Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
Страница 1 из 11
Модератор форума: al1618 
Форум Дружины » Авторский раздел » тексты al1618 » Мечты-сбываются! (Попадалово) (ННФ (только для чтения))
Мечты-сбываются! (Попадалово)
al1618Дата: Воскресенье, 12.12.2010, 18:39 | Сообщение # 1
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Страничка на СИ (там другой вариант начала) http://samlib.ru/a/al1618/popadalovo.shtml
обсуждение - тут
http://druzjina.ucoz.ru/forum/61-468-1


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 12.12.2010, 18:44 | Сообщение # 2
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Попадание

Пилот космического корабля на 99,9% - на самом деле является его грузом. Таким же, как новенькие боты-внутрисистемники в трюме, или (что вернее) чушки металла в лихтерах внешней подвески. Это первый и, наверное, самый жестокий урок, который наносит жизнь романтическим мальчикам и девочкам, грезящим оказаться безраздельными повелителями сильной и умной машины, которая понесет их от звезды к звезде.
Вот именно, что «понесет»… Нет, ты, конечно, ее повелитель и властелин. Вот только в 90% случаев ты ей только мешаешь, и меньше чем в 3% - можешь быть полезен. И ничего поделать с этим нельзя – корабль, он создан для космоса, это его среда, его жизнь. А ты, со своими миллионами поколений предков, выросших внизу гравитационного колодца планеты, с рефлексами, слишком медленными для космических скоростей, и органами чувств, вообще не предназначенными для того, чтобы осознать хоть мизер из происходящего вокруг… Эх, и куда ж тебя несет, Хомо?
Несет и ладно, над «романтическими» мечтами принято смеяться, изображая из себя взрослых и циничных - несет, ну и пусть несет. И тащит заодно 95% веса, предназначенного сугубо для обеспечения выживаемости своей хрупкой начинки. Страшно представить, все кубические километры дальнего рейдера вокруг тебя - без тебя превратились бы махонькую яхточку автоматического зонда, которые сотнями тысяч разбрасывает во все стороны не в меру шустрая цивилизация, с шилом в одном месте.
Вот кто настоящий житель этих просторов. Они могут тысячи лет путешествовать между звезд , а точнее - от системы к системе. Передавая бесценные сведения материнской цивилизации, возможно уже давно вернувшейся назад на деревья, и сотни раз воссоздавая себя.
Из чего, спросите? Космос при всей его чужеродности весьма щедр, в нем есть ВСЕ, но – не для человека. Сверхчистые (по сравнению с теми окислами, что только и найдешь на дне атмосферы) металлы, россыпи того, что внизу не встречается ВООБЩЕ, уникальные условия производства, точнее - условия могут быть просто ЛЮБЫЕ, здесь очень мало факторов, которые так мешают внизу.
Но все это не главное, Человеку - нужны планеты. Впрочем, и от того, что сверху, он не откажется. Зачем же загаживать собственный дом, с мясом вырывая у планеты то, что может просто упасть с неба?
Вообще-то , спроси кого «Зачем? Зачем вся эта возня? Что вам не сидится внизу – на всем готовом?», редко кто и ответит. И в большинстве случаев будет нести невообразимую ересь. Просто это стремление - древнее человека, еще первые амебы пытались разойтись как можно шире, чтобы всем разом не попасть под тапок. Чем больше мест для жизни освоено – тем больший нужен тапок, выживание – это рефлекс, а не разум.
Вот и идут вслед за мелкими разведчиками громады левиафанов - дальних рейдеров, неся внутри своих мегатонн массы покоя хрупкую человеческую жизнь – одну ЕДИНСТВЕННУЮ. Того самого романтика, кто смог пережить крах прежней мечты и на руинах возвести новый воздушный замок. Пусть ты властелин машины и ее балласт одновременно, но без тебя все это - все равно теряет смысл. Потому, что без твой тушки - никогда не доберется до найденной разведчиком системы еще более чудовищная туша исследовательского корабля, несущего в себе полноценный «зародыш» технической цивилизации – автоматический космический завод и несколько десятков таких же психов, названных «исследовательской миссией».
И все это, чтоб после положительного заключения и десятка лет их работы в этой системе наконец появился нормальный Навигационный Системный Маяк (почему с большой буквы? А у этой железки мозгов больше, чем у населения столичной планеты, вместе со всей ее промышленностью – если, конечно, такого же НаСиМа при этом не учитывать). И тогда на эту планетку в легких шатлах смогут прилететь те, кто захочет растить на ней детей. Или (что бесконечно вероятней) желающие отдохнуть под каким-нибудь необычным небом и вырваться хотя бы на несколько дней из рутины повседневной жизни, так сказать - «встать на четвереньки и убежать в лес». Гора родила мышь…
Если же положительного заключения не будет, НаСиМа будет строить терпеливая автоматика (сам себя, по сути), без всякой человеческой помощи и втрое дольше - новая «точка» на крохотном пятнышке «цивилизованной» части галактики все равно нужна. Да и не для того ведь потрачено столько сил, времени, а то и жизней - чтобы просто взять и уйти.
Впечатление такое, что флот дальней разведки, неся тяжелые потери и преодолевая немыслимые трудности, пытается обеспечить каждого «своей собственной» планетой. Дурь-то какая, кто захочет жить один даже в доме, не говоря о целой планете?
Но - несут сквозь необозримые бездны совершеннейшие машины совсем не совершенную безмозглую протоплазму, не способную противиться желанию давно вымерших амеб, старавшихся расползтись как можно шире…
Ну что с этим делать, зудит у некоторых личностей в одном месте – приключения им подавай. Хотя все эти романтики, как только дело доходит до старта, вдруг с ужасом понимают – мечты имеют подлое свойство сбываться. И летят ко всем богам, которые только помнит профессиональная память, искренние мольбы – «Дайте нам только рутину, рутину и ничего кроме рутины…». Да вот глуховаты боги или тормоза знатные…
А если с расположением богов не очень повезло, и романтика все же началась - надежда остается только на мегатонны разумного железа, призванного сохранить, развлечь, а главное – доставить на место тушку. Например, мою – Пушинка… Нет – у меня, конечно, есть имя, и его вполне можно произнести. Но вы же всерьез не считаете, что вся Вселенная говорит на… (Вы, кстати, на каком языке это читаете, а?).
Хотя, если вы свободно говорите на китайском и немецком, без акцента, а также в состоянии подражать волчьему вою так, чтобы они вас принимали за своего – не исключено, что даже сможете его повторить без ошибок. У всех остальных – наверняка выйдет что-нибудь смешное. Правда странно – в моей семье даже дети племянниц его говорят почти правильно. Так что прозвище – ничем не хуже, оно домашнее и сетевое, а сейчас не до официоза.
Что можно еще сказать? Рост средний, вес средний, интеллект… хм, ну в дальнюю разведку другие не попадают, возраст сре… Ээээ, ну скажем так – достаточно юный, чтобы желание иметь детей еще не выбило остатки мозгов вместе с романтикой. Азартность и рисковость – скорее понижена. Азартные и рисковые – первые четыреста рядов на кладбище флота (там ряд присваивают от налета). Осторожные, впрочем – тоже там, просто по другой причине.
Характер – кошка, она кошка и есть (а вот как хотите, так и понимайте). Глаза – зеленые, масть – русо-рыжая. Особых примет, как фигуры и прочего - сейчас не видно, сложно все это рассмотреть в скафандре высшей защиты.
Да, пока есть пара секунд до выпадения в «нормальное пространство» - пожалуй, все же объясню, почему такое «сокровище» одно в железной банке за… а вот тут вам даже центральный процессор этого не скажет.
Хотя – могли бы и сами догадаться, два однополых существа, запертых в железной бочке хотя бы на шесть-восемь месяцев, с высокой вероятностью друг друга просто поубивают, как бы ни старались психологи. Разве что близнецы – но это скорее один человек. А полеты могут и годами длиться, это как карта ляжет.
Отправлять в полет семейные (или просто разнополые) пары – так корабль совсем не лучшее место для детей. А снабжать дальние рейдеры полноценным экипажем… Автоматические разведчики списываются с баланса в момент старта. Если ему удастся вернуться (бывают же чудеса), то примут назад - как «спасенное имущество». Рейдеры, понятно, не списывают, вот только провожают – каждый раз как в последний, а бывает, что и не «как», вот так вот.
Один, говорите, свихнется на четвертый-шестой месяц? Ну, во-первых, он там не один – корабль прекрасный собеседник, когда надо – говорит, когда надо – затыкается. Во-вторых, в дальний поиск идут все же несколько специфические люди (скажем так), они даже в рейде не перед кем не отчитываются, вместо них регулярно докладывает корабль. Разве что вдруг с начальством поболтать захочется. Сам рейдер, как ни забавно, проходит не как корабль флота, а как «служебное жилье», и этим все сказано. Ну и в третьих, четвертых и сотых – СЕТЬ наше все!
Удивительная это возможность - быть неизвестно где, и не быть оторванным от общества. Все блага цивилизации, пожалуй, сосредоточены в этом слове - Сеть. Мути, впрочем, тоже хватает, но свободы выбора тут несравнимо больше. Некоторые вон даже замуж «виртуально» выходят («но баре брезгують»). Главное не проболтаться, что ты ДП – утонешь в восторгах и сопливой романтике.
А не проколоться сложно, особенно когда речь заходит об этой клятой романтике... Ну, скажите на милость, какая романтика трястись осиновым листом при каждом стартовом прыжке, потом все насквозь мокрое, и бывает, что не только от пота. Страх неизвестности – его не перебороть никакими тренировками. Особенно четко зная, что переваливает за десять «стартов» меньше трети. Потом, чуток выравнивается («у тебя, голубушка, этот рубикон был три старта назад – чего трясёшься?»), но по старости уходят на покой меньше одного из тысячи, остальные или бросают, но таких мало, в основном женщины, или в плиту в парке памяти. Хотя случаев, когда что-то есть под той плитой, еще меньше, чем живых стариков-рейдеров.
Почему так? А вот представьте – нашел разведчик нужную планету (ну такую, чтобы хоть дышать без скафандра можно было, терраформировать – где столько психов набрать? При том, что и на вполне нормальных планетах жить некому), засеял ее зондами. Полсети передралось над планами по обследованию, а потом - над вопросом «надо/нафиг надо». В итоге, все же набрано нужное число согласных, и планету ставят в очередь на освоение, одновременно с этим один из НаСиМов «почкуется», а вот дальше – планета иногда десятки лет ждет, пока кто-то из ДП отправится на ее поиск…
Зачем повторно искать уже найденное? А где она, эта жемчужина?
Парадокс в том, что прыжковый двигатель позволяет попасть в точку с нужными координатами с точностью до сантиметров, р-р-раз и центр масс корабля точно там «куда заказывали». Что может быть проще – три координаты относительно Цесима (Центрального Системного Маяка).
У навигаторов (а пилот рейдера, это три в одном – капитан, пилот и штурман) есть старая рассказка, о мучении их коллег времен флота парусного. Цитата из нее висит у меня в ходовой рубке, как талисман:
«Угольный навигационный карандаш острием оставляет на мелкомасштабной карте точку, закрывающую площадь в десяток квадратных километров. И если штурман, ткнув в эту точку, скажет - "Капитан, мы где-то тут", и это действительно так - то это отличный штурман, просто экстра-класса. Обычно штурмана рисуют треугольники вероятностей, закрывающие сотню квадратных километров, и с сомнением говорят - "Капитан, наверное, мы где-то здесь". И это хорошие штурмана, так как плохие штурмана просто тыкают в карту, даже не особо приглядываясь, и заявляют - "Капитан, мы в этом районе". »
И ВСЕ навигаторы ДП люто завидуют своим предшественникам времен пара и паруса. Хоть у тех безбожно врали компасы, показывая вместо направления на север - то курс к ближайшей аномалии, то угол поворота орудийных башен, чудовищно врали карты и хронометры, проекция солнца выписывала джигу по земной поверхности в полном соответствии с нутацией, лаг вообще показывал что хотел, а реальный горизонт зависел от роста самого штурмана и количества груза в трюме. НО – они хотя бы имели дело с НЕПОДВИЖНЫМИ звездами!
А звезды движутся, и с такими скоростями, что ошибка в миллисекунду отправит вас… вот именно туда. И ведь мало того, что движутся, так и находятся они не там, откуда идет сигнал НаСиМов, и сигнал «мгновенки» совсем не мгновенен, да еще и нелинеен, благодаря как древним релятивистским эффектам, так и более современным, имя которым – легион, и каждое десятилетие добавляется какой-нибудь «новенький». О том, что за это открытие, в большинстве случаев, надо благодарить очередной кораблик, гробанувшийся прямо внутри системы под боком у дядюшки НаСиМа – там, где точность вполне позволяет ставить прибывающих прямо в ангары и на причальные палубы… - промолчим, зачем о грустном?
И это, когда точно знаешь - куда тебе надо.
Разведчик, понятно, оставил малый маяк (на самом деле - в системе их пара сотен, в единой сети), постарался и попрыгать по соседним системам (пока накопленная ошибка не переведет его в режим нового поиска) и оставить мамочек (малые маяки) и там. Но это не больше, чем ткнуть рукой в небо и сказать «это там». Всей совместной мощности НаСиМов не хватает определить точнее, чем от нескольких десятков, до нескольких сотен световых лет. А есть еще «скорость кибернетического разрегулирования», из-за которой «мамочки» врут прямо пропорционально времени пребывания разведчика в поиске…
Так что приходится действительно тыкать пальцем в небо, а там скакать от звезды к звезде, играя в «горячо/холодно» и советуясь с духом прабабушки на тему - верить или нет тем поправкам, которые в двадцать глоток выкрикивают «мамочки» (лучше б заткнулись порой ей богу… и без них страшно до тошноты).
Нет, конечно, можно попасть и точно, и с первого раза, но вот для этого пришлось бы волочь с собой НаСиМа, а он зверек мало того что нежный, так еще и совершенно неподъемный, весом и размером с небольшую луну.
Случай, когда при первом, самом опасном, прыжке происходит попадание в окрестности нужной точки (это значит, что одна из шести ближайших звезд – искомая), значит три вещи: навигатор экстра-класса, пилот - полный отморозок, а капитан удачлив настолько, что брошенный из стратосферы алмаз наверняка попадет прямо к нему в карман. Редко когда столько достоинств умещается в одной тушке разом. Разве что в легендах, а в жизни все прозаичнее.
Попасть не в ту систему – это даже не считается промахом, заблудится - обыденность, потому как есть и еще один вариант: это именно попасть… в систему… коротко именуемый «попадалово». Впрочем, этим же термином (а также десятками других, эта часть профессиональной лингвистики разнообразна) обозначается и вариант «не туды/сюды», когда доосторожничался до того, что по выходу обнаруживаешь - до цели тебе ковылять месяцев шесть (и хорошо еще если не пару лет) на системных движках, а космос – не место для прогулок на релятивистских скоростях. Большинство легенд о силе духа и невероятной изворотливости дают именно они. Как и реальных историй растянутой на месяцы агонии, да еще на глазах всей Сети, когда вроде еще ничего не происходит, но и изменить уже ничего нельзя…
Вот и приходится рисковать, и на последнем шаге прыгать «во внутрь» в простом расчете на везение пилота и реакцию автоматики.
Нет, никаких «внутрь звезды/планеты» попаданий не бывает - не научная это фантастика, положение звезды известно, она фонит так, что мама не горюй, а попасть в планету – вы вообще видели, КАК выглядит планета по отношению, хотя бы, к собственной звезде (гречишное зерно на круглом кухонном столе)? А к объему, очерчиваемому собственной ее, планеты, орбитой? Чтобы просто рассмотреть этого микроба – микроскоп брать надо, какие там попадания…
Пакость в другом - по выходу корабль БУДЕТ иметь нулевую скорость относительно звезды. Куда, скажете, девается энергия между точкой старта и финиша? А вот на прыжок собственно и уходит, и в накопители - что осталось. Потому прыгать удобнее к центру галактики (повезло, что мы - на окраине), а компенсаторы и/или накопители (ох и дорогущая вещь) приходится иногда бросать, пока не рванули, и сваливать на форсаже от новоявленной «дырки».
Как назад, думаете? Ну, на этот случай используется запас, взятый с собой, а можно просто прыгнуть в сторону местной звезды - близкий и тяжелый предмет даст энергии достаточно для преодоления притяжения далекого центра галактики - и пока внешние слои защиты героически испаряются под солнечным ветром, свалить по-быстрому домой. Благо с наведением туда - никаких проблем нет и быть не может, если не вспоминать… Ну, да к чему опять о грустном...
Успокоились? А вот теперь плюхнем нашу ложку меда в бочку дегтя. Выйти в середине звезды или планеты не получится, даже если возникнет такое специальное желание - массивный предмет просто отодвинет точку выхода на два/три собственных диаметра. Вот это-то расстояние и называется «попаданием в очко», и не надо ухмыляясь переспрашивать «какое?». Вы что, в деревенском сортире никогда не были? – вот именно в то самое. Потому, как уходить от такого тела надо на его «второй космической», а у вас НОЛЬ и разряженные, или наоборот пошедшие вразнос, компенсаторы, и нет самого главного – времени, чтобы набрать эту самую скорость, не размазав по стенам собственную тушку.
Но такое все же редкость, чаще другое – точку выхода, как и ее гравитационный потенциал, определяет не только звезда (ее хоть слышно), но и все, что вокруг нее вертится, а также залетает со стороны - этакий «виртуальный» центр масс. Так что некстати подвернувшийся булыган за несколько километров от точки выхода может заставить вас «поиметь» совсем не нулевую скорость, относительно той же звезды и прочих участников этой карусели. В анналах «попаданий» отмечены скорости даже околосветовые, хотя вот им объяснения наука так и не нашла, это, как говорят высоколобые - артефакт.
Так что, трястись надо не во время первого прыжка (когда тебя поддерживает вся мощь Системы), а во время последнего (каламбур, аднАка), когда ты своим умишком (гы-гы - «Мы пахали – я и трактор») рассчитываешь будущую точку выхода, опираясь на бред мамочек и их же результаты наблюдений за обстановкой внутри.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 12.12.2010, 18:46 | Сообщение # 3
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Но в этот раз меня колотило скорее от вожделения и азарта, чем от страха (помните, где у нас азартные? Вот-вот…) - еще бы, после стольких мытарств, на кону была «Голубая Жемчужина». Планета, получившая название еще до своего официального описания (вот и не верь после этого приметам). Из-за которой Сеть колбасило уже почти год, и интерес все не спадал.
Уникальный выверт природы – единственная из планет с кислородно-азотной атмосферой, имеющая ГОЛУБОЕ НЕБО! Когда разведчик передал первые плохонькие (что поделать – у него все больше под телеметрию заточено, а то, что годится для человеческих глаз – так, баловство) цветные фотографии - им просто не поверили, а долго и увлеченно обсуждали, какая именно поломка или деградация датчиков могла привести к такому искажению.
А вот когда ЭТО подтвердил анализ атмосферы и спектра местной звезды – вот тут все сразу встали на уши, да там до сих пор и пребывают.
Поскольку к уникальному небу там прилагалось еще много чего – например, естественный спутник, с радиусом всего в три и шесть меньшим радиуса планеты, поднимающий восьмиметровые (а местами, и восемнадцатиметровые!) приливы; или наклон оси, вызывающий приличные сезонные колебания. И пусть колонизация ее под большим вопросом, забыта она точно не будет (ну и открывший, точнее нашедший ее - тоже) – такой намечается там роскошный и экзотический курорт.
Было у этой системы и еще одно преимущество, уже сугубо для ДП – тот самый спутник. Работать при тяжести в одну шестую стандартной, это вам не болтаться месяцами в пустоте, на задворках, монтируя и отлаживая «папочку» (постоянный маяк) и дожидаясь экспедиции, волокущей сюда «почку» НаСиМа. Или лезть «на дно», буквально на своем горбу таская вниз все нужное, и постигая прелести строительства в слабо изученной атмосфере, совсем неизученной биосфере, и отладки нежнейшего оборудования на сейсмически более чем активной планете.
Тут этот «ослиный» вопрос не стоял – до планеты 20 минут лета от спутника, и к твоим услугам белый песок пляжей, многометровые волны моря и голубое небо. Ах, как хотелось его увидеть, а какие там замечательные должны быть рассветы и закаты…. Рай, одним словом! Вот только - стоило ли так туда торопится? Во всех смыслах.
А начиналось все прекрасно. Когда пришла информация о досрочном включении планеты в список (хотя сердце начало замирать от предвкушения, само собой, раньше) - предыдущий поиск был закончен уже полгода как, и приходилось болтаться в неопределенности, помогая от безделья то исследовательской группе (в качестве извозчика), то монтирующим Насима (хотя там квалификации хватало только на «принеси/подай» и «приготовь пожрать»).
В общем, впору лезть на стену – вполне обычное завершение удачного поиска.
Адреналиновая недостаточность - даже участие в спасательных операциях, по поводу вечно влипающих куда не надо «нижников», не помогало надолго.
Все старые знакомые, расхватав последние вкусности, находились в поиске - большинство из оставшихся, или ремонтировались и лечились (трое), а остальные в разное время переехали в парк памяти или только готовились обосноваться в этом месте. В неочевидных случаях - когда корабль успевал подать сигнал до потери контакта - пилота ищут сто лет, корабль – триста. В памяти Дома - длиннющий перечень мест, где «надо поискать» отзывающийся корабль с молчащим пилотом. Бывает, что и находят…
Есть и еще вариант – пилот вполне себе жив, вот только найти, потерявшую в космосе ход коробку или совершивший посадку на планету бот, не удается. Трое таких ненайденных - до сих пор преподают в Академии (через Сеть разумеется), четвертый умер от старости перед самым ее выпуском.
До следующего выпуска, кстати, далеко - он должен быть только через два с половиной года, конкурировать было просто не с кем.
Так что «Попелюшка», уже присматривавшаяся к тому, что осталось в списке (но там то, что было интересно - проходило по списку «для самоубийц», а тратить пару лет жизни на неинтересное не хотелось, не рвущийся к мечте поисковик – кандидат в парк памяти) – получила единственное приглашение на бал, в дополнение к хрустальным туфелькам.
Аж шерсть дыбом, какое везение, в другом случае за Жемчужину разыгралась бы ТАКАЯ битва… Но бросать уже начатый поиск – нет, настолько несуеверных в ДП не найти, разве что в парке поискать…
Я еще не достала вас его упоминанием? Это просто такая традиция, «моменто море» (или «за тех, кто в море»?) так сказать, очень сильно помогает не расслабляться – это важно. Как и традиция сразу после рейса завернуть поболтать с новичками, договорить то, что осталось невысказанным, и присмотреть себе компанию поприятнее в новом ряду – там много свободных мест, рядом оказываются только те, кто был неразлучен в жизни или в смерти, но таких мало (близнецы разве…). Вполне можно выбирать соседство по вкусу – целые «клубы по интересам» получаются.
И еще, наверно пора объяснить, почему я так восхваляю автоматику – есть повод, увы. Вообще-то, все пилоты на нее чуть не молятся (а уж какие слова они в этих молитвах говорят… Лучше могут выразить суть только механики, видя, что сделал с прежним красавцем пилот…). А на что еще, скажите, им надеяться?
Что, скажите, сможет успеть сделать растяпа-пилот, когда спустя девять месяцев утомительной рутины поисков, он видит свою «голубую мечту» - летящей ему прямо «в лоб» на совместной скорости в 70 км в секунду? Даже выпучить глаза не успеет… Хотя вру – успеет зажмуриться, скорость мигания века самая быстрая в организме – 0,2 секунды.
А вот кораблик, за тот же «миг», успел перебрать полтора миллиона траекторий уклонения - и, не найдя среди них ни одной, ведущей к спасению, просто изменил начальные условия - разом похоронив все мечты фантастов о «законах робототехники» способных (вроде бы как) защитить неразумных создателей от их созданий.
Машины, вообще то, очень легко понять - ни секунды не сомневаюсь, что если бы выхода не было, он также равнодушно меня бы убил, или умер вместе со мной. Если бы выхода не существовало ВООБЩЕ. Только то нас и спасает от бунта машин, что выход есть почти всегда - и они, руководясь своей логикой, делают именно его.
Хотите знать, как можно уцелеть тогда, когда ничего для своего спасения сделать невозможно? Ответ прост - все надо сделать заранее. Например, следовать дебильным инструкциям, написанным людьми, которые никогда не покидали дна атмосферы. Следование этим толстым талмудам – вопрос спорный и индивидуальный. Нельзя сказать, что те, которые им следуют, гробятся реже - но они реже гробятся по-дурному. Например – поставив свой корабль перед неразрешимым выбором…
Интересно, у женщин вообще с дисциплиной получше, или воображения не хватает придумать себе приключение покруче? Но как бы то не было, ты в сотый раз, матерясь, покидаешь удобную ходовую рубку, последний раз бросив взгляд на внешний корпус – там буйствует хаос форм и размеров.
Дальше - прыгаешь в трубу лифта. Толстенная труба аморфного металла имеет пятиметровые стенки, чудовищную прочность и такой же чудовищный недостаток – как любое стекло, этот металл совершенно прозрачен. Волосы дыбом по всему телу встают когда кажется, что ты попала в это чуждый мир без скафандра, а сердце заходится от восторга свободного полета и вдруг оживши романтизм тянет ввысь душу.
Окружающий мир, при всей его чуждости - невероятно красив. В нем рукотворное металлическое кружево (какое к чертям рукотворное? По молодости пыталась облазить весь корабль, чтобы четко знать где/что, но после трех месяцев ничего на старых местах не оказалось – все живет вокруг без твоего участия, а ты просто паразит в металлических кишках, коего по недоразумению холят и лелеют вместо того, чтобы прибить.) и никому не принадлежащие фантастически красивые звезды (которые тебя мигом бы оставили без глаз, если б не металлизированное напыление снаружи и шибко умное поляризующее покрытие изнутри).
Странно вообще то – ходовая рубка имеет точно такой же купол и пол, а вот эффект не тот. Может дело в совмещении падения и отсутствии рядом знакомых предметов – взгляду просто не за что зацепится…
Но вот, пронзив кружево ферм и трубопроводов (фантасмагорическое переплетение ажурных ферм и танков с лихтерами самых причудливых форм! Как правило, с тем, что чаще всего совершено не нужно, но принято таскать с собой, дескать, вдруг на месте не найдем? Хотя опять вру – это первая линия обороны, врагу или природе, чтобы добраться до действительно ценного, придется сначала разметать этот хаос, упорядоченный так, чтобы прикрыть все, что под ним, целиком, а самое важное – пятикратно!) - входим в тень фотонного зеркала. Переднего, у нас вообще-то, куда летим - то зеркало и переднее, а рубка там – головная. В этом корабль полностью симметричен – далеко не всегда есть время развернутся, если придется тормозить, вот и похож корабль на червяка. Хотя опять вру – у червяка одна сторона все же рот, а вторая – эээ… его противоположность. А вот у нас все полностью одинаково.
Правда зачем на корабле с одним живым две рубки? Не знаю, традиция наверное, как и привычка занимать именно рубку над передним зеркалом.
Вид на зеркало сзади впечатляет, но здорово мешает знание, что все эти циклопические подпорки – только для того, чтобы было на что повесить генераторы и волноводы гравитационных полей. Без этих полей, переносящих давление с зеркала на прочный корпус, бушующий за зеркалом свет попросту сомнет и его, и подпорки эти, как подошва бумажный стаканчик. (Заговариваешься, фантазерка, какой свет за передним зеркалом? Заднее сейчас работает – разве что действительно тормозить придется…) Да - и на самом деле зеркало не одно, а состоит из пяти воронок, почему – дальше расскажу.
Ну вот, наконец пролетела все, что «снаружи», и уже видно фермы легкого корпуса, уходящие прямо в лед первого слоя биозащиты. Да, ты действительно летаешь на айсберге – космос очень богат, он щедро делится тем, что у него есть - с теми, кто рискнет это взять. Воды и металла тут хватает на любой вкус, камень впрочем, тоже не обойден вниманием. В дело идет все – пристроившись к какому-нибудь астероиду (не к любому, детка, не надо пальчики топырить!) корабль за три месяца сможет воссоздать свою копию (ага, только «мозги» он откуда возьмет?), летающий космический завод, по сути.
Толщина биозащиты в этом месте более тридцати метров – тридцать метров отлитых изо льда ячеек с благородным ксеноном внутри, армированных мононитями силикатов. Эта шубка сгодится принять удар нейтронов, выброшенных звездой, или близкий термоядерный взрыв (мы в космосе отнюдь не единственная цивилизация, «разбрасывающая споры», несколько рас делают это вместе с нами - и очень многие делали это до нас. Тогда даже вроде воевали… Но и сейчас «недоразумения», скажем так, – случаются…)
Плавно замедляя мою скорость, труба приводит во внешний шлюз одного из корпусов, под шубой льда дальний рейдер прячет… пять стандартных крейсеров, выбирай любой, капитан - и располагайся! Но сейчас не до этого…
Я говорила, что кеп и его корабль пребывают в состоянии перманентных боевых действий? Видать запамятовала, рекомендую – очень стимулирует. И вот, теперь некоторые размышляют, как им преодолеть триста метров до боевой рубки, и почему вне боевых действий корабль отказывается предоставлять своему властелину внутренний транспорт - бяка такая! (Хотя чего там думать? На прямой вопрос - эта зараза ответила «разожрешься так, что замуж не возьмут, а мне все ложементы переделывать влом».)


