрели? Там мастерскую только поставили, жить ещё негде. Тютя- матютя.
- Было нам дозволено по деревни пройтись…. Сиди в четырех стенах и шагу на улицу не кажи, один Мишаня…. – забухтел в полголоса парень, но так чтоб я его слышал
- Клим, уймись. Успеешь ещё там нагуляться.
- Бегал, а мне так бревна считать. – Невозмутимо закончив, Клим, обмакнул кисточку в краску, самый кончик, тщательно снял излишки, и присев перед столом на корточки стал красить его изнутри.
Я посмотрел на это безобразие, нафига переводить добро, если под столом мы обычно бываем в невменяемом состоянии. – А зачем ты там красишь?
На вполне законный вопрос, последовал закономерный ответ,- Чтоб красиво было.
И добил меня,- Сам же этому учишь.
Оставалось только крякнуть, от удовольствия за своего ученика, что и сделал, мысленно, а вслух….
- Радость моя, ты часом не заболел? Или уже не можешь отличить красиво, от бесполезной траты краски, которая, между прочим, денег стоит.

«если честно я, когда ни-будь его убью, но все-таки, каков мерзавец?»

Такие мысли проскочили на его последующие слова,- С дедом напьетесь спотыкаловки, да под стол свалитесь, глянешь снизу, а тут лепота.
- А с чего нам здесь, валятся? Нам что в доме места мало? - Если бы не знал парня, подумал бы что он, издевается.
- Третьего дня, четыре самовара, проданные ростовскому купцу…. На весь двор кричали - что ежели крышечки не обмыть, донышко отвалиться.- Тут, стервец усмехнулся и выдал,- Вы с этим гостем торговым, здеся, рядышком спали….
- ?! – Всё что смог, так это изобразить на морде лица, удивление.
А Клим продолжал,- Я, когда зашел глянуть, меня баба Марфа послала, ты меня увидал. Рукой так махнул, потом молвишь – Плохо. Голову положил на шапку, глаза закрыл и захрапел.
Рассказывая, подросток продолжал возить кисточкой, размазывая краску по доскам столешницы.
- Ой врешь, тебе только сказки, Мишане на ночь….
- Федор, а он кажный вечер сказывает,- На Мишкиной, перепачканной мордочке, появилось восхищенное выражение,- Вчера про упыря молвил, страшно…. – Глазищи стали как два блюдца.
Я потрепал его по взъерошенным волосам,- Клим, заканчивай. На сегодня хватит, а то завтра делать нечего будет.

«Упыри, вурдалаки, граф Дракула, вампиры, зомби - ничего не меняется, как пугали себя люди, так и будут пугать»

Лета ХХХ года, Май 20 день
На реставрацию «слонобоя» потребовался почти месяц, то некогда было, а то просто душа не лежала, заниматься им. Бывает такое, просто закончилось творчество….
Лучшее лекарство, смена деятельности, что и исполнил, занимаясь обычной работой в мастерской, катал медные листы, помогал Сидору раскраивать заготовки. Паял, лудил, шлифовал….
В монотонной работе есть свои плюсы, руки начинают работать на автомате, краем сознания следишь за процессом, а сам весь в думах, мыслях, идеях….
А потом бросил всё, отпросился сам у себя, написал заявление на отпуск, на три дня за свой счет и умотал к Анфисе.
Вернулся с пустой головой, больной спиной и в раскоряку, на шатающихся ногах, дрых потом целые сутки.
Марфа сказывала,- Я только зайду, гляну, жив али нет, а ты как упал на подушку, так и лежишь. Сопишь тихонечко….
А сама улыбается, достала она меня…. Как с посиделок своих придет, рассказывать начинает, какая дочка у той подружки, какая у этой…. Вот мне радость, сидеть, выслушивая бабьи сплетни с заинтересованным видом, да поддакивать когда нужно.
Ежели в нашем доме такое случалось, из своей конуры, носа не казал…. Там такие…. Кобылиц - девицы…. В горящую избу зашвырнут, замес-то коня взнуздают.
Нет уж, лучше я сам… по старинке…. Вот, сподобился.
Судя по довольному виду Марфы, моя подружка прошла проверку у «сплетсовета». Спрашивать об этом думаю, не стоит. Зная её, могу сказать, что через пару дней сама расскажет.
С Анфисой познакомился случайно, ну почти. Помните бабку, которая носки вяжет из овечьей шерсти? Я как-то у неё спросил,- может ли кого присоветовать, из тех, кто с иголкой дружит. Она шепнула адресок, с полчаса бродил потом, по этим деревянным джунглям. Указателей нет, улицы не подписаны, пока добрый человек пальцем не ткнул в проулок, так бы до ночи и ходил кругами.
Пять минут стучал в калитку, за забором тишина, как будто все вымерли. Стукнув напоследок кулаком по толстенной доске, с плюнул с досады, развернулся и пошел прочь.
Уже отошел на десяток шагов, когда сзади раздалось лязганье засова, скрип петель. Обернувшись, увидел женское лицо, простой белый платок, прикрывающий волосы,- Почто калитку ломаешь, добрый молодец?
Подойдя ближе, остановился напротив,- Здравствуй, красавица, мне бы Анфису повидать.
- На кой она тебе?
- Сказывают, что она шить, мастерица.
- А женка твоя, сама не может?
- Да как-то…. Бобылем хожу.
- Все вы так молвите, кобели. Я Анфиса, сказывай кто про меня, тебе молвил? – Спросила с какой-то злостью в голосе. Даже на шаг назад отступил, если эта «бомба» рванет, чтоб не зацепило. А что ещё ждать от бабы, стоит так, что только половину тела видать. Может она во второй руке дрын, держит, расслаблюсь да по башке получу.
- На торгу бабка, как звать не ведаю, спросил о портнихе, на тебя показала, присоветовала….
- Тя как звать, голубь?
- Федор.
- Порхай отсель, Федор. Не в ту избу ломишься.
- Ты Анфиса? – Я как-то растерялся маленько от такого отпора. Отступил ещё на шаг назад, оглядел улочку и ближайшие домики, по всем приметам выходило, что по адресу пришел.
- Чего головой крутишь, - Она выглянула и огляделась по сторонам.- Иди отсель.
- Да мне рубаху сшить надобно, пообносился весь, жены и, правда, у меня нету, ей богу.
- Так тебе рубаху или порты надобны?
- Какие портки?
- Сам молвил.
- Об чем?
- Что тебе порты нужны?
- Анфиса, на самом деле пришел просить чтоб ты пошила рубашки. У меня есть деньги, и я заплачу тебе за твою работу, больше мне от тебя, ничего не надо….

О чем это я?
Все как обычно, мысли скачут, словно блохи. Начал за здравие…. Вернемся к нашему зверобою.
После того как оклемался и смог ходить нормально, первое что сделал, устроил разбор «полетов». Итоги получились не утешительные. Первая беда, которую прошляпил, это нарезы, они оказались глубже чем надо. Вторая ошибка, чуть не ставшая роковой, была самой пулей, она чуть-чуть была больше чем это нужно. Есть ещё подозрение на качество пороха, он покупной, зерно… мелкое какое-то.
Для ружья последствия этой совокупности стали фатальными, погнуло ось затвора, с трудом открыл, чтоб извлечь гильзу. Отдачей расплющило закраину и вмяло в неё вилку выбрасывателя, а когда разобрал до конца, на боковой стенке затворной рамы нашел складку. Винтовка умерла после первого же выстрела.
Собрал «лохмушки» в коробку и задвинул под верстак. Да на следующий день не вытерпел, пока было творчество, занялся ремонтом.
Сегодня, рано утром, на заднем дворе испытал восстановленного монстра. Нормально, я бы сказал, что почти хорошо. Десять ослабленных зарядов и десяток усиленных. На пробиваемость пока не проверял, страшно, лучше ещё полсотни патронов сожгу в ящике…. Пули перекатал на чугунной плите, уменьшив, таким образом, калибр. Убавил навеску пороха, заменив его своим бездымным. Искать новый как-то не с руки, да и некогда…. Не айс, но что поделать, за этот, я лично мог ручаться.
После отстрела первых двух десятков, обратил внимание на мишень. Мне не понравилось что отметины, оставшиеся на плите, имели отклонения и не были уложены в одну точку. Сначала грешил на станок, налепил на него меток, стрельнул пару раз, убедился, что он закреплен нормально. Стал копать в самом оружии и нашел ещё одну проблему, с которой закончил возиться только после обеда.
(лазил в записи, нашел упоминание, раззява….»
Патронник длиннее гильзы на двенадцать миллиметров, вот и делал центрирующее кольцо, потом вставлял его, подгонял. Проверка работы затвора показала, что все в норме. Умные мысли разбежались, осмотрел напоследок винтовку, замотал в холстину и прибрал.

На вечер взял отгул, ушел с ребятами на рыбалку, притащили подлещиков, пару лещей, бадейку окуньков и в бредень загнали щуку.

Лета ХХХ года, Май 21 день
Сегодня, до обеда надо отвезти оружие, патроны, съестной припас и кое-чего из материалов, в деревню, обещал Силантию. Встал с первыми петухами, умылся и, не евши, пошел на зады, проводить последнее испытание. Соседи суки, бухтеть начали, вчера, приперлась «коза» и в очередной раз стала права качать – шумно у вас, воняет от вас…. Да на Марфу, где сядешь там и слезешь. Бабка у нас геройская, прищемила той «хвост» и настучала по «рогам», отшила одним словом. Правда крику было на час, ну да не впервой. А мне что прикажете пистолеты проверять в подполе? Да и было – то всего пять выстрелов на ствол….

Утро, легкая дымка, стелется по земле, на верхушках деревьев не шевелится ни один лист. Неугомонные воробьи с первыми лучами солнца, выбравшиеся из под стрехи, где провели прохладную ночь, сидели пушистыми комочками на крыше сарая, и ещё не отогревшись, лениво переругивались между собой.
Скрестив пальцы на удачу, не то что на руках но и на ногах, дернул за бечевку. В тишине, несмотря на то, что обложил стенд рогожами и засыпал сеном, звук выстрела получился довольно громким.
С громким чириканьем пичуги сорвались с насиженного места и полетели в разные стороны.
В нетерпении раскидал «глушитель» и открыл крышку. Ружье спокойно лежало на станке, свинцовая лепешка, оставшаяся от пули, валялась у дальней стенки. Открутил зажимы, вынул, перекрестился и потянул на себя рычаг, открывая затвор. Он открылся легко, пахнущая сгоревшим порохом гильза выскочила и была подхвачена на лету.
Несколько раз попробовал открыть закрыть. Фунциклирует нормально, не заедает. Поставил обратно, закрепил, зарядил. Посмотрел в сторону соседской усадьбы, плюнул и с ворчанием,- «да провались вы все», - произвел выстрел. Достал, осмотрел.
Отстрелял ещё пяток патронов с последующим осмотром и проверкой.
Опосля, прибежал мелкий и позвал завтракать. Собрал вещички, замотал винтовку в холстину, обвязал веревочкой. Нужно будет подумать насчет крепления ремня, таскать в руках или возить за собой в телеге, и то, и то плохо. Или устанешь таскать или оружие недоступно, а это все, есть неправильно.

Наскоро перекусив кашей с молоком, поблагодарив хозяек, старую да малую, пошел запрягать Бабая в телегу.
Эта скотина, за последние дни достала. С ним нужно постоянно держать ухо востро, чуть зазевался и кранты, прихватит так прихватит…. Неделю назад прибирался у него в деннике, загоне, конуре одним словом, на секундочку упустил его из поля зрения и эта «колбаса» на ножках, впечатала копыто пониже поясницы. Обломал черенок о его толстую жопу, а ему хоть бы хны, кругами ходит вокруг и скалиться зараза. Мужики говорили - что ежели жеребца, кастрировать, который кобыл крыл, он вредным становится, даже злым. На хрен, надо с Архипом поговорить, пусть мне коняшку польскую пригонит. Или с ним сходить? А что, зря ли в загашнике шесть «лягух» лапки греют?
Как появиться возможность, отправлю в деревню, пусть мужики на нем землю пашут, али дрова из леса возят.

Постукивают колеса на выбоинах и ямках, изредка встряхивает, когда телега наезжает на камень или торчащий из земли корень. Солнце поднявшееся в зенит жарит со страшной силой, а я как дурак парюсь в «сбруе» и накинутом поверх неё, кафтане. Пистолеты заряжены и покоятся в кобурах, винтовка лежит рядышком в полной готовности, слегка сеном присыпана, чтоб не было видно.
Два нападения на этой дороге приучили быть в полной готовности, фортуна, тетка вредная, может и задом повернутся.
Очень не хотелось, чтоб шесть пистолетов и пять сотен патронов к ним, попали в руки всякой швали.
Да еще мое оружие. К винтовке, правда, всего тридцать штук зарядов. Дома так и не успел стрельнуть из неё с рук, боюсь. Но видно судьба, потому что доверить другим это дело…. За них тоже. Боюсь.

