Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
Страница 1 из 11
Модератор форума: Майор 
Форум Дружины » Авторский раздел » Тексты Майора » Сила в правде (социальная фантастика)
Сила в правде
МайорДата: Воскресенье, 31.07.2016, 13:31 | Сообщение # 1
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
Аннотация


Сбылась многовековая мечта западных политиканов — Россия оккупирована войсками НАТО. Привнесённые извне «демократические ценности» дают буйные всходы. Новые поколения россиян совершенно ничего не знают о той, прошлой жизни своей страны, свободной от иностранного протектората. Забыта история великого, некогда свободного государства. Ныне его граждане во всём стараются угодить новым хозяевам, стоя на страже их интересов.
Но не все одурманены. За Уралом осталась территория, свободная от оккупации. Там набирает силу движение сопротивления. Работает законно избранное Правительство, которое за границей не воспринимают всерьёз. Да и на занятых врагом территориях не так уж всё гладко. Многие начинают понимать, что живут в придуманном кем-то мире, словно приходя в себя после кошмарного сна...
 все сообщения
МайорДата: Воскресенье, 31.07.2016, 13:34 | Сообщение # 2
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
Глава I


- Дмитрий Сергеевич, здравствуйте!
Заведующий кафедрой истории, мучаясь одышкой, уже доковылял до своего кабинета и начал открывать дверь, когда к нему подскочил невысокий щуплый студент в очках.
- А-а, Сиволобов, - недовольно просипел профессор. - Что стряслось? Принесли, наконец, курсовую?
- Нет... - Парнишка замялся. - Вернее, мне нужна ваша консультация.
Ещё чего. И так времени не хватает. Все дни по часам расписаны, только успевай следить. На пятом курсе нынче дипломные работы пишут. Совсем одолели. Если в добавок к этому начнут и третьекурсники с разными вопросами приставать, когда ни попадя...
- Вы же знаете, консультации для вашего курса у меня по вторникам.
- Да-да, но тут, видите ли... - Щёки студента зарделись. - Уж очень щепетильный вопрос. Не для чужих ушей.
Возникло дурное предчувствие. Захотелось немедленно заскочить в кабинет, хлопнув дверью перед носом приставучего юноши. Слишком любознателен этот Сиволобов. Любит копнуть поглубже. Оттого и работы свои позже всех сдаёт. Зато более полные и хорошо продуманные. Не безупречные, конечно. Пестрят авторскими суждениями, что ни коим образом не приемлемо, а также выводами, не совпадающими со сложившимся общепринятым взглядом на исторические события. Последнее уж совсем из ряда вон.
В профессоре победила извечная человеческая слабость - любопытство. Не отпуская дверную ручку, он осторожно поинтересовался:
- И что за вопрос?
- У меня появилась некая дилемма по трактовке событий второй мировой войны. Видите ли, я покопался в закрытых архивах...
- В архивах? - Глаза Дмитрия Сергеевича полезли на лоб. - Кто вас туда пустил?
- Есть знакомые, - отмахнулся студент, не придав этому совершенно никакого значения.
А зря. Мог бы хоть немного подумать своей бестолковкой. Глядишь, понял бы, насколько сильно рискует её потерять.
Паренёк, между тем, собирался продолжать, как ни в чём не бывало. Профессор, кинув быстрый взгляд по сторонам, открыл дверь и рывком впихнул Сиволобова в кабинет. Войдя следом, защёлкнул замок. Повернув к растерянному парню багровое лицо, напористо заговорил:
- Запомните, молодой человек! Нигде и никогда не вздумайте ссылаться на закрытые архивные источники. Уяснили?
Студент закивал.
- Будет ещё лучше, если вы вообще перестанете совать туда свой нос.
- Но почему? - искренне удивился этот недотёпа.
Он что, совсем ничего не понимает?
- Расскажите-ка лучше о своей курсовой, - вздохнул Дмитрий Сергеевич, уходя от обсуждения неудобной темы. - Что там за проблема?
Показав Сиволобову на стул, плюхнулся в своё любимое старое кресло, жалобно скрипнувшее под тяжестью грузного тела. Галстук на вздутом животе принял почти горизонтальное положение. «Худеть надо», - мелькнула мысль, тут же вытесненная роем других, куда более тревожных, порождённых сбивчивой речью неказистого юноши, сидевшего напротив.
- Понимаете, Дмитрий Сергеевич... Странно как-то... Ваши лекции по истории второй мировой... Да и все книги в один голос твердят, что гитлеровская Германия заключила союз с Россией, называвшейся тогда СССР. Они разделили Европу на сферы влияния, оккупировав каждый свою часть согласно достигнутой договорённости... Так?
- Совершенно верно. Пока не вижу ничего странного.
- А что здесь у нас делали немецкие войска?
- Мы же были союзниками с Германией, как сейчас со всеми странами Запада. Ведь вас не удивляет, что на территории современной России повсюду находятся базы НАТО. Вполне закономерный процесс. Они помогают нам обеспечивать безопасность, мы участвуем в их миротворческих миссиях.
- Но не воюем же с ними.
- Конечно нет! - как можно громче заявил профессор, помня о скрытых камерах в кабинете, которые начали записывать, стоило ему переступить порог. - Что за идиотские мысли!
- Вот видите, а с Германией воевали. Причём она первая напала без объявления войны в 1941 году. Гитлер чуть не захватил Москву, но её удалось отстоять. Потом погнали немцев до самого Берлина...
- Прекратите! - Дмитрий Сергеевич звонко хлопнул пухлой ладонью по столу. - Где вы этого нахватались? Всем известно, что хребет фашизму и сталинизму сломила коалиция во главе с Америкой. Её объединённые силы вошли в Берлин, который ожесточённо защищали немецкие и русские войска. У тех даже флаги были одинаково красные. СССР лишился союзника и был вынужден заключить мир. Однако противостояние на этом не закончилось. Лишь спустя долгие годы удалось развалить, наконец, этого монстра, отколов от него государства-сателлиты. Но даже оставшись в одиночестве тогдашняя Россия не угомонилась. Она по-прежнему вела агрессивную захватническую политику, за что и заплатила сполна. Цивилизованные страны, объединённые блоком НАТО, привнесли нам идеи равенства и демократии. Вот в чём заключается историческая правда в отличии от ереси, которую вы тут несёте.
- Но в архивных документах...
- Я же сказал, забудьте об этом. Кто составлял те архивы? Коммунисты, а затем реваншисты, их последователи, мечтавшие вернуть себе былое величие. Там нет ни единого слова правды. Всё насквозь пропитано ложью. И не вздумайте использовать эти сомнительные источники при написании своей курсовой. Вы меня хорошо поняли?
Студент угрюмо кивнул.
- А теперь идите, молодой человек. Через неделю жду вашу работу.
- До свидания.
Вскочив со стула, словно только того и ждал, Сиволобов кинулся к выходу. Подёргал запертую дверь. Справившись, наконец, с замком, распахнул её и пулей вылетел в коридор, наполненный идущими на занятия студентами. Сразу ворвался гул голосов, шарканье и стук подошв, другие непонятные звуки, слившиеся в единую какофонию.
Доводчик притянул дверь, погрузив кабинет в блаженную тишину. Хорошая звукоизоляция — первое дело для приватных бесед. И запись чётче.
Профессор покосился в угол, где в стену вмонтирован глазок скрытой камеры. Отсюда её, конечно, не увидишь. Но можно не сомневаться, что весь разговор с третьекурсником подробно записан и обязательно ляжет на стол кому надо. А у Дмитрия Сергеевича перевод не за горами. Давно лелеял мечту вырваться, наконец, из этой захолустной Москвы поближе к центру цивилизации. К примеру, в Лондонский университет. Ему обещали. Уже и место присматривают. Не дай бог так вот запросто проститься с мечтой.
М-да, придётся, как видно, избавляться от этого Сиволобова. Жаль, перспективный был студент. Мог бы с отличием университет окончить. И дёрнул его чёрт лезть куда не следует. Что ж, сам виноват.
Вздохнув, Дмитрий Сергеевич взял коммуникатор и набрал номер куратора.
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 01.08.2016, 11:46 | Сообщение # 3
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

- Эй, дед! Бабуля! Где вы там? Встречайте внука!
Высокий, загорелый парень в расклешенных по молодёжной моде джинсах и синей футболке, плотно облегающей рельефные мышцы, уверенно шагал от калитки к дому. Подковы ковбойских сапог звонко цокали по выложенной плитками тропе. В руке большая дорожная сумка. Наверняка тяжёлая, но по гостю не скажешь. Несёт легко, ничуть не напрягаясь. Только мускулы да вены заметно вздулись.
Из-за дома, покосившиеся стены которого покрыты старым выцветшим сайдингом, вышла седая женщина. Завидев парня, близоруко прищурилась.
Тот, бросив сумку в траву, побежал к ней:
- Бабуля, привет!
- Ой, Илюша! - обрадованно всплеснула руками женщина, раскрывая объятия.
Парень сгрёб её в охапку и, приподняв, начал кружить.
- Поставь! Поставь, окаянный! Закружишь совсем.
Весело смеясь, Илья опустил бабушку на землю. Она тоже улыбалась беззубым ртом. В уголках глаз дрожали слёзы.
- Внучек, - провела шершавой ладонью по его щеке. - Заглянул наконец-то. Уважил стариков. Мы уж соскучились.
- А дедушка где?
- Да в сарае, где ж ему быть. Снова мастерит чегой-то, пока я в огороде копошусь... Слышь, Вань! Подь сюды, старый! К нам Илюша приехал!.. Ты на чём добирался?
- На поезде.
- Ой, станция же далеко. Пешком шёл?
- Мне, бабуль, не привыкать. Да и по-другому к вам не попадёшь. Автобусы почему-то совсем ходить перестали.
- А мы на фиг никому не нужны, вот и не ездит сюда нихто, - проворчал дед Иван, тоже появляясь из-за дома. Растянул бороду в широкой улыбке: - Ну, здорова, Илюха! Каким ветром тебя занесло?
Обнялись. Дед совсем старый, за восемьдесят уже. На голову ниже, но широк в плечах, и руки по-прежнему крепкие. Илья словно в медвежьи лапы попал. Не вырваться.
- Силён же ты, дед! - похлопал его по могучим плечам. - Всё сам брёвна таскаешь?
- А куда деваться. На природе живём. Опять же, одни.
Прибедняется старик. У них в селе ни одного пустующего дома не найти. Все заняты, как в большинстве ближних сёл. Причём не только старые живут, но и молодые. Не нашли себе применения в городах. В деревню подались, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Это крупные фермерские хозяйства процветают, куда заграничные бизнесмены деньги не забывают вбухивать. А здесь лесостепь кругом да сплошные болота. Уж очень большие затраты нужны, чтобы эту местность в сельскохозяйственные угодья превратить. Вот и довольствуются тем, что приусадебные участки дают.
- Ты в отпуск али как? - прищурился дед.
Внук вытянулся по стойке «смирно».
- Сержант Орлов на побывку прибыл.
- Ух-ты. Сержант. Выпустился, значит?
- Так точно, выпустился. В армию ухожу. Подписал контракт. Вот проститься хотел, вас повидать перед отъездом. Когда ещё вырвусь.
- Ясно, - вдруг погрустнел старик. - Это в чью же армию, если не секрет? К америкосам, германцам али ещё кому?
Илья криво усмехнулся. Дед Иван почему-то недолюбливал власти, всегда с пренебрежением высказывался о них, равно как об установленном ими порядке. Человек старой закалки, он категорически отрицал всё нерусское, не признавая главенство иноземного права на территории родной страны. Не понимал, что Россия лишь благодаря этому приобщилась к мировому сообществу и давно живёт по единым для всех международным стандартам. Отсталый человек, что говорить. Пусть и дальше прозябает в этой глухомани. Где-нибудь в городе давно бы сепаратистом прослыл с его-то взглядами да откровенной враждебностью. Ещё бы под арест попал, как подозреваемый в терроризме.
- Не волнуйся, дед. Армия самая, что ни на есть, российская. Там даже офицеры наши. Все, кроме генерала, командира дивизии.
- Ну надо же. - В голосе старика послышался сарказм. - Это что же за войска такие? Часом, не стройбат?
- Нет. Элита, можно сказать. СС называются. Силы Самообороны.
У деда отвисла челюсть. На какое-то время он лишился дара речи.
- Ты чего, Вань? - испуганно потрепала его за рукав жена.
Закрыв рот, старик нахмурил брови.
- Вот значит как, - сказал упавшим голосом. - Мне и в страшном сне не могло привидеться, что мой внук будет служить в СС.
Развернулся и, не глядя на Илью, пошёл в дом.
- Дед, а дед!.. Бабуль, чего это с ним? Радоваться должен. Там деньги хорошие, полное обеспечение, продпаёк. Вам помогать смогу. Да туда конкурс вообще нереальный. Триста человек на место. Не каждого ещё возьмут...
- Не волнуйся, внучок. Разве Орловых не знаешь? Сам эту фамилию носишь. Упрямые вы, как бараны. - Бабушка шутливо стукнула ему кулачком в лоб. - Пойдём-ка лучше. Я тебе постельное дам. Помоешься с дороги, а я пока на стол соберу. За едой и поговорите с дедом. Он же тебя любит. Один ты у нас.
Родители Орлова тоже были военными. Отец офицер, майор, командир сапёрной роты. Мать врач. В одной части с отцом работала в медсанбате. По командировкам в горячие точки всегда вместе ездили. Поэтому Илью пристроили в специальную школу-интернат. Летние каникулы он проводил в деревне у бабушки с дедушкой, родителей отца. Мамины давно умерли, а из родственников больше никого не было. Так и стал сиротой при живых родителях.
Правда, вскоре и в самом деле осиротел. Папа с мамой погибли в далёкой Ливии, когда расположение их части подверглось обстрелу со стороны террористов. Вывозили тела и хоронили за государственный счёт. Илью, как сына «офицера, погибшего в миротворческой миссии», отдали на воспитание в кадетскую школу. Там было всё на американский манер. Обмундирование, знаки различия, устав, занятия и даже язык. Выйдя оттуда, он в совершенстве знал английский и чуть хуже немецкий с французским.
Выпускники-кадеты могли поступать в любые офицерские училища на свой выбор, однако Илья не хотел быть похожим на тех лощёных офицериков, которые каждое утро красовались друг перед другом и перед кадетами на церемонии поднятия флага. А потом гоняли мальчишек до седьмого пота, брезгливо посматривая на них свысока, словно на людей второго сорта. К тому же русским тяжело было поступить учиться на офицера. Там всё заполонили иностранцы.
Он избрал иной путь, более лёгкий. Пошёл в школу сержантов. Таких как он туда принимали с распростёртыми объятиями. Пушечное мясо армии нужно всегда. Он поднаторел в немецком и французском. Плюс выучился итальянскому, не говоря уже о боевой подготовке. Всё вооружение знал назубок. Лучший выпускник на курсе как-никак.
Не мудрено, что прошёл по конкурсу в элитные российские войска. СС не катаются по командировкам в страны третьего мира. Силы Самообороны постоянно держат в России для борьбы с проявлениями внутреннего терроризма и сепаратизма. Так-то вот...
За столом хмурый дед молча уплетал суп, уставясь в свою тарелку. Помалкивал и внук, изредка бросая на старика косые взгляды.
- Ну, хватит вам, Орловы, - примирительно сказала бабушка. - Чего дуетесь друг на друга? Дед, к нам в гости внук приехал всего на несколько дней, а ты бухтишь. Какая муха тебя укусила?
- Вот она, муха. Рядом с тобой сидит. - Ложкой показал на парня. - Эсэсовец, блин.
- Да что в этом такого? - взвился Илья, которому начали надоедать непонятные претензии деда.
- А то! - Старик повысил голос, бросив ложку и расплескав недоеденный суп. - Твои предки воевали с теми самыми эсэсовцами во второй мировой. Тоже элитные части были, только немецкие. Звери, а не люди. Жгли деревни, убивали мирных жителей, угоняли в рабство. И теперь в русской армии тоже вдруг появляется СС. Это немыслимо! Куда делась память о той войне? Чему вас учат? И учат ли вообще?
- Мы проходим историю... - замялся Илья, пытаясь припомнить хоть что-то из тех уроков.
Когда они были? В интернате или в кадетке? Точно не в сержантской школе. Да и кадетам историю, вроде, никто не преподавал. Оно им надо? В основном военное дело изучали. Если даже и был такой предмет, вряд ли слишком долго. А уж насколько углублённо, можно судить по тому, что практически ничего не отложилось в памяти.
- Проходят они, - передразнил дед. - Всё больше мимо, как погляжу. Ты хоть знаешь, кто с кем воевал в ту войну?
- Известно кто. Даже школьники это знают. США с Англией против Германии, Советского Союза и Японии.
Старик в отчаянии уронил голову на руки. Замотал ею из стороны в сторону.
- Господи! - застонал надрывно. - Да кого же из вас вырастили!
- Тише, Ваня. Тише, - зашикала на него жена. - Соседи услышат.
- А пусть слушают! - громогласно заявил дед, снова вскидываясь. - Забыли! Всё забыли! Россию продали! Растащили по кускам! Иностранцы диктуют мне правила! Указывают как жить на родной земле!
- Да кто указывает? - принялся спорить внук. - Научили, дав право выбора. И мы выбрали.
- Что это за выбор такой под стволами автоматов? Нас тупо завоевали!
- Мы сами призвали ограниченный контингент НАТО, когда взбунтовались войска.
- Не было бунтов! Было сопротивление завоевателям!
- Ну, знаешь! - Илья вскочил. Бабушка вцепилась ему в руку, пытаясь успокоить. - Не будь ты моим дедом...
- А то что? Пристрелил бы, сержант Орлов, бравый эсэсовец? Или сдал бы родного деда в комендатуру?
Ничего не сказав, Илья осторожно освободился от бабушкиного захвата и пошёл во двор подышать свежим воздухом. Никогда ещё не доводилось ему так сильно ругаться с дедом.
 все сообщения
МайорДата: Четверг, 04.08.2016, 11:49 | Сообщение # 4
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