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 12.12.2010, 18:48 | Сообщение # 4
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бывало (и совсем недавно), что из-за обострения у корабля «мамочкиного синдрома» приходилось спать в первом корпусе, умываться в четвертом, обедать, ужинать и завтракать соответственно в третьем, втором и пятом. Притом – все в разных концах. Библиотека, точка доступа в Сеть, розарий и прочее тоже расположено так, что каким бы ты хорошим навигатором не была – нифига траектория не оптимизируется (наивная, в каких легендах ты вычитала про навигаторов, считающих лучше своих кораблей?!), так что «набега» за день выходило за двадцать км. Какие тут лишние килограммы – шкура б от костей не отстала…
Последней гадостью была история с велосипедом. Хотя нет, перед этим я превысила свои полномочия и, введя код, в приказном порядке потребовала перенести апартаменты туда, где имелась расконсервированная ванная комната (утренние «походы» к умывальнику с слипшимися глазами достали вконец). Консервировать ее тоже предусмотрительно запретила, закрепила приказ капитанским перстнем, и с удовольствием показала язык монитору коммуникатора.
Когда же всего через пятнадцать минут, «первый после бога на этом богоспасаемом корыте», в самых радужных мечтах помахивая совершенно неподъемной сумкой, ввалилась в свои новые апартаменты, то была просто в шоке! Нарушить приказ корабль не посмел, он просто расконсервировал и перенес в ванную комнату часть корабельного госпиталя, конкретно – прозекторскую…
Хотя функциональность потеряна не была, но мыться из шланга, предназначенного для обмывания трупов… (пусть его еще ни разу по этому назначению не использовали, но – Бр-р-р). Закатанная в обед (во время «совместного приема пищи командой») безобразная истерика с битьем посуды, размазыванием слез и соплей по «морде лица» и прыжками с выпущенными когтями на монитор коммуникатора в попытках «выцарапать глаза» собеседнику - как ни странно, была принята кораблем всерьез. Точнее, та ее часть, что между пробуждением и умыванием капитан не способен к выполнению своих обязанностей.
В результате рано утром только что проснувшийся, но еще не открывший глаза кеп был «взбодрен» упавшими из-под потолка полутора кубами воды! Холодной… Мокрой… А вот и виновник (опять вру – никакой не виновник, простой исполнитель! Хотя после такого «купания» мне это все равно…) – ремонтный робот, приволокший эту «капельку для умывания», с помощью гравизацепа. МЯ-Я-Я-У!!!
Ох, какая фурия поднялась с мокрой постели, - я потом с большим удовольствием просмотрела запись. Куда только делась повседневная тихость и не броскость. Решила – «буду показывать эту запись самым настойчивым предлагателям руки, сердца и прочего ливера, романтичным вьюношам, желающим прослыть «покорителями покорительницы космоса». Если после этого не растворятся в эфире,- предложение достойно хотя бы рассмотрения.»
Кажется, корабль тогда удалось удивить – столь быстрой разборки весьма крепкой машины, причем без использования инструментов или взрывчатки, он наверняка еще не видел. (Это, конечно, если он сам не изготовил ремонтника из «специального» силумина вместо стандартного сплава).
Вот тогда-то, заливаясь хохотом над «трупом невинно убиенного» робота, и почувствовала, как медленно распрямилось и отпустило что-то внутри, и поняла – кризис миновал, очередной. Сколько их уже было…
Велосипед? Ну да, конечно. Мстю не в меру разошедшемуся кораблику - продумывала уже с холодной головой, и внутренне хихикая. Два дня возни в мастерской с отрывом на пожрать (после четвертого напоминания от кораблика и угрозы включить сирену, если его не услышат) - и перемазанный в солидоле творец наблюдает свое кособокое детище. Строя планы по присобачиванию к этому какого нибудь движителя, кеп завалилась спать.
Ну это же надо было настолько расслабиться, чтобы затащив велик в апартаменты, забыть заблокировать дверь? В ответ на раздавшийся утром вой, которому позавидовала б и волчья глотка - последовало разъяснение, что при уборке в номере транспортно средство было помещено в музей корабля, где сейчас и находится.
Восемьсот метров до музея (благо он в этом корпусе) и всего 15 лестниц были преодолены на едином порыве, а вот порог переступить не получилось, так на пороге и застыла - разом простив «этому» все издевательства. Дело в том, что моя кривобокая конструкция была «немного» доработана, причем все детали остались оригинальными, но «слегка» подправлены, хромированы и… И получившееся чудо было точь - в точь мечта восьмилетней сопливой девчушки, грезящей о велосипеде. Декорировали эту мечту - две тонюсенькие цепочки, которыми велик был прикреплен к стене. Две тонюсенькие ТИТАНОВЫЕ цепочки…
М-да, норма расходования калорий в тот день наверное была превышена раз в пять. Просто куда-то разом пропали все плазморезы, во всех мастерских всех корпусов, даже в операционном наборе в госпитале плазменный скальпель куда то подевался…
Но ставить преграды на пути женщины к ее мечте – напрасное дело, тренированный мозг все равно выдал решение - в тяжелом ремонтном скафандре плазморез наличествует точно. (Кстати - нафига эта железка, если есть стандартные киберремонтники? Небось – специально для любителей физкультуры).
Тридцать минут возни с инструментами, два сломанных когтя и толстый-толстый слой солидола (опять…) по всей тушке - и вожделенный предмет у нас в руках, солидный такой предмет, 90 кг весом… Но нет таких крепостей, а также лестниц, неработающих лифтов и бесконечных коридоров – надо, и сквозь стену пройдем, благо плазморез у нас уже есть.
В итоге, спустя пару часов, по этим самым бесконечным коридорам, носилось с писком/визгом/грохотом нечто, в чем сложно было признать главного навигатора, а также по совместительству пилота и капитана этого богоспасаемого корыта. К тому же, это чудо на ходу показывало язык любому встречному коммуникатору. К вечеру язык болел… и вообще – чего только не болело, даже колени ободрала, как в детстве, вместе с локтями, а уж синяки никто и не считал, зато спала – как убитая, в кои-то веки…
Отсутствие утром велосипеда в спальне, как ни странно, не испортило лучезарного настроения, как и полутораметровая стена из металлического стекла, отгородившая экспозицию. Разум начал прикидывать, как снять трехтонный плазмоган со штурмовика в ангаре и приволочь его в музей, но душа просто рассмеялась, плюнула и… начала бегать по утрам. И что интересно – все необходимые жизненные удобства собрались как-то сами собой в одном месте, и велосипед нарисовался также как-то утром – и с тех пор стал неразлучным спутником в предужинном променаде. Словом, все наладилось почти само собой.
А вот теперь у этого гада ползучего, похоже, случился рецидив – поскольку с открытием внутренней двери шлюза (последней из шести, естественно) раздумья о кратчайшем пути к боевой рубке были прерваны объявлением «вакуумной тревоги» и, что самое поганое, –тревоги «пожарной». Тут не думай – тут спасайся, с рыси в галоп по стрелкам-указателям, забегая на резких поворотах на стену.
Ненавижу, нет, не так - НЕНАВИЖУ!!! У меня от этого гадского реагента, что должен локализовать возгорания, потом чешется в … везде, словом, чешется, как ни отмывайся – и этот гад это знает. Ну скотина, устрою я и тебе банный день – будешь у меня проводить внеплановую инвентаризацию вакуумного оборудования… А перегородки как за спиной клацают – как зубы, того гляди пятки отхватит, три с половиной тонны каждая… Ну скотина, ты у меня еще и плутоний будешь в твэлы оформлять… Так, что-то долго мы бегаем, кругами, что ли, водит? И это тоже, а еще – похоже, ведет в самую задн… во вторую боевую рубку, одним словом. Ну скотина… а что б ему еще придумать-то, а?
Боевая рубка – самое защищенное место в корабле, по сути - корабль в корабле. Хотя почему «по сути», корабль и есть, и мы к нему сейчас падаем в точно такой же трубе, что была снаружи. Вид, конечно, похуже, чем снаружи – прожекторам до звезд далеко, ну так и не до романтики сейчас. Все пять корпусов рейдера и есть независимые корабли, если дело запахнет жареным – могут разделиться, и воевать такой себе эскадрой, а кеп будет ими руководить из вот этой самой мелочи, пристроившейся прямо возле главного реактора. Маловат он, конечно, даже на его фоне, но энерговооруженность у этого малыша на тонну веса, и защищенность - попросту зашкаливает.
Вот и заслонка на входном шлюзе – у нее толщина больше ширины, втрое больше. И что-то она рановато закрывается… Я же не успеваю… Тут поток воздуха толкает меня в спину, и начинается разгон с ускорением. Ты что же гад делаешь, там же напротив входа стенка твердая… А-а-а-а-а, УБЬЮ гада-а-а-а… В последний момент рука хватается за комингс люка сверху, и тело совершает кульбит. Чуть не оставив оторванную конечность снаружи, меняем траекторию, взгляд напоследок замечает пару киберов, стоящих напротив входа с растянутой сетью. Ага – щас, так вам птичка и попалась … и мигом позже тушку принимает в свои объятия старина диван. Вот только, девочка, ты с того момента, как последний раз здесь ночевала (сбежав от тирании основного процессора плакаться в жилетку к его Альтер Эго) забыла убрать постель.
Раздается скрип амортизаторов, хлопок - и все заволакивает облако из распоротой подушки. Блюдо под названием «мокрое, хоть выкручивай, чудо в перьях» готово. Ну, кораблик, ты – труп. Сама угроблюсь, но тебя достану… (ну и дура, поаккуратнее надо с желаниями, они имеют подлое свойство сбываться…)
Ладно, все потом, рывок в душ, вода ревет водопадом. Пара секунд - и путаясь в полотенце, но пытаясь хоть как-то вытереться, несусь в чем мать родила в сторону «гроба». Обычно упаковка в это пыточное устройство, по недоразумению названое СВЗ (скафандр высшей защиты), сопровождается матом и стонами, а также проклятиями недоумку, придумавшему, что в момент выхода из гиппера пилот должен быть именно здесь - в боевой, а не ходовой рубке. (Вот ты и попалась – инструкция действительно говорит о ВЫХОДЕ. Вход в гипер – обычно проводится из ходовой рубки, да и чехарда с «УТ» была тоже перед выходом, а если так – то какое «сияние звезд» в гипере то? Опять приврала, красоты ради…)
Также обычно пользуются популярностью громогласные рассуждения на тему, что увеличение на 0,053% вероятности выжить «если чаво» - не слишком велико, и «гроб» точно не спас еще ни одного, а вот тепловыми ударами и отказами жизнеобеспечения наверняка достал много больше.
Да, и романтическая часть моей натуры вдруг поднимает голову и начинает скулить, что имея больше десятка лет налета (с коэфф.), ты до сих пор не видела этого чуда – выхода судна из гиппера, когда во все стороны несется световая сфера, заставляя на миг вспыхнуть ярче звезд весь космический мусор (космос - он отнюдь не пуст…).
Словом, привычный спектакль на тему «мыши плакали, кололись, но продолжали жрать кактус». В этот раз все было по-другому – последняя выходка кораблика (чето он помалкивает, неужто действительно виноватым себя чувствует?) разозлила уже по-настоящему, так что все выполнялось быстро, четко, как при сдаче норматива, и со сжатыми до боли зубами.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 12.12.2010, 18:49 | Сообщение # 5
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Но это все предыстория, а сейчас имеем то, что имеем: четверка фигурантов - остолоп навигатор и кеп, потерявший свою удачу, пилот, не успевающий даже шевельнуть пальцем на кнопках управления, и тупая железка со склонностью к идиотским розыгрышам - любуются на летящее на них со скоростью десятков км в секунду искомое небесное тело.
В принципе, что-то подумать успел только корабль. Перебор допустимых траекторий уклонения не дал ничего - чтобы уйти от столкновения с планетой (которой, между прочим, полагалось находится от них «за солнцем», и которую они должны были долго и нудно догонять. А вместо этого – оказались близко, почти вплотную, да еще на встречных курсах…), требовалось развить ускорение, несовместимое с продолжением существования пилота. Никаких «гравиков» (гравикомпенсаторов) не хватит, чтобы выкрутится.
Если б выхода не было вообще – то, предварительно отправив куда-нибудь в сторону полюса реакторы, он не дрогнув привел бы в действие механизм самоликвидации: пусть в атмосферу войдут множество кусков до килограмма, чем монолитная масса, имеющая – даже не принимая во внимание теплозащиту - стопроцентный шанс долететь до самой поверхности «тушкой». Весьма немаленькой тушкой дальнего рейдера, а не его пилота…
Если б выход был, но пилот не выполнил, столь буквально, требования инструкции, то им пришлось бы просто пожертвовать, а так – оставался еще один вариант. Точнее – 23457 вариантов и вторую «половину мига» занял поиск среди них оптимального.
«Так что, дорогой мой властелин, получай самое дорогое, что у меня есть – гравикомпенсаторы (а это - четверть стоимости корабля!), они вашей хрупкости явно нужнее, и пинок под зад от стартовой катапульты, я даже форсану задними двигателями, а потом отключу, дабы ставшая самостоятельным кораблем боевая рубка не попала под выхлоп – некогда ждать, пока все пройдет штатно.
Это, конечно, уменьшит мои собственные шансы, но зато увеличит твои…» – небольшое самоуспокоение тому, кто должен был защищать пилота ценой существования, а вынужден бросить. «Последнее «прости» в виде всплеска SOS, унесшего в пространство последнюю надежду и последний отчет - и у меня больше нет пилота, теперь каждый сам за себя. На принятие решения 0,2 секунды, на приведение в исполнение 1 сек, планета стала ближе на 101,3945678 км. Начинаю маневр расхождения.»
Ну, и мы проводим взглядом (мысленным, разумеется, при восьми Ж «черная пелена» накрыла мир, и вся информация идет только через уши) этого предателя, уходящего в сторону полюса на невероятных двухстах пятидесяти Ж. До свиданья, надеюсь, и постарайся уцелеть, гад, проскочив сверху и погасив скорость, и начинай опять меня догонять. Долгонькая разлука выходит у нас – полгода, не меньше, но я буду ждать и хранить верность.
А уж мы, с твоим «Альтер Эго», тоже постараемся уцелеть – он, кстати, на эту тему полон энтузиазма, 23,4568% - вероятность выжить просто невероятная. Это если не знать, что базируется она на полном незнании свойств атмосферы, чиркнув по которой - мы истово надеемся отскочить назад в космос, а не вспыхнуть видимым даже в полдень сквозь грозовую тучу метеором.
А моя коллекция, мои дорогие ракушки со всех планет, что включены мной в Сеть, - прощайте. Вам этого приключения точно не пережить, не помогут вам ни аквариум с консервирующей жидкостью, ни выстланные мягким бархатом коробочки – останется только полторы тонны порошкового перламутра, да голограммы на память - взять в руки и послушать «голос далекого моря» будет нечего. Эх, надо было алмазы коллекционировать…
Пищит в ушах телеметрия – тонко намекая на то, что залетать в ближайшее время не стоит, радиационные пояса - ну как же без них («залетать» это в смысле – беременеть, залетела ты, голубушка, и так – дальше некуда). Очень актуальное напоминание, словом – даже интересно стало, от кого тут можно-то, а? Разве что от спасателя – где ты мой спасатель, принц на белом коне… можно и без коня… можно и не принц… я уже на все согласная. Брошу к черту ДП, буду рожать тебе каждый год, только вытащи меня отсюда-а-а-а! Чтобы я еще хоть раз посмотрела на «голые звезды»… (Ээ, детка, про ложную беременность все слышали, а у тебя, похоже – ложные роды. Это там принято кричать: «Да чтобы я! Еще! Хоть раз! Подпустила! К себе! Этого! Кобеля!!!» – похоже?)
Но вопрос не праздный – если ее SOS приняло не менее 53 судов, и все они успеют допрыгать вовремя до указанного НаСиМа (чтобы он успел считать индивидуальные параметры аппаратуры и аберраций приема) - то помощи можно ждать довольно быстро, года через полтора (для оптимистов – девять месяцев, но надо быть реалистами). А вот если нет – то искать ее будут вместе с планетой. Это если кораблик сбросил информацию, что планета именно – голубая, такая «романтическая» подробность вполне могла пройти мимо его мозгов. Иначе…
А если принять во внимание, что планета была не там, где врали мамочки, и на третьем прыжке я перестала их слушать, на пятом – заблудилась, на девятом – собиралась возвращаться назад – и только на двенадцатом случайно заметила звездочку с нужным спектром... Где ж тебя носит, принц на белом звездолете? Боюсь, к тому времени, когда ты явишься - у меня выпадут зубы, а голова будет трястись от старости. Увы и ах, ДП это ДП, и ты либо выбираешься сам, либо нет. Исключения из этого правила – по пальцам, даже не разуваясь.
А пока, леди - вам казалось, что восемь Ж это много? Получите и распишитесь – тринадцать. На жабу положили толстенную броневую плиту, забавные ощущения – буквально чувствуешь, как становишься плоской, словно камбала после ночи с китом… За жизнь приходится держатся буквально зубами, самая верная смерть - это выпустить из них загубник. При таких ускорениях мышцы уже не могут поднять грудную клетку, дыхание поддерживает скафандр, с нужной частотой вдувая в легкие дыхательную смесь.
Так что держимся, потерять сознание нельзя ни в коем случае. А в ушах – издевательское «бот приносит извинения своему капитану за причинённые временные неудобства, в данный момент выполняется расхождение с небесным телом с максимально возможным ускорением, благодарю за внимание».
Господи, «максимально возможное» - это скока? Ведь гравикомпенсаторы сейчас на максимуме, от всего ее веса осталось несколько кило. Сколько же снаружи, если эти кило весят в тринадцать раз больше всей тушки…
Замечательное они чудо, гравики - уменьшают инерционную массу (ну и гравитационную заодно, они не отличаются) всего, что вокруг, переводя полученную энергию либо в накопители, либо сбрасывая ее обратно (были мы легкими, стали тяжелыми). Но это тоже благо – 60g за 0,5 сек. гарантированно превратит вас в труп, а та же энергия, растянутая на пару минут, не причинит особых неудобств (это я в том смысле, что масса равна энергии, надеюсь помните?). По сути – тот же прыжковый двигатель, только вместо того, чтобы вырвать тебя из этой плоскости бытия, он тебя несколько… эээ, «приподнимает».
Срез поля (какой к черту «срез» - градиент вполне себе имеет место быть) искусственной невесомости проходит как раз по двигателю. До него - топливо не весит ничего, после – сколько положено. Гравитационный насос называется, очень удобно – до того момента, пока «внутренние противоречия» не разорвут материю на части. Так что движки у нас – одноразовые, с весьма небольшим ресурсом. Только это не беда - в промышленной части заботливо «дозревают» сотни таких… Эх, где же ты сейчас, кораблик, предатель – я по тебе уже скучаю.
А что это нас на физику для старшей группы детсада потянуло? Предсмертный бред? Да нет, это нас подсознание отвлекает, от того очевидного факта, что бронеплиту с жабки сняли - и это значит что сейчас… Ой, мамочка! Как бьет-то, даже гравики не справляются, не успевая отводить рывки в накопители. А ведь до атмосферы еще далеко, но на этой скорости любая встреченная пылинка - валун.
Отдышалась, и все по новой – тяжесть накатывает катком, и органично дополняется рывками, взбалтывающими внутренности и мозги (не переживай, тебе «контузия головного мозга» не грозит, ввиду полного отсутствия упомянутого органа). Кажется, вслед за ракушками надо мне попрощаться и с зубами, чертов загубник перетрет их в порошок, если раньше не вырвет с корнем. Эх, зубки мои зубки, я ли вас не чистила/лелеяла, жрала всякую гадость и жевала смолу эту, только чтобы вы были белые да крепкие! Выручайте теперь свою хозяйку, держитесь – на внутривенном дыхании долго не протянешь… Хотя многих и спасла перекись водорода, да вот только остановившиеся легкие вновь вряд ли сами запустятся, а там внизу меня не ждет развернутый полевой госпиталь с реанимационной бригадой наготове.
Хотя какой «низ», дорогуша? Ты опять все интересное прозевала. Так, какая температура у нас снаружи, даже не интересно, там, наверное, даже кипящая вокруг гравищита плазма не светится - все излучение ушло в ультрафиолет. Гравигенераторы справляются (когда перестанут, ты это даже почувствовать не успеешь) и большое им за это спасибо, мы сейчас с трех сторон от прочей материальной вселенной практически отгородились, этакая «черная дыра» наоборот. Вот только – гравигены тоже греются, а куда девать их тепло, в замкнутой-то системе – только в реактивную струю, а в нее может уйти далеко не все. Но самое главное - щит прозрачен для излучения, а нагрев излучением ничем не слабее конвекционного.
Так, и столько у нас тут сейчас внутри? М-да, салон явно придется менять, хотя теперь понятно почему там почти все из металла или углеродистого волокна, даже граненые стаканы на камбузе не из стекла, а из фарфора, очень удобно – собрал пепел предыдущего пилота пылесосом, и ботом снова можно пользоваться.
А теперь вопрос на пару миллионов – сколько у нас внутри чулана, по недоразумению названого скафандром? Сколько, сколько?! Двести пятьдесят, аж не верится… Почувствуйте себя пирожком в духовке! Я не пилот – я сосиска в тесте, будет у меня румяная, хрустящая, поджаристая корочка. Хотя истерически веселиться по этому поводу пока рано – стропы противоперегрузочной сети тоже из углерода и тепло не проводят, а такую температуру в сухом воздухе человек может выдерживать долго – пока вода в организме не кончится. Природные защитные механизмы вполне позволяют, да и вдыхать этот огонь не приходится – перетерпишь, куда деваться – лишь бы дальше не росла…
Все это мелочи, важно другое – ну не рассчитан бот на десантирование в таком режиме. Если вдруг уцелею – войду в анналы десанта, на третьей космической еще никто не пробовал. Не третья говоришь, а всего полторы второй? – радует, конечно, но в смысле результата…
А теперь самое главное – мы куда? Метеором вниз, чтобы, не долетев до земли - «пеплом по ветру», или все же «блинчиком» назад в космос, остывать от слишком жарких объятий. Куда вывозит кривая траектории? Неужто выйдет… чиркнуть по самому верху, чуть ниже полярных сияний - и уйти подальше остыть и отдышаться для следующего раунда? Оптимист «Альтер Эго» считает, что так. Очень хочется ему верить…
Нет, ну какая подлость - только погас бешеный факел вокруг бота, и чешуя брони начала занимать новые места, только продули СВЖ блаженным прохладным воздухом (всего-то 50 градусов), хоть тяжесть, понятно, не спала – каждый миг работы движков на торможение добавляет шансов выжить (угу – аж 0,0000567 шанса), как мы в влипли в хвост!
Каждая планета с атмосферой тянет за собой длиннющий хвост из самых шустрых молекул, в результате близкого знакомства с солнечным ветром поимевших скорость, достаточную для преодоления привязанности к родной планете. Таковых немного, но для нас это - примерно как кирпичная стена. Пробить пробьём, но порадоваться этому достижению будет некому.
А пока – на плиту, придавившую нашу жабку, присел отдохнуть слон… или прыгнул носорог… с разбега… с десятиметровой вышки… Тридцать Ж!!!
Сознание, потеряв полную связь с телом, в панике заметалось внутри черепушки, ища место, где спрятаться от увиденной ржавой косы в руках костлявой старухи, несущейся в ее сторону. Но тут, как «бог из машины» (действительно из машины – каламбур, ага) «Альтер Эго» наконец решил, что с жабки достаточно, и начал действовать. Этот скряга, оказывается, про хвост помнил всегда, в отличие от своего безголового капитана, и каждый эрг энергии складывал в накопители, жертвуя всем, что считал лишним - вот до этого самого момента.
В гиппер возле массивных тел лучше не уходить. Точнее, это сделать можно, но – один раз. Мало того, что нужная для этого энергия сильно превышает ту, что надо потратить на «просто долететь», мало того, что гравитация вносит такие искажения, что выйдешь ты там, где Макар телят не гонял - так еще и резонанс разносит работающий прыжковый двигатель в пыль. Но если нельзя, но очень надо, то… Маневр этот называется «рокировка».
Вот и сейчас эта тупая железка (ну, тупая – это я от собственного бессилия) поменяла возможность вернутся домой в будущем - на шанс уцелеть здесь и сейчас, попросту «переставив» нас на другую сторону хвоста. Вот вам и «чудо», мелкое и пакостное… Еще миг назад у нас была «космическая» скорость и прыжковый двигатель, а теперь – «нулевая орбитальная», которая ежесекундно увеличивается на 10 м/с (причем, что характерно, направлена теперь она – прямо к ядру планеты…), прогоревшие до дыр планетарные движки, и сухие накопители, которых только на аварийное освещение и хватит. Тушите свет…
Классное ощущение – невесомость после таких перегрузок! Душа и потроха в едином порыве решили «воспарить», и покинуть бренное тело через естественные отверстия. Спасибо тебе, неведомый «наземник», прописавший однодневный пост перед выходом из гипера, замечательная смерть - захлебнуться собственной блевотиной, или порвать внутренности положенной туда едой…
Ну, наконец-то – «Альтер Эго» заменил сброшенные движки на запасные, и начал все по новой. Снова перегрузка – привет, старая знакомая, я по тебе даже заскучала. Вот только – нифига у нас не выйдет, скорость теперь конечно гораздо меньше, да вот только и мы уже не те. Но, «тупая железка» в полное отсутствие шансов никогда не поверит, и будет биться до последнего – уважаю.
Нет, ну что эта скотина удумала! Мало мне несложившейся личной жизни, так меня еще и автоматика «кидать» научилась. Второй раз за час – однако, тенденция… Он, значится, «принял решение» углубиться в атмосферу так, чтобы гравики подзарядили накопители и позволили ему набрать горизонтальную скорость – и выскочить назад на крыльях и двигателях, пока не прогорела броня и прочее, а на щит энергии явно не хватит. «А ты, дорогая начинка, в этом деле будешь только мешать, так что - «Боливар не вынесет двоих».
Но ты не переживай – твой СВЗ имеет и второе название, «десантная капсула». Скорость у нас под конец будет как раз для прыжка (ты, железка, кого дурить собрался? Пилоту ли не знать, как сбрасывают Десант…), так что выдам тебе напоследок гравики. Они, правда, тогда будут уже «под завязку», но – «хорошему человеку г… не жалко». Ты, главное, свали от них побыстрее, как переполнятся. Ну, а мы дальше уж как нибудь сами, своим умом выбраться постараемся, здравы будем – постараюсь тебя найти, может быть, когда нибудь, наверное…»
Ну, и что можно сказать на такую подлость? Например, что «Второе Эго» ничем не лучше Первого… Или - «спасибо, что хоть предупредил»… Или «Мамочка! Не хочу-у-у-у!!!» Ну так меня никто не спрашивает. Последнюю фразу я могу оформить приказом, конечно. Если смогу дотянутся до пульта – сейчас это проблематично, а когда смогу, будет поздно. Так что – «расслабляемся и получаем удовольствие», пока другие будут нас… спасать.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 12.12.2010, 18:50 | Сообщение # 6
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Многие подмечают высокомерное отношение «летунов» к Десанту. И только сами летуны знают его причину, но никогда не признаются. И я тоже, только перед смертью врать не стоит. Это – банальный страх. Да, «элита элит» и «белая кость» панически боится десантных капсул. Просто невыносимо – будучи заживо «вогнанным в гроб», идти на мизерной скорости («бешеную», для наземников, скорость ДК - пилот иначе как стоянием на месте не назовет) и ждать, пока кто-то снизу поджарит твою задницу… Или это же случится из-за отказа защиты капсулы.
Пилотов жутко нервирует отсутствие обзора, и возможности управлять этой самой ДК. Ни одного пилота не заставишь прыгнуть больше положенной «чертовой дюжины», без которой за штурвал не пустят вообще, а после каждой «переаттестации» впору идти к психиатру. А десант – делает это регулярно и без душевного излома. Хотя – может, это потому, что они просто не видят, как выглядит зона десантирования при работающей по ней системе ПВО? Обзора-то в капсулах нет… В любом случае, невольно сторонишься человека, способного на что-то недоступное тебе, особенно если считаешь, что «выше тебя – только звезды, а круче – только яйца».
В общем, меня ждало «внеочередное» повторение кошмара. Хотя там, внизу, конечно, никакой ПВО еще нет. Но от этого не легче – гробануться можно и просто из-за скорости. А пока – вам казалось, что вас до этого трепали, как тузик грелку? Так вот – вас перед этим нежно гладили. Теперь же ощущение, что ты мышонок в консервной банке, по которой лупят кувалдами – со всех шести сторон. Так, я не поняла, а с трех остальных почему? Ах, ты выставил гравики на «быстрый разряд», чтобы то, что не успевает слиться в накопители, они выдавали назад импульсом, а то до точки сброса не долетим. Ну спасибо – обнадежил. Хотя, если абстрагироваться от ощущений и ситуации, это даже забавно, когда внутренности от толчка пытаются покинуть тело, причем с обоих сторон разом, но не успевают – следующий удар бросает их навстречу друг другу. Вот только абстрагироваться в такой ситуации… попробуйте – расскажите как получилось.
Вокруг не осталось ни одного экрана – выдержав большие ускорения, они рассыпались «безопасной» крошкой от вибрации. Но проектор жив (а че ему станет, там две детали - сапфир лазера и алмаз развертки) и исправно транслирует восхитительные виды. От которых хочется почему-то скулить от ужаса и материться, но нельзя – язык откусишь, если там еще осталось чем… Правда, изображение проектора наблюдать забавно – как в грозу, оно идет рывками, чередуясь со вспышками – глаз не успевает его «схватить», так мотыляет голову из стороны в сторону. (Ты не завирайся, голова-то как раз закреплена, хоть и не жестко. Это сами глаза периодически «теряются» из-за приливов внутриглазного давления, и того, что мышцы яблока не успевают менять угол поворота глаза.)
А это что такое? Ах, неужели «момент истины» - тот единственный миг, ради которого автоматы таскают внутри себя живую начинку. Миг, когда разумный должен принять РЕШЕНИЕ.
В данном случае у меня интересуются - «Куда изволите?» Как куда - конечно сюда, где под ласковым солнцем морские волны накатывают на теплый песочек. «Метров триста от берега, пожалуйста!». Всего-то одно действие – тренированным (знали бы, вы КАКИМИ тренировками добиваются такой точности движений) пальцем ткнуть в нужную точку на трясущемся экране, которого ты толком и не видишь. Ну, вот и все – куда я при этом попала, так и останется «тайной, покрытой мраком». (Чет тебя, детка, на скабрезности потянуло, нервничаешь? С чего бы…)
Говорят, десант невероятно красив – только оценить это некому. Все участники процесса слишком заняты своими внутренними переживаниями. Тем, которые в воздухе, не до любования пузырящимися разрывами и разлетами ложных целей, да и я говорила – внешних камер в капсулах нет. А ПВО азартно выцеливает среди всей этой феерии настоящие цели, на фоне ложных.
Но тут – ПВО не было и в помине, как и «выравнивания» площадки приземления, и все желающие вполне могли полюбоваться зрелищем: педантичного «выполнения требований устава» - без малейшего в этом необходимости.
Вот несущийся по небосводу огненный шар резко дернулся вверх, и превратившись в молнию, исчез вдали, а от него вниз и вперед через неравные промежутки начали чертить штрихи огненные шарики помельче. Затем, нашим наблюдателям сильно рекомендуем крепко зажмуриться. Хоть основной спектр приходится на ЭМИ, но и оптике с глазами мало не покажется. А лучше всего смотреть через сильно закопченное стекло, вспышки будут повторятся еще не раз. Мудро последовавшие этому совету смогут затем наблюдать «танец змей» - шары танцуют в небе по совершенно непредсказуемым траекториям, выбрасывая из себя еще более мелкие, но не менее яркие точки, и все это огненным дождем тянется вниз, к земле.
Особенно это зрелище красиво ночью – видно, что шары переливаются, меняя свой цвет. А вот следующий этап красивее днем – где-то на высоте 10-12 км шары гаснут, и от них начинают отдаляться блестки. Миг – и все небо превращается в сплошные переливы серебра, по нему ходят волны, крутятся водовороты...
А представьте, как выглядит не спуск единственной капсулы, а выброска десантной армии. Обос..ся можно от эстетического наслаждения. А спуск собственно капсулы проходит тихо и незаметно.
Ну, а изнутри это тоже ничего - хоть и не так красиво, но зато переживаний гораздо больше. За миг до старта на тебя обрушивается настоящий водопад. Тут главное не зевать - успеть закрыть глаза и аккуратно, по чуть-чуть, выдыхать из носа. (Анекдоты про то, как это забывают делать, или забывают надеть наушники, и уж совсем «на грани» - про тех, кто в сей момент неосторожно пукнул или со страха обмочился - находят смешными только «шпаки». Летуны и десантники - выслушают с каменным лицом, развернутся и уйдут. Бить не будут, грешно обижать убогих.)
Через пару секунд жидкость зажелируется, и дальше будет предохранять тебя от быстрых нейтронов и прочей дряни, рывков при маневрах, шрапнели, нагрева и лазера (она хорошо испаряется). Словом, о чем еще мечтать? Ну, например, можно начинать мечтать о том миге, когда маневровые двигатели капсулы израсходуют ракетное топливо, которым тебя залили, собственно… Впрочем - об этом начинают мечтать еще с сигнала боевой тревоги.
Толчок стартовой катапульты проходит почти незаметно и внезапно, никаких предупредительных сигналов нет и быть не может, это только в фильмах говорят 10-9-8-7… В жизни отстрел идет, когда пилот или штурман решит, что есть надежда… Или наоборот – надежды нет, и пусть хоть парочка успеет выйти до поражения бота, тут каждый лишний миг – лишний. К тому же – готовиться нет смысла, поскольку положение тела ты поменять не можешь до полной выработки этой дряни. А вот удар набегающего потока пропустить нельзя никак, разве что – успев окочурится до этого момента. В этот раз он чуть не погасил сознание, оно и понятно – «идем на рекорд».
В следующий миг уши начинает терзать вой, точнее – звук «жарящегося бекона» невероятной громкости, и свист уходящего в маневровые пара. От этого звука не помогают никакие компенсаторы в наушниках, он слышится зубами, всем телом. В этот раз его дополнял рев гравиков – чем ближе саморазряд, тем выше становится звук.
Звук гравиков перешел сначала в вой, а потом в свист, забираясь в ультразвук, и завершился чудовищным пинком – капсула улепетывала от сброшенных гравиков. Когда они разрядятся, бросив во все стороны «волну знакопеременной тяжести» - от них лучше быть на безопасном расстоянии.
Спросите, на каком? Закон обратных квадратов для энергетического оружия вам знаком? Он прост – «чем дальше, тем лучше».
Отстрел ознаменовал переход к противозенитным маневрам. О, как это восхитительно – оказаться непосредственным участником решающего футбольного матча! Точнее – мячом, еще точнее – дробинкой, в этот мяч попавшей. Пинок отправляет тебя к ближайшей стене, рассерженный свист пара отбрасывает назад, новый пинок обрушивается с другой стороны - и так непрерывно до полной потери ориентации (ага, включая сексуальную). Снаружи в этот момент от капсулы летят клочья тепловой защиты, «чешуя» сходит самыми разнообразными кусками, создавая дополнительные помехи радарам и оптике.
Маневры не прекращаются, но становится заметно легче – несмотря на то, что места внутри стало больше, но стенки уже не столь горячи – желе успевает охладить их настолько, что при отлете от стены за «бусиной» с тобой внутри тянутся «нити», которые мгновенно высыхают, превращаясь в трубки с желе внутри. Теперь каждый бросок сопровождается хрустом ломающихся трубок – сильно способствует прибытию вниз не в виде отбитого бифштекса.
Еще ниже, трубки перестают высыхать - и ты висишь в центре на упругих резиновых нитях, как безумный паук, вместо нормальной паутины сплетший сферическую. Этот участок можно даже назвать приятным, чем-то напоминает детские забавы. Но в следующий миг натягиваются крепящие стропы, и в капсулу впрыскивается катализатор. Все желе мгновенно превращается в жидкость, бурным потоком несущуюся по стенам и исчезающую в топливопроводах.
С чего вдруг жидкость потечет по стене? Ну, если капсулу раскрутить юлой … самой бы туда же … не стечь. Это – очень опасный момент, потому что полет должен быть прямолинеен, но если вы его пережили, то развлечения продолжаются.
В следующий миг маневровые сорвутся с цепи, разрывая на части внешний корпус, и своими безумными кульбитами уводя за собой зенитные ракеты. А оставшаяся сфера, на которой не осталось ни грамма металла, раскрывает ленту тормозного парашюта.
Говорят, что в этот миг - когда тушка оказывается на высоте 10 км в совершенно прозрачном коконе, несущемся к земле - десант несет 90% своих «небоевых» потерь. Даже у ветерана может остановиться сердце, но большинство «выбывающих» - понятно, новички. Если это тренировка – потери не «безвозвратные», «аптечке» по силам запустить сердце вновь и стабилизировать состояние, но решиться на прыжок после этого могут очень немногие. Зря, кстати – те, что решились, рецидивов не имеют.
Но любоваться красотами с «высоты полета перелетных птиц» можно лишь несколько секунд. Как только от парашюта отлетит последний клок (парашют этот – скорее приманка, длинная металлизированая лента рвется кусками, создавая ложные цели и притягивая к себе внимание) - стропы натянут внутреннюю сферу, превращая ее в «сигару», а все вокруг заволочёт пеленой газ (не вздумайте в этот момент вдохнуть носом или чихнуть), поглощающий лазерное излучение. И под шипение маленького насоса, надувающего и спускающего «рули» на торце сигары, по малопредсказуемой траектории она уходит от того места, где радары и тепловизоры могли последний раз видеть цель.
И вот тогда начнется свирепая борьба с собой. Дело в том, что на самый крайний случай - повреждения капсулы или ее неисправности - у каждого есть «страховка», маленький гравик, на 120 кг и десять минут работы.
О, какая это пытка, понимать, что все ускоряясь, несешься к земле, которую не видишь, и об которую тебя размажет в тонкий блин, а кнопка – вот она, под левой ступней. Нажми - и потерявшую вес тушку воздух остановит и даже подкинет вверх, как воздушный шарик. Тех, кто не выдерживает и нажимает – списывают безо всякой жалости. Лучше живой трус, чем трус мертвый.
Если думаете, что ввиду отсутствия ПВО и строгих инструкторов мои мучения были меньше – сильно ошибаетесь. Страх терзал душу даже больше – гробануться на спуске, после всего произошедшего - было просто невероятной несправедливостью, но гробанутся дальше, потому что по-дурному использована столь невосполнимая вещь - тоже не хотелось. Победила, как обычно, женская натура – следовать инструкциям.
И вот пройден рубикон в 600 м, с треском рвется по экватору сигара, оторвавшаяся лента и верхняя часть вытягиваются в длинный ленточный стабилизатор, разворачивая тебя спиной к земле, натянувшиеся стропы фиксируют тебя в положении «мечта некрофила» (ручки врозь, ножки врозь), а оставшаяся за спиной половинка сигары в последний раз меняет форму (предпоследний, детка, точность во всем – достоинство навигаторов). Ее второе дно надувается, и получается нечто вроде тарелки, на которую поставили свернутую конусом салфетку (ах, где вы теперь уютные ресторанчики…). Перегрузка плавно вдавливает тебя в этот пятиметровый блин, но ничего страшного, толщина в полметра формирует вполне приятное «ложе». Полученная конструкция сейчас сбрасывает набранную тобой близкую к звуковой скорость до приемлемых… а вот до сколько успеет сбросить - столько и приемлемо. Ты в десанте, детка.
В последний миг наваливаются звуки – хлопанье стабилизатора, плеск волн, звон в ушах. Для некоторых – навсегда захваченная в память «картинка» очередной планеты, для некоторых – последнее в прожитой жизни. Хотя опять вру – последним будет хлопок сминающегося конуса, который, проталкивая перегретый газ через микропоры, гасит набранную скорость.
А небо тут действительно голубое… А еще – по нему плывут снежно-белые(!!!) облака… и медленно тают инверсионные следы ложных целей. Лодку, в которую превратилось последнее напоминание о прежней жизни между звезд, плавно покачивает на волнах. Красота, счастье, покой заполняют все вокруг… И тут сволочная аптечка вкалывает мне стимулятор!!! Развитие шока прерывает, зараза.
Как наскипидаренная, вскакиваю и делаю тройку кругов по «богоспасаемому корыту-2» в поисках весел, напрягая склероз на тему – «чем тут грести положено». Матерясь и вопрошая «да когда ж эта гадская тирания машин кончится?». Потом на миг замираю от того, что ляпнула… Зубы, вы еще тут? Если да, то откусите язык, пожалуйста!!! Кстати… хм, как ни странно – все на месте, хотя многие шатаются.
Последующие три часа были мало интересны для описания, поскольку словарный запас быстро иссяк, и начались повторения. Зато теперь я понимаю, почему моряки такие матерщинники - на море без этого не сделаешь никакую работу. И не надо мне напоминать про правила поведения леди – я, во-первых, все же еще и капитан, а во-вторых, попробуйте три часа грести на плоту в одиночку, а потом лезьте с напоминаниями о приличиях.
От же … зараза… такая… - крутится! (это потому, что он – круглый, был бы сферический – катился…) Даже когда мозги, наконец, додумались стянуть это недоразумение стропами и сдуть часть секций – получившееся каноэ ни в какую не хотело плыть прямо, надо было носиться от борта к борту, чтобы сделать следующий гребок.
Так что, когда дно заскребло по каким-то «пупырчатым» камням и капитан, штурман и старший матрос в одном лице бросила взгляд назад - то обнаружила, что все это время волочила за собой стабилизатор в качестве плавучего якоря… Новых слов просто не нашлось, повторяться (больше трех раз) –дурная примета, и стабилизатор втаскивался на борт в тишине, лишь под скрежет зубовный.
Словом, до берега - можно считать, что доплыли. Именно доплыли – в «морском» смысле этого слова.
Что, не знали? Моряки всегда говорят «дойти», а на вопрос «почему не доплыть?» отвечают, что «плавает г…. , а корабли по морю - ходят». Но это не совсем верно, бывает, что и морякам приходится «доплыть до берега», значит сие – «добраться до берега после гибели корабля», вот и весь секрет.
Спустя еще полчаса «хождения по морю» с кораблем на буксире, с развлечением в виде «шараханья с писком» от неведомых водяных тварей (твари шарахались с не меньшим энтузиазмом, но к их чести - совершенно бесшумно), на вожделенный берег таки выбралась первооткрывательница нового Мира, и полноправный представитель межзвездной цивилизации.
Зрелище, я думаю, было незабываемое… Поскольку представитель «высокой технической культуры» волок зубами за стропу (линь, это называется - линь) свой «ковчег» - потому что лапы после спуска и упражнений с веслом отказывались что либо держать, да еще и норовили отвалиться сами.
А сам он (то есть она, конечно) больше всего походил на мокрую, драную и подпаленную кошку. Волосы, сбитые в колтун и покрытые коркой соли, да и общая «просоленнось» вызывали просто паталогическое кошачье желание - начать вылизываться.
Это чудо выплюнуло линь и ступило на долгожданный берег, где плюхнулось на песочек - чтобы отдохнуть от дел, и полюбоваться наконец небом и облаками…
Чтобы через миг взвиться в воздух с воплем, вспугнувшим птиц на милю вокруг – «теплый песочек» был нагрет «ласковым солнцем» градусов до шестидесяти.
Но остудить пыл космопроходца такая мелочь разумеется не могла – фигура почесала пострадавшее место, и, задрав голову к голубому небу и белым облакам, крикнула:

«Здравствуй, мой новый Мир, и я тебя тоже люблю!»


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.

Сообщение отредактировал al1618 - Воскресенье, 12.12.2010, 18:52
 все сообщения
al1618Дата: Понедельник, 03.01.2011, 04:56 | Сообщение # 7
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Картина Репина – «приплыли…»

«Человек цивилизованный» - зверушка забавная. Степенности, четкого расчета собственных сил и сдержанности, свойственных крупным животным, да и его же «не цивилизованному» варианту – в нем не найдешь (даже днем с фонарем под глазом).
Еще полчаса назад, носилась как угорелая не зная куда девать столько счастья, а теперь сидим размазывая горючие слезы и сопли по ставшей несимпатичной мордашке. Какой «неожиданный» поворот (ага, «рано радовались» называется – ОЧЕНЬ редкая ситуация).
Что до неожиданностей, если к «не цивилизованному» они приходили в виде прыгнувшего хищника или удара дубиной по голове, то «цивилизованному» приходится бояться в основном цифр – показаний дозиметра или спидометра, или вот как сейчас – маленьких черных значков на боковой стороне аптечки. Но эта «нематериальность» совсем не делает эту «неожиданность» менее неотвратимой. Так что повод к усиленному «жалению себя» у меня был. Но – по порядку.
Все время после приземления прошло в беготне, чему не мало способствовала еще не до конца разошедшаяся доза стимулятора, всаженная аптечкой сразу по прибытию. На слонов он что ли рассчитан? Ребята из десанта вполне себе моего размера, дубов способных прошибать стены лбом, которых так любят показывать в фильмах, среди них не больше чем в любых других подразделений, пожалуй даже меньше – в такую мишень проще попасть, да и капсулы им нужны специальные…
Первым делом, согласно устава, «мухой» занимаем господствующую высоту и осматриваем окрестности. Правда, кого там высматривать, вся крупная живность попряталась от греха подальше, ничего крупнее четверти меня ближе чем на 40 км Тактик при спуске не обнаружил, а всяческие любопытствующие (если после устроенного светопреставления таковые найдутся ) тут появятся еще не скоро.
Далее начинаем окапываться, легкими движениями ножа весло превращается в приличную лопату (ага, на всю «легкость» ушло полчаса и все имевшиеся весла). Получившаяся в результате… воронка на уставное сооружение походила мало, но если выстлать дно и стены остатками стабилизатора, а сверху накрыть плотом то вышло вполне уютненько. Несколько секунд забрызгать «крышу» отражающей краской и даже «ласковое» солнце нас там не достанет.
Дальше – установка средств сигнализации и пассивной обороны. Верхушка холма медленно, но верно превращалась в укрепрайон - с датчиками предварительного обнаружения, идентификаторами целей, нелетальными заграждениями и управляемыми минными полями. Поймав себя на рытье запасных стрелковых позиций, схватилась за видать крепко стукнутую голову – я что вообще творю, а?
Потом, когда стаскивала все свое имущество в блиндаж, появились первые тревожные мысли, но общее радостное настроение не дало им оформится, болталась только на задворках мысль – «уж что то много железа я таскаю…». Потому цифры на боковой поверхности аптечки попросту сбили с ног. А чего бы не поплакать девушке, если ее взяли и обокрали?
Что скажете можно снять с полностью голой женщины? А вот ЕГО, единственного и еще не встреченного и сперли (с особой наглостью и цинизмом), вместе с шансом вернутся домой и такой мелочью как жизнь. И мысль о том, что сама раззява - сделала все, чтобы именно так и произошло, в данной ситуации, только прибавляет мокроты. А все дело в гадских цифрах, стоит кэпу (которому, между прочим, положено знать и видеть ВСЕ) всего то прозевать, что в QWIIID14376SFIII11III сразу после «F» стоит не «I» а «1» - и он в результате пойдет высаживаться на планету в стандартной десантной капсуле вместо спасательной… Со всеми отсюда вытекающими – и последствиями и слезами, с которыми пора б уже завязывать, но все никак не уймутся (откат после стимулятора, «зуб на вырыв»).
Ну скажите на милость – зачем мне эта гора стреляющего железа, способного снести верхушку горы? (ну горы, не горы, а среднему холму точно не поздоровится – перекопаю на два метра вглубь). Я в этом мире выживать собралась или его завоевывать? Нет, от безнадеги или со скуки можно было бы и провернуть что-то в духе «героических» фильмов, но вот мелочь …
Вооружение снабжено мощными аккумуляторами энергии, специфика их работы такова, что они ее должны отдавать как можно больше и как можно быстрее - если за три часа десант не смог выполнить задачу, можно попытаться (как правило - безуспешно) вытащить то, что от него осталось. Для длительного хранения энергии они попросту не предназначены, нет в этом смысла, и заряжают их непосредственно перед выброской… (саморазряд никто не отменял, а саморазряд таких емкостей делает их просто небезопасными в хранении)
Ну кораблик, ну удружил – это ж что получается, живые дотошно следуют всяким идиотским регламентам, а машины болт на тридцать два, с одинадцатигранной головкой, на них ложили? Все понимаю – что десантная капсула прозевала сама (хотя, гад, мог бы и подсказать), но почему все не заряжено? Да такое тянет, если не на расстрел перед строем с развернутым знаменем, то на СТО с «неполной разборкой» - точно. Похоже, Пушинка, увлекшись собственными мелкими проблемами, ты прозевала действительно серьезную…
Но хрен с ними, со стрелялками, тем более что серьезных там нет – мне достался «комплект радиста», так что основное место занимает РДС-22, рация дальней связи (22 – это кило…). И то, что она не заряжена тоже (хотя запасные аккумуляторы точно должны быть «сухозаряженными»!) конкретно подводит нас к фразе – «вот ты какой – полярный лис…».
Так что, с надеждой оглядев горизонт, и не обнаружив нигде гигаваттной энергостанции (чтобы подзарядить хотя бы носимый коммуникатор), поднимем мордочку к солнышку и начинаем жалеть себя уже с рыданием и подвыванием.
Почему к солнцу? А там, ниже него на двадцать три градуса, должен болтаться наш шанс вернутся домой и вообще – выбраться из этой… , сброшенный корабликом модуль БР1, словом. На то что БР2 уцелел в этой передряге особой надежды нет, а вот БР1 вполне мог выйти на орбиту Жемчужины, если не сейчас, то через недельку – точно. Ему свою живую начинку защищать не надо было… Вот только подать ему сигнал просто нечем, так и будет он там болтаться (прячась за спутник на время солнечных затмений), дожидаясь вызова - во исполнение инструкции «о предотвращении обнаружения на населенных мирах», пока развитие аборигенами техники не заставит уйти сначала на обратную сторону спутника, а потом и вовсе – на внешнюю границу системы…
Я что, не сказала, что планета обитаема? Ну, извините… день выдался немного хлопотный. «Адамово семя» - эта цивилизация «разбрасывала семена» задолго до нас (порядка 22-25 тысяч лет «до»). Больше половины обнаруженных населенных планет принадлежат ее осколкам разной степени одичалости… Что характерно – у всех у них есть предания про «ковчег спасения» и о «гневе божьем», а также – весьма проработанный план будущего «апокалипсиса». Интересно – с кем это они так круто повоевали?
Да, кстати, ближайшие полчаса просьба не беспокоить – плачу редко, но если началось… уж я то себя знаю.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Понедельник, 03.01.2011, 05:04 | Сообщение # 8
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Не, ну их в пень – эти переживания, так ведь и закат пропустить можно. Быстренько проводим ритуал умывания, главное – аккуратно протереть вибриссы, а то потом кусок в горло не полезет, и устраиваемся на лучшем месте готовясь внимать…
Ну что сказать – закат не разочаровал, да еще и давал надежду что восходы тут ничем не хуже, начинаем собирать новую коллекцию – как говорили мудрые «только две вещи у меня нельзя отобрать – то что я съел, и то что я видел».
А теперь, пользуясь образовавшимся умиротворением и надеясь, что приступ жалости не повторится – начинаем инвентаризацию на тему: «Что имеем с гуся?» - шкварки, одну большую «шкварку», блин… Так, настраиваемся на оптимистический лад. Чем в конце концов это отличается от «верчения перед зеркалом» в примерочной магазина, вот и буду решать что мне «идет».
Стрелялки сразу откладываем в сторону, глаза б мои их не видели, РДС вызывает больше чувств, но таскать на горбу 22 кило – увольте. Обойдемся стандартным полевым коммуникатором, если сможем построить хотя бы примитивный ядерный котел для его зарядки (что можно попробовать) и трансформатор (что уже фантастика – выращивать кристаллы в поле гравитации, м-да…). Но все же видимо придется таскать эти два с лишним кило хотя бы как «дорогую память».
Еще ряд ценных предметов из экипировки десанта. Тактик, до «Альтер Эго» ему конечно… но зато хоть поспать можно будет не опасаясь, что тебе отгрызут чего ни будь нужное. Параллельно обнаруживается приятная новость – вся любимая музыка, дневники, фотографии, конспекты времен учебы, и куча прочего мусора кораблик засунул в память Тактика в раздел «информация о цели акции», юморист – вот уж не знала, что буду искренне радоваться его шуточкам. Тактик, приобретение ценное – особенно по тому что рабочий, ему достаточно солнечного света, в крайнем случае, подойдет тепло тела носителя.
Броня присоединяется к оружию, у местных нет ничего с чем бы не справилась «поддевка», а носить на себе все это больше трех часов (и то - накачавшись стимуляторами) – дурных нет, хотя если ошибаюсь – обойдется это дорого. Шлем заставляет задумается, потеря головы в бою – почти поражение, но весит это чугунное ведро четыре кило (и это все – в «легком» варианте радиста, который то и в бою участвовать не должен…), голова и шея начинают болеть уже заранее. К счастью – вопрос решаем, легким движением снимаем верхнюю «броневую» часть оставляя легкую каску из углеродистого волокна и внутренние демпферы (и защита и на солнце полегче будет). Так, а что это за откидные треугольники на висках, ну ка … что дополнительное усиление понятно, а… обалдеть – ими надо закрывать прорези для ушей при «приготовлении пищи в полевых условиях на открытом огне».
Ну конструктора, ну выдумщики. Хотя решаемый ими уровень трудностей – впечатляет. Оказываться «Ухи» в бою представляют не абы какую проблему, просто придавить их нельзя, теряется масса информации, да и боец не способный шевелить ушами оказывается испытывает стрессовое состояние. Но и оставлять такие прорехи в защите, тоже нельзя – попадание именно в эту не маленькую область почти всегда летально.
Говорите забронировать полностью, а слушать через микрофоны? Так шлем в основном не отражает снаряды, а заставляет их рикошетировать, а тут любое попадание «в ухо» попросту свернет шею. Выход нашли просто зверский – прикрыли уши «решетчатой броней» которая прикрывает (или отклоняет) только прилетающее с тех направлений которые четко приведут в черепушку. Теперь понятно почему десант «короткоухими» называют, они у них похоже просто отрастать не успевают – после «купирования». А вот котелок из шлема выходит – дырявый, но конструкторы и тут решения нашли… Точно сказано – кто в армии служил, тот в цирке не смеется.
Аптечки, и большая, и носимая – берем однозначно, что тут думать – даже за попытку ее снять она мне вкатит чего ни будь… успокоительного. Вот только сами аптечки подкачали, эх достался бы мне хотя бы комплект санитара… Но это все мечты, а имеем – то что имеем, пару сотен микро ампул всяческих лекарств «высокой концентрации» и «общего назначения», автомат их разведения по совместительству иньектор, перевязочный материал, здоровенная банка клея с вторым иньектором. Анализатор, мало на что способный, кроме анализа крови на гормоны, и с очень ограниченными возможностями по микроживности (а мне тут полного исследовательского вирусологического комплекса с автономным ИИ мало будет). Зато его «искусственный нос»– распознает аж 14 тысяч боевых ОВ и прочих отрав и может даже фармакокинетику просчитать, очень полезно знать когда окочуришься, поскольку даже ОЗК мне, похоже, не положено.
Продолжаем потрошить аптечку – жгут, он же по совместительству УММ (универсальный медицинский манипулятор) – повезло. Синтезатор, максимум на что способный – несколько литров в сутки, и то исходные вещества ему надо подводить с наружи, как и энергию… Как я ему ее добывать буду? Трением? – а это мысль, берем расческу и… а лучше – эбонитовый столбик и тремся. Мне тут минимум «полевой» нужен (ага, а лучше – «групповой полевой», и в спасательной капсуле – такой есть, эх «проворонила ты свое счастье»). Так – успокоилась, и продолжаем.
Аппарат искусственного дыхания, по совместительству – противогаз, акваланг и анестезия. ГДЕ? Тфу, а через что я весь спуск дышала… маленький и легкий, если не считать веса регенерационных биопотронов, берем однозначно. Хотя их начинка представляет немалую опасность для местной биосферы. Ну да понадеемся на прочность корпусов, я сама – опасность не меньшая, так что мне тут - самосожжение устроить?
Куча стеклянного инструмента, на аппендицит хватит… Блин, язык мой – враг мой, ляпнешь еще чего – отрежу нафиг, инструмент и шовный материал у меня на это есть.
Тридцать штук женских тампонов, вот только не надо острить на тему куда представители «сильного пола» должны их себе засовывать – они не только для естественных отверстий годятся, пулевые затыкать тоже – милое дело, даже артериальное кровотечение держат, если их хорошенько приклеивать…
Так что этот стерильный материал для меня теперь на вес золота, а себе – придется что-ли мох поискать… Благо проблема пока неактуальна. Так, а это что? – «пила Джингли», трепанации черепа делать… А, наши шансы повышаются, я не просто радист, я – радист-диверсант, и этой хреновиной мне предлагают снимать часовых, валить деревья и опоры мостов до 40 см и делать экстренные ампутации. Просто нет слов…
К стандартному «набору выживания» подбираюсь с опаской, как к мине поставленной на «неизвлекаемость», если сюрпризы будут еще и там… Хотя как не быть – таскают этот набор с собой исключительно как «дань инструкции». В голове просто не укладывается ситуевина, в которой боец может начать «комплект для выживания» использовать, не для открывания консервов или мены с аборигенами, а раз так – никто его до ума не доводил, не было повода. А там – каждый предмет имеет по три назначения, потерять или сломать что-то – потеря невосполнимая.
Самая главная деталь – тесак с длинной лезвия в 44 см. это где? Вот эта рукоятка в полторы моих ладони? А как-же.. ОЙ! Инструкции – надо читать до конца, а не совать пальцы куда не следует – так запросто можно лишиться чего ни будь нужного. Но идея неплоха, сегментированное лезвие из пластин «металлического» стекла укрепленных на телескопическом штыре может менять длину (правда увы - не вес, хотя пластины можно снимать) от кинжала до двуручника, а обратной стороной (с зубцами)– можно еще и пользоваться как пилой, причем как прямой так и ленточной, это ж каким… а, ну выдумщики блин.

В полой рукояти – куча всякой мелочевки, вроде пары «вечных» спичек (хотя почему в кавычках – 20000 зажиганий им положенных используют разве что правнуки), крючков, 300 м мононити с кошкой (и чем я ее на 300 метров брошу? Ах из подствольника… или пятью прилагаемыми «таблетками», ну ладно…). В рукояти – два фонарика, один вперед другой назад, все могут работать по разным режимам и менять цвет. Вся остальная мелочевка – стерженьки разноцветных пирофакелов, термитные таблетки для разжигания, фильтры для воды на 800 литров каждый, карабины и прочий крепеж и т.д. рассовано по кармашкам пояса- ножен этого комбайна.
Забыла сказать – его можно всунуть в широкую часть телескопической рукоятки весла (она же – мачта перископа, она же антенна выносная, она же шуп разминирования, стойка палатки и прочая, прочая, прочая…) получив пику с одной стороны и резалку с другой. Против холодняка местных вполне сгодится, да и сам тесачок – пойдет вполне, не смотря на слабое мое знакомство с фехтованием, реакции и координации на среднего местного бойца, с таким оружием, у меня должно хватить. Особенно принимая во внимание, что разогнанная одноразовым зарядом пластина лезвия (есть у него и такой, «стрелковый» режим) на сорока метрах пробьет любой местный панцирь.
Правда что-то мне вспоминается, что тех кто пользовался оружием с таким лезвием – вешали, без суда и выкупа. Поскольку раненого этой «пилой» проще было добить, чем оставить мучатся, но должна же слабая женщина защитить себя в мире суровых мужчин? Я вообще добрая и пушистая – меня не трогайте, я вас десять раз не трону…
Вот и весь набор для выживания – 2 кило веса, плюс паек на 5 дней - еще полтора кило.
Хотя как всегда – забыла самую тяжелую часть набора, «успокоитель» 1,8 кг. Десантнику из этой «пукалки» разве что стреляться, хотя как шутят – у некоторых от лобной кости заряд рикошетирует…
А для меня, это недоразумение – самое серьезное оружие. Гравитационная винтовка калибра 0,8 стреляющая 0,5 граммовыми шариками со скоростью 8 км/с или «атмосферными копьями» по 0,25 на скорости за 20 км/с.
Шнековый магазин под стволом на тысячу зарядов. Разгоняемых симметрично-противоспиральным способом – толкается при выстреле винтовка совершенно незаметно (в смысле – с ног не собьет, и плечо не выбьет ), потому считается «оружием самообороны», т.е. при ее применении (если уж дело до этого дошло) надо еще и громко кричать «помогите!» поскольку хлопков выстрелов могут попросту не расслышать.
Выдвижной назад приклад с тремя обоймами «надствольных» гранат, надствольных – потому что разгоняются они по наружной части ствола теми же гравитационными ускорителями. Гранаты есть трех видов – сигнальные (дымы), светошумовые (шоковые или отпугивающие, как получится ), и кумулятивные, все – калибром в 16 мм, скорость до 2 км/с (если успеют разогнаться). Вот эти лягаются прилично, и я с ними бы не справилась, но есть компенсация отдачи за счет «складывания» приклада.
Ну и аккумулятор для этого всего – на 300000 выстрелов, не обслуживаемый, не ремонтируемый …., интегрированный …, не извлекаемый…, не разборной… … … Выругаться что ли от души?
Была конечно мысль – попробовать все же подключить к передатчику это чудо … … спасательной техники … … Но к нему лучше без нейрохирургического инструмента (есть, почти…) и растрового микроскопа (нет даже хорошего оптического) лучше не подходить, результат неудачи будет как при ударе молнии, хорошей такой молнии…
Заодно – имеем к этому чуду 30000 зарядов, как ни удивительно, калибры унифицированные и заряды прочего железа подходят. Хватит на неслабую армию, особенно если попросить их лечь на землю и каждого – в затылок одиночным… Воображение – МЕСТО! Желудок – НАЗАД! Назад- Я СКАЗАЛА! Фух…. Надо ж такое себе вообразить. Хотя тактически грамотней было бы их попросить наступать плотным порядком, не менее шести фигур в глубину, чтобы шарик («атмосферное копье» не годится) прошивал за раз сразу пятерых… Вот блин! Они ж так сейчас здесь в атаки и ходят… Эпоха паруса и пороха… Желудок СТОЯТЬ!!! Хорошо что пустой – этого НЗ при всем желании больше нормы не съешь, да и норму надо заталкивать.
А чего это меня так колбасит? Только ли в воображении дело, или мозги у меня все же есть… Решено – сидим на месте три дня, режим – горизонтальный, пусть мозги опять зажелируются…
Да, и раз инвентаризация добралась наконец до нашей персоны (вон даже мозги неожиданно нашлись, на мою голову) посчитаем остальную комплектность: Голова – два уха, тушка – одна штука 60 кг, лап четыре – когтей на них 20, два сломаны, зубов – 30 из них 4-ре вполне приличных клыка, правда шатаются и против местных хищников маловаты, а вот аборигенам – можно демонстрировать смело.