«Я кто? Пиротехник самоучка, нахватавшийся верхушек. Взорвать чего ни будь, снарядить взрывное устройство, петарды, хлопушки, фейерверки, вот моя стихия. Что делал там? Мечтал да облизывался, мастеря тайком ото всех по рисунку затвор трехлинейной винтовки, из дерева. В металле делал только поджиги да самопалы. У меня была хорошая жизненная школа, да наставники, научившие правильно держать напильник в руках. Они помогли понять одну вещь, если начал что-то делать, делай до конца согласно замыслам, а все изменения и дополнения потом. Садился за стол, сначала до посинения продумывал все детали и узлы крепления. Потом брал фанеру, пластилин и делал макеты и только потом, когда вроде бы учтены все возможные ошибки, шло изготовление действующего образца. Мои сву, срабатывали с первого раза, ни одной осечки, а мины сюрпризы, могли дать фору и профессионалам. Схемы оружия изучались, когда была возможность пострелять из чего либо, никогда не отказывался. Иногда даже сожалел о потерянном времени, что не стал учиться дальше….»

А вот и приснопамятный бугор, значит осталось совсем ничего. Еду и кручу башкой, как испанский летчик, осматриваясь по сторонам. Вожжи держу одной рукой, вторая успела вспотеть на рукояти пистолета.
Кажется, мне судьба благоволит, показались крайние дома нашей деревеньки, да точно, это они. Вон на крыше дома показался человек, приложил ладонь, наподобие козырька, всматривается в мою сторону. Исчез. Снова появился и уже не один.
Остановился за сто метров от первой избы. Жду, когда ко мне выйдут. Такой уговор и моя настоятельная просьба к Силантию - никого из чужих в поселение не пускать.
Долго ждать не пришлось, через несколько минут за околицу вышел старый стрелец и зашагал по дороге ко мне.
Когда он подошел и, остановившись рядом, поздоровался, я взбодрил мерина, и мы не спеша поехали до дому. Пройдя несколько шагов, Силантий ловко запрыгнул в телегу, оперся спиной о пристрелочный стенд.
Я решил его отвезти, делать большего ничего пока не буду, а дура здоровая, места во дворе много занимает, да и тара была нужна…. Взглядов, от удивленных до любопытных, пока выехал из Москвы, насмотрелся по самое некуда. А пара глаз, вместе со своим хозяином, аж до заставы за мной тащились. Если бы меня грохнули, воспользоваться плодами не смогли бы, покойникам оружие ни к чему. Две мои «лягушки» мирно спали в снаряженном состоянии в разных углах ящика…. А для тех кто выживет, небольшой сюрприз в пять килограмм пороха. Эту закладку смастерил в последний момент, за полчаса, где-то, до выезда, приехала пара стрельцов, они просили передать Силантию подарок. На вопрос что там, пояснили коротко и ясно – зелье.

- Зазря ты седня приехал, - Силантий подергал замок навешенный на петли.
- Я же с тобой сговорился, сегодня буду, обещанное привезу. Там ещё два стрельца приходили, бочонок пороха просили тебе передать, его тоже привез. А почему зазря?
- Никодим рвет и мечет, его холопы измучили спросом,- «Кого хозяин в мастерскую брать будешь?»
Ты мужичкам ничего такого не молвил?
Отвернувшись, чтоб он не видел улыбки, постарался серьезным голосом ответить,- Нет, даже никого по имени не знаю, токмо нескольких стариков.
- Они и пытают Никодима. Что опять удумал?
- Ничего такого страшного, мы с ним, половину зимы прошлой, лаялись как две собаки цепные. Я хочу холопам, чтоб от нас не бегали, платить за работу, а он против.
- А почто им деньги давать?
Я поморщился как от зубной боли. Опять двадцать пять. Ещё и этого убеждать….
Остановив телегу, повернулся к стрельцу и посмотрел в глаза,- Силантий, ответь мне. Только честно, как на духу. Сколько раз ты бунтовал, когда казна тебе жалованье задерживала, хлеба не давала, зелье али свинца, а службу с тебя требовала? А ведь ты тоже холоп, только государственный, а тебе деньги платят. Ты жито не растишь, лес не рубишь, но кровь свою льешь. Это и есть твой труд, работа, за неё тебе платят. Вот и я хочу, чтоб мужики наши, сами к нам пришли, руки свои принесли, умение, за него им плату положу. Они богатеть станут, скотину себе купят, коровок, овечек. Избы новые поставят, а не эти свинарники. Мы с них потом половину обратно продуктами возьмем по оброку, сейчас с них только и можно что, вшей да блох полмешка наскрести.
И ещё одно, они, работая за деньги, станут нас оберегать, ежели кто чужой появится в округе, мигом сами прибегут и скажут. Тебе самому проще будет с ребятами охрану нести, у тебя почитай почти девять десятков помощников будет, снова сотником станешь.

Силантий слушал, не перебивая и, когда я закончил свой монолог, продолжал молчать. Не дождавшись ответа, хлопнул вожжами по жирным бокам мерина, и мы въехали в деревню.

Доехав до мастерской, загнал телегу за угол, вставил предохранители и обезвредил закладку. После этого позвал стрельцов и совместными усилиями, здоровенный ящик был сгружен на землю.
Настучав мерину по сопатке, расслабил упряжь и накинул торбу с овсом. Забрал из сундука две сумы с подарками и двинулся к домику, в котором временно проживал Никодим с Силантием. Простая четырех стенка, пять на пять метров, плоская крыша. Внутри буржуйка, сделанная по моему заказу Данилой для школьного класса, привезли сюда, здесь она нужнее. Две кровати, больше похожие на нары, стол, лавки, да ещё полка с мелкой посудой, чашки там, плошки. Кормились у Глаши, но иногда и здесь чего, на скорую руку варили. Избушка стояла на въезде, потом в ней хотелось сделать…. после того как будут построены нормальные дома. Никодим уже присмотрел местечко для усадьбы и там уже шли земляные работы, завозили камень, бревна. Так вот, изба караулкой станет, здесь дежурная смена сидеть будет. Одну вышку поставили, вкопали три ствола стоймя, в неглубокие ямки, эдаким ежом, сверху настил, четыре столба, крыша из хвороста и соломы, на нее, по-моему, ни одного гвоздя не потратили, лестницей служит одна из опор. Дешево и сердито, такое возвести можно за половину дня, используя всего лишь один топор.

Зайдя вовнутрь, сгрузил свою поклажу у стены, сразу у входа. Половину сейчас заберут, да и тащить дальше эту неподъемную кучу железа, свинца и кожи, сил не было, думаю, пара пудов веса здесь наберется.
На мое приветствие, услышал ласковый ответ Никодима,- Чего приперся?
- И тебе не хворать. Силантию обещался, вот исполнил и привез, шесть пистолей и к ним припас огненный.- Скинул опостылевший кафтан, расстегнул сбрую, снял её и повесил на вбитые между бревнами колышки. Прикрыл сверху одежкой, чтоб в глаза не бросалось. Сел за стол, заглянул в стоявший на плите чугунок, там были остатки какого-то варева, пахло вроде как вкусно, да вид не ахти.
- Чего морду кривишь, кулеша, не видал что ли?
- Как вы только этот клейстер жрете? До Глаши дойти лень или молодость вспоминали с Силантием, кто лучше походную похлебку сварит? И давай дверь откроем, проветрим, а то воняет как в свинарнике.
- Тебе надобно ты и открывай,- Мне показалось, что Никодим пьян. Последующий разговор и амбре исходящее от него подтвердили диагноз. Он попытался наехать, а я не стал его слушать. Пошел искать Силантия, мне ещё надо было провести обучение и хотелось опробовать винтовку.

Старого стрельца нашел после недолгих поисков. Обговорил с ним время, когда соберет людей. Он предлагал одних, а я же хотел всю толпу разом, мне здесь, что неделю жить? Уговорил.
По прошествии часа, когда все собрались в мастерской, показал, как нужно пользоваться пистолетом, правила стрельбы и как его чистить. В помещении было ещё пусто и, поэтому практические занятия провел здесь же, с улицы притащили пару чурбаков и расстреляли. На каждого пришлось по три патрона, один дробовой и два с пулями. Оружие стрельцам понравилось, особенно кармашки для зарядов. Посоветовался с Силантием, решили, что носить пистолеты будут под кафтанами, что и было озвучено.
- Силантий, пойдешь со мной, новое, старое ружье пристреливать?- Я стоял рядом, вытирая руки чистой тряпицей
- «Костолом» свой исправил? – Силантий пытался застегнуть на впалом животе, ремень с кобурой.
- Угу. Дай подсоблю. Надо тебе, будет перевязь как у пиратов аглицких, шорнику заказать, она просто через плечо перекидывается, а пока можно и так. – С этими словами, достав засапожник, проделал в кобуре дополнительные дырки, продел кожаный ремешок. Теперь можно будет подвязать ее и на корсарский манер накинуть всю сбрую. Что и проделал.
Много ли надо для счастья человеку, провоевавшему без малого, полсотни лет.

- Федь,- Силантий остановился рядом с телегой,- А поехали к болоту, мужики там давеча кабана видели. Заодно и спытаем.
- Скажи уж, мяса захотелось.- Я как раз закончил укладывать жерди для крепления и сами мишени, связанный из лозы круг, обтянутый рогожей.
- И это не помешает. Ребятишки, эвон сало последнее подъедают. Кто ж от свежатинки-то откажется?
- Кабан говоришь?- задумчиво посмотрел на этого змея-искусителя,- А ежели не получиться?
- Не получиться, так не получиться, те все равно ружжо проверить надобно.
- А это хоть, недалеко? Я бы не прочь седня и домой возвернуться.
- Завтра с утра и поедешь, кто ж на ночь глядя, в путь то отправляется? Пока туда доедем, пока обратно, неизвестно сколько там пробудем.
Тимошка, сучий сын, возьми харчей, да пива не забудь, мы у Марьиного болота будем. Федька, поехали, ежели стоять будешь, так и до вечера не доедем. – Раздав ценные указания, Силантий залез в телегу, повозился, устраиваясь, прилег и, подложив под голову руку, прикрыл глаза.
- Митрофаныч ты совсем уже…. Хоть пальцем ткни куда ехать-то. – Последующие жесты и слова достойны памятника, но не перевода….

- Вон там, смотри, видишь ракиту? Чуток левей, на ладонь примерно, камыш поломан….
- Да он везде, поломан,- Тихим шепотом ответил Силантию, показывающему мне место, где последний раз видели кабана.
- А ты почто аки змей шипишь? – Спросил и подозрительно так посмотрел.
- Так люди молвят, что кабан зверь чуткий…. – Я начал оправдываться
- Федя, ты вроде бы ещё не пил, а уже ахинею несешь. День божий, ветер на нас дует, - Прищурившись, глянул в сторону болота,- До места саженей полста будет. Тьфу, на тебя.
Он оглянулся и посмотрел в сторону деревни,- И где Тимоху, черти носят? – Спросил сам себя. Покопался в телеге, не найдя ничего интересного, почесал в затылке,- Я место указал, осталось только стрельнуть. Попадешь отсель, али тебе надобно ближе подойти?
Я пожал плечами,- Наверно попаду.
- Ребятки мясца хотят, должон попасть. Доставай свою костоломку,- И ткнул пальцем в сверток с винтовкой. – Ежели не смогешь….
Он выразительно так, похлопал мерина по упитанной заднице и осклабился в улыбке.

«Блин и за каким, спрашивается, согласился на эту аферу?»
Сижу в телеге в обнимку с винтарем и бдю. Силантий натрескавшись пива и закусив чем, бог послал, мило так подхрюкивает во сне. Тимошка, отошел к кустам, по нужде.
Смотрю в сторону леса, перевожу взгляд на болото, туда-сюда, туда-сюда, как зритель на теннисном матче.
« Скучно и тоскливо. Никогда не любил охоту и рыбалку, мяса в магазине полно, в чем, тот же кабан провинился? Особенно не нравится спортивная охота, жаль, что она идет только в одни ворота, а то стрелки, мать их так. Вы бы дорогие мои, взяли бы и с голыми руками пошли бы и добыли из спортивного интереса пару гризли или тигра. Янкесы просто умиляют, поймать рыбину, поцеловать взасос и отпустить. Акула белая, может просто обнять хотела, береговая же охрана на неё с гарпунами и пушками, не справедливо это. Человек царь природы, засранец он, а не властелин, самое слабое существо на планете, ни когтей нормальных, ни зубов, ни догнать, ни убежать. Тьфу….
Вон, Тимоха, возвращается, «царь природы» нагадил в кустах и доволен, улыбка в половину морды. Силантий дрыхнет как….

Стоп, дорогуша. Что-то у тебя желчь через край потекла. Тебя что сюда на аркане тащили? Сам приперся, так что сиди и молчи в тряпочку….»