Разбитый посёлок. Один из многих здесь, на Урале. Все они одинаковые. Но этот находится на линии соприкосновения между оккупированной территорией и землями, свободными от интервентов.
Он часто переходил из рук в руки, был под перекрёстным огнём. Его утюжили танки, накрывали бомбардировками, но посёлок по-прежнему стоит, хоть и мёртв давно. Повсюду разваленные взрывами дома, выбитые или заколоченные окна, дырявые стены и крыши. На улицах битый кирпич, стёкла, обломки черепицы, досок, оборванные провода, поваленные столбы и деревья. А ещё ржавеющие остовы искорёженной техники.
Их бы забрать на переплавку. Металл нынче на вес золота. Но разве натовцы дадут. Окопались на горе за посёлком и лупят со всех стволов при малейшем намёке на движение.
Приникнув к буссоли, Сергей перевёл флажок до упора, дав максимальное увеличение. Стал виден блиндаж с трепещущим на ветру голубым флагом НАТО. Рядом величаво развивалось огромное звёздно-полосатое знамя. Так-так-так, а вчера там французы сидели. Ротация, значит. Ну-ну...
Пиндосы старательно махали лопатами. Из траншей между бетонными блоками то и дело взлетала земля. Окапываются гады.
Тень от облаков сползла с блиндажа. В амбразуре блеснул отражённый свет солнца. Тоже наблюдают, внимательно всматриваясь в два стареньких бэтээра, поставленных нос к носу поперёк дороги. Обложенные мешками с песком, они давно превратились в часть баррикады, встроенной в разветвлённую сеть оборонительных сооружений. Только блокпост на виду. Остальные укрепления тщательно скрыты от любопытных глаз.
Яркое солнце заливает широкие пшеничные поля, раскинувшиеся вокруг пустого посёлка. Неторопливый ветерок весело гоняет по ним золотые волны. Некому здесь хлеб убирать. Полная тишь. Перемирие, блин, если можно так назвать. Активных боёв нет, но перестрелки с провокациями каждый божий день. По тылам то разведгруппы, то диверсанты шастают. Над головами постоянно вражеская авиация летает или беспилотники.
Впрочем, дальше мелких провокаций дело не идёт. Боятся черти. Знают, что по зубам получат. Прошли те времена, когда полчищам захватчиков противостояли разрозненные отряды ополченцев и части разбитых, обескровленных, раздёрганных по разным направлениям регулярных войск. Теперь это настоящая Российская Армия, сумевшая собрать в единый кулак все боевые подразделения, до поры до времени действовавшие кому как вздумается, на свой страх и риск.
Бардака заметно поубавилось. Были, конечно, и те, кто не примкнул к армии. В основном это бандиты, промышлявшие мародёрством, торговлей наркотиками, оружием и людьми. Да-да, разные попадались, куда ж без них. В любые смутные времена всякие лиходеи, пользуясь моментом, сбивались в такие вот ватаги, выходили на большую дорогу и любыми доступными способами, в основном при помощи оружия, набивали себе карманы.
С такими сейчас разговор короткий — полное уничтожение по законам военного времени. Они тоже враги. Пусть не внешние, но внутренние, что гораздо хуже.
- Слышь, Михалыч? - Сергей повернулся к заместителю, который сидел на патронных ящиках и спокойно курил сигарету. – К нам пиндосы прикатили. Наверняка будут дистанции промерять. Предупреди парней, чтобы не высовывались.
- Ёкарный бабай! – выругался тот и затоптал окурок. – Опять придётся новые снайперские лёжки засекать. Ладно, пойду, обрадую наших. Пусть лазерные датчики выставляют.
С кряхтением поднялся и, подхватив автомат, пошёл к траншее.
- Тельняшку свою прикрой. Нечего америкосов провоцировать! - проворчал командир ему в спину, на что Михалыч лишь рукой махнул.
Старый хрыч, а туда же. Своей десантной молодостью козыряет. И где находит эти полосатые майки? Их, вроде, давно в свободной продаже нет. Если только из десантуры с кем знакомства завёл, встал на вещевое довольствие. Этот может, уж больно ушлый.
Про датчики вовремя сообразил, молодец. Американские снайперы без лазерных приборов не пристреливаются. Всадят пулю в дерево или ещё какое препятствие, а потом лазер наводят, замеряя дистанцию. Тут-то их и отследить можно. Всё считают себя самой прогрессивной, технически развитой нацией, думая, что русские дикари до сих пор с топорами бегают и никаких приспособ у них отродясь не бывало.
Когда позиции снайперов известны, их за считанные минуты всех до единого перебить можно. Лишь бы команду дали. А так нельзя. Перемирие, чтоб его...
Сюда, на линию соприкосновения, отряд Сергея выезжал из Екатеринбурга, места своей постоянной дислокации. Дежурили посменно в течение месяца, проживая в палатках, после чего возвращались в город, обратно в казармы или к родным и близким, у кого есть. В самом Екатеринбурге войны будто никогда и не было. Шрамы от бомбёжек давно затянулись, больше не уродуя внешний облик улиц. Открыты все магазины и кафе. Суетливо снуют прохожие. В парках и во дворах играют дети. Ходит общественный транспорт. Работают школы и детские сады. Как в добрые старые времена до памятной оккупации. Только вот с девяти вечера город словно вымирает. Кругом пусто, все учреждения закрыты. Потому что в одиннадцать часов начинается комендантский час, надо успеть добраться домой. Лишь военные патрули можно встретить. Ну, и загулявших нарушителей, само собой, которых тут же препровождают в комендатуру.
Зажужжал телефон. Связист схватил трубку.
- Здесь Писатель, - сказал кому-то на том конце, после чего позвал командира: - Сергей Юрьевич, штаб вас требует.
Батальонное начальство что-то волнуется, раз названивает, не дождавшись утреннего доклада.
- Писатель на проводе.
Именно так, проводная связь. Куда надёжнее, между прочим, всяких сотовых, на сигналы которых частенько прилетали управляемые ракеты. Многие командиры из-за этого погибли ещё в начале войны.
А вот позывной «Писатель» достался Сергею, благодаря фамилии Булгаков. Был ещё вариант «Мастер», который почему-то не прижился. Впрочем, по этому поводу он особо не переживал.
- Разведка сообщила, что у противника на нашем участке произошла смена личного состава, - раздался в трубке голос комбата. - Вместо французов американцы прибыли. Восьмая мотопехотная бригада.
- Уже заметил. Они даже не скрываются. Сразу флаг свой любимый на всеобщее обозрение выставили.
- Хорошо. Присмотрись к ним. Определи силы и огневые средства. Ну, чего тебя учить.
- Сделаю. Всё равно будут прощупывать нашу оборону. Вы бы мне миномётчиков подкинули.
- Пришлю, когда стемнеет. Покажешь им где развернуться. Как у тебя с бронебоем?
- Есть немного. Сами понимаете, к полномасштабной войне мы не готовились.
- Дам ещё. Там технику концентрируют. Возможно, захотят её в ход пустить. Ну, держись, Писатель. Подготовь людей. Всё, конец связи.
Аппарат щёлкнул и умолк.
Вернув трубку связисту, Булгаков подозвал дежурного.
- Продолжайте вести наблюдение. Всё, что заметите, важное и неважное, сразу докладывать мне или заместителю.
 все сообщения
МайорДата: Четверг, 04.08.2016, 21:00 | Сообщение # 5
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
Глава II


Перед сержантом Орловым стояло сплошное недоразумение. Худой парень в мешковатом, явно не по размеру камуфляже. Кепи нахлобучено до самых ушей. Казалось, только эти лопухи его и держат. Ну, ещё очки, такие большие, с толстыми линзами. Рябое, побитое оспинами лицо со впалыми щеками, с которого не сходило страдальческое выражение. Маменькин сынок одним словом. Оставалось удивляться, как такое чучело попало в СС. И почему именно в его взвод?
Ротный привёл. Сказал принимать пополнение и молча удалился, качая головой.
- Как зовут? - спросил сержант.
- Игорь. Сиволобов, - промямлил молокосос.
- Рядовой Сиволобов, - поправил его Илья. - Вы в армии, а не на гражданке. Будьте любезны отвечать как полагается. Вам ясно?
- Да... То есть так точно.
- Господин сержант.
- Что?
Орлов закатил глаза.
- Отвечать надо «так точно, господин сержант». Военнослужащие обращаются друг к другу по званию. Понятно?
- Так точно, господин сержант.
Рядовой попытался встать по стойке «смирно». Получилось комично. Всё равно, что чучело в строй впихнуть.
М-да, с кем приходится работать. Думал ведь, что попал в элитное подразделение, где не надо никого учить. И без того все учёные. Куда там! Из тридцати солдат во взводе ни одного старослужащего. Все новобранцы за исключением трёх сержантов, поставленных на отделения. Детский сад, честное слово. Их только-только от мамкиной юбки оторвали. Они жизни-то не видели, не говоря уже об армии. Но те хоть выглядят внушительно. Здоровые лбы, как на подбор. Этот же экземпляр вызывал смешанное чувство неприязни и жалости.
- Вы как вообще оказались в СС, рядовой? Хоть представляете, что это такое?
- Уж куда отправили, - развёл тот руками. - Специально я не напрашивался. Меня из института выперли. Возраст призывной, а тут всех стали в армию сгребать.
Краем уха Орлов слышал о начале призывной компании, объявленной Оккупационным Правительством, но в это дело не вникал. Думал, что его не касается. А вот коснулось, чёрт бы их побрал. Шлют, кого попало. Учите, мол. Попробуйте сделать идеального солдата из дерьма.
- И как же вы будете стрелять с таким-то зрением, - вздохнул Илья. Вопрос был риторический, поэтому ответа он ждать не стал. - А из института за что выгнали? За неуспеваемость?
- Ну-да... Так точно, господин сержант. Правда, я бы успевал, если бы мне палки в колёса не ставили.
- Это как?
- Долго рассказывать. Но если в двух словах, то слишком любознательным был. Много неудобных вопросов задавал. А преподаватели этого, как выяснилось, на дух не переносят.
- В армии тоже, - строго проговорил сержант. - Советую хорошенько это запомнить.
- Уже запомнил. Жизнь научила.
- Вот и хорошо. Идёмте, определю вас во взвод и покажу какую койку занять.
Грешным делом подумал, что замордуют пацана. Проще говоря, зачмырят. Поначалу всё к этому и шло. К Сиволобову сразу прилипла кличка «Студент». Сослуживцы относились к нему пренебрежительно. Что взять с хлюпика? Вечно хромой, вечно кашляющий, с одышкой. С марш-броска всегда последним прибегал, повиснув на руках товарищей. Те с него ещё и всю амуницию снимут. Стрелять научился так себе, на среднем уровне. Это если в очках. Без них же штурмовую винтовку от швабры не отличит.
Зато какие душевные письма девчатам писал. Не своим, конечно. У него, небось, ни одной девушки-то не было. Солдаты просили. Даже с других рот наведывались. Обступят Игоря и давай наперебой планшетники совать, рассказывая подробности о своих дамах сердца. Для каждой у него находились трепетные, берущие за душу слова. Талант, что ни говори.
Обращались к нему и сержанты. Даже Орлову однажды потребовалась его помощь. Вот уж никогда бы не подумал, что захочет девушке написать. Возможно, просто потому, что не встречал пока той единственной, с кем хотелось бы постоянно общаться, узнавая о ней всё больше нового. Но как-то в увольнении...
Сержантам разрешалось возвращаться в часть гораздо позже рядовых. Одна из немногих привилегий, которыми они широко пользовались. Можно немного в клубе потусить или в бильярдной шары погонять. Да мало ли развлечений в городе, пусть и в небольшом.
В тот вечер Илья развлекался в клубе. К нему липла какая-то пьяная блондинка, потому и срулил пораньше. Куда её вести? В казарму? На квартирах только женатики обитали. А к ней в гости топать времени нет. Вот-вот увольнительная закончится. Не хотелось бы от военной полиции бегать. Да и толку. Всё равно ведь вычислят.
До части оставалось пройти переулком, потом вдоль забора до КПП.
Где-то впереди стукали женские каблучки. В темноте никого не видно. Илья старался не производить шума, чтобы не дай бог не напугать женщину. В берцах это получилось бы куда проще, нежели в ковбойских сапогах. Кажется, она всё-таки услышала, коль скоро каблучки забили барабанную дробь. И вдруг испуганный вскрик, а следом глумливые мужские голоса.
- Опаньки. Гляньте, братва, к нам краля причесала.
- Как по заказу. После первой и второй перерывчик небольшой. Давайте отдохнём, оттянемся...
- Отстаньте от меня! - перепуганный девичий голос и непонятное шебуршание.
- Не ломайся, дура. Уйдёшь целой.
- Но не целкой, гы-гы-гы!
Истошный визг.
Илья бросился в темноту. Опасное здесь место, не для дамочек. Бывало и солдаты получали на пироги, возвращаясь из увольнения. Двоих первогодок на прошлой неделе обчистили. Один даже в госпиталь попал с проломленным черепом. Сержантов почему-то не трогали, словно в лицо всех знают. Впрочем, у гопников глаз должен быть намётан.
Различил смутные мелькающие тени у мусорных баков. Чёрт, не могли почище место найти. Когда подбежал, все куда-то пропали. Сбоку шевельнулся чей-то силуэт с растрёпанными волосами. Девушка!
- Эй, с вами всё в порядке?
- А кто интересуется? - спросила насмешливо, чуть задыхаясь, будто никто и не пытался её только что изнасиловать. Так, пробежалась немного ради спортивного интереса.
- Мне показалось, или на вас действительно напали?
- Как напали, так и отпали, - сказала с вызовом.
Откуда-то снизу, с земли, послышался слабый стон. Чуть в стороне шевельнулся другой поверженный налётчик. Задел мусорный бак, отозвавшийся глухим звоном, но подняться так и не смог. Остальные либо разбежались, либо просто не подавали признаков жизни.
- Это вы их уложили? - не поверил самому себе.
- Видите здесь кого-то ещё?
Странная манера отвечать вопросом на вопрос порядком раздражала, но ужасно хотелось разглядеть лицо девушки.
- Давайте я вас провожу. Хотя бы до конца переулка.
- Если заметили, я и сама в состоянии за себя постоять.
- Не заметишь тут, как же, - усмехнулся Илья. - Нам, похоже, всё равно по-пути. Зачем слушать, как я топаю сзади, если можно идти вместе и болтать?
Она склонила голову набок. Задумалась? Ну, хоть не вопросом на вопрос...
- Не имею привычки беседовать с незнакомцами.
- Однако беседуете. Но чтобы не изменять вашим привычкам, разрешите представиться. Сержант Орлов из Сил Самообороны. Можно просто Илья.
- Идёте в часть?
- Так точно. Находился в увольнении, теперь возвращаюсь.
Девушка заливисто рассмеялась, запрокинув голову.
- Надо же! Рыцарь в сияющих доспехах, - сказала весело. - Хорошо, мой рыцарь. Дозволяю вам проводить себя до конца переулка. Уж лучше за кого-то держаться, когда идёшь по этим ухабам в кромешной тьме.
Действительно, дорога здесь не ахти. Асфальт во многих местах вспучился, а кое-где наоборот, ушёл вниз, образовав довольно большие неровности. На шпильках можно все ноги переломать. Удивительно, как женщины умудряются так легко на них бегать?
Спутницу звали Вика. Виктория, богиня победы. Познакомились, пока шли. Орлов чувствовал тепло её ладони у себя на руке и вдыхал головокружительный аромат девичьих волос. Это были не духи. Вполне естественный запах. Но, боже, какой приятный!
Попав на свет, он едва не задохнулся, увидев симпатичное, слегка курносое лицо Вики. Рыжее солнышко, назвал её сразу - мысленно, само собой.
Расставаясь, обменялись электронными адресами. Она добавила его в контакты без какого-либо статуса, но ведь всё ещё впереди...
 все сообщения
МайорДата: Воскресенье, 07.08.2016, 20:33 | Сообщение # 6
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

Окончив школу, Вика Польских подала документы в медицинский институт. Сколько себя помнила, мечтала стать врачом. Её мама умерла от пневмонии, когда Вике только-только исполнилось десять лет. Отец всё время повторял со вздохом:
- Будь у нас нормальные врачи, глядишь, и мама до сих пор бы жила.
Тогда, наверное, и родилась эта идея-фикс в голове маленькой девочки. Через всё детство пронесла, не желая и думать о другой профессии. Хотела лечить людей, чтобы мамы больше ни у кого не умирали.
С отцом они жили нормально, если можно так сказать. Правда, видела его редко. В миротворческих войсках служил. Вечно мотался по загранкомандировкам, защищая демократию то в одной стране, то в другой. Дочь только диву давалась, и чего людям надо? Не живётся им свободными, всё норовят загнать себя в средневековую кабалу.
Пока отца не было, училась в интернате вместе с такими же солдатскими детьми. У них в городе почти все военные. Части друг на друге стоят. И штабов разных не счесть.
Он рано вышел на пенсию. Запил, оставшись не у дел. Сейчас это старый больной человек. Давали о себе знать и раны, полученные в «горячих точках», и неуёмное пьянство. Едва получив пенсию, бежал к собутыльникам. Ладно, хоть домой никого не приводил и дочке деньги оставлял, чтобы продукты покупала. Только на обновы давал с боем. Приходилось убеждать:
- Посмотри на себя! В обносках ведь ходишь. Совсем на человека не похож.
- Чего ты, Викуль? Ведь нормальные вещи, - оправдывался отец, разглядывая стёртые, выбеленные джинсы и видавший виды, штопаный-перештопанный свитер. - Им же сносу нет. Мужику-то много не надо. Похожу ещё.
- А мне тоже прикажешь в старом тряпье ходить? Я же девушка, если не забыл.
После такого убийственного аргумента папа долго чесал затылок, тяжко вздыхая, но волей-неволей раскошеливался. Дочке-то и в самом деле одеваться надо. Растёт девка, расцветает. Вот выскочит замуж и выпорхнет из родимого гнёздышка, оставив отца в покое и в полном одиночестве. Эх, жизнь жестянка...
Нет, папа у неё хороший. Даже в спортзал водил заниматься с бывшими сослуживцами. Те секцию рукопашного боя организовали. Отец это дело вскоре забросил, попав под влияние зелёного змия, а Вика втянулась и регулярно посещала тренировки уже без него. Ни разу потом не пожалела. С такими навыками кому угодно можешь дать отпор. Хоть на улице, хоть в школе.
В мединституте поначалу приняли радушно. Сухопарая женщина в очках, сидевшая в приёмной комиссии, приняв документы, заулыбалась.
- О, пани полька? - спросила с характерным акцентом.
Вика пожала плечами:
- Даже не знаю. Мама русская. Папа, вроде, тоже. Это его фамилия — Польских. А кто там у него из предков был...
Улыбка медленно сползла с лица приветливой дамы, уступив место брезгливо-равнодушной гримасе.
- Учёба в нашем институте стоит десять тысяч евро в год, - объявила она сухим тоном.
- Как десять тысяч? - удивилась Вика. - Подождите. Я же узнавала. Отличники учатся бесплатно.
- К сожалению, у нас лимит на льготы. Количество поданных заявок уже значительно его превысило. Не думаю, что у вас имеется хотя бы мизерный шанс попасть в стипендиаты. Будете подавать документы на платное обучение?
«Даже не пытайся», - читалось в её холодном взгляде.
Таких денег им с отцом было не потянуть. Но с мечтой расставаться не хотелось. Пступила в медицинский колледж. В отличие от института здесь чаще звучала русская речь. И преподавателей интересовала в основном профессиональная подготовка студентов, а не их политическая подкованность, как стало известно потом.
Годы учёбы пролетели незаметно. Вика устроилась работать медсестрой в один из городских госпиталей, где лечились раненые солдаты и офицеры, участники «миротворческих миссий». Удивляло, что все они русские. А где же бравые натовские ребята, кичившиеся тем, что защищают страну от разного рода террористов и сепаратистов? Неужели отсиживаются на своих тщательно охраняемых базах, а в бой отправляют лишь русских?
- А что ты думаешь, они впереди бежать будут? - отвечал на её вопрос один раненый сержант, когда делала ему перевязку. - Нет уж, дудки. Сперва нас пошлют. Разведка боем называется. Вычислят, где противник засел, засыпят бомбами да ракетами, потом танками давить начнут. Мы для них пушечное мясо, ничего более...
Позже она узнала, что при каждой базе НАТО имеется собственный госпиталь, где и лечатся иностранные вояки. Пришлось как-то сопровождать туда раненого солдата. Кажется, немца. Главврач, узнав, что к ним привезли иностранца, чуть в обморок не упал. Срочно связался с натовцами. Те сразу вертолёт прислали, хотя могли бы и на «скорой» забрать. Оттуда недалеко. А вот медперсонал посадить на борт почему-то не удосужились.
- Польских, выручай! - взмолился начальник. - Все врачи заняты. Не посылать же простую медсестру. Ты у нас одна тут с фельдшерским образованием.
Пришлось лететь, наблюдая за капельницей и состоянием раненого. Могла бы отказаться, не её это дело, но главврач здесь ни при чём. Хороший мужик. Жаль будет, если вдруг обвинят в халатности.
Натовский госпиталь произвёл на Вику неизгладимое впечатление. Просторные коридоры и процедурные кабинеты, заставленные всевозможным ультрасовременным оборудованием. Куда до них той убогости, что царила в городских госпиталях, не говоря уже о гражданских больничках. А чего стоили эти шикарные, блещущие идеальной чистотой палаты с удобными ортопедическими кроватями-трансформерами. Возле каждой целые блоки аппаратуры. Практически все кровати пустые. По крайней мере там, куда завезли немца. Ни раненых, ни медперсонала. У них что, всё роботизировано? В таком случае не удивительно, что никто из медиков за немцем не прилетел.
Потом-то набежали, загалдели, опутывая проводами и щёлкая тумблерами. Вику оттеснили. Она и давай ходить по госпиталю, заглядывая во все двери.
Слишком любопытную русскую медсестру быстренько спровадили восвояси. На этот раз на военном джипе. Водитель пытался заигрывать с ней в пути, практикуя свой отвратительный русский, но Вика сделала вид, что совершенно его не понимает. Отцепился, слава богу, напоследок выругавшись по-немецки.
Ещё свежи были воспоминания о натовском госпитале, когда идя по тёмному переулку, чтобы заступить на ночное дежурство, Вика нарвалась на компанию гопников. Реалии жизни быстренько заставили спуститься с небес на грешную землю. Налётчиков оказалось четверо. Столпились вокруг неё на свою голову. Несколькими точными ударами уложила всех на землю. Не зря на секцию ходила.
И вдруг ещё кто-то сзади бежит. Оказалось, рыцарь на белом коне. Образно, само собой, но уж больно подходит к Орлову. И фамилия геройская, и сам хорош на загляденье.
Парень ей очень понравился. Поэтому без раздумий оставила ему свой номер. Чем чёрт не шутит, может, это и есть судьба?..
 все сообщения
МайорДата: Вторник, 09.08.2016, 21:43 | Сообщение # 7
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

- Таким образом, никакого перемирия на сегодняшний день практически нет.
Генерал Кравцов откашлялся. Промокнул платком вспотевший лоб с глубокими залысинами, почти полностью охватывающими темя с жиденьким островком редкой просвечивающейся поросли, которую лишь издали, с большой натяжкой можно принять за чуб. Вытер мясистый нос, обрюзгшие щёки. Несколько раз провёл по шее. Жарко ему, хоть в одной рубашке сидит. Ещё бы. Слишком знойным выдался этот август. В кабинете неимоверная духота, несмотря на распахнутые настежь окна. Председатель распорядился кондиционеры не включать. Вся страна экономит, а правительство что же, будет деньги прожигать? Нет, негоже так. А вот водичку в графине поставить — это завсегда можно. Тем более только из холодильника. Даже стаканы потеют.
Министр обороны не удержался, хлебнул живительной влаги, после чего продолжил:
- Не прекращаются бессистемные бомбёжки приграничных населённых пунктов. Обстреливают всё, что можно, будь то крупный город или мелкое село. Замечена повышенная активность вражеских сил вдоль всей линии соприкосновения.
- Что у нас по переговорам относительно прекращения огня? - Председатель правительства Миллер перевёл взгляд на министра иностранных дел Перепёлкина.
Тот повернул большелобую седую голову. Снял очки. Держа их за дужку, отвёл руку:
- Я говорил вам, Антон Васильевич, все эти реверансы западных коллег на тему перемирия сплошная чепуха. Уловка, чтобы усилиться и отвлечь внимание от приготовлений к новым боевым действиям. У них, как вы знаете, на словах одно, на деле другое. Как обычно, впрочем. Выдвигают невыполнимые требования, на уступки не идут. По нашим предложениям совещаются месяцами, в итоге всё равно их отвергая. Давно известный способ ведения переговоров, если в действительности договариваться ни о чём не желаешь. Сплошной обман и лицемерие.
- Ваш прогноз?
- Он предельно ясен. - Перепёлкин показал белые ладони со сморщенными подушечками пальцев. - Будет война.
Боже, какие простые и, в то же время, бьющие по нервам слова! Конечно, все те долгие годы, что длился договор о прекращении боевых действий между странами НАТО и Россией, не было никакого мира. Стреляли постоянно, и люди гибли день ото дня. Не в тех масштабах, конечно, как во время войны. Да и территорию держали, ни пяди не уступая. Как упёрлись в Уральский хребет и Кавказ, понимая, что пятиться больше нельзя, так и вросли в эту землю вместе с костями полёгших товарищей.
Сколько же сил потребовалось тогда, чтобы собрать воедино разрозненные очаги сопротивления. Сплотить вокруг мятежной Сибири, не принявшей и не поддержавшей позорный Московский пакт, который открыл дорогу натовским войскам. Теперь-то ясно, кто в Кремле в ту пору сидел. Одни предатели, помешанные на либерализме. Ну, если даже не все, то большинство. Иначе как бы они смогли победить?
Сейчас это богатейшие люди. Владельцы заводов, портов, пароходов. Всё больше по заграницам сидят, и жилы из бывшей родины тянут. Свободной экономической зоной пользуются. Только Россия в этой зоне обычный сырьевой придаток, не более. А ведь бывшие парламентарии, больше других агитировавшие за принятие злополучного пакта, уверяли, что со сменой «режима» и прихода «миротворческих сил» страну ждёт небывалый подъём и процветание. Все россияне вмиг обогатятся. Нечто подобное в своё время обещали большевики. Говорили, правда, куда честнее: не будет богатых.
В итоге война. Страшная, разрушительная, до селе не виданная. Не только с захватчиками, но и со своими, кто встал на их сторону. А подобных оказалось немало. Как тут не вспомнить интервенцию и гражданскую войну, случившиеся полтора века назад? Лишнее доказательство того, что история развивается по спирали, повторяясь на более высоком этапе развития.
Да, современное оружие могло уничтожить не только страну. Полмира лежало бы в руинах. И настал момент, когда угроза ядерной катастрофы остановила войну. В то время вновь созданное Правительство вполне серьёзно решало вопрос о применении уцелевшего ядерного потенциала. Надо сказать, он оставался довольно внушительным. Даже то, что попало в руки натовцев, можно было гарантированно использовать. Пусть на своей территории, но деваться-то некуда. Россию натуральным образом брали в плен, и она, как солдат, не пожелавший сдаваться, готовилась отпустить чеку последней оставшейся гранаты.
Тогда пронесло. А теперь всё заново?..
Снова глянув на генерала, Миллер выжидательно молчал, но тот понял без слов. Кивнул, подтверждая:
- Так точно, Антон Васильевич. Всё идёт к этому. Мы наблюдаем постоянные перемещения войск. Подтягиваются новые части, техника, боеприпасы. Создаются ударные группировки. Увеличилась интенсивность разведывательных полётов авиации, количество диверсионных групп.
Подняв руки, Миллер сжал голову ладонями. Облокотился о стол.
- Каковы прогнозы? - пробормотал глухо.
- Мы ожидаем, что натовская армия нанесёт сильный удар южнее Урала и с флангов на юге и севере. Главная цель - прорвать фронт, глубоко вклиниться в пределы Федерации, чтобы отсечь наши силы друг от друга. В идеале взять Урал и Кавказ в кольцо, продолжая интенсивное наступление на Сибирь.
Господи! За что всё это?
Помнится, никто из властной верхушки не хотел становиться во главе разбитой, деморализованной державы. Даже здесь, в Новосибирске. Подумать только, враг вошёл в Москву и движется дальше на восток, жестоко подавляя слабые очаги сопротивления! Под шумок японцы заняли Курильские острова и Сахалин. Китай не вмешивался. Ему, как выяснилось, обещали Байкал и Амурскую область. На юге, востоке и севере кипели ожесточённые морские бои.
Центральное правительство, разумеется, испарилось, а местные власти пребывали в полной растерянности. Ждали какого-нибудь молодого выскочку-энтузиаста, чтобы весь ворох забот свалить на него. Тогда-то и появился Антон Миллер, молодой майор, командир батальона спецназа, уже успевший отлично зарекомендовать себя в боях. Ему надоело полагаться на безвольных политиков. Тем более, после того, как получил информацию о форменном предательстве. Многие депутаты колебались, не пойти ли на мировую с агрессором ради безопасности жителей региона. Однако были и другие, которые откровенно агитировали покориться Московским продажным договорённостям, ясно давая понять и Миллеру, и таким как он: «Зря проливали вы кровь, ребята».
Этого стерпеть он уже не мог. Поднял свой батальон, взбаламутил народ и повёл всех к зданию областной Думы. Вышвырнул продажных чинуш, не особо разбираясь кто в чём виноват, и устроил новые выборы. В жарких спорах образовалось правительство согласия. Лишь кандидатура Председателя была принята без возражений. Правда, кто-то пытался намекнуть, что фамилия Миллер, мол, не русская, но глупого выскочку, а может и умного провокатора, быстро заткнули.
Сразу закипела работа. Сибирь объявила себя свободной республикой. Приняли Конституцию. Одновременно похожие события прокатились по Уралу, Крыму, Кавказу, Крайнему Северу и Дальнему Востоку. В сравнительно короткие сроки удалось наладить связь с властями этих регионов и договориться о воссоединении, поскольку борьба с общим врагом в одиночку заранее обречена на провал. Проверено историей.
Должность президента сильно усечённой Российской Федерации вводить не стали. Ограничились тем, что всю исполнительную власть сосредоточили в руках Председателя Объединённого Правительства, которым опять-таки стал Миллер. Друзья подшучивали над немного странно звучащей аббревиатурой его нового статуса: «Ты у нас нынче всероссийский ПОП, Антон Васильевич. Президент и патриарх в одном лице».
Сообща воевали, потом строили, развивались, хоть и в относительной изоляции, но ничего, старались налаживать связи. Хорошие были времена. Вплоть до сегодняшних дней.
Минуло чуть больше двадцати лет. Относительно спокойных, надо сказать. И вот практически заново отстроенному государству в который уж раз грозит очередная проверка на прочность. Похоже, что последняя. Её итогом станет либо полное поражение и окончательный разгром наскоро склеенной державы, либо...
- ...но для этого им нужно занять чуть ли не всю территорию, - продолжал монотонно бубнить Кравцов. - Юг продержится. В этом я уверен. Разве что Крым потеряем. Он и так блокирован со всех сторон. Если навалятся по-серьёзному, то непременно слопают. Зато будут вынуждены сосредоточить там немалые силы. Это даст нам возможность вести успешную оборону на других участках. Север тоже целиком под нашим контролем, и там вполне достаточно сил, чтобы этот контроль сохранить. Поэтому предлагаю сосредоточить основные силы на центральном направлении...
Натовцы готовят очередной блиц-криг, это понятно. Снова хотят лёгкой победы. Ох, ничему их история не учит. Что ж, пусть попробуют. России всегда есть, чем ответить на подлый удар.
 все сообщения
МайорДата: Суббота, 13.08.2016, 20:16 | Сообщение # 8
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
Глава III


В оглушительной канонаде, слившейся в единый протяжный гул, Булгаков начал, наконец, различать отдельные, отчётливо слышимые разрывы. Прекратилась постоянная тряска, распавшись на частые судорожные вздрагивания. Земля словно билась в предсмертной агонии. Не мудрено, коль скоро на неё сначала самолёты бомбы сбрасывали, а потом артиллерия долбила.
Сколько они тут прячутся, в блиндаже? Сергей подсветил циферблат на часах. Ого! Сорок минут с хвостиком. Похоже на серьёзную артподготовку. Значит, могут и в атаку пойти...
Внезапно стихло. Булгаков схватился за рацию:
- Внимание, Книжники! На связи Писатель! Всем на позиции!
Над окопами, затемняя солнце, висит не успевшая осесть пыль. Такое впечатление, что сейчас не ясный день, а хмурое утро или вечер.
- Быстрее, мужики! - поторапливает Булгаков пробегающих мимо солдат на выходе из блиндажа. - Занимаем свои места! Готовимся к бою! Дайте им прикурить! Марченко, к пулемёту!
Коля Марченко бежит вверх по ходу сообщения, местами разваленного взрывами. Его пулемётное гнездо уцелело. Хорошо укрепили. Да и маскировка отменная. Не обнаружишь, пока не попадёшь под пулемётный огонь. Таких точек наделали с избытком. Несколько раз можно позиции поменять. Будет сюрприз пиндосам.
На блокпосту полыхают бэтээры. Баррикаду почти полностью разметало. Дорога изрыта воронками. Повсюду куски асфальта, вырванной земли, разбросанные мешки с песком. Ничего, этот пункт не ключевой. Специально выставляли напоказ. Но укреплён тоже неплохо. Ещё пригодится.
- Писатель, я Лютый, - забубнил вставленный в ухо наушник. - Позицию занял, к бою готов.
Это командир первого взвода. Он в центре. Теперь дело за флангами. Давайте же, ребята, давайте.
- Сатана готов! - коротко передал второй взводный, а сразу следом за ним третий: - Бес на месте. Готов к бою.
Ну и позывные у его командиров. Один другого краше. Впрочем, что с них взять. Адские условия порождают соответствующие клички. Закономерность, мать её...
Когда Сергей добрался до замаскированного командного пункта, Михалыч уже торчал у буссоли.
- Сырожа, как обстакановка? - громко спросил Булгаков, глядя на худую, чуть согнутую спину, отметив, что заместитель спрятал-таки любимый тельник под камуфляж.
- Сам посмотри, - проворчал Агапов, уступая место.
Сунул в рот сигарету, подкурил. Шумно затянулся.
- Выползают змеи подколодные на солнышке жариться, - произнёс глухо, выпуская дым.
- Вот мы их сейчас и поджарим, - пробубнил командир, наблюдая за тем, как из-за горы, превращённой натовцами в неприступную крепость, выкатываются бронетранспортёры и танки.
Почти такие же, какими увидел их впервые на улицах родной Самары двадцать лет назад...
Он родился в Самаре и провел там большую часть жизни. Работал в МЧС, преподавал в местном политехникуме. Ещё подрабатывал в разных местах. Тяжело? Само собой. Но что делать, если надо кормить семью, а твоей зарплаты на всё про всё не хватает. Все так жили. Вся страна. Кроме олигархов, конечно. Между бедными и богатыми в те времена пролегла бездонная пропасть. Благодатная почва для революционных перемен. Чем и воспользовались идеалисты-либералы вместе со своими заокеанскими спонсорами, задурив головы народу. Это сейчас всё понимаешь, спустя много лет. А тогда казалось, что вот она, долгожданная свобода. Уж теперь-то заживём, вдохнём полной грудью!
Правда, иностранные войска немного портили впечатление, однако эйфория от внезапно свалившейся общности с «просвещённой Европой» и вступления в «мировую демократическую семью» изрядно пьянили, сглаживая возникающий негатив. Зато потом наступило жестокое похмелье.
Власть как была у олигархов, так у них же и осталась. Просто на смену одним пришли другие. Культ великого доллара вытеснил веру в бога, веру в своё отечество, веру в себя. Понятное дело, многим это не нравилось. Кое-кто стал возмущаться. Тогда начались так называемые чистки. Людей в наглую увольняли с работы по малейшему подозрению в нелояльности к новым властям. И никакой закон работодателям был не писан. За бортом оказался и Булгаков, посмевший вслух усомниться в благих намерениях «гарантов демократии». Сначала его вывели в резерв. Сидел дома, не получая ни копейки. Стал возмущаться, перевели на другую службу, в подчинение МВД. Правда, через несколько месяцев эту структуру почему-то упразднили. Хорошо, что жена работала, хоть и получала сущие гроши. Выручали шабашки. Перекрывал кровлю, проводил электрику, занимался ремонтами. А потом разгорелась война.
Не все приняли власть засевших в Кремле «либерастов». Особенно военные. Российская армия взбунтовалась. «Умиротворять» её были направлены войска НАТО. Вот когда за слащавой улыбочкой европейских миротворцев народ увидел звериный оскал. Натовцы не стеснялись применять силу. Полилась кровь. И не ручьями, а целыми реками.
В ополчении, куда вступил Сергей, он попал в казачью сотню, где и встретился с Агаповым. Но там они не задержались. Никакой тактики или стратегии у казаков не было, не говоря уже о маломальском военном опыте. О чём говорить, если баррикады строили вместо того, чтобы идти город защищать. А их командование — это вообще отдельная песня. Столько атаманов, что с ума сойдёшь, пока разберёшься кому подчиняться.
Так и не стал казаком. Тем более, Самару пришлось оставить и прорываться с боями на Урал. С кем только не сталкивала его судьба. Попадались и патриоты, и откровенные бандиты, считавшие, что взяв в руки автомат и собрав пару десяток человек, они уже герои. Но в большинстве своём это недалёкие люди, которым до настоящих солдат, как до Луны. А ещё берут на себя смелость кому-то за что-то мстить. Ополчение — настоящее, не поддельное - подобную махновщину не терпело, изводя её под корень заодно с мародёрством.
После долгих мытарств Сергей примкнул к воинской части, принимавшей в свои потрёпанные ряды всех желающих. Лишь бы жаждали биться с иноземными захватчиками.
Дали пулемёт. Прошёл с ним чуть ли не полстраны. Уже здесь, на Урале, Булгакова поставили командовать отделением. А вскоре назначили взводным, когда ранило командира.
Не сказать, что сделал военную карьеру, коль за целых двадцать лет поднялся лишь на одну ступень - до ротного. Да он и не стремился. Предлагали в своё время перейти в батальонный штаб, но Сергей отказался. Не для него штабная работа. Привык находиться на передовой, в одной цепи со своими ребятами. «Эх, Юрьич, не быть тебе полковником», - сокрушённо качали головами товарищи. А ему и не надо. Майором был, им, наверное, и помрёт.
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 15.08.2016, 21:23 | Сообщение # 9
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
...Несколькими колоннами вражеская техника миновала село и сразу начала разворачиваться в боевой порядок. Прямо по пшеничным полям, перемалывая гусеницами несобранный урожай. Сейчас поедут по минному полю. Жаль, накрыли его качественно. Всё снарядами перепахано. Хоть бы с десяток мин сработало.
Взрыв. Танк замер на месте. Задраенные люки так и не открылись. Никто не вылез и не спрыгнул на землю. Понятно, экипажу кранты.
Дёрнулся и задымил ещё один, за ним третий, четвёртый... Кажется, всё. Прошли поле. М-да, маловато будет. Но и то вперёд - четыре танка из двадцати. Остальные ползут. Скоро до первого рубежа доберутся.
- Давай миномётчиков! - крикнул Сергей связисту, и тот немедленно принялся вертеть ручку аппарата.
- Есть миномётчики!
Булгаков кинулся к телефону.
- Привет, капитан. «Самовары» свои приготовил?
- Стоят под парами, - раздался в трубке бодрый голос командира миномётчиков.
- Тогда по моей команде по первому рубежу огня.
- Есть по первому рубежу. Давно навели. Командуй, Писатель.
Показав Агапову на буссоль, чтобы смотрел за противником, Сергей прислушался.
Танки открыли стрельбу. Снова под ногами задрожала земля.
- Накрыли ещё один! - радостно крикнул Агапов, не отрываясь от окуляров. - «Бесенята» постарались. Из безоткатки, наверное. Вон, как лупят по ним.
- Лучше следи когда рубеж пересекут.
- Я и слежу. Подходят. Внимание... - Михалыч поднял руку.
Немного подождав, резко бросил её вниз.
- Давай! - гаркнул в трубку Сергей.
С небольшим опозданием услышал приглушённое «Огонь!», а чуть позже вой мин и недалёкие разрывы.
- Есть попадание! - заорал Агапов, поворачивая сияющее лицо. - Накрыли голубчиков.
Потеснив заместителя, посмотрел в буссоль. Всё в дыму и поднятой пыли. Ни черта не видать. Ага, вон там, кажется, что-то горит. Бронетранспортёр? Точно. Невдалеке другой, заваленный набок. Ещё танк без башни. Та улетела метров на тридцать и валяется на люках. Отлично! Задали жару америкосам. Ну что, дальше полезут или уже откатятся?
Из дыма вынырнули стволы пушек и металлические коробки уцелевших танков. Продолжают, значит. Ну-ну. Давайте, бравые вояки дядюшки Сэма, идите сюда. Ещё не все гостинцы вам раздали.
- Михалыч, наблюдай! - Булгаков снова метнулся к телефону. - Молодец, капитан! Пощипали пиндосов. Наводи на второй рубеж.
- Наводим, наводим, не переживай.
Бой был в полном разгаре. Били орудия, стрекотали пулемёты. Вдоль траншей то и дело вырастали кусты взрывов. Не успевал опасть один, как тут же вспухал другой, взметая к небу куски земли.
Заметив, что Агапов поднял руку, Сергей торопливо заговорил:
- Капитан, ты готов? Скоро начинать.
- Готов, майор. Командуй парадом.
Заместитель махнул, и Булгаков опять проорал «Давай!»
На этот раз ухнуло заметно ближе. С перекрытия посыпалась бетонная крошка.
- Есть! Попали, командир! - не смог сдержать радость Михалыч.
Конечно попали. Столько пристреливались по этим рубежам. Вслепую можно палить, не промахнёшься.
Ну, если они и теперь не отвернут, придётся пожечь всех до единого.
Вообще-то америкосы не дураки, напролом не лезут. Если встретят упорное сопротивление, лучше оттянутся назад, чтобы ещё раз обработать вражеские укрепления авиацией и артиллерией. Пока всю оборону не перепашут, атаковать не начнут.
- Товарищ майор, вас комбат, - позвал связист.
Пришлось оторваться от буссоли, взяв трубку.
- Писатель слушает.
- На тебя сейчас дроны налетят. И спутники в зону видимости входят. Маскируйся.
- Понял, Тринадцатый.
У комбата позывной ничуть не лучше взводных. Просто потому, что командует он третьим батальоном первого полка Национальной Гвардии. Не повезло? Как сказать. Самый боевой и самый подготовленный полк. Здесь много ветеранов. Не даром его прозвали «неубиваемым».
- Михалыч, давай три зелёных!
Это значит выпустить тройную зелёную ракету. Сигнал инженерам на постановку дымовой завесы.
Схватив со стола ракетницу, Агапов бросился к выходу, а Сергей приник к буссоли. Надо успеть оценить обстановку, пока всё вокруг не заволокло белесым дымом.
 все сообщения
МайорДата: Среда, 17.08.2016, 21:34 | Сообщение # 10
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

В это время года закат на реке особенно красив. Августовская жара заставляет полыхать угасающее небо мягким заревом, исполосованным редкими растянутыми в длину облаками. Они почти не двигаются в безветрии, позволяя насладиться сказочным зрелищем. А отражение в воде усиливает этот эффект, делая его ещё более завораживающим.
Илья с Викой неторопливо брели по набережной, прижимаясь друг к другу. Островки света выхватывали из полумрака их обнявшиеся фигуры, когда парень с девушкой проходили под фонарями. Время от времени им навстречу попадались другие пары, такие же припозднившиеся влюблённые, реже - подвыпившие компании.
Никто не цеплялся. Внушительный вид Ильи в спортивных штанах и обтягивающей футболке отпугивал даже самых ярых пьянчуг. Была в нём какая-то хищная грация. Достаточно взглянуть разок, чтобы понять — с этим человеком лучше не связываться.
Рядом с ним Вика чувствовала себя совершенно беззаботно. Какое-то новое ощущение. До этого ей, большую часть жизни предоставленной самой себе, приходилось постоянно быть настороже. И вот, наконец, можно расслабиться, хоть в мимолётные часы нечастых свиданий, и плыть, отдавшись на волю волн. Непривычно, ясное дело, но Вике это нравилось. Только теперь поняла, как приятно, когда рядом есть кто-то, на кого всецело можешь положиться. Отец не в счёт. Он другой, и чувства к нему другие. А вот Илюша...
- «...На заре ты её не буди. На заре она сладко так спит...» - неожиданно продекламировал Орлов, любуясь пламенеющим закатом.
- Ого! - Вика подняла на него удивлённый взгляд. - Да ты у меня романтик. Откуда столь глубокие познания в поэзии? Много читал?
- Да так, - засмущался Илья. - Попадалось кое-что. Само вдруг всплыло. Целиком стих не помню. Даже поэта не назову.
- Эх ты, - засмеялась девушка. - Романтик-недоучка.
- Военным эти розовые сопли ни к чему.
- Тогда зачем читал?
- Говорю же, не специально.
- Ага, случайно книгу нашёл, случайно загрузил и случайно прочёл.
Насупившийся было, Илья вдруг улыбнулся:
- Ох, и тяжко мне придётся с тобой, Викуля. Всё-то ты у меня знаешь, во всём разбираешься.
- А что, жениться хочешь?
- Почему бы и нет?
Вика притворно вздохнула:
- Ну, нет, так нет.
И вывернулась из-под руки опешившего кавалера. Не выдержала, прыснула, убегая.
- Ах, так! - тоже в шутку прорычал он и принялся догонять.
Они носились вокруг столбов, хохоча и подзадоривая друг друга. Наконец, Илья изловчился и поймал свою красавицу, заключив её в крепкие объятия.
- Не выпущу, пока не согласишься выйти за меня замуж.
- А я потерплю, - часто дыша, ответила Вика, безуспешно пытаясь освободиться. - Мне, может, приятно.
Их губы сомкнулись в долгом поцелуе. Оба сопели, не успев отдышаться.
Когда прервались, чтобы глотнуть воздуха, Илья огляделся. Заметив скамейку неподалёку, кивнул на неё:
- Присядем?
- Давай, а то ноги уже гудят.
Вику он усадил на колени. Прижал к себе. Одной рукой обнял за талию, другой залез под юбку.
- Эй, Орлов, ты что делаешь?
- Грею тебе ноги.
- Они вообще-то не замёрзли.
- И не замёрзнут, раз я грею.
- Какой наглый, самоуверенный у меня жених. - Она потрепала его коротко стриженые волосы.
- В переводе с гражданского, насколько я знаю, это значит смелый и целеустремлённый, - не моргнув глазом, заявил Илья.
- А ещё хитрый и изворотливый, как змей, - добавила Вика, смешно наморщив носик.
- Для военных это наивысшая похвала. Благодарю, сударыня.
- Идите в баню, сударь... Ой!
Девушка обернулась на непонятные звуки.
Немного дальше от света, на соседней скамье, сидели в обнимку два парня. Они увлечённо целовались, никого не замечая вокруг, и, не стесняясь, страстно ласкали друг друга в самых интимных местах. Ещё немного, и штаны снимут. В сравнении с ними Вика с Ильёй выглядели гарантами целомудрия.
- Давай уйдём отсюда, - зашептала девушка.
- Зачем? Они даже не смотрят на нас. Видишь, как увлечены собой.
Решительно поднявшись, Вика потянула его за руку.
- Пошли, говорю!
- В чём дело? Не хочешь мешать чужому счастью? - весело поинтересовался Илья, стараясь поспеть за торопливо шагающей подругой.
- Терпеть не могу этих гомиков.
- Эй, где твоя толерантность? Каждый человек имеет право жить так, как ему вздумается. На то у нас и демократия.
- А если кто захочет убивать? Ему тоже можно?
- Не утрируй. Это запрещено законом. А любить другого никому не возбраняется. Просто некоторые предпочитают однополые отношения и следуют своему выбору.
- Социальной рекламе они следуют. По телику и в сети каждый день эти дебильные ролики вижу. Надоели уже. Словно навязывают их нам. Вот у вас в армии с этим как, нормально?
- В плане чего? - Илья даже остановился, слегка опешив.
- Гомики есть?
- Конечно. Как и везде. Некоторые даже семьями живут, на квартирах...
- Это, по-твоему, нормально?
- Ну... - Орлов растерянно провёл широкой ладонью по волосам.
Язык не поворачивался назвать такую ситуацию нормальной. Достали уже истерики некоторых любвеобильных солдат. Ревнуют на ровном месте, даже к нему, хотя никаких поводов он им не давал. Кое-кто, похоже, неравно дышит к статному сержанту с фигурой атлета. Хотя сам Илья вовсе не мнил себя красавчиком.
Странно. До сегодняшнего дня почему-то не особо задумывался над этим. Считал, что всё в порядке вещей. Хватало и других проблем. Силы Самообороны, к примеру, оказались укомплектованы всяким отребьем. Один солдат сам откровенно признавался:
- Меня бы посадили, начальник, не пойди я служить. Сгребли в полицию за кражу, а там чувак из комендатуры сидит. Он мне: или в самую хреновую зону тебя засунут, или записывайся в армию. Пришлось записаться. А куда денешься. Ну, отвезли меня на вокзал, где вместе с ещё двадцатью такими же уголовничками сунули в поезд, который доставил нас в тренировочный лагерь. Мы там полгода пробыли. Только вот что я скажу тебе, начальник. Никакой подготовки у нас не было. Марш-броски по полигону да и только. Что говорить, если одеял и матрасов на всех не хватало. В палатках ночью дубак страшенный. Воду и продукты с перебоями возили. Уж лучше бы я на зоне кантовался. Там хоть условия человеческие. Так что ты от нас многого не требуй. Не потому, что мы вредные какие. Просто не умеем. Не учили нас...
Вот вам и армейская элита, блин. Сплошные неумёхи.
- Чего замолчал? - настаивала на ответе Вика, уперев руки в бока. - Опять скажешь, что я не права?
- Скажу, что ты у меня самая красивая. - Илья притянул её к себе.
Девушка недолго поупиралась для вида, после чего позволила прижаться и найти её губы. Когда руки парня опустились непозволительно низко, Вика шлёпнула его по плечу.
- Ещё раз позволишь себе такое, будешь валяться. Понял?
- Понял, понял, моя сладкая. - Он поднял руки.
Вика тут же схватила их и вернула себе на талию, снова впившись в губы Ильи.
Вот и пойми их, женщин. Говорят одно, а делают совершенно другое.
 все сообщения
МайорДата: Суббота, 20.08.2016, 20:37 | Сообщение # 11
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

Министр обороны смотрел на моложавого полковника, чьё изображение возникло в углу большого экрана с наглядной информацией об изменении обстановки на фронтах. Сколько их нынче, молодых да ранних? Почти весь Генеральный штаб. О войне только понаслышке знают. Мелкие стычки на границе опыта не прибавят. Справятся ли?..
- На северо-западном и юго-западном направлениях все атаки отбиты. Противник, понеся большие потери в живой силе и технике, отступил на ранее занимаемые позиции, - сухо, по-военному докладывал полковник. - Однако в центре неприятельским войскам удалось прорвать нашу оборону в районе Уфы, охватив город с юга и севера. Глубина клиньев составила порядка пятидесяти километров. Фланговыми контрударами прорыв удалось ликвидировать в кратчайшие сроки. На данный момент, чтобы избежать окружения, противник спешно отходит, намереваясь как можно скорее вернуться на свою территорию.
Обстановку прекрасно видно и на тактическом экране. Синие и красные стрелки движения войск, мигающие огоньки ожесточённых боёв, маленькие фигурки ракет в местах интенсивных бомбардировок. А ведь ещё вчера всё было спокойно, если не обращать внимания на мелкие провокации. Перепёлкин предупреждал, что после каждого боестолкновения МИД получает ноты протеста о «грубом нарушении перемирия». Оправдываться глупо, тем более обвинять в том же самом другую сторону. Они заранее назначили виноватых. Оставалось дождаться, когда нападут по-настоящему.
Нет, не сегодня. Это лишь проба сил, разведка боем. Иначе бы ракеты полетели и на Уфу, и на Екатеринбург, и ещё на многие вольные города, не говоря уже о воинских частях, аэродромах и штабах. К тому же начальная фаза произведённых атак странным образом совпадала по времени с максимальным числом иностранных спутников-шпионов над Сибирью и Уралом. Именно поэтому Кравцов дал команду не использовать средства ПВО. Приберёг для более суровых времён.
- Какова обстановка в районах прорыва? - спросил он полковника.
- Идут позиционные бои. Свежие части в прорыв не входят, но и нам продвигаться не дают. Противник интенсивно использует авиацию, танки, ракетные и артиллерийские удары.
Понятно. Делают всё, чтобы держать коридоры открытыми, работая на вывод своих войск из образовавшихся котлов, но и только. Лишнее доказательство тому, что крупномасштабного наступления никто не планировал. Интересно, когда теперь его ждать?
- Товарищ министр, - склонился над ухом адъютант. - Вас Председатель просит.
Глазами он указал на будку с внушительной дверью. Комната с аппаратурой прямой Правительственной связи, совершенно изолированной от внешнего мира и любого вида прослушек.
Когда дверь с шипением закрылась, генерал повернулся к пульту и включил монитор.
- Здравствуйте, Пётр Фёдорович, - усталым голосом поприветствовал Миллер. - Ну, докладывайте.
Он осунулся. Тёмные круги под глазами, набрякшие мешки. Тоже, небось, ночь не спал и весь день на ногах.
Кравцов коротко передал свой разговор с генштабистом.
Председатель побарабанил пальцами по лежащему перед ним документу, закатанному в тонкий пластик.
- Значит, считаете, это всего лишь проверка?
- Нет никаких сомнений, Антон Васильевич. Они серьёзно готовятся к вторжению.
- Ну, надо же, а! - Миллер хлопнул по столу. - Ни чему их жизнь не учит. Вечно приключения на свой зад ищут.
Он откинулся в кресле, повертелся из стороны в сторону, глядя куда-то вбок. Наконец, замер, пристально посмотрев на генерала.
- Когда? - спросил просто, но Кравцов прекрасно понял, поскольку думал о том же.
- Полагаю, не раньше чем через квартал. Мы изрядно потрепали натовцев. Им понадобится подтянуть резервы, пополнить боезапас. На это уйдёт время.
- А потом ударят?
- Ударят, - кивнул министр, проклиная свою уверенность.
Положив руки на стол, Миллер сцепил пальцы.
- И что нам делать?
«Наверняка думает о ядерном чемоданчике», - догадался Кравцов. Последний аргумент, который хоть как-то сдерживал врагов. Теперь, похоже, это их не остановит. А о том, хватит ли решимости у Председателя нажать в нужный момент кнопку, генерал и думать не хотел. Не знал, как сам поступит, окажись на его месте... Нет, ему такая ответственность и даром не нужна. Можно представить, какие чувства испытывает Миллер, и понять его, если ядерные грибы так и не вырастут, несмотря на то, что Россию окончательно растопчут сапоги захватчиков.
- У нас одна единственная надежда, - вздохнул генерал. - Замысел врага могут сорвать лишь самые активные акции сопротивления на оккупированной территории. Наилучшим сценарием было бы восстание...
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 22.08.2016, 09:17 | Сообщение # 12
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
Глава IV


В подвале старой «хрущёвки», где располагался спортзал, Вика застала Рому Погорельцева, в гордом одиночестве мутузившего изрядно потрёпанную грушу. Та судорожно дёргалась, раскачиваясь и жалобно позвякивая цепью, на которой висела. По пустому помещению разгуливало гулкое эхо хлёстких ударов широкоплечего Романа.
Заслышав шаги, он обернулся.
- Сегодня ты совсем уж поздно, - сказал с недовольным видом вместо приветствия.
Взял со скамейки полотенце и принялся вытирать вспотевшее лицо и мокрые, коротко стриженые волосы цвета непроглядной ночи.
- Привет. - Вика решила остаться вежливой, не уподобляясь ворчливому товарищу. Настроение слишком хорошее после свидания с Ильёй. Зачем его портить? - А где все?
- В Караганде. Вообще-то у народа полно хлопот в отличие от некоторых.
- Ромочка, ты же прекрасно знаешь, где я была и что делала.
- В том-то и штука, что знаю, - зло процедил Погорельцев, и его чёрные брови сошлись на переносице.
- Неужели ревнуешь? - игриво спросила девушка.
Сев на скамейку, она закинула ногу на ногу, беззаботно покачивая наполовину снятой туфелькой. Рома бросил хмурый взгляд на её голые колени. Отшвырнул полотенце и снова подошёл к свисающей с потолка груше.
- Что-нибудь узнала от своего ухажёра? - спросил, принимая стойку, и тут же нанёс молниеносный удар, заставив многострадальный снаряд прогнуться и задрожать.
Силён, точно бык. Удивляло, почему груши в зале до сих пор не изорваны в клочья. Правда, их уже чинили по нескольку раз. Да-да, именно после Роминых тренировок.
- В конце месяца часть, в которой служит Илья, перебрасывают на Урал, под Екатеринбург.
- Зачем?
- Сказали «для проведения антитеррористической операции». Конкретнее никто не распространялся.
- Может, он просто не договаривает? – Погорельцев продолжал вонзать кулаки в потёртую кожу.
- С чего бы? Подозреваю, там даже офицеры не всё знают.
- Вот и проверь хорошенько.
Завершив серию ударов эффектным хуком, Рома остановил трясущуюся грушу. Повернулся к девушке. Не глядя на неё, презрительно проговорил, стягивая перчатки:
- Приласкай Орлова своего, затащи в постель. Ты ведь женщина. Не мне тебя учить.
Вика вспыхнула, но продолжала сидеть, как пришибленная, не зная чем ответить. Поразил Ромкин цинизм. И это её товарищ, верный друг, всегда готовый протянуть руку помощи. Давно ли он стал таким? Когда изменился настолько, что перестал походить на себя прежнего?
- Впрочем, толку от сержантика твоего, - как ни в чём не бывало, продолжал разглагольствовать Рома. – Вот если бы ты под офицера легла. А лучше под натовского генерала…
Резко подскочив, она влепила ему звонкую пощёчину.
- Сволочь! - процедила сквозь зубы. - Да как ты можешь!..
Побежала к выходу, чувствуя, что вот-вот расплачется. Не хотела, чтобы Ромка видел её слёзы. Ведь именно этого и добивался, подлец. Надо же придумать такое!
Она чувствовала себя избитой, хотя он и пальцем её не тронул. Зато словами буквально размазал по стенке. Не ждала от него. Тем сильнее болела нанесённая им рана. Хотелось выть в полный голос, но Вика сдерживалась. Не могла себе этого позволить. Шла, не разбирая дороги, да судорожно всхлипывала, закусив губу.
А в подвале Погорельцев ещё долго стоял столбом, бездумно потирая щёку. Получил, что называется, по сусалам. И от кого — от любимой девушки! Сколько её обихаживал, берёг, тренировал... Лишь о любви ни слова не говорил. Боялся услышать отказ. Это равносильно плевку в лицо или всё той же пощёчине.
Тишину подвала разрезал отчаянный вопль. С размаху Роман кинул перчатки на пол. Распинал их по углам. Нервно заходил по залу.
Докатился, вашу мать! Оскорбил родного человека, ближе которого, пожалуй, никого и нет. О чём только думал, идиот проклятый?
«Ревнуешь?» - спросила она шутливо, даже не догадываясь, что попала в самую точку.
Да, чёрт побери! Тысячу раз да! Ревность впереди него бежит, заставляя терять голову и сходить с ума. О, этот счастливчик Орлов. Откуда он вообще взялся? Враг, эсэсовец хренов. Ну никак не мог он, даже чисто теоретически, претендовать на место её избранника. В сопротивлении на врагов табу по умолчанию. Играть роль - ещё куда ни шло. Сначала Погорельцев так и думал, давая задание использовать ухажёра в качестве источника информации. Но потом разглядел. Разве сыграешь такие чувства? Нет, Вика втюрилась по самые уши. Вот в чём штука. По-настоящему и всерьёз.
Это пугало и одновременно приводило в бешенство. Что теперь делать с девчонкой? Не убивать же её, в конце концов.
«Если ты действительно в кого-то влюблён, то сделаешь всё, чтобы этот человек был счастлив. Пусть даже не с тобой», - вспомнились вдруг слова матери, когда объясняла, почему не боролась за отца, много лет назад бросившего их ради другой женщины. Она попросту отпустила его. Ещё и с Ромкой позволила встречаться. Отец ни один день рождения не пропустил, да и так захаживал, пока не помер два года назад. А на похоронах мать лила слёзы в обнимку с его второй женой. Интересная штука получается.
Спасибо, мамочка. Только ситуация немного не та. Любимая девушка собирается переметнуться в стан врага. Отпускать её нельзя ни в коем случае. Правда, после сегодняшнего разговора всё может пойти наперекосяк.
Ладно, набедокурил, чего уж там. И без того понятно, что надо срочно спасать ситуацию. Но как? Ох, сложная эта штука, бабские слёзы.
Думай, Рома, думай. Должен быть выход.
Если Вику не отпускать, то... Почему бы не перетянуть на свою сторону её ухажёра? Парень-то, судя по Викиным словам, вполне адекватный. Должен понять, где друзья, а где враги. Опять же Вика, если что, подскажет правильный выбор.
Ага, для начала надо бы её догнать. Упасть на колени и, валяясь в пыли, вымолить прощение. Дальше действовать по обстановке.
Погорельцев сорвался с места. Схватил навесной замок от спортзала и побежал к дверям, на ходу выключая свет.
 все сообщения
МайорДата: Пятница, 26.08.2016, 10:33 | Сообщение # 13
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

- Вы должны стать глазами для авиации, а также для оставшихся в тылу ракетных и артиллерийских установок, - переводил Орлов наставления американского майора.
Благо, языками владел, как никто другой. Потому и приставили переводчиком к этому напыщенному индюку, преподавателю на курсах подготовки корректировщиков огня.
- Запомните, сосунки: у вас в руках будет чертовски дорогостоящее оборудование, созданное по новейшим технологиям. Плод стараний величайших умов планеты и труда сотен людей. Я уже не говорю о разного рода секретах, содержащихся в блоках связи, пеленга и целеуказания. Что это значит?.. - Американец обвёл притихшую аудиторию скучающим взглядом. Не получив ответа, равнодушно продолжил: – Правильно. Работать с ними надо бережно, со знанием дела, неукоснительно соблюдая все наставления и соответствующие инструкции.
По всему видать – ему это не интересно. Говорит презрительно, через губу. Словно перед ним не солдаты сидят, а племя питекантропов, с которыми бесполезно делиться какими бы то ни было знаниями. Один чёрт им это не пригодится. Разве могут какие-то дикари работать на сложнейшей натовской аппаратуре? Мозгов не хватит. Либо сами сломают уникальный прибор, либо к противнику вместе с ним угодят. Ещё, чего доброго, на своих же огонь вызовут. И плакало тогда всё тщательно спланированное наступление. А что оно не за горами, ясно и так. Уж слишком рьяно взялись за дело иностранные инструкторы, буквально за считанные дни наводнившие базу СС. И подготовка ведётся по ускоренной программе в отличие от учебки.
- До кого не дошло по его скудоумию, можете задавать вопросы.
Первую, оскорбительную часть фразы Илья проигнорировал. Перевёл только последнее слово. Получилось чересчур коротко, что не могло не вызвать подозрений американца. Он прожёг Орлова недовольным взглядом, однако смолчал. Тем более, в этот момент поднял руку Сиволобов:
- Разрешите? У меня вопрос.
Инструктор оскалился в злорадной усмешке и снисходительно кивнул.
Игорь встал, заложив руки за спину, как положено по уставу, и чётко произнёс:
- Рядовой Сиволобов. Первый взвод пятой роты. Скажите, господин майор, если моя аппаратура будет повреждена в бою, а рядом окажется другой убитый корректировщик, но с уцелевшим аппаратом, смогу ли я воспользоваться его аппаратурой?
Во загнул. Пришлось потрудиться, чтобы подобрать понятные инструктору слова. У того, пока слушал, удивлённо вытягивалось лицо.
- But... for what? - в недоумении развёл он руками.
Дёрнул же чёрт этого выскочку вопросы свои задавать. Мало того, что порадовал майора, по недомыслию признав себя «скудоумным», так ещё и в ступор его ввёл. Ох, аукнется Орлову эта идея - отправить сюда Сиволобова.
Впрочем, другие кандидаты ему и в подмётки не годились. В компьютерной технике и всяких там гаджетах, равно как в их программном обеспечении, он разбирался не хуже самых продвинутых админов. Будучи студентом, никогда не отказывал себе в искушении взломать какую-нибудь «интересную базу данных». На чём и погорел в итоге. «Я же говорил, что слишком любознательный», - пожимал плечами. Поэтому, когда в роту пришёл приказ выделить по солдату от каждого взвода на курсы подготовки корректировщиков, Илья без колебаний выбрал «Студента».
М-да, не пожалеть бы теперь...
- Господин майор спрашивает: зачем тебе это? - перевёл Орлов.
- Как зачем? - неподдельно удивился Игорь. - С испорченным прибором я бесполезен. Уцелевший прибор с мёртвым корректировщиком - тоже. Лучше ведь, если хоть один работает, чем оба молчат.
Сообразительный подлец. Ну, что скажете, господин майор?
- Бессмысленно, - почему-то нахмурился американец. - У каждого пользователя свой индивидуальный доступ, с которым он может работать лишь на собственной аппаратуре. Для кого-то другого это просто металлическая коробка с экраном, платами и проводами.
- Но это же глупо! - воскликнул рядовой, чем заработал укоризненный взгляд не только майора, но и своего сержанта. Сразу снизил тон, пояснив: - Покрытие же уменьшено. А так хотя бы половину охватить сможем.
Инструктор хмурился всё сильнее.
- Слишком умный — тоже плохо, - пробурчал, недовольно глянув на Орлова.
- Разрешите закончить занятия? – немедленно подобрался тот, чувствуя, что дело пахнет керосином.
Тем более, учебный час на исходе.
- Заканчивайте, - махнул рукой американец и под команду «смирно», сопровождаемую грохотом отодвигаемых стульев, направился к выходу, забыв даже сказать «rest, dismissed».
Пришлось Илье делать это без него:
- Вольно. Свободны... Сиволобов, ко мне.
Подождав, пока последний из группы корректировщиков покинет класс, повернулся к Игорю.
- Что за фокусы, рядовой?
- Какие фокусы, господин сержант?
- Вас направили сюда для изучения специальности, а не за тем, чтобы задавать тупые вопросы.
- Почему тупые? - надул губы «Студент».
- Потому что спрашивают как раз те, кто не понял инструктора. Проще говоря, глупцы. Майор, кстати, так и сказал. Я просто не перевёл. Делайте выводы, рядовой.
- Разве можно чему-то научиться, не спрашивая? - набычился Игорь, упрямо склонив голову.
- Отставить разговоры! Впредь только слушайте, усваивая материал. Это понятно?
- Так точно, господин сержант! - подтянулся солдат.
Уже лучше. Видна выправка. Полгода не прошли даром. Возможно, скоро поумнеет. А то по сей день где-то в облаках парит, хоть и не скажешь, что совсем дурак. Просто жизни не знает.
Орлов приблизился вплотную. Тихо, едва не касаясь оттопыренного уха, проговорил:
- Учись держать язык за зубами, Игорёк. Подведёшь и себя, и меня.
- Есть учиться! - выкрикнул «Студент». - Разрешите идти?
- Идите.
Глядя ему вслед, в очередной раз подумал, не зря ли направил этого умника в корректировщики. Правда, стрелок из него всё одно никакой. Пусть лучше свои хакерские способности на практике применяет. Хоть какая-то польза.
 все сообщения
МайорДата: Понедельник, 29.08.2016, 06:29 | Сообщение # 14
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
* * *

Свободные от службы солдаты собрались в просторном блиндаже, у растопленной печки. Её железные бока источали тепло. У основания круглой трубы, уходящей в бетонные плиты перекрытия, курился паром чей-то наполненный водой котелок. Все пили чай, молча слушая поющего под гитару «Батю».
Он приехал вчера, как только стемнело, а натовцы угомонились, перестав, наконец, атаковать и обстреливать русские позиции. Рабочий день, видать, закончился. Отправились на боковую. Не то профсоюз потребует оплатить переработку или ночные в двойном размере. У них с этим строго. Демократия, блин. Права трудящихся ни в коем случае нарушать нельзя, даже во время боевых действий. Засудят, не дай бог.
Зато теперь Булгаков мог спокойно заняться ранеными, подсчитать потери и начать восстанавливать разрушенные укрепления.
«Батю» в его чёрной монашеской рясе, поверх которой он всегда носил бронежилет, когда появлялся на передовой, ждали с нетерпением. Духовника батальона, известного как схимонах Валериан, заботила не только духовная пища. Сейчас, к примеру, он привёз боеприпасы и полевую кухню с горячим супом и водой. Целые сутки рота на сухом пайке. Макароны с тушёнкой давно закончились. Ели, что придётся - чаще хлеб с кефиром.
- Привет, кормилец! - радостно приветствовал его Булгаков, пожимая широкую ладонь.
Монах, надо сказать, выглядел внушительно. Высокий, широкоплечий, с чёрной окладистой бородой и пронзительным взглядом. Добавить сюда большой десантный нож на поясе, соседствующий с монашескими чётками, да торчащий из-за плеча ствол автомата, получится вылитый Пересвет на современный манер.
- Я-то что, - отвечал он скромно, кивая на повара с водителем: - Вон кого благодари.
Накормив солдат, «Батя» пускался в общение со «святым воинством». Люди тянулись к нему, находя слова поддержки. Но главным оружием Валериана, без сомнения, была гитара. Она буквально звенела в его руках, напоминая чем-то колокольный благовест. Ей вторил приятный басок, щедро приправленный характерной хрипотцой:
Идёт охота на волков, идёт охота
На серых хищников, матёрых и щенков.
Кричат загонщики и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков...
А ведь сегодня утром он тоже мог пролить свою кровь. На переговоры ходил. Американцы связались по рации, попросив прислать парламентёра. Хотели договориться забрать с поля боя тела. Там, возможно, ещё и раненые оставались. Булгаков опасался, что переговорщика захватят в плен в качестве «языка» или заложника. Коварство американцев давно известно. Вот «Батя» и вызвался:
- Монах им без надобности. Если придётся, могу и дурачком прикинуться.
- Когда тебе сыворотку правды вколют, сам не заметишь, как всё выболтаешь, - возразил Сергей.
Но Валериан уже скинул бронежилет и снимал с пояса нож.
- Я военными секретами не владею, ты же в курсе. Ну, нельзя так вот убитых оставлять. Пусть забирают и земле придадут по-христиански.
Капеллана у натовцев не оказалось. Так «Батя» ещё и отпел покойников, осеняя их православным крестом.
...Гитара бренчит, меняя аккорды. Валериан таинственным полушёпотом начинает новую песню:
Четыре года рыскал в море наш Корсар.
В боях и штормах не поблекло наше знамя.
Мы научились штопать паруса
И затыкать пробоины телами.
За нами гонится эскадра по пятам.
На море штиль и не избегнуть встречи.
Но нам сказал спокойно капитан:
«Ещё не вечер! Ещё не вечер!»
Мелодия всё громче и резче. Темп нарастает, словно барабаны сопровождают наступающие цепи. Голос монаха крепнет:
На нас глядят в бинокли, трубы сотни глаз
И видят нас от дыма злых и серых.
Но никогда им не увидеть нас
Прикованными к вёслам на галерах...
Солдаты перемигиваются, одобрительно кивают. Прям не про какие-то далёкие пиратские времена песня, а о них, героях сегодняшнего дня.
...Неравный бой. Корабль кренится наш.
Спасите наши души человечьи!
Но крикнул капитан: «Не абордаж!
Ещё не вечер! Ещё не вечер!»
Высоцкий удаётся «Бате» лучше всех. Возможно, потому что песни у него удачные. Все слова как пули, бьющие точно в цель. Вроде написаны больше века назад, но и теперь не растеряли своей актуальности. А может, в те времена с Россией тоже творилось что-то неладное?
...Лицо в лицо, ножи в ножи, глаза в глаза.
Чтоб не достаться спрутам или крабам,
Кто с «Кольтом», кто с кинжалом, кто в слезах
Мы покидали тонущий корабль.
Но нет, им не послать его на дно.
Поможет океан, взвалив на плечи.
Ведь океан-то с нами заодно.
И прав был капитан, ещё не вечер!
Крепкие пальцы коротко рубанули по струнам, выбив последний аккорд. Повисла тишина, в которой отчетливо слышалось потрескивание углей в печи.
«Тонущий корабль... - подумал Булгаков. - Как это похоже на нынешнюю Россию. Она тонет, а другого корабля поблизости нет. Перейти на него не получится. Погибнет, или океан её спасёт? Кто он, этот океан? Разве только русский народ. Больше-то спасать некому. Остальные так и норовят пустить этот корабль на дно. Да, пока люди сражаются, пока держат оборону здесь, на линии соприкосновения, надежда ещё живёт...»
Утром Сергея вызвали в штаб. Взяв ротный «Тигр», он посадил Колю Марченко за пулемёт. Сам занял место водителя. К ним в компанию напросился «Батя», которого в штабе ждали какие-то свои дела. Булгаков был не против. Поехали втроём.
Всю дорогу тряслись по разбитой грунтовке. Выезжать на асфальт опасно. Могут обстрелять — снайперы или диверсанты. Слишком активные стали последнее время. Что перед попыткой прорыва, что после.
Николай травил анекдоты, по большей части бородатые, над которыми сам же и смеялся громче всех.
- А вот ещё вспомнил... - начал с энтузиазмом.
Но командир перебил:
- За обстановкой лучше следи, юморист.
- Я и слежу. Обстановка нормальная, Юрьич. Просто замечательная обстановка. Лето, солнышко светит, птички поют...
Ещё долго бы, наверное, балагурил, но в этот момент справа садануло так, что показалось, будто в борт ударил тяжёлый снаряд калибром не меньше ста двадцати миллиметров. Машину подбросило и развернуло. В салоне стало темно, запахло гарью.
- Все целы? - с трудом выдавил Булгаков, чувствуя, что зашиб грудь.
В голове гудит. Рядом надсадно кашляет Марченко. За спиной непонятная возня. Это монах, больше некому. Двери броневика заперты, иначе здесь бы уже посветлело. Похоже, автоматика сработала, врубив герметизацию.
Нащупал автомат. Ага, теперь лючок для стрельбы открыть.
- Осмотреться! Доложить обстановку! - Сам прильнул к перископам.
Слева две убегающие вдаль колеи. «Тигр», похоже, стоит поперёк дороги.
Вдоль обочины тянутся кусты. За ними поле и опушка далёкого леса. Изредка в поле зрения проплывают клочья тёмного дыма. Где-то за машиной горит, а ветром сюда относит.
- Слева чисто! Коля, что у тебя?
- Не вижу из-за дыма, - отозвался Марченко. - Сейчас... Пробую электрику оживить...
Кабину залил мягкий зеленоватый свет.
- Готово, Юрьич. Есть круговой обзор.
- У нас гости, - из кресла кормового стрелка спокойным голосом сообщил «Батя», готовя автомат к стрельбе.
Булгаков уже и без него видел на мониторе подкрадывающихся с тыла четверых солдат в натовской униформе.
- Давай-ка я их срежу. - Николай перехватил джойстик управления башенным пулемётом.
- Отставить! - остановил его Сергей. - Неизвестно, сколько их по кустам затихарилось. Активируй режим «Засада».
Согласно кивнув, Марченко нажал нужные кнопки. Прав командир. Обычно в диверсионной группе у натовцев не меньше десятка солдат. К тому же, неизвестно, какие убойные штуки завалялись в их арсенале.
Лючки бесшумно встали на место. Тихо загудел аппарат регенерации воздуха. Из-под машины повалила чёрная дымовая завеса. Её сразу сдувало, поэтому вражеские солдаты по-прежнему были на виду.
Они осторожно приблизились, водя стволами винтовок по сторонам. Обошли автомобиль, внимательно всматриваясь в прикрытые бронелистами стёкла и запертые двери с люками. Даже ручки подёргали. На этом успокоились, подав своим условный сигнал.
Из кустов на дорогу шагнули ещё пятеро. Подошли вразвалочку, ничего не опасаясь. А дальше...
- Ну, совсем оборзели! - возмутился Марченко, глядя как один из натовцев снимает на смартфон своих товарищей, по-очереди позирующих на фоне покосившегося, окутанного дымом броневика.
Теперь на рукавах солдат отчётливо видны звёздно-полосатые шевроны. У троих над вещмешками закреплены лёгкие РПГ. Не зря Булгаков осторожничал.
- Приготовиться. - Сергей взял автомат на изготовку.
Краем глаза увидел, как то же самое сделал Валериан, а Николай сомкнул пальцы на джойстике, не отнимая второй руки от пульта.
- Две гранаты влево.
Марченко дважды вдавил кнопку. Через мгновение снаружи один за другим прогремели два глухих взрыва.
- Разблокировать!
Лючки открылись. Высунув ствол, Булгаков тут же открыл огонь по мечущимся фигурам. Услышал, как над головой такает пулемёт, а за спиною короткими очередями скупо стреляет монах.
Когда всё стихло, ещё минут пять понаблюдали, не шевельнётся ли где куст, не дрогнет ли ветка. Но вокруг было на удивление спокойно.
В конце концов, Сергей решился:
- Марченко, «Батя», продолжайте наблюдение. Попробую завести движок. Надеюсь, его не сильно повредили.
Сев за руль, запустил диагностику. Так, двигатель цел. Коробка с редуктором тоже. Ходовая? Правая ступица переднего моста вдребезги, полуось разрушена... Понятно. Нет ни правого переднего колеса, ни рулевого управления. Хреново.
Мотор завёлся со второй попытки. Выдвинув дополнительные промежуточные колёса, Булгаков более-менее приподнял и выровнял машину. Попробовал рулить. Хм, с трудом, но получается. Что значит родная техника — никогда не подведёт.
- Ну, с богом! - Включив передачу, кое-как вырулил и медленно поехал по дороге к штабу.
 все сообщения
МайорДата: Вторник, 06.09.2016, 21:07 | Сообщение # 15
подъесаул
Группа: Авторы
Сообщений: 1015
Награды: 9
Статус: Offline
Глава V


Кафе с кричащим названием «Колизей», написанном, естественно, латинским готическим шрифтом, внутри оказалось не очень-то просторным. Узенький зал, имеющий форму сильно вытянутого прямоугольника. Столики в два ряда вдоль стен и вжатая в угол барная стойка с торца. Смахивает на вагон-ресторан. Впрочем, Илье здесь понравилось. Народу немного, ненавязчивый интерьер без особых изысков, тихая, спокойная музыка — всё это создавало уют сродни домашнему. Если кого заел быт и захотелось вдруг развеяться, а шумные места с толпами пьяных горлопанов не прельщают, подобное заведение в самый раз.
Они с Викой заняли дальний столик у бара, сев друг против друга. Сразу подошла официантка, предложив меню. Илья заказал немудрёную закуску из фруктов, мартини для девушки, а себе коньяк. Завтра выходной, увольнительную взял до утра. Можно слегка расслабиться.
- За тебя, - поднял он бокал. - За мою дорогую принцессу.
- За моего верного рыцаря, - засмеялась Вика, чокаясь.
Сделав глоток, Илья взял дольку мандарина. Пока жевал, не сводил с Вики влюблённого взгляда.
- Ты чего? - спросила она с улыбкой.
Орлов сокрушённо вздохнул:
- Господи, как же не хочется уезжать! И почему так устроена жизнь? Только повстречаешь своё счастье, и вдруг приходится с ним расставаться.
Она избегала смотреть ему в глаза. То в бокал уставится, то в сторону. И слишком уж часто косилась на входную дверь за его спиной.
Накрыв горячей ладонью её нервно подрагивающие пальчики, он спросил:
- Викуль, с тобой всё в порядке?
Помолчав, она слабо улыбнулась:
- Ты скоро уедешь.
- Я на службе. Приказ есть приказ.
- Там опасно.
- Не опаснее, чем здесь. Напороться на террористов можно где угодно. Главное при встрече с ними не зевать и не теряться. Кто первый выстрелил, тот и победитель.
- Тогда будь готов к тому, что придётся убивать русских.
- Ну и что, - фыркнул Орлов. - Это же сепары. Враги государства.
- Они уверены, что воюют за Россию, - осторожно возразила Вика.
- Ерунда. Сепаратистская пропаганда. Мы живём в свободной стране, а они в отколовшихся регионах с тоталитарным режимом. Додумались же из Новосибирска столицу сделать. Какая из него столица? Испокон веков ею Москва была. Это наш город, не их. Кто владеет Москвой, у того и Россия.
Кажется, Вика расстроилась. Ох, зря о политике заговорил. Вряд ли девушке интересна подоплёка тех сложных процессов, что происходят сейчас в стране. По всем новостным блогам лишь о том и талдычат. Да ещё господа офицеры подливают масло в огонь, постоянно повторяя: «террористическая угроза с востока», «истребление мирных жителей», «разбазаривание природных богатств», «бряцание оружием»... Все уши прожужжали, буквально впихнув эти набившие оскомину клише в подкорку. Теперь они сами на язык просятся.
Сзади хлопнула входная дверь, загомонили пьяные голоса.
Вика встрепенулась, метнув тревожный взгляд за спину Ильи. Он тоже обернулся.
Между столиками брела весёлая компания из пяти подвыпивших парней в натовском камуфляже. Американцы, судя по шевронам. У всех сержантские нашивки. Не иначе, из обслуги. Техника-то на базе только натовская. Русских к ней и близко не подпускают.
Всей гурьбой новоприбывшие подвалили к стойке.
- Налей-ка нам виски, - громко сказал один из американцев бармену, протиравшему фужер белоснежной салфеткой. - Только не то свинячье пойло, что пьёте вы, русские.
Его приятели пьяно загоготали. Возможно, бармен прекрасно понял английскую речь, но виду не подал. Всё так же невозмутимо тёр фужер, то проверяя на свет чистоту стекла, то вопросительно глядя на новых клиентов, густо облепивших стойку.
- Я говорю, виски налей, - более раздельно повторил американец. - Нормальное виски у тебя есть?
Поставив перед ним фужер, бармен достал ещё четыре таких же и наполнил их коричневатым содержимым из большой квадратной бутылки. Этикетку Илья не разглядел.
- За великую Америку! - провозгласил заводила.
По маленькому кафе пронёсся рёв пяти лужёных глоток, заставив посетителей морщиться. Не стал исключением и Орлов.
- Давай уйдём, - предложил он Вике.
Понимал, что американские солдаты зависнут здесь надолго. А уж об их пьяных дебошах знали практически все жители тех городков, где хоть раз базировались натовцы.
- Не хочу, - мотнула кудрями подруга. - Мне тут нравится. Да и что-то другое искать уже облом.
- А эти? - показал подбородком в сторону бара.
- Они скоро уйдут.
Это вряд ли. Но слово девушки закон. Илья смирился.
Американцы, между тем, начали обниматься и горланить какую-то залихватскую песню. Больше орали, чем пели. Совсем не обращать на них внимания не получалось. Уж больно шумные.
Один слишком раскрасневшийся субъект принялся прыгать под припев, держа товарищей за плечи. Не устоял. Пошатнулся, налетев бедром на спинку Викиного стула. Девушка ойкнула, расплескав мартини.
- Эй, осторожнее, мистер! - крикнул Илья по-английски. - Вы мешаете моей леди!
- О, тоже американец? - удивлённо поднял брови краснорожий.
- Нет... Англичанин, - решил соврать Орлов.
Почувствовал, что назовись он русским, драки не избежать. Натовец на взводе, кулаки чешутся. Остановил его лишь чистейший английский Ильи. Вон, как удивился.
- Джим, - протянул тот руку, нагло упав на свободный стул.
Пришлось пожать и представиться на британский манер:
- Иллайз. Рад знакомству.
- Точно, англичанин! Слишком вычурно говоришь. А дамочка твоя что, из местных шлюшек?
Опасливо покосившись на Вику, Илья встретил её непонимающий взгляд. Американец засмеялся, похлопав Орлова по плечу:
- Не переживай, Ил. Отбивать не буду. Потом, как накувыркаешься, нам отдашь. Титьки у неё хорошие и жо...
Последнее слово Джим проглотил с выбитыми зубами. Грохнулся на пол вместе со стулом. Илья и сам не заметил, как впечатал кулак в эту нагло ухмыляющуюся рожу. Пока собутыльники Джима поворачивались, недоумённо взирая на поверженного товарища, Орлов уже стоял в проходе. Четверым здесь не развернуться. Будут по одному нападать.
Они накинулись. Обозлённые, мстительные. Готовые порвать безумца, посмевшего поднять руку на непобедимых натовских солдат.
Под ноги первому полетел стул. Налётчик запнулся, мгновенно получив удар ногой в челюсть. Клацнув зубами, повалился рядом с приятелем. Второй додумался перескочить через лежащих. В прыжке выбросил ногу, пробуя достать Илью. Чёрта с два у него что вышло. Пить надо меньше. Орлову оказалось достаточно слегка повернуть корпус, подбив голень. Потом обратный мах с шагом вперёд. Короткий тычок в горло, и третий натовец летит на пол.
Теперь их двое. Опрокидывают столы, расширяя проход. Плохо. Могут напасть одновременно.
Вдруг о голову одного разбивается стул. Вика! И чего лезет, ненормальная? Сидела бы тихо в сторонке. Оглушить не оглушила, только разозлив. Пьяному море по колено. Вон, к ней поворачивается. А та сломанную спинку держит перед собой, собираясь ею защищаться. И не поможешь ведь. На Илью самый здоровый прёт. Заводила всей компании. По виду трезвый, будто не пил вовсе. Движения плавные, завораживающие. Этот, похоже, не просто рукопашкой владеет. Он профи.
Первая же атака подтвердила догадку. Воздух гудел у самого лица, когда Илья в последний момент уворачивался от молниеносных ударов. Парочку тумаков по рёбрам всё же пропустил. Чувствительно, хоть и не смертельно. Главное, что дыхалка не сбилась, на что так рассчитывал соперник.
Нырок, отход, снова нырок. Пора бы и ответить.
Изловчившись, провёл удачную связку, вынудив соперника перейти к обороне.
Грамотно ставит защиту, сволочь. Кулаки не достают, всё время натыкаясь на блок. Обозначив обманный в голову, Илья тут же двинул ногой в живот. Ага, достал!
Ненадолго удаётся разорвать дистанцию. Как там Вика? Быстрый взгляд в сторону бара. Девочка до сих пор на ногах. Машет рейками от стула. Те мелькают словно лопасти пропеллера. Ох, не поздоровится американцу. Лишь бы справилась...
Что это? Натовец тянет из-за пояса пистолет. Собирается стрелять? С ума сошёл?
Вика замирает, завороженно глядя на оружие в поднимающейся руке.
Илья бросается вперёд, но путь преграждает громила. Не до него сейчас.
Боевой режим на полную. Качнуть маятник и оказаться за спиной. Пока враг не опомнился, подбить ногу. Обхватить голову и повернуть её вправо. Тут же резко в противоположную сторону. Хруст позвонков. О сопернике можно забыть.
Боясь опоздать, Орлов, не глядя на падающее тело, бросается к стрелку. Тот уже держит Вику на мушке, готовый в любой момент спустить курок. Илья буквально рвёт жилы в отчаянной попытке дотянуться до его руки. Но всё яснее чувствует, что время безнадёжно упущено.
Совсем немного не добежал, услышав хлёсткий выстрел...
 все сообщения
Форум Дружины » Авторский раздел » Тексты Майора » Сила в правде (социальная фантастика)
Страница 1 из 11
Поиск:

Главная · Форум Дружины · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA · Д2
Мини-чат
   
200



Литературный сайт Полки книжного червя

Copyright Дружина © 2017