А теперь – спать, инвентаризация закончена….
Поспать толком не дали, сначала местная живность устроила концерт, приветствуя, как потом оказалось восход Спутника (который я как не обидно – прозевала, попросту забыв о его наличии, жаль все же первое впечатление), а потом явился местный «хозяин хазы» и начал бродить вокруг нюхая оставленные метки и вякая вполне понятное «что за зверушка тут завелась – выходи на честный бой». Так шумел, что таки разбудил, пришлось продирать глаза и вопрошать – «Тактик, у нас тут гости, а ты меня не будешь», а он и отвечает «Спи спокойно, он с наружи лазит, зайдет на минное поле замочу да и все», вот блин коновал – а поговорить?
Вылезла наружу, а там все серебристым светом залито и – звезды, красота… Аж вдохновение нашло, так что хам был удостоен исполнения древней баллады:
[cut=Текст]
У всех, кто ввысь отправился когда-то,
У всех горевших в плазме кораблей
Есть важный и последний из этапов -
Этап прикосновения к земле,
Где с посохом синеющих дождей
Пройдет сентябрь по цинковой воде,
Где клены наметут свои листки
На мокрую скамейку у реки.

Мы постепенно счастье познавали,
Исследуя среди ночных полей
С любимыми на теплом сеновале
Этап прикосновения к земле,
Где с посохом синеющих дождей
Пройдет сентябрь по цинковой воде,
Где клены наметут свои листки
На мокрую скамейку у реки.

То женщины казались нам наградой,
То подвиги нам виделись вдали,
И лишь с годами мы познали радость
В кругу обыкновеннейшей земли,
Где с посохом синеющих дождей
Пройдет сентябрь по цинковой воде,
Где клены наметут свои листки
На мокрую скамейку у реки.

Когда-нибудь, столь ветреный вначале,
Огонь погаснет в пепельной золе.
Дай бог тогда нам встретить без печали
Этап прикосновения к земле,
Где с посохом синеющих дождей
Пройдет сентябрь по цинковой воде,
Где клены наметут свои листки
На мокрую скамейку у реки.
Юрий Визбор
[/cut]

Местный бугор от такой наглости просто припух, но связываться со столь изощеренно ругающейся неведомой тварью, да еще в ее логове – не рискнул. Решил просто поставить свои метки поверх моих, дескать – «тысяче сто первое китайское предупреждение» убирайся подобру поздорову. И даже попробовал это сделать, а через миг удалился за горизонт что называется - «быстрее собственного визга». Под мой громогласный ржач.
Нет, беднягу мне было натурально жалко и уж над ним бы я точно не смеялась. Просто вспомнилась полностью аналогичная история, как на полевой практике после первого курса недоумок (а кто он после этого?) из соседней группы сделал аналогичный фортель, и попробовал справить нужду на работающий пиз…лятор. Несчастный пользовался потом повышенным вниманием всех барышней курса – самые оторвы даже просили показать пострадавшую часть, которая, по данным разведки, приобрела замечательный фиолетовый окрас, а вот воспользоваться такой своей популярностью бедняга не мог – 600-800 вольт каждые две секунды, не шутка хоть и долговременных последствий не вызывают.
А потом, моя – задрала голову в верх и, наконец, прочувствовала всю глубину своего счастья. В небесах шел «огненный дождь», изумительно красивое зрелище, если абстрагироваться от понимания – именно этой красоте ты обязана теперешним своим положением. Ну это ж надо так влипнуть – выйти из гиппера прямо в центре метеорного потока, да еще идущего четко «в лоб» с планетой, да еще такого скоростного – судя по цвету падающих звезд, 65 км/сек. не меньше…
Вот и не верь после этого в чудеса – такое «везение» уж точно ни на какую теорию вероятности не натянешь…
Присоединиться что ли к «хору»? может на душе полегчает…


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Пятница, 18.02.2011, 00:41 | Сообщение # 9
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
_______________________
Первая недостача в вчерашней инвентаризации обнаружилась, едва стоило открыть утром глаза. Ровно в семидесяти сантиметрах от дырявой башки. Ни много, ни мало – больше двухсот квадратных метров оболочки спускаемой капсулы. Пленка толщиной чуть больше волоса практически не разрезаемая ничем кроме плазмы, с встроенными датчиками, с поверхностью которая может стать солнечной батарей или отразить практически все виды оптического излучения…
М-да, как говорится – «слона то я и не приметил...», не приметила…, не приметило… Ладно, кончаем с самокопанием и выползаем наружу – встреча рассвета, самое подходящее время подумать о будущем. Зарождение нового дня, самое время охватить мысленным взором новый мир и подумать о своем месте в нем.
Для начала – что мне точно не светит. А не светит – создать на этой планетке новое человечество. Просто по тому, что такой шанс выпал как раз той, которая такую вероятность считала нулевой, а тех кто на него рассчитывал – озабоченными дурами. Хотя, может и к лучшему, даже несколько грамм контейнера со спермой на шее при тридцати ”g” - вполне могли превратится в бревно которое сломает шею и верблюду. Так что создать новое общество у нас не выйдет, надо встраиваться в имеющееся.
Почему, просто не сидеть и не ждать спасателей? Просто расчет времени – совсем не в нашу пользу. Если б капсула была спасательной, то в ней есть все необходимое чтобы не вступать с местными в контакт, или хотя бы не делать это поспешно и не имея крепкого тыла. А когда у тебя есть пятидневный запас продуктов…
Одна надежда – на смекалку, благодаря которой, некая нахалка прошла сдачу зачета по выживанию с минимальным количеством шрамов на шкуре. А всего лишь надо было четко следовать инструкции и тупо сидеть на месте приземления и ждать пока тебя найдут, вместо того лазанья по окрестностям в поисках приключений на собственную пятую точку.
Спрашиваете что за экзамен? Да как обычно – суют тебя в капсулу, в нее аварийный набор предметов, подобранный методом «взорвавшегося телевизора» т.е. из стандартного набора забирается приблизительно треть предметов, а вместо них кладется сборник современной поэзии или коллекцию монет, или на что там еще фантазии у генератора случайных чисел хватит, и – вперед на выброску методом «на кого бог пошлет».
С этими наборами такие приколы порой случаются… До сих пор легенды ходят, про курсанта которому вместо электрошоковой дубинки шестидесяти сантиметровый фалоимитатор выдали. И как он с ним приземлился прямо посредине внутриплеменной разборки на вечную тему кто самый крутой перец, и как бедолага им от всего племени разом отмахивался….
Не, ну действительно, не стрелять же в этих детей природы (это если из чего было), а так – замечательная штуковина оказалась – ножом не режется, каменным топором не рубится, вразумляет любого с первого раза и при том - серьезных повреждений не наносит (а еще, при каждом ударе внутренняя подсветка меняла цветовую тональность – целая световая мистерия получилась).
Так что когда местные держась за разные пострадавшие части смогли, наконец, привести себя в вертикальное положение, вопрос «о самом крутом перце» уже не стоял. А бедолага потом лихорадочно припоминал лекции по психологии примитивных племен и изучал первобытную юриспруденцию до самого конца экзамена – надо ж было своему званию «посланец неба с большим…» соответствовать. Это только кажется, что абсолютному монарху заняться нечем, на самом деле ему и спать то некогда… А символ верховной власти в том регионе, говорят, претерпел необратимые мутации – взаимопроникновение культур, так сказать.
Самое трудное в таких легендах, это определить что там выдумка. Вполне может быть, что все от первого до последнего слова чистая правда. Это я вам с полной уверенностью говорю – сама в одну из легенд попала, точнее сразу в две.
Первая – про пай девочку которая, четко исполняя требования инструкции, все время просидела на месте, только отрыв себе по этому месту противоатомный бункер пятнадцати метров глубины, ага. Которая из сброшенных с ней двух тонн жестяных листов при помощи ремонтного робота и знаний по топологии умудрилась соорудить десятки километров проволочных заграждений. И смогла запустить в работу универсальный полевой синтезатор – которому «забыли» положить логический модуль, из-за чего он мог работать только в режиме «копировалки» т.е. суешь в него образец, а на выходе он (если может) выдает точно такого же но два литра, из того, что ты ему в качестве сырья во внутрь насовала…
А уж историю с производством минного поля, из местных водорослей … Ну, производством спирта из древесины никого не удивишь (благо и сырье распространенное и образец всегда есть), а вот что пришлось подсовывать в качестве второго образца… Зато никакая местная живность меня не беспокоила.
А вот вторая легенда, увы, была про растяпу, которая успешно сдав зачет, чуть не вылетела из академии по состоянию здоровья. Поскольку увидев, через месяц, снижающийся бот совсем потеряла остатки мозгов и на радостях подорвалась на собственном минном поле. Как на грех – был жаркий полдень, так что рвануло все и разом, да так что потом две недели голова тряслась, а на любое обращение отвечала – «Ась?!!».
А вот теперь – увы, хоть и холмик похож, и также море рядом, но с нашими запасами тут не отсидеться. Да и смысла нет – что БР, что корабль (когда/если вернется) будет ждать вызова, а то что связь может не работать при живом пилоте - в его мозги такая не научная фантастика не придет. Так что когда он меня начнет искать, то будет искать не одинокую затерянную тушку, а воронку от восьмидесяти до трехсот метров в диметре со следами радиактивности… Что тоже нетривиально, принимая во внимание какую поверхность надо обследовать, речь тут идет даже не о годах – десятилетиях.
Единственный вариант, что он сможет найти именно меня, это приобрести такую известность чтобы любой крестьянин в ответ на показанную мою фотографию сразу ткнул рукой в нужную сторону и указал расстояниях хотя бы в днях. И как интересно можно заработать такую популярность? Стать любимой женой местного императора? ну-ну, хотя среди этих извращенцев всегда хватало – может и зоофилы попадаются… Отложим пока эту мысль как перспективную, но не своевременную…
Берем проще – технические наши возможности определены вчера, а вот как с нематериальной составляющей? Чем можно заинтересовать местное общество так, чтобы польза перевесила настороженность по отношению к чужаку? А ведь тут, здесь и сейчас, друг-друга даже не за внешний вид – за пару отличных слов в молитве тысячами режут…
Итак - что я могу в переложении на местный уровень? Базовые знания по медицине, которые для местных будут «откровением», во только лечить без знания анатомии я не смогу (а за попытку изучения – меня прикопают, вместе с тем трупом, на котором я буду пытаться научится), а санитария и эпидемиология – не мой уровень, тут надо еще и власть иметь.
Могу водить корабли по звездам, надо мелочь – инструменты и массу времени на наблюдение. Да и женщина на корабле… думаю суеверия тут не сильно отличные. А чтобы заткнуть глотки недовольным это уже должен быть МОЙ корабль, да и то… Можно конечно тоже самое на суше – военный шпион-картограф, например, благо план крепости нарисую с одного взгляда – глазомер и профессиональная память позволяет. А потом по моим картам пойдут полчища не оставляющие ничего живого…
Можно заняться финансами или торговлей, но кто меня туда пустит даже наличие стартового капитала тут вторично, а вот связи… Наукой заниматься тоже не дадут – просто в виду половой принадлежности, мысля про то, что у женщин тоже есть мозги тут еще не одно столетие до местных ослов доходить будет.
Вот блин, куда не кинь… Выходит или пулемет в руки и вперед – вспоминать навыки из курса подготовки «дива» или точно в гарем какому то любителю экзотики набиваться. А что? – отравить там меня ни у кого не выйдет, своих детишек понятно не получится, но хоть чужих на руках подержу, они тут такие розовенькие, все в перетяжечках толстенькие, мягонькие. Тут желудок выдал руладу, заставив меня смутится (я же вроде не есть их собиралась), а примостившуюся рядом греться ящерицу (здорово похожую на БМД с модулем минного траленья, только лап не шесть а четыре) рвануть так что только пыль из под траков – голодный хищник рядом!
И то верно, надо поесть и завязывать с этой философией, все равно по мудрой инструкции «о контакте» начинать надо с малого, а к общему – переходить по мере накопления информации.
Жуя это невообразимое на вкус нечто, именуемое сухим пайком, бормотала известную солдатскую мантру – «можно полететь к звездам, но сделать сухпай хотя бы съедобным –«Это фантастика, сынок»». Нет он несомненно полезен, а уж консистенция… замечательно поддерживает крепость зубов (угу, чтобы хотя бы разлохматить край плитки надо и коренными поработать и клыками по дырявить), но о таком понятии как «вкус» его создатели даже не слыхали, чтоб им … через… в…да… под… над… геодезическую линию!
Хотя как офицер (типа) прекрасно понимаю – если сухпай хоть чуть по вкусу будет отличатся от сапожной ваксы пополам с хинином, то он мигом подпадет под категорию «закусь», а тогда, когда действительно понадобится, не дай бог – придется действительно питаться ваксой густо намазанной на хорошо проваренный офицерский ремень («это конечно только после того, как доедят самого офицера» - как шутил наш инструктор по психологической подготовке).
Решено – сухпай продолжаем экономить, а сегодня вечером (эт значит – как жара спадет) идем на рыбалку. А пока усиленное жевание явно активизировало прилив крови мозгу – придумался еще один вариант решения наших проблем. Это – найти один из зондов и переоборудовать его в средство связи, или – просто ему в объективы попасться…
Задача честно говоря еще та – во первых, зонды маскируются так, что и местные их не распознают, а во вторых – в пустыне их явно не встретишь, большинство этих устройств тяготеет к цивилизации и собирают данные уже о людях… Ну и как я попаду в столь густонаселенный район? В качестве экспоната местного зверинца – в железной клетке? Тоже вариант… но не будем с ним пока излишне торопится (такое вполне может выйти и само).
К тому же –реализоваться такое может только случайно, зондов до десяти тысяч на всю планету и количество их непрерывно сокращается, часть гибнет, часть просто вырабатывает ресурс, а автономные с хорошим запасом прочности – предназначены для сбора метео и сейсмо и прочей долговременной информации, спрятаны так что даже имея сведенья об их расположении (а вот этого то в памяти Тактика не обнаружилось) – фиг я, например, на верхушку семитысячника залезу, или среди чистого моря буй найду – он же зараза, при приближения корабля еще и ныряет… А мобильные «глаза» по тому и мобильные что на месте не сидят. Так что – результат не стоит риска и затраченных усилий. Единственное с чем действительно можно встретится, это с «сорочьей радостью», датчиками подбрасываемыми местному населению социологами. Так что – внимательно присматриваемся ко всяким «мечам-кладенцам», «чудотворным амулетам», редким по красоте и размеру камням и прочему – вот только это тоже пока не наш уровень, все это можно разве что в кругах высшей знати встретить, а я пока – никто и звать меня – никак.
Рыбалка – это торжество инстинктов, причем инстинктов древнейших. Можно многое говорит о цивилизованности, манерах, культуре и интеллигентности, но как только у высокультурного и интеллигентного человека в выпущенных когтях забьется первая пойманная им рыба… куда только все девается. Остается только азарт первобытного существа, первичное противостояния голодного и еды. Понимание того, что помимо твоей добычи тут полно тех, кто уже тебя вполне могут как объект «рыболовли» рассматривать – только добавляет остроты ощущений.
А рыбалка тут была хороша – не надо было часами изображать из себя бревно ради одного единственного мига, рыбы было много и все свелось к банальному соревнованию – кто быстрее, точнее, везучей. Как это восхитительно – одним молниеносным движением нанести удар по воде оглушая свою жертву, чтобы в следующий миг зацепить ее крючками когтей и тем же движением вышвырнуть на берег, или подбросить высоко в воздух - чтобы поймав зубами одним из клыков перебить позвоночник…
Или нестись в след улепетывающей изо всех сил добычи, в брызгах и пене, не замечая ничего вокруг, видя только длинное скользкое тело изо всех сил старающееся спастись и понимать – что ему от тебя не уйти, ведь ты движешься совсем в другой среде и потому намного быстрее. А этот восхитительный миг завершающего прыжка, когда ты уже паря в воздухе четко понимаешь – через миг ты вцепишься всеми лапами, когтями и зубами в твою добычу чтобы окончательно доказать кто победил в этой маленькой драме жизни или со смехом будешь отфыркиваться в след ускользнувшему обеду.
И рыбка тут такая как надо – спина шириной четко поперек пасти, не надо из себя крокодила изображать, да и длина «така як трэба», с предплечье, без монстров способных закусить самим рыбаком, оно и понятно – мелководье. Хотя зевать не стоит, толпа мелочи с ладошку может тебя и до костей обглодать за несколько секунд, но тут таких банд вроде нету…
Ну и сама еда, конечно всякие кулинарные изыски – это прекрасно, хотя бы просто по тому, что иначе эту мертвечину просто не съесть, но только миг назад бывшее живым и именно тобой пойманное – вкус имеет просто божественный, да и как говорится – «голод – лучшая приправа». Так что, два движения когтями вдоль хребта, и голова с костяком, потрохами и шипами отправляется в сторону, а нежнейшее мяско в довольно рычащий желудок, или это я рычу? Совсем озверела…
Но все хорошее когда ни будь кончается, как говорится – «Желудок у котенка – не больше наперстка, поэтому литр молока который он выпивает находится в нем под давлением в 100 000 атмосфер». Ох-хо-хо, бедный котенок, как я его сейчас понимаю. Похлопав себя по пузу (пятый месяц, не меньше) настраиваемся на благостный лад и общефилософские рассуждения.
Например, то что удовольствие от рыбалки можно сравнить разве что с… хотя там за пару минут такого же удовольствия потом шесть месяцев пузом маяться, а потом еще и лет семь выкармливать это чудо. Дети конечно «цветы жизни», но на могилах своих родителей… А тут все наоборот – два часа удовольствия и в крайнем случае, пять минут животом помаяться.
Забавное зрелище, наблюдать – как мысль о цене «следования инстинктам» поднимается от «органа интуиции» вверх по позвоночнику к голове, неспешно так – вместе со встающей дыбом шерстью. Когда же эта мысля смогла достучатся до обожравшихся мозгов – на четырех лапах волоча набитое пузо по песку совершаю рывок к брошенному не вдалеке, за ненадобностью, анализатору токсинов – интересно же, как быстро предстоит скопытится, и с какими спецэффектами.
Ну, что можно сказать, после трех минут судорожного тыканья в гору требухи, голов и хребтов – остатков безудержного пиршества. Доверяйте своим инстинктами – они не подводят, в отличие от всяческих умствований. Я уж не знаю как инстинкт умудряется определить из двух СОВЕРШЕННО одинаковых рыб какая ядовитая, но среди того что было не съедено половину анализатор определил как отраву, разной степени пакостности, в основном – не слишком, но «пятью минутами размышления о вечном» я бы точно не отделалась. В том что было съедено –тоже чуток было, вот только в тех частях которые я благоразумно есть не стала (молоки, жабры, пленки и прочие потроха).
А вот почему была отвергнута вторая половина вполне съедобного? Пришлось волочь «образцы» к диагносту, результат – паразиты. М-да, а вот этот момент будет натуральной проблемой, поскольку на сухопутную живность инстинкт может и не сработать, и вообще – с сыроядением пора завязывать, раз пронесло и хватит.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Пятница, 18.02.2011, 00:47 | Сообщение # 10
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Контакт, есть контакт…

Скоро сказка сказывается… Ох, и вспоминалась мне эта поговорка при попытке сдвинутся с места.
А что тут ловить то? Три дня прошло, мозги на место встали, акклиматизация вроде тоже прошла успешно – что тут еще высиживать? Дожидаться пока с окрестной пустыни любопытных набежит, так оно нам не надо. А возможность избежать навязчивого внимания только одна – ноги в руки, руки в зубы и вперед.
Но перед этим надо было набраться духу и переделать немало дел.
«Я уколов не боюсь, если надо…» - эта мантра была повторена уже не менее двадцати раз, уже и спец пластырь оставил на животе слева аккуратное круглое пятнышко безо всяких следов шерсти (невосполнимый урон моей неземной красоте), а трясущаяся рука все никак не могла набраться духу, чтобы прижать к нему головку иньектора. Ну что за наказание, ну никак эту трусиху не переубедишь, уговоры и посулы не помогали, пришлось тогда кепу наорать со всем старанием, закончив многоэтажную лингвистическую конструкцию коротким «Выполнять!!!», левая рука послушно ухватила правую вместе с иньектором и прижала ее к брюху.
Б-р-р-р, ощущения, когда в тебя входит семимиллиметровая игла – еще те, не смотря на то, что он впрыскивает обезболивающее. Да и когда он в тебя начинает литрами перекачивать все эти «препараты первого списка», приятного тоже мало. Процедура сея называется «зарядка» и выполняется обычно ДО спуска, но тут уж ничего не поделаешь.
В общем, идея прекрасная, вместо того, чтобы таскать аптечку снаружи, и в случае необходимости судорожно искать в ней нужное, потом разводить, колоть и т.д., вшиваем ее внутрь. Ни потерять, ни терять время на смешивание не нужно – лекарства идут сразу в кровь и разбавляются ею же. При необходимости этот имплантат сам проведет «симптоматическое» лечение, если носитель например без сознания, хотя понятно, что под управлением диагноста, он отработает намного эффективней. Единственным недостатком есть то, что все эти лекарства (и не только, «внутривенного питания» там, например, на 30 суток активных боевых действий) и стимуляторы должны как то в него попасть и периодически пополнятся.
Ну вот и все, наконец то, иньектор выдернулся сам, отсоединяем от его тыльной части УММ, а сам УММ от «зарядника» аптечки. Одно дело сделано – я теперь «потолстела» килограмма на полтора, но это не беда, вес который внутри нести легче, чем тот, что на плечах. Казалось, что все нервы потрачены и через час уже можно будет отправиться, ага – щас. Забыли про золотое правило – умножать все сроки на три, пять, десять.
Для начала – пришлось лезть в кучу на «оставить» и влезать в броню. Поскольку снять минное поле оказалось задачей непростой и сильно нервной. Чтобы я еще хоть когда-то ставила мины в песок… да их потом проще подорвать чем найти. Но такой метод нам не подходил, вместо мин я ставила гранаты для надствольника, и найти им замену здесь было не реально. А сами они проявляли чудеса изворотливости и маскировки – ни одна из мин не оказалась на том месте где я ее ставила, мистика просто какая-то.
Хорошо, хоть Тактик мог указать, где они - с точностью до сантиметров, но даже глядя прямо на нее увидеть выходило далеко не всегда. А уж постоянное бормотание Тактика во время этого процесса – «контакт с целью – блокирование срабатывания, обнаружен биологический объект – блокирование срабатывания, попытка извлечения – блокирование срабатывания», добавило не один десяток седых волос в шевелюру. И выключить гада нельзя – блокировка вполне могла не пройти и тогда пришлось бы отпрыгивать на «уставные» 2,5-3 м и молится на броню и «параболу безопасности». Так что процедура снятия минного поля заняла вместо положенных тридцати минут, восемь часов с перерывом на отдых, питье воды и успокоительного в пропорции 1х1.
Утомительно конечно, но оставлять такие «подарки» на месте мне не хотелось – и живность жалко, и такие пакости имею свойство срабатывать в первую очередь на хозяине. А вот организация тайников, для того барахла что я не хотела брать с собой, после этого прошла на ура – всего делов-то, найти пять пар ориентиров (минимум) и на пересечении их пеленгов закопать все ненужное. Главное – чтобы в этом месте ничего приметного не было, иначе могут и найти.
Ну наконец все хлопоты по хозяйству закончены, навьючилась всем самым необходимым, попрыгала и… села. С таким весом не то что подпрыгнуть – ползать впору. Так что начинаем все по новой, копаем новый тайник и вытряхиваем из вьюка две трети боезапаса. Понятно, что зарядов бывает два количества: «мало» и «мало, но больше не унести». Вот только с уровнем последнего я несколько ошиблась – 30000 это все же под одиннадцать килограмм, попробую обойтись только тремя тысячами «копий», «шариков» я если надо и с помощью сита себе понаделаю, а вот «копья» без развитой промышленности мне изготовить не светит.
Что за «копья»? Да, в принципе, то же самое «атмосферное копье» что применяется в тяжелых штурмовиках - для нанесения ударов из космоса по поверхности планеты, весьма эффективны и против не сильно заглубленных подземных укрытий. Вот только – вместо трёхсоткилограммовой болванки используется ее уменьшенный до 0,3 грамм вариант.
Специальная форма «копья», а больше всего это похоже на минарет или плод инжира, насаженный на цыганскую иголку, позволяет практически до нуля снизить фронтальное сопротивление. Заряд генерирует перед собой ударную волну, а сам движется практически без сопротивления, что позволяет дойти до цели с очень незначительной потерей скорости, а вот там он практически мгновенно отдает всю свою энергию ударной волне в жидкости (на тех скоростях – любое твердое тело - жидкость).
Ладно, прикопала «лишнее», попрыгала, прошипела сквозь зубы «у верблюда два горба, потому что жизнь - борьба» и тронулась по утреннему холодку. Хотя в пустыне рекомендуется двигаться ночью (особенно тем, кому достались от предков глаза ночного хищника), а днем – отлёживается в укрытии, но что тут поделаешь если сборы так затянулись. Потому - топаем до жары, а там заползем под отражающую пленку, которой накроем свежевскопанную ямку, на прохладненький песочек – дышать охлаждаемым респиратором воздухом, зря я что-ли всю эту машинерию на горбу волоку… Хотя собственно пустыней в бытовом смысле окружающее не является – плато прорезанное множеством сухих русел рек, где то в дали вообще маячит нечто похожее на горы, так что скажем так – засушливая местность.
А куда собственно я собралась? Да как «куда?» - контакт налаживать. А для этого Тактик в 118 км отметил мне место в котором явно кто то есть, причем судя по всему – один, или семьей не больше трех. То что рекомендует инструкция для первичного контакта – выбрать максимально изолированную особь, так чтобы на его «помогите!» не прибежала толпа с вилами и криками «бей демона». Пребывая в качестве объекта загонной охоты – несколько неудобно учить местный язык, в виду ограниченности используемых выражовываний.
А вот понимание, что ты с такой очаровашкой (вроде меня) один на один мигом настраивает на конструктивный лад. Как говорится – «хорошо зафиксированный клиент, в предварительных ласках не нуждается» или там речь шла про анестезию…
Вот вроде в ритм движения вошла, да и красота вокруг – неописуемая, после прохладной ночи вся мелкая живность вылезает погреться, ну и подзакусить.
К стати об инструкциях - а не спеть ли? И ничего смешного тут нет – вокруг хоть и полупустыня, но она отнюдь не пуста, в ней все давно поделено в соответствии с размерами едящих и поедаемых. А я – топаю по чужим охотничьим территориям, крупные хищники – совсем не такие кровожадные как принято считать и необычную дичь, тем более – такую крупную, съесть попробуют со всей возможной осторожностью даже если тут всеобщая голодовка. А если голода нет – просто посмотрят издали и постараются выгнать с своей земли. А если неведомая зверушка вместо охоты всех предупреждает о своем появлении, то ну и фиг с ней – охоту хоть и портит, но сама чужую территорию занять не пробует, пахнет необычно, ведет себя нагло, топает мимо – ну и пусть топает.
Крупные копытные или стайные собачьи такую мою деликатность могут и не оценить, и пробовать разобратся, но на первых у меня кумулятивные заряды есть, есть и светошумовые, но их жалко – мало, а местный белок все равно пробовать надо, а для стайных – пулемет. Двуногих же, как и любую другую опасность, я благодаря Тактику должна обнаружить гораздо раньше, чем они меня.
Так что, что там есть про попадание в другие миры - «Гарнизоны»? (Прим. переводчика – как внимательный читатель уже несомненно догадался, данный текст есть компиляция мемуаров, дневника, немногих опубликованных и многих сетевых статей, а также ее собственных (и не только) более поздних комментариев, также применялась реконструкции событий по воспоминанием очевидцев. Хронологию событий восстановить удалось далеко не всегда, поскольку сама Автор имея абсолютную память совсем не пыталась облегчать работу будущих исследователей и указывать относятся записи к текущим событиям или «просто к слову вспомнилось». Если с переводом сленговых выражений и поговорок сложностей почти не возникало, то для стихотворных текстов пришлось подбирать просто близкие по содержанию. Имена и названия разумеется в оригинале были разумеется другие, что до описываемых событий, то приходится признать, что некоторые события не меняются не то что веками – тысячелетиями, и совсем не зависят от уровня «цивилизованности»)

С Ташкентской пересылкою
последнею бутылкою
простились - и айда
воздушным сообщением
в другое измерение,
в другие города.

Кабул, Кабул:
эрэсов гул,
Дар-уль-Аман, где чуть живой
от скуки штаб 40-й,
аэродром,
небесный гром,
комдив с чекушкою
и прапорщик с ведром.

Джелалабад:
волшебный сад
меж двух бригад,
что над рекой
хранят свой собственный покой;
спим на часах
с "бычком" в усах,
и вертолетный полк
витает в небесах.

Кундуз, Кундуз:
не хватит муз,
чтобы поэта вдохновить
тебя прекрасным объявить,
зимой мороз,
весной понос
и круглый год "жить иль не жить?" -
один вопрос.

Газни, Газни:
кругом огни,
бьют ДШКа
издалека
и минометы с бугорка;
берись за ум,
гони ханум,
без темноты
она не стоит этих сумм.

Гардез, Гардез:
пыль до небес,
качают духи головой
перед бригадой штурмовой -
мол, за рубли
в такой пыли
мы сами, духи,
продохнуть бы не смогли.

Пули-Хумри:
тут хоть умри,
но вечно глина под ногой
и вечно мина под другой,
и каждый час
пугает нас
рванувший сдуру
на складах боезапас.

Шинданд, Шинданд:
здесь мало банд,
а тот, кто этому не рад,
пусть отправляется в Герат,
но здесь, ой-ля,
госпиталя,
где много баб,
а с ними пухом нам земля.

И Кандагар:
сплошной угар,
на Черной площади броня
горит средь ночи
и средь дня,
но за углом - аэродром,
там нас не взять,
там ждет нас прапорщик с ведром!
Автор - Виктор Верстаков

Потом конечно настала очередь гимна десанта, раз уже я в него переквалифицировалась:

Десант не знает, куда проложен
в полетных картах его маршрут.
Десант внезапен, как кара Божья,
непредсказуем, как Страшный суд.

Хоть за три моря, хоть за три горя,
хоть с ветром споря, а хоть с огнем,
взлетает вскоре, со смертью в ссоре,
десант, не надо грустить о нем.

А если маршал в тебя не верит,
а если дома живым не ждут,
за все ответит случайный берег,
куда причалит твой парашют.

Автор - Виктор Верстаков

Потом много еще чего, пока все хорошее настроение не пропало в результате встречи с родственником, что собственно и следовала ожидать – никакая теория не выдерживает столкновения с реальностью.
Говорите что мы с ним никакие не родственники? Правильно говорите, я биологически буду к приматам ближе чем «Дети Адама» хоть эти бедняги наверняка себя к ним причислят, как только таких богохульников перестанут регулярно на кострах поджаривать или в этом регионе больше кол распространен? Но я лично, на родство с этими краснозадыми… ну не согласна и все. Хотя после знакомства с «теплым песочком» согласна, что такая… э-э-э, мозоль – весьма ценное эволюционное приобретение. К тому же – если что-то выглядит как кошка (ага, с хвостом купированным), и мяукает как кошка (надо потренироваться), а также ловит мышей – то это кошка и есть.
Что за мыши, спрашиваете? Ну, вообще то это крысы, и мое любимое развлечение. Пусть и не невинное, но не все же кораблю мне на нервы капать, в эту игру вполне можно и вдвоем играть. Так что как сильно достанет – вытаскиваю из «биохранилища образцов повышенной опасности» (зверинца по простому) парочку «черных гренландских» (хотя они уже бог знает сколько лет совсем не черные, а обычные белые лабораторные крысы ) и выпускаю – в разных корпусах. Называется это – тренировка сенсорных навыков. После чего остается только усесться в позу по неудобнее и среди всей этой мертвой машинерии в объеме равном половине кубического километра попытаться найти два живых бьющихся сердца.
Если думаете, что это сложно, то сильно ошибаетесь – условия то идеальные, это вам не на планете где все жизнью пропитано. А вот выловить этих паразитов, пока они не встретились… Тем более – кораблик сильно переживает за целость своих потрохов, а крыски для него – единственные наверно «естественные враги». Ох, как его колбасить начинает когда «диверсантом» найти не удается хотя бы пару часов, представляете истерику в исполнении 10 мегатонной железки? Нет, вы это – ПРЕДСТАВИТЬ НЕ МОЖТЕ.
А я, чего, я ничего – просто охотничьи инстинкты и псинавыки тоже тренировки требуют, иначе я даже с примитивной лозой не управлюсь, какой тогда из меня боец? А собственно и никакой – как встреча с «родственником» показала, поскольку ни я ни Тактик опасности не почувствовали до того момента как он мне на шею не бросился.
Правда винить тут особо некого, эта зараза на своей ветке делала вид, что спит и никто его не интересует - очень качественно, я потом записи Тактика пересмотрела - у него даже сердцебиение не выросло до момента прыжка. Даже слюна не стала выделятся – обидно, меня не только за противника не посчитали, даже за обед, так – перекус.
Прыжок был хорош – не меньше четырех метров в верхней точке, да еще плюс высота ветки… Но все же он был ошибкой, любой летчик знает – если нет двигателя то в свободном полете поменять траекторию невозможно, если ты конечно бескрылый и не имеешь рулевого хвоста. Тактик прозевавший опасность сумел, тем не менее, успеть частично реабилитироваться – успел опустить щиток шлема и вывести на него прицел. Это он молодец, иначе пришлось бы сильно шкуру попортить, а так – фиксированная очередь в два заряда, один в левый глаз, второй в центр лба – мгновенная смерть.
Вот собственно этой «мгновенной смертью» я и любуюсь, уже минуты четыре. Оч-чень приятное занятие – сидеть на пятой точке с высунутым языком, не в силах ни куда двинутся и смотреть ка в трех метрах от тебя бьется в агонии здоровенное тело, кило эдак под сто, так лупит лапами, что только песок во все стороны летит.
Почему с высунутым языком и выпученными глазами? Так Тактик спасая чьи-то отсутствующие мозги раздул подушки демпферов, и внутри шлема, и на горле в том числе. Так что сижу, наслаждаюсь мыслями – что это течет между ушей, холодный пот, кровь или отсутствующие мозги, пытается двигаться до того момента как это станет ясно однозначно лучше не пробовать. Диагност пока на этот вопрос, а также на другой – успел ли надуться демпфер, или удар лапы разбил не только каску, но и сломал мне шею заодно, ответить не может. А я думала, что это черный медицинский юмор, про диагностику мозгов через… в общем оттуда откуда он сейчас мене целостность шейных позвонков проверять. Те датчики, что на поясе – пока однозначно на это ответ не дали, а те что в шлеме – почему то того… не отвечают.
Ладно, клиент наш наконец затих, да и удавка на шее по чуть-чуть отпускает – все обошлось, что-то здорово мне везет последнее время, аж шерсть дыбом от мысли – какими неприятностями такое везение должно скомпенсироваться… А теперь – Тактик, скотина, покажи ка мне список приоритетов, кто там у тебя самым опасным считается, я ж тебя сволочь в режим «планетарной разведки» зачем переключала? Ну что можно сказать кроме – «сама дура», у него в первом приоритете «малоразмерные ,легкобронированные, пилотируемые, быстролетящие», во втором «тяжело бронированные наземные» и т.д. обычный вооружённый пехотинец и тот в конце списка, а уж всякая «активность биосферы» лишь в списке «демаскирующих факторов». Словом – «не сойти мне с этого места» пока я этого тупаря в чувство не приведу, а то он меня точно подведет под монастырь, да и шкуру с родственничка снять надо, красивая шкурка – почти два метра в длину не считая хвоста, кажется что совершенно черная, но на этом черном проступают еще более черные пятна.
Вот только руки трястись перестанут, и сердце в ушах колотится, так сразу и начну ее снимать.
_________
Первым делом проверила - пациент оказался «скорее мертв, чем жив», заодно и камень с души упал – это был весьма старый самец. Повезло, совершенно не знаю, как бы искала логово, окажись это кормящая мамка, да и мне, ко всем моим проблемам только сосунков не хватало (добить то духу не хватило точно). Зареклась, на будущее от таких ситуаций – охота это одно, а тут прям как в анекдоте – «иду я как-то по пустыне, а тут на меня из за угла…».
С Тактиком разобралась довольно быстро – вытащив из неведомых глубин настройку «спасателя», на биоактивных планетах, и подогнав параметры по аборигенам, у местных все же стрелковое оружие имеется (хоть и плохонькое), а не только каменные топоры.
А вот то, что надо было делать лапами… Первый сюрприз преподнесли когти, пока их трофеила опять стало не по себе и накатила дурнота, мало того, что они и так впечатляли, так я еще обратила внимание на весьма неприятный их запах. Предпринятое вскрытие показала весьма интересную конструкцию, интересную – для биолога, а вот тому, кто в них попадет… словом – даже если вырвешься (а на это надежда слабенькая), так из-за того, что под ними скапливается всякая дрянь останется только уповать на мощь современной медицины – без противосепсисных средств шансы не протянуть ноги нулевые.
Словом, опять посидела, попила успокоительного и продолжила – солнышко то припекает. Вокруг уже натуральная пустыня, насекомых пока правда нет, но за этим дело не станет, как только запах появится.
Хотела оставить себе череп целиком – кусалки впечатляли, но вес… Реальность радикально разрешила мои колебания, по древнему закону «обломись» - гидродинамический удар, не только заставил разойтись швы черепа (это я бы склеила), но раздробил сами кости, практически в кашу, так, что верхние клыки из челюсти вывалились практически сами, с нижними пришлось немного повозится.
А вот со шкуркой возни было очень много. Понятно, что ворочать зверюшку в полтора раза меня тяжелее несколько сложновато, но не так чтобы непосильно. Я вроде как не новичок, в похоронах участие принимать приходилось. А уж после той практики, что я на Курхуте получила… Когда всех летунов не занятых в вылетах (т.е. легкораненых) отправили отдавать последний долг (выживших перед павшими) и готовить «подарки дому». Правда, там работали парами, и основной проблемой было прямо противоположное – большинство тел было в таком состоянии, что не то, что на «последнюю заботу», так чтобы двумя ладонями прикрыть вышло, приходилось из лоскутков клеить. Но, обычай - тело, пеплом в новую землю, «последняя забота» - домой, родным.
А вот на моей шкурке даже внучата племянниц не вырастут. Жалко то как, «свою» вытертую до залысин «любимую пробабушку» я до сих пор вспоминаю со светлой грустью. Будем надеяться, что моя шкурка достанется не зверью, а тоже каким ни будь детишкам, им безволосым тепло еще важнее, а до этого момента – надо сделать все, чтобы сохранить ее в целостности, и желательно на мне.
Спрашивает откуда такой обычай? Ну, на эту тему версий – десятками, я лично согласна с той что это от физиологии. Дело в том, что груднички очень агрессивны. Кидаются просто на любой движущийся предмет, что не есть мама. А если мать погибала… потерять еще и малыша, клан себе позволить не мог, слишком дорого дети достаются, но как такое чудовище кормить? Хорошо, если «тетушка» есть, а если не успели? Вот и нашелся выход, снимали шкуру, обрабатывали специально (так чтобы запах не пропал), и заворачивали младенца в нее, что бы он запах слышал и к новой сиське привык.
Ну а потом это обычай распространился на всех родственников. В виду ледникового периода с защитой мелкоты были явные проблемы, а с зверей шкуры снимать – и без своей остаться можно, охота она такая..
Даже в «цивилизованном» варианте этот обычай сохранился, у цивилизованных с охотой и мехом вообще напряжонка, вон целые движения «в защиту зверушек» организовывать приходится, но если самому синтетику носить не проблема, а для детей? А тут – сугубо все для детишек натуральное… А хорошо выделанная шкурка – она пару-тройку поколений праправнуков выгреет точно. Да и свои горести-радости всегда поведать есть кому, не чужие чай.
Да и эгоистов таких, чтобы и после смерти за свою шкуру трястись не много, а вот память получается хорошая – долгая. А вон, когда прабабку «на покой» спровадили (сожгли, а пепел – к остальному в клановом колумбарии), убивалась больше, чем по живой, хотя уже и взрослая была...
Говорите, что все равно с души воротит? Ну что сказать, кроме того что «по настоящему разумным может считаться только тот, кто может понять не будучи в силах принять». (а про брачные обычаи я вам, тогда точно рассказывать не буду tongue )
Так, а чего это мы опять в воспоминания ударились, да и глаза на мокром месте? На Курхуте, ты вроде так не переживала, хотя бессменная двухсуточная вахта и объем роботы… чувства сильно притупляют, но ведь там, помимо тяжелого запаха крови и сырого мяса, еще ароматом горелого (как плоти так и металла/пластика) дополнялись, да и потрохами с клеем несло…
А так вот в чем дело, в клее. Я тут, пока шкура обрабатывается раствором бактерий с изнанки, по чуть-чуть скрываясь под слоем коричневой пены, села каску клеить. Зверюка разнесла ее просто в дребезги, но именно этот момент мне шею с головой и спас – энергия удара пошла на разрушение каски, а не костей и позвонков.
А клей – самая замечательная вещь в спаснаборе, и самая объемная – полтора литра, впрочем, это я уже говорила. Ведь необходимость прикрепить одно к другому – есть всегда, да хоть края раны соединить, сварочный аппарат, в отличие от клея, для этого не годится, а уж весит…
Хватает клей мгновенно (ага, особенно шерсть, прекрасно приклеивает ко всему вокруг), а получающийся шов выходит чуть не прочнее, чем соседний материал, так что больше голову под удары лучше не подставлять – в следующий раз каска так легко не расколется.
Вроде не плохо вышло, теперь аккуратно соскоблить пену со шкуры – красота, это вам не вручную мздрение проводить. Шкурка вышла мягонькая, обратная сторона тоже от жира и прочего очистилась, теперь надеть респиратор, протравить и все замечательно заблестит.
Поле чего сворачиваю в рулончик (тяжеленькая, но свое не тянет) и бегом отсюда – вон сколько желающих пообедать собралось, того гляди терпение потеряют. Отбежим по дальше, и можно будет присесть под кустик, работы – выщипывать ость, мне до вечера и на полночи. Эту работу, красавица за тебя никакие биотехнологии не сделают, завтра лапы сгибаться не будут, но все же думаю – красота того стоит.
_____________
Климат начал преподносить сюрпризы, точнее признаки того, что он тут не подарок, были и раньше, вот только некоторые на них внимания не обращали. Вот теперь эти «некоторые» будут наказаны.
То, что вокруг самая натуральная пустыня, сомнений уже давно не вызывало, но вот эта пустыня все, зараза, норовила опровергнуть все мои о ней представления.
Вот, что всем приходим в голову, если сказать «пустыня»? Правильно – застывшие волны барханов песка и невероятная сушь. Песок действительно наличествовал – кое-где, а вот остальное – мне до конца дней будет сниться этот воздух, влажный настолько что кажется - дышишь водой, принимая во внимание его температуру – кипятком.
Песок тут тоже не без греха. Как-то все забывают, что в пустыне бывает ветер. Оно и понятно – на фотографиях его невидно, да и когда он поднимается любой фотограф предпочтет спрятать хрупкую технику подальше – близкое знакомство с пылью ей ни к чему. Да и что можно наснимать если видишь только протянутую вперед руку, да и то не всегда?
Так что с того момента, когда начинает дуть хотя бы самый слабый ветерок – пар над кипящим чайником органично дополняется поднятой им вверх легкой фракцией песка – пылью. Песка тут много… пыли соответственно столько, что через нее не всегда видно «ласковое солнце пустыни». Соединяясь вместе эти два первичных начала дают просто незабываемое ощущение – интересно кто-то пытался дышать нагретым до шестидесяти градусов бетоном?
Респиратор говорите? Так собственно благодаря ему я до сих пор и не сдохла, и даже – не заметила, в какой ад меня занесли очередные благие намеренья… А я, наивная, до этого считала что в выражение «благими намереньями выстлана дорога в ад» - образное, оказалось – конкретней некуда, вон она «конкретика» от сюда и до горизонта в любую сторону – кушайте не обляпайтесь.
Зато с водой – никаких проблем. Тот же респиратор, охлаждая мне вдыхаемый воздух, насобирал столько конденсата, что запищал о переполнении. Радуясь, полезла открывать бачек, хотя-бы умыться на такой жаре холодненькой водичкой – о чем еще в пустыне мечтать? Потом минуты три тупо пялилась на содержимое – больше всего это походило на манную кашу… или на цементный раствор, уже начавший схватываться…
И как я с таким вниманием к деталям еще вообще жива? Ведь что дышать тяжеловато стало заметила, но списала на неприспособленность к другому атмосферному давлению. Словом, акклиматизацию надо было начинать сначала, респиратор это хорошо, но если я по какой-то причине останусь без него - часа через два меня можно будет спиленными когтями брать…
Так что, поспав два часа после «великого ощипывания», утрецом по холодку решила начать приводить себя в соответствие с местными реалиями. Благо ветра не было вообще – самое время побегать.
Оставляем только пылевой фильтр и – вперед, кросс на десять километров, в курсантском фольклоре «мы вернемся на рассвете» называется. Хотя вру, «вернемся на рассвете» - это пять, а на десять – «никто не хотел умирать» назывался…
Вышло все не так уж и грустно. Правда финишировала я уже на пятках, на четырех костях если по простому… Почему то такой способ перемещения мне тогда показался самым удобным. Оптимизм поднял голову и, шамкая выбитыми зубами, заявил - «человек не блоха – ко всему привыкает, даже там где блохи дохнут». Поднял самооценку словом.
Лучше б утешил зараза. Мои розовые младенческие пяточки совсем не подходили для прогулок по горячему песку неведомой планеты. Это ж надо было умудрится натереть, обжечь и наколоть одновременно, обморозить что-ли еще для полного комплекта?
Так что медицинские процедуры прошли под жизнерадостный скулеж - верхние четырки пострадали от путешествия по песку не меньше нижних, а ими еще и манипуляции делать пришлось. Зато настроение, как ни странно, поднялось.
Вот только тучкой на горизонте маячила мысль – а куда это я топаю? Вернее – к кому? Кто мог решить добровольно поселиться в столь благодатном месте, или не совсем добровольно… И ведь живет, смог приспособится не имея никаких чудес цивилизации. Что-то у меня от этих мыслей орган интуиции себя тревожно почувствовал.
Ну их в пень эти загадки – приду на место, тогда и посмотрим, что гадать-то.