- Тимох, а кабана точно здесь видали? – Повернулся к подошедшему стрельцу. – Ужо, полдня сидим, может он и не придет, вовсе.
- Придет, парни ходили, смотрели, там яма с грязью, а он любит в грязи поваляться. Да вон он,- Воскликнул Тимофей, указывая в сторону леса, второй рукой ухватил меня за рукав и потащил на землю.
Чудом не навернулся, боком сполз вниз, дотянулся до оружия и потихоньку подтащил к себе, одновременно пытаясь увидеть зверя.
– Где? – Спросил у пригнувшегося рядом стрельца.
- Черемуху видишь?
- Я её от крапиву отличаю, только когда она цветет. Ты мне лучше пальцем покажи
- Да вон она, березка сломанная и по правую руку от неё, темное пятно, это и есть кабанчик. Во…. гляди…. Пошел.
Теперь уже и я рассмотрел, впереди, метрах в двухстах, от леса осторожно шел зверь.
Положил винтовку на борт, медленно потянул за рычаг, открывая затвор. Вставил патрон и также неторопливо закрыл. Не поднимая оружие с упора, приложился, крепко вжав приклад в плечо, и стал ждать, когда кабан дойдет до кустов. Расстояние до них порядка сорока саженей. Так Силантий сказал, сам не мерил не знаю.
А этот гад идет, и как будто вальсирует, шаг вперед и три назад. Когда до места осталось совсем немного, думаю что, ветер поменялся, он вдруг остановился, вскинул морду и стал принюхиваться.
Тимошка, зашипел в ухо,- Стреляй, унюхал….
Целился, исключительно по стволу, попаду, не попаду. Мысленно выругавшись, нажал на курок. Раздался выстрел, позади кабана появилось как будто облачко, не издав ни звука, он рухнул как подкошенный, целиком скрывшись в высокой траве.
Я же полетел назад, сопровождаемый «е бука ми», получив удар в лоб. Это меня приласкал проснувшийся Силантий.
- Охерели, оба…. Я вас б…. счаз…. – Еще пяток идиом матерного характера. Все бы ничего, да только он собрался вылезать из телеги, чтоб продолжить вразумление чад неразумных. Тимошка, сука, сбежал гадский папа, мне что одному, отдуваться?
На фиг. Руки в ноги, то есть винтовку, и вперед от греха подальше, заодно добычу проверить надобно.

Я бы тоже рассвирепел, если бы кто у меня над головой из пушки бабахнул.

Отбежав шагов с десяток, оглянулся, старик сидел в телеге, держался за голову, и раскачивался.
Блин, похоже, его контузило. Но каков вояка, спал же, внезапная побудка, сориентировался и приласкал своего обидчика.
Пока добрел до места, где лежал трофей, изругался вдрызг. Трава осочного типа, не знаю как зовется, высотой по пояс, ноги приходиться поднимать высоко, через двадцать метров, они стали просто отваливаться от задницы.
Кабан лежал на правом боку, зелень вокруг была залита кровью и усеяна какими-то мелкими комочками.
- Тимофей, давай его перевернем, хочу на тот бок глянуть.
- Господи, вот это да,- В голосе парня было удивление и восхищение одновременно. У кабана, почти не было правой лопатки, в здоровенную дыру, мои два кулака точно влезли бы.
Насмотревшись вдоволь, побрели обратно, не тащить же его на себе, подъедем, погрузим и домой.

- Федька. Я те убью, когда ни-будь, ежели еще раз такое сотворишь…. – Силантий, сама любезность, сидел в обнимку с кувшином пива, хорошо еще с кулаками не полез, с него сталось бы.
Он так и не вылез из телеги, пришлось корячиться нам с Тимофеем, затаскивая неподъемную тушу, под «дружеские» советы старшего товарища.

Больше в тот день, я не сделал, ни одного выстрела. Лишь только к обеду следующего дня мне удалось, вырваться из объятий полупьяной компании Никодима и Силантия. Заодно прояснилась причина его состояния, не стояния. Помните, налет татарский, он с Марфой отбивался тогда, да я рассказывал о нем. Вот его и отмечает, как второй день рождения. С утра съездил, поставил свечку, Николе угоднику, вернулся, и понеслась …. Душа по кочкам….
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 16.10.2011, 23:12 | Сообщение # 237
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Лета ХХХ года, Май 23 день
Только сегодня вернулся из деревни. На обратной дороге проехал через кузнечную слободу, забрал заказные ранее оснастки и приспособления, к сожалению не все мы можем делать сами. В основном это штампы, вот те же напильники, «улетают» со страшной силой. По совету одного дедушки, нашел купца из Архангельска, сговорился с ним, что куплю привезенные им абразивные камни. Это завтра, после того как обоз подойдет.
Достал меня этот город, суета и сутолока, все куда-то спешат, торопятся…. За прошедшие столетия ничего не изменилось. Или это болезнь всех больших городов?
Большой…. Около восьми километров длиной, семь в поперечнике, его неспешным шагом можно пройти за полтора часа из конца в конец. Да мой район, где родился и вырос, покроет всю эту Москву, как бык овцу, два раза и ещё кусочек останется на развод. Эх, нынешние Москвичи, не знаете вы, что такое, Большой Город.

Причины уехать были, и довольно серьезные, некоторые уже упоминал, другие нарисовались буквально в последние месяц, два.
На горизонте стали появляться разного рода личности, интересующиеся всем, что происходит на нашем подворье. Мишка первым принес такую весточку, его отловили и вежливо поспрошали, навешав подзатыльников, наученный собственным «опытом» он залился соловьем, рассказал много о делах хозяйственных и ни слова о производственных. Надо было видеть его глазищи в тот момент, когда он рассказывал. Даже пришлось его отпаивать горячим чаем, чтоб успокоился и внятно все изложил.
Была сделана ещё одна попытка, да не удачная, Клим просто сбежал от преследователей, заперся в лавке и через знакомого мальчишку дал знать. Пришлось всей толпой ехать и выручать.
Вот с тех пор и сидят детки на дворе, на улицу сами идти не хотят, хотя никто им особливо-то и не запрещал.

Вот и сегодня забирал свои железки, а Пронька кузнец, глаза прячет, голосок, как-то фальшиво звучит, наигранно так. Уже попрощались, я почти за ворота вышел, взял да остановился на полдороги и обернулся к нему, - Ты мне, что молвить хотел, и не вздумай лжу сказывать. Кто к тебе приходил?
- Господь с тобой Феденька, никто ко мне из чужих не хаживал….
- Значиться это местные?
- Не ведаю об чем спрос ведешь.
- Понятно, свидишься с ними….
- да с кем же я свижу….
- Молвишь, ежели что, - как татей порешу, коих этой весной кончил.
Оставив за собой последнее слово, сел в телегу и поехал дальше.

Надо торопить Никодима с переездом, к чертям собачим, там, грубо говоря, все свои и чужак как на ладони будет. Что в тайне сохранить производственные новинки не удастся, это понятно, да только хочу сливки снять, а потом другие уж пусть обрат* лакают.
Штампы, лежащие за спиной на куче сена, дадут возможность изготавливать три детали для кремневого замка, и могу быть уверенным, что они будут полностью идентичны. Осталось дождаться, когда будут готовы последние пять и можно налаживать прессы.
Модель для копирования выбирал недолго, собственно моей заслуги, тут нет ни какой, прикупил за рубль готовый, разобрал, расчертил и зарисовал, проставив размеры. Из глины и дерева сделал модели и вот по ним изготовили оснастку. От моих наличных опять остались рожки да ножки и рубль мелочью.
М-да, как сказано деньги двигатель торговли, да и не только, они ещё и ключик для развязывания языков.
Познакомили меня тут с одним дьячком, он поначалу пытался лапшу по ушам развесить, Выдавая желаемое за действительность. Да после разговора душевного и застолья обильного, я еще больше убедился в своих выводах сделанных в бытность работы на государство.
Казенные, да и не только, заводы не справлялись с объемами, не хватало квалифицированных специалистов, оборудования, нужно ещё добавить сюда сезонные условия работы и в итоге государство недополучало просто огромное количество оружия.
Было мало мастеров умеющих сваривать стволы, которые после этого требовалось обточить и просверлить. На данный момент на складах скопилось почти двадцать тысяч таких заготовок.
На одном из заводов был всего один мастер, делающий жагры с тремя помощниками, двадцать четыре штуки в неделю. Ложи, приклады, делали два человека, но и они не успевали.
Ситуация сложилась таким образом, - что в казну сдавались полуфабрикаты, а не готовые изделия.

Лета ХХХ года, Май 24 день
Половину дня мучил ребят. Посадил за верстак в мастерской, перед каждым горстка деталей от разобранных замков, инструмент. По «зеленому свистку» начали. Они собирают, я время засекаю, ещё перед новым годом, потратился на песочные часы, полтину отдал, стекло мутное, но хронометраж вести можно.
За пятнадцать минут собрали три штуки и один наполовину. Разобрали, разложили по кучкам и опять заново повторили сборку. Результат тот же самый. Еще раз…. Ещё….
Через два часа воз и ныне там, ни как у них не получается десяток, хоть ты тресни.
С одной стороны это хорошо, а с другой плохо.
Хорошо тем, что не обученные, без приспособлений, на голом столе собрали такое количество.
Плохо то, что они целыми днями проводят в мастерской и знают, с какой стороны держать отвертку и как ей болты крутить. Набранных крестьян, (их сначала отобрать надобно) учить, учить и ещё раз учить
Полученный результат делим на два, умножаем на четыре…. Сколько в день рабочих часов? Хрен с ним, пусть будет двенадцать. Выписываем цифирки столбиком, эту сюда…. остаток здесь…. точечку…. подводим черту, итого получается девяносто шесть штук в день

Скривил рожу, напустил на себя вид недовольный, хотя в душе был удовлетворен выше крыши,- Парни. Разбирайте, раскладывайте детали и ещё разок пробуем и идем обедать.
- Федор, мы скоро с закрытыми глазами их сможем собирать. Зачем мы это делаем?
Клим в своем репертуаре, ему надо знать суть.
- К нам придут люди, они сядут за такой же стол и будут делать тоже, что и вы. Сколько им платить денег за их работу? Вот сейчас получилось, что вы можете в течение дня собрать спокойно, не напрягаясь, девяносто шесть замков для мушкетов.
Парень задумался, видимо что-то считая в уме. Кивнул своим мыслям и, улыбнувшись, озвучил свой результат,- Сто девяносто два. Столько мы можем сделать.
- Клим, если поставить коробки под детали и сделать зажим как предлагает Дима, вы сможете изготовить и двести с лишним. Ты видимо не понял сути поставленной задачи. Тебе надо исполнить требованное количество, заплатить за него, получить деньги от казны покрыть свои траты на металл, оснастку, заработную плату (зарплату) отложить долю хозяина, часть на закупку следующей партии железа, угля, дегтя и прочего из того что нужна чтоб сделать составные части. Думай….
И переключился на Димку, который, не выдержав, словно взорвался словами и принялся показывать, что нужно сделать,- Да понял я тебя, понял. Только нужна тонкая доска, почти тес, и поставить лучше эдакой лесенкой…. Нет, зажим подпружинивать не надо, ни к чему это.
Ой…. Кто бы говорил…. Новую колодку столяра изготовят за пять минут, а из железа лучше пяток жагр сделать. Так что тебе тоже будет поручение. Нарисуй мне к сегодняшнему вечеру, что и чего ты хочешь. Будем думать.

- Все, заканчиваем разговоры, начали – Я перевернул песочные часы и первые крупинки упали на дно. Время пошло.

Лета ХХХ года, Май 26 день
«Ах, картошка тошка, тошка, тошка, пионеров идеал, ал, ал….»
Если читать историю можно узнать что Петр, привез картофель из Голландии, где впервые попробовал «земляные яблоки»
Обломись бабка, ты на пароходе. Все произошло гораздо раньше. Кому – то просто понадобилось исказить факты, показав, таким образом, какие они, эти русские дикари.
Ладно бы технологии и людей собирали, подбирали и везли в свою варварскую московию, все и даже овощи тащили….

С утра мне приспичило отправиться в кукуйскую слободу. Оправка для изготовления стволов понадобилась, они у меня есть, да мне нужна другая, на меньший калибр и вдогонку хочу опробовать ещё одну идею. Сразу с проковкой изготавливать нарезы, не разбивать на две операции, а попробовать сделать все в одну протяжку.
Пока уладил домашние дела, пока собрался, уже половина дня прошла. Не люблю мотаться по делам после обеда и вечерами лучше дома побыть. Разогнал всех кто мешался под ногами.
Как специально, пока сидел в мастерской, на хрен никому не нужен. Только оторвал задницу от табурета….
Бежит Сидор, в руках заготовка, - Федор, глянь, опять с наклепом, взяли и засунули в общую кучу.
- А кто катал? – Для каждого отрока, лично мной были сделаны, именные метки, первая буква имени.
За прокат , да и прочие детали без отметки, никто денег не получал.

«Никодим взъерепенился, когда увидел такое,- Федька. Это что такое? Бла – бла- бла…. Я три рубля отдал , чтоб за мной….
- Хорош орать. Лучше оглянись и посмотри, сколько всего эти мальчишки делают. Ты когда в последний раз болванки в листы раскатывал? Когда донца и крышки штамповал? Их, блин горелый, четыре рыла, трудятся не за страх, а за деньги. Наказывать же виноватого хочу.
Да мы с тобой, скоро совсем будем здесь не нужны, почитай с весны, Сидор да Антип с мальцами в мастерской работают, мы с тобой все разъездах. Метки сии токмо для опознания бракодела и его наказания рублем.
- Сволочь ты Феденька, пригрел, аки змею на своей груди. – Никодиму надо было спустить пар, что он и продолжал делать еще некоторое время….»

- Да…. А…. – Сидор, повертел в руках заготовку, что – то разглядел, хмыкнул удовлетворенно и «ускакал» прихрамывая на поскрипывающем протезе.
Я складываю инструмент по местам, навожу порядок. Рассортировал обрезки металла, прочий сор на совке отнес в мусорную бочку, стоящую у входной двери, рядом с ящиком для песка, высыпал. Оставил уборочный инструментарий на должном месте. Отряхнул руки и, снимая фартук, пошел к своему верстаку.
Навстречу идет Дмитрий, перемазанный как трубочист, вытирая ладони такой же чистой, как он сам, тряпкой. Увидев меня, остановился напротив, и без предисловий начал жаловаться. – Клим, жмот. Я его прошу дать смазки графитовой, а он говорит, что в прошлую седмицу, полфунта давал. Да мне эта половинка, только «пятки» смазать. А еще надобно ….
- Дима, тебе, сколько было говорено, что с ним ругаться без толку, а? Надо сразу ко мне приходить. Мне ваши дрязги и склоки не нужны, будете, грызся, накажу обоих. Одного за забывчивость, второго за жадность. Неужто забыл?
Клим имел от меня четкое и не двусмысленное указание.- Без моего ведома из кладовой, никому, ничего, не давать. Вот так и никак иначе. Потихоньку, полегоньку, каждого натаскиваем на то, чем они хотят сами заниматься. Пусть это пока «игра» для них. Да смысл далеко впереди….
Уча одного, вправляешь мозги остальным, - есть порядок и правила и делать надо только так и никак иначе.
- Да помню я. Токмо мне надобно….
- Мил друг, а поведай мне за каким лешим, ты столько нахерачил? Или ты думаешь что чем больше тем лучше? В общем, так, останавливай мотор, всю излишнюю смазку снять. Узлы промыть…. Одним словом, чтоб к вечеру провел полное ТО.
- Там Сидор с Антипом, хотят….
- Мне плевать, что они хотят. Ты отвечаешь за него и это твоя работа. Кто, в конце концов, механик, ты или дед пихто? Вперед солдат и с песнями.
За полгода общения со мной, мы с ребятами нашли общий язык, они воспринимали мои речи без переспрашивания. Даже «мелкий», это ещё тот гусь, первое что перенял, был мат.
«Опечаленный» внеплановой работой Димка ушел.

Потом было очередное «родео» с упрямой скотиной. Эта гадюка почему-то невзлюбила телегу, я как придурок по всему деннику за ним с хомутом гонялся. Пока не привязал за недоуздок к стенке.
Накинул, осталось самый пустяк, да наткнулся на его взгляд…. Там была такая вселенская обида….
Смотрю ему прямо в глаза….

« - многие животные разумны. Взять, например собак, некоторые породы различают до трехсот слов и жестов…. Может попробовать?»

- Давай договоримся, я не буду тебя больше запрягать в телегу, а ты не будешь кусаться. – С этими словами снял с него хомут, повесил на место. Отвязал Бабая от стенки, он как то, чисто по человечески вздохнул, подошел к охапке сена, лежавшей в углу, подхватил немного и принялся меланхолично пережевывать. Я же взял седло, открыл дверцу и шагнул внутрь. Мерин повернул голову, оглядел с ног до головы, шагнул ко мне и повернулся боком.
«От ты хитрая бестия….»
Закончив седлать, не затягивая подпругу, вывел на двор и подвязал повод у крыльца. Пойду сам тапереча оденусь. Успел отойти всего на пару шагов,- Феденька, погодь, - окликнула меня Марфа, вышедшая на крыльцо.
- Ты не в город собрался?
- Да. По делам надобно….
- Загляни к Маланьке Петровой, она обещала дать рядна кусок, и забери у неё мое лукошко с рукоделием, забыла вчера, а Машка не напомнила, свистушка. Заберешь?
- Для тебя Марфа Никитична, хоть на край света.
- К Анфисе зайдешь, привет передай.
- Да я в другую сторону.
- Все вы в другую сторону…. Кобели облезлые. Не забудь,- Запахнув на груди вязаную безрукавку, зябко повела плечами и ушла в дом.
Предстоящий переезд, её не очень-то и радовал, он обозначал для неё потерю почти всех своих подружек, а заводить новых…. Сложноватый я бы сказал характер у нашей хозяйки.

Собрался за пять минут, спустился, взял за повод свой «транспорт» и повел его к воротам. Думаете мне удалось удрать? Хренушки, из дверей мастерской выглянул Антип, обернулся что-то сказал и, замахал руками, привлекая мое внимание.
- Федор, постой.
- Да что вам всем надо? Мать вашу…. – Я разозлился.
- Федор, Дмитрий говорит, - что сегодня работать нельзя будет, - можно раньше уйду?
Вот человек, иногда просто убивает, его бятя обещался по зимнику приехать сына проведать. Надо будет с ним встретиться и поблагодарить за воспитание чада. С другой стороны, достал, взрослый мужик, а конючит как ребенок. А можно…. А разреши…. Тьфу….
Ничего этого не сказал ему,- Да, иди.
- Благодарствую, - Антип дернулся, и остановился, кивнул головой и ушел. От привычки отбивать поклоны отучил только через неделю после принятия на работу. Только согнется, я ему бац по темечку….
Открыл воротину, вывел мерина на улицу, во дворе узрел Мишку,- Мишань, ворота прикрой.
Вставил ногу в стремя, взялся за луку, придерживая повод сел в седло. Бабай переступил с ноги, на ногу принимая мой вес, мотнул не стриженой гривой и замер.

«Сидора видел, с Антипом поговорил, Марфа наказ дала, Димке пистон вставил, надо рвать когти, а то ещё барбосу приспичит со мной погавкаться»

- Бабай, чего стоим, кого ждем? - Спросил у мерина. Он повернул башку и глянул лиловым глазом.
- Поехали к Анфисе, знаешь, где она живет? - Мой «шестисотый» безо всяких понуканий, пошел вперед.

Нынешняя Москва городок небольшой, если прокопать метро, станций будет всего три,- стрелецкая слобода, красная площадь да еще, как ни-будь обозвать можно.

«Узкие деревянные рельсы, оббитые полосками железа, уходят в темноту туннеля, в держателях, развешанных по стенам тускло светят факела, освещая только маленький пятачок рядом с собой. Народ, толпящийся на перроне, напряженно всматривается в чернильную мглу, ожидая прибытия поезда. Бывалые, расположились под светильниками, рассевшись прямо на полу, перекусывают чем бог послал. Новички, первый раз ступившие под своды подземного зала, крутят головами, осматриваясь вокруг. Непрестанно крестятся и шепчут молитвы, отгоняющие злых духов.
Начальник станции, пожилой стрелец в синем кафтане, с аккуратно подстриженной бородкой, выходит их будки. Осмотревшись по сторонам, берется за медный свисток, висящий на витом кожаном шнурке и, пронзительно свистит.
Его помощники разбегаются вдоль перрона, отгоняя любопытных от края. Старожилы и бывалые, не спеша подбирают свои вещи, завязывают и складывают узелочки с немудреной снедью.
Из туннеля слышится перестук множества копыт и пронзительный скрип, несмазанных осей, это пребывает состав из четырех вагонов, влекомый четверкой лошадей.
Лязгнув напоследок сцепкой, поезд замер, помощники, подбежали к дверям и отомкнули замки, весело переговариваясь, первыми на платформу выскочили дети, за ними степенно вышли их родители и станция мигом окуталась разноголосицей, доносящейся со всех сторон и прибывшие потянулись к выходу.
Как только последние приехавшие пассажиры покинули вагоны, внутрь устремились другие, стараясь занять лучшие места, на не широких, жестких, деревянных лавках. Посадка не заняла много времени и очень скоро, двери были закрыты и заперты. Начальник, прошелся вдоль состава, подергал каждую, проверяя, подошел к вознице, сидящему на кожаной подушке, стукнул по плечу, разрешая отправляться. Хлопнул кнут, чуть скрипнули колеса, смазанные расторопными смазчиками и, состав медленно покатился.
Пожилой стрелец снял фирменный картуз, платком вытер вспотевший лоб, осмотрел, пустуй перрон и пошел в свою будку, до прибытия следующего поезда оставалось полчаса….»

«господи, какая только дрянь, в голову не лезет….»

Осторожно переступая через лужи, шли по своим делам пешеходы. Обгоняя меня проехали два верховых стрельца. Из-за заборов доносились звуки, где-то рядом мычала корова, блеяла коза. Лениво перегавкивались собаки. В воздухе пахло навозов, мокрой землей и печным духом. Если прикрыть глаза и на миг остановится, вслушиваясь, сложится впечатление что вы деревне. На окраине, где селятся новоселы, это заметно больше всего.
В сравнении с Москвой будущего, собственно ничего не изменилось, только дома каменные, извиняюсь, бетонные. Длинная, эдакая «китайская» стена на двадцать четыре подъезда, выходящими на проезжую дорогу забитую автомобилями. Девять этажей, по тридцать шесть дворов, то бишь квартир, на подъезд. Это почитай маленькая деревенька, поставленная стоймя, а живет в них столько же, сколько и в моей, нашей, деревушке.

Кукуйская слобода, разительный контраст, в сравнении с остальным городом. Чистые улочки, прямая планировка, отсутствие мусора, обычно сваленного у ворот. Низкие заборчики, цветущие палисадники, разбитые перед домом. На рогатках остановили стрельцы, спросили,- кто таков и куда еду.
После ответа меня запустили внутрь, блин чисто «рублевка» А живут здесь, между прочим, такие же работяги, даны, немцы, голландцы и прочий иноземный люд, прозванный соотечественниками коротко и ясно – немцы. Чего их делить, фрягов от агличан, раз они по нашему не бельмеса. На любой вопрос только буркалами лупают да мычат что-то по своему, тьфу на них. Одно слово, немцы.
К одному такому и еду, мой предыдущий знакомец, домой, на родину умотал, достал его наш климат. Можно подумать, что в Германии он лучше нашего, - страна дождей, блядей, велосипедов. Последнее ещё только будет, а вот первые два уже есть. Вот скажите мне, что ему здесь не жилось? Работа есть, уважают, жилье нормальное, нет блин, сорвался, ломанулся в фатерлянд. Руки у мужика росли из плеч, как у всех людей, Магда, его супружница, нормальная баба, свято блюдущая закон трех – «К»
И что Гансу здесь не жилось? Надо отдать ему должное, меня как выгодного клиента, он передал другому кузнецу, своему соседу, голландцу по рождению, датчанину по воспитанию и как ни странно, русскому на одну четверть, ну это он так считал. По всему выходило, что его бабка, волею судеб оказалась за границей и в разговорах с АЛексом выяснилось, что родом она из под Новгорода. Толи меря, толи карела, сначала обозвал его мутантом, а потом о себе подумал, - ляхе на четверть….

«Все мы за бугром, будем Русскими, это ведь не нация, - смысл жизни.
Мы на стыке трех культур, через нас шли захватчики в грабительские походы, торговые караваны с востока и запада, пересекались на волге, великой реке РА. И с каждого народа прошедшего через наши земли, мы брали плату, крохотную капельку крови, одну единственную, незаметную. Враги смеялись, отдавая такую дань и, сами оставляли свое семя в чреслах наших женщин. И стали мы, рыжими как шотландцы, вспыльчивыми как итальянцы, чопорно холодными как англичане, исполнительными как немцы, хитрыми, как арабы, практичными иудеями. Вся эта пришлая кровь легла на местную, образовав жуткую смесь под названием Русь, с лозунгом- девизом, - Авось, Небось, и Как ни-будь.
Ещё ни разу не подводившим нас, - Авось пронесет и беда не коснется нас, Небось, выстоим, выдюжим супротив супостата, Как ни-будь отобьемся и все будет по-прежнему, словно в былое время, потекут молочные реки в кисельных берегах….»

На мой вопрос,- почему у него такое странное для голландца имя. Он ответил - что назвали его так в честь прадеда и зачем-то приплел какое-то дворянство, верой и правдой служившее князьям тех земель.

А вот и приметный домик, короткие, по пояс, доски забора, вдруг подросли до высоты человеческого роста. Маленькая калитка исчезла, уступив место массивным воротам, такое только из пушек расстреливать. Он с кем воевать собрался?
Подъехав ближе, застучал по рубленым створкам (Недавно сделано, дерево ещё не успело поменять цвет) рукоятью плетки. – Эй, на палубе, есть кто живой в этой богадельне? Алекс, черт чешуйчатый, уснул что ли?
Минут десять мы составляли дуэт, мой стук и тявканье шавки с той стороны. Проезжающий мимо на повозке запряженной парой коней, какой-то Ганс, неодобрительно покачал головой, на такое поведение не свойственное для жителей поселения.
Надоело, встал на седло и заглянул во двор – никого.
- Ти есть кто? – Окликнул меня мужской голос.
Обернувшись, увидел стоящего рядом разнаряженного в черный кафтан с белой манишкой, господинчика. Пробурчав себе под нос,- конь в пальто, – сел в седло.
- Я к Алексу, кузнецу, приехал. Не знаешь, добрый господин, где он? Дело у меня к нему.- Улица, засаженная разнообразными деревьями и аккуратно подстриженным кустарником, растущими вдоль заборов, была пустынна. – Ей, немчура, а где все то?
- Я есть дан….
- Да хоть китаец, мне кузнец нужен.
- В кирхе.
- Ну, спасибо. – Поблагодарил аборигена, стукнул в конские бока каблуками. Бабай фыркнул обиженно, но исправно шагнул вперед.
Не знаю, что у этого мужика было на уме, только он за каким-то, потянулся к удилам. Я даже сказать ничего не успел. Короткий вскрик, потерпевший отскочил в сторону, потирая укушенное плечо и, видимо матерясь.
- И вам того же, любезнейший,- Посочувствовал жертве нападения.
Все это было сделано на ходу так ловко, что мерин даже с шага не сбился. В который раз убедился, что мне не лошадь досталась, а собака в конской шкуре.

До храма божьего, рукой подать, проехать до конца улочки, свернуть направо, полста саженей и перед вами небольшая площадь с костелом или что там у них. Покусанный остался позади, мы с моим «шестисотым» спокойно рулим по стрит. Никого не трогаем, ни к кому не пристаем. Вокруг чирикают птички – синички порхающие с ветки на ветку, воробьи потрошат свежую кучку «каштанов» оставшуюся после недавно проехавшей повозки, добывая из неё что-то.
Здесь даже воздух пахнет по-другому. По нашей слободе едешь, и тебя преследует кислый запах капусты, резко вкусный чеснока с луком и ржаным хлебом. Здесь же….
Я стал принюхиваться как наш барбос перед своей плошкой, стараясь определить, что и чего готовят в домах, мимо которых проезжаю.
По ноздрям мазануло сладким ароматом, корицы и свежей выпечки с какими-то фруктами.
Через два десятка шагов, запахи смешались, и появилась новая нотка, - жареного мяса с овощами.
Бабай шагает, не поднимая головы, ему на все это глубоко без разницы, ему бы торбу с овсом, охапку сена да бадейку с чистой водой. Мотнув гривой, мерин фыркнул. Ему что-то не понравилось, через мгновение и я ощутил.
Так воняло у моей бабки дома, когда она накрахмаливала деду рубашки, а потом гладила их. Всегда стремился сбежать на улицу, чтоб не нюхать эту гадость. Вот и сейчас поторопил коняшку, побыстрей проехать это место. А через два десятка шагов, натянув поводья, остановился.
В голове зашевелилась совершенно дикая мысль, попытался её отогнать, так эта стерва вцепилась двумя руками (или уж не знаю чем) и ни захотела уходить.

А ведь она права, дошло до меня через пару минут, воняет как у моей бабки, жареным крахмалом. Да вот фишка в том, что ещё ни разу не сталкивался здесь с ним. Все киселя здесь, готовятся на пшеничной, ржаной и ячменной муке, заваренный клейстер пахнет совершенно по-другому, его ни с чем не перепутаешь. ( Та ещё гадость) Рубахи гладят с водой, больше уделяя времени прожарке для избавления от всяких паразитов. А вот чтоб наводить ненужный марафет, лоск на исподнее, которое и так помнется, считается излишеством. Может в боярских домах и делают что-то, чтоб воротнички стояли, да вот закавыка, фасон русской одежды таков, что в нем деталей требующих накрахмаливания, нету. Но они есть в иноземной, всякого рода жабо, накладные и отложные воротнички, манжеты. Как вон у этого, которого бабай покусал. Вернутся что ли?

Оглянулся назад, улица все также пуста, никого нет.
Но запах-то поперек идет, - вон листва на деревьях показывает - справа налево. А там дом стоит, небольшой такой, как будто пряничный какой, хозяин не поленился украсить и даже выкрасить все в разные цвета.
- Бабай, пошли туда,- Махнул рукой в сторону странного жилища. Тот покосился на меня, мотнул башкой и остался стоять на месте.
- Не хочешь, что ли? – Теперь он кивнул. Вот «тварь» все понимает. - А надо. Давай поворачивай, а стоим с тобой на середке, как три тополя на плющихе. Ща местные набегут, будут тебя лупить почем зря, а им помогу.
Фырканьем, выразив все, что он обо мне думает, мерин развернулся, и мы пошли обратно. – Вот так-то лучше.

«В объявление о продаже надо будет добавить,- голосовое управление»

Остановились. Я слез, притопнул пару сапогами о землю, поправил пояс и пошел к калитке, - стой здесь и никого не впускать, но всех выпускать,- в шутку сказал своему напарнику по поездке. Привязывать не стал, никого рядом нет, да и кому эта «собака» может понадобиться.
- Хозяева,- крикнул в сторону дома,- есть кто живой? – И добавил про себя – «два часа здесь шарахаюсь, а всего только и видел что двоих»
Повезло, со второго вопля, скрипнула входная дверь и выглянула женская мордашка, в белой хреновине с рожками, на голове. И на довольно сносном русском поинтересовалась,- Что вам угодно?
И передо мной стала проблема,- а что спрашивать? И вообще чего я хочу?
Снял шапку, прижал одной рукой к груди и поклонившись, не нашел ничего лучшего как спросить,- Вы сейчас ничего не гладили?
В ответ молчаливый взгляд, полный недоумения.

«как же обозвать то, что я унюхал, чтоб она меня поняла?»

- Знаете, мимо проезжал…. Меня Федором зовут…. Я тут к Алексу, кузнецу по делам захаживаю, а вас здесь ещё ни разу не видел, прекрасная пани….

«Господи, что за ахинею несу»

Она сама пришла на помощь поддержав разговор,- Вас я тоже ни разу не видела.
- Вкусный запах унюхал, скажи красавица, чем так скусно пахнет? Будто жарят что-то….

«Тьфу, блин. Вкусный запах, сдохнуть можно»

- А…. Вот о чем…. – С этими словами дверь закрылась, потом открылась, девица поманила меня пальцем и скрылась внутри.
Я откинул щеколду вошел во двор и пошел по дорожке посыпанным песком и гравием, мелкие камушки поскрипывали под подошвами моих сапог. Когда осталось пройти пару шагов, девушка вышла на встречу, с лукошком в руках, прикрытым тряпкой. – Верно, это оно будет?
С этими словами достала и протянула мне один клубенек, размером с кулачок ребенка.
На первый взгляд, похоже…. Осторожно взял, ковырнул пальцем кожуру и понюхал,- похоже.
- А можно разрезать? – Она кивнула, с интересом наблюдая за моими манипуляциями.
Достал засопожник и разрезал картофелину (сомнений почти нет) пополам. Отделил маленький кусочек и сунул в рот, не смотря на предостерегающий вскрик девушки.
- Это нальзя есть, с него можно умереть…. – У неё даже акцент появился.
- А как называется? – Я подкинул на ладони отрезанную половинку, вторую тем временем запихивая в карман. А вдруг не дадут целую?
- ПапА сказал, тартоффоли. Выплюни эту гадость.
- Он вполне съедобен,- Причмокнул и облизнулся. ( В детстве жрал сырую картошку мешками)
Хочешь попробовать? – Отрезал маленький кусочек, наколол его на кончик ножа и протянул. Она чуть отступила назад, прижав к груди корзинку и, замотала головой,- Нет, нет.
Взгляд у неё при этом был, все-таки, любопытно-заинтересованный, из разряда,- когда же ты дикарь сдохнешь?
Ну в ближайшие лет сорок, я на покой не собирался и предложил продать мне это лукошко, - предположим за десять копеек.
Она с невинным видом переспросила – а за каждый клубень?
Я заглянул внутрь, оценил количество,- Полушку дам за пять штук.
- Алтын за два.- И мило улыбнулась.
- По рукам. – И полез за кошельком. Отсчитал нужное количество, высыпав на ладонь, оставшиеся монетки забросил обратно, завязал и убрал на место. – Держи. Считать будешь?
Она взяла деньги и передала мне лукошко.
Я поблагодарил, развернувшись, хотел уже идти к выходу. Но нет. Надо же мне свою ученость показать. – Послушай, если надумаешь все-таки пробовать, запомни. Ботву, цветы, ягоды и позеленевшие клубни есть нельзя, вот ими как раз и можно отравиться. А все остальное, можно варить, жарить, тушить. – Высказавшись, пошел к калитке, оставив «радушную» девушку хлопать глазами.
На улице меня ждал сюрприз. Пропал мерин.
В панике выбегаю на дорогу, смотрю на право,- нет. Налево …. Твою мать….
Эта зараза, я с ним как с разумным, а он свинья парнокопытная, перешел на другую сторону. Остановился невдалеке от дома Алекса и спокойно так пасется, там видите ли, трава сочнее и зеленее.
Дойти до «пропажи» пустяк, всего саженей сто, три минуты неспешным шагом. Иду и прикидываю варианты, загибая пальцы. - А - пришибу, Б – зашибу, В – прибью, Г- ….
Тут меня прервали на самом интересном, из ворот вышли три мужика и направились к моему конику.
- Эй…. – Крикнул им привлекая внимание, надо было предъявить свои права на транспортное средство.
Да только вот события, развернувшиеся дальше, заставили меня о многом подумать.
Бабай, мирно объедавший траву у забора, не стал ждать, пока его схватят за поводья. Вместо этого, он вдруг шагнул вперед, ухватил мужика за грудь и резко развернулся, отбросив жертву в сторону, второго, лягнул, отправив видимо в нокаут, а третьего, бросившегося бежать, просто стоптал, опрокинув на землю.
Я как дурак стоял, разинув рот, а это монстр, лошадиной шкуре увидел меня коротко ржанул и ленивой рысью припустил в мою сторону, победно задрав хвост.
- Федор, у тебя хороший конь,- Послышался позади знакомый голос. Оглянувшись увидел Алекса со всем семейством. Поздоровавшись со всеми, одновременно стукнул по сопатке, бабая, ткнувшегося в спину.
Он как-то обиженно хрюкнул, и пошел с краю.
- Алекс, дружище, я к тебе пришел, тебя нет. Ты где был? – Спросил кузнеца, пожимая руку.
- У сестры жены, подруга родила мальчика, сегодня его крестили.
- А…. Понятно…. А эти кто? – Кивнул на троицу мужиков, заходящих в ворота.
- Холопы…. Ты мне вот что скажи. Где ты купил такого коня?
- И чем же он, хорош? – От моего сарказма можно было прикуривать. Пункты, А; Б; В и все остальные буквы алфавита требовали воплощения.
Он пожал плечами,- Это боевой конь. – И как- то зацокал языком.
Эта сволочь, кружившая вокруг, прянула ушами, подала голос, подошла к Алексу и уткнулась бархатистым носом в подставленную ладонь,- Федор. Я с самого детства, рос вместе с ними….
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 23.10.2011, 21:37 | Сообщение # 238
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
- Так ты кто? Кузнец или конюх? – Ухватил Бабая за повод и ревниво подтянул к себе.
- Федор! Я же кузнец! - на бритом лице Алекса глаза стали большими, как его негодование.

«Тьфу ты господи, они же не делятся. Любой коваль должен уметь и знать, как подковать лошадь»
Пока я размышлял и наглаживал коню морду. Алекс подошел, постучал Бабаю по передней ноге и тот поднял её, давая возможность осмотреть копыто и подкову.
- Федор,- Позвал меня,- Иди, посмотри….
- И что там?
- Да ничего, подкову менять надо, вот чего. – И перешел к задней ноге. Эта «собака» сам (!!) поднял её,
что бы « механик смог осмотреть протектор».
Я его точно убью (бабая)из ревности, потом Никодима, подумал маленько и включил в список жертв Силантия. Ну ладно я, хрен городской, приблуда не местная, но он, почему молчал?
- Да и эту тоже,- огорченным голосом сообщил новость подошедший Алекс, отряхивая ладони. – Остальные думаю такие же. Знаешь что, давай приходи завтра, я его перекую заново.
Эта сволочь, не смотря на то, что держал его, потянулся к кузнецу, поначалу хотел придержать, но решил- с какого буду мешать, пусть ластится.
- Да у меня и денег нету, я тут прикупил кой чего.
Наглаживающий конскую сопатку, Алекс, даже не посмотрел в мою сторону, когда отвечал, - Неужто, пяточка не найдешь? Ради такого красавца, с тебя только за работу возьму. Давно таких не видал.
- Пятак найду, могу ещё и железа приволочь. Надо?
- Нет, не надо, у меня свое есть…. Пойдем, Анна наверно уже стол накрыла.

Я слева, Алекс справа, Бабай промеж нас, не держу его, он сам шагает, спокойно так, и не подумаешь, что буквально полчаса назад устроил мордобой с дракой. Вон одна такая жертва из ворот выглядывает. Да видать мало ему, вышел и к нам. Не на того напал, не дал ему и рта раскрыть, - Ты почто вор хотел маво коня свести? – С угрозой в голосе стал наезжать на мужика.
- Алекс,- Окликнул кузнеца, - Кто в этом доме живет? Может стоит в приказ жалобу написать?
- А почто конь без привязи, да еще траву у чужого забора подъедает? – Затявкала бывшая жертва, это, кажется, его сшибли оземь. То-то гляжу, он целенький какой-то, выговор объявлю мерину - плохо топчет. Али в курятник к петуху на стажировку отправлю….
Услышав такой ответ, потерял дар речи, потом, правда, нашелся - Ты чего мужик, совсем разума лишился? Ты смотри у меня видак есть, он на вас покажет и быть вам битыми. А конь, мой, хочу, привязываю, хочу, нет. Пшел вон, холоп. – Рыкнул и состроил самую гнусную гримасу какую смог придумать.
По мне трудно определить, кто я есть, так одевается половина дворян и половина Москвы.
Мужик зыркнул нехорошо, что-то пробурчал себе под нос в пегую бороденку да и пошел восвояси.

***
Я отвалился от стола с полным брюхом. Анюта, расстаралась на славу, обед действительно был хорошим. – Благодарствую хозяюшка.
- На здоровье.- Мелодичным голосом ответила она. – Кофе налить?- и улыбнулась.
- Нет, спасибо,- Пойло из жареных желудей…. она бы ещё цикорий предложила….
За окном, был виден стоящий у кузницы Бабай, с торбой одетой на морду, периодически он вскидывал голову, ловил несколько зерен овса и, задумчиво рассматривая бревенчатую стену, жевал.
- Федор.- Окликнул меня Алекс, - зачем я тебе понадобился?
- Надо мне….- И начал пространное объяснение принципа требуемой мне оправки. Делать полностью ружья надо, а не части. Я тут осторожненько прозондировал почву, приказ возьмет мои поделки, но только вместе с прикладами. Отдельно замки берут, но с оговорками и платить будут меньше. Жлобы.
Передо мной сидел худощавый парень, почти мой ровесник, длинные волосы, серые глаза. На кистях белесые крапинки от заживших ожогов. Подставив ладонь под бритый подбородок, Алекс внимательно слушал, изредка спрашивая, если что-то было непонятно.
Закончив, я взял со стола чашку с уже остывшим чаем и отпил глоток.- Вот такое измыслил.
Пробарабанив пальцами, короткую дробь, собеседник задумчиво на меня посмотрел,- Мне Ганс сказывал, что это делал для тебя. Ему, очень интересно было - а для чего это надобно?
Сказав это, он замолчал, о чем-то размышляя.

Я ждал, отпивая мелкими глотками терпкий, несладкий чай.

- Сдается мне, ежели это не впервой делается, значит нужно.- Глянул в мою сторону и усмехнулся,- Гансу ты не поведал, для чего тебе это. А мне?
- Скажу и даже покажу,- Я откинулся на спинку стула (!) и принялся медленно расстегивать кафтан. На второй пуговице задержался,- Только вот….

Всё-таки он мне по нраву, это нерусский внук своей русской бабушки.

- Алекс Йохансен сын Торварда, есть у меня к тебе дело.
- Какое? – Он стал, одно большое ухо и весь внимание.
- О том, что хочу предложить тебе работу, да с одним условием.
Кузнец перешел в задумчивое состояние, а я же допив остатки чая, решил было накатить еще «черепушечку» да он очнулся.
Алекс, оглянулся в сторону кухни и позвал супругу,- Анна, принеси вина.
Потом повернулся и смерил меня взглядом,- И об чем речь пойдет
- С вином погодь, тут на трезвую голову думать надо.
Он отмахнулся.- Пускай несет, лишним на столе не будет. Работу говоришь? И что делать надо будет? Что за условие?
- Съезжаешь отсель, в другое место, жить и работать там же.
- И все? – Взгляд его повеселел.
- Ага, на три года, никуда не ездить, ни с кем не встречаться…. – Тут я осекся. Хрен там никуда не ездить, мне что, прикажете в деревне лютеранский костел возводить, тогда уж сразу мечеть, чтоб голову не ломать, кто он по вероисповеданию.
- С последним, пожалуй, погорячился. Так что скажешь, Алекс Йохансен.
Мужик завис. Если присмотреться, думаю, можно будет услышать скрип шариков цепляющихся за ролики.

Хотел, крикнуть или стукнуть ладонью по столу, чтоб поторопить. А фиг с ним, пущай «висит» он мне в свое время доставил кучу хлопот….
«Когда Ганс сказал что уезжает и хочет познакомить с другим мастером. Я согласился, спросил - как звать новичка и пообещался прийти через седмицу, знакомится.
Язык, знаете ли, до Киева доведет. Спросил здесь, поговорил там, посидел с людишками, распив с ними кувшинчик дрянного винца, словечко другое. Кто обратит внимание на неприметного мальчишку, сидящего в темном углу, на полу и грызущего брошенную ему, одним из выпивох, корку хлеба….
Помнится, в то время на казну работал, когда забирал готовые оснастки у Ганса, откладывал в сторону, плохо сделанное. Сопоставил даты в склерознике с новостями и пришел к выводу. Изделия забираемые без замечаний, изготовлены Алексом, проблемные, Гансом.
Как же мне нужен этот мужик….
Да какой он кузнец, вырос из этих штанишек. Вам наверно думается, что пришел в кузнечную слободу, а тебя там с распростертыми объятиями ждут. Хренушки. Один бронник, другой стрельник, оружейник, гвоздичник, скобочник, колечник, этот список можно продолжать и продолжать. Хоть бери сачок в руки и собирай разбежавшиеся глаза. Через цать лет, кузнецы, работающие с холодным металлом, получат прозвище шлоссеры от Schlosser – замочники, самая распространенная, на то время профессия. Обрусев, слово изменится и станет, слесарем.
Алекса же, проще назвать слесарем и не простым, а инструментальщиком, потому что это и было его специализацией. За его работы, разряд ему дал бы, не меньше пятого, аборигены не дотягивают и до второго.
И ещё одна маленькая «звездочка в мозаику». Алекс в глубокой дупе, у него проблемы. Заказов практически нет, почему-то народ обходит стороной кузню, на его прошение о поступлении на работу в пушкарский приказ, оттуда ответили отказом – мол, мест нет.
Ему приходится перебиваться случайными заработками. Последнее что узнал, по слухам выходило, что готов он на родину съехать или в Тулу, на тамошние заводы. ( В Кашире ему, как-то, ничего не обломилось)

Анисим очень любит мед стоялый, а у меня тут по случаю как раз один кувшинчик залежался. Надо будет сходить, проведать старика….»

«Отвисло мое чудо»
Алекс, силой потер лицо, встал, вышел на кухню. Я прислушался. Он о чем-то разговаривал с женой.
Вернувшись через некоторое время, сел, из кувшина налил в чашку вина, залпом выпил. Вытер мокрые губы ладонью,- А ежели откажусь?
Я пожал плечами и застегнул одну пуговицу,- Как хочешь, просто встану и уйду. – И мило улыбнулся.

«Если будет упираться, гадом буду, в Москве ему не работать. Мои нервы были на пределе и мысленно орал этому человеку.
- твою мать! Хрен ли ты думаешь? Соглашайся! Ты ж блин, ядрена матрона, ничего не спросил, а уже морду кривишь. Ганс, Ганс…. Как будто по работе не вижу, кто из вас, что делал. Алекс! Разуй глаза, обуй уши…. ты, дурилка картонная…. Опять завис что ли?»

Еще через пару минут, клиент спекся. – А что делать надо будет?
- А пустяки всякие, такие, как это. – Расстегнув кафтан под внимательным взглядом Алекса, следившего за каждым моим движением, достал из кобуры пистолет, разрядил и положил перед ним на стол, патрон поставил рядом.
- Я с моим компаньоном, строю заводик, хочу делать оружие. А это ответ на твой вопрос – для чего нужна сия оснастка. Найди на стволе сварной шов. – И двинул оружие к нему.
Пока он крутил его в руках, внимательно разглядывая, налил вина в чашку(!) и с некоторым облегчением, выпил. Подумал малек, налил ещё и поставил чуть в сторонку, чтоб не мешалась под рукой.
- Что скажешь мастер Алекс? Нашел?
- Кто делал сию пистоль? Как она стреляет? Куда здесь порох насыпают. – Он потянулся и взял, патрон, - а это что за картуз?
Я улыбнулся на этот град вопросов, выставил перед собой руки,- Так согласен ты, Алекс Йохансен сын Торварда, ибо дальше смогу отвечать токмо человеку со мной работающему.
- Это ты делал?
Я пожал плечами, взял посудину и отпил глоточек вина, так чисто символически, только губы смочить, аккуратно поставил на место. Указательным пальцем, провел по бортику, стирая крохотную капельку. Чуть сдвинул чашку, вернул обратно, развернул ручкой от себя. – Красивая какая…. Цвет приятный, синий с белым, это будет классическим стилем.
Оторвался от созерцания никчемной, дерьмовой честно говоря, части столового стервиза семнадцатого века. – Как думаешь, сколько может стоить, такой конь.- Кивнул на стоящего у бревенчатой стены кузни Бабая, хрумкающего овес.
- Алекс, я не буду говорить, пока не молвишь слово нужное.- Откинулся на спинку и сложил лапки животике.
- Значит ты.
- Не…. не я, другие, но с моей помощью. Так что делать будем, мастер?
Он встал из-за стола, подошел к окну, заложил руки за спину и качнулся с пятки на мысок, раз, другой.
Остановился, помолчал немного и…. – Я согласен. – Услышал его тихий ответ.
- Что ж, быть по сему. Неси бумагу и чернила с перьями, скрепим уговор грамотой.
Видимо он устал сопротивляться. Вышел из комнаты, вернулся, поставил медную чернильницу, положил пару гусиных перьев и лист, сероватой, местной бумаги.

«Блин. А что писать-то? Надо было раньше договор составить. А…. Пусть будет расписка….»

Алекс переставил свой стул поближе ко мне и сел рядом….

Анна два раза приходила, приносила кипяток в большом медном чайнике, да он успевал остыть, пока мы бились над пунктами, отстаивая свою точку зрения. Алекс обдумывал каждое слово и чуть ли не каждую букву. Наконец совместными усилиями, испортив десяток листов, набело переписали первый в этом веке письменный договор.

Забегая немного вперед, скажу, - он стал стандартным, с некоторыми добавлениями, для нашего предприятия. Больше всего меня удивит, что Никодим спокойно примет его и даже сам будет настаивать на его подписании людьми, захотевшими работать у нас.

***
Как там Боярский будет петь?
«- Опять скрипит потертое седло, и ветер холодит, былую рану. Куда вас сударь к черту занесло….»

Оно действительно скрипит, с каждым шагом слышится – скрип, скрип. На улице уже вечереет, солнце почти скрылось за домами. Ветер, задувавший целый день, понемногу стихает. Неугомонные пичуги, разлетаются по укромным местам, только вороны и вороны с галками, шакалят потихоньку, но и они скоро угомонятся с последними лучами заходящего светила. Стемнеет, на небе взойдет яркая луна, ныне полнолуние, она будет освещать спящий город. От этого света, падающего с небес, тени станут темными, чернильно-черными, будет казаться, что ступивший в них человек или животное, растворяется полностью, без остатка, исчезая во мраке….

«Кто- то может сказать,- Я не боюсь, темноты, - и солжет….»

- Бабай, собака страшная, ты что ж молчал? Мог бы, между прочим, и намекнуть что обучен и годен к строевой. Почему я, от посторонних людей должен об этом узнавать, а? Молчишь? Нечего сказать в свое оправдание? Значит, чувствуешь свою вину? Нет!? Вы посмотрите на него люди, хозяин ему вопросы задает, а он и ухом не ведет. Совсем нюх со слухом потерял?

«Сытый и пьяненький возвращаюсь домой, подписанный договор, свернутый в трубочку и спрятанный в сапоге, греет душу. Алекс, после подписания, я ему о многом поведал, о том, что ему знать надо, выпал в осадок. Долго вертел в руках патрон, удивлялся простоте, а когда из чистого бахвальства, показал ему быструю перезарядку, просто сел с открытым ртом, да так и замер. Так мне показалось этого мало….
Сцуко я, и не отказываюсь. Они с Гансом, делали оснастку не полностью, а только половину. Складывать яйца в одну корзину? Ну уж нет. Мотаясь по Москве, искал нужных людей, выбирая умелых, отбирая среди них самых лучших. Это правда стоит денег и не маленьких, но оно того стоит.
Никодим иногда задавал вопросы по выставке металлолома в углу нашей маленькой кузницы. Я отшучивался, иногда говорил правду. Он мне не верил, а зря. К примеру, мне нужны витые пружины, да не из простого железа, а нормальной стали. Думаете, её здесь нет? Есть она, родимая, правда делают самую малость, и только для себя. Процесс этот, долгий и муторный….
Кто делать будет? Простой коваль, хрен чего вам сделает, а ежели вы настоите на своем, то получите сырой полуфабрикат и не факт что оно будет работать, так как надо. Собираем манатки и ползем в кузнечную слободу, переползаем на бронную улочку и вот здесь обитает нужный нам кадр. Только сразу бросаться на его поиски нельзя, лучше походите, посмотрите работы, выставленные и развешанные на дверях. Поспрошайте мальчишек, их обычно там много ошивается, кто трудится, а иные дружков проведать пришли. Пожурите одну работу, похвалите другую и они вам скажут и покажут, кто лучший, а кто худший. Это собственно первый этап, самый дешевый. Местные ремесленники, секреты свои хранят, как банк деньги, молчат партизаны, одни общие слова, а будете настаивать, могут и бока намять, в ближайшем проулке али того хуже…. Исподволь, потихоньку, полегоньку с ключиком приходите, жидким и звенящим. Деньги и выпивка, открывали и не такие сейфы.
И вот определился круг самых-самых, с ними вам и работать. Здесь уже приходится платить. На кузню вас не пустят, а даже если и войдете, ничего особенного не увидите, все как у всех, горн у дальней стенки, наковальня стоящая радом с ним, куча угля у входа с левой стороны, верстак справа, заваленный инструментом и всяким хламом. При вас, они ничего делать не будут. Выйдете за дверь, и снова застучат молотки и молоты.
Так что намасливайте печень и готовьте монеты, тайны «мадридского» двора, ждут вас»

- Нет, все-таки ты плохой конь…. Умел бы тапочки приносить или за газетой сбегать, цены бы тебе не было. Он только фыркнул на мои слова, мотнул головой и даже с шага не сбился.

Темный полог ночи опустился на город, накрыв улицы и проулки. В сгущающемся мраке, изредка мелькают огоньки, кто-то из жителей, не успев доделать дневные дела, торопиться их завершить. За оградой лениво брешет пес, гавкнет, помолчит немного и снова подает голос. Начинает просыпаться ночная живность, от комаров, до мышей и крыс. Стрекочет в кустах толи цикада, толи еще, какая тварь. Какой-то крупный жук, с басовитым гудением проносится над головой и улетает прочь. С реки потянуло сыростью, и воздух становится прохладным….

Расстегнул все пуговицы на кафтане, шапку сдвинул на затылок…. Эх…. Жаль, что у Бабая нет на седле спинки - откинулся бы, подремал чуток. Ан нет, придется как всем обычным всадникам, клевать носом. Не получится, поджимает…. Надо слезать, по нужде…. Вкусное вино было у Алекса.
В местных, устных, инструкциях для коневладельцев, есть рекомендация,- при остановке в незнакомой местности, держать лошадь за повод.
Соскочив с мерина, похлопал его по холке и поспешил отойти в сторонку, развязывая на ходу портки….

«Давным-давно, на глаза попались такие строки – интуиция, это совокупность микропризнаков не воспринимаемых по отдельности»

Не знаю! Не понимаю, зачем шагнул в сторону и вперед всего на один шаг и все это после того как уже, извините, начал мочится. Да только это спасло мне жизнь. Скользящий удар пришелся по левому бицепсу, что-то остро тяжелое просвистело мимо, разодрало рукав кафтана, рубахи и нанесло длинную резаную рану, во все предплечье.
Зато теперь точно знаю, кто быстрей бегает – мужик со спущенными штанами или баба с задранной юбкой.
Через пару шагов потерял равновесие и упал на траву, сначала на колени, потом ободрал руки, закончил экстренное торможение, лицом, уткнувшись в разрытый кротом бугорок земли. Перевернулся на спину, выхватывая пистолет и собираясь стрелять в нападавшего. В паре саженей от меня, Бабай кого-то прихватил и метелит передними копытами, вытанцовывая, джигу. Я выстрелил вверх, на миг, прикрыв глаза, чтоб не ослепило вспышкой, а когда открыл, мой «транспорт», стоял с невинным видом рядом и принюхивался ко мне. Натянув портки и подвязав их, перезарядился и не долго думая влез в седло. Бабаю видно здесь тоже не понравилось, он без понуканий взял бодрую рысь и через полчаса мы подъезжали к воротам нашей усадьбы.
Пока ехали, пытался разобраться, понять…. Перед самым домом, доперло, всего шума в ночной тишине было только два, мой испуганный вскрик и выстрел, все остальное прошло в полном молчании. Нападавший не издал не единого звука, молча, напал, а когда получил отпор, также беззвучно, исчез.

У Бабая выдался тяжелый день, если бы этот мерин пил, я бы точно проставился ящиком спирта.
- На фиг, все к чертям собачим,- Ворчал я, расседлывая его.
- Завтра, мой хороший у тебя будет выходной….- Причитал, протирая ему бока пучком соломы.
- Ешь. – Насыпал полную мерку овса, проверил наличие воды, сходил к бочке, стоящей на улице рядом с конюшней, долил поилку до полной. Накрыл попоной и пошел, на выходе из денника остановился и оглянулся. Он смотрел мне вслед, я вернулся, обнял его за шею и прошептал,- Спасибо тебе. Спасибо.
Он дохнул теплым воздухом в ухо, и потянулся назад, освобождаясь из объятий. Отпустил.
Глянул на меня, прошел к кормушке, ухватил пучок сена, сунул морду в ведро с овсом, из него послышалось громкое фырканье и взметнулись вверх сухие травинки….. Послышался громкий хруст, разгрызаемых семян….
- Спокойной ночи, Бабай.

Лета ХХХ года, Май 27 день

За ночь, рука распухла и болела. Хорошо, что перед сном, промыл теплой водой, и протер спиртом. Шрам останется, в пять сантиметров, а до локтя проходит царапина.
- Эк тебя угораздило. Ты где ж так сверзился? – Я ничего не сказал о нападении, свел все к тому, что сам свалился с мерина, задремал и упал.
- Да туточки, в соседнем проулке – И скрипнул зубами, когда она ловким движением оторвала от раны присохший хвостик бинта.
- А ты был у Маланьки? Привез кошелку и рядно?
Свободной рукой хлопнул себя по лбу и замычал.- Запамятовал Марфа Никитична, совсем забыл, закрутился аки белка в колесе.
- Ох уж эти мужики…. Кобели облезлые. Когда им надоть из души три души вынут, но своего добьются
А тут в кои дни испросила просьбу малую, так нет, забыл ирод.
- Перевяжешь, я так сразу и пойду….
- Сиди, без тебя обошлись, Машка вечером сбегала и принесла.- Она закончила обрабатывать рану и вынесла вердикт,- на такой собаке как ты, через седмицу и следа не останется. Походи пока так, чтоб подсохло.
Потом стала собирать шмотье в стирку. Помогал в меру своих сил. Растянув перед собой рубаху, она осмотрела её. Проверила кафтан, который не успел загнать под диван. Просунула пальцы в разрез, пошевелила,- Молвишь, с мерина упал? ну, ну….
Взяла узелок с вещами, почти дошла до выхода, но остановилась на пороге,- Через ополчаса снедать приходи, опосля не засиживайся, дел по хозяйству набралось….
Пожевала сухонькие губы и улыбнулась.- Никодим с такой царапкой в поле уходил на цельный день….
И вышла, оставив меня сидеть на кровати по пояс голым.
В сундуке, на самом дне, нашел свою старую, ветхую рубаху с протертыми до дыр рукавами, оторвал их. Накинул получившуюся безрукавку, одернул, вроде ничего, походить можно, да носить нельзя. Не приметный мешок лежавший у стенки не вызвал у хозяйки никаких вопросов. Высыпал содержимое прямо на пол у дверей и присев на корточки принялся перебирать доставшееся мне сокровище. Двадцать четыре клубня, вяловатые, сморщенные с проклюнувшимися ростками требовали скорейшей посадки. Разложил все на четыре кучки по шесть штук. Одну посадку произведу на нашем огороде, вторую отвезу в деревню и высажу там. За полушку, тамошние мальчишки, ночевать будут рядом. Надо найти ещё пару мест или пару человек кто проследит за посадкой, вовремя окучит и польет….
Тут меня осенило - Антип с Сидором! Точно! Прищелкнул пальцами, вскинув указательный вверх, - йесс.
Вопрос о переезде вместе с нами, решен давным-давно, до осени мы все тусимся здесь, а осенью, после сбора капусты, ждем первого настоящего снега, садимся на сани и….- Прости, прощай, дорогая столица, порт семи морей.
Попали…. Я с них с живых не слезу, если какая свинья, хоть один клубень сожрет. А ежели засохнет ….
Но сначала завтрак….

Лета ХХХ года, Май 29 день
Встали рано, притом как-то так получилось, что все семейство было на ногах, к тому моменту когда мы с Дмитрием выезжали за ворота, они высыпали во двор….

Вроде бы потихоньку собирались, (мешки с барахлишком еще с вечера были сложены в сенях) стараясь никого не разбудить. Даже Бабай, словно почувствовал что-то, ступал тихо, а не бухал своими копытами размером с суповую тарелку.
На сегодня у меня было всего три дела, перековать мерина, съездить в деревню, для посадки картофеля и доставить Димку к его новому учителю.
Один из пунктов договора, содержит в себе следующие строки – Учить мастерству учеников, кои указаны будут, со всем прилежанием и старанием. - Это вписано по моей «просьбе»

…. Провожатели, блин. Марфа стоит уголок платка к глазам прижимает у Машки они давно на мокром месте, парни, угрюмые какие-то.
Ну все, ядрен батон, вернусь, поубиваю через одного, сначала в одну сторону, потом в другую.
Вот уж не ожидал….
Вчера вечером, под конец ужина объяву сделал, - Дмитрий, собирай вещи, я тебе учителя нашел, поедем завтра….
- Это куда он поедет? – Марфа вышла из-за занавески, вытирая руки концом полотенца, висящего через плечо.
- Учеником к мастеру Алексу. Он кузнец, живет на кукуе….
- Не пушу…. Она подошла к лавке, стала рядом с парнем, уперла руки в бока и распрямила плечи, выставив вперед сухонькую грудь.- Ты что удумал, ирод…. Дмитрий, ещё дитя малое, только отъедается начал, а ты его….
И грозно нахмурила брови,- Почто меня не спросил?
- Марфа Никитична, охолонись, он только до осени там будет, а как переедем, возвернется.- С трудом удержал улыбку. « Дитя малое» - к концу лета, точно её ростом перегонит. Димка удивленным не был, я с ним ещё днем, когда сажали картошку, все обговорил.

«Алекс тоже был в курсе, кто к нему придет и как сказал, - Анна не против появления еще одного работника.
Именно работника, а не батрака. И с этим кузнец согласился, обучительство оплачивалось исходя из десяти процентов от оклада за каждого ученика, но не более двух в год, после экзаменов сданным учеником. Думаю, Алекс немного пожадничал, когда заговорил о трех и более, пришлось напомнить о пункте семь, настоящего договора – А ежели работник, по злому умыслу али недомыслию порчу сотворит, быть ему наказанным вычетом за полную цену»

- Всё равно, меня испросить надобно.- Стояла на своем наша старушка. – И Никодим, поди против будет.
- Не будет, ибо мы не знаем, как с укладом обходится, а тот кузнец ведает,- тайком показал Димке кулак и знак, чтоб сидел и молчал. С хозяином опосля переговорю…. Блин быть мне, когда ни-будь битым.
- А каждую субботу, вечером, будет домой приходить. – Посылать мальчишку бегать через весь город каждый день…. Нет уж, увольте, на своей шкуре познал все прелести «часа пик»
- Марфа Никитична, очень надобно, чтоб отрок Дмитрий учился у мастера иноземного.
- Феденька, что мне с тобой сделать?
Уф…. Раз на меня переключилась, значится, почти согласилась.
- Меду дать? – И выдал свой любимый взгляд, кота из Шрэка. На бабку он действовал безотказно, сработал и сейчас, она улыбнулась, махнула в мою сторону полотенцем и ушла. Что-то, ворча себе под нос. Все что расслышал,- охальник….
Через пару минут вернулась, поставила передо мной миску с налитым в неё липовым медом. Поблагодарив хозяйку, сдвинул посудину на середину стола.- Налетай.
Первым обмакнул кусок хлеба в тягучую, ароматную, янтарного цвета, гущу….
Следующим был Мишка, мой конкурент, по части сладкого. Судя по тому, что он не столько кусает хлеб, а облизывает пальцы, «заход» был не хилым. Клим аккуратен, как всегда, Сашка есть спокойно, а вот наша красавица сидела и во все глаза, не отрываясь, смотрела на Димку, как кошка на сметану, только что, не облизывалась.
Скосил глаза в сторону, он спокойно и степенно жует, запивая сладость меда, чаем.
Перевожу взгляд с одного на другого….

«Ромео и Джульетта…. Мне кажется или Я что-то пропустил…. Тем более надо развозить по разным углам, пока они из меня не сделали двоюродного деда. Вот ещё одна напасть, на мою голову….»

Клим и Сашка придерживают створки распахнутых ворот. Я сижу в седле, Димка на крупе, держась за мой пояс и мешок с вещами. Бабай делает первый шаг, второй. По движению за спиной понимаю, что пацан обернулся и помахал рукой. Слышу девичий вскрик, топот босых ног, оглядываюсь. Машка идет рядом с нами, положив руку Димке на колено, а этот стервец накрыл её ладонь, своей лапой и лыбится во все тридцать два зуба.

«Ежели они меня дедом сделают раньше чем через три года…. Убью всех и вся, начну со старых, закончу малыми….»

- А ну брысь домой, неча голыми ногами здеся сверкать. - Вот блин, разлука великая, до субботы три дня осталось. – Машка, дуй обратно.
Скорчил свирепую рожу и стукнул Бабая пятками. Он обиженно всхрапнул, чуть присел и рванул вперед, разгоняясь в галоп. Парень клещом вцепился в кафтан, пытаясь, удержатся на месте. Как только свернули за угол, натянул поводья, притормаживая нашего скакуна.
Минут за сорок, неспешным шагом, мы добрались до места назначения. Пока ехали, поболтали, ни о чем, обо всем сразу. Только на один заданный вопрос, не дождался ответа, да он и не нужен был, буквально спиной почувствовал, как на лице моего собеседника расплывается глупая, счастливая улыбка….

Полдень, того же дня.

Солнце, на рассвете встававшее в тучках, разогнало вражью стаю по всему небосклону и сейчас сияло в ослепительно синем небе.
Под новенькими копытами, дорожная пыль вспыхивает маленькими облачками, медленно поднимающимися позади нас, оседавшей на придорожную траву и кусты, заросшие зеленой, еще свежей, листвой, хотя дождя не было уже, целую неделю.
Давно осталась позади городская застава, знакомые стрельцы только кивнули на мое приветствие, когда проезжал мимо. Почитай через день мотаюсь, как цветок в проруби, ей богу.

«Надо сворачиваться, грузить барахлишко на телеги и вывозить, нажитое непосильным трудом оборудование, монтировать его на новом месте. С собой везу копию договора, показать Никодиму. Ещё у него надо будет взять денег, три с полтиной рубля. Надо расплатиться с плотниками, за раму для пилорамы, изготовленную из обтесанных дубовых брусьев и завтра же, должны привезти пилы. Из всякого хлама, оставшегося после строительства основных помещений, артельщики поставили еще один сарай, выкопали посередине яму, обшили её рублеными досками. Стенка в стенку поставили прирубок и обложили изнутри кирпичом привезенным гончаром Прохором. Вот ещё один кадр, который будет работать на «Никодим и Ко» Кто мне черепицу делать будет и кирпичи? В планах попробовать огнеупор состряпать, вот пусть и трудится. Фигурка, отлитая Антипом, по модели, сделанной его дочерью, думаю, на пути в Англию, если уже не добралась. А с какого такого целых шесть возов кирпича для котельной привезли? Не за красивые же глазки….
Срочно нужно искать столяра, присматривался к артельным, они нормально делают свое дело, исполняется точно и в срок, но знаете, нет изюминки, огонька что ли…. так автомат работает - С…. До…. и не более. Включили, шевелится, выключили, остановился, их хорошо нанимать, но не держать в штате»

За очередным поворотом показался медленно плетущийся обоз. Читой то на нашем тракте становится многолюдно…. видимо придется ставить пост дорожно-патрульной службы….

«Пронзительная трель свистка, заставила присесть коней, а возчиков втянуть головы в плечи и оглядываться по сторонам. У края дороги, на валуне, оставшемся после прошлогоднего ремонта, стоял стрелец в зеленом кафтане, высокой шапке, четырехклинке, с опушкой из красной ткани. На правой стороне груди, чуть прикрытый окладистой бородой, отсвечивал, натертый до ослепительного блеска, жетон размером в две ладони. Для полноты картины, добавите большой нос картошкой, морковно-свекольного цвета.
Взмахом бело-полосатой палки, указывал съехать на обочину телеге неспешно ехавшей во втором ряду, трех полосного тракта. Водитель кобылы, старичок лет семидесяти в сером армяке, подпоясанный лыковой веревкой, сдвинул на затылок колпак, оглянулся назад, потом глянул на стрельца и ткнул себя в грудь пальцем, - Я что ли?
- Ты, ты. Давай съезжай, не задерживай других. – Дорожный поверяльщик нетерпеливо соскочил с камня и шагнул вперед.
Позади послышались выкрики и водителю пришлось, потянув за поводья, направить лошадку на обочину. Остановился, хотел было слезть, да был остановлен окриком,- Сиди на месте и держи руки так, чтоб я их видел.
Оставшись на месте, дедок, крутил головой, смотря за тем, как вокруг ходит стрелец, осматривая повозку и лошадь.
- Милой, а что случимшись? – Спросил спустя пару минут.
Дорожник заглянул кобыле в пасть, проверяя зубы, подергал веревочные подвязки оглобель. Постучал ногой по переднему колесу. Остановился напротив и, достав из кожаной сумы, лист бумаги, чернильницу и перо, спросил.- Как звать?
- Кого? – Старичок был само недоумение. Вчерась здесь никого не было, да и все прошедшее лето, ездили туточки спокойно, ан на тебе…. Значится не врали мужики, что в город ездили. Сказывали – мол указ царской, глашатаи на площади, с лобного места кричали. Да токмо не упомнили ни чего…. Молвили только – подорожники на трактах службу несть будут….
- Тебя, а не кобылку, енто потом запишем.
- А зачем писывать?
- Затем, что едешь ты голубь, незнамо куда - неведомо откуда. – Стрелец посмотрел мужику в лицо и доверительно сообщил, - Давеча конокрады у купцов приезжих, табунок свели. Твоя кобылка по приметам похожа, на одну угнанную.
- Да что ж такое молвишь? Не скраденная моя Зорька…. От кума прошлой весной досталась, в одночасье представился…. – Дед замолчал, поняв, что ляпнул лишнего.
Дорожник исправно скрипел пером, записывая слова – Зорька….
- Звать тебя как? – Поднял суровый взгляд на деда.
- Так это, Кузьмой кличут, Прошки Иванцова сын, - Дед стянул с головы дурацкий колпак и прижал к груди,- господин стрелец.
- Кузьма, а у тебя на лошадку грамотка от коновала есть?
- А как же, милай, вот смотри – Дед полез за пазуху, вынул тряпичный сверток, развернул и подал сложенный вчетверо, потертый на сгибах, лист пергамента. Стрелец развернул и стал читать, шевеля губами. Закончив, сложил и оставил у себя.
- А на тебя, лекарем писанная?
- На кой она мне?
- В соборном уложении от прошлого году, писано в осьмой главе, - Иные люди, мужицкого роду, а и женьского, коим годков больше чем….»

Нагнал обоз. Десять возов, человек пятьдесят народу, кто на телегах сидит, иные рядом шагают, держась одной рукой за борта. Охрана, на лошадях едет спереди и позади, подгоняя отставших.
Один такой подрулил ко мне. – Кто таков?
- Домой еду.
- А почто един?
- Тут недалече. Сами куда путь держите?
Бабай, спокойно вышагивал, только сначала покосился на лошадку стражника, а потом отвернулся и опустил голову, словно устал.
- Тебе на кой?
Я пожал плечами,- Ты спросил, я ответил.
Охранник, молодой парнишка лет двадцати, в расстегнутом на груди армяке, свободно сидит в седле, левой рукой придерживает повод, правая опущена вниз и мне не видно, что в ней. Он горячит свою кобылку, заставляя приплясывать, не давая ей спокойно идти.
Дерганый он какой-то, суетится без меры. Я постарался незаметно оглянутся и был неприятно удивлен. Пока этот крендель заговаривал зубы. Двое под отстав, заехали сзади, справа этот дурилка, а передний чуть придержал коняшку и в итоге мы с Бабаем почти в окружение попали.
Страшно не было, только интерес - чего они хотят? Если просто проводить, это одно. Мы как раз достигли предпоследних телег. Но могли и…. Людишки торговые, народ шалый, что нельзя купить, и прибрать могут - за так.
«О, парни мне с вами точно не по пути»
Ехавший первым стражник оглянулся на нашу кавалькаду и его спутники, три человека, разошлись в разные стороны. Видя это, ехавший рядом парнишка, вздумал начать действовать. Его кобылка, стала наваливаться на Бабая. Зря. Извернувшись гибким движением, ухватил её за ухо и дернул вниз в сторону. Как она сиганула…. Зайцы так не прыгают. Мальчишку же словно ветром сдуло, когда он падал, в правой руке мелькнула плеть, нехорошая, больше на кистень похожа. (А может это он и был?)
На мгновение повисла тишина, а потом раздался дружный хохот, несколько разрядивший обстановку. Бабай давно остановился, прижав уши, грозно скалился на приближающихся к нам всадникам, а достав пистолеты держал их на виду, показывая что без боя не сдамся. Не доехав пары шагов, один остановился,- Хорош у тебя конь, ладно проучил Петруху. Он ужо всех замучил, ко всем пристает.
Откуда-то снизу доносился мат, перечислявший всех моих родных. Его лошадку поймали через два десятка метров и теперь вели обратно.
- Тебя как звать- величать? – Спросил мужик в дорогом кафтане, опоясанный узорчатым поясом с болтающейся на боку саблей.
- А сам кто таков? – Бабай пятился потихоньку задом, пока не уперся в кусты, обеспечив, таким образом, хоть какую защиту от нападения с боков.
- Я Гавриил, купец из Суздаля.
- Федор.
- И все?
- Все. Вы езжайте, я поеду позади, мне туточки недалече осталось.
- Как знаешь. Петрушка, хрен собакоголовый, я те из жалованья за кобылку удержу. Мать вашу…. какого …. встали, айда вперед, нам ещё…. – Рявкнув на остановившихся обозников и на стоящих рядом стражников. Развернул своего коня и направил в голову обоза, попутно врезав от души по спине парнишке, тот как раз в седло пытался сесть…. Защелкали плети, загомонили возничие. Заскрипели колеса и, все пришло в движение. Когда мимо проехала последняя телега, вывел мерина из укрытия, и мы потащились следом на безопасном расстоянии. Через половину часа показалась знакомая развилка, свернул направо и облегченно вздохнул - осталось всего пять верст до дома.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 23.10.2011, 22:16 | Сообщение # 239
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Quote (Старый)
Ворчал я, расседлывая его.

с такой рукой???
Quote (Старый)
нанесло длинную резаную рану, во все предплечье.

тут от кровопотери бы не окачурится пока домой доедешь.
к томуже - большие сомнения что получивший удар копытом сможет "тихо исчезнуть"
Quote (Старый)
В паре саженей от меня, Бабай кого-то прихватил и метелит передними копытами, вытанцовывая, джигу.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.

Сообщение отредактировал al1618 - Воскресенье, 23.10.2011, 22:29
 все сообщения
СтарыйДата: Воскресенье, 23.10.2011, 23:22 | Сообщение # 240
Темник
Группа: Авторы
Сообщений: 500
Награды: 8
Статус: Offline
Quote (al1618)
с такой рукой???

далее она описана....
Quote (al1618)
тут от кровопотери бы не окачурится пока домой доедешь.
к тому же - большие сомнения что получивший удар копытом сможет "тихо исчезнуть"

такая рана только с виду страшная, если нет гемофолии, кровь сворачивается через три минуты.
а то что тихо испарился.... так что только под шафе не примерещится, может его кто утащил...., да и не смотрел что там... сел на мерина и ноги.... в руки.
 все сообщения
Форум Дружины » Авторский раздел » тексты Старого » Рабочее название "Записки Пиротехника"
  • Страница 8 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Поиск:

Главная · Форум Дружины · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA · Д2
Мини-чат
   
200



Литературный сайт Полки книжного червя

Copyright Дружина © 2020