Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Майор  
Форум Дружины » Авторский раздел » Тексты Майора » Сила в правде (социальная фантастика)
Сила в правде
МайорДата: Воскресенье, 31.07.2016, 13:31 | Сообщение # 1
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
Аннотация


Сбылась многовековая мечта западных политиканов — Россия оккупирована войсками НАТО. Привнесённые извне «демократические ценности» дают буйные всходы. Новые поколения россиян совершенно ничего не знают о той, прошлой жизни своей страны, свободной от иностранного протектората. Забыта история великого, некогда свободного государства. Ныне его граждане во всём стараются угодить новым хозяевам, стоя на страже их интересов.
Но не все одурманены. За Уралом осталась территория, свободная от оккупации. Там набирает силу движение сопротивления. Работает законно избранное Правительство, которое за границей не воспринимают всерьёз. Да и на занятых врагом территориях не так уж всё гладко. Многие начинают понимать, что живут в придуманном кем-то мире, словно приходя в себя после кошмарного сна...
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 15.11.2021, 13:57 | Сообщение # 2
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
Возраждаю проект, поскольку привык все доводить до конца.
Итак, сначала рояли в кустах...
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 15.11.2021, 13:59 | Сообщение # 3
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
Пролог
За пятьдесят лет до описываемых событий


Толпа крепких на вид мужиков и совсем уж молодых парней плотно обступила солидный офис какой-то партии. Антон даже названия её не помнил. Развелось их в последнее время, как грязи. Все в политику лезут. Мёдом им там намазано что ли? Ладно бы нормальные были, так нет же — всякая шваль прёт. Наобещают несбыточное в три короба, лишь бы приобщиться к власти, потом размахивают депутатскими корочками, возомнив о себе невесть что. Речи у всех одинаково путанные. Сразу и не поймёшь, кто за что ратует. Впрочем, если даже разбираться, вникая во все хитросплетения большой политики, вопросов меньше не станет. Пустозвоны, одним словом.
Эти, похоже, дозвонились. Вывеска сорвана. Окна и двери выбиты.
Из офиса под свист и улюлюканье толпы выводят потрёпанных партийцев. Их пинками сгоняют с высокой лестницы, усеянной битым стеклом и обломками пластика.
- Пусть мироеды знают! Мы не позволим разворовывать Россию! - орёт с балкона второго этажа какой-то усатый мужик в мундире с погонами, сильно смахивающем на старомодную белогвардейскую форму. Широкие галифе и папаха только усиливают эту схожесть. Очевидно, вожак и заводила беснующейся здесь стаи.
На рукаве у него красная повязка с белым коловоротом в центре. Точно такие же у большинства собравшихся - отличительный знак националистов из «Русского мира».
- Россия воскресе! - выкрикивает главарь, вскидывая руку.
- Воистину воскресе! - вторит ему громовой хор неистовых голосов.
Над головами колышутся куски арматуры, дубинки, биты или просто пустые ладони. Это повторяется трижды.
Пока молодчики горланят, Антон и двое его бойцов спокойно, ни от кого не таясь, переходят улицу за их спинами. Чего им прятаться? Одеты как все - один в удобном охотничьем костюме, другой в камуфляже, на самом Антоне «горка», ещё и наколенники поверх штанов. У каждого на голове гермошлем с прочным забралом. Биты лишь у бойцов, да и те больше для отвода глаз. Просторные куртки надёжно скрывают спрятанное оружие - пистолеты с глушителями. Но это на самый крайний случай. Спецназ работает чисто, за стволы без надобности не хватается. Потому и к «точке» идут мелкой группой под видом дебоширов, чтобы не привлекать особого внимания.
На улицах творилось нечто невообразимое. Причём не только в Москве. Массовые шествия, погромы, столкновения с полицией и Росгвардией. Белый Дом заняли протестующие, уже избравшие некое «правительство народного единства». Кремль в кольце огромной беснующейся массы людей, требующей немедленной отставки президента. Туда же согнали почти всех силовиков, отдав город на растерзание разгульной анархии.
Словом, страна катится в тартарары, а элитной группе спецназа поручают вывезти в безопасное место какого-то никому не известного умника из Академии Прогрессивных Технологий. Будто им в этом бедламе больше заняться нечем.
Перед выходом командир показал фотку лысоватого старикана. Высокий лоб, острый взгляд, редкие седые волосы, рябая кожа.
- Камуфляж на черепушке — уже половина маскировки, - не удержался Антон от сарказма.
- Его черепушка, Миллер, дороже всех ваших вместе взятых.
Строгий, без намёка на шутку тон мгновенно охладил начавших было похихикивать бойцов. Ледяным голосом командир поставил точку:
- Хорошенько запомните это лицо. Перед вами профессор Вячеслав Максимович Пикульский, ведущий конструктор АПТ. Президент лично... Слышите? Лично приказал вывезти его в безопасное место.
- Где нам его искать? - Антон передал фотографию бойцам. Ему хватило мимолётного взгляда, чтобы запомнить «объект».
- Последний пеленг профессорского мобильника указывает на академию. План здания с обозначением его лаборатории уже у вас в планшетах. Полчаса назад сигнал исчез. Возможно, разрядился телефон. А может и...
Понятно. В том районе орудовали радикалы. Нет никакой гарантии, что академия не разгромлена. Не пришлось бы зачистку проводить. Хотя лишний шум и не желателен.
- Короче... - Командир кольнул холодным взглядом. - Если Пикульский жив, доставить его на конспиративную квартиру. Миллер, ты знаешь где. Там недалеко.
Антон кивнул. Приходилось ему пользоваться той квартиркой время от времени. Очень удобная нора с выходами на два подъезда, из которых можно попасть и во двор, и на улицу.
- А если он жмур? - спросил один из бойцов.
Своё недолгое молчание командир прервал коротким приказом:
- Тело уничтожить вместе с лабораторией.
...У входа в академию, перед выбитой дверью, стояли двое. Судя по всему, вполне подготовленные ребята — горы мышц, бритые затылки, новенькая, не стесняющая движений униформа и кепи одинаково песочного цвета. На местных не похожи, не те ужимки. Не курят, на всякую ерунду не отвлекаются, только и делают, что за подступами бдят. Оружия не видно, хотя это ровным счётом ничего не значит. Неужели спецы, причём иностранные? У тех даже взгляд совершенно другой. Надменный, с вызовом. Уж Антон-то на них насмотрелся в своё время.
Проходя вразвалочку под прицелом двух пар внимательных глаз, троица остановилась. Биты упёрлись в землю, а Миллер непринуждённо взбежал по ступеням, весело крикнув на ходу, откидывая тёмное забрало шлема:
- Здорова, братки! Куревом не угостите? А то мы чё-то всё раскурили в запарке.
Охранники напряглись, хотя виду старались не подавать.
- Не курим, - прогудел один с едва уловимым акцентом. - По магазинам пошарьте.
Бойцы Антона ненавязчиво подались вперёд, якобы для того, чтобы тоже принять посильное участие в разговоре. Загалдели наперебой:
- Да шарили уже. В ближайших, по ходу, давно всё вымели.
- Пятый или шестой квартал обходим и ничего. Сплошной голяк.
- Ноги уже не носят, а курить охота...
- Здесь-то что, курящие водятся? - неожиданно спросил Антон, кивая на вынесенную дверь.
Бодибилдеры на мгновение растерялись, потом одновременно нахмурили брови, скрестив на назойливом попрошайке колючие взгляды. Вылитые братья-близнецы.
- Тут ничего интересного нет. Захудалый институт. Из работников одни стариканы-профессора.
- Ха! Так они хлеще нашего дымят! - воскликнул Миллер, заметив, как его подчинённые, продолжая перемещаться, встали ближе к охранникам.
«Барс», это «Вышка», - пробормотал наушник голосом снайпера из группы прикрытия. - В коридоре третий. Держу на мушке».
Правильно. Всё по фэн шую - видимая охрана и невидимый заслон. Интересно, сколько их? Жаль, на полноценную разведку нет времени.
- А вы здесь что делаете?
- Да так... Здание зачищаем, - неопределённо махнул рукой говорливый. Второй охранник продолжал упорно молчать и только сверлил Антона суровым взглядом.
- От кого? - удивился Миллер. - От старикашек-профессоров, что ли?
- Ну, те давно разбежались. Там силовики могли засесть.
- И что, засели? На чёрта им сдалась академия эта?
Здоровяк пожал широкими плечами, словно волна землетрясения прошла, вздыбив два могучих кургана.
- Не знаю. Наше дело за входом присматривать, - бросил безразлично и, скривив кислую мину, добавил: - Шли бы вы отсюда, пока начальство не увидело.
- Оно у вас такое строгое? Из чьей вы сотни?
- Не важно. Ступайте своей дорогой, парни.
- А курево как же?
- Сказано ведь — проваливайте! - зарычал бодибилдер, теряя терпение.
- Я всё же пошарю. Вдруг чего найду. Парни!.. - Миллер подмигнул и решительно двинулся к двери между охранниками, оцепеневшими от столь вопиющей дерзости.
Те опомнились, шагнули с двух сторон с явным намерением проучить наглеца и спустить его с лестницы, но... Это стало их роковой ошибкой. Не надо было поворачиваться спинами к бойцам Антона. Один миг, и оба здоровяка, эти гигантские, несокрушимые горы мышц, почти одновременно грохнулись на крыльцо со свёрнутыми шеями.
«Цель поражена», - доложила и «Вышка».
Не став медлить, быстро проникли в холл, осмотрелись. Будка вахтёра с выбитыми стёклами наполовину перегораживала проход. В ней на полу среди обломков мебели валялось тело третьего, тоже в песочной форме. Застывший, лишённый жизни взгляд. Во лбу аккуратная дырка от снайперской пули. Под головой растекалась лужа тёмной дымящейся крови. Руки сжимали компактный автомат с глушителем. Такой под одеждой не пронесёшь. Значит, напали внаглую, нисколько не скрывая своих намерений.
Перемахнув неработающий турникет, бойцы мелкими семенящими шагами растеклись по сторонам и замерли, присев у стен, ощупывая тупыми концами глушителей длинный, пустой коридор, тянущийся слева направо.
- Чисто, - дважды буркнула рация.
Миллер не удержался, зашёл в будку, чтобы подобрать чужой автомат. Хорошая машинка, пригодится. Заглянул в лицо убитого. Молодой ведь совсем... А это что? Ага, гарнитура. Скрученный в спираль провод захлестнул шею. Наверное, с уха слетел, когда верзила схлопотал пулю.
Взяв наушник, Антон потянул его к себе, прислушался. Тишина. Вдруг короткое шипение и отчётливый голос на английском: «Танго-три, Танго-три, ответь второму».
Точно, иностранцы. Ни одна буча без них не обходится. Интересно, кто здесь из англосаксов — бриты или амеры? Скорее всего, вторые. Слишком узнаваемый позывной. Любят они всякие там «Танго» и «Браво». Театралы хреновы.
Рация на убитом не унималась: «Танго-три, на связь... Почему молчишь?»
Чёрт! Похоже, запрашивают покойного стрелка. Как не вовремя.
Сразу за турникетом широкий лестничный марш. Лаборатория Пикульского на втором этаже.
- Наверх! - дал команду Миллер и сам скользнул к перилам. - «Вышка», бери второй уровень.
«Уже, - отозвался снайпер. - Движения пока нет».
Бойцы подтянулись к лестнице. Короткими перебежками, по очереди прикрывая друг друга, начали подъём.
Миновали пролёт. Здесь лестница разделялась на две. Какую сторону выбрать?
«Внимание, от лаборатории к вам идут двое. Оба с автоматами».
Своевременная подсказка от группы прикрытия. Значит, справа.
Распределив бойцов, Антон поднялся с одним вдоль правой стены. Изготовились.
«Тридцать шагов, двадцать пять, двадцать...» - отсчитывал дистанцию наблюдатель.
За углом слышался приближающийся хруст битого стекла и неясное шарканье ног. Ещё немного.
«Десять шагов...»
Пора!
Бросив тело через последнюю ступень, Антон заскользил боком по грязному полу. Автомат затрясся, издавая глухие хлопки, зазвенели падающие стреляные гильзы. Два изрешечённых тела рухнули, словно подкошенные. Громко брякнуло выпавшее из рук оружие.
- Джери, что там у вас? – донеслось из глубины коридора на английском.
- Всё в порядке! – прокряхтел Антон тоже по-английски, вскакивая с пола и показывая бойцам на приоткрытую дверь в дальнем конце.
Теперь быстро вперёд, пока враг не сообразил что к чему.
Похоже, взять «объект» живым не суждено. Их опередили. Следовало бы раньше направить сюда спецназ, но у начальства, как видно, были другие более важные дела. Что ж, имеем то, что имеем.
Когда спешишь, поневоле приходится жертвовать внезапностью. Бесшумно не подкрадёшься, не заглянешь тайком за дверь, чтобы оценить обстановку и продумать план действий. По-хорошему туда бы гранату кинуть, а потом и самим войти, но не вариант. Ещё и «Вышка» сообщила: «Слепая зона. Не вижу целей». Ладно, снайперы своё дело сделали, дав без потерь проникнуть в здание и добраться до лаборатории. Дальше сами.
До двери с облупившейся краской и заветной табличкой «Лаборатория» Миллер добежал первым. Значит, ему её и открывать. Не мешкая, распахнул рывком. Дверь жалобно скрипнула старыми петлями. Бежавший следом боец тут же навёл пистолет на проём, а второй вместо гранаты сам с ходу вкатился внутрь, сразу начав стрелять.
Клацанье затворов и еле слышные хлопки. Снова звенят гильзы, падает что-то тяжёлое. Уже оба бойца вступили в бой, пора и Антону...
Не очень большая, вытянутая комната. Сквозь пелену порохового дыма виден длинный ряд столов и стеллажей с разного рода приборами, склянками, оргтехникой и документами в толстых скоросшивателях. Всё перевёрнуто, раскидано в беспорядке, будто здесь что-то искали второпях. Чуть левее входа, на полу, в луже крови распростёрся первый боец. Миллеру одного взгляда хватило, чтобы понять, что его человек мёртв. Кольнуло в сердце. Сколько товарищей уже потерял за время службы, но каждый раз, как первый.
Через несколько шагов за опрокинутым столом труп наёмника. Дальше ещё один. Боец успел собрать дань с врагов. Или это уже второй постарался?
Там, где заканчивался ряд стеллажей, два хлопка слились в один. Антон завёл ствол автомата за стеллаж и осторожно выглянул. Первое, что увидел, две пары причудливо переплетённых ног – одни в песочного цвета униформе и берцах, вторые в знакомых камуфлированных штанах и кроссовках. Вот и последний боец. Чуть ли не в обнимку со своим противником. Оба наповал. Можно сказать, побратались посмертно. Чёрт возьми! Дорого же обходится эта операция. Выходит, он теперь один. А врагов сколько? Или парни успели уложить всех?
В дальнем углу, отделённом платяным шкафом с раскрытыми створками кто-то завозился. Мгновенно переместившись туда, Миллер попал в закуток, превращённый стараниями обитателей лаборатории в небольшую чайную. Здесь на раскладном столике стояла микроволновка с чайником и всякой посудной мелочью. К столу приткнулся старый узкий диванчик, рядом кресло, в котором сидел профессор Пикульский собственной персоной. «Объект» выглядел слегка помятым, в перепачканном костюме, с кровоподтёком на левой скуле и потерянным взглядом, однако вполне живой и более-менее невредимый. Но у его ног на полу возился другой персонаж – седоватый мужичок лет сорока пяти с мясистым лицом, в синих джинсах и серой футболке. Подняв руки, он одновременно пытался встать, но из этого ничего не получалось, отчего вид у «мужичка» был потерянный, только вот его выражение глаз совсем не понравилось Миллеру. Врываясь в этот закуток, он готов был в любой момент нажать на спуск, и едва не дал очередь, наткнувшись на холодный, оценивающий взгляд незнакомца.
- Не стреляйте, прошу вас! – Просящий тон никак не вязался с тем, что успел прочесть в его глазах Антон. – Я безоружен. Смотрите, вот мои руки. На мне простая одежда. И оружия-то негде спрятать...
Он очень старался убедить, что не представляет ровным счётом никакой угрозы. Это само по себе должно было насторожить, но слова так и сыпались из этого человека, будто из круглосуточного радио, выдавая ворох ненужной информации, притупляющей психику, а вместе с ней и чувство опасности. Миллер сам не понял, как попался на эту банальную уловку, начав говорить, вместо того чтобы стрелять:
- Ты кто?
- Я учёный.
- Вор... – прохрипел из кресла Пикульский.
- Всего лишь человек, не достигший тех вершин, что вы, профессор, - поспешил парировать незнакомец через плечо, не меняя покаянной позы.
- Бандит! – не унимался «объект».
- Вовсе нет. Человек, пожелавший воспользоваться ситуацией и завладеть вашими работами. Да, каюсь, в этом грешен. Что поделаешь. Тщеславие, жажда обладать научными познаниями, которые, возможно, после событий у вас в стране вообще никогда не станут достоянием общественности. Разве это справедливо? Разве для этого вы трудились всю свою сознательную жизнь?
- Пустая болтовня... – Пикульский устало откинулся в кресле.
- Иностранец? – решил уточнить Миллер. – Откуда?
- Разрешите представиться, - незнакомец опустил правую руку, чтобы прижать ладонь к груди. Вполне естественный жест также не вызвал подозрений. – Борис Гущин, доктор Стэнфордского университета.
- Всё-таки пиндосы.
- Что, простите?
- Не важно. Так зачем вы явились к профессору с целой армией головорезов, мистер Гущин? Поздравить его с каким-нибудь открытием?
- Выкрасть открытие! – снова приподнял голову возмущённый Пикульский.
- Я не виноват, что вы не понимаете простых вещей, коллега.
- Тамбовский волк тебе коллега, сучий потрох!
- Кто бы говорил... – Гущин попытался встать и повернуться к профессору.
Миллеру хватило благоразумия прикрикнуть:
- Не дёргайтесь, мистер! А то всажу вам пулю в брюхо и брошу здесь мучиться.
Американец присмирел, но зыркнул злобно. И тут же, снова запричитал:
- А вы спросите этого умника, что он там наизобретал. Почему вокруг него такой ажиотаж, а? Спросите, спросите... Впрочем, он вам всё равно не скажет. – Гущин, словно обессилев, уселся на пол, подперев спиной покосившийся шкаф. - Вы даже не представляете, кого пришли спасать. Да и спасать ли. Думаете, властям так уж нужен профессор Пикульский?
- Почему бы и нет? Вам же он для чего-то понадобился.
- Не он, а его разработки. Нельзя, чтобы они попали не в те в руки. Так что, коллега?.. – Американец повернул-таки голову, чтобы взглянуть на Пикульского. – Раскроете глаза молодому человеку? Поведайте, как собирались обрушить мировую экономику.
Профессор молчал, насупившись. Глядя на этого тщедушного старикашку, вряд ли кому-то могло прийти в голову подозревать в нём злодея, тем более всемирного пошиба.
- Это здесь причём? – задал Миллер вполне резонный вопрос.
- А притом, юноша, - тут же подобрался Гущин, - что аппарат Пикульского способен расщеплять вещества на частицы, из которых впоследствии синтезировать любое другое вещество. Как вам такой парадокс?
- В смысле? Производит уже готовую вещь? Типа засунул тушёнку, а обратно получил патроны?
- Хм, почти верно.
- Нет, не верно! – встрял профессор. Голос у него слегка отвердел. – Пока мы можем работать лишь с простейшими соединениями. Сырьём, так сказать...
- Вот! Вы слышали? – Американец даже с места вскочил, в один миг оказавшись на коленях. Не обращая внимания на предупредительно направленный на него ствол, горячо продолжил: - Сырьё! Древесина, уголь, нефть, газ. Человечество сможет синтезировать их из чего угодно.
- Что в этом плохого? – искренне удивился Антон. – Будет решена проблема переработки отходов. Станет меньше мусора. Планета очистится.
- Да поймите же, глупый вы человек. – Импульсивный Гущин уже стоял на ногах. – Не будет не только мусора. Свернётся добыча полезных ископаемых, сопутствующие производства. Потом наступит очередь продуктовой отрасли. Далее текстильная промышленность, машиностроение. Перестанут существовать целые корпорации, которые на этом завязаны и получают баснословные прибыли. Разве они смирятся с уготованной им участью? Нет, конечно. Чувствуете, чем это грозит? Планета очистится не от мусора, она очистится от людей.
- Глупости! – снова подал голос Пикульский. – Эта технология создавалась для обеспечения дальних космических перелётов и никак не связана с жизнью на Земле.
- Ядро атома, дорогой коллега, изначально расщепляли тоже с благими намерениями. Однако ими, как известно, вымощена дорога в ад.
- Не передёргивайте!
- Нет, вы только послушайте этого старого маразматика...
Как получилось, что Гущин вдруг оказался рядом? Антон упустил этот момент. Опомнился, когда его попытались ухватить за руку. Извернулся, вскидывая автомат. В пальцах американского доктора блеснула сталь. А доктор ли он вообще? Если прикидывался, у него хорошо получалось.
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 15.11.2021, 14:01 | Сообщение # 4
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
Выстрел отбросил Гущина к шкафу. Проехав затылком по фанере задней стенки, он растянуся на полу. Голова безвольно свесилась на грудь. По серой футболке расплывалось красное пятно. Из ослабевших пальцев, коротко звякнув по кафелю, выпал небольшой стилет. И этим он собирался справиться со спецназовцем? Всё равно, что с голой пяткой на шашку. Безумец...
Антон только сейчас обратил внимание на жжение в левом предплечье. Увидел порезанный рукав с пятнами крови. Успел-таки царапнуть, сволочь амерская. Ладно, рана пустяковая, даже бинтовать не придётся.
- Туда и дорога, - процедил из кресла Пикульский, отправив скудный плевок в сторону мёртвого тела, потом исподлобья глянул на Миллера. – Ну, а вы откуда? Ещё одна конкурирующая фирма, гоняющаяся за чужими секретами?
- Ошибаетесь, Вячеслав Максимович. Ваши секреты мне до лампочки. У меня приказ командования увести вас отсюда. Вставайте. Надо уходить.
- Куда?
- На конспиративную квартиру. Там пока отсидитесь.
- А дальше?
- Начальство решит. Других распоряжений на ваш счёт я не получал. – Прижав пальцем наушник, Антон проговорил в микрофон: - «Вышка», доложи обстановку.
«Путь свободен. Как у вас?»
- Тоже чисто. У меня два двухсотых.
После недолгого молчания старший группы прикрытия снова подал голос: «Что с объектом?»
Всё верно, дело - прежде всего, и неважно какие у нас потери. Убитых будем оплакивать позже, когда выполним задание.
Миллер бросил оценивающий взгляд на профессора, который не спешил покидать кресло. Кровоподтёк на его скуле, вроде как, стал меньше, на бледных щеках появился румянец.
- Относительно цел, - сказал в рацию. – Готовьте встречу, скоро выходим.
«Принято. Ждём».
- Ну, Вячеслав Максимович... – начал Антон и вдруг осёкся.
Левая рука онемела, повиснув плетью вдоль тела, словно в неё вкатили лошадиную дозу новокаина. Холод быстро распространялся от раны, оставленной стилетом Гущина, и вскоре охватил весь левый бок, часть лица, ногу... Миллер пошатнулся, припал на одно колено.
- Что с вами? – Пикульский подался вперёд, упёршись руками в подлокотники. На лице явное беспокойство. Только вот голос его доносился откуда-то издали, словно профессор был не в двух шагах, а за стеной, в соседнем кабинете. – Вам плохо?
Не то слово. Уже всего сковало льдом. Онемевшее горло и почти переставшее биться сердце. «Яд!» - пульсировало в остывающем мозге. Миллер скосил глаза на выроненный Гущиным стилет. До чего же подлая натура у амеров! Ещё доктор называется. Неужто придётся принять столь поганую смерть?
Поставленный на приклад автомат предательски заскользил по полу. Впрочем, сил, чтобы опираться на него, у Антона всё равно уже не осталось. Последнее, что он увидел, был летящий в лицо грязный кафель, по которому бесшумно приближались чьи-то ноги в поношенных, покрытых пылью ботинках и перепачканных извёсткой брюках...
Сколько провалялся в отключке, Миллер не понял. Казалось, прошло лишь мгновение. Он дёрнулся, пытаясь встать, но почувствовал на плече чужую ладонь, снова придавившую его к полу.
- Полежите пока. Сейчас организм восстановится.
В глазах ещё клубились обрывки чёрного тумана, однако в его просветах удалось разглядеть знакомое лицо Пикульского. Не без труда разлепив сухие губы, Антон выдавил:
- Долго... я так?..
- Минут пять, не больше. – Профессор неожиданно улыбнулся. Оказывается, у него вполне приветливая улыбка. - Можете сесть, если чувствуете себя лучше. Давайте, помогу. Потихоньку... Вот, хорошо.
Голова вопреки ожиданиям не закружилась. Даже туман окончательно развеялся.
- Что со мной? Я думал, это яд. – Антон кивнул на стилет и показал руку.
Только вот никакой раны под окровавленным рукавом почему-то не оказалось. Да, была засохшая кровь и ровный разрез на ткани, но ни следа на коже. Даже рукав закатал, чтобы лучше рассмотреть. Ничего.
- Чертовщина какая-то. Я же видел царапину. Чувствовал боль. Куда она делась? Вот же кровь... У меня что, галлюцинации?
Вздохнув, профессор сел на пол рядом с Антоном.
- Вы правы. Это был яд. Господин Гущин вообще славился своими достижениями в области умерщвления живых организмов разными хитрыми способами. Полагаю, он использовал на вас какой-нибудь из своих препаратов.
Взгляд зацепился за валяющийся на полу пустой инъектор.
- Ааа, вы успели ввести антидот, - осенило Миллера. - Спасибо, Вячеслав Макси... Погодите, а рана-то где? Не могла же она бесследно исчезнуть за пять минут. Или... Это ваш антидот? Ваша разработка? Типа лекарство от всех болезней? Не могли же вы определить за это время тип яда.
- Не мог. Всё верно. И ввёл я вам вовсе не антидот, а нечто иное.
Не зная, как реагировать на эти слова, Миллер встал, прошёлся взад-вперёд, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Вроде, никаких побочных эффектов. И всё же...
- Я понимаю, конечно, Вячеслав Максимович. Вы спасали мне жизнь, у вас не было другого выхода и всё такое. Но раз уж во мне ваше лекарство, могу я узнать подробности? Надеюсь, что не стал вашим подопытным.
- Почему же не стали? Очень даже стали. Ввиду обстоятельств непреодолимой силы, само собой. Утешьтесь тем, что вы не первый.
- Да? И какой же по счёту, если не секрет?
- Второй. Первым был я. Жив-здоров, как видите.
- М-да, утешение так себе. – Подобрав оброненный автомат, Антон повесил его на шею и принялся подгонять ремень, чувствуя потребность чем-то себя занять.
- Какое есть, уж извините. – Пикульский, кряхтя, тоже встал. – Ну, теперь вы в полном порядке. Можем идти. Показывайте вашу конспиративную квартиру.
До лёжки добрались быстро и сравнительно без происшествий. Группа прикрытия вовремя предупреждала о возможных препятствиях и путях обхода. Миллер с Пикульским, так никого и не встретив, благополучно заперлись в квартире. Антон доложил командованию о завершении операции, получив приказ ждать. Похоже, в Кремле сейчас не до них.
В холодильнике нашлась кое-какая еда. Сделав бутерброды и заварив чай, Антон позвал профессора на кухню. Пока перекусывали, оба хранили молчание, но Миллеру не давала покоя недосказанность всей этой истории с лекарством, а он привык разбираться во всём до конца, потому как знал, что мелочей в его работе не бывает.
- Значит, Гущин приходил за вашей панацеей? – осторожно завёл разговор Антон, доев последний бутерброд.
- Нет, он об этом понятия не имел, иначе искал бы её. Вы же слышали, зачем они пожаловали. «Синтезатор Пикульского» им подавай.
- А этот синтезатор действительно существует?
- Пока только в теории. Я как раз начинал работу над созданием опытного образца, когда случился весь этот бардак. Не успел, к сожалению.
- Надо же, - хмыкнул Антон, - я-то думал, это из области фантастики. А панацея как же?
- Существовала в двух экземплярах. Один с недавнего времени прижился в моём организме, а второй теперь внутри вас.
- Прижился? Что же он из себя представляет? Просветите подопытного, профессор, коль уж мы с вами в одной лодке. Я должен знать, к чему следует готовиться. Разве нет?
Пожевав губами, Пикульский махнул рукой:
- Ай, чёрт с вами. Тем более что вы правы... Кстати, как вас зовут?
- Антон.
- Это настоящее имя? Хотя, какая мне разница... Так вот, Антоша, у вас в крови сейчас величайшее открытие века. То, что позволит человечеству путешествовать к другим звёздам, избавившись от необходимости набивать космические корабли всякого рода припасами для обеспечения жизнедеятельности. Знаете, что такое метаболизм?
- В общих чертах.
- Не вдаваясь в подробности, это превращение одного вещества в другое внутри организма. Мой препарат, если его можно так назвать, позволяет расщеплять любые сторонние соединения, образуя из них конечный продукт, необходимый для жизнедеятельности клеток.
Антон отставил недопитый чай.
- То есть... Если я даже наглатаюсь камней, они в моём желудке превратятся в мясо?
- Я бы сказал в питательные вещества. Но, в сущности, вы правильно уловили мою мысль.
- Значит, яд во мне...
- Расщеплён и усвоен организмом. Вообще-то нам с вами только что было совсем не обязательно употреблять в пищу бутерброды с чаем. Разве вы чувствовали голод?
- Нет, но...
- Привычка, - понимающе кивнул Пикульский. – Мозг ещё не перестроился и считает, что после большой потери калорий, как, например, в недавней передряге, их непременно следует восполнить. Вы спрашивали о побочных эффектах. Вот один из них. Вам никогда не стать гурманом, поскольку вкусная и здоровая пища попросту больше не нужна.
- И вода?
- От жидкости лучше не отказываться, иначе откуда будут браться вещества для расщепления. Человеческое тело, как известно, на девяносто процентов состоит из воды. Конечно, мои пикули обладают определённой избирательной способностью и зачатками простейшего анализа...
- Пикули?
- Так я назвал созданные мною активные частицы. – Профессор виновато улыбнулся. – Понимаю, конечно, звучит не очень. Похоже на овощи в маринаде. Но на ум больше ничего не пришло, да и я уже привык.
- И что же представляют собой эти ваши пикули?
- Нечто вроде нанитов, способных к воспроизводству. Сильно уменьшенный образец моего синтезатора. Или вернее, это синтезатор должен был стать их сильно увеличенной копией. Как посмотреть. Правда, при длительном сильном истощении, когда для переработки не будет хватать веществ, пикули начнут расщеплять самих себя. Надеюсь, этого с нами никогда не случится.
Миллер снова взял чашку и стал задумчиво пить чай, словно хотел уловить момент, когда пикули в его теле набросятся на стекающую по пищеводу жидкость. Сделав последний глоток, поднял глаза на профессора.
- Вы назвали все побочные эффекты, или есть ещё, о чём я должен знать?
- Ну, о еде мы уже поговорили. В туалет ходить почти перестанете. О болезнях можете забыть. Любой вирус однозначно распознаётся как вредоносный и тут же уничтожается. Насчёт ран сами видели, заживают быстрее, чем на собаке... Я сам пока не во всём разобрался. События, знаете ли, понеслись вскачь, поэтому пришлось прятать препарат. Лучшего способа, чем носить его в себе, я не придумал. Не рискнул, правда, ввести вторую дозу, о чём чуть не пожалел, когда вдруг появился Гущин с бандой головорезов. Но тут подвернулись вы.
- Вот спасибо.
- За спасённую жизнь? Всегда пожалуйста. – Пикульский заразительно зевнул, прикрыв рот кончиками пальцев. – Да, ещё почти не будете спать. Но иногда всё-таки надо, как сейчас, например. Тогда и пикули восстанавливаются. Им тоже подзарядка нужна, когда организм отдыхает. Не могут же они работать вечно.
- А кстати, какой у них срок действия?
- Довольно большой. В стандартном режиме пикули способны прожить несколько сотен лет. Теоретически мы с вами тоже. Постоянное обновление организма блокирует старение клеток. Так что будьте готовы познать участь Кощея Бессмертного. – Новый зевок заставил хрустнуть профессорскую челюсть. - Вы как хотите, Антон, а я посплю. Спокойной ночи.
Вяло махнув рукой, он вышел в комнату, где вскоре громко захрапел. Миллер остался наедине с собой, ошеломлённый вываленными на него фантастическими откровениями Пикульского. Размышления о своей дальнейшей судьбе и о будущем России в целом, ни к чему вразумительному не привели. Спать категорически не хотелось. Решил связаться с начальством. Полночи терзал телефон и рацию, но все попытки оказались безрезультатными. Или абонент недоступен, или полная тишина в эфире.
Он ещё не знал, что президент с подачи ближайших соратников подал в отставку. «Народное вече» выдвинуло на этот пост своего избранника. Сменилось правительство, сменилась Государственная Дума.
С этого момента Россия начнёт разваливаться на разрозненные «Народные республики», не признавшие новую власть: Сибирь, Урал, Кубань, Дальний Восток. Поднимут головы исламисты, раздув тлеющий костёр джихада в Поволжье и на Северном Кавказе. А вскоре, получив официальное разрешение новых властей, страну заполонят натовские солдаты, якобы затем чтобы взять под контроль опасные объекты и ядерный арсенал «нестабильной России». Заодно иностранные компании наложат руку на транспортные узлы, средства коммуникации, банки, крупные промышленные предприятия и, главное, на энергоресурсы. Западные политики, горланя о самоопределении народов на основе уважения прав и свобод человека, будут всячески способствовать развалу страны. Войска НАТО встанут на границах новых республик для «обеспечения мира и безопасности». В итоге на месте некогда большой России появятся мелкие разрозненные страны, управляемые транснациональными корпорациями. Экономика будет постепенно умирать, минигосударства подсядут на кредитную иглу, всё глубже загоняя себя в долговую яму.
А пока Миллер сидел на конспиративной квартире без прикрытия и связи, решая, куда податься им с Пикульским и что делать дальше.
 все сообщения
МайорДата: Вторник, 30.11.2021, 02:05 | Сообщение # 5
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
Глава I

- Дмитрий Сергеевич, здравствуйте!
Заведующий кафедрой истории, мучаясь одышкой, уже доковылял до своего кабинета и начал открывать дверь, когда к нему подскочил невысокий щуплый студент в очках.
- А-а, Сиволобов, - недовольно просипел профессор. - Что стряслось? Принесли, наконец, курсовую?
- Нет... - Парнишка замялся. - Вернее, мне нужна ваша консультация.
Ещё чего. И так времени не хватает. Все дни по часам расписаны, только успевай следить. На пятом курсе нынче дипломные работы пишут. Совсем одолели. Если в добавок к этому начнут и третьекурсники с разными вопросами приставать, когда ни попадя...
- Вы же знаете, консультации для вашего курса у меня по вторникам.
- Да-да, но тут, видите ли... - Щёки студента зарделись. - Уж очень щепетильный вопрос. Не для чужих ушей.
Возникло дурное предчувствие. Захотелось немедленно заскочить в кабинет, хлопнув дверью перед носом приставучего юноши. Слишком любознателен этот Сиволобов. Любит копнуть поглубже. Оттого и работы свои позже всех сдаёт. Зато более полные и хорошо продуманные. Не безупречные, конечно. Пестрят авторскими суждениями, что ни коим образом не приемлемо, а также выводами, не совпадающими со сложившимся общепринятым взглядом на исторические события. Последнее уж совсем из ряда вон.
В профессоре победила извечная человеческая слабость - любопытство. Не отпуская дверную ручку, он осторожно поинтересовался:
- И что за вопрос?
- У меня появилась некая дилемма по трактовке событий второй мировой войны. Видите ли, я покопался в закрытых архивах...
- В архивах? - Глаза Дмитрия Сергеевича полезли на лоб. - Кто вас туда пустил?
- Есть знакомые, - отмахнулся студент, не придав этому совершенно никакого значения.
А зря. Мог бы хоть немного подумать своей бестолковкой. Глядишь, понял бы, насколько сильно рискует её потерять.
Паренёк, между тем, собирался продолжать, как ни в чём не бывало. Профессор, кинув быстрый взгляд по сторонам, открыл дверь и рывком впихнул Сиволобова в кабинет. Войдя следом, защёлкнул замком. Повернув к растерянному парню багровое лицо, напористо заговорил:
- Запомните, молодой человек! Нигде и никогда не вздумайте ссылаться на закрытые архивные источники. Уяснили?
Студент закивал.
- Будет ещё лучше, если вы вообще перестанете совать туда свой нос.
- Но почему? - искренне удивился этот недотёпа.
Он что, совсем ничего не понимает?
- Расскажите-ка лучше о своей курсовой, - вздохнул Дмитрий Сергеевич, уходя от обсуждения неудобной темы. - Что там за проблема?
Показав Сиволобову на стул, плюхнулся в своё любимое старое кресло, жалобно скрипнувшее под тяжестью грузного тела. Галстук на вздутом животе принял почти горизонтальное положение. «Худеть надо», - мелькнула мысль, тут же вытесненная роем других, куда более тревожных, порождённых сбивчивой речью неказистого юноши, сидевшего напротив.
- Понимаете, Дмитрий Сергеевич... Странно как-то... Ваши лекции по истории второй мировой... Да и все книги в один голос твердят, что гитлеровская Германия заключила союз с Россией, называвшейся тогда СССР. Они разделили Европу на сферы влияния, оккупировав каждый свою часть согласно достигнутой договорённости... Так?
- Совершенно верно. Пока не вижу ничего странного.
- А что здесь у нас делали немецкие войска?
- Мы же были союзниками с Германией, как сейчас со всеми странами Запада. Ведь вас не удивляет, что на территории современной России повсюду находятся базы НАТО. Вполне закономерный процесс. Они помогают нам обеспечивать безопасность, мы участвуем в их миротворческих миссиях.
- Но не воюем же с ними.
- Конечно нет! - как можно громче заявил профессор, помня о скрытых камерах в кабинете, которые начали записывать, стоило ему переступить порог. - Что за идиотские мысли!
- Вот видите, а с Германией воевали. Причём она первая напала без объявления войны в 1941 году. Гитлер чуть не захватил Москву, но её удалось отстоять. Потом погнали немцев до самого Берлина...
- Прекратите! - Дмитрий Сергеевич звонко хлопнул пухлой ладонью по столу. - Где вы этого нахватались? Всем известно, что хребет фашизму и сталинизму сломила коалиция во главе с Америкой. Её объединённые силы вошли в Берлин, который ожесточённо защищали немецкие и русские войска. У тех даже флаги были одинаково красные. СССР лишился союзника и был вынужден заключить мир. Однако противостояние на этом не закончилось. Лишь спустя долгие годы удалось развалить, наконец, этого монстра, отколов от него государства-сателлиты. Но даже оставшись в одиночестве тогдашняя Россия не угомонилась. Она по-прежнему вела агрессивную захватническую политику, за что и заплатила сполна. Цивилизованные страны, объединённые блоком НАТО, привнесли нам идеи равенства и демократии. Вот в чём заключается историческая правда в отличии от ереси, которую вы тут несёте.
- Но в архивных документах...
- Я же сказал, забудьте об этом. Кто составлял те архивы? Коммунисты, а затем реваншисты, их последователи, мечтавшие вернуть себе былое величие. Там нет ни единого слова правды. Всё насквозь пропитано ложью. И не вздумайте использовать эти сомнительные источники при написании своей курсовой. Вы меня хорошо поняли?
Студент угрюмо кивнул.
- А теперь идите, молодой человек. Через неделю жду вашу работу.
- До свидания.
Вскочив со стула, словно только того и ждал, Сиволобов кинулся к выходу. Подёргал запертую дверь. Справившись, наконец, с замком, распахнул её и пулей вылетел в коридор, наполненный идущими на занятия студентами. Сразу ворвался гул голосов, шарканье и стук подошв, другие непонятные звуки, слившиеся в единую какофонию.
Доводчик притянул дверь, погрузив кабинет в блаженную тишину. Хорошая звукоизоляция — первое дело для приватных бесед. И запись чётче.
Профессор покосился в угол, где в стену вмонтирован глазок скрытой камеры. Отсюда её, конечно, не увидишь. Но можно не сомневаться, что весь разговор с третьекурсником подробно записан и обязательно ляжет на стол кому надо. А у Дмитрия Сергеевича перевод не за горами. Давно лелеял мечту вырваться, наконец, из этой захолустной Москвы поближе к центру цивилизации. К примеру, в Лондонский университет. Ему обещали. Уже и место присматривают. Не дай бог так вот запросто проститься с мечтой.
М-да, придётся, как видно, избавляться от этого Сиволобова. Жаль, перспективный студент. Мог бы с отличием университет окончить. И дёрнул его чёрт лезть куда не следует. Что ж, сам виноват.
Вздохнув, Дмитрий Сергеевич взял коммуникатор и набрал номер куратора.
 все сообщения
МайорДата: Вторник, 30.11.2021, 02:07 | Сообщение # 6
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

- Эй, дед! Бабуля! Где вы там? Встречайте внука!
Высокий, загорелый парень в расклешенных по молодёжной моде джинсах и синей футболке, плотно облегающей рельефные мышцы, уверенно шагал от калитки к дому. Подковы ковбойских сапог звонко цокали по выложенной плитками дорожке. В руке большая дорожная сумка. Наверняка тяжёлая, но по гостю не скажешь. Несёт легко, ничуть не напрягаясь. Только мускулы да вены заметно вздулись.
Из-за дома с покосившимися стенами, покрытыми старым выцветшим сайдингом, вышла седая женщина. Завидев парня, близоруко прищурилась.
Тот, бросив сумку в траву, подбежал к ней:
- Бабуля, привет!
- Ой, Илюша! - обрадованно всплеснула руками женщина, раскрывая объятия.
Парень сгрёб её в охапку и, приподняв, начал кружить.
- Поставь! Поставь, окаянный! Закружишь совсем.
Весело смеясь, Илья опустил бабушку на землю. Она тоже улыбалась беззубым ртом. В уголках глаз дрожали слёзы.
- Внучек, - провела шершавой ладонью по его щеке. - Заглянул наконец-то. Уважил стариков. Мы уж соскучились.
- А дедушка где?
- Да в сарае, где ж ему быть. Снова мастерит чегой-то, пока я в огороде копошусь... Слышь, Вань! Подь сюды, старый! К нам Илюша приехал!.. Ты на чём добирался-то?
- На поезде.
- Ой, станция же далеко. Пешком шёл?
- Мне, бабуль, не привыкать. Да и по-другому к вам не попадёшь. Автобусы почему-то совсем ходить перестали.
- А мы на фиг никому не нужны, вот и не ездит сюда нихто, - проворчал дед Иван, тоже появляясь из-за дома. Растянул бороду в широкой улыбке: - Ну, здорова, Илюха! Каким ветром тебя занесло?
Обнялись. Дед совсем старый, за восемьдесят уже. На голову ниже, но широк в плечах, и руки по-прежнему крепкие. Илья словно в медвежьи лапы попал. Не вырваться.
- Силён же ты, дед! - похлопал его по могучим плечам. - Всё сам брёвна таскаешь?
- А куда деваться. На природе живём. Опять же, одни.
Прибедняется старик. У них в селе ни одного пустующего дома не найти. Все заняты, как в большинстве ближних сёл. Причём не только старые живут, но и молодые. Не нашли себе применения в городах. В деревню подались, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Это крупные фермерские хозяйства процветают, куда заграничные бизнесмены деньги не забывают вбухивать. А здесь лесостепь кругом да сплошные болота. Уж очень большие затраты нужны, чтобы эту местность в сельскохозяйственные угодья превратить. Вот и довольствуются тем, что приусадебные участки дают.
- Ты в отпуск али как? - прищурился дед.
Внук вытянулся по стойке «смирно».
- Сержант Орлов на побывку прибыл.
- Ух-ты. Сержант. Выпустился, значит?
- Так точно, выпустился. В армию ухожу. Подписал контракт. Вот проститься хотел, вас повидать перед отъездом. Когда ещё вырвусь.
- Ясно, - вдруг погрустнел старик. - Это в чью же армию, если не секрет? К америкосам, германцам али ещё кому?
Илья криво усмехнулся. Дед Иван почему-то недолюбливал власти, всегда с пренебрежением высказывался о них, равно как об установленном ими порядке. Человек старой закалки, он категорически отрицал всё нерусское, не признавая главенство иноземного права на территории родной страны. Не понимал, что Россия лишь благодаря этому приобщилась к мировому сообществу и давно живёт по единым для всех международным стандартам. Отсталый человек, что говорить. Пусть и дальше прозябает в этой глухомани. Где-нибудь в городе давно бы сепаратистом прослыл с его-то взглядами да откровенной враждебностью. Ещё бы под арест попал, как подозреваемый в терроризме.
- Не волнуйся, дед. Армия самая, что ни на есть, российская. Там даже офицеры наши. Все, кроме генерала, командира дивизии.
- Ну надо же. - В голосе старика послышался сарказм. - Это что же за войска такие? Часом, не стройбат?
- Нет. Элита, можно сказать. СС называются. Силы Самообороны.
У деда отвисла челюсть. На какое-то время он лишился дара речи.
- Ты чего, Вань? - испуганно потрепала его за рукав жена.
Закрыв рот, старик нахмурил брови.
- Вот значит как, - сказал упавшим голосом. - Мне и в страшном сне не могло привидеться, что мой внук будет служить в СС.
Развернулся и, не глядя на Илью, пошёл в дом.
- Дед, а дед!.. Бабуль, чего это с ним? Радоваться должен. Там деньги хорошие, полное обеспечение, продпаёк. Вам помогать смогу. Да туда конкурс вообще нереальный. Триста человек на место. Не каждого ещё возьмут...
- Не волнуйся, внучок. Разве Орловых не знаешь? Сам эту фамилию носишь. Упрямые вы, как бараны. - Бабушка шутливо постучала костяшками пальцев ему по лбу. - Пойдём-ка лучше. Я тебе постельное дам. Помоешься с дороги, а я пока на стол соберу. За едой и поговорите с дедом. Он же тебя любит. Один ты у нас.
Родители Орлова тоже были военными. Отец офицер, майор, командир сапёрной роты. Мать врач. В одной части с отцом работала в медсанбате. По командировкам в горячие точки всегда вместе ездили. Поэтому Илью пристроили в специальную школу-интернат. Летние каникулы он проводил в деревне у бабушки с дедушкой, родителей отца. Мамины давно умерли, а из родственников больше никого и не было. Так и стал сиротой при живых родителях.
Правда, вскоре и в самом деле осиротел. Папа с мамой погибли в далёкой Ливии, когда расположение их части подверглось обстрелу со стороны террористов. Вывозили тела и хоронили за государственный счёт. Илью, как сына «офицера, погибшего в миротворческой миссии», отдали на воспитание в кадетскую школу. Там было всё на американский манер. Обмундирование, знаки различия, устав, занятия и даже язык. Выйдя оттуда, он в совершенстве знал английский и чуть хуже немецкий с французским.
Выпускники-кадеты могли поступать в любые офицерские училища на свой выбор, однако Илья не хотел быть похожим на тех лощёных офицериков, которые каждое утро красовались друг перед другом и перед кадетами на церемонии поднятия флага. А потом гоняли мальчишек до седьмого пота, брезгливо посматривая на них свысока, словно на людей второго сорта. К тому же русским тяжело было поступить учиться на офицера. Там всё заполонили иностранцы.
Он избрал иной путь, более лёгкий. Пошёл в школу сержантов. Таких как он туда принимали с распростёртыми объятиями. Пушечное мясо армии нужно всегда. Он поднаторел в немецком и французском. Плюс выучился итальянскому, не говоря уже о боевой подготовке. Всё вооружение знал назубок. Лучший выпускник на курсе как-никак.
Не мудрено, что прошёл по конкурсу в элитные российские войска. СС не катаются по командировкам в страны третьего мира. Силы Самообороны постоянно держат в России для борьбы с проявлениями внутреннего терроризма и сепаратизма. Так-то вот...
За столом хмурый дед молча уплетал суп, уставясь в свою тарелку. Помалкивал и внук, изредка бросая на старика косые взгляды.
- Ну, хватит вам, Орловы, - примирительно сказала бабушка. - Чего дуетесь друг на друга? Дед, к нам в гости внук приехал всего на несколько дней, а ты бухтишь. Какая муха тебя укусила?
- Вот она, муха. Рядом с тобой сидит. - Ложкой показал на парня. - Эсэсовец, блин.
- Да что в этом такого? - взвился Илья, которому начали надоедать непонятные претензии деда.
- А то! - Старик повысил голос, бросив ложку и расплескав недоеденный суп. - Твои предки воевали с теми самыми эсэсовцами во второй мировой. Тоже элитные части были, только немецкие. Звери, а не люди. Жгли деревни, убивали мирных жителей, угоняли в рабство. И теперь в русской армии тоже вдруг появляется СС. Это немыслимо! Куда делась память о той войне? Чему вас учат? И учат ли вообще?
- Мы проходим историю... - замялся Илья, пытаясь припомнить хоть что-то из тех уроков.
Когда они были? В интернате или в кадетке? Точно не в сержантской школе. Да и кадетам историю, вроде, никто не преподавал. Оно им надо? В основном военное дело изучали. Если даже и был такой предмет, вряд ли слишком долго. А уж насколько углублённо, можно судить по тому, что практически ничего не отложилось в памяти.
- Проходят они, - передразнил дед. - Всё больше мимо, как погляжу. Ты хоть знаешь, кто с кем воевал в ту войну?
- Известно кто. Даже школьники это знают. США с Англией против Германии, Советского Союза и Японии.
Старик в отчаянии уронил голову на руки. Замотал ею из стороны в сторону.
- Господи! - застонал надрывно. - Да кого же из вас вырастили!
- Тише, Ваня. Тише, - зашикала на него жена. - Соседи услышат.
- А пусть слушают! - громогласно заявил дед, снова вскидываясь. - Забыли! Всё забыли! Россию продали! Растащили по кускам! Иностранцы диктуют мне правила! Указывают как жить на родной земле!
- Да кто указывает? - принялся спорить внук. - Научили, дав право выбора. И мы выбрали.
- Что это за выбор такой под стволами автоматов? Нас тупо завоевали!
- Мы сами призвали ограниченный контингент НАТО, когда взбунтовались войска.
- Не было бунтов! Было сопротивление завоевателям!
- Ну, знаешь! - Илья вскочил. Бабушка вцепилась ему в руку, пытаясь успокоить. - Не будь ты моим дедом...
- А то что? Пристрелил бы, сержант Орлов, бравый эсэсовец? Или сдал бы родного деда в комендатуру?
Ничего не сказав, Илья осторожно освободился от бабушкиного захвата и пошёл во двор подышать свежим воздухом. Никогда ещё не доводилось ему так сильно ругаться с дедом.
 все сообщения
МайорДата: Воскресенье, 19.12.2021, 07:31 | Сообщение # 7
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1149
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

Разбитый посёлок. Один из многих здесь, на Урале. Все они одинаковые. Но этот находится на линии соприкосновения между оккупированной территорией и землями, свободными от интервентов.
Он часто переходил из рук в руки, был под перекрёстным огнём. Его утюжили танки, накрывали бомбардировками, но посёлок по-прежнему стоял, хоть и мёртв давным-давно. Повсюду разваленные взрывами дома, выбитые или заколоченные окна, дырявые стены и крыши. На улицах битый кирпич, стёкла, обломки черепицы, досок, оборванные провода, поваленные столбы и деревья. А ещё ржавеющие остовы искорёженной техники.
Их бы забрать на переплавку. Металл нынче на вес золота. Но разве натовцы дадут. Окопались на горе за посёлком и лупят со всех стволов при малейшем намёке на движение.
Приникнув к буссоли, Сергей перевёл флажок до упора, дав максимальное увеличение. Стал виден блиндаж с трепещущим на ветру синим флагом НАТО. Рядом величаво развивалось огромное звёздно-полосатое знамя. Так-так-так, а вчера там французы сидели. Ротация, значит. Ну-ну...
Пиндосы активно зарывались в землю. Между бетонными блоками то и дело сновала инженерная техника, мелькали ковши экскаваторов, прокладывая новые ходы сообщения и углубляя старые. Насыпные брустверы росли прямо на глазах. Окапываются гады.
Тень от облаков сползла с блиндажа. В амбразуре блеснул отражённый свет солнца. Тоже наблюдают, внимательно всматриваясь в два стареньких бэтээра, поставленных нос к носу поперёк дороги. Обложенные мешками с песком, они давно превратились в часть баррикады, встроенной в разветвлённую сеть оборонительных сооружений. Только блокпост на виду. Остальные укрепления тщательно замаскированы.
Яркое солнце заливает широкие пшеничные поля, раскинувшиеся вокруг пустого посёлка. Неторопливый ветерок весело гоняет по ним золотые волны. Некому здесь убирать хлеб. Полная тишь. Перемирие, блин, если можно так назвать. Активных боёв нет, но перестрелки с провокациями каждый божий день. По тылам то разведгруппы, то диверсанты шастают. Над головами постоянно вражеские беспилотники летают, а то и самолёты заходят на боевой курс, отрабатывая воздушные атаки.
Впрочем, дальше мелких провокаций дело не идёт. Боятся черти. Знают, что по зубам получат. Прошли те времена, когда полчищам захватчиков противостояли разрозненные отряды ополченцев и части разбитых, обескровленных, раздёрганных по разным направлениям регулярных войск. Теперь это настоящая Русская Армия, сумевшая собрать в единый кулак все боевые подразделения, до поры до времени действовавшие кому как вздумается, на свой страх и риск.
Бардака заметно поубавилось. Были, конечно, и те, кто не примкнул к армии. В основном это бандиты, промышлявшие мародёрством, торговлей наркотиками, оружием и людьми. Да-да, разные попадались, куда ж без них. В любые смутные времена всякие лиходеи, пользуясь моментом, сбивались в такие вот ватаги, выходили на большую дорогу и любыми доступными способами, в основном при помощи оружия, набивали себе карманы.
С такими сейчас разговор короткий — полное уничтожение по законам военного времени. Они тоже враги. Пусть не внешние, но внутренние, что гораздо хуже.
Снова осмотрев торчащие на виду знамёна, Сергей повернулся к заместителю, тоже Сергею, который сидел на патронных ящиках и спокойно курил сигарету:
- Слышь, Михалыч, мне одному кажется, что у натовцев на флаге синяя свастика в белом круге или так оно и есть?
- Так и есть, – тоном старого философа ответил тот, выдыхая дым. – Сам-то не видишь, что творят? Вылитые фашисты. Даже не скрывают этого.
- Кстати, к нам пиндосы прикатили. Наверняка будут дистанции промерять. Предупреди парней, чтобы не высовывались.
- Ёкарный бабай! – выругался зам и втоптал окурок в пол. – Опять придётся новые снайперские лёжки засекать. Ладно, пойду, «обрадую» наших. Пусть лазерные датчики выставляют.
Он с кряхтением поднялся и, подхватив автомат, пошёл к траншее.
- Тельняшку свою прикрой. Нечего америкосов провоцировать! - проворчал командир ему в спину, на что Михалыч лишь рукой махнул.
Старый хрыч, а туда же. Своей десантной молодостью козыряет. И где находит эти майки полосатые? Их, вроде, давно в свободной продаже нет. Если только из десантуры с кем знакомства свёл, встав на вещевое довольствие. Этот может, уж больно ушлый.
Про датчики вовремя сообразил, молодец. Американские снайперы без лазерных приборов не пристреливаются. Всадят пулю в дерево или ещё какое препятствие, а потом лазер наводят, замеряя дистанцию. Тут-то их и отследить можно. Всё считают себя самой прогрессивной, технически развитой нацией, думая, что русские дикари до сих пор с топорами бегают и никаких приспособ у них отродясь не бывало.
Когда позиции снайперов известны, их за считанные минуты всех до единого перебить можно. Лишь бы команду дали. А так нельзя. Перемирие, чтоб его...
Сюда, на линию соприкосновения, отряд Сергея выезжал из Екатеринбурга, из места своей постоянной дислокации. Дежурили посменно в течение месяца, проживая в палатках, после чего возвращались в город, обратно в казармы или к родным и близким, у кого есть. В самом Екатеринбурге войны будто никогда и не было. Шрамы от бомбёжек давно затянулись, больше не уродуя внешний облик улиц. Открыты все магазины и кафе. Суетливо снуют прохожие. В парках и во дворах играют дети. Ходит общественный транспорт. Работают школы и детские сады. Как в добрые старые времена до памятной оккупации. Только вот с девяти вечера город словно вымирает. Кругом пусто, все учреждения закрыты. Потому что в одиннадцать часов начинается комендантский час, надо успеть добраться домой. Лишь военные патрули встречаются. Ну, и загулявшие нарушители, само собой, которых тут же препровождают в комендатуру.
Зажужжал телефон. Связист схватил трубку.
- Здесь Писатель, - сказал кому-то на том конце, после чего позвал командира: - Сергей Юрьевич, вас штаб требует.
Батальонное начальство что-то волнуется, раз названивает, не дождавшись утреннего доклада.
- Писатель на проводе.
Именно так, проводная связь. Куда надёжнее, между прочим, всяких сотовых, на сигналы которых частенько прилетали управляемые ракеты. Многие командиры из-за этого погибли ещё в начале войны.
А вот позывной «Писатель» достался Сергею, благодаря фамилии Булгаков. Был ещё вариант «Мастер», который почему-то не прижился. Впрочем, по этому поводу он особо не переживал.
- Разведка сообщила, что у противника на нашем участке смена личного состава, - раздался в трубке голос комбата. - Вместо французов американцы прибыли. Восьмая мотопехотная бригада.
- Уже заметил. Сразу флаг свой любимый на всеобщее обозрение выставили.
- Хорошо. Присмотрись к ним. Определи силы и огневые средства. Ну, чего тебя учить.
- Сделаю. Всё равно будут прощупывать нашу оборону. Вы бы мне миномётчиков подкинули.
- Пришлю, когда стемнеет. Покажешь им где развернуться. Как у тебя с бронебоем?
- Есть немного. Сами понимаете, к полномасштабной войне мы не готовились.
- Дам ещё. Там технику концентрируют. Возможно, захотят её в ход пустить. Ну, держись, Писатель. Подготовь людей. Всё, конец связи.
Аппарат щёлкнул и умолк.
Вернув трубку связисту, Булгаков подозвал дежурного.
- Продолжайте вести наблюдение. Всё, что заметите, важное и неважное, сразу докладывать мне или заместителю.
 все сообщения
Форум Дружины » Авторский раздел » Тексты Майора » Сила в правде (социальная фантастика)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Главная · Форум Дружины · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA · Д2
Мини-чат
   
200



Литературный сайт Полки книжного червя

Copyright Дружина © 2022