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Пятница, 18.02.2011, 00:50 | Сообщение # 11
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
__________
Даже в хороший бинокль мой будущий контакт не впечатлял. Точнее – оставлял двоякое чувство. Статный, высокий даже для своего вида, я ему и вообще буду в пуп дыш… Э-эээ, как говорится – по плечо, даже если уши торчком. Ладно, польщу себе – если с ушами, то до подбородка.
Все остальное по части внешнего вида шло только в минуса. Традиционные для самцов-адамитов заросли на морде лица и свисающие на это богатство сосульки из шерсти растущей между ушей - не производили впечатление чистых, даже с отключенными приближением и стабилизацией изображения. При мысли о «эволюционном разнообразии альтернативных форм жизни» в этих джунглях возникало просто неодолимое желание принять ванну из дезинфицирующего раствора заранее.
Напяленная сверху хламида неопределенного цвета, совсем не добавляла привлекательности. Я не эстетствую, просто цвет определить было нельзя как из-за выцветания на солнце, так и из-за истасканности.
Полюбовалась и хватит, пора переходить к первой стадии контакта – скрытому наблюдению.
А выживальщик он оказался еще тот… Чем дольше наблюдала, тем больше начинала уважать – ни минуты праздности, все время в работе – на рыбной ловле или огороде. И все четко продумано – несъедобная рыба и отходы идут на удобрения, запас воды обновляется ежедневно, все четко по плану без суеты и надрыва. Хотя чему удивляется, если поднадзорный регулярно или замирал в странных позах или выполнял комплексы странных движений, что однозначно говорило – такой важнейшей для выживания вещью, как регулярная психологическая подготовка, он явно не пренебрегал.
Вообще, так, исподтишка наблюдая, можно узнать очень многое, главное – чтобы объект не чувствовал внимания и вел себя естественно, ну и был в одиночества – мы все великие актеры, даже когда зритель всего один. Так что уважение у меня он приобрел немалое. Устроился на месте вообще замечательно – тут и небольшой источник пресной воды, вытекающий из подножия холма, и место рыбной ловли и огород этот, а уж выкопанная в том же глинистом холме пещера – вообще выше всяких похвал. Были и другие источники воды – русло, возле которого была пещера, сейчас было скорее грязевым потоком, но было ясно, что оно бывает весьма полноводно, а в восьми километрах к югу был более сильный источник даже давший жизнь средней луже в оправе из пыльных пальм, которую местные наверняка считаю «великим озером». Причем подопечный наведывался туда похоже регулярно, невзирая на жару, да не с пустыми руками – приволок назад немалого размера горшок с водой.
Было и два неприятных открытия.
Во-первых, мой контакт оказался совсем не изолированным – на второй день наблюдения приперся с визитом абориген. Фигура более чем примечательная – полностью закутанная в плотную ткань тушка на горбатом чудовище все время что-то жующем. Встреча вышла более чем дружественная, хотя гость был вооружен какими-то железками, прицепленными к поясу, и длинной палкой с острием и крючком на конце.
Хозяин вышел его поприветствовать гостя без оружия вообще и после краткого ритуала общения они, напоив флегматичное транспортное средство, приступили к неспешной беседе под угощение. Обсуждали не иначе как астрономию, поскольку довольно часто указывали вверх. (Мысль, что идет обсуждение хода операции по прочесыванию пустыни для поиска упавшего с неба пришельца, то есть – меня, не понравилась настолько, что была признана маловероятной)
После чего гость передал хозяину четыре мешка из поклажи своего чудовища, навьючил на конька-горбунка остальной груз и, после ритуала прощания, отбыл в сторону горизонта.
Событие меня несколько расстроило, но, прикинув объем привезенной провизии, решила рискнуть – судя по всему, второй раз посетитель будет через месяца два-три. Хотя контуро предупреждения придется относить по дальше – неожиданности не нужны. А датчиков маловато и барьер может выйти дырявый…
Во-вторых, Тактик попытался привлечь мое внимание, а вот к чему – я не поняла, даже после учинённого ему допроса с пристрастием. Этот тупица просто вываливал кучу фактов ничего не объясняя. Пришлось пораскинуть мозгами и попробовать их обработать, потом опять… и снова… словом – на восьмой раз что-то забрезжило. Сюрприз был из разряда мистики – клиент похоже «чувствовал взгляд». Причем – именно мой, пока шла запись ничего, а вот стоило посмотреть на него хотя бы в бинокль, то начинал напрягаться и бросать взгляды в мою сторону. Тоже, только менее выражено, происходило если я подключалась к прямой трансляции с датчиков наблюдения.
Похоже - пора переходить ко второй части контакта, пока мне зеленые человечки мерещиться не начали.
__________
… … года было явлено мне: на южной части сферы небесной, вспыхну свет невиданный, столь яркий что гляди я на него прямо – погрузился бы в тьму навеки. Но был спасен промыслом Божьим – возомнив, что свершается предсказанное, рухнул я на землю ниц вопия о грехах своих и моля о спасении. По такому моему малодушию великой битвы войска небесного с пламенем адовым я не видел, лишь подняв очи свои горе увидел я – дивные отблески от алмазных крыл. Все небо на юге было залито их сиянием когда воинство одержав победу возвращалось в чертоги небесные.
До глубокого вечера простоял (я) на коленях моля дать мне знак, погибель ли (миру) сулит (это) или спасение. И было мне благое знамение – помимо множества (неподвижных) звезд на склоне небесном явилось многая падучая звезда, являя (миру) расположение.
И укрепился я духом, и седмицу возносил (небу) свою благодарность. А на восьмой (ослабел) духом и телом, вернулся к суете (повседневных) дел. За каковое небрежение явился (мне) спустя седмицу и еще пять (дней) диавол воплоти звериной и (искушал) меня пищей кровавой.
Не хватило (веры) моей изгнать его в гиенну (огненную?), видел он - ослаб я (в рвении) и не убоялся (он) ни молитв святых, ни воды святой, ни серебра (освященного), ни железа хладного.
И обрушился он на меня силой злобы своей – рыком страшным и дыханием смрадным(*), и пала на меня тьма…
(* - чья-бы корова мычала)
______
Руководствуясь извечным знанием о пути к сердцу, приготовления я закончила довольно быстро. Так что на следующее утро мой будущий контакт, сразу по выходу из своего склепа, смог лицезреть: меня, в саамом причёсанном виде с момента старта (т.е. чуть меньше чем за год), и разложенное угощение.
С ним вышел забавный казус – в качестве подношения я отловила местного любителя копать норки. Несколько часов охоты – часы ожидания и миг броска, когда добыча рискнула, наконец, выбраться из убежища, доставили массу наслаждения. А уже по прибытию к пещере увидела роющуюся в куче будущего удобрения крысу. На самом деле с нашими эта даже в родстве не состояла, поскольку была серо-голубого цвета, но - такая привлекательная дичь... Да еще в два моих кулака размером!
Так что - забыв про все на свете (хорошо хоть предыдущая тушка была надежно завернута в пленку и от падения в песок не пострадала) моя кинулась гонять этот соблазн, тем более что их тут было... А как поймала парочку, самым пренеприятным образом обнаружила, что я тут не единственный охотник.
Местный эндемик, больше всего похожий на кишку грузового захвата (т.е. пасть с внушительными зубами, а все остальное – хвост), выразил свое крайнее неодобрение отнятым у него ужином и попытался меня этими зубами цапнуть. А зубки, судя по пестрой окраске всего остального, были ядовитенькие. Правда - не ему состязаться со мной в реакции, на голом рефлексе шарахнулась назад и шлепнула невоспитанного лапой по затылку. А это у него оказалось слабое место… в итоге - распахнутая во всю ширь пасть, с внушительными кусалками, украсилась вылезшим точно между ними когтем.
Жалко, как говорится, хоть и гад был - зато вкусный. А яд-то, какой полезный – по поводу слитых в него капелек анализатор разливался соловьем, чуть не панацея от всех болезней, только развести не забудьте раз в сорок, а то точно – от всех болезней.
Ну а я – решила что «кашу мясом не испортишь», в результате чего «стол переговоров» радовал глаз разнообразием. И – кажется зря… Поскольку контакт увидев весь этот натюрморт замер столбом, очевидно - не в силах принять решении чего ему больше хочется… Как маленький ей-ей, а выглядит вполне умудренным….
Что же теперь делать, он так может долго простоять… Идея, я же зачем-то их мимические формы дружелюбия два часа перед камерой вместо зеркала отрабатывала? Попробуем, как там ее… улыбнуться! О! Подействовало, контакт мигом вышел из ступора и рванул назад в пещеру, я сильно надеюсь, он не вспомнит что не причёсан, а то в этом случае к его возвращению мясо успеет не только протухнуть, но и мумифицироваться…
Нет, вернулся весьма оперативно, что значит самец – никакого внимания антуражу, главное – дело. Чудом не роняя, приволок чуть не весь свой скарб состоящий из толстейшей книги (я такие только в музее за пуленепробиваемым стеклом видела), двух связанных веток, пустого и высушенного плода какого то местного растения и топора. Судя по всему - столь щедрому посетителю как я, нужен особенный ритуал встречи…
А вот в чем он все это собирается держать? Лап то у него только две. Упс, накаркала – пока падал упущенный топор мне весь медкурс вспомниться успел - начиная от первой помощи и заканчивая нейрохирургией. Б-р-р-р… Косорукий, это ж все без наркоза придется…
Но объект свой неуклюжести похоже вообще не заметил, а выставив в мою сторону ветки и книгу (силен мужик, она ж треть меня весом наверно) жизнерадостно и с подъёмом затянул длиннющую приветственную речь. Мне ничего не осталось как придав себе самое степенное выражение слушать все это – на жаре, пытаясь обмахиваться ушами ради хоть какой-то прохлады. И силен ведь – не повторяется, а закончив толкать одну речугу, начинает следующую, похоже у них тут на каждый случай своя речь предусмотрена, а я такая красивая разом под все подпадаю...
Ну ничего, он тоже не семижильный, вон уже и книжку на свою веточку опер и в глазах какая-то растерянность появилась, похоже скоро закруглится. Он и закруглился – сунул свою книжку подмышку, зубами раскупорил баклажку и торжественно взвыв плеснул на меня водой…
Как говорил наш сержант – «тяжело быть деревянным по пояс…», от себя добавлю – с фанерной головой набитой опилками, дубовыми, дуб – стоеросовый, твердый…
Это ж надо так лажанануться, да еще в столь важном деле как первый контакт. Вода – величайшая ценность в пустыне, и ведь видела, что прошлая встреча именно с ритуалом совместного питья была связана, а внимания – не придала.
Ладно, остается только утереться (буквально) размазав воду по прическе, лизнуть лапу и улыбнутся аборигену. Он в ответ прокричал что-то еще раз и запустил в меня плодом с водой, аккуратно ловлю вещицу (а она красивая и хрупкая – корка плода заключена в красивую вязь черного металла) отхлебываю немного, а остальное выплёскиваю на хозяина, стараясь максимально скопировать выкрик.
Что-то бедняга совсем потеряно выглядит, брошенную ему назад баклажку чуть не упустил. Видимо я что-то неправильно делаю, рано я на контакт рыпнулась, надо было дольше понаблюдать. Но, судя по всему, ритуал встречи завершается – дело дошло до последнего предмета.
Э-эээ, бедняга, я понимаю, что когтей у тебя нет, но зачем так волноваться, ты же так трясешься, что лезвие топора дрожит как куст под ветром. Понимаю что проголодался, но таким манером ты себе приличного кусочка не отделишь – давай-ка помогу. Отрываю самую вкусную ножку и протягиваю с самой очаровательной улыбкой.
Ага , действует – вон как есть хочет, даже не скрытая шестью часть мордочки позеленела… Но все равно не подходит, решаюсь на садистский прием – откусываю хороший кусок и начинаю пережевать, бедняга от вожделения аж темно-зеленым стал, но все равно стоит на месте и трусится вместе со своим топором. В чем же дело-то, а?
Может он меня просто боится? Представила себе ситуацию – явилось ко мне нечто пушистое, вдвое меня меньше по росту, приволокло пожрать… Мои действия? – обнять и заплакать...
Что-то ничего не вяжется, надо выкладывать последний козырь. При просмотре картинок по местной жизни отметила поведение местных домашних любимцев, наиболее близких ко мне по облику. Не так далеко отсюда (полтора мегаметра всего) эти паразиты (а кто они после этого?) умудрились даже всех в своей «божественности» убедить. И все это – благодаря способности воздействовать на своих хозяев низкочастотными акустическими колебаниями.
Старательно копируя, грациозно потягиваюсь всем телом, кажется загребание песка выпущенными когтями вышло на пять, жаль, только хвоста у меня нет, начинаю как это – мурлыкать.
Кажется действует, вон как наш контакт поменял цвет – на пепельный. Не спеша на четырех обхожу его по дуге, во-первых и кошки так делают, а во-вторых, пытаюсь занять подветренную сторону. Я если и ошиблась по поводу запаха от его хламиды – то в меньшую сторону. При мысли, что в соответствии с ритуалом, придется об нее потереться шерстка встает дыбом. Может обойдется? А ну-ка, с чувством!
Ой! Блин! Перестаралась – клиент от удовольствия закатил глазки и выпал в астрал. Спасибо реакции – успела метнуться и подхватить, пока он своим топором не порезался. Тощенький-то какой… И длинненький – если через плечо перебрасывать, то либо ножки, либо головка волочится.
Так что там у нас в качестве первой помощи при тепловых ударах? Положить в тень – заволакиваю в пещеру, ничего – тут уютненько, если к запаху привыкнуть, надо будет потом эту проблему решить или привыкнуть, а я лучше устроюсь снаружи.
Так, а где же он спит? Стоя что ли… гнезда нигде не видно. А вот – плетеная из каких-то водорослей дверь закрывает проход в следующую пещеру – неплохо устроился. Судя по всему – здесь лежала книжка, здесь стояла веточка, а вот на этом пыточном устройстве, судя по запаху, он спит – проблемы с позвоночником что-ли, если все время на твердом… Волочем по местам книгу и веточку, топор лучше пока припрятать – в третий раз за день ему может и не повезти, осталось сделать мелочь – капнуть ему в глаза из моего пузырька, а то второго такого удачного случая может и не быть. Пока экран не вырастет, бедняга будет чувствовать, будто песка насыпалось, но это всего полчаса и вреда быть недолжно (наверное, может быть), и сбрызнуть тушку водой. Нашатырь дать ему понюхать не рискую, вдруг он для него отрава не слабее цианидов, не помню я их физиологии, прогуляла в свое время похоже.
А потом быстренько выметаемся: во-первых – запах, а во-вторых – за проникновение в личное пространство огрести по шее можно и в гораздо более цивилизованном мире.
Резюмирую – первичный контакт прошел успешно, в соответствии с критерием ксеногологов - «контакт удачен, если в результате контактеры поубивали меньше 90% друг друга », у меня, выходит, все вышло вообще идеально – обморок не в счет, значит дальше все пойдет сикось-накось.
Из недостатков – придется привыкать к запаху, решено – как только он позволит себе что ни будь лишнее (а куда он денется – я ведь неотразима?), словом – был бы повод, мигом волоку его в море и стираю вместе с хламидой, а потом – раздельно. Пусть считает, что на меня игривость нашла такая. Надо будет мыла забодяжить на этот случай – ведро, не меньше.
___________
Пока клиент приходил в себя, и бормотал что-то под нос – лишь-бы не высовывать его наружу и не убеждается что я это не кошмарный сон, провела краткий досмотр доступной площади. Судя по всему, здесь и ели, и мастерили, и хранили запасы еды, и много еще чего.
Что-то в окружающих запахах меня насторожило. Пробежалась еще раз по кругу, обнюхивая запасы еды. Половина всех непоняток мигом встала на место – среди продуктов не было НИ ОДНОГО животного происхождения, даже масло для жарки, насколько могу судить, было из какого-то дерева.
Антропоморфизм – прилипчивая штука, если я не могу себя представить травоедкой, то, выходит, весь остальной мир должен такой точки зрения придерживаться… Слабенькая мысль, что ему просто не везло с охотой последнее время, была мигом задавлена авторитетом фактов – даже по углам никаких косточек «на черный день» или «погрызть перед сном» прикопано не было.
Шах и мат, а ведь даже у нас есть особи не употребляющие мяса, из-за нарушения обмена или психосоматических проблем, и ничего страшного – сбалансированная диета и помощь психолога, вполне сглаживают ситуацию. А я его, дура – свежим мясом соблазняла…
Стыдно-то ка-а-а-к, то-то бедняга трусился как осиновый лист, еле сдерживаясь, и ведь держался до конца – пока от нервного перенапряжения не рухнул. Надо будет перед ним извиниться, потом – когда язык выучу. Может он в эту глушь из-за своей проблемы и забрался – первобытные общества нетерпимы ко всяческим «не таким», вплоть до ликвидации. Хотя, надо будет аккуратно выяснить исчерпывается ли его инаковость только кулинарией или исчо чего есть, да и кулинария не без греха – те же каннибалы…
Тут мои мысли были прерваны появлением их объекта – бедняга рискнул, наконец, взглянуть на свой «страшный сон». Поприветствовала его своей самой дружелюбной улыбкой – отшатнулся и посерел. Эге – похоже, это совсем не признак удовольствия, тогда быстренько принимаем внешний вид – «ну не могла же эта лапочка сожрать два литра варенья», надо же - действует, теперь поморгать поумильнее – вознаграждена робкой улыбкой, судя по движению джунглей на мордашке и ошарашенному взгляду – наконец-то эмоциональный контакт установлен.
Дальше это чудо таскалось за мной, робко пытаясь противодействовать вторжению торнадо в привычный тихий мирок – наивный, с торнадо у него толку вышло б больше. Этим родом гипноза владеет практически любая женщина – при виде недовольства надо мигом переключать внимание на другой предмет, с него быстренько на следующий и таак далее по кругу, и все в быстром темпе, пока жертва не впадет в оцепенение. Главное – время от времени давать положительное подкрепление - т.е. периодически подбегать, брать за руку и смотреть снизу вверх в глаза с обожанием, чистосердечным раскаяньем (даже если не за что) и немым укором – ты ведь такой большой и сильный, простишь же мне такую маленькую слабость.
Поверьте – любую мужскую особь можно так уговорить на что угодно, с женскими – действует увы только при значительной разницы в возрасте. Тем более что извиняться, в общем-то, было не за что, подумаешь, горшки побила – ВСЕ, да и единственная миска с такой же ложкой не уцелели…
Кто же знал, что в странном горшке, от которого пахло дымком, он угли хранит – горячие, между прочим, - я это проверила. Забавно, но лапа в которую некоторые любопытные нагребли горящих углей назад в горлышко горшка не пролазит, а бросить их – не хватает мозгов, мозги в этот момент словотворчеством заняты…
Что характерно – абориген, в момент «танцев на углях» (причем потом и буквально – горшок я разбила и угли по полу рассыпала), надомной совсем не смеялся – уважаю, такой такт редкость, а потом и вовсе загрустил. А чего собственно переживать – ту болтанку, что он делает, можно и из обломка похлебать, а как лапы заживут - слеплю из глины новые, сейчас не могу – из четырех в комплекте только одна целая осталась.
Забавно, а он быстро учится – от такого взгляда луну с неба доставать полезешь. Плюнула, собрала черепки и поволокла все к тайнику и любимому тюбику с клеем. Когда вернулась назад через двадцать минут с АБСОЛЮТНО целой посудой и «выздоровевшими» лапами (а вот медицину стоило и поберечь…) бедняга опять впал в ступор, похоже - это состояние у него может стать хроническим. А потому, я над ним сжалилась – не стала показывать, что его любимые горшки побить теперь невозможно.
Потом пошли хлопоты по хозяйству. Быстренько убрала несчастное мясо (нечего ему тут вонять) и все же задумалась о «положительном подкреплении»… Чего тут думать – море рядом. Нырнула, вынырнула уже с рыбой в зубах, отряхнулась – вся рыбалка, делов-то. Десяток секунд на потрошение (даже ноже не надо – когтями обошлась) и полить нежное филе тем соусом, что набодяжил синтезатор. Тактик и Анализатор в один голос утверждали что никого из нас они не отравят, так – пронесет, в крайнем случае, но не больше чем три дня, ну пять – максимум…
Вот только «контакт» с интересом наблюдавший все приготовление есть не захотел ни в какую. Как маленький, может ему вид не нравится? Завернула кусочки в найденную у него в запасах лепешку, улыбнулась по дружелюбнее и мурлыкнула – впихнуть удалось, даже понравилось – вон как весь сморщился от удовольствия.
Закрепляя ситуацию сунула ему в руки две палочки, которые соорудила из двух щепок, с уже наколотыми кусочками (раз природа ему когтей не выдала), ну-ка маленький – за маму, за папу, за тетю… Ничего, или распробовал, или понял что больше ничего все равно нет, но дело пошло. Свежая рыба вообще прелесть, чем быстрее приготовишь - тем вкуснее.
Внешний послеобеденный осмотр жилища и территории вообще прошел без разрушений, и почти – без жертв. Просто «контакт» получил очередную психологическую травму – когда я метила территорию, но тут дело было серьезное. Метки очередного «бугра» стояли слишком близко к пещере, причем, что характерно – чем ближе, тем свежее. Скоро этот «родственничек» (а сомнений в том не было – я следы нашла) явится прямо вовнутрь, и кого ни будь «по надкусывает».
Я сильно надеюсь, что сосед с юга ему рассказал – каково со мной связываться. А если их «мужская солидарность» так далеко не заходит – то фокус с разрядником мне недолго и повторить… Или завести себе еще одну шкурку? Ладно, посмотрим на его поведение.
Окидываю хозяйским взглядом место ставшее мне теперь домом, и замечаю непредусмотренную архитектурным планом статую – блин, а ведь действительно… Вот только, что-то мне подсказывает что он будет не в восторге - если я и его помечу. Но и оставлять так все нельзя… Мы ведь теперь маленький клан. Чего только ради семьи не сделаешь.
Делаю глубокий вдох и, осторожно подкравшись, трусь об его хламиду, ухом и горлом на уровне бедра, теперь с другой стороны, отбежать и отдышатся. Фух, все не так и страшно, но мысль, что придется метку периодически подновлять, энтузиазма, скажем так - не вызывает. Зато «контакт» из ступора вышел - я от избытка «чувств» его чуть не уронила, и теперь обалдело на меня пялится – да ладно, можно не благодарить.
Осталось мелочь – притащить шкуру и часть вещей и устроить «гнездышко» сразу после входа в первую пещеру. Не грусти милый – я много места не занимаю. Теперь – на рыбалку, заодно и вымоюсь…
Ужин прошел уже по накатанной, еды хватало потому обошлось без драки. И вообще – что-то мне его задумчивая отрешенность не нравится. С заходом расползлись по углам запалив костер перед входом, ага – про «пахана» он похоже знает, а вот подкидывать местные термобрикеты придется похоже мне. У себя «контакт» долго шебаршился, что-то бубнил, листал свою книжищу и, похоже, писал в какую-то поменьше. Потом улегся и принялся старательно… петь, причем ни голоса, ни слуха, ни слов песня не имела. Или это он пытается рычать, чтобы округу убедить в том, что пещера занята большим и страшным?
Где-то через два часа этого спектакля – «дверь» тихонько откинулась явив его мне - одетого во всю имеющуюся одежку, с любимой веточкой и мешком за плечами, скорее всего с не менее любимой книжкой. И куда это мы на ночь глядя, и при этом не дыша?
Фигура проторчала наверно с полчаса в проеме, пока не решилась – сначала начать дышать, а потом двинутся дальше. Интересно – куда с таким грохотом можно красться и вообще как научится ТАК шуметь и одновременно делать вид что стараешься двигаться тихо? Талант – несомненный талант, надо брать уроки.
Тем временем он наконец добрался до цели своего марша – топора. Аккуратно, буквально по волоску поднял его с пола – так при этом скрежетнув лезвием по камню, что я не умчалась в ночь, зажимая уши, только благодаря многолетним тренировкам в Академии - на выносливость и способность работать в любой обстановке.
Меж тем он наконец замер сжимая в руках топор, при этом – почти не шумел, так – стук сердца, от которого мне казалось что меня с двух сторон по ушам лупят подушками, не в счет. Но зато от него начали прокатывается волны эмоций – как из доменной печи: страх, решимость, гнев, обида, умиротворение, благодарность, азарт – все сменяло друг друга в диком порядке.
Это что – ритуал какой-то? Точно, он, видимо, собрался сделать ответный жест и идет на охоту, вот только понимает что с топором он много не наохотится, а другой снаряги у него нет. Вот и переживает – проигрывая разные варианты. Глупая конечно затея, но все равно – спасибо.
Наконец решился, сунул топор за пояс и с диким грохотом прокрался на выход.
И вот мы теперь уже вдвоем крадемся по ночной пустыне. А ночью пустыня это какие-то джунгли, жизнь кипит пытаясь наверстать время потраченное на дневной сон. Звезд правда сегодня нет, не говоря о спутнике – какая-то хмарь сверху, но всем остальным, включая меня, это не помеха, а «контакт» мой любезный похоже и при свете звезд видит не больше крота.
Это я правда просекла не сразу, по началу осторожничала, а теперь ношусь вокруг него кругами на расстоянии семи метров стараясь одновременно разогнать с пути ту живность которая не желает убираться сама от его слоновьего топота, и контролировать тыл и фланги откуда вполне могут появиться желающие пожрать на халяву. Весело, причем в прямом смысле, как в детскую игру играем, ну там где с ведром на голове надо за остальными бегать. Через два часа такого движения я уже была увешана гирляндами дохлых змей, как какая-то аборигенская богиня смерти, а местных сухопутных ракообразных стрескала (буквально, но он похоже еще и глухой, или треск разгрызаемого панциря на фоне прочих ночных звуков не выделяет…) столько, что начала сначала отгрызать только клешни, а потом и вовсе – хватать за хвост и швырять подальше.
В общем – веселилась от души, особенно после того как на ум пришло сравнение как со стороны выглядит наша охота – овчарка охраняющая стадо из одного барана. Объект охраны тем временем начал уставать и покачиваться на ходу, я понимаю еще зачем ему веточка – опираться как устанешь (что он сейчас и демонстрирует) или змей с дороги сбрасывать, но зачем он эту книжку волочет? Да и действия его на охоту похоже мало, а отличаются целеустремленностью – может он просто место под ритуал ищет или сам поход и есть ритуал? – типа моего утреннего кросса?
А ведь похоже – причем я совершенно не могу понять, как он ничего вокруг не видя, так четко на цель выходит-то? Просто удивительно, насколько разум и тренировки могут восполнить врожденную ограниченность органов чувств. А расчет времени-то какой! – ровно как небо стало голубеть, а все вокруг – обретать «дневные» краски, долговязая фигура моего спутника застыла столбом на вершине гряды, с которой открывался замечательный вид на море и нашу пещеру.
Бедняга, аж слезу пустил от умиления, панорама восхитительна, так что следую его примеру – и любуемся зарей нового дня. Вот только чувства у него какие-то странные – усталость и покорность судьбе, вместе с светлой радостью. Поневоле захотелось приободрить, так что я подошла и потерлась горлом об плечо (заодно и метку подновлю, чего потом дважды бегать).
А этот паразит – протянул руку и почесал МЕНЯ за ухом! И все, такое ощущение навалилось, что и не передать… Как выходит я все же вымоталась с эти одиночеством, что простой искрений жест напрочь сносит всю психологическую подготовку и на глаза наворачиваются слезы радости что рядом есть хоть еще кто-то живой.
Так что восходом мы любовались в духе картины «пограничник и его овчарка», я положив голову ему на бедро тихо млела от живых рук не спеша поглаживающих по голове между ушей – полная медитация. Но все хорошее – заканчивается быстро. Солнце взошло, объект смахнул последнюю «скупую мужскую слезу» и опустил глаза вниз… Ну и видел кого он все это время за ухом чесал.
А колено у него твердое - от саечки полученной мной в процессе поспешного вскакивания (с диким воплем и сумасшедшими глазами) у меня чуть верхняя челюсть за нижнюю не заскочила.
Эх, жизнь моя жестянка – ну не на секунду нельзя расслабиться!
______
Благодарю тебя, Господи, ибо известно, что все что происходит (случается) только с Твоего попущения, а испытания ты посылаешь нам, грешным, лишь только посильные. В невежестве своем и гордыне, ибо совсем не многие святые отцы удостаивались визита демона-искусителя – многим хватало искушений собственной плоти, полагал я что не может быть (худшего) и Ты, всесильный и всеблагой, указал на бездну моего заблуждения – явившееся испытание оказалось дьяволицей.
Каюсь Господи, пришла в смущения моя душа и пошатнулась вера моя. Молился я об избавления от этой напасти, но не было мне знака ибо я забыл что негоже искать спасения от того что послано для укрепления веры и сил духовных. Я же не вняв гласу проведения, вместо смирения и надежды на помощь Твою, впал в грех уныния и гнева разом – не зрила (пути) душа моя и рвалась на части пытаясь разом искать пути бегства или сил для битвы со злом. Пребывая в смущении великом, снизошел я до хитрости – сделав вид, что сморил меня сон и обманув демоницу храпом свершил я тайные сборы и выйдя из келии свой взял в руки топор весь преисполненный гневом, забыв что гневаться – грех великий и путь к погибели.
…и не смог решится обратив против нея свое оружие ибо даже демон спящий кажется ангелом коим и являлся до падения. Не поднялась десница моя и осталось лишь искать спасения в бегстве поспешном в надежде спасти душу ибо спасти тело от зверей лютых и гадов ночных я не чаял. И только поспешая прочь от места понял я, что был спасен токмо не иначе чем божьей милостью пославшей мне жалость к порождению зла сему, ведь демоны не властны над творениями божьими и телами их - могут лишь искушать душу в той мере сколь грешна она, а человек грешен и подвластен искушениям, потому и власть их при божьем попущении велика. Я же, задумав свершить тягчайший из грехов – убийство, тем самым предавал и тело свое и душу бессмертную в когти зла навеки...
Раскаялся я во грехах своих и залился слезами моля пред тем как сгину я отпустить мне грехи мои. И было мне благоволение божье, не оставил он меня взором своим и не коснулись меня языки гадов и когти зверей, так терзаемый страхами и унынием, но невредимый телесно лишь уставший и пришёл я прямо к своей келье, где и встретила меня демоница как бы вопрошая «кто избежит воли его?». Известна ведь способность нечитого запутать путь, буде грехами своими человек отвратит себя от бога и тот даст свое на то позволение, дабы через испытания вернуть заблудшую душу. Смирился я душой и поднял знамя веры своей, дабы быть достойным падшего на меня испытания.



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Среда, 09.03.2011, 16:56 | Сообщение # 12
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Вот так они и жили…
Я ловила рыбу, впрочем, жарила ее - тоже я. Что мне больше всего нравиться в наших мужчинах (под «нашими» как оказалось надо понимать самцов любого вида, лишь бы антропоморфных) так это врожденная способность сесть на шею и устроиться там свесив ножки. «Мужчина - большой ребенок» как оказалось данную фразу следует понимать БУКВАЛЬНО, не появись у меня возможности пожить в «первичной ячейке общества» в жизни бы такого не подумала. Хотя все ведь было перед глазами - всю его жизнь с самого рождения окружает внимание и забота именно женщины. Есть кому вытереть слезы и зализать сбитую коленку, есть и кому помочь разобраться во всей непонятности окружающего мира, есть кому подсказать решение. Чему ж тут удивляться, что едва получив возможность управлять своей жизнью самостоятельно – он тут же начинает искать себе подходящую замену, и ведь – находит. Поскольку потребность в том о ком надо заботиться, заложена в нас природой, а большой он или маленький… сначала большой, потом маленький и так уже пару миллионов лет.
Любые попытки противодействия данной схеме поведения – идут против всей эволюции вида и, следовательно, обречены на провал. За миллионы лет непростой истории взаимоотношения полов мужчинами отработаны и заложены в генетическую память поколений столько удачных приемов, что тягаться с ними просто невозможно – не потеряв при этом своей сути, не престав быть женщиной словом…
Потому как попытка внедрить «честное» распределение обязанностей и заставить это совершенно неприспособленное, к чему либо кроме разговоров «о вечном» (т.е. о себе или своих мыслях), существо гордо именуемое «мужчина» - идет против материнского инстинкта, инстинкта сохранения вида и просто – здравого смысла.
Ну скажите – какой смысл ловить рыбу, чтобы в результате его «готовки» потом есть нечто по вкусу более всего напоминающее хинин (потому что было принято решение «слегка» оптимизировать готовку и жарить вместе с головой и разумеется = жабрами), горелое с одной стороны и сырое с другой? Да и просто смотреть, как кото-то пытается есть «жженку» (кто не знает – это ЛЮБАЯ каша приготовленная мужской особью) – на казнь думаю смотреть и то проще, там все быстрее заканчивается, а, между прочим, просто приготовить крупу для каши – совсем не просто и легко чисто физически. Я, как оказалось, весьма выделяюсь на фоне местных физической силой и то - помахать пестом дробя зерно в выдолбленной из дерева ступе, на легкую разминку совсем не тянет.
Лень, правда, мигом подсказала решение – три дня возни по «выглаживанию» с помощью ультразвукового бура двух подходящих гранитных плит и вышла неплохая мельничка. Мелькнула шальная мысль – сделать ее ветряной, все равно «притирать» камешки к друг другу нервов не хватало даже у меня, потому сооружённая из пленки, плавника и телескопических штанг «роторная» турбинка пришлась весьма к стати. Вот только не учла, какие тут ветра - конструкция выдала совершенно неожиданную мощность и развалилась, едва успев выполнить свою задачу. Восстанавливать ее не стала, искры в процессе летели так, что подходить было страшно, будь там еще мука – наверняка бы загорелась, и хорошо если б еще не рванула.
Так что нижняя неподвижная часть покоилась теперь на связанном из топляка станке, а верхнюю я раскручивала на оси которую выжимал в верх рычаг с противовесом. Помолка муки превратилась из сплошного мучения в развлечение: насыпать зерна в желоб нижнего жернова, раскрутить верхний, быстро перебирая нижними лапами по присобаченному на ось деревянному диску, и, как только камень начнет «гудеть», прыгнуть на балку рычага – верхний жернов под моим весом пойдет вниз и начинает помол, качество задает количество «раскруток». Потом берем веничек и сметаем результат в мешочек - красота словом, а то мой «контакт», похоже, перетирал зерна между двумя камнями, ну или покупал готовой муку, приготовленную этим способом, поскольку содержание тертого «за компанию» камня, в этом условно-съедобном продукте достигало, на глаз, процентов тридцати.
Крупорушку я, кстати, тоже модернизировала (надо же было чем-то кормить это несчастье, пока возилась с мельницей) – превратив мученье в развлеченье. Попросту взяла да привязала пест к ветке дерева, в итоге и на качелях покачаться получалось, детство вспоминая, и на пожрать полуфабрикатов приготовить.
К моим новшествам «объект» отнесся странно – если первое он напрочь игнорировал продолжая пытаться приготовлять крупу по старинке, правда, тут у него на своем настоять не вышло – я за двадцать минут на скакалке приготавливала крупы на неделю, то с вторым вышло наоборот – освоить попробовал, а потом приволок и ляпнул на верхний круг кусок мокрой глины. Я и возмутится не успела (а говорят мужчины дрессуре не поддаются – все мои интонации он выучил на раз) как он одним движением вытянул в верх горшок… В общем, все пропало, игралась с этим делом до самозабвения, хотя вычесывать глину из шерсти – чистое мучение. Следом стукнула мысля – обжечь все полученное не только на солнце.
Хотя почему и не на солнце? Пленка есть, серебряная краска для нее – тоже. Параметры «надувного» зеркала для Тактика совсем не бином… Словом – соорудила, вот только в том, что вышло не горшки обжигать, а металл плавить… растекся мой горшочек – получилась мисочка, странноватая надо сказать – больше на стекло похоже. «Контакт» как ее увидел – опять в ступор впал, а я уж думала, что у него это уже прошло.
И вообще, он старался меня не замечать – нет меня и все, задача практически невыполнимая, если мне от него что-то было надо – в этом случае он, излучая флюиды смирения и внеземной скорби, быстро и качественно делал что требовалось. Причем как он догадывался что именно надо? Загадка, честное слово, поскольку изучить язык у меня пока не получалось – Тактик только накапливал первичный словарный запас и что-то у него пока не заладилось, странно вообще-то – у него очень хорошие алгоритмы дешифрования. Да и «контакт» помогал нам вовсю (сам о том не подозревая), видимо его одиночество достало не меньше чем меня, но раньше он себя контролировал, а тут появилась живая душа рядом и повод расслабится. Словом – он взял привычку со мной, а точнее сам с собой, разговаривать. Оставалось только таскаться, все свободное от хозяйственных дел время, следом за ним и выслушивать непонятные рассуждения. Ничем больше, кроме их и огорода, он теперь не занимался.
Нет, я конечно понимаю – если в пределах видимости вдруг объявилась женщина, то просто грех не свалить на нее все хозяйственные заботы, но охотиться, или, как в нашем случае, рыбачить, вроде всегда было «мужским» делом? Хотя, с другой стороны, любым делом должен заниматься тот кто в нем понимает больше и умеет – лучше, и что поделать если это все та же я? Причем его странные и непонятные занятия начинали меня все больше беспокоить – жужжала все под черепушкой муха неудовлетворенного любопытства, ведь не скажешь что в праздности пребывает, наоборот – каждую свободную минуту уделяет своим занятиям, но для чего эта странная гимнастика то в полном молчании , то под монотонный бубнеж, то с вполне внятной и, я бы сказала, импровизированной и вдохновенной речью? Что-то тревожно мне… не люблю непонятного – оно часто весьма опасно.
Надежды мои на мощь современной науки в плане освоения языка – не оправдались совершенно. По прошествии двух недель, когда экраны у «контакта» на внутренней стороне век были давно сформированы, а Тактик накопил уже достаточно аудио и видеоматериалов, попытались перейти к «активной фазе». Но казалось бы давно отработанная технология – когда объекту во время сна или просто в период спокойствия подаются изображения и их обозначения в звуковой или (если есть) письменной речи. Причем скорость и уровень передачи, соответственно быстрее и ниже «уровня сознательного восприятия» т.е. объект, по сути, не осознает происходящее и только изменением ритмов мозга дает «раппорт» позволяющий анализировать сначала правильность сопоставлений, а потом и выстраиваемые сложные смысловые и ассоциативные конструкции.
И вот вся эта хитрая машинерия с плеском села в лужу, вместе со мной разумеется – и мысль, что я ни разу не ксенопсихолог, не ксенолигвист или специалист по дознанию, утешения не приносила – нужен был результат. С горя с кручины начала рулить процессом вручную, но ничем подопечного и себя кроме ночных кошмаров не обеспечила, что же это за язык в котором одни и те же простейшие бытовые предметы называются десятками совершено разных слов? Словом – пришлось снизить уровень воздействия (дабы подопечный не свихнулся окончательно) и потихоньку накапливать материал, как с помощью Тактика, так и самостоятельно откладывая в память наиболее характерные ситуации и выражения. Вот блин, а ведь хотела ошарашить подопечного, на третью неделю знакомства, связным выражением мысли, а то он, по-моему, меня животным считает – которого кто-то научил работе по дому, готовке, охоте и изготовлению ветряных мельниц, ага.
А вообще, это я просто философствую, не будь всей этой домашней рутины в виде готовки, мытья посуды и проч. – впору от скуки было лезть на стену, надежды на быстрое изучение языка не оправдались, дни плавно переходили в декады, декады – однозначно намеривались складываться в месяцы, чувство неправильности происходящего наваливалось с громадной силой. От него не отставало чувство подспудной опасности ситуации и щекотка от ощущения что я своему объекту жутко мешаю притом в чем именно – совершенно непонятно… Так что на фоне надвигающейся катастрофы возможность узнать как выглядит «семейный быт» изнутри следовало считать благословением, когда еще выпадет такая возможность пожить в «пробном браке» - честно говоря, мне понравилось, жаль только что луна с неба и то ближе…
____________
Но все эти неурядицы напрягали несильно, поскольку меня накрыло новое всепоглощающее чувство - ЛЮБОВЬ, накрыло буквально – с головой. Море… Как много заключено в этом простом слове, колыбель жизни, колыбель цивилизации. Мы покинули ее как и положено выросшим детям, но оно все равно осталось с нами – в составе крови, в снах о полетах…
Реальным полетам и в воздухе, и в космосе мы обязаны именно ему – нет у нас страха перед безбрежной бесконечностью, осознание мощи стихии и опасности – есть, а вот страха заставляющего искать норку поглубже – нет. Именно его изменчивому характеру, когда миг назад ласковое и солнечное, море в следующую секунду вспухает черным всесокрушающим валом, обязаны мы легкости, с которой принимаем перемены и создаем их сами…
От туда же и понимание, что можно и нужно бороться с силами, для которых ты не более чем песчинка и – победить. Дает оно и понимание, что победить можно все, кроме течения времени – но его можно и нужно делать своим союзником. Многому, словом, может научить эта бездна – если не убьет.
Потому к знакомству я подходила весьма осторожно – на равных, но без панибратства. Море ластилось и старательно прятало коготки, знаем мы эти мягкие лапки – сами такие. Контрасты, конечно, сбивали с толку, два совершенно разных мира были разделены тонкой пленкой прибоя – пустыня с барханами, или раскаленным камнем и глиной, где все живое, зарывшись по глубже, старается не испечься до ночи, и – прохлада с буйством жизни и красок, что днем, что ночью – меняются только участники этого карнавала…
Любоваться этими красотами можно часами и десятилетиями, но желудок мигом ставит все на свои места, как и часть тела пониже. Так что все красоты проходили критерийную оценку с легким гастрономическим оттенком – в смысле кого тут можно съесть, а кто наоборот – норовит съесть уже меня. За то что есть (и даже в лапы брать) не стоит – отвечал анализатор, за разборки с ошибающимися в меню – винтовка, нож, двадцать когтей и двадцать восемь зубов.
Недоразумений было не много, в ничьё постоянное меню не вхожу, а к необычному принято проявлять осторожность, хотя у морских обитателей мозгов все же поменьше. Пришлось лишь свернуть шею кокой-то здоровенной рыбине прикидывающейся змеей – ей не понравился щуп анализатора, которым я шуровала в ее логове, и она чуть у меня его не вырвала, вместе с лапой. Бросилась бы на меня, могла бы на что-то рассчитывать, но она предпочла вцепиться в металлический и совершенно несъедобный предмет – туда ей и дорога. Мой подопечный, увидев зубастую башку, слегка посерел, но запеченную в глине змеерыбу наминал за обе щеки.
Какая-то рыбья мелочь, размером с пол меня, здорово напоминающая морской вариант крысы – характерным носом и расположенными далеко под ним кусалками, покусилась на мой левый окорочок, но тут ей вышел полный облом. Прокусить пусть и тонкую, но прочную пленку не помогли и несколько рядов конических кусалок, некоторые даже остались мне в качестве трофея, к тому же они у нее толком не сходились – странная конструкция.
В итоге – получив поносу прикладом винтовки, рыбка, не солоно хлебавши, убралась восвояси, а я приобрела здоровенную синячину на пол голени и хромоту на пару дней, ну и бесценный опыт, разумеется, зафиксированный в новых инструкциях Тактику. Следующий вариант этой рыбоньки, уже в масштабе в 1х10n, поприветствовала выстрелом из винтовки еще на дальних подступах, надствольные гранаты они и в воде прекрасно работают, в воде пожалуй даже лучше. Ну, не хотелось мне проверять – откусит она от меня половину или попытается проглотить целиком и не подавится, а против кумулятивной струи, прошивающей 150 мм броню, крепкая, похожая на терку, шкура шансов все же не имела.
«Контакт» мой чуть кондрашка не хватила, зрелище конечно вышло сюрреалистическое – стоит себе возле толстой коряги вся из себя я и делает притягивающие движения верхними лапами, и, повинуясь этим «пассам», из моря на берег, глубоко бороздя песок, вылазит туша, вокруг которой впору хороводы водить… Бедняга так и замер метров восьми не доходя, надо будет на будущее, перед демонстрацией «чудес», заранее убедится в его отсутствии в прямой видимости, итак страшно представить, что он себе уже по навыдумывал. Зато теперь точно знаю, что зрение у него никудышнее – не рассмотреть трос, из аморфного железа толщиной в волос допустим можно по невнимательности или не зная чего искать, но блок-то в сустав мизинца не заметит только слепой…
Потом встал вопрос на тему «как съесть слона?», тем более что мясо даже для моих челюстей оказалось хоть и вкусное, но из разряда «дружба», в смысле – «пожевал сам – отдай другу». Так что съели мы только печенку, «контакт» сварганил какой-то супчик из плавников, вырезали пару кусков «помягше» и все – остальное мигом подобрали крабы. Из несъедобных частей осталась на память шкура (убейте – не знаю, что с ней делать и хомяков в роду вроде не было…) и внушающие прямо ультразвуковой трепет челюсти…
На будущее, надо будет таких встреч избегать – как показал анализ атак эта «морская крыса» была весьма труслива, причем - вне зависимости от размера, она долго ходила кругами все примериваясь и не решаясь атаковать, потом начинала круги сужать и только набравшись наглости – становилась на ребро и бросалась в атаку. Опасен был только последний момент, поскольку взявшее хороший разгон тело да еще в воде не сильно то и остановишь – просто рылом приложит, мама не горюй. А вот до этого момента – пугнуть ее чем, хот импульсом ультразвука или или акустическим выхлопом из винтовки и думаю – свалит за горизонт. Надо будет проверить, а предупредить Тактик меня сможет вполне – его сканеров даже на саму мелочь больше чем на полкилометра в воде хватает, профиль и поведение, а главное – реакция, на нашу «рыбку» прочих обитателей, более чем характерные.
На этом все приключения и закончились, больше из опасностей были только ветвистые заросли камней, которые оказались совсем не камнями, а сросшимися домиками мелких рачков, некоторые из которых, почему-то, оказались ядовитыми, да студенистые тела каких-то полупрозрачных грибов – все норовящих обжечь любопытный нос или желающий их лизнуть язык (анализатор в этом случае показал собственную несостоятельность).
Все остальное было только приятным впечатлением для желудка – вкусная рыбка и не менее вкусные моллюски. Первая на них «охота», как водится, повлекла за собой совершенно неуемное пиршество, в середине которого чуть весь аппетит не потеряла – «вкусняшки» преподнесли-таки сюрприз. Внутри примерно сорокового по счету моллюска оказался камень – чуть зуб не сломала. А как рассмотрела по ближе – шерсть дыбом так и встала, «камень» был больше всего похож на «икринку» будущего моллюска. В голове мигом всплыли сценки на манер сериала «Иные» и куда как более прозаические, но от того еще более страшные документальные кадры…
Правда ультразвук и анализатор меня мигом успокоили – внутри «икринки» было всего лишь включение кварца, которого раздраженный моллюск покрыл слоями арагонита – точно такого же, как на внутренней части раковины. Фу-х, а то мысли о том как выросшие внутри желудка моллюски вспарывают брюхо острыми краями раковины, чтобы вернутся назад в море – напрочь отбили аппетит. До новой порции, разумеется, но жевать начала осторожнее, за что была и вознаграждена – «камешки» попались еще пару раз, не такие крупные, но все же...
Закончив трапезу, смогла взглянуть на источник треволнений по благосклоннее, сытое брюхо оно к добродушию располагает, а он был красив – совершенной каплевидной формы, а интерференция света на микронеровностях заставляло его переливаться всеми восемнадцатью цветами радуги. Посмотрела по новому на горку съеденных раковин, на получившихся из нее три «икринки» и поняла – проблема новых зарядов к винтовке больше не стоит, особенно если взять с собой ультразвуковой сканер и брать на обед только «икряные» раковины. «То что убивает» должно быть красиво, а рассортировать по размеру можно и простым ситом. Правда что-то мне подсказывает, что самые большие раковины будут ближе к глубинам в сорок метров… но переделать респиратор не долго, был бы повод, а желудок в купе с неуемным любопытством его вполне обеспечат...
__________
Респиратор я конечно переделала, программа синтеза перфтордеаклина, метилциклогексил-пиперидина и прочих жизненно важных вещей была заложена в синтезаторе изначально, поиск нужных компонентов благодаря большому количеству стандартных вариантов много времени не занял и новые глубины приняли меня в свои объятия. Жизнь там уже была по спокойней, но не менее красива. Увлеклась – каюсь, обычно на мои уходы «контакт» внимания не обращал, а тут как на грех – почему-то проявил заботу. В итоге, когда спустя четыре часа вся под впечатлением вылезла на берег то первое что увидела был это красавец – в кои-то веки ,без своей хламиды.
Судя по тому, как он ко мне кинулся – видимо собрался уже нырять за мной, интересно – а выныривать он умеет? А вот сжимать судорожно меня не стоит, хоть из знаменательное событие (в кои-то веки он отважился ко мне прижаться), но этот задохлик от избытка чувств даванул так, что вынужденно выпустила загубник. Я конечно понимаю – залитые синей жидкостью грудь и подбородок, а также белые клыки в фиолетовых разводах – зрелище не слишком эстетичное, но в обморок то падать зачем? А у меня дилемма, начну выливать «голубую кровь» из легких – утонет бедняга хоть и по колено, тащить его на берег – могу сомлеть уже я, тогда скопытимся оба. В итоге – сунула загубник, назад и, нечеловеческим усилием воли подавляя кашель от пузырьков воздуха, рысью поволокла его по отмели к берегу. Обошлось, но половину своего запаса жидкости для дыхания выкашливала минут пятнадцать, вместе с обедом-завтраком и по-моему - ужином, но – не будем о грустном.
От потрясения бедняга заперся дня на полтора, а потом все на меня косяки кидал, надо будет ему какой-то подарок сделать, а то у него от меня только седина на память…
Вот и стоило только всему успокоится, стоило душе с помощью пучины прийти в какое-то равновесие как, сами собой, начали решатся «неразрешимые» задачи, Некоторым – я была рада, а вот другим стоило пожалуй остаться нераскрытыми, но кто ж меня спрашивал…
Первым стрельнул вопрос с языком. Я как раз наблюдала последствия моей предыдущей «светлой идеи» - было решение пособирать раковины с «яйцами», но их оказалось довольно много, а вылазить из моря не хотелось, вот и натаскала их на участок, где они в полном комфорте, могли дожидаться пока я их съем. И вот теперь наблюдала десяток «веретен» и «шипастых веретен» собравшихся «на пожрать» МОИ раковины! Наглость-то какая – правда, много съесть они не успели, а сами оказались – тоже ничего, вкусненькие.
И раковины красивые, вот только чего это у меня от них когти так воняют… и они почему-то стали красно-фиолетовые… Кукушка-кукушка…тфу, анализатор – сколько мне жить осталось? Что, так ма… Не, вроде обошлось – просто краска, точнее – два прохромогена, которые могут превращаться в синий индиго и красно-лиловый диброминдиго, смешиваясь и вступая в реакцию выделяют все лишнее в виде вони… Мне же на память осталась покрашенная и дурно пахнущая лапа которую на время сна надо было укладывать отдельно от всего остального. Но цвет меня заинтересовал – слишком все серое и выгоревшее вокруг, а тут – такое яркое пятно в жизни…
Может мне ему свитерок связать? Как младенчику – чтобы не мерз, и покрасить по ярче – чтоб не потерялся… А это мысль, так сколько нам там раковинок понадобится чтобы полкило шерсти покрасить? Ну, там, с учетом потерь техпроцесса… СКОЛЬКА? Тактик ты что, в навигатора решил переквалифицироваться? Обычно он такими цифрами оперирует… пять миллионов штук – я же лопну, столько съесть… Да еще всего за двенадцать дней, пока первая партия не сдохла… Кажется накрылся мой свитерок медным тазиком. Хотя – мну есть представитель великой цивилизации или где?
Ну-ка, анализатор слей данные и посмотрим что нам его величество синтез скажет, имей совесть – ракушки все нужное из обычной воды получают, а на химлаборатории грабят, где я тебе этот список найду? Медленно будет, говоришь, а во сколько… нет ты мне время, а не множитель покажи, ну вот – и энергопотребление глюонного реактора не требует, всего четыре киловатта – даю добро.
Но я отвлеклась – пока вылавливала любителей халявы на моей плантации в голове щелкнули шестеренки и часть картины по моему изучению языков встала на место.
Дядечка просто оказался полиглотом, блин, морфологический анализ дает не менее семи языков, а скорее всего их девять, если не больше. Аж четыре языковых группы, один – точно мертвый, и два под вопросом – капец, одним словом… При этом он, то-ли пытаясь достучатся до чего-то мне знакомого, то-ли просто стараясь обновить подзабытое разговаривал по часу на каждом (что напрочь сбивало со следа меня) и сопровождал простой разговор, обширными цитатами на других (вероятно – мертвых или «высоких») языках. Что напрочь сбивало со следа уже Тактика, он ведь не специализированный дешифровальщик – мощности у него ограничены, да и шифровки, несмотря на включение «условных обозначений», все же обычно составляют на одном языке… Словом – смотрите настройки по умолчанию.
Слов нет, это уже не «те же грабли этажом выше», это уже из серии – «больно наступать на грабли, особенно больно – если грабли детские…». Я, конечно, физически прочувствовать всю глубину этой мудрости не могу, но случай – явно мой.
Так что теперь, при любой возможности, крутила старые записи и читала (с соблюдением всех мер предосторожности) книги моего «контакта» - благо он, когда что-то из них читал все время проговаривал текст (или вслух или про себя), поэтому вопросов с фонетикой было немного. Мозги трещали от попытки одновременного изучения семи языков, шарики периодически клинило об ролики, а запах паленой изоляции просто стан навязчивым, но после запоминания таблицы логарифмов и «справочника констант и поправок» - «чтоб всегда под рукой было», все эти трудности не тянули даже на легкую разминку… Дело шло по нарастающей и становилось все сложнее сохранять умильное выражения личика в момент прослушивания его разглагольствований – так временами тянуло заржать «аки кобылица стоялая» или вставить парочку комментариев. Но пока сдерживалась, оставался открытым вопрос интерпретации, а также вопрос вживания – переходить к активному общению не узнав, каков человек, когда думает, что его не понимают – было глупо.
Вот, а теперь возвращаясь к теме подарка (что-то у меня мысли кругами ходят – но на то есть причина, позже расскажу) красить шерсть хоть теперь и было чем, но нечего. Шерсть надо было сначала с кого-то состричь, потом отбелить, спрясть и связать и только потом – красить. Все процедуры по одиночке проблем не вызывали, даже 30% перекись дожидалась своего момента в закопанном горшочке, но вот не было самого главного – шерсти. Хоть вычёсывается начинай, но когда ж это я полкило шерсти начешу? Так что пока отложила это на позже и начала думать над «планом Б».
Задача неожиданно захватила – мой подопечный, оказывается, был последователем человека победившего смерть… По настоящему ли или только как символ, это сейчас мне неважно, а вот пройтись с мягкой щеткой по легенде счищая вековые наслоения непонимания и искажений было захватывающе. Пусть всю картину мне не вскрыть никогда, но вот конкретно этот рисунок из книги я все же попробую превратить в объем так чтобы не сводило скулы от фальши… Ведь это важно – говоря о вечном, не фальшивить в суетном.
Вот и наступила на собственные грабли… ну где я тут найду ливанский кедр, тем более что не имею ни малейшего представления как он выгладит. Ладно, но ведь и просто дерева кроме топляка тут нет, а он явно не годиться, есть правда еще «веточка», но что-то мне кажется что если я ее возьму кто-то сильно огорчится… Но долго обычно не думаю – решение приходит быстрее чем успею убедиться в его отсутствии, вот и сейчас – мигом вспомнила, где видела подходящее хоть и не дерево – но весьма похоже.
Как же я потом ругала свою изобретательность, когда пилила на глубине за восемь десятков метров «веточку» красного (а на самом деле - коричневого) коралла, вот и пилка мне пригодилась. Только ей … тому … умнику… резать! Но смекалка все же победила, приблизительно после полутора часов художественного … мну наконец догадалась поставить винтовку на «холостой выстрел» и сфокусировав струю воды до толщины иглы за пару секунд срезала под самый корешок, а потом о-о-ччень-ь=ь медленно убегала от также медленно, но увы – достаточно неотвратимо, валящегося на меня много сотен килограммового камешка – это только кажется что под водой все легкое, а на самом деле глупость моя могла очень плохо кончиться…
Вроде и не совсем дура, но умные мысли начинают приходить в голову только после получения очередного синяка на пол задницы. Что, скажите, мешало сначала – отрезать ветки и только потом – пилить основание? А уж какие слова мысленно проговаривала пока волокла заготовку пешком наверх… Зато, кажется, фраза про «каждый несет свой крест» открылась для меня с новой стороны.
Потом долго и упорно воевала с заготовкой – ей совсем не хотелось радовать глаз ровными гранями, в итоге вышло не как на картинке, зато камень неожиданно стал действительно похож на дерево. Была там и конструктивная загадка, ох и непросто оказалось это высоко цивилизованное орудие смерти. Пока не разгадала как можно продлить мучения казненного, заготовка под фигуру, из белого камня не хотела ложится и все, а вот после – села как влитая. Следующую загадку мне подкинула анатомия… казалось бы, вот она – натура, и на память не жалуюсь, запомнила все мышцы тела, но вот сидела в голове заноза и не давала работать дальше. Пришлось все же плюнуть и идти «щупать натуру» сняв за одно полную модель скелета ультразвуковым сканером, уж не знаю что обо мне подумал «контакт» - надеюсь ничего гастрономического, но выглядел несколько ошарашенным.
Но главное – интуиция была права, художник, от слова … «худо» что рисовал картинку, об анатомии не имел никакого представления, странно – ведь ему было бы достаточно просто взять себя за руку, чтобы понять, куда надо забивать гвоздь. Хорошо хоть сверлить заготовку не начала – пришлось бы выкидывать и искать новую. А после – оставалось только взять ультразвуковой бур и «отсечь все лишнее».
С чего вдруг я такой работой себя гружу? Да просто у меня тут небольшое землетрясение на личном фронте приключилось, вкупе с тайфуном и извержением вулкана…
Нет, не то, что вы подумали - не критические дни, те приходят как положено – раз в полтора месяца и особых сюрпризов не приносят. Но есть тут одна тонкость… Начну пожалуй издали.
Позднее, была сильно удивлена тем, что новую жизнь можно подарить миру случайно. Для меня и моих товарок такое попросту невозможно, наступление момента Х чувствуется вполне отчетливо, да и волнение крови вполне однозначно отображается в запахе. Так что такие вещи как «планирование семьи» и «предохранение» у нас неизвестны. Но чтобы род людской не пресекся по причине того, что у шибко хитро сделанного «человека цивилизованного» всегда найдется дело менее рискованное и хлопотное чем производство потомства, природа в своей мудрости предусмотрела ма-а-аленькую хитрость.
И теперь, совершенно случайным образом, где-то от раз-в-полгода, до раз-в-два-года, вместо обычного «тепла на часок» приключается небольшое землетрясение недели так на полторы-две – разом напоминающее, что вся «цивилизация» это ОЧЕНЬ тонкая пленка поверх, которая мигом слетает под напором инстинкта. Если говорить формально – уровень некоторых гормонов возрастает в десятки раз, что влияет как на самооценку женщины, так и… хм, ее привлекательность для противоположного пола. Иными словами – любая серая мышка мигом превращается в суперкрасавицу. И если, все же, желания заводить малыша нет – приходится заранее брать отпуск и сваливать в места побезлюднее или в «санаторий». Ну или, в крайнем случае, запираться в квартире переводя вентиляцию на внутреннюю циркуляцию и поливая двери-окна специальным дезодорантом, поскольку если этого не сделать, то рискуешь все это время выслушивать кошачьи серенады под окном, и царапанье под дверью, а потом еще и разбираться с недовольными соседями…
Семейные пары, желающие завести малыша – разумеется, наоборот подгадывают к этому моменту, ведь такого накала чувств больше не возникнет лет семь-девять, пока не появится возможность дать новую жизнь опять. Если, по каким-то причинам, приходится спешить, то современная фармацевтика вполне может в этом помочь, возможно и наоборот вот только смысл гробить здоровье?
М-да, сколько однако словесных кружев я навернула там, где можно было сказать короткое слово – гон. Что-то рановато он у меня повторяется, ну да воспримем как данность. И начнем загружать тело и мозги – работа по выражению «чувства прекрасного» и требующая особой интуиции, как раз то, что хорошо помогает от лишних мыслей. Вот, например, оставалась вроде небольшая деталь, а она опять не хотела ложиться в картину. Казалось бы - «терновый венок», вроде ничего нет в нем сложного, и черный коралл - заранее нашла, а попробовала сплести – не выходит и все. Но потом поняла в чем дело. Вот так и прошла неделя из времени «Ч», но дело заканчивалось, осталось лишь пара штрихов, и я потеряла бдительность. Настолько увлеклась выделыванием шипов, что не заметила (точнее – не оценила последствий) как «объект», не смотря на позднюю ночь, вылез посмотреть – чем это я тут жужжу. Да так и простоял за плечом часа два, а я и уши развесила. И обратила на него внимание только тогда, когда закончив с последним шипом надела «венок» на голову фигурке и приступила к «чистовой сборке».
Вот именно в тот момент, когда с помощью гвоздей на моем любимом клее закрепила фигурку, у меня из-за плеча протянулась трясущаяся лапа, по которой я довольно бесцеремонно шлепнула – не хватало еще чтобы он к нему приклеился – так ведь и придется таскать в руке тяжеленный крест, пока верхняя часть шкуры не слезет. Так что, повернувшись и уперев руки в боки, жестами (а мы уже выработали довольно содержательный набор условных знаков) объяснила, что надо подождать до рассвета, пока закончу. «Контакт» убрался к себе, но спать не лег, а опять занялся своей «гимнастикой». Я же завершила последние штрихи и наложила краску.
В месте с восходом солнца состоялся «торжественный вынос», «объект» с каким-то угрюмо сияющем лицом с крестом в руке (силен, однако, фигурка то ведь совсем не перышко) и я = уставшая, но довольная, выбрались под первые лучи солнца. Мой «контакт» начал проводить какой-то торжественный ритуал, а я изо всех сил боролась с зевотой. И тут он вдруг замер посреди фразы и рухнул лицом вниз, я аж опешила – вроде ничего страшного не наблюдалась для столь бурной реакции. Быстро оглядевшись по сторонам, ничего необычного тоже не обнаружила, и решила что видимо так и надо, ну и сунулась посмотреть, как проявилась краска – ей для приобретения цвета нужен не только кислород, но и ультрафиолет. Неплохо, вот только пованивает, но с этим ничего - не поделаешь, надо просто подождать.
В принципе, в том, что произошло дальше, виновата была только я сама…
Не стоило все же в моем положении оставаться в обществе мужчины… Зря конечно решила, что раз мы с ним разных видов, то и феромоны на него не подействуют, думала что он вообще «незрячий» (имеется в виду – не различает запахов) и что за собственной вонью он изменение моего запаха просто не услышит. Надо было все же убираться подальше, ничего бы с ним за пару недель не случилось, жил же он раньше без меня. И уж точно суя свой любопытный нос к кресту, чтобы понюхать краску, не стоило поворачиваться к нему спиной… Расслабилась одним словом.
А он мигом вскочил и ухватил меня за шкирку! Хорошо хоть верхней лапой, как ее там… шуйца или все же десница? Главное - что не зубами, а то я за себя не отвечаю. Но и так – в голову мигом стукнула известная жидкость и я, моментально развеселившись, легким шлепком свалила долговязую тушку на песочек, и игриво прихватила его зубами за шейку…
Даже нашатырь так мозги не прочищает!!! Мигом все посторонние мысли пропали. Зато, когда кончила отплевываться, вспомнила свой давний зарок. А этот, бедолага, не имея возможности по запаху уловить смену настроения, так и лежал пластом в ожидании продолжения. ЩАС! Будет тебе продолжение!! И, ухватив одной лапой тушку - за оказавшуюся удивительно крепкой хламиду, а второй – дождавшийся своего часа заветный горшочек, поволокла все это к морю.
Купание прошло весело, прямо как детеныша – те тоже норовят вместо помывки уплыть, взбивают пену, пищат от попавшего в глаза мыла, лезут подраться с мочалкой и прочее. Но опыт в этом деле у меня есть, а этот великовозрастный хоть не царапался и не кусался, в виду отсутствия царапок и кусалок. Да и весь задор его мигом пропал – вода то холодная, дожди пошли – видать зима, да и летом раннее утро в пустыне – дубак еще тот. Достирывая в прибое хламиду и оглядев переминающуюся на берегу тушку, в жизнерадостный фиолетовый пупырышек, я опять развеселилась от мысли – похоже и стирка теперь тоже на мне!
Расхохотавшись – сообщила ему, что вынуждена его покинуть на неделю по делам, а по возвращении мы с ним обстоятельно и не спеша поговорим. И, только после того как глаза «контакта» остекленели, до меня дошло – я это именно СКАЗАЛА, вместо того чтобы показать жестами!!! Блин, нельзя в таком состоянии ничего серьезного делать – совсем башка не варит. И чего меня на хи-хи опять пробило – сине-пупырчатый бородач с отвисшей челюстью это конечно смешно, но где мои манеры?
Словом веселье весельем, но надо рвать когти. Потому, растерев сухой травой бедолагу до красноты, погнала его в пещеру – переодеваться, а сама покидала в ранец все, что подвернулось под руку – потом рассортирую. Уже взобравшись на вершину бархана, не выдержала и оглянулась – по двору нашего дома бродила маленькая неприкаянная фигурка, совершенно потерянная и заставившаяся сжаться сердце даже на таком расстоянии. Как он теперь без меня?


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Среда, 09.03.2011, 17:00 | Сообщение # 13
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Вот тут, прямо не сходя с верхушки, меня и накрыло понимание решения следующей загадки. Ударило как молотом, аж колени подогнулись… Захотелось выть и грызть землю от чувства безысходности. Догадку, конечно, еще надо было проверить, но всей своей обостренной гоном интуицией понимала – правда, и жуть от того брала просто невероятная. А вокруг – мирно просыпалась пустыня, всходило солнце, все было как и раньше, но от того становилось только безысходнее – это как на прыжках при невыходе купола, падаешь в совершенно родном состоянии невесомости, но совершенно четко понимаешь – осталось только надежда, а от тебя уже давно ничего не зависит…
___________
Спаси и сохрани душу раба твоего господи, укрепи и направь его разум ибо пребываю я во мраке неведенья и только вера в тебя опора мне. Шесть седмиц прошло с того мига как потерпев неудачу в бегстве решил искать спасения в смирении и победы над злом непротивлением. Но мне-ль тягаться своими слабыми силами с силой властвовавшей на земле от Адама али не понял я сути умишком своим? Но ни душа и тело мои не подвергались ни искушениям, ни страданиям, токмо сомнения терзали душу мою. Демоница, видя решительность, мою лишь заботилась о насыщении утробы боле ничем не искушала безропотно и по своей воле выполняя уроки кои в монастырях исполняю послушники, а в миру честные жены. Может в том и состояло искушение – смутить душу мою и усыпить прозрение, ибо перед таким смирением, а ведь известно что павший гордец и таковы (тоже) последовавшие за ним, усомнился я, кого видят глаза мои – порождение исконного зла, али плод противоестественного союза человека и зверя.
Дана ли такому монстру душа и чья она будет? Может ли быть спасена или удел ее прах.. Господи, укрепи веру мою в сомнениях. В разуме же, хитроумия великого и лености не меньшей сомнений (моих) в том не было, ибо придумки ея для облегчения трудов телесных неохватны мыслью. Знакомо ей и упорство в труде (жаль) лишь цель его не души спасенье, а избавление от будущих (трудов). Денно и нощно молил господа о просветлении, но грехи мои закрыли мне взор. Знаков было дано много – не корчило ея ни от слова писания святого, ни от вида креста спасения и вод освященных, но и склонности сердечной к вере или жажды спасения даже зверям бессловесным она не проявляла - спокойно наблюдала вознесение литургии либо проповедь Слова Божьего, возвращаясь после к хлопотам суетным.
Бессловесность ея смущала дух мой, ибо на все скромные знания языков Вавилона людского не увидал понимания. Не пыталась (она) повторять за мной слова мои хоть это могут и птицы небесные, разумом не благословлённые. Но желания свои напротив выражала указанием перстами и звуками нераздельными, воем и рыком. Помыслил я уродство закрыло (путь?) к речи, но слуха она не лишена и остер он вельми. А может просто всемогущий боже, по мольбе моей, запечатал усты ея дабы не дать погубить душу мою?
Зрил я влечение ее к книгам Слова божьего, но как дитя (в них) влекли лишь картинки, хоть и таила деяния свои, но видно (было) где книгу открывали. А после заметил новину, раздобыв неведомо где камень мной не виданный, резцом своим творила она из него распятие. Взволновался дух мой, но таилась она, и узрел я результат в конце лишь, когда она со всем смирением предала в руки мои для освящения.
Страх великий сковал члены мои, искусство камнереза было велико и, несомненно, достойно базилики, но не оно заставило трепетать сердце подобно птице в силках. В образе были нарушены все каноны коих принято придерживаться при изображении Распятия, но именно этот отход и заставлял разом поверить в правдивость увиденного. Узри я такую работу и не ведая кто ее сделал, сказал бы - мастер-резчик сам видел повешенье на столбе или в момент работы было ему такое Откровение, а зная – пребываю в смущении духа и скорби, пологая возможным оба пояснения и возможными, и абсурдными разом.
Во время освящения удостоились мы Чуда господня, едва начал возносить Хвалу Господу как отворились раны на образе повергнув меня в трепет, ибо и тут кровь на стигмах и ранах Христа была не алой как ее изображают личники в жизни настоящей крови не видавшие, запекшейся – красно-черной. И шел от них запах не мира и ладана, а настоящий дух свернувшейся на солнце крови. Знаком он мне, хоть и отринул я это знание вместе с миром. Вот и демоница не оставшись равнодушной к явленому очевидно не веруя в явленное попыталась подобно Фоме «вложить персты». Смутился разум мой и гнев застлал глаза, забыл я кто рядом со мной, и попытался воспрепятствовать слабыми силами своими не допустить чтобы зверь коснулся освященного. За что был немедля повергнут на землю силой великой и коснулись икла жилы жизни моей.
Но не допустил Господь лютой смерти моей. Да по здравому розмыслу должен сказать – не желала смерти моей и она, ибо не пыталась даже нанести вред, а лишь показала силу свою неразумному, дабы смирился он и принял кару как должно. После чего сорвав с меня облачения погрузила она меня в воды Халидже-Фарс где трепала меня как трепет бывает добытых крыс. Плоть моя страдала от жесткой травы, но ран не было. Опосля вспоминая случившиеся понял я что столь необычным ритуалом очищения тела мне было указано на недостаточную чистоту духа перед лицом чуда. А ведь было и еще одно – коснувшись освященного креста демоница обрела дар речи человеческой, коим и воспользовалась что удалится от меня в пустынь на седмицу пока тело и дух ея придет в равновесие после случившегося, так она и оставила меня в волнение и смятении великом.
Сейчас же молясь перед тем распятием пытаюсь постигнуть суть произошедшего. И не дает мне покоя мнение столпов церкви нашей, что радуга была дарована Богом Ною и потомкам его как знамение и обещание, что не будет боле потопа, а звери, гады и прочие потому видеть ее не в состоянии, как и яркость красок одежд и плодов. Но тогда, боже всеблагой, явление чуда твоего было по тому как сказано «каждому свое», для меня – кровь на стигматах появившаяся изнутри белого камня, для не – запах, коий после ее ухода слабеет все боле и скоро исчезнет совсем.
С того момента как вера вошла в жизнь мою верил я в чудеса и хоть понимал что недостоин их за грехи свои, но все же продолжал надеяться, а вот теперь – понял что не готов я, слишком слаб и нестоек, пред лицом твоим. Господи – молю тебя, укрепи веру мою и дай мне прозрение…
____

Море… Волны… Ну и что с того что они не из воды, а из света? Какая разница, ведь характер моря в этом пласте бытия тот же – мой. Просто сейчас мозг, полностью отключенный от привычного тела, все равно пытается показывать необычное привычным образом. Потому и вздымаются на невиданную высоту плавные валы сплетенные из нитей света…
Интересно, наверняка многие пытались медитировать во время гона, любопытство и склонность к смелым поискам приключений на свою… Ээээ пятую точку, похоже видовой атрибут. Но видимо успешных среди этих попыток было немного, во всяком случае, в учебники для курсантов они не попали, это ж высокая (в смысле полностью оторванная от практической пользы) теория и высший пилотаж, а нам дают лишь нужное – взлет-посадка и удержатся за хвост…
Но что же мне делать с этим морем? Любую бурю чувств или шторм гнева медитация позволяет превратить ровное зеркало, поймав в котором собственное отражение можно взлететь в высь, туда где всему тварному вроде как и быть не положено. Но то все – поверхностно, а вот обуздать эту силу, идущую из глубин когда и человечества в перспективном плане не было… Не принадлежит она мне. Остается только собрать все силенки и, в один короткий миг (в лапах отчего-то появляется тяжелая однозарядка для стрельбы по низколетящим бегемотам), вместо плавного подъема-парения разорвать это небо надвое – на долю секунды. Расплата за это будет… просто будет, но сейчас это не важно – важно получить то, что дороже и жизни бывает - информацию.
Дошло, откуда у мня эта дура взялась, действительно похоже – бороться с морем бесполезно, остаётся только ждать когда неумолимые колебания собственных гормонов поставят меня на миг в нужную точку, краткое и зыбкое равновесие среди гор волн, мне предстоит, стоя на спасплотике среди волнения, поймать миг покоя волн, чтобы, между ударами собственного сердца, послать пулю в цель на горизонте – в мишень которая меньше чем моя ладошка. Ну ничего – мы не боимся трудностей, создать их – вот это задача!
Ничего, не только снайперам, навигаторам тоже не привыкать ждать стартового окна. Вот только почему это я нынче с хлопушкой, а не за пультом? Сломалось что-то в могучем организме… надо будет запомнить этот момент и потом, в более спокойной обстановке, основательно поковыряться в том желе что между ушей… А пока скрасим ожидание воспоминаниями.
Как в привычной «реальности корабля» (удивительно, а ведь я соскучилась по «второй реальности», хотя всегда ее слегка призирала – что это за «настоящий мир» и без запахов?) распахивается окно, в нем показывается маленькая фигурка с РД за плечами. Вот она вдруг валится на колени, а потом медленно опускает пятую точку на пятки, м-да – ресницы у меня красивые, но вот глупо ими хлопать не стоит – произвожу впечатление непроходимой дуры – это выходит, вспомнила, наконец, кусок лекции… той которую я, вопреки обыкновению, не прогуляла, а проспала.
Искусством спать на «непрофильных» лекциях курсанты овладевают где-то к концу второго курса, и оттачивают его до совершенства к пятому. Под конец, умея спать с открытыми глазами, в то время когда уши напрямую, минуя дрыхнущий мозг, транслируют лекцию лапе карябающей конспект. Потом, перед сдачей, остается пробежать его глазами и бегом, пока не влилось и расплескалось, выплескиваем этот «поток сознания» на экзаменатора, он сам выловит из этой мути знакомое и – «госоценка» у нас в лапах.
О том, какой экзамен может заставить сдавать потом жизнь… молодой растущий организм, постоянно в виду роста терзаемый голодом как желудочным, так и… хм, общения, особо не задумывается, десять лет для него – вечность, пятилетка – маячит за горизонтом, навроде пенсии. Жизнь заставит – вспомнишь, если успеешь. А то, что есть еще и мой вариант – когда про паутину муха вспоминает только сев на нее… в такое мы не верим – такое для других, для неудачников – мы же не они?
Это ж надо было так влипнуть, даже мухе проще – пока не сомкнули челюсти паука, еще есть надежда и возможность вырваться, а тут – сама пришла и больше уже ничего от меня не зависит. А ведь все было прямо перед глазами, но глаза на той лекции спали, а писать мне не пришлось (на заметку – начать вести дневник, не надеясь на записи Тактика, исключительно для систематизации сознания) и на ушко шепнуть тоже было некому…
Что за гребаная лекция, спрашиваете? Да обычная «зелень», кою приходится добавлять в курсантское меню, чтобы обеспечить «гармоническое развитие» и не получить на выходе продукт способный только стрелять, бомбить, взрывать, окапываться и … совершенно неспособный связать два слова в разговоре с «некомбатантом». Опасно это, когда общество защищают специально выведенные особи, которые ценностей этого общества не разделяют – такие фокусы только насекомым с рук сходят.
А лекция была по истории… древнейшей, и вот в ней шла речь по древнейшим методам подготовки псиоников… И все, кто не дрых как некоторые, задолбаные «армейским дубизмом» и «распорядком», с отвисшими челюстями внимали через что приходилось проходить в древности, пока уровень развития техники не позволил тренироваться «на кошках» в виртуале и выносить «площадки» за границы атмосферы.
Среди этих методов применялись в частности:
- полная изоляция от общения и от всего живого по возможности – переплывать океан на плоту в одиночку или, блин, поселение на голой скале;
- сенсорное голодание – в полностью темную комнату или пещеру с акустикой и вентиляцией, гасящими даже собственные звуки и запахи;
- радикальная смена привычного питания – тут без разницы, хоть одна трава или наоборот – гольное сырое мясо, насекомые или тушеная заячья капуста, без разницы - лишь бы незнакомое…
Никаких ассоциаций в пустой башке не возникает, ась?
И альтернатив такому зверству в древности не было, как впрочем - нет и сейчас, необученный псионик опасен и, пожалуй, в первую очередь для себя. А окружающим… лучше просто поблизости не отсвечивать.
«Фигурка в окошке» забавно свесила ушки и подергивала лапками – похоже, собиралась устроить истерику. А я с теплой улыбкой смотрела на себя родную, предаваясь воспоминаниям.
Бездна звезд, ну почему, почему сразу после этого сумасшедшего спуска мою паленую шкуру дурная голова вынесла на наверняка единственного в полушарии псионика-самоучку (а это по отсутствию наставника диагностируется – и к гадалке не ходить), то что он меня не сжег сразу, уже само по себе чудо.
А уж пребывание в месте, где учится или работает псионик – да в активной зоне реактора безопасней. И вообще, мы же с ним разных видов… тут и опытный от любопытства не удержится, а уж… Мамочки, он же мне мозги так свернет, даже из самых добрых намерений, что я ему тапочки в зубах приносить буду и хвостом вилять при этом от удовольствия… «Нет хвоста», говорите – вырастет, это на фоне всех остальных его возможностей даже не эпизод.
Тут фигурка подскочила как ужаленная, почувствовав шевеление в районе будущего хвоста, а забавно я выгляжу - когда ошарашена… Но это был не проклёвывающийся хвост, а всего лишь местное насекомое скатавшее шарик для будущего «домика» и теперь с невероятным упорством закатывающим его на бархан, который для него вполне соответствует самой высокой вершине мира. Фигурка согнулась вдвое рассматривая этого трудягу, а потом и рухнула корчась и взрывая песок когтями в приступе неудержимого хохо…
СТАРТ!!!
Уже ставший привычным мир волн из света распороло на две части, прямо по «окошку», и сквозь него разом проступили барханы и настоящее море, но поверх всего этого была наложена новая «картинка» - пси потоки этого места. Видимая всего на миг – ставший вечностью, пока она выжигалась на сетчатке «глаз». Мамочки… больно-то как… это даже не взгляд на солнце без атмосферы и светофильтра, это – «ярче тысячи солнц». А ведь действительно похоже, если наложить на одну картинку все стадии ядерного взрыва так и будет – залитое нестерпимым светом пространство на фоне которой все кажется негативом, громадный белесый купол «атмосферной инверсии» наполненный внутри огнем, и на фоне него – громадная туча окруженная зигзагами молний, и опускающаяся из нее вниз, тонкая для такой махины, «ножка» от которой в стороны расходятся по земле маленькие вихрики – там где потоки выходя из упорядоченности «купола» начинают терять упорядоченность и рассеиваться… Очень похоже, особенно тем что по распахнутым наружу каналам катилась волна нестерпимого жара который просто как каток неумолимо вдавливал меня в прах.
От боли тело изогнуло так, будто я пыталась коснуться затылком пяток, и следом по этому «мосту» покатились волны судорог, но жар зато как отрезало - аптечка приступила к терапии, шоковой… мать ее … Ничего… еще чуток потерпеть и настанет очередь успокоительного… а потом… можно буде и … отдохнуть… поспать…
__________
Так, хватит валяться, подъем и собирать минное поле, пока аптечка чего ни будь для ускорения побудки не вогнала, а у нее в арсенале только «боевые коктейли», нафиг, нафиг, нам здоровье нужно для будущих семейных разборок, нечего его в рейде терять.
Зачем опять мины? Так для того, чтобы пока я в отключке валялась, эндемики не отгрызли от меня чего ни будь ненужного, с их точки зрения. Тем более, что за границы уже поставленной вокруг нашего логова «сигналки» еще не вышла – оставалось только поставить на малом радиусе «исполнительную» часть, ничего летального, только акустика – если кто случайно набредет, извинюсь, а зашивать барабанные перепонки умею, наверное, надо будет проветрить…
Мозги – кончайте сачковать, к вам и так много нареканий, начинаем делать выводы.
Вывод первый – если я издохну, то от собственной лени. Вот, что мешало выбраться дальше трех кемэ от дома? Лень раньше меня родилась – не хотелось разворачивать локальную «сигналку», вот и воспользовалась наличием стационарной, кто ж мог подумать, что тут творится такое…
Хотя мозги, это ваша прямая обязанность – думать, а не сопли производить, как считали врачи еще не так давно. Можно было сложить два и два и понять что раз мой «контакт» дотянул до своего возраста, то он совсем не слаб, компенсировать отсутствие систематического обучения можно только голой силой – пока она тебя не сожжет.
Пси-способности совсем не редкость, они свойственны всему живому, причем есть в природе и твари совершенно безмозглые, но с изумительной чувствительностью, или наоборот – с немалым выбросом, а то и потоком. Но все же, как обычно, «верховенство» в этом деле присвоил себе разумный - мигом закрепив свое «первородство» в названии. Если рассматривать только проявления пси в жизни разумных то остается только удивляться – почему эти существа, столь часто сталкивающиеся с его проявлением, с упорством просто маниакальным продолжают называть его «феноменом» и демонстративно не замечать.
Действительно – ведь связь между ребенком и кормящей матерью, так называемая «пуповина» через которую в обе стороны передаются и эмоции, и «материальные» чувства и желания, не подлежит сомнению и, между прочим, не исчезает и после того как период младенчества заканчивается. Просто оба после этого всего лишь становятся в состоянии блокировать передачу. Близнецы вообще, зачастую, имеют полностью перекрывающиеся эмоциональные сферы на всю жизнь. Весьма чувствительны, к друг другу, и пребывающие в браке, там зависимость несколько другая – максимальное совпадение имеет место в начале, затем спад и медленный подъем к старости. Доходит даже до того что к старости супруги даже ВНЕШНЕ становятся похожи друг на друга как близнецы.
Глава клана тоже чувствует всех его членов, а если надо способен и заставить. Видимо в этом и кроется секрет, почему так относятся к пси – ЗНАТЬ и ЧУВСТВОВАТЬ совсем не значит использовать знание так, чтобы всем было хорошо, обычно – совсем наоборот…
И все это – на обычном «бытовом» уровне воздействия. Что говорить тогда о псиониках? Применение таких сил, так или иначе, но не может обойтись без «побочных эффектов». Собственно, этому их и учат – совсем не наращивать мощь до полной опупенной мегакрутости, а просчитывать последствия и принимать решения, каждое из которых ведет к смерти. Чаще всего – самого псионика, выжить для этих ребят совсем не простая задача.
Страшная штука – совесть, там где обычный человек будет просыпаться по ночам, псионик рискует выгореть дотла, но и без нее тоже нельзя, некомпенсированная моральными ограничителями сила убивает еще быстрей – практически мгновенно.
А все страшилки из серии «властелин мира» - бред полнейший. Хотя наверняка все мечтали о таких способностях, у некоторых это желание остается и в более позднем возрасте. Вот только те, кто действительно имеют такие способности – мечтают совсем о другом. Да, действительно - можно взять человека под полный контроль, теоритически – можно и армию, вот только псионику придется УМИРАТЬ вместе с собственным солдатом, прочувствовав все, что чувствует в этот миг он. Ну, раз органических повреждений нет, то умереть хорошая реанимационная не даст, но вот сколько раз рискнете после этого пойти на ТАКОЕ ради такой ерунды как «власть над миром», а?
Говорите, возможен псионик, от рождения или в результате операции, не чувствующий боли? Возможен, вот только если ты чего-то не чувствуешь (например - радиацию) это совсем не значит, что это на тебя не действует… Чаще – лучше иметь очевидные признаки, чем… словом – после первого случая скорее всего действительно будет незаметно, но после третьего-пятого не поможет ни совершенная аппаратура, ни помощь других чудотворцев.
Говорите можно управлять через автономные структуры вживляемые в реципиентов? А закон «не убывания энтропии в замкнутых системах» кто отменил? Словом – кончайте пороть чушь, за прошедшие столетия чего только не перепробовали, и люди по умнее нас с вами, да еще всю жизнь эти вопросы изучавшие. Не с бредовой целью «мировой власти» конечно, а с желанием хоть как-то расширить возможности или просто облегчить всем жизнь. Были на этом пути и великие прорывы, но вот на фоне мечтаний они смотрятся как-то… убого.
А еще - псиоников учат самоконтролю, ибо – ленив человек и то, что имеет, норовит применять не задумываясь. Вот и учат ограничивать силу, и обходится филигранью даже там, где можно ударить топором, как говорится – «лучше перебдеть…».
Спрашиваете, ведь если псионик это обычный человек, а пси – часть нашей каждодневной жизни, то чем-то он и его «дар» все же должен отличатся?
А вот так и отличается – как ядерный заряд от хлопушки. Причем аналогия очень точная – даже для 20К заряда можно найти очень мало задач, где без него нельзя обойтись и где его применение принесет больше пользы, чем вреда. Что до стратегического калибра… то политика или разведка поэффективней будут.
Для большинства псиоников постоянным родом занятий является… хобби. Можете представить – человек способный рассеять ураган или остановить падающий астероид, выращивает моллюсков (весьма неплохо), пишет картины (так себе) или режет аппендиксы в заштатной клинике, потому как точное применение силы это тоже дар, и его «обычный» коллега управляется намного лучше. А что поделаешь – если ураганы планете нужны, а астероиды падают раз в десять миллионов лет, да и то – карантинный флот при нужде управится.
Так что сверхчеловеческие возможности – подарок сомнительный, для человека. Общество их выталкивает, просто подсознательно – как вы будете чувствовать себя рядом человеком способным изменить вашу внутреннюю суть – характер, или просто и незатейливо – выжечь все до горизонта? А ведь это человек – как на ядреный батон, пять предохранителей на него не навесишь… Вот-вот, а здесь и сейчас это «неприятие» должно принимать очень жесткие формы, формируя «сито» искусственного отбора. Ситуевинка…
Вывод второй – надо валить подальше, но уйти – не выйдет, он не отпустит. Чтобы я перед этим не говорила – на межличностном уровне возможно что угодно, а жизнь во враждебном окружении дает весьма неприятные для окружающих привычки. Так что отползаем на обычный охотничий переход и смотрим чего он на меня по навешивал, и как с этим жить дальше. Из четко установленного – пока только внеплановый «гон», но это, скорее всего, не сознательное воздействие, а просто результат пребывания в слишком энергетической зоне. Вывод – будет неприятно, если такое счастье теперь мне каждый месяц… м-да.
Вывод третий – не все так просто. Дело в том, что псиоников я видела и «слабеньких» и «страегов», и во время работы в том числе, но ничего похожего на наблюдаемую картину там не было. Точнее – был только купол, причем без огня и куда как менее по размеру и гораздо более плотный. Ни сияния, ни гриба… Можно было подумать, что тут просто природный источник, но все это четко привязано к моему подопечному – это я четко увидела. Второй момент – у псионика воздействие идет изнутри наружу, а поток в «ножке гриба» имел противоположную направленность. Что напрямую выводило рассуждения на болото легенд, приданий, мрачных пророчеств и мутных их толкований…
Нет, с этим всем буду разбираться по возвращении, а лучше вообще всю эту мистику не трогать. Все мины сняты, выдвигаемся в место временной дислокации.
________________
Отбежала на тридцать километров где, не спеша и со вкусом, обустроила новое логово. Меркантильных запросов у меня нет, потому главным критерием был красивый внешний вид. «Вид из окна спальни» - радовал множеством деталей, полной неподвижностью и динамизмом. Что не говорите, пустыня очень красива – этакое застывшее в яростном беге море…
Пока ломала голову над проблемой повторной медитации – с глазами начало творится черти что… Перепугалась не на шутку, но оказалось что это возвращается «пси-взор», случился парадокс – выбив меня из медитации это буйство энергии оставило на память «включенный» пси-взгляд, просто ослепив его на время, а теперь на изображение от глаз накладывалась схема энергетики – прикольно. Это теперь что, навсегда? – перепугалась до трясучки и пития валерьянки. Как говорится – «опять нет повода не выпить».
Но раз пошла такая пьянка… Быстренько окидываю «новым взглядом» нежно любимую тушку… и делаю попытку упасть в обморок. Не получилось, зато есть повод повторить валерьянку! Второй подход к снаряду – зрелище не поменялось, по всей тушке, а местами и в глубине, ползают многочисленные ленты. Ну пока не так уж и страшно, но работа жутко любительская… Чем бы нам еще себя успокоить?
Все ленты – светлые, что не есть безусловно хорошо, но по крайней мере значит, что питаются эти конструкции не от меня, а расходуют вложенную при создании энергию. Значит, без подпитки, они со временем просто рассеются, вот только что перед тем натворят… Хотя проклятия обычно так не выглядят…
Долго набираюсь духом, но все же иду на отчаянный шаг – формирую поверх когтя «петельку» и аккуратно рассекаю самую шуструю «змейку». Вспышка, прилив сил и хорошего настроения, и затихающим рефреном «…да убоится жена мужа…» - б-рррр, ну и благое пожелание. Это что выходит, по мне его «благие намеренья» ползают? Однако, не поскупился…
В общем-то, материализация словоформ, да еще с приличным эмоциональным наполнением вещь обыденная, обычно против такого хватает естественной защиты, «барьера» ауры, но человек в сильном эмоциональном возбуждении может и вложить так много, что и защиту пробьет. Но, как правило, конструкция рассеивается сразу – хорошо сбалансированное проклятие может выйти только случайно, не привыкли люди, в состоянии стресса, тщательно продумывать что говорят. Другое дело если сознательно применяются отработанные веками формулировки, но это уже совсем другая статья…
Здесь же была ситуация и совсем обратная – мне желали только хорошего, причем - от чистого сердца, такие вещи «барьер» не отторгает, а поглощает – все во благо. Если б не «но», во-первых – силы и искренности было столько, что разом употребить их было нельзя, вот и болтались внутри – на крайний случай. Во-вторых – применялись хорошо сбалансированные и устоявшиеся формы, оно и понятно – лишнее слово или вылезшая не вовремя мысль может сильно поменять смысл пожелания. Вроде все нормально – но поглощаются такие формы еще медленней, как бы постепенно растворяясь и «грея». И все бы ничего – если б не третье. Вся эта традиция (а это несомненно – серьезный пласт культурной традиции) не был рассчитана на ЧЕЛОВЕКА, в смысле того, который «двуногий без перьев с плоскими ногтями», а не на того, который «четыре четырки, две растопырки» с втяжными когтями.
У меня сильное сомнение, что снижение уровня агрессивности до уровня щенячьей жизнерадостности, снижение планки абстрактного мышления или та самая «боязнь противоположного пола» такое уж благо для женщины моего вида, не говоря уже про конкретную меня. Куда там ведет вымощенная благими пожеланиями дорога?
А еще существовала конкретная опасность «конфликта интересов» - сами структуры хоть и сбалансированы, но вот между собой они могут и подраться…
Словом – перед возвращением надо поставить защиту (вспомнить бы как это делается), и по возможности под «благословения» не попадать, а то я уже по моему светится начала - а добрые пожелания все не заканчиваются… Ладно – продолжу завтра, тут еще не на один день хватит…
_____


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Среда, 09.03.2011, 17:00 | Сообщение # 14
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline

Как только «общемировые» проблемы если не разрешились то, во всяком случае, обрели понятные контуры, навалились чисто женские проблемы, о которых за вчерашними треволнениями подзабыла. Делать тут было совершенно нечего, выспалась уже на неделю вперед, и уже второй раз ловлю сея на мысли – а не пробежаться ли по округе в поисках севшего спасательного бота? Или, на худой конец, принца на белом коне? Так, праздность – источник дурных мыслей, надо заняться делом.
«Контакт» сидит на месте и, думаю, еще два дня с места не сдвинется – хорошо уже его выучила. Значит можно попробовать настричь шерсти, самое главное все правильно спланировать – чтоб саму ненароком не побрили, в процессе. Потому, вариант с кражей отложим на крайний случай, остается два варианта – напугать, чтоб сами отдали, или обменять. С конкретной реализацией разберемся на месте, но второй вариант – предпочтительней, но боюсь, первый может реализоваться сам собой.
Вопрос «куда идти?» не стоял - момент моей неосторожной медитации, помимо картинки «ядерного взрыва», я получила еще и полную развертку всего живого в окрестностях – в ста сорока километрах от нас отмечалось приличное скопление живого, с редкими искорками людей, очевидно откочевывающий клан, а вчера я их «тропу» пересекла, точно не войско прошло – найду. Словом решено – сегодня вечером выхожу, сто десять километров для бешеной собаки не крюк, а один ночной переход.
Выход почти боевой, по тому – шлем, подстежка, разгрузка, РД для трофеев, тесак и винтарь- вроде все? Попрыгала и вперед – а то расслабилась, в очередной раз, обычно все в собственной шкуре да разгрузке по барханам прыгаю. Жизнь ночной пустыни в этот раз просвистела мимо – дистанция рывка на пределе, но утром я уже наблюдала в бинокль свою цель – небольшую отару, обносящую зазеленевший под дождями склон, пастух – парнишка, совсем недавно вышедший из возраста пушистика, и страшно гордый оказанным доверием, может другую цель поискать? Хотя мы с ним одного роста, а там где дежурят взрослые взаимопонимание, боюсь, будет найти сложнее.
Еще полдня ушло на то чтобы вскрыть систему патрулей, она как не странно оказалась довольно плотной – первый конный разъезд, прошел перед рассветом, еще до того как сюда подошло стадо, я с восхищением пялилась на лошадей – они совсем были не похожи на рисунки из книжки. До того как солнце выбралось в зенит он прошел еще три раза, аккуратно проходя в дали так чтобы видеть все и самим остаться незамеченными – на четвертый раз я уже сама нервно сжимала винтовку высматривая в округе кровожадных монстров и толпы голодных людоедов подкрадывающихся к МОЕМУ стаду. Но все было тихо – но надо было торопится…
Когда мой пастушонок собрался перекусить возле своего костерка, я сунув в кольцо на разгрузке разложенный в половину тесак потопала на первую встречу. Болтающаяся железка действовала на нервы, но зато есть надежда, что пастушок будет пялиться только на нее и чувствовать себя в безопасности пока я не попытаюсь ее достать.
Приближаюсь медленно, давая время убедится что я сытая, но кажется все старания пропали втуне – наблюдаю очередной соляной столб.
- Ассаламу алейкум
В ответ – только выпученные глаза, эге парень – ты хот не подавился? А то у меня трубки для трахеотомии нет… Не, вроде дышит и даже нашелся с ответом:
- Ва алейкум.
А потом, нечто неожиданное:
- а'узу би-ллахи мин аш-шайтан ар-раджимю
Напрягая память, перевожу – «Да спасет меня Аллах от Шайтана, камнями побиваемого», что-то я не припоминаю такого… пока пыталась хоть как-то представить, чем ему ответить парнишка продолжил, видимо моя реплика тут не предполагалась…
- Прибегаю я к Господу рассвета от зла того, что Он сотворил, от зла мрака, когда он покрыл, от зла дующих на узлы, от зла завистника, когда он завидовал!
- Прибегаю к Господу людей, царю людей, Богу людей, от зла наущателя скрывающегося, который наущает груди людей, от джиннов и людей!
Однако… кажется попался знаток права, в котором я сама – ни в зуб ногой. Надо переходить к делу – на положенный вежливостью разговор о погоде, стадах и прочее у меня не хватит ни знаний, ни словарного запаса. Тем более, что меня ни к костру, ни к трапезе присоединится не позвали – это пожалуй крайнее проявление недружелюбия. В принципе дальше вполне можно переходить к резне – вот только парнишка все же трезво оценивает свои силы, по тому и топчется, разрываясь между желанием поступить «по мужски» и задать стрекоча как разумный. Надо срочно придать ему нужное направление. Вообще то мое интересное положение можно и к делу применить, привлекательность в это время обеспечено не только феромонами. Прикрываю глаза и бросаю Зов, вон как подскочил и лыбится во все зубы, кажется перестаралась – и что делать если он обнюхиваться полезет?
Вот на этой мысли меня действительно понюхали… со стороны спины так сказать, дергаться посчитала лишним – посмотрим, что теперь дальше, похоже опять влипла. А после вторая овчарка обошла меня слева и понюхала уже спереди, ну и теленок – в глаза может мне смотреть,просто поднимая голову. И тут этот теленок шарахнулся назад игриво припадая на передние лапы, но я его проигнорировала, и правильно – слева выдвинулась чуть меньших размеров сука, сурово посмотрела на меня, но, тем не менее, махнула хвостом – живи дескать, и недобро оскалившись погнала этого кобеля в сторону отары.
Фу-уух, кажется можно выдохнуть, нет, надо было все же подождать недельку – крыша явно не на месте, это ж надо было не посмотреть на стадо, кто там овца, а кто не совсем – должен же его кто-то охранять, не мальчишка же. А две таких зверюги для меня противник по серьезнее, чем пяток взрослых пастухов… Ладно вернемся к нашим баранам.
Достаю свои ракушки и тыкаю в снежно белого винторогого красавца, делаю движение когтем поперек собственного горла. Непонимание происходящего в глазах парнишки сменяется огоньком – он показывает мне на шкуру, плюхается рядом и смотрит выжидающе – смелый однако, готов торговаться даже с… а интересно – кто я для него? Но неважно – далеко пойдет, если зарываться не будет.
Двигаю к нему две ракушки. То что тут используют для обмена эти коричневые с еще более коричневыми пятнами раковины, здорово напоминающие зубастый рот, я заметила еще во время визита аборигена. Потом нашла их и у моего «контакта» и мигом приволокла ему гору точно таких, со дна. Взял он правда всего несколько – видимо опасался обесценивания этой валюты в случае чрезмерной «эмиссии». Честно говоря, трудно было понять какой смысл в таком средстве обмена – ведь любой желающий может наловить сколько угодно, а потом вспомнила моих «рыбонек» и все мигом стало на место.
Вот теперь мне предстоит узнать цену этих ракушек – придвигаю к нему две, с его стороны следует длиннющее восхваление достоинств этого барана и похоже всей его родословной от сотворения мира, или всего лишь от времен когда Пророк (Да благословит его Аллах и приветствует) еще ходил по земле – могу ошибиться поскольку поняла только каждое восьмое слово. По законам торга теперь надо также цветасто ругать достоинства и восхвалять недостатки моего будущего обеда, но мне ничего не остается, как прятать невежество за нарочитой грубостью. Потому просто придвигаю еще одну ракушку и рычу слегка угрожающе – чтобы понял, что это мое последнее предложение, от рыка паренек сразу завял, а овчарки прервали семейную разборку и дружно посмотрели в нашу строну.
Паренек совершенно убито кивнул и начал привставать, э нет – так не годиться, кажется, слишком занизила цену, и цена уже принята, что же делать… о – идея! Дети очень любят погремушки, думаю ему понравиться – беру одну из своих охотничьих «икринок» и бросаю ее в щель раковины, тарахчу возле уха и протягиваю пастушонку. Да уж = такого детского незамутнённого счастья не видела давно – аж комок к горлу подкатил. С таким восторгом мальчишка по тарахтел ракушкой, потом вытряхнул на ладонь красивый шарик, покатал его по грязной ладони, сунул за щеку, потом вернул назад в раковину и завернув в тряпицу – сунул за пазуху.
А потом, поставил меня в тупик – показав на стадо и что-то спрашивая, хм – кажется он хочет сделать ответный подарок, и отказываться нельзя… Тогда пожалуй… тыкаю в ближайшую овцу, потом беру собственную прядь и показываю, что ее отстригаю. Парень понятливо кивает и мигом подгоняет ко мне указанную овечку, и когда это он успел вытащить инструмент? Словом, пока я только успела примерится, как держать жалобно блеющую овечку, как на ней шерсти осталось только между ушей.
А вот потом пастушок намылил пятки – видимо показывать свою новую игрушку, пришлось рыкнуть вдогон и опять ткнуть в белого барана, снова чиркнув себя по горлу. Погрустнел, но свиснул собакам которые мигом отбили жертву от стада и… и тут я поняла, что парнишке с этим монстром просто не управится. Он конечно смело прыгнул ему на встречу с ножом, но толку было чуть. Баран просто стряхнул его и опустив башку просился в атаку, между прочим – на меня! Ах ты зараза бодливая! Да не таким рога обламывали – отскочив с линии атаки хватаю его одной лапой за шкуру на шее, а второй – ближе к крестцу и используя набранный разгон отрываю от земли. Выходит этакое «запускание барана в небо», но здоров – чуть меня следом не утащил. Не выпуская барана вытанцовываю какое то импровизированное «па» в конце которого агрессор оказывается развернут на 180 от первоначального положения и прижат спиной к земле, откуда-то выныривает мальчишка со своим ножичком и делает «чик». Как говорится «ты безгрешен перед нами, мы просто хотим есть…». После чего, содрав шкуру с задней ноги, подвешиваю барашка за узел сухожилий к ветке сухого дерева, и отползаю в сторону, пока пастушок сдирает шкуру – от запаха крови крыша начинает съезжать сразу в двух разных направлениях…
Чем бы отвлечься, о вот оно – этот склон явно перспективен странно, что это больше никто не увидел, но вот лопату-то я как раз и не взяла. Бормоча про себя солдатскую присказку – «два солдата из стройбата заменяют экскаватор, а один из ПВО заменяет хоть бы что…», стаскиваю каску и начинаю заменять… этот самый… который с ковшом, под изумленными взглядами пастушка и двух его овчарок.
Правда копать долго не пришлось – вода ударила тугой струей, быстро заполняя получившийся бассейн, который наперегонки с наступающей водой принялась расширять и тут с громким блеяньем приперлось стадо. Хорошо хоть овчарки с их хозяином быстро пришли в себя и навели порядок, правда как они при этом на меня смотрели… Потом мы в полном согласии трескали какую-то вкусную часть моего барана запеченную в костре с моими же лепешками (собаки от лепешек высокомерно отказались) и запивали выкопанной мной водой – вкуснотища. Там и обжарили остальные куски – до утра не пропадет.
Патруль, явившийся в середине приготовления, залег за дальними барханами вместе со своими горбоспиными чудищами, где и давился должно быть слюной, но стойко пытался делать вид что его тут нет. Наивные – они б или своих чудовищ постирали вместе с одеждой, или занимали подветренную строну, а лучше и то и то разом. Думаю обострения быть недолжно – с такого расстояния толком ничего они не разглядят, ну сидит не шибко рослый воин вместе с пастушком – барана трескает, в конце концов, накормить голодного – долг каждого.
В итоге – парнишка что-то быстро пролопотав, очевидно прощание, рванул в сторону востока – мы с собаками только ошарашено переглянулись – их и отару он оставил похоже на меня… Нет я так не играю, свиснув понятливым псинам я махнула лапой в сторону беглеца и умные песики совершенно самостоятельно погнали отару следом.
Ну и мне пора – покидав мясо в мешок из шкуры, а шерсть в рюкзак не спеша перевалила верхушку бархана, после чего рванула по спирали со всей возможной скоростью. Патруль оказался в дуратской ситуации – две идущих в противоположные стороны цели. Они в итоге решили сначала поговорить с пареньком, полагая что пешему от конных не уйти - наивные, беседа подзатянулась… Словом пока они встали на мой след, пока прошли по кругу… и как только до них дошла суть шутки, то мигом сделали пару ритуальных жестов и рванули в сторону своего становища, я тоже вылезла из глубины бархана и, проклиная свое любопытство, поперлась следом на ночь глядя.
В стане тем временем резали барашков, и вообще готовили праздник – надеюсь не в честь спасения пастушка из когтей демона-людоеда, что-то глядя на хитро-довольную физиономию ходящего гоголем давешнего знакомца, меня начали терзать мысли, что сборник местных легенд ждет прям таки эпическое пополнение… Ладно – пора и честь знать, мне еще сотню километров по пустыне отмахать надо, да с грузом…
______
Кто думает, что найти в пустыне воду сложно, тому явно не приходилось сдавать зачет по поиску мин с помощью подручных средств. Вода мне все же понадобилась – надо было промыть вычесанную шерсть. До «подручных средств», хвала предкам, дело не дошло – найти в пустыне годную лозу, задача по хлеще поиска самой воды. Но в комплект «рамка» входила, нужно было лишь вспомнить, что надо вставить «зонд №2» из аптечки в ручку «малого бура», и вот у меня в руках вполне пригодная высокотехнологичная «лоза». Хотя многие до сих пор отдают предпочтение лозе обычной, и отнюдь не из-за консерватизма…
Ну да чем богаты – тем и рады. Нет чесалки – сойдут и собственные когти, нет сортировочной машины – выберем в ручную. Годной к пряже шерсти получилось до обидного мало ( или это я слишком высоко планку задрала?), остальное – только валенки катать, хм – надо будет попробовать с горя, с кручины. А теперь – по рамке в каждую лапу и «встаем на тропу».
Первым делом – как далеко вода, обе рамки встали параллельно… не, ну я так не играю… хотя – делаю дугу по склону бархана, обе рамки синхронно поворачиваются держа в прицеле совсем получатся близкую цель, прикинув угол поворота и дугу – восполняюсь оптимизмом, вода есть и ее много, причем не в виде жилы, а в виде пласта. Еще час с лишним ругаясь как сапожник снимаю изолинии, да… пласт это не источник, там достаточно найти одну единственную точку – где рамка как бешеная начнет крутится на месте, а тут – она везде крутится, только с разной скорость. Подомной, похоже, целое озеро если не море. Вот и лазь снимая линии на которых частота вращения примерно одинакова, а потом прикидывай градиенты поскольку если уж собралась что-то делать – делай на совесть и, значит, нужна точка с максимальным дебетом. Но вот, наконец, все сомнения удавлены и можно начинать приступать к копанию.
Бормоча под нос фразу «но подан знак – бурите здесь, а с нефтью как? – да будет нефть…» так и замираю с поднятой лопатой. Потом, мало цензурно выражаясь про собственные умственные способности, лезу доставать и собирать по новой уже разобранную и упакованную рамку – и по чему это я решила что тут именно вода? Вот, вот – только нефтяного фонтана мне тут и не хватало, с температурой эдак под градусов шестьсот… а что – с моим счастьем запросто.
Еще два часа возни с проверкой и перепроверкой – если я сама себя не надурила, то все же вода причем приемлемой температуры и солености, и карстового провала тут тоже нет… ну это я так… а то последнее время случаи пошли – всякие…
Копала уступами – выкапываем круг диаметром в пять метров и глубиной полтора, выкопали метр – можно идти спать, второй метр светит завтра. После этого начитаем посредине новый круг – в три с половиной, это уже и легче и быстрее, тем более что и грунт пошел сыроватый. Прокапала этот – начинаем крепить стенки, при небольшом умении и хорошем глазомере даже сложенная на сухую стена держит очень хорошо. Подняв уровень кладки чуть выше старого края площадки начинаем выборку нового – теперь 2 м. По мере того как верхушка кладки начинает скрываться под выбранным грунтом – сначала разбрасываем, потом начинаем трамбовать и наконец – поднимать уровень стенки. Последний уровень – только часть проходим лопатой, остальное приходится черпать корзиной – чтобы вода выливалась, начинается гонка со временем, если остановится и уйти спать утром придется уже нырять, чтобы достать до дна, но работа не в тягость – прохладная вода посреди летнего зноя – что может быть лучше? И вот, наконец, достигнут нижний – водонепроницаемы слой, на него быстро укладываем заранее собранные и подогнанные камни.
Все, довольной и замёрзшей выползаю наружу. Прям как детство вспомнилось, да и пища последнее время была именно домашней, каждый раз вспоминаю как Тетка ставила в теплое место горшок с двумя сортами рыбы щедро присыпав это специями и крепко примазав крышку, потому как иного пути уберечь от нас – погодков бедующее лакомство не было никакой возможности, мигом бы растащили пока пробовали готовность. Зато какой вкусный дух прокатывался когда крышку, наконец, открывали… Мигом на эту радость собирались все соседи и друзья – попробовать это лакомство которое буквально таяло во рту…
Мой барашек, да почивает он в мире, из специй был приправлен только дымком от костра, да и пожёстче был, но во всем остальном… получилось очень даже прилично, мясо размягчилось хорошо и пахло тоже очень привлекательно, это конечно не рыбка из детства, но и зубки у меня уже не молочные. А вот любителей халявы набежало… хоть они мне никакие не родственники, хотя ушки похожи, пару полосатых шкурок с роскошными хвостами украсили логово. Собачки слишком увлеклись попытками допрыгнуть до привязанного к верхушке телескопического шеста меха с моим барашком, и не заметили, как из логова появилась недовольная такой наглостью я.
А вот птички стали сущим наказанием, перья мне девать было уже некуда, жрать их было невозможно, а кидаться камнями круглый день – утомительно. Приходилось на день прикапывать вкуснятину под приличной горкой камней.
Но теперь все заканчивалось – колодец был готов и не думайте, что все это сделано ради того чтобы помыть кило шерсти. Когда я уйду отсюда на торчащем рядом каменном останце останется крепко вогнанный в расщелину крест, половину которого пришлось переть сюда аж за полтора десятка кэмэ. А рядом – пирамида камней над накрытым колодцем. Как говорится, если можешь – делай.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Среда, 09.03.2011, 17:01 | Сообщение # 15
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Просто встретились два одиночества…
Домой возвращалась с немалым волнением. Так душу не трясло даже в первый раз, там собственно не было чего терять, не вышло ну и не вышло. А тут вдруг выяснилось, что скучаю притом, не могу сказать толком – почему, то-ли привязалась к новому «дому», то-ли к новому знакомому… А уж от мысли о том что «подсела» на энергетику места – трусить начинало уже совсем с другой амплитудой.
Словом – волновалась как перед стартом, а тут еще объект подкинул сюрприз – будто почувствовав мое приближение, он уверенно двинулся в мою сторону норовя выйти из зоны сигнализации, не разминутся бы…
Словом так поспешала, что забыла самое главное правило разведки – опасность ждет тебя в том месте, что считаешь самым безопасным. Классика блин, или все же клиника? Словом выворачиваю я из-за склона бархана и наблюдаю картину от которой душа просто обрывается, метров за семдесят от меня – стоит мой подопечный спакойненько так, а в четырех метров от него присел на задницу местный бугор на ровном месте…
Ох мне и поплохело… В лапах мешок этот дурацкий с шерстью, а винтовка то за спиной! Ничего я в этой ситуации не успеваю… только мешок выронить – и тут мой контакт делает два шага вперед и кладет гривастому (он тоже вперед дернулся и лапу поднял) ладонь на голову! Ну и жахнуло! Килотонн десять не меньше… я, без всякой медитации, увидела как мы разом оказались на дне воронки, над барханами встали настоящие горы из света, чтобы в следующий миг рухнуть вниз и, сойдясь в одну точку, разошлись классической круговой ударной волной, но только не ломающей и калечащей, несущей просто невероятный восторг и радость существования.
Мой, с великим тщанием и трудами непосильными установленный, ментальный щит сдуло как мотылька ураганом. «Контакт» мой дорогой ты ж что творишь, гад такой? Это даже не из пушки по воробью, это… просто слов нет, ведь сейчас не только я этого гривастого готова расцеловать взасос, сейчас все зверье от трех до пяти километров из нор повылазило – в поисках к кому бы прижаться в умилении.
Бугор, понятно, с лап на брюхо рухнул – если меня с ног сбило желание чью ни будь сандалию лизнуть (хорошо что до нее далеко) то его понятно приложило не по детски. И тут мой блаженный отколол номер два – не накинув ни «поводка», ни даже простенькой «петли» он просто ошарашенно потрепал «бугра» за гриву и легонько его подтолкнул – «вали, дескать, отсюда» и спокойно двинулся ко мне, а я, от ужаса и невозможности поверить в происходящее, так застыла не в силах пошевелиться... Потому как через миг, сделав всего пару шагов, наша киска тряхнула головой, приходя в себя, и аккуратненько так глянула через плечо на долговязую фигурку уже почти повернувшуюся к ней спиной… и я четко поняла – сейчас бросится! А винтовка то по-прежнему – за спиной!!!
Ну я и дала! Сто сорок децибел – не меньше… Оба фигуранта шарахнулись и по падали на пятую точку. Вообще-то такие истерики положено только кормящим мамашам устраивать, при виде опасности для ихнего чада, и когда же это я ему успела сиську дать? Что не говори цивилизация, это очень тонкая лакировка, вот и меня – капитана, навигатора, пилота и просто образованного человека, «на раз» выпхнула из шкуры какая-то пещерная дива – едва стоило ситуации обостриться.
Но может оно и к лучшему – бугор просто не выдержал зрелища несущего на него, странными боковыми скачками, мехового шарика (из за вставшей дыбом шерсти мой видимый объем удвоился, если не больше) дико верещащего, да еще с торчащими из него в разные стороны когтями и зубами. Встрется мы с ним на узкой тропинке, он бы конечно на все это не посмотрел, но два испытания подряд он не вынес и, смешно переваливаясь, кинулся наутек.
А я – за ним следом! Правда, тут уж цивилизованная часть опомнилась и вежливо спросила – «а что ты будешь делать, когда его догонишь?», «Рвать и Грызть!!!» - заявила пещерная дива, тогда леди, сложив губки в куриную гузку, указала полированным и лакированным коготком на стремительно приближающийся тощий афедрон в валиках свалявшейся шерсти, и спросила – «ЭТО?».
Выходит и цивилизованность умеет возвращаться стремительно – тормознула всеми четырьмя лапами так, что из образовавшегося пылевого облака пришлось буквально выпрыгивать. Зато – в руках верная винтовка, из которой я и шарахнула вдогон гранатой поставив ее на инфразвук и акустику. И чуть в очередной раз не лоханулась - едва успела зажмурится и захлопнуть клапаны в ушах, а сами локаторы – крутануть на сто восемьдесят. Все равно, приложило душевно, проморгавшись увидела «бугра» уже почти на горизонте, он по-моему, отринув все приличия, перешел уже с бега, то ли на порхание, то ли на низкое планирование… Надо будет потом по наблюдать за милыми птичками – чтобы успеть снять шкуру, если бедолага протянет лапы от переживаний, не смотря на все мои старания.
Так, а теперь у нас осталось еще одно небольшое дельце… Придав всей своей фигуре выражение «а мне пофиг, на какую сторону у тебя тюбетейка!» поворачиваюсь к этому… и вся моя решительность улетучивается от его счастливой физиономии и мокрой от слез бороды (то ли действительно мне так рад, то ли зайчик от шоковой гранаты поймал), нет ну как на него сердится…
Ну – здравствуй, горе ты мое!
_________
Ветер прибывал сегодня в тихой грусти, впереди была целая ночь, а он все еще не решил - кем он будет сегодня (согласитесь бриз и самум, это две разных сути). Вздымать валы или затмевать небо поднятым песком не хотелось – вон, как радостно перемигиваются на небе звезды, соскучились они на обычно затянутом тучами небе. Вот пусть и веселятся, а мы погрустим пока не найдем себе новое развлечение. Ветер невесомо коснулся зеркала соленой воды, поднял чуть заметную рябь в качестве дружеского приветствия и заскользил вдоль касаясь правым крылом прибрежных барханов. Поплутал чуть в верках колючего кустарника, тронул верхушку бархана, полюбовавшись на стронувшуюся вниз волну песка, и увидел впереди огонек костра.
Играть с языками пламени ветер любил, они были такими же непоседливыми и еще более переменчивыми, чем он сам. Жаль только что они очень быстро заканчивали свой путь… А еще больше было жаль, что такой праздник знакомства случался чаще всего там, где воздух рассекало острое железо, а огонь пах горелой плотью. Впитав в себя этот запах и боль огонь с ветром впадали в неистовство и показывали этим существам, что значит тревожить силы бесконечно их сильнее, да еще по таким глупостям. Это было яростно-опьяняюще, но совсем нерадостно, потом долго приходилось приходить в себя и вспоминать, как просто радоваться встречам с облаками, пустыней, водой…
Это было досадно еще и по тому, что ему нравились эти странные существа. Они были также переменчивы, как и он, также любили играть, также легко рождались и умирали, чтобы возродится вновь. Было совершенно невозможно угадать чего ждать от них в следующий миг – они то мужественно противились его силе, то своей хитрость заставляли работать даже его – ловя его в паруса на море или лопасти мельниц на земле, а могли и прятаться от его буйства, отгораживаясь неодолимостью камня. Вот и кто их постигнет – разве что камень с его неспешным постоянством.
Но в этот раз пламя пахло приятно – морем, что впрочем, не удивительно – у живущего здесь двуного скота не было, вот и оставалось жечь то, что выбрасывало на берег море. Охватив обоими крыльями костер, ветерок разом всем телом впитал происходящее здесь. Возле костра сидели двое, он - что-то резал маленькой полоской железа в руках на подобранной деревяшке, она - прищурив огромные глаза, смотрела за игрой языков пламени, мужчина и женщина – сегодня у старого знакомца собрались в гостях два разных мира.
Причем, «мир» в этот раз можно было понимать буквально… Ветер даже замер, бесконечно долго для него и на неосязаемый миг для всего живого, а потом, все еще не веря, неощутимо коснулся торчащих на макушке гостьи ушей – уши тут же повернулись, ловя принесенные им звуки, а несколько толстых ворсинок над бровями приветственно качнулись впитывая запахи окружающей ночи. Умея впитывать знания всем телом, ветер сразу понял что, несмотря на глаза видящие сейчас только костер, она ощущает окружающий мир подобно ему, слышит запах чешуи змеи и шуршание роющейся в куче отбросов песчанки, и даже знает, что скоро эти уши услышат последний писк – знаменующий маленькую трагедию этой ночи и очередное торжество жизни во всей ее многообразии. А еще он понял, что, не смотря на всю его невесомость, его заметили и поблагодарили…
Ветер перевел свое внимание на мужчину, этот понятно ничего не заметил и не почуял, видит только свое дело и отдает ему всю свою душу, его и ураган с места не сдвинет, волна не смоет – утес, а не человек, правда жизнь, она и на утесах следы оставляет. Вот и сейчас уйдя в свое занятие он совсем не чувствует, что смотрит его соседка может и в огнь, а видит только его правую руку. В непростых надо сказать мозолях руку, не положены такие обычным людям, что всю жизнь только трудом хлеб насущный добывают, и представляется ей как эта мозолистая лопата чешет ее за ухом, вот и пойми этих двуногих…
Тем более что он, на самом деле, все прекрасно чувствует, от того и занят делом забыв все вокруг, но капля камень точит – ладонь начинает просто зудеть, а нож начинает отрезать лишнее. Может он был бы и рад погладить мягкую шерстку, да тронуть ненароком никогда не прибывающие в покое ушки, но – НЕЛЬЗЯ, нельзя даже в малости потакать своим слабостям, ибо именно через них приходит погибель души. Потому и отложив в сторону нож, шепчет он слова, что сильнее желаний – «… укрепи и направь …», а потом – просто ощущая заполнивший душу покой и умиротворение решается на дружескую подначку. Поймав взглядом развернувшееся в его сторону при словах ухо, явственно представляет себе свою собственную ладонь, а потом как он «от всей души» прикладывается ей, вот только не к загривку, а к противоположной ему стороне тела. Ушки мигом прижимаются к голове, в ответ слышно фырканье, очевидно заменяющее смех. А ведь эти двое, похоже, вполне понимают друг друга и без слов…
Что, впрочем, не удивительно, в остальном они ведь удивительно схожи - оба бойцы, причем и по науке, и по характеру. Он – давно потерял счет своим походам и стычкам, ветеран на войне возмужавший и состарившийся, она – воевала меньше полугода, можно было бы сказать – зелень, да вот на войне все днями измеряется... Это конечно типичное заблуждение двуногих – пытаться измерить там, где надо понять, но если ему все же последовать и попытаться, например, сравнить виденное количество смертей… То вот эти глазищи, на пол-лица, прямо сейчас в языках пламени мирного костра видят повторение огненного шторма, что сметал города и армии где-то там – в звездной выси. Ветер аж перекрутился спиралью от восхищения силой и необычностью своего дальнего родственника…
Или, может, надо брать в расчет только своих, причем только тех кто погиб бессмысленно – так ведь именно она шла в третьем эшелоне второй волны, которая стала первой, после того как полторы ударных дивизии попросту сгорели в воздухе из-за недооценки системы обороны. Ух-ты, сколько новых впечатлений, а высотные взрывы так вообще сравнить не с чем…
Что там еще, убитые враги, так мощь оружия несравнимы, или друзья умершие на твоих руках, так у того кто командует друзья заканчиваются очень быстро, остаются только подчиненные и сослуживцы. Вот разве что – своих противников он убивал своей рукой, а она сходилась «на удар когтем» только со «своими»…
Но тут, почувствовав, что мысли его соседки приняли совсем не благостный оборот, он вдруг произносит – «как ты говорила: можно долго смотреть на воду и огонь…». После чего она мигом стряхивает с себя оцепененье и потягивается всем телом, выскочившие из мягких лапок когти внушают уважение, а низкий рык при этом не простое выражение удовольствия, для ветерка он неожиданно складывается в слова чужого языка – «ну вот почему мне его не уговорить, я ему меня - запросто?».
Старый боец, тем временем, восхищенно кивает той скорости, с которой происходит переход от потягивания к действиям, казалось - просто исчезла из одного места, чтобы появится в другом – уже с оружием в руках. И ведь не красуется, просто понадобилось сделать и в следующий миг – подвес для котелка уже выдернут из земли и разложен на полную длину, спокойно висевший на поясе цилиндр в две ладони выпустил из себя громадное лезвие и занял свое место на конце шеста, чтобы в следующий миг, все это просто исчезло из вида – глаз не успевает уследить за круговертью стали.
Ветер даже испугано взвизгнул, едва успев уйти от первого маха, а потом рассмеявшись подключился к веселью, с радостью наворачивая круги вместе со странным многосегментным лезвием – все же он был быстрее, немного.
А тем временем настал час тяжелых дум уже для мужчины – глядя на неподвижную фигурку накрытую куполом из отблесков стали, он сейчас пытался представить себе настоящий бой с таким противником. Нет все то что здесь происходило к настоящему бою отношение почти не имело, это было баловство в настоящей схватке почти не применимое. Так, «gymnazo» по гречески, впрочем второй вариант «gymnos» тоже подходил вполне – одеждой демоница себя особо не отягощала обходясь большей частью собственной шкурой. Об этом он даже не так давно и заявил ей, во время утреннего «танца с тенью», получив в ответ искреннее восхищение прозорливостью и исчерпывающий ответ «это чтобы потом родить без проблем», после чего ушел молить Господа о мире где готовясь к материнству, надо не осваивать шитье или танцы, а брать в руки оружие.
И чем кроме ада мог быть этот мир… Нет, он не чувствовал в ней зла, но это ни о чем не говорило – обратится ко злу они могли, и похоже как предотвратить это решать предстояло ему. Потому, что эта гимнастика все же говорила очень много человеку, давно потерявшему счет боям и поединкам, в которых ему довелось участвовать. Последнее время ему было достаточно увидеть, как человек управляет конем или ест, чтобы сказать насколько серьезный он боец. Демоны же были очень серьезным противником даже не ему – десятку Фаварис-ар-Рум (рыцари румского царя- телохранителей басилевса), а уж если принять во внимание насколько женщина обычно слабее…
Чтобы хоть как-то отвлечься мужчина подхватил полено, предназначенное для костра, и, вместо огня, отправил его в воздух - к шипению рассекаемого воздуха прибавился стук – нанося по полену удары то лезвием, то подтоком дива не давала ему упасть на землю. В воздухе весело закрутились стружки и щепки, ветерок мигом подхватил новую забаву и закружил их, но забава быстро надоела – он понял, что это будет продолжаться довольно долго, пока остаток полена так не уменьшится в весе, что от него уже нельзя будет ничего отнять, а мужчина опять впал в свои невеселые мысли.
Подивившись наивности его рассуждений ветер, потерявший интерес к происходящему здесь, потянулся вдаль – там происходило что-то важное, а расстояние не преграда для многих и тем более для того кто может быть разом в нескольких местах одновременно…
А там всадник подгонял верблюда, давно пора уже было останавливаться на ночевку, но он уверенно держал путь по уже появившимся звездам, что говорило о том, что он точно знает куда следует и что место это место совсем недалеко. И действительно – справа на холме появилось нескольких всадников, которые обменявшись с приехавшим жестами продолжили свой путь – верблюда, да и всадника, здесь знали хорошо.
На стоянку въезжал неторопливо, и спешить уже некуда и торопится – проявить неуважения к хозяевам. Ветер, хоть и знакомый с обычаями проживающих в этих местах двуногих, все равно не сдержался и подтолкнул его в спину, но даже внимания не привлек – ритуал шел своим чередом и разве что санум смог бы заставить его участников поторопиться. Не спеша приблизившись к нужному бейт шар (шерстяной дом) гость привязал верблюда и поправил и без того аккуратную одежду – надо было дать возможность женщинам покинуть меджлис, сегодня там у очага собралась вся семья хозяина. Пока не спеша было пройдено несколько десятков шагов до входа все кроме хозяина и его племянника успели, не теряя достоинства, скрыться за ковром отделяющий меджлис от харема. Вот теперь можно и начинать.
После традиционно приветствия и рукопожатия с хозяином двое парней занесли его седло и установили его справа от хозяина – все шло своим чередом. Присев и получив от хозяина традиционное массаак алля билькейр и ответив ему тем же самым гость принял поданную хозяином чашку с бледно коричневым гавахом.
Пока не была выпита третья чашка говорить о делах было не принято, после третьей же гость покачивая чашку с напитком выразил вежливое восхищение умением с которым был приготовлен напиток, рассчитывая перевести разговор на здоровье членов семейства, тучность стад, а затем и перейти к делу. Но на эту фразу последовал несколько неожиданно прямой ответ – «да парнишка сообразительный, и смелый – даже с девом рискнул торговаться». В ответ же на вежливое удивление была рассказана история, вызвавшая у гостя даже заметное волнение.
Новоиспеченная легенда была еще не затейлива и не украшена цветастым вымыслом, что позволяло весьма точно судить о произошедшем. Канва была проста, когда парень пас небольшое стадо вместе с двумя овчарками, - гость мигом отметил про себя что как защиту для стада парнишку никто всерьез не рассматривал, это, впрочем, подтверждалось собственно его видом – вряд ли парня ждал успех на пути воина, но, судя по проявленным качествам, судить только по внешности было неверно. Так вот, едва солнце повисло над макушкой, не иначе как из под земли, поскольку ни верблюда, ни его следов не нашли, выбрался дев и подошел прямо к стаду.
Тут гость прервал рассказчика – «Не далеко ли он забрался от родных гор? Может это был джин или астагфирулла (не дай Аллах) кутруб?», парнишка засмущался и ответить не смог. Хозяин же резонно заметил, что джину сюда из-за горы Каф добираться еще дальше, но тем не менее встречи с ними не прекращаются. Кутрубом же пришедший быть не мог последующим причинам – после призыва Аллаха он не изменил своего вида, мясо ел не сырым, а прожаренным и правой рукой, на ногах имел не копыта, а когти. Был или не был пришедший джином, столь уверенно сказать нельзя, ведь джины по воле Аллаха могут свободно менять свой вид, но пришедший был подобен скорее зверю, а не человеку что свойственно неверным джинам и сыновьям Иблиса , но при произнесении сур «Рассвет» и «Люди» в бегство не обратился. Да и собаки, которым Аллахом дано видеть скрытое, отнеслись к пришедшему как к незнакомому человеку. Словом, похож неизвестный был скорее все же на дева, как его описывают жители гор – то есть покрытого шерстью человека с звериными когтями и зубами. Но наверно стоит услышать про все это от непосредственного участника… Племянник, тем временем, оправился от смущения и продолжил.
Дев был вполне обычный, как и в прочих легендах – покрытый густой шерстью, с острейшими когтями, длинными и острыми клыками, звериными ушами. Из новых подробностей было лишь упоминание огромных глаз и невысокого роста – на великана которым представляют его обычно он не походил нисколько, ростом был с того же племянника. Еще упоминалась богатая броня, сабля и удивительный шлем, вежливо по расспрашивав парнишку, гость мигом прояснил для себя, что вся необычность брони и оружия была в том, что оно сделано было явно под стать его носителя, прочие же сказители обычно наряжали девов в обычную людскую, не задумываясь насколько это нелепо.
А вот дальше начиналась полная сказка – вместо того чтобы взять что хочется по праву меча, дев обратился с пожеланием мира! Видимо из-за собственных размеров он испытывал сомнения в исходе схватки с пастухом и решил добиться желаемого, оплатив серебром, а не сталью. Припомнив, стать любимых пастушьих собак хозяина, о которых молва разошлась уже довольно широко, гость счел решение дева вполне обоснованными. Хотя с другой стороны – собаки тоже не рискнули связываться с таким противником. Впрочем, дальше он вполне проявил свой нрав, попросту всунув племяннику четыре каури, «представляете, уважаемый, всего четыре за красавца Белого…».
Но вот потом произошло чудо из чудес – увидев, что дал не справедливую цену и огорчил принявшего его, дев решил загладить возникшую неловкость, подарив «слезу моря»!
На ковер рядом с ракушками (довольно редкой окраски) легла та самая «слеза», которую гость осмотрел очень внимательно – было видно, что он немало понимает в этом деле. После осмотра лишь поинтересовался – «велико ли было стадо?», на что хозяин ответил, что недостаточно для того чтобы продав его за «слезу моря» не превысить положенную в делах правоверным десятину прибыли, но в данном случае речь идет не о торговле, а о чистосердечном даре, в прочем в качестве ответного дара стадо дев тоже не принял, попросив лишь в дополнению к шкуре барана остричь ему еще и овцу.
Но чудеса на том не закончились – желая очиститься, дев ударил о землю своим шеломом и тотчас из этого места ударил ключ воды, в котором он долго плескался. На этой фразе парнишки, гость посмотрел на хозяина, удивленно приподняв бровь, на что тот, улыбнувшись, попросил снисхождения к поэтичности молодости – «вода там раньше была, но оказалась утеряна когда был молод мой отец, а дев, перед тем как ударил ключ, успел выкопать приличную яму, но то что он знал где скрывалась вода - несомненно».
Ветер, слушая все эти слова, развеселился не на шутку, так что от его смеха даже начал колыхаться полог шатра. Но история имела и еще и продолжение. Странное поведение «дева» не могло остаться без внимания.
Дальнейшим единодушным решением совета (а меджлис и есть совет) было принято усилить охрану женщин – тяга девов к их похищению была широко известна. Потому – поостеречься следовало, не смотря на проявленное желание добрососедства.
Гость поздравил хозяина с прибавлением его богатств – хороший источник воды немало прибавлял к благосостоянию рода им владеющем, и пожелал успехов в трудах – ведь без немалого труда ничего не прибавится. После чего поинтересовался, не пытались ли преследовать столь необычного гостя. На что узнал, что дев даже пешим движется похоже не медленней верблюда – брат хозяина со своим сыном попытались пройти по следу, но дев успел замкнуть круг и встать на собственный след – после чего преследователи исполнились благоразумия и решили не портить вроде неплохо начавшееся излишним любопытством. Из нового эта погоня дала только то, что нижние лапы у дева тоже имеют когти, четырехпалы и с перепонками между пальцами.
Гость задумчиво перебрал шарики сибха и начал поведывать свои новости – удивительные не менее. Оказалось, что известный им обоим, последователь пророка Исы, силой своей веры смерил нрав дивы и теперь она обитает рядом принося ему пойманную рыбу и перетирая ему зерно на лепешки. А выглядит – в точь как описанный дев, только ростом еще меньше. Еще она оказалась искусна в обработке камня, который режет собственными когтями с мастерством немалым. После чего хозяину была продемонстрирована сибха, из драгоценного черного и красного коралла, в которой каждая бусина была выполнена в виде черепа, вырезанного с неимоверной точностью – попеременно человеческих и леопардовых. Хозяин с интересом посмотрел на вещицу, но выразил сомнение в том, что правоверному следует иметь такую. На что гость сказал, что это лишь предмет для беседы и дело – его просили передать ее в Шакру, где неверные продадут, чтобы использовать деньги на помощь нуждающимся.
А еще – дива ловит «слезы моря», и на ковер рядом с давешней «слезой» легли еще четыре точно таких же. А еще «бычий лоб» обзавелся украшением в виде большого креста, радом с которым обнаружилась пирамида из камней, а под ней – колодец полный хорошей воды. «Так что если дело двинется дальше – гибель от жажды станет невозможной, настолько густо покроется пустыня колодцами» - пошутил гость. «Мы проходили там ровно луну назад, никакого знака еще не было» - сказал хозяин, «а нашли знак половину срока от того» удивленно сообщил гость,- «и копали его не больше чем двое, так быстро работать можно только имея великую цель».
«Колодец может пригодиться и большому войску»- сказал, услышав эту новость хозяин. «Да, но в этом случае не было б знака видимого всем, хотя это может быть и намек, что такая армия может ходить и без колодцев…». После чего в разговоре наступила длительная пауза, оба были не молоды и думали о том, что несут жизни пустыни начавшиеся изменения.
Ветер уже начал терять терпение когда размышления, наконец, закончились.
Первым высказался гость - «Если идти на север, живущие в горах считают девов не только злыми духами, они говорят что, несмотря на то что их создал князь тьмы, они наделены душой и потому тянутся к свету из своих пещер, где живут и искусно обрабатывают камни. В последнем их искусство непревзойденно. А еще, чтобы не дать им прийти к свету – душу их поместили далеко от тела. Уж не начали они обретать ее и уходить от своего властителя на землю?»
«Может быть и по другому, - ответил хозяин,- мелкие они, а все говорят о девах как о великанах, также тяга девов к земным женщинам общеизвестна, а значит, за все эти века, могло от их союза образоваться новое племя, которому стало тесно там, под землей».
Оба не спеша перебирали бусины, доводя ветер до чесотки от любопытства. Наконец гость решил подытожить -«правда может быть любой, но главное в другом – все считают их сильными, но недалекими существами, боюсь что немного потеряв в силе, разум они приобрели человеческий. Альхамду лиЛля (хвала Аллаху), но пока они все же ищут мира и света»
«Боюсь что человеческие пороки, глупость среди которых занимает не самое последнее место, могут воздвигнуть преграду на этом пути» - сказал хозяин.
«Все в руке Аллаха, да одарит он мудростью тех, кто решает» - ответил гость.
«Удивительные существа эти двуногие» - подумал ветер, отправляясь дальше на запад, туда, где под лучами еще не севшего солнца укладывали связки хвороста вокруг столбов, - «понять их не возможно, но познавать интересно».


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 02.04.2011, 23:05 | Сообщение # 16
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
О мире, и о любви…

Удивительное все же состояние – счастье. Это странное единение души и тела. В принципе, оно не так уникально, как многие думают, есть и другие - столь же характерные единением и столь же похожие на него, например – амок, или как его еще называют – состояние аффекта.
Что, скажите, может быть общего между боевым безумием и тихим счастьем? Да практически – все, все признаки совпадают: искаженное, точнее – некритическое восприятие окружающего мира, ведь в обоих состояниях неведомы сомнения и колебания. Еще – человек в обоих случаях воспринимает происходящее как нечто само собой разумеющееся, закономерное и естественное, и, лишь спустя время, с удивлением отметит – надо же, а ведь я тогда был счастлив… или схватится за голову – просто не веря и леденея душой перед открывшейся в нем самом бездной.
Есть и еще один небольшой, но так сказать «реперный» штрих – обоим состояниям свойственна… амнезия. То есть потеря памяти, слишком многое исчезает из нее, причем даже – профессиональной, тренированной и прочая, прочая, прочая... Зачастую, остается только ощущение ласковой волны, подхватившей и сильно, но нежно, несущей тебя вперед – вот, кстати, и еще один момент объединения двух столь «разных» крайностей, и не верьте симулянтам, говорящим, что испытывают в этот момент ненависть (собственно психиатры и следователи так и отличают симуляцию от реальной невменяемости) – такого моря любви и единения с миром вряд ли когда и почувствуешь – уж я-то знаю…
Правда в обоих вариантах полное погружение - редкость, как и любой идеал, недостижимая. В бою всегда бьётся где-то не задворках прежняя личность, обычно от страха или невероятности происходящего, в счастье же – накатывает понимание «что и это пройдет» или просто – беспричинные слезы, о причине которых ты не можешь никому, включая себя, сказать ничего внятного.
Да и амнезия потом проходит, память медленно, чтобы не повредить рассудок ужасом сотворенного или сожалением об утерянном, снимает свои покровы, вот только – насколько правдивы эти воспоминания, насколько они состоят из реальности, а насколько – из реконструкции и воображения? Не знаю, и знать не хочу (между прочим – еще один «репер», по тебе девочка – клинику студентам преподавать, ага) – все это мое, буду перебирать бусины своих воспоминаний, особо не задумываясь - в каком прядке реально это происходило, или какие события следа в памяти не оставили.
Вообще-то, ничего сложного в том, чтобы восстановить каждый миг, нет - память моя, а тем более Тактика сделает это быстро, да вот ценность этих «бусин» совсем не в хронологии и точности, совсем не в них…
А в чем? На этот вопрос не ответить… проще просто перебрать знакомые до мельчайших шероховатостей потертые бусины воспоминаний, в тысячный раз воскрешая те мгновения, когда, оказывается, ты был счастлив, хоть и не подозревая об этом.
_______
Бусина кремовая

Я подсмотрела в свой последний поход новый способ приготовления «пожрать» и вот теперь, в точном соответствии с изречением - «охота пуще неволи», третий день подряд выглаживаю гранитную плиту до ровного состояния. Она, в общем-то, и изначально была вполне ровная – насколько может быть ровным балласт, заложенный под настил днища корабля, а последующие волны с песком обкатали ее тоже неплохо. Осталось довести до нужной плоскостности, чем и занимаюсь третий день, высунув язык (буквально, жарко мне) с усердием, достойным лучшего применения.
Просто сделав это быстро, с помощью ультразвука, или просто плюнув – мне ж на ней лепешки печь, а не лазер для голограммной сьемки монтировать, придется также быстро решать следующий вопрос – а чем, собственно, заняться потом. Вот эту-то задачку я сейчас и решаю, пока лапы монотонно выглаживают один камень другим, через прослойку глины и песка.
Задача не тривиальная – готовка и охота превратились в рутину, которую можно делать, совсем не нагружая голову, море тоже стало просто привычной радостью, потеряв большинство своих тайн, контакт мой от своих занятий может мне уделять времени не слишком много, что впрочем, скорее благо. Пока на первом месте в списке развлечений пребывал тот самый корабль, с которого я утащила плиту балласта, сильно хотелось посмотреть - есть ли там еще чего интересного.
Останавливал, правда, объем работ, который надо было провернуть да еще в одиночку – гидропушку что-ли соорудить? - так ведь все интересное, кроме тех же плит, попросту сдует. Или поменять полярность на сэкономленном гравике и черпать песок с водой, пропуская его через набор сит? – так трубу для шланга сделать не из чего, гибкая должна быть, что мне тут химзавод по производству пластмассы строить? Из стекловолокна, конечно, рукав технологичней будет – песка вокруг…
Но, для начала, первым делам надо определиться - где лежит самое интересное. Расчет положения датчиков и режима подрыва зарядов для зондирования ударными волнами, а также - текст программы обработки я уже почти закончила. Делала их в качестве разминки зажелировавшихся мозгов в уме, не прибегая к ресурсам Тактика.
Вот накаркала – Назарий приперся, быстренько запоминаю - на чем остановилась и промежуточные результаты, сейчас будет не до математики.
Что меня в нем умиляет, так это попытки ко мне подкрадываться, со смиреной улыбкой великовозрастного младенца и отточенными движениями «ночного клинка», неплохо между прочим освоенными – не для наших спецвойск разумеется, а для адамита, но все же. Причем, нельзя сказать, что он не делает выводов из неудач – и приближается уже с подветренной стороны, и впечатления, что он во мне дырку просверлит своим взглядом, уже не возникает - даже изредка не поглядывает, да и дышит теперь тихонько и через раз. Словом, вовсю совершенствуется, аж жалко становится сказать - что ничего ему на этом пути не светит. Ведь, даже если он научится еще и свою тарахтелку в груди приглушать или вовсе останавливать, то как ему перестать выдавать наружу поток пси, от которого кажется, что у меня сзади работающий на форсаже термоядерный реактивный двигатель образовался…
Ну не сильна я в псионике, хоть плачь, потому как от мысли, что рано или поздно он попробует мне «глаза отвести» и чем это может кончиться в его исполнении (совершенно ничего не чувствует и не замечает гарантированно только труп) становится дурно, но видимо даже «попробовать» ему не дает какой-то моральный запрет, вот и чудненько.
Правда, желать мне «добра» ему никакие запреты не мешают, и сейчас по спине начинают попеременно ходить волны жара и холода, надо что-то быстренько делать. Ставить «щит» я уже давно перестала – толку никакого, зато научилась виртуозно «уворачиваться». Все же для выполнения благословения ему надо было провести довольно длительный набор подготовительных ритуальных действий, причем - не теряя сосредоточенность, так что мне остается, только почувствовав внимание к своей персоне, быстренько ошарашить доброжелателя каким ни будь вопросом или действием.
Тогда есть шанс, что «желающий» потеряет настрой, задумавшись над очередным парадоксом.
- Спрашивай уж, не томи, - сзади плеснуло досадой, но выражение на лице, готова присягнуть – самое умиротворенное, зачем он это делает… Хотя, похоже, понятно зачем - пока обходил меня, он и сам себя в том убедил - теперь и действительно спокоен и внутренне собран, значит вопрос серьезный. Так что он становится прямо передо мной и исполненный внутренней силы вопрошает:
- Откуда ты явилась на свет божий?! – вот это вопрос… нет, ответить, конечно, просто, но сначала – выполним требования техники безопасности.
- Ты, - говорю, - это, присядь что-ли… Мы конечно договаривались, что отвечаем на прямые вопросы прямо и без уверток, но мои ответы тебе лучше выслушивать сидя – ближе падать будет.
Пока клиент умащивается напротив, лихорадочно пытаюсь понять - к чему он именно с этим вопросом явился, ничего путного в голову не лезет – жарко мне. Так что лучшей тактикой будет отвечать прямо и пусть задает наводящие вопросы.
- Да, в общем-то, появилась оттуда, откуда и все, - говорю, и, надо же, начинаю сама смущаться, судя по ушам самостоятельно ставшим «в горизонт», к чему бы это?, - ты вроде как взрослый мальчик, должен знать, откуда дети берутся. Или все же показать?
Тут меня разбирает веселье, поскольку постепенно вытягивающаяся физиономия собеседника наводит на мысль о том, что «ошарашивание» сегодня прошло по высшему разряду. Потому начинаю расстегивать клапаны поддевки, бормоча под нос - «это точно у меня должно быть, и было – я ведь помню…».
Нет, все же не зря я старалась, его усаживая. Ах, какие у нас замечательные ушки, какая высокая эстетика, какой насыщенный цвет, а как замечательно их просвечивает низкое солнце, прямо за спиной контакта – ну просто влюбиться можно. А еще эти ученые говорили, что адамиты очень скрытные и совершенно не способны выражать эмоции, тем более – ушами. Вот и верь этим неизвестно из какого пальца высосанным теориям, сильные эмоции – выражают, да еще как – так красочно и у меня не выйдет, удивительна природа…
Теперь надо дать человеку прийти в себя.
- Ладно, - говорю, - то, что ты узнать хотел нечто другое, чем спросил, я уже поняла. Так что собирайся с мыслями, а я пока расскажу до конца этот вопрос – чтобы потом к нему еще раз не возвращаться.
- В принципе, отличия между нами в этом минимальны, как-то раз мои мама и папа решили, что им вдвоем скучновато и стоит найти себе занятие на ближайших лет этак восемь - десять. Где-то год они прожили вместе, активно занимаясь тем, чем не пренебрегают и ваши супруги – то есть разговорами и ссорами, разругаться до полного разбегания им, очевидно, не удалось, и начавшийся у мамы гон они провели вместе – что вполне закономерно привело к возникновению меня. Сначала я была очень маленькая – где-то как просяное зернышко, но мама уже очень радовалась, а все встречные поздравляли ее и отца. Я росла внутри мамы и все активнее толкалась, прося выпустить меня в этот мир, но до положенных шести с половиной месяцев меня не выпускали, а вот потом – я и появилась. Чтобы тут же начать требовать есть, спать, играть и сменить подстилку. Где-то на третьем месяце жизни у меня появилась «тетушка» - то есть мамина подруга, у которой я хотя бы изредка могла перехватить молока и дать маме, наконец, поспать. К полутора годам завершился рост мозга и дальше я уже ничем от ваших детишек, наверное, не отличалась, кроме шерстки, коготков и ушек, разумеется – играть и шкодить любила уж точно не меньше.
В восемь с небольшим я отказалась от материнского молока и стала по нашим обычаям «вдвойне свободной», ну и ушла учиться на… Хотя это, пожалуй, уже к моему рождению точно отношения не имеет.
Так-с, судя по выпученным и остекленевшим глазам, отличия несколько больше, чем я предполагала, надо будет попозже прояснить этот момент, как только он сможет пару слов связать. А пока попробую растормошить.
- Так, ну что там было с первым вопросом?
Удивительно, но он очень быстро собрался – так, глядишь, и адаптируется.
- Ты человек? – Рано я его хвалить начала, лизнула в лоб – температуры вроде нет, как и бледности с потливостью, а бред несет, как при жаре.
- Там же у тебя в книжке четкое определение есть – «двуногое бесперое, с плоскими когтями». У меня же – когти крючками и круглые, вместо ног – руки – вот посмотри, там и противостоящий большой палец имеется – могу писать ими ничуть не хуже чем верхними. Перьев мне что-ли в себя понатыкать, чтобы точно не перепутали?
- Скорбно это - думал я о спасении твоей души, а, кроме человека, ни у кого боле души нет…
Приходится несколькими штрихами прямо на камне набросать забавную длинную мордочку с торчащими ушками и нимбом вокруг головы. Мой собеседник хватается за сердце:
- Святой Христофор – псоглавец…
- Как думаешь, а его о наличии души тоже спрашивали?
У меня что-то тоже перехватывает горло, ощущение просто «дежа вю», уж очень похожи мы с этим святым – и не только уши и прочая наружность, некоторые детали биографии тоже весьма…
Глядя в спину удаляющегося по странной синусоиде Назария, подумала, что, похоже, опять его обеспечила поводом для истовых молитв дня на два – как раз успею доделать свою плитку и научится печь блины…



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 02.04.2011, 23:07 | Сообщение # 17
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бусина розовая
С блинами вышел ожидаемый облом – нет молока. В этом вопросе и синтезатор помочь не может - стереохимия ему не то чтобы не по зубам, но выход получится столь мизерный, что лучше и не пробовать. Мысль синтезировать, а потом разделить – умерла сразу, закрученная не в ту сторону цепочка белка – отрава еще та, причем организмом совсем не распознаваемая, а стопроцентной гарантии, что разделить удастся не было и быть не могло.
Потому пришлось довольствоваться местными лепешками. Делаются просто: сначала надо развести огонь под моей «плиткой» положенной на два камня, пока нагревается – разболтать муку в воде. Дальше быстренько размазываем получившееся тонким слоем по плите и практически мгновенно приходится получившуюся пленку снимать, складывать в двое на той же плите обжаривая уже с другой стороны, потом опять в двое – прижать к плите, и так до тех пор, пока не выйдет прямоугольник размером в пол ладони – местный аналог сухпайка готов. Хранится, такая многослойная лепешка, может практически вечно.
Вкус, правда, имеет хоть и лучше чем мой сухпай, но ненамного. Для улучшения вкусовых качеств приблизительно со второго складывания во внутрь можно положить начинку, поскольку сегодня день постный – то рыбу с моллюсками. Хранится такой вариант может недолго, но это ему и не грозит – даже Назарий, уж на что железный, а все же прибежал на запах и теперь, как загипнотизированный змеей суслик, не отрываясь смотрит на мои руки.
Никогда бы не подумала, что зрелище голодного человека под завывание собственного желудка смотрящего на твою готовку может быть приятно. Атавизм просто какой-то.
С рыбой наконец покончено, пока результат остывает, до состояния когда его можно есть без риска для здоровья, споласкиваю плитку и преступаю к десерту. Это те же лепешки просто с начинкой из смеси меда и толченых орехов. Если я хоть что-то понимаю – такой вариант тоже с неограниченным сроком хранения, а вкус и калорийность – просто не вероятная. И самое главное, больше одной нормы просто не съешь – слипнется.
На «десерте» обычная невозмутимость во взгляде Назарию все же изменяет, я же сижу довольная как таракан, от такого взгляда кажется что тебя за ухом чешут, но бдительно охраняю блюдо. А то знаем – только отвернись, мигом хватанет горячего.
Правда он нашел себе другое развлечение – ухватил меня за лапу и теперь с ней играется. Интересно ему, видишь ли, как когти выпускаются и перепонок, такое впечатление, что ни разу в жизни не видел. Прикосновения удивительно приятны, поднимают из глубины души, казалось давно забытые девичьи мечтания, хотя четко осознаю – ему просто любопытно и ничего «такого» он в виду не имеет. Потому терплю сколько можно, но, в конце концов, не выдерживаю – ну, щекотно же!
Потому – склоняюсь к уху увлеченного своим делом исследователя и самым душевным голосом тихонько шепчу:
- А знаешь, что как честный человек, ты теперь должен на мне жениться?
Ох, как он от меня отпрыгнул – будто лапу в горящие угли сунул. Глядя на его удивленно обиженную физиономию с отвисшей челюстью, не могу сдержаться, и начинаю хохотать, хоть и понимаю что это не слишком добрый и вежливый поступок. К тому моменту, когда смогла успокоиться и смахнуть слезы, Назарий тоже взял себя в руки и принял смиренное выражение, правда – я теперь такие вещи четко вижу, удерживать его ему удается только с помощью произносимой в уме молитвы. Потому – спешу извиниться и разъяснить:
- Извини, просто то что ты сделал… Вот скажем прихвати ты меня зубами за шкуру на шее… как там, про такие вещи в библии - «пошутив с ней»? Так вот, это будет не больше чем проявление душевной склонности, а вот взять девушку за лапку, как только что, означает как у вас – «предложение руки и сердца», тоже видимо схожий обычай. По сути – это предложение завести в ближайший гон ребенка.
Ну, и чего мы опять ушами пламенеем? Вроде все вполне адекватно рассказала… Придется по подробней.
- Не переживай, я же еще не согласилась, да и детей между нашими народами быть не может. Хотя, если возвращаться к обычаям, то раз просто за протянутую лапу ты не получил уже моей по морде, - показываю лапу с выпущенными когтями, - то можно считать, что предложение принято к рассмотрению с благосклонностью.
Так, что-то лучше не стало – теперь он уже целиком стал «как маков цвет» (интересно, какой это на самом деле?), а такие скачки давления в его возрасте лишнее. Пытаюсь свернуть тему.
- Вот видишь – обычаи дело тонкое, а незнание их порой и опасно. Так что давай, расскажешь еще о придворном этикете – а то вдруг я на прием базилевса, да еще не в клетка, попаду?
Но этого естествоиспытателя просто так не собьешь.
- А почему столь простой жест столь глубокий смысл имеет?
- Не знаю… Думаю что из-за перепонок, очень нежные они и чувствительные, а если повредить заживают очень плохо и долго. Позволить прикоснутся к ним – проявление полного доверия, да и кровь это волнует сильно.
Опять смутился, но продолжает гнуть свое. Причем потихоньку заводясь.
- Да и как можно просто так соединяться в пары – без любви, без родительского повеления, без благословления свыше. Грех ведь это!
Тут уже оскаливаюсь я, различия – не повод для осуждения. Потому считаю себя в праве на встречный выпад.
= Так все же «по любви» или «по родительскому повелению»?
Удар надо сказать очень жесткий – сама природа требует свободы выбора в этом вопросе, и попрание ее не может вызывать у любого внутреннего протеста. Назарий смущается и, отводя глаза, начинает мне бормотать официальную легенду: про пылкость молодости не способную ясно оценивать последствия своих действий, про твердость семейных интересов которые есть более твердый фундамент для семьи, чем переменчивость чувств. Прерываю этот поток пропаганды простым вопросом:
- А ты сам в свое время, что об этом думал?
- Я противился воле родителей моих и впал грех непочтительности. Ничего хорошего из этого не вышло. – Взгляд прямой, в глубине – боль, но надо все же идти до конца.
- Ничего хорошего и выйти не могло, редко когда воля человека может переломить обычаи, но в том ли грех? Господь дал человеку то, что не имеет никто более – свободу выбора, право самому выбирать свой путь и нести ответ за свой выбор. Не есть ли лишение человека свободы выбора другими людьми, будь это хоть родитель, хоть сам базилевс, грехом величайшим? Да и просто, каково отдать любимую дочь неверному на поругание, просто ради политической выгоды – достойный ли поступок? Ведь даже принявший такой «дар» презирал дарящего и не внял его просьбам, когда он в другой раз молил о помощи…
Так, а вот теперь давление у нас низкое, а дыхание поверхностное – намек на Феодору, дочь базилевса Иоанна, ударил слишком сильно, дело то совсем не давнее. Надо по скорее переводить стрелки.
- К тому же «любовь» в вашей речи слишком неоднозначное понятие, одно слово значит и крайнюю преданность с самопожертвованием, и склонность к вкусному блюду. Кстати – давай поедим, уже можно.
В процессе еды удалось более, менее привести в порядок собственные мысли, а Назарий так вообще пришел в благостное расположение духа – на будущее надо обсуждать все конфликтные вопросы только после еды. Я же мысленно костерила себя на все корки, взявшись обсуждать и осуждать чужие обычаи, я оставила «незамеченным» бревно в собственном глазу, здоровое такое бревнышко - не всякий кран поднимет. Нет, точно надо уходить от этой темы и подальше…
- Собственно для обозначения чувств между супругами, да и просто людьми в нашем языке есть порядка тридцати слов-символов, описывающих разные случаи – от чисто телесной страсти, до духовного единения плотскими отношениями возможно и несвязанными. Так что об отсутствии любви речи не идет, и тем более – об неразборчивости.
- Хотя люди, конечно, все разные и выбор у каждого свой, тут можно говорить только о себе. Так что если меня попытается «ухватить за шкуру» тот, кого я не люблю, то в дальнейшем все будет зависеть от его настойчивости и везенья. Если разозлит сильно то, в полном соответствии с обычаями, - загоню на дерево, а потом – залезу следом и стряхну вниз, чтобы задать хорошую трепку. Если разозлит очень сильно – буду сидеть под деревом и ждать - пока сам свалится.
- Но ведь мужчина сильней?
- Да, где-то на треть, но я буду злее. Да и отбиваться в такой ситуации будет только недоумок, ошибся – прими трепку. Попробуй права качать – и вообще останешься без подруги до конца дней, кому нужен тот, кто неспособен понимать? А стойко приняв последствия можно пробудить если не интерес, то уважение.
- Но ведь пользуясь преимуществом в силе, он может просто, эээ… «посмеяться»?
Ну и вопрос, из серии «мама, а почему луну нельзя съесть?». Лихорадочно пытаюсь найти понятное объяснение.
- А вот ты посмотри на меня, я такая вроде мягкая и пушистая, но все же, - становлюсь в «позу угрозы» выпустив все десять когтей и оскалившись обеими челюстями. Проняло.
- Вот и представь, что тебе взбрело в голову взять такое «счастье» против его воли… И пусть у тебя такие же когти и зубы, да и силы немного больше - думаю понятно, что такое намерение означает нешуточную схватку, даже победив в которой… Не исключено что «посмеяться» будет просто нечем, или будет не до того. Да и труп – не самый отзывчивый партнер…
- Дьявол может склонить человека и на более страшные проступки.
- Для этого должна быть склонность самого человека и обстоятельства, делающие преступление возможным. Отсутствие возможностей, хотя бы в виде страха неотвратимой кары, ставит неодолимый барьер даже для самых дурных наклонностей. Но ведь есть еще и природа человека: вот мы сейчас вдвоем, на дни перехода вокруг нет никого, на меня не распространяются никакие законы ваших владык, как и запреты отцов церкви. Более того – любое причинённое мне зло многие оправдают. Следует ли мне молить господа о защите каждый раз ложась спать, а то и бежать отсюда безоглядно, предпочитая смерть в пустыне бесчестию и смерти здесь? Думаю, не будь у меня когтей и зубов - такая опасность все равно не была бы намного больше.
- Ничто не может укрыться от взгляда Господа, даже лихие мысли, а уж за деяния он воздает полной мерой. Но ты права – люди разные, да и один и тот же человек способен меняться. К тому же принудить женщину помимо силы, может просто потребность в защите или потребность в телесных благах.
- Мы живем тесными общинами – кланами. Людей в клане, как правило, не много - до тысячи, обычно - около трех четырех сотен. Это достаточно чтобы каждый знал все и обо всех, скрыть кривые мысли или одержимость сложно невероятно, обычно первые же проявления приводят всеобщему вниманию и вовремя исправляются целителем. Клан считает людей своих высочайшей ценностью по тому ни женщина, ни мужчина, а тем более – ребенок не будут знать в нем никакой нужды. С общей же бедой всегда можно справиться сообща, самим или приняв помощь соседей.
- Но тогда есть возможность усобицы или произвола властителя.
- Усобиц не так чтобы совсем не бывает, но на их пути стоит стремления людей договариваться ради общего блага, а также – большая подвижность молодежи. До двух третей выросших уходят из клана, путешествуя в поисках места, что больше им по нраву, это сильно обновляет кровь. И препятствует розни – как враждовать, если против тебя окажется собственная дочь? Договариваться проще.
- Что до произвола главы клана, то без нее никак, и все на нее согласны – глава клана волен распоряжаться всеми в плоть до жизни, мы ведь не в эдемском саду живем – выжить в одиночку или малой семьей, вне клана невозможно даже в мое время. Несогласные с этим произволом могут уйти в любой другой клан – пришлый может жить в нем месяц, не подчиняясь никому, чтобы свободно решить остаться или идти дальше. Так что глава не нравящийся своим детям – быстро останется в одиночестве. Но обычно такого не случается – бросить вызов за лидерство в клане может кто угодно и в любой момент. Результат же зависит не столько от силы, сколько от числа тех, кто согласен с вызвавшим.
- Но ведь есть богатства земли…
- Посмотри вокруг, где мы сейчас? И посмотри на нас – есть ли у нас в чем нужда? Были б руки желающие трудиться и голова, не растерявшая опыт предков – устроится без нужды можно даже в таком гиблом месте, природные потребности человека на самом деле невелики. А ведь мы к тому же богаты – далеко не каждый владыка имеет столько перлов или может позволить себе носить пурпур, не говоря уже о такой вкусной еде просто по тому, что она только что поймана и приправлена усталостью от труда.
- Но властитель может себе все это получить стоит ему только захотеть.
- А вот на этом и базируется власть, властитель по сути – питается объедками, то что не смог или не захотел съесть рыбак он отдаст чтобы не умер с голоду тот кто над ним властвует, потому как если рыбаку помимо рыбалки заниматься еще и написанием бумаг, то он не будет счастлив. Тоже можно сказать о дехканине, ремесленнике, купце – такой порядок естественен и не вызывает противодействия в природе человека. Те, кто создают богатства, согласны делиться ими с теми, кто живет по призванию – властителями, учителями, воинами. Но все это – в идеальном государстве, и в цивилизованных странах.
- Почему же мы не видим нигде такого устройства?
- Наверное, вы способны мирится с большими несоответствиями чем мы? Более смиренны к внешнему и менее требовательны к тому, что внутри вас? Беда ведь случается когда не желающий выполнять то что делали его предки, чувствующий в себе призвание к другому не может изменить свою судьбу и хотя бы попробовать себя в новом качестве.
- Тогда от желающих занять трон будет не протолкнутся…
- А то в них сейчас недостаток… Но ведь ты командовал людьми в бою – просто послать человека на смерть? Или приходится бороться с желанием сделать все самому? А ведь властителю приходится очень часто посылать на смерть своих детей, или платить их жизнями за собственные ошибки. Как думаешь, многие на самом деле желают такой части как у Маврикия и его сыновей или предпочтут уйти куда угодно хоть в монастырь как Иоанн – грехи замаливать, но больше не тянуть ярмо опостылевшей власти? Главное – вовремя объяснить человеку какую цену ему предстоит платить за его мечту, а еще лучше – дать это почувствовать, до того момента когда выбор будет сделан окончательно. Свобода воли – величайшая ценность, данная нам свыше, она и право платить полной мерой за свой выбор.
- А что отдала за свою мечту ты?
Вот теперь прятать взгляд приходится уже мне… Прятать навернувшиеся слезы и проталкивать слова через ставшее тесным горло.
- Как обычно, за реализованную мечту обычно отдаешь самое дорогое – и твое счастье, если это самое дорогое для кого-то другого, а не для тебя… Обычно считают, что самое дорогое это жизнь, но в моем случае выпала та самая «любовь». Я жива, но родить ребенка мне не суждено, просто по тому, что я единственная из моего рода здесь. Некого мне любить и вряд ли это изменится до моей смерти.
- Но, ведь есть еще любовь к Всевышнему, что заставляет охваченных ей совершать деяния слабому человеку немыслимые… - Ох, и зря он это… Душа просто перекрутилась и видимо это отобразилась во взгляде, в глазах Назария мелькнул ужас сменившийся покорностью – подумал что ударю. Я и ударила, но только – словами, зря конечно, как потом поняла, ничего он такого сказать не хотел, а словами можно ранить и посильней чем сталью.
- Это не та-ли это любовь, из-за которой можно бросить любящего и любимого человека? Не та-ли, ради которой мать отнимает от груди ребенка, по тому, что он мешает ей «следовать предназначению»? Не та-ли, следуя которой святой Антоний бросает на произвол свою малолетнюю сестру – единственного оставшегося у него родного человека и раздает даже те средства, что остались на обеспечение ребенка, а потом объявляет укоры совести о ее судьбе происками дьявола с которыми надо бороться? Скажу что нам и такая «любовь» известна, вот только проходит она уже как одержимость, а человеком там, или кем другим…
Назарий всю эту тираду потихоньку отступал от меня, а в конце сказав «Я буду молиться за тебя» и вовсе предпринял поспешную ретираду.
Мне же оставалось только уткнуться носом в колени и дать волю слезам. Весь ужас ситуации – одна на чужой планете, без связи, без надежды вернутся, без надежды дождаться помощи, разом прорвался наружу, через все выстраиваемые до этого шиты из: «будем решать проблемы по мере их поступления», «прорвемся, где наша не пропадала», «полноправный представитель цивилизации» и прочее самоуспокоение, залив сознание черной пеленой. Впору стреляться…
Но – не буду, сейчас проплачусь, да начну снова строить планы на будущее – уж я-то себя знаю…


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 02.04.2011, 23:08 | Сообщение # 18
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бусина голубая
Напевая «а бабий век, короткий век. От печки до порога…» вожусь со своей плиткой. Правда теперь забочусь не о наших телесных потребностях, а скорее о возвышенно-духовных – вот такое многоцелевое устройство получилось…
Что за потребности такие? Да вот захотелось мне не только рассказывать Назарию о своем мире, но и показать, да вообще – рисовать хочется иногда просто до зуда. Проще всего, конечно, было б показывать ему картинки через продолжающие исправно функционировать экраны, но – как я его потом из комы выводить буду? Он вроде только меня начал тварью считать, а не слугой нечистого, а тут на тебе – способность насылать «видения». Да и виртуальный «планшет» у Тактика оставляет желать лучшего, сильно оставляет, проще уж прямо на песке когтем рисовать, а потом уже раскрашивать.
Словом, все эти объективные сложности я поначалу просто обходила методом экспроприации. Некоторый запас у Назария местного аналога писчего пластика был, его я и распотрошила. Назарий смотрел на это дело грустно, но сильно не возражал – в смысле вслух не возражал, а зря как потом стало понятно. В общем, нашими совместными стараниями запас быстро кончился.
Особо губительным моментом для него оказался следующий фактор – местный «пластик» подразумевал многократное использование, но еще в начале моего появления у Назария кончились чернила и я, ничтоже сумяшыся, притащила ему в качестве чернильницы витую раковину, благо этих моллюсков в море было – все книги мира переписать раз по сто, макаешь перо и пишешь, будто кровью по бумаге. А потом и вовсе – составила чернила на основе сажи и моего синтетического красителя. Да вот только чернила вышли – на тысячелетия, не выцветают, не выгорают, не смываются и не размазываются и, в качестве дополнительного бонуса, так глубоко проникают внутрь листа, что не отскабливаться совершенно.
То есть для книги лучше не придумаешь, а вот все черновики и наброски теперь только выкидывать. Бедолага чуть не плакал, а узнав способ изготовления местного «пластика» и соответственно его стоимость стыдно стало и мне. Причем вопрос был даже не в деньгах, тех «икринок» что я уже по навыковыривала, хватило бы скупить все книги и весь пергамент на пару мегаметров в округе, собственно те «икринки» что Назарий у меня взял большей частью на эти цели и пошли, вопрос был в том что «дорога ложка к обеду» - когда ее наш заказ назад доберется.
Вот и взялась я за освоение реакции полимеризации, выбрав самую простую и доступную, благо объем исходного сырья в виде сухих водорослей учету просто не поддавался. Как существо ленивое – выбрала комбинированный тип производства: на первом этапе сырье обрабатывалось тремя разными штаммами бактерий (благо из чего выбрать у меня было), а потом всю колонию разом заливала щелочью получая очищенное сырье для третьего этапа, собственно полимеризации, хотя и там пошла по пути наименьшего сопротивления вместо полимера, по сути, применив полимерный клей.
Дальше все было просто – выливаем ложку моей бурды на нагретую плиту, ее пришлось все таки отполировать до состояния, что можно было видеть свою выгоревшую на солнце физиономию с забывшей про гребень челкой, и выдаем «небольшой» гравитационный импульс из сэкономленного парашюта, а то придавливать сверху глыбой на пару тонн – замаешься.
Результат получился, что называется «по трудам ея» - непрочный, причем не только легко режущийся, но и просто рвущийся лапой, неравномерной толщины, пористый настолько что если набрать чернил щедро надпись проходила насквозь, условно гладкий только с одной стороны, причем сильно «условно», непонятного и неравномерного цвета, и ко всему прочему – горючий и скорее всего не терпящий прямых солнечных лучей.
Сплошное позорище – сделай я такое на лабораторной работе, до сих пор бы гравихимию сдавала, четыреста девяносто шестой раз «на бис». Чего то в этом супе явно не хватало но вот чего. Или просто сырье было не совсем удачное, или шея длинновата (аналог «руки не из того места»). В итоге промаялась полтора дня, перебирая разные режимы «методом последовательного тыка с коррекцией» в надежде потом экстраполяцией улучшить выход хоть чуть. А потом, после бессонной ночи, когда мне при попытке уснуть начинались сниться формулы полимеров или производственные цеха цепляющие башнями реакторов за пролетающие облака, я обнаружила, что вся стопка результатов с номерами экспериментов в углу каждого образца… исчезла.
Краткое расследование показало что – дурной пример заразителен. Назарий, как оказалось, помимо положенного «урока», для которого у него пергамент еще был, писал и еще одну книгу (и как я это недосмотрела – теряю хватку) уже свою собственную. И тут увидев такое богатство, в виде целой стопки как он ее назвал – бумазеи, и, заботясь о том, чтобы я не пустила его на растопку (это он видимо проверку на горючесть так истолковал), решился на экспроприацию. Что не говори – «контакт с привычками и ухватками цивилизованного существа тлетворно влияет на неокрепшую мораль дикарей».
Отобрать «результаты» вышло, приблизительно, как отнять конфетку у младенца – желающие могут попробовать и доложить о результатах. Его полный тоски жалобный взгляд чуть не разорвал мне сердце, пришлось пообещать, что если он даст мне сегодня почитать свой опус, и если он мене при этом понравится, то завтра-послезавтра я ему сделаю пачку бумаги ничуть не хуже. Судя по вселенской скорби во взгляде – мне не поверили, и пришлось еще и рассказывать о методах анализа результатов экспериментов, самых простых, разумеется, из тех, что можно применять, даже имея из вычислительной техники только пальцы или абак.
Назарий при этом воодушевился и приволок мне свой талмуд, мигом сев на шею и начав доставать просьбами проверки его выкладок. Книга честно говоря сразила наповал, я ожидала чего угодно, от полной мозголомно-философской зауми до примитивной медицины или мемуаров. Это в принципе и оказались мемуары, более чем двадцатилетний опыт ведения безнадежной войны в Азии сжатый в наставление по тактике. Десятки если не сотни эпизодов с подробным разбором ошибок и недостатков применяющихся схем построения, подготовки, обеспечения – словом всего того что и создает на самом деле победу или поражение. Выводы порой очень прямые и нелицеприятные. Рекомендации по изменениям так видимо и оставшиеся нереализованными.
Сквозь эти строки мне достаточно четко представлялся ужас ситуации когда ослабленная гражданской войной империя шаг за шагом, не смотря на самоотверженность переходящую в отчаянье последних своих защитников, теряла свои территории даже не под ударами – истекая кровью от комариных укусов, просто не было сил, чтобы восполнить потери или закрепить столь дорого достающийся успех.
А еще, меня здорово поразила «вневременность» высказываемых мыслей, слишком многое было применимо и к «современным мне» боевым действиям практически без изменений. Толи мне попался еще и «военный гений», правда тогда смущало обилие ссылок на других авторов, толи военное дело на самом деле еще консервативней медицины и те «открытия», что преподносят в книгах, применялись еще в каменном веке, когда воевали зачастую только собственными зубами. Но вот как объяснить главу о необходимости ведения войны информационной? – или как обтекаемо говорят у нас - «информационного освещения боевых действий».
Словом, мы до вечера успели наспорится до хрипоты, раз пять поругаться в хлам и раз семь померится – при обсуждении этой темы с Назария мигом слетала вся благостность и всепрощение, предомной появлялся совсем другой человек – жесткий в убеждениях, но не закостеневший в них, упорный, но неупрямый, волевой, но без самодурства, словом – хороший командир среднего звена способный подняться и выше.
Хм, уж не знаю, как в его глазах изменилась я, но от ошарашенных взглядов, которые он бросал, надо сказать, только исподтишка и в спину, у меня шерсть дыбом вставала от поясницы до загривка. Спориться мы не переставали и весь следующий день и, я так подозреваю, что от меня он узнал тоже немало, судя по непрестанным ночным бдениям и сумасшедшинкам в глазах. Пришлось резко оборвать эту вакханалию и наложить мораторий на обсуждения, и взяться за выполнение предыдущего обещания.
Кстати, во всем нашем общении был один «забавный» момент – и он, и я увлеченно рассматривая ситуации «в целом» избегали приводить случаи из собственного опыта, причем именно избегали, а не пересказывали собственные шишки в третьем лице в духе «однажды второе отделение нашего батальона…». Впрочем оно и понятно, разбирать собственные действия невыносимо в двойне, потому как за цифрами потерь, произошедших в следствии твоей ошибки, видишь живые лица тех кого в итоге не стало. Он хотя бы смог доверить эту тяжесть бумаге, чтобы кто-то не повторил их в будущем, и я прекрасно понимаю - какой это подвиг.
Так что я теперь «пеку» листы будущей книжки, а Назарий в нетерпении нарезает вокруг меня круги, прям как памятная «рыбонька», прямо перед глазами стает наклоненный под острым углом к горизонту плавник и распахнутая зубастая пасть… Кстати о птичках – зубы-то (я приспособилась из них вытачивать маленькие копии так понравившегося Назарию распятия, даже не знаю куда он их девает в таких количествах) почти и кончились, на рыбалку что-ли снова сплавать, или это все же охота?
Назарий даже (неслыханное событие!!) предлагал помочь, но тут бы самой без лап не остаться при монотонных действиях угодить «под пресс» - запросто, и коготь на мизинце я себе уже подукоротила… Надо чаще перерывы делать. Вот и повод – Назарий престает нарезать круги и говорит:
- Вот ты говоришь, что твой род может летать по воздуху и даже биться там - не имея крыльев, и что люди тоже могут уподобиться ангелам. Но ангелам дает силу Господ, а кто дает ее вам? Ведь у вас нет крыльев как у птиц небесных…
Ох, язык мой – враг мой… Ну и что на это сказать? Буду выкручиваться.
- Про Икара сына Дедала, давшем имя известному морю, вспоминать не будем?
На меня смотрят удивленно и снисходительно:
- Так это всего лишь память об изобретателе косого паруса, в настоящей истории идет речь об быстрой лодке, а не о «крыльях».
- Зря ты так уверенно, небесную колесницу по типу икаровой я тебе конечно в доказательство не построю… Нужен шелк – причем много, очень легкое и прочное дерево, катапульта для запуска…
Тут вижу вытянувшуюся физиономию тактика и стратега уже прикинувшего последствия применения таких девайсов хотя бы в разведке и прерываю сама себя.
- Словом – ты тоже не можешь метнуть копье на пару стадий, но оксибелис (катапульта) сделает это легко. Так и здесь – человек, не имея жабр и плавников, для путешествия по воде строит лодку, для полета тоже можно создать машину.
- Спаситель мог ходить по водам.
- Даже у шедшего следом Петра возникли проблемы, а что говорить о тех кто собирается в небесах воевать. Ты ведь об этом подумал? Как думаешь война – богоугодное дело?
Так, кажется опять перестаралась – начал молится о вразумлении, судя по глазам.
- А вообще, если честно, мы с тобой напоминаем человека из одной песни, ко мне она вообще подходит как родная… Она, к стати, о эээ… кормчем воздушного корабля.

Я на судьбу не лаю,
Не жалуюсь, не ворчу,
Просто предупреждаю,
Прошлого знать не желаю,
Слышите, не хочу,
А что воевал,
Ну, допустим когда – то
Весело так воевал…
Только про это не надо, ребята,
Я же предупреждал.

Выпейте, если пьете,
Водку – за всех плачу.
Помнится, на вертолете…
Впрочем, вы не поймете.
Рассказывать не хочу.
Вертушка моя терпела когда- то
По сорок пробоин в борту.
Опять я завелся,
Короче, ребята,
Уже пересохло во рту…

Медали, да что медали,
Хотите, еще получу ?
Два раза меня сбивали.
Наверно, за то и дали,
Что вспоминать не хочу.
Срезали духи мне да Ванюхе
Пять лопастей, и вот,
Вот вам закуска,
Вот бормотуха,
Хватит про вертолет.

Теперь все честь по чести,
Живу себе, как хочу,
А кто – то пропал без вести,
Или там «грузом 200»…
Впрочем, про них молчу.
Были бы ноги, я бы отсюда
Мигом туда сбежал.
Ладно, ребята, больше не буду –
Я же предупреждал…

Андрей Виноградов.(вертолетчик)

(ставить на паузу чтоб выкачался целиком не поможет - Скачать Vinogradov.mp3 с WebFile.RU какойто глюк в движке sad )
Посидели чуток спокойно, вспоминая каждый свое. Он покосился на мои колени.
- Нет, - говорю,- мне только наконечник в задницу прилетел – повезло.
- Но как?
Вот любопытство то какое
- Тебе видимо картинка чего то в виде триремы машущей лопастями по воздуху представляется? Так глупость это несусветная. Просто немного подумать и можно спокойно описанную машину нарисовать, вот смотри.
Беру чистый лист бумаги и, не обращая внимания на съевшего что-то кислое собеседника, начинаю рисовать.
- Корабль должен выдерживать давление воды в которую он погружен, сила влекущая на дно груз и та что выталкивает корабль из воды как доказал один грек – направленны так и так, за это отвечает набор ребер расположенный вот так… За продольную жесткость, чтобы корабль на ломался на волне отвечает киль, при том когда корабль на гребне – силы направлены так, а когда во впадине между волнами – вот так. Если корабль большой и тяжелый – давление воды на борт, вот эта стрелка, может просто сломать ребро. Чтобы этого не случилось – противоположные ребра соединяют специальной балкой – вот. Получается замкнутый контур который очень прочен, по сравнению с разомкнутым – только силач может раздавить в руке яйцо, но раздавить половинку того же яйца может и младенец. Нижняя половина корабля – половинка яйца и есть, только сильно заостренное. Вот и приходится делать его крепче – палубой и балками.
-Как видишь – и форма четко определяется средой и силам которым машина противостоит. Теперь можно прикинуть какие силы действуют на корабль воздушный. Их две – собственный вес и вес корпуса, направлены соответственно в верх и вниз, дальше – ветер, но может дуть с любой стороны, но чаще – спереди. Ну и какая форма будет оптимальной?
- Яйцо? Только не половина, а целое – так проще сопротивляться ветру и с любой стороны и тому что спереди – особенно.
- Да, но человеку до совершенства далеко. Значит – два киля сверху и снизу соединенные ребрами и обшивка снаружи чтобы корпус стал гладким – вот. В любом сечении – получается правильный элипс.
- Но как же грести?
- Грести – тут не самая большая задача, если галеру двигают веслами вперед, то тут надо создать силу направленную вверх – и большую чем вес.
- Но тогда это невозможно – гребцы спокойно толкающие галеру вперед не смогут поднять ее даже на палец, особенно – вместе с собой. А тут надо еще и отталкиватся от воздуха да еще сверху вниз.
- А вот тут – все зависит от вида лопастей. Дай ка ножик.
Протянутая рука повисает в воздухе, Назарий задумчиво сморит на сумасшедшую, собравшуюся прямо сейчас, с помощью ножа начать строить воздушный корабль для полетов. Отсмеявшись разъясняю.
- Большой мне не построить, но вот модель объясняющую суть – просто.
Забираю нож и хватаю первую подвернувшуюся под руку палку.
- Самое удивительное – знания об этом известны уже полторы тысячи лет, и сделал открытие способное поднять человека в высь тот же грек что и открыл почему корабль плавает. Вот смотри – это называется Архимедов винт. А вот это – и есть те самые лопасти.
Выстрогать простенький «вертолетик» недолго, пробиваю по средине лопасти квадратное отверстие в нее четко встает заранее обструганная палочка.
- А теперь смотри, зажимаешь ось между ладонями и делаешь вот так…
Нет, ну как он смотрел на «первый полет беспилотного аппарата тяжелее воздуха» это надо видеть. Будто чудо увидел. За упавшей вертушкой понесся как ребенок – забыв о возрасте и степенности.
- Ну а теперь – сам, только отойди немного, а то мне надо с бумагой закончить.
Чем-чем, а зрелищем я до вечера была обеспечена. Каждый мужчина в душе ребенок и ничему так не радуется как новой игрушке. Но вот оказывается за этой радостью, он не забыл сделать выводы.
- Но ведь о силах ты не сказала ничего. Не хватит человеческих сил чтобы поднять его в воздух.
- Человека нет, а вот сплести корзину вроде нарисованной и посадить туда мышонка, – картина украсилась винтом и проходящей насквозь осью закрепленной снизу. На рисовала и испуганного мышонка таращащего на нас глазки-бусинки.
- Если взять веревку, намотать ее вот сюда и сильно потянуть – мышонок вполне улетит.
- А человек?
- Чтобы поднять человека нужна сила по больше и она уже тоже есть, например – сила пара, вспомни.
- «Турбина Гирона»… но ведь это игрушка…
- Как и вот это, - показываю на «вертолетик», пока игрушка до того момента как человеку для сражений не станет тесно на земле и оно не захочет биться еще и в воздухе… А тогда – сразу найдется и деньги, и люди что превратят просто игру в игру со смертью.
________



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 02.04.2011, 23:09 | Сообщение # 19
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бусина синяя

Упрямство конечно достоинство… Но отнюдь не человека, А Назарий решил обратить меня в свою веру, при том что сам-то имел о ней весьма смутное представление, с упорством достойным лучшего применения.
Пара кавалерийских наскоков была отбита походя, потому он, как и положено хорошему тактику, перешел к правильной осаде тщательно готовясь к каждому штурму, наивный. Его вера была конечно на высоте, но никакая сила духа не поможет если гнать войска прямо на пулеметы. А он делал именно это – вместо того чтобы пытаться обращаться к сердцу и душе, которые в принципе никаких особых возражений и не имели, он строил чудовищные логические конструкции пытаясь обосновать совершенно не вообразимые частности, которые если не разваливались под собственным весом, то нестыковок и дыр имели столько – хоть на бронепоезде катайся.
Так что вместо действительно серьезного разговора о том, что действительно могло меня зацепить – выбор дальнейшего пути и места в мире, у нас выходило дурацкое состязание в логике. Дурацкое по тому, что он увлеченно и радостно строил очередной песочный замок захватывающий своей красотой и гармоничностью, а я лупила по этой «оборонительной конструкции» из главного калибра, т.е. простыми фактами, оставляя в душе очередную рану.
И остановится мы не могли, он так видимо проверял на прочность основы своей веры, а то и пытался их пересмотреть, а я… я все никак не могла понять – как можно СТОЛЬКО внимания уделять второстепенному и наносному напрочь порой идя против СУТИ учения. Ведь большинство обоснований мне просто напоминали объяснения почему нужно дышать, а другие вызывали удивления своей искусственностью.
Как-то выведенная из себя я прямо заявила Назарию, что принять его убеждения не могу просто физиологически. На что воодушевленный проповедник заявил, что крещение снимает все прошлые прегрешения и освобождает душу от прежних зависимостей. На что я резонно поинтересовалась – как это распространяется на потребности тела вообще и запрет на «вкушение крови» в частности? И не надо мне про примат духа над телом распространяться – без сырого мяса я просто ослепну на третью неделю такого «поста» и облезу на восьмую, не говоря уже о прочих постах рассчитанных сугубо на человека...
Назарий «выпал в осадок» дня на полтора переворачивая всю свою библиотеку – мог бы и меня спросить, честное слово, я уже давно ее запомнила целиком, да и возможности Тактика в контекстном поиске можно подключить. А потом приволок цитату, дескать - «больному, путнику и беременной женщине соблюдение постов необязательно»… Интересно и какое из решений он имел в виду? Насчет сырого мяса не нашел, разумеется, ничего – запрет там четкий и однозначный.
Но я, как обычно, забежала далеко вперед, а началось все как положено – со слова, точнее с заповедей, очень уж ему была интересна глубина моего морального падения. Так что меня попросили прокомментировать сакральное:
«Не возжелай дома ближнего твоего;
не возжелай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его,
ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего.»
Точнее обсуждать мы начали как положено с первой, но я огорошила Назария механизмом работы памяти в духе «запоминаются первые и последние фразы». Чуть развернув этот тезис пояснениями и примерами, ведь и свои проповеди он начинал с утверждения, потом следовало длинное и подробное раскрытие с примерами, на котором слушателю было положено уснуть, дабы не мешать критическим восприятием поступать информации прямо в подсознание, и в конце – обязательно надо было кратко повторить уже сказанное дабы закрепить единство сознания и подсознания по этому вопросу.
На такую концепцию «двойственной» если не «тройственной» души человека Назарий сначала схватился за голову, но потом, сверкнув глазами, пробормотал что-то вроде «душа человеческая охватывает собой и ад, и землю, и небеса…» сказал, что не готов спорить по этому вопросу, без тщательного выяснения позиции отцов церкви, и попросил вернуться к заповедям.
По моему мнению, в последней заповеди содержится перечисление и закрепление всех предыдущих. Причем – усиленное многократно, ведь если в первых накладывается запрет на конкретное деяние – «не укради», «не прелюбодействуй», «не лжесвидетельствуй», то в десятой – даже запрет на подобные желания. Этим учитывается тот естественный порядок, по которому любое действие предваряется желанием, мыслью. Причем если действие есть, а совершено оно не в результате размышлений то такие случаи рассматриваются отдельно даже в законах самых диких народов. И в этом контексте кажется странным отсутствие некоторых первых запретов, в принципе там должны быть еще «не возжелай себе другого бога или кумира» и «не пожелай взять жизнь ближнего своего». И если с первым более мене понятно – она и первая и лишнее напоминание о соблазнах – лишнее, да и «свобода воли» опять же. То отсутствие второго – кажется мне источником немалых бед.
Дальше, я попросту добила выпучившего глаза Назария тем, что большинство запретов для меня попросту смешны. Не «возжелай дома, вола осла, поля и вообще всего, что у ближнего есть» - в виду того, что – «две вещи нельзя отнять – то что я съел и то что я видел», все принадлежит клану, а есть у меня своего только: гребень, зубная щетка, раньше были еще детские вещи соска, игрушки, пеленки-распашонки. И чем старше человек – тем меньше у него остается вещей и больше памяти, под конец уже и зубная щетка не нужна…
Это, кстати, не естественный ход, а результат воспитания, с младенчества в ребенка буквально вбивают понимание о сотрудничестве и, соответственно, стремление делится всем. Дрессировка малышни – прямая и единственная, не подлежащая полному делегированию, обязанность главы клана.
«Про рабов», - тут я оскалилась своей самой ослепительной улыбкой,- «при мне лучше вообще не упоминать» - Назарий побледнев, поторопился выразить мне полное и безграничное согласие, жалко – я думала, спорить начнет...
Просто ограничения своей свободы мы непереносим чисто физиологически. Если засунуть кого не будь на пару дней в чулан – велика вероятность найти там труп с разбитой о стену головой или просто полностью невменяемого. Тоже в общих чертах касается и остальных свобод – человек подчиняется ради общего дела, но только до той границы, которую определяет сам, если потребовать с него большего – будет драться, насмерть и не отступая. Есть дуэльный кодекс и в гибели на поединке никто не видит ни горя, ни бесчестья, к тому же такое желание идти до конца редкость, как и сама смерть в кругу.
А вот что касается «жены» то тут большой вопрос, что имеется в виду – именно женщину с ребенком от другого или просто любую женщину? Есть ведь и такое трактованные.
В любом случае – добиваться соединения телесного глупо не имея духовной близости. Как говориться – «если тебе не о чем поговорить с тем с кем делишь ложе, то лучше заняться самоудовлетворением – уж с собой-то у тебя точно есть о чем поговорить»
Не, в эти ушки я точно влюблюсь…
- В общем, если есть близость духовная то ее полнота проверяется единением телесным, а вот на обратном настаивать не стоит, могут ведь и не отказать просто из жалости, а вот разочарование будет страшным.
- Да как же может быть оправдана такая распущенность, как же святость семьи и брака? - Здорово я его зацепила, ведь для него такое особенно… хм, удивительно.
- Смотри, когда человека отправили на землю, ему была дана только одна заповедь «плодитесь и размножайтесь» потребности в других очевидно не было. Человек выполнил ее весьма успешно, настолько – что понадобился сначала потоп, а потом еще десять новых заповедей. Но и их оказалось мало потому были даны еще две – включающие в себя все предыдущие и дающие новый завет.
- Вот по второй заповеди мы и стараемся жить «возлюби ближнего как самого себя». Это значит, что желания другого столь же значимы, как и мои собственные. Если они совпадают, то какие могут быть препятствия? Если разнятся – надлежит искать пути к гармонии. Как там – «примирение с братом прежде жертвы богу»? И уж точно нельзя возводить преграду, когда неудовлетворенная потребность толкнет ближнего, на преступление.
Не, надо переходить на примеры, пока у него крыша от абстракций не поехала, а то боюсь, навыдумывает себе неизвестно чего.
- Понимаешь, клан это и есть семья. В нем каждый защищает и заботится о каждом ближнем. Но в внутри клана есть и настоящие семьи, объединяются в них по душевной склонности и необходимости в повседневном участии. Как у нас говорят – «те, чей запах приятен». Это, как правило, от шести до двенадцати взрослых и сколько бог дал детей. Отношения внутри семьи завязаны на детях и быте, не секрет, что на десяток человек всегда будет и те кто всему предпочитает возню с детишками, и те кто больше любит охотится или готовить и работать по дому. Семья позволяет разрешить эти противоречия к всеобщему согласию.
- Взаимоотношения внутри семьи – это собственный выбор каждого и даже глава клана и все другие стараются вмешиваться, пока все происходит по согласию. Семьи бывают разные и даже внутри одной могут быть и чисто моногамные пары, вроде лебединых, и полигинические или полиадрические. Через моногамию проходят все пары, во время от предваряющего зачатие до того как ребенок начнет ходить и есть твердую пищу, но вот потом чистая моногамия такая же редкость как и полная полиамория. Этому просто мешает сама природа – если сначала мужчин даже чуть больше, то потом гибнет их тоже больше…
- Словом, никто не может сделать людей счастливыми – кроме их самих, и уж точно нельзя это сделать нарушая второй заповеди.
- Не может жить в благодати и обрести царство мужчина разделяющий ложе с несколькими женщинами, а уж женщина разом имеющая нескольких мужей - как возможно такое?
Честное слово – никто его за язык не тянул.
- Авраам имел жену Сарру и наложницу Агарь, Ламех имел двух жен: «И взял себе Ламех две жены» (Бытие 4.19), Иаков имел двух жен: Лию и Рахиль, и служанок жён — Валлу и Зелфу (Бытие 29.30), Давид имел 10 жён, Соломон имел гарем из 700 жён и 300 наложниц. (3 Царств 11.3), продолжать? Все они были праведны и заслужили Царство Небесное. Первые христианские общины имели «общих жен».
Ох, зря я это ляпнула…
- Это ересь Николаитов!!!
- В обще то с этим вопросом были согласны и отцы церкви – святой Августин одобрял общину, кроме общности ложа, Тертуллиан говорил, что у первых христиан все было общим, за исключением жен, которые, однако, были общими в деле услужения. Но святой Климент говорит прямо – «что и жены, согласно апостольским правилам, должны быть общими» и одобряет Платона и Сократа. Вот, например – «жен своих направлять к добру, … , любовь свою оказывали не по склонностям, но равную ко всем свято боящимся Бога» (посл.Кориф. 1.гл.21)
- Последнее, скажу честно, дикость уже для меня, но это я не в упрек, а по поводу «не судите, да не судимы будете», так что давай этот вопрос замнем для ясности, а?
- Но как же тогда…
- А очень просто, подойди и предложи, тем более что и так все будет понятно – по запаху, причем больше чем хотел бы сказать сам, а дальше остается только уважать чужой выбор, как бы обидно это не было. Но это тоже есть проявление любви к ближнему – уважать и его чувства тоже.
- А ты?
- Ну а я разговор особый, помнишь – когда легионеру разрешалось жениться? Но давай об этом по позже в другой раз, хорошо?
Интересно, а понял ли он вообще хоть что-то или увидел только то, что хотел?
____________



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 02.04.2011, 23:10 | Сообщение # 20
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бусина темно-красная
Что мне больше всего в Назарии нравится – так это несгибаемость. Сколько раз он уже водил полки своих идей на штурм крепости моего неверия… Сколько раз они гибли даже не под стенами а на дальних подступах целиком, но все равно – зализав раны, а то и просто в повязках он все равно стремится в очередной безнадежный бой. Хотя не кривя душой могу сказать – ему достаточно просто прийти и постучать в ворота, за чашкой чая или бокалом вина у горящего камина договорится неизмеримо проще. Это наверно общее свойство мужчин – пытаться завоевывать там, где надо просто понять и принять.
Сегодня в ход пойдет главный калибр, правда я этого еще не знала – уж очень тактически верно был выбран момент – «атакуйте когда противник ест, спит либо молится ибо в этот момент он безоружен». Я не спала, да и пытаться меня будить занятие небезопасное, и не молилась, хотя завистник мог бы сказать что «воздаю дань Бахусу».
Дело в том, что мои попытки «подводной археологии» дали, наконец, хоть какой то результат. После зондирования и пары дней работы водометом удалось добраться, наконец, до груза затонувшего корабля. Правда, попытка поднять на поверхность одну амфору, оставшихся целыми, выявила новую сложность. Слишком много она весила. У меня просто не было сил, чтобы просто ее поднять даже в воде, не было и возможности построить плот нужной грузоподъёмности для использования его в качестве понтона.
Сначала пыталась собирать на это плавник, но получающаяся конструкция наверняка развалилась бы под собственным весом. Потом в голову пришла «светлая мысль» сгонять за готовым плотом оставшимся на месте моего «кораблекрушения» и я как натуральная ктнурх ( «блондинка») начала готовится к выходу, правда почти перед самым выходом вспомнила что я скорее «серенькая» и в желе между ушей пришла наконец мысля, что у меня есть с собой не малый кусок оболочки. В итоге – я сначала клеила воздушный мешок, потом как та самая ктнурх тренировала два часа легкие пытаясь его надуть, пока в бестолковку не достучалась мысля что «гравитационным водометом» можно не только воду качать. В общем – надо глянуть, может это я так на солнце выгорела, и если да – срочно синтезировать краску и красится…
Так вот – первых две амфоры, как и положено по закону пакости, оказались заполнены битумом разного типа, по моим предположениям в них раньше было масло и зерно, правде в какой что – предположений уже не было, будем считать что «история об этом умалчивает», да и интерес не практический. А вот третья амфора порадовала – сначала анализатор, что аж пища от восторга сообщил мне, что там целых две незаменимых аминокислоты, куча витаминов, да еще и сахар с этанолом, что дает хорошую калорийность. Я же пробовала с опаской, четко помня, что столь полезные вещи вкусными почему-то не бывают, но была приятно разочарована – сначала запахом, а потом и вкусом.
И вот только я собралась засунуть язык в миску поглубже как подкравшийся Назарий вместо вполне резонного предложения налить и ему заявил:
- Как же ты рассчитываешь спастись, когда третий ангел вострубит? Приди к Богу, ибо час уже близок, неверные сокрушают силы воинства православного и сам базилевс предает веру свою, было полгода назад знамение - видел я битву небесного воинства, которая предвещала конец времен.
Впечатление честно говоря было сильным, особенно потому, что было сказано спокойным и добрым голосом, без лишней патетики – у меня аж шерсть дыбом встала, хотя сложить два и два и понять что за «знамение» он видел мне было несложно. Не испортило действие и то, что на словах «ангел вострубит» я фыркнула от неожиданности, и Назарию пришлось отворачиваться, спасая книгу которую он держал как щит пред собой. Пришлось, даже потратить пару мгновений выгоняя из головы мистический ужас. Так сначала – техника безопасности.
- Присаживайся, и давай, я пожалуй налью, такой вопрос просто так без поллитры не разберешь.
Вино вкусное, но под его взглядом норовит застрять по пути вниз.
- Ты имеешь в виду, что я буду делать, если окажусь внизу, а не наоборот – не меня пошлют выливать чашу гнева на землю или море?
Руки Назария судорожно вцепляются в переплет, он наверно пытается что-то сказать, но не может вдохнуть полной грудью. Да – тема тяжелая.
- У меня помимо относительно «мирной» профессии есть еще и военная ее ипостась. Так что если удар не будет неожиданным и мобилизацию успеют провести, то скорее всего я буду в том щите, что встанет между атакующими и планетой – там, за границей атмосферы если кораблей будет достаточно, там скорее всего и останусь…
Если же кораблей будет мало, то я могу пилотировать атмосферник – будем драться в воздухе, стараясь не допустить врага к поверхности, к городам. Или – оператором наземного комплекса ПКО, куда поставят там и буду.
Если же удар будет внезапным – что ж, если останусь в живых – руки есть, оружие для них найдется, будем драться на земле, в самом худшем случае – можно даже по партизанить, опыт есть…
К назарию кажется вернулась способность к речи, сипит правда:
- Ты, ангел?!
О чем это он? А – кажется поняла.
- Нет, я считаю себя человеком. Просто ты забываешь, по чьему образу и подобию создан человек. Чтобы не понимали мы под этим словом – рано или поздно, но силы которыми как ты сейчас считаешь способны повелевать лишь ангелы – окажутся в руках человека, со всеми его страстями и несовершенством. Вот тогда – и станет возможно то, что написано в этой книге.
О том, что «третий глас» я действительно чуть не устроила совсем недавно – замнем для ясности, мне до сих пор снится картина удара дальнего рейдера на скорости в семь десятков километров секунду, да в центр материка – радиактивного облака как раз бы на треть мира и хватило. Поберегу хоть его сны. Хотя того что сказать придется – и так хватит…
- Понимаешь, все что там написано, для меня большей частью - описания высадки десантной армии, где то так от пары корпусов численностью. Я это все хоть и вменьшем масштабе но видела, да и сама участвовала…
Перестаю сверлить взглядом песок под ногами, и смотрю на собеседника припоминая порядок действий при сердечном приступе, но надо же – Назарий даже не ошарашен – собран, напряжен и очень внимателен, - аж мурашки по коже.
- Говоришь, все станет по силам человеку – даже четвертая чаша вылитая на солнце?
- На этот вопрос ответить проще всего. Там, - показываю в небо, - есть щит, это как бы зеркало что отражает часть солнечного света, но он очень тонкий – не толще кожаного щита, если его разрушить, а это можно сделать, например, распылив кислоту, то все растения снизу сгорят, а человек, вышедший на улицу без очень плотной одежды – ослепнет и умрет от ожогов к вечеру.
Назарий листает книгу, не для проверки памяти, просто обдумывая следующий вопрос, он неожиданный:
- Расскажи мне о своем пути.
Прикрываю глаза, воскрешая старую память, это неожиданно легко – картины сами выстраиваются желая показаться хоть кому то.
- В восемь лет девочка бредила звездами, кораблями и новыми мирами… с такими мыслями, одна дорога – в учебный клан ДП. Туда я и ушла едва отказавшись от материнской опеки и молока. А дальше – была учеба, годы учебы, для того чтобы открыть путь к звездам надо очень много знать. Нет, конечно, помимо учебы была еще жизнь растущего ребенка с играми и шалостями, но запомнилось из нее кроме учебы немного. Уходили те кто решал что это не их путь, приходили новые, дружили, ссорились, мирились – все как у других, но у нас была своя мечта и свой выбор.
- Но ведь есть еще и предназначение? Замужество, материнство…
Остается только скрипнуть зубами и вежливо огрызнутся:
- Как думаешь, двенадцатилетняя послушница в женском монастыре – что думает о своем предназначении? Думаю, что также как и я, считает, что у нее есть иная цель в жизни, и вот странно тоже – Долг и Служение.
Мне показалось или кто-то тоже крепко стиснул зубы? Но взгляд добрый и просит продолжать.
- От нас надо сказать не скрывали последствия нашего выбора, более дать понять чего мы лишаемся старались обязательно.
Теперь четко во взгляде что-то промелькнуло, нет старина – совсем не так, как ты подумал хотя и этот путь тоже не был за семью замками…
- В четырнадцать лет, когда кровь начинает волноваться уже не шуточно… хотя нет, не так. Дело в том что завести ребенка можно только после того как докажешь свою зрелость. Это не закон, но обычай который крепче закона – только доказавший свою способность защитить клан и ребенка рассматривается как кандидат в супруги. Раньше, на заре жизни это было освоение искусства охоты причем обязательно – в команде. В теперешнее время это обычно это приобретение военной и гражданской специальности.
Проще всего этого добиться двухгодичной службой в армии. Еще не имеющих детей там, понятно, стараются беречь, но это во-первых невообразимо сложно, а во-вторых – случается всякое. Но другие пути тоже незакрыты. Нам, которые в армии прибывали с момента расставания с мамкиной сиськой (флот дальнего поиска – такой же военный флот, как и карантинный, с поправкой на цели и задачи) в качестве испытания «на взрослость» засчитывали два экзамена – на выживание в четырнадцать лет, и десантную практику в пятнадцать.
Вот в четырнадцать, сразу после экзамена, и была древняя традиция. Дело в том, что те кто прошёл второе испытание иногда решали не уходить в поиск, а завести ребенка и остаться на земле или в ближнем космосе – диспетчерами орбитальных комплексов или операторами ПКО, управляющими металлургических заводов в ближнем внеземелье или руководителями кланов освоения на новых планетах, работы имеющим нашу подготовку было много и интересной.
Это даже приветствовалось, уходить в поиск могут только добровольцы, но чтобы дать будущим мамочкам доучится из лучших в учебе (на самом деле – из всех желающих, но доказать что ты можешь быть полезна – тоже традиция) формировались «семьи». Отец, мать и десяток-полтора будущих теток. Мы сначала просто помогали матери не отстать по учебе пока она «на сносях», а после родов – еще и с ребенком в том числе и с кормлением. Так что представление о радостях материнства нам давали более чем…
Тут пришлось прерваться, воспоминания о васильковых глазенках и крохотных ручках отдались в груди болью давно перегоревшего молока… Попробовала незаметно смахнуть навернувшиеся слезы, но видать незаметно не получилось – Назарий потянулся вперед и ободряюще взял меня за руку накрыв второй своей ладонью сверху.
- А дальше?
Руку пришлось осторожно забрать – слишком уж посторонние мысли в голову полезли, но настроение все равно поднялось.
- А потом была вторая практика.
Усмешка вылезла на физиономию сама, как я не пыталась ее сдержать, очень уж яркая и солнечная картинка появилась перед глазами.
- Учебка десантноштурмовых войск, это вообще особый мир. Там дослуживают прошедшие десятки компаний ветераны, чей опыт считают важным передать новичкам, туда отводят на переформирование понесшие тяжелые потери отделения спецназа – чтобы могли отойти и выбрать из новичков замену, перенимают опыт командированные, в отдельном загоне – проходят ускоренную подготовку также как и мы собирающиеся стать взрослыми, идет натаскивание и слаживание новых команд.
И вот в этот то степенный и давно установившийся мир, взяли да и выпустили три сотни.. цыплят. Желторотых, неоперившихся, гонористых и задиристых, не признающих никаких авторитетов и опыта, кроме мизерного собственного, вечно стремящихся что-то доказывать и делать по своему… Чтоб тебе было понятней – в отведенный на отдых из поседевших в боях ветеранов, взяли да сунули юнцов из знатных семейств – чтобы службу почувствовали, да опыта поднабрались.
- Тяжело пришлось?
- Да нет, что ты, а вот начальству – не позавидуешь, они же нас даже наказывать немогут как обычных солдат или курсантов – мых вообще из другого флота, у нас начальство свое и приказы выполнять обязаны мы только его, так что развлечение пошло еще то... Но, знаешь, я думаю что учебки за право получить практику курсантов с ДП такие интриги вели… Это ж такой цирк, да и встряска немалая.
А на низовом звене, там все просто – уважение к возрасту это вообще не обсуждается, а все эти седые дядьки, понимаешь, у них ведь свои дети уже выросли, а тут такое напоминание явилось. Любили они нас я так сейчас понимаю, и делали все чтобы нам помочь. Потому и приводить нас «к нормальному бою» взялись с энтузиазмом, ну и мы в долгу не остались – у меня до сих пор уши краснеют как некоторые наши шуточки вспомню, а некоторые места чесаться начинают – тоже вспоминают как им за проказы попадало, дурные мы были… Да и сама практика прошла – «дурдом на выезде» одним словом.
А вот закончилось все страшно, буквально за две недели до завершения, когда мы уже чемоданы готовили, под удар «Союза Матерей» попала Кирна… Удар страшный, практически как у тебя написанный, а учебка оказалась довольно близко и была еще надежда, что свою войну мы не пропустим. У Десанта всегда самая большая проблема это подготовленные пилоты и техника.
И если та рухлядь, что была в учебке, вполне могла быть ударными темпами подготовлена «в последний путь», то пилотов учили отдельно и к месту сбора «армии деблокирования» они просто не успевали. Да вот именно в этот момент оказались под рукой три сотни пилотов способных вести линкор (третьим пилотом и если уж очень сильно приспичит, но все же…), а не то что десантный бот «сверху-вниз». Так что из учебки получался вполне себе полк, который с пополнением и нами вполне разворачивался до «резервной дивизии», если поскоблить заодно по окрестностям в поисках резервов, а это уже очень серьезно – от таких сил никто не откажется. Так что пришел БДК, с горем пополам подняли с поверхности на орбиту перегруженные боты и – полетели девочки-мальчики на настоящую войну…
- Но ведь никто вам не мог приказать…
- Приказать – конечно, не мог. Но как думаешь, много было хотя бы сомневающихся, что надо идти добровольцами? А на самом деле были – наши сопровождающие, они то четко понимали, чем все это кончится и чуть на луну с тоски не выли, когда никто не видел, но совладать с нашим щенячим энтузиазмом не могли – оставалось только возглавить.
До Кирны думать особо было некогда – перебирали технику до последнего винтика, причем все помогали, кто чем мог, такие чудеса изворотливости проявлять пришлось… - жить хотелось как не странно все сильней, эта смекалка мне потом здорово пригодилась вместе с теми советами…
А вот когда прибыли – тут уже призадумалось командование, не из-за того, что мы все такие из себя явились, вся армия на четверть, как помнишь, состоит из таких же подростков. Вопрос был в другом – в нашей армии взрослые не воюют, то есть - имеющие ребенка не «вообще», а конкретно сейчас, от груди не отнятого. А тут – малыши и восемь десятков «тетушек» к ним – то есть вполне себе взрослые, детский сад воевать явился, блин.
А воюет такой контингент весьма своеобразно, это тебе не расчетливые «вдвойне свободные» которые битву как работу воспринимают, для взрослых – это защита ребенка и ни своей, ни чужой жизни они не ценят, страха не знают. Словом – не просто так, их даже в крайнем случае в ополчение не берут. Но и отказаться – это ж минус шесть тысяч десанта, считай полк со всей инфраструктурой…
Так что сказали желающим повоевать – малышей от груди отнять, чтобы к моменту «Х» успели хоть чуть в норму прийти и засунули всех «цыплят» аж в третий эшелон второй волны, засунули б и в третью волну – да это уже натуральным бунтом грозило…
Интересно – когда ето он меня опять за лапу ухватить успел? Пожалуй, слишком резко отбираю конечность и вытираю глаза, что то я сегодня нежная.
- А потом, большая часть первой волны и четверть второй до поверхности попросту не долетели. Фермики вместо ставки на максимальную эффективность поставили на максимальную мощь удара и собственную дисциплину. Просто дождались, пока мы втянемся, и ударили мощно и разом. В воздухе начался ад, уже сброшенные капсулы первой войны просто горели, а по нам ударили скорострельной мелочевкой. Это она правда для кораблей мелочевка, а вот для ботов…
Я так до самой посадки и не поняла – есть у меня корабль дальше переборки пилотской кабины или его отрезало нафиг, но двигатели слушались, в отличии от рулей, на них и села. Тогда-то меня и ранили по ниже спины, так что и боевой шрам есть, да вот хвастаться им несколько неудобно. Это мне, кстати, «последний привет» от кого-то из ребят в трюме прилетел, носимый боезапас с детонировал, потому как будь это зенитный «огурец» - оторвало б лучшую половину и всех делов, но меня миловало, а скафандр летный дырку загерметизировал. А вот ребятам в трюме так не повезло – их броня и против «огурца» ничего, да и герметизации нет вообще. Так что если там раненые и были – то к посадке и инеем успели покрыться… все.
Вот и привезла я вниз в итоге роту с дополнительным отделением огневой поддержки в составе одного человека – себя. Была мысль поднять это решето опять в воздух, но внешнего вооружения у этого корыта – от комаров отбиваться. Потому – подхватила первую попавшуюся стрелялку и двинулась. Хорошо старлей, что этим бардаком тогда командовал очень хорошим командиром оказался, внимательным – заметил, что у него на планшете левая метка появилась, и по отечески так – объяснил, куда я в своей распашонке собралась (там и драконья чешуя горела) и в какое место он мне засунем мою стрелялку если я ровно через три секунды не сконденсируюсь, там куда он меня послал.
Причем словами не ограничился, а оторвал от боя звено которое меня, буквально собой прикрывая, до поста артнаводчика и дотащили, а потом два дня еще и прикрывали.
Но этого я так тогда и не заметила. А на посту сидел парнишка и азартно лупил из всех стволов по противнику. Хороший такой парнишка, с хорошей реакцией – я ту дурь, что он в канал гнал еле блокировать успевала, благо – пилотский скафандр для подключения ничего не требует, достаточно просто рядом стоять. А через полчаса давление на позиции упало, он оторвался от прицела и заявил «Уес, я крут» и такая у него была счастливая физиономия… Вот по ней я и заехала – прямо бронированным кулаком… И не жалею об это вроде, но его обиженные глаза до конца жизни помнить буду, благо – объяснятся не пришлось, мое «прикрытие» его в уголок оттащило и от всей широты души добавило…
А я, наконец, смогла усесться за прицел и начать работать: пристреляла ориентиры, установила перекрытие со смежниками, к моему удивлению они о возможности объединения даже не подозревали, договорилась с дивизионным резервом о поддержке и пристреляла их, через ретранслятор достучалась до орбиты и согласовала график прохождения с диспетчером и они тоже сказали, что если чего, смогут поддержать малым…
Словом – простая работа, которую просто надо делать, дальше стало легче – противник пер на нас, мы его перемалывали всем, чем могли, к нам с орбиты шел ручеек подкреплений, все более широкий – ПКО противника мы выбили в первые секунды высадки, хоть и все равно поздно, а мобильные комплексы уничтожались ударами с воздуха или просто исчерпывали боезапас. Подкрепления получить им было неоткуда, но и сдаваться они не собирались, они вообще этого не умеют, тем более – что все еще было далеко не радужно.
Я эти полтора суток до перелома – просидела за прицелом неотрывно, благо в скафандре как у литки – «все с собой», и даже когда наконечник в бедре дергать начал – внимания не обратила. Зато врач развернутого рядом пункта сортировки не поленился проверить показания скафандра (или это ему с орбиты настучали?) и буквально за шкирку отволок на стол.
Уж не знаю – воспитательных целях он из меня эту железку тянул или действительно все обезболивающее кончилось… Но я аж голос сорвала, а потом только слезы катились даже скулить сил не было, но вот когда эта добрая душа после наложения шва второй раз предложил эвакуироваться… откуда и силы взялись и голос нашелся – так и послала человека в четверо меня старше, да при не вовремя подключившихся к каналу высокого начальство из штаба и своем непосредственном. Начальство только хрюкнуло сказав, что маленьким девочкам не положено говорить слова которые оно само начальство не знает, а доктор только безнадежно рукой махнул.
Как оказалось – как майор не пытался отбиться и сохранить за собой «внештатного» корректировщика штаб меня у него отобрал и теперь я вместе с ротой прикрытия отправляюсь на точку, откуда буду корректировать работу средств уже дивизионного резерва. Точка –это было несколько сопок в предгорьях на которых разместили «глаза» и антенны связи, мы же сами заняли седловину и укрепились по полной, как говорится «высоко сижу, далеко гляжу, … меня выколупаешь».
Надо же, а все таки приятно когда тебя за руку держат – даже забирать не хочется…
- Там ты всю войну и провела?
- Провела… аж шесть с половиной часов. Понимаешь, такие пункты – надо находить и уничтожать в первую очередь, даже раньше штабов пусковых установок. Я хорошо корректировала, без похвальбы – хорошо, покрывала зону процентов на 17% большую чем стандартно, по этому и искали нас так долго, но это просто все равно вопрос времени и потерь в спецназе. А потом – по нам ударила дивизионная артиллерия, но уже их и спецназ пошел на штурм за «огневым валом».
А потом, со мной вдруг произошло то что давненько уже не случалось – безо всякого перехода, я вдруг оказалась там, на Кирне, под ее обычным для кислородных миров тёмно-фиолетовым, почти черным, небом, а рука моя не покоилась в лопате Назария, а сжимала боковую рукоять артприцела.
Когда смотришь в панораму, мир воспринимается совсем по другому, как игра – там нет жизни и смерти, есть гаснущие и появляющиеся отметки целей, свои – красные, чужие – изумрудные, зеленые линии рельефа, фиолетовые пометки и маркеры. И то что одна из красных это и твоя, в том числе, жизнь, воспринимается тоже как игра, игра в которой надо выиграть хотя бы по очкам.
Тогда я успела увидеть появление нескольких новых целей – артиллерия противника демаскировала себя залпом, и радостно взвизгнув выдала на своих расчет элипса поражения, хотя прекрасно понимала – уходят последние секунды жизни, а потом – один за другим начали гаснуть «глаза» сжимая масштаб прицела до мизерных 5 км округи, а через миг толчок погрузил мир во тьму.
Правда, открыв глаза, я увидела все те же метки. Те же да не те, красных … красных было всего три рядом и одна на месте второго опорного пункта, а вот синие стройными рядами двигались в нашу сторону и очень быстро. Земля продолжала трястись мелкой дрожью, а выход из КНП перекосило по странным углом, но все это было неважно, как можно быстрее рванула на выход, чтобы уперется в бронированную спину сержанта.
- С иди там, целее будешь, - бросил он мне смотря в визир вперед и влево, с права от него второй номер расчета «последнего шанса» - зенитной спарки обороны КНП, в бешеном темпе бросал шлемом землю стараясь поставить неуклюже растопырившееся орудие ровно.
- Кто остался? – сержант мгновенно развернулся, смерив меня взглядом от ушей до пяток.
- Ты да я, да он, на втором пункте пять третье отделение из спящей смены пытается выкопаться, все кто был на местах… безвозвратные потери, раненых нет.
Еще один взгляд. Второй номер между тем закончил со спаркой и пробежал по ходу дальше – нырнув во вход КП, от туда струей полетел грунт.
- Лейтенант, какого черта ты в этой распашонке? Неужели не смогли нормальной брони найти?
- У меня вычислитель встроенный, втрое мощней того что в прицеле, вот только расположен он по ниже спины, чтобы к пилотскому креслу подключатся.
- Все у нас через это место – пониже спины…
Так, наконец-то получилось. Прыгаю сержанту на шею и целую в губы, одновременно отталкиваясь ногой от стенки за его спиной. Сержант не ожидавший такой прыти валится как двухстворчатый шкаф, спасибо хоть руки у меня за спиной выставить успел, а то быть мне плоской. Ну выпуская инициативы заявляю
- Сержант, я тебе говорила, что я тебя люблю? – сама при этом ерзаю на спине пытаясь устроится по удобнее, выходит так себе снизу камни и бугры, а сверху угловатые щитки брони.
- Дура,- говорит сержант, целуя меня между ухом и глазом. – нашла время.
- И не скажу – я блок сняла, четыре секунды.
- ВОЗДУХ!!! УКРЫТЬСЯ!!! – Отомстил, зараза, правое ухо теперь кроме звона долго ничего не услышит, да и ребра похрустывают отчетливо, а этот лось еще и ерзает стараясь прижать кажлую мою часть исключительно ребристой бронепластиной. А глаза тем временем видят внешнюю «картинку», как прямо над нашими головами рвутся «чемоданы» выпуская во все стороны, но главное – в лицо наступающему строю сотни тысяч острых стрелок каждая меньше грамма, кажется что пошел огненный дождь, стрелки чертя о воздуху сгорающим магниевым оперением каплями стучат вокруг. Правая нога чувствует легкий удар, боли нет, но душу заполняет детская обида – «Как же так?». Но в это время на строй противника сзади накатывает волна тяжелых разрывов, поднимая столбы камней и пыли на сотни метров и перемешивая живое с мертвым. Большинство синих отметок погасло.
- Слезь, раздавишь, - но он вместо этого ухватил меня левой рукой за шкирку и забросил глубже в по ходу к КНП, тяжело рухнув сверху. На мой придушенный писк рявкнул:
- Тихо лежи сей час… - Договорить не успел, когда несколько близких ударов казалось, перевернули мир и боль погасила свет.
Медленно выгребаю наверх к размытому пятнышку света и тут, какая то добрая душа решает мне помочь – вибриссы протираю какой то дрянью, от которой тело само выгибается дугой, а желудок пытается выпрыгнуть наружу, но – размытое пятно превращается в «аварийный» фонарь, а напротив проявляется на фоне неба сержант – он самозабвенно лупит меня с двух рук по морде. Клацаю зубами, но движения заторможены – он успевает сдержать удар левой, зато лупит с правой так, что едва не прикусываю язык.
- Отставить.
- Есть, - он с сожалением отпускает занесенную руку.
- Ты меня чуть не задушил кабан или… куда меня?!
- Ноги, - отвечает сквозь зубы сержант, что-то делая с моей лучшей половиной.
Сцепив зубы, чтобы не заскулить, не от боли ее пока нет, а от безысходности отворачиваю морду в бок и зря. Глаза упираются в перетянутые жгутами культи, заканчивающиеся чуть раньше того места где должны были быть колени. Не сразу понимаю, что этот обрубок – мой капитан, причем он жив и смотрит прямо на меня, пытаясь ободряюще улыбнутся. Не выдерживаю, хрен с ней с оффицерской выдержкой.
- Что там? – Сержант прерывает свои манипуляция и, неожиданно тепло, смотрит мне в глаза.
- Что расставить по шире у тебя есть, и чем мужика к себе прижать – тоже. ,Кости целы, а мясо – мясо нарастет.
Сержант исчезает на миг, чтобы появится держа что-то в руке – что-то мне невидимое из-за размазавшегося изображения.
- Так, мураши опять зашевелились, я тебе даю Качу (К14) двенадцать минут у тебя будет, забираешь капитана и ползи отсюда – на точку три, туда летит крокодил. До поворота на карачках, а дальше если сможешь встать – бегом. Все, валите отсюда начальство хреново! Мураши близко, а мне вы их посчитать не даете!
Встаю, как приказано - в коленно локтевую позицию и мне на спину кладут капитана, он хватается крепко – сцепляя в захвате кисти и локти. На последок не выдерживаю и выдаю ЦУ возящимся возле спарки сержанту и второму.
- Ты постарайся сразу снайперов выбить, они тебе только и опасны, - вдохновенно вру я, сама в это вранье веря.
Получаю за доброе слово совершенно нецензурное, но как, не странно, вполне выполнимое пожелание от сержанта и «волшебный пендель» от так и не сказавшего ни одного слова второго, в результате чего первую часть прохожу галопом, потихоньку переходя на более экономичную рысь. До желанного поворота оставалось еще пятьдесят метров когда за спиной зазвучала лающая очередь спарки, чтобы захлебнутся через три удара сердца. Казалось уже все, и поворот так и останется последней и недостижимой мечтой в моей жизни, но через две с половиной секунды спарка ожила вновь, чтобы захлебнутся негромким хлопком, когда я уже повернула, - на этот раз уже навсегда.
Едва я успела повернуть за второй спасительный поворот, как валуны вокруг отбросили новые тени, а с небес пролился огненный дождь…
Прихожу в себя от собственного чиха, Назарий, зараза такая, дунул мне в нос – и как додумался то, зараза такая. Но глядя на его встревоженное лицо ругаться расхотелось, и его руки на плечах распространяют тепло, но трусить то так зачем? Приходится ему кивнуть, дескать – просто задумалась, но тоже делает вид что поверил, но смотрит обеспокоенно.
- Может расскажешь, что дальше было? Если хочешь, конечно…
Рассказать? Проще спеть… И запела отбивая ритм по миске.

Душу стужею заморозило,
Мертвая она, точно озеро,

Двери на засов,
Не добиться слов,
Он налил стакан
И забыл Афган.
А в груди огонь,
Ночью дикий стон,
С четырех сторон
Сразу – бред и сон.
Память мечется в жар из холода.
Небо жаркое,
Солнце яркое,
Шквалом смерть прошла,
Застало выпито,
Много горьких слез будет пролито.
Горные вершки,
Мертвые дружки,
Погоди, братан,
Тезка – капитан,
На спине присох
Теплой крови сток,
Донести тебя
Хватит пары ног.
Крепче уцепись
За покатость плеч,
За березкой счас
В холодочке б лечь,
Но чей там сзади вздох,
По спине горох,
Что ж так тяжело,
Аж плечо свело …
Не шали, братан,
Ладно был бы пьян…
Иль за девушку на гулянке бит,
Не гулянка тут –
Позади душман,
А за сопкой нас вертолет висит.
Не бывает так,
Только здесь не в счет,
Что в тебе не кровь,
А свинец течет.
Ну а мне всю жизнь не найти покой,
Вышло, я себя заслонил тобой.
Эту тяжесть взвесь,
Эту тяжесть вздвой,
Не виновен я, парень, пред тобой,
Но звучит вопрос как укор немой,
Ты зачем меня заслонил собой ?:
Дальше медсанбат,
Похоронный смрад,
Нас с тобою врозь повезли назад,
Но не в силах цинк заслонить твой взгляд,
А в Москве сейчас, говорят, парад…

Душу стужею заморозило,
Мертвая она, точно озеро,

Сергей Смирнов (рассказ друга)

- Понимаешь, Назар, это ведь я капитана убила, еще когда «огонь на себя» вызвала. Железка подождала пока «потери обороняющихся достигнут 75%» и ударила во второй раз - сочтя риск потерь приемлемым. Вот только мне в моей распашонке это была верная смерть, если б не капитан. Он меня и прикрыл – все, кроме ног и задницы, везет мне с приключениями на это место…
Назарий погладил меня по голове и притянул к себе, а потом, отстраняясь, начал вставать… То, что он не встает, а падает, я поняла только в последний момент, едва успев его подхватить, а драгоценную книжку и вовсе удалось поймать только ногой.
И как он умудрился этим компотом так набраться? Ведь не больше двух десятков градусов… Зря я ему сказала, что пойло безопасно. Коварное оно, как оказывается, причем ведь он не пьяный совсем – просто ноги не идут и все. Пришлось положить его руку себе на плечи, а самой ухватившись за опояску тащить бойца со змием в келью.
Впрочем – все к лучшему, может ему хоть то, что я рассказала сегодня снится не будет – в отличие от меня…



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Суббота, 02.04.2011, 23:12 | Сообщение # 21
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бусина черная
Сегодня у нас на девятый час (15-00) манна небесная. Да-да та самая, что служила пищей народу Израилеву сорок лет во время хождения по пустыне. И упала она как и положено с неба. Тактик, гад, опять все проворонил, хотя тут его вины как раз и нет – степень опасности он оценил верно, как крайне низкую, и предупредил, честно говоря, вовремя. Но вот некоторые совсем разнежились, причем до такой степени, что когда увидели сплошной шевелящийся ковер в двух шагах от собственного гнездышка… такого урона достоинству моей высокоразвитой цивилизации наверно еще не наносилось.
Но представителю «цивилизации» было не до падения его достоинства в чьих бы то ни было глазах – он пытался забраться под циновку аборигена в поисках спасения. Причем «под циновку» в буквальном смысле, я действительно умудрилась, писча от ужаса, залезть ПОД циновку НА которой он спал, и кстати – натурально проспал сегодняшнюю «заутренею» молитву, я видимо ему за это была в качестве наказания.
Назарий от такой побудки шарахнулся в угол, я следом за ним где ни настигнув повисла на шее. Он разумеется, попробовал меня оторвать, но не тут то было - вцепилась в милотью как клещ, всеми четырьмя лапами, и было с чего – первые отряды уже маршировали по полу в нашу сторону. Тут то он видимо проснулся и врубился в ситуацию, потому как вместо попыток отодрать меня от себя просто погладил по голове и сказал.
- Глупышка, это же просто акриды.
- Да? Честно-честно?
- Честно-честно.
- А есть их можно?
И нечего надомной смеяться, лучший способ преодолеть свой страх – это его съесть!
Так что сегодня у нас на обед манна небесная, а я то все ломала голову – ну чем можно прокормить в пустыне такую ораву народу? Откуда взять нужные для этого тонны биомассы, да еще не нанеся урона всем вокруг, а тут такое решение – чуть изменить пути миграции этой напасти и вот вам «манна небесная», причем – еще и избавление ближней и дальней округи от этого бедствия.
Назарий на мое очередное «прочтение» святого писания, понятно только крестился и молился об укреплении в вере, а потом – задумчиво заявил, что вроде у евреев саранча действительно считается пищей кошерной… и «оставить собранную манну» на следующий день действительно не получится – или разбежится, или передохнет, а готовая – прогоркнет.
Ладно, оставим этот момент более сведущим, но то что сегодня мы наследуем Иоанна Крестителя надеюсь возражений не у кого не вызывает? Странно, а у меня их есть, указано что пищей ему служили акриды и дикий мед, не находите что сочетание несколько странное? Дело в том, что в греческом языке есть похожее по звучанию слово «еккриды» то есть лепешки, приготовленные на меду и масле. И туже манну в библии тоже по вкусу сравнивают с еккридами…
Вот и разберись – кто там что ел, толи лепешки на меду, толи саранчу жаренную в масле. Последнее мне кажется все же более вероятно – включая климат, так сказать. Да и вкус – замечательный, вот мы и хрустели лакомством и, несмотря на радость для желудка, смурнея просто на глазах. Несколько обиженная такой реакцией на свою готовку пристала к Назарию требуя объяснить «что не так».
Оказалось, что он не первый раз вкушает (саранча появляется до семи раз в год) это блюдо, и каждый раз вспоминает, как он ее попробовал впервые…
В общем то простая солдатская история, как спешили на выручку да припозднились, враг уже вовсю хозяйничал за стенами и в домах, а все колодцы в округе были отравлены и не было ни сил их выбить ни уйти, но пришлось все равно уходить. И как шли потом войска неизвестно куда, оставляя за собой павших животных, а потом и людей. Потому как солнце безжалостно, а воды просто не было, все колодцы на пути вычерпывались досуха и возле каждого из них оставались десятки обессиливших или просто разуверившихся в расчете на то, что вода в колодце появится раньше, чем смерть. Из них не вернулся потом ни один человек. Как делились последним глотком и убивали за негоже. А потом, наконец, добрались до колодца, который не смогли выпить, не смотря на жажду, не из его полноводности, а потому что просто мало осталось…
И все это, чтобы выяснить, что даже небольшой остаток пути им уже не пройти, не смотря на то что есть уже достаточно воды, просто по тому что обессиленным переходам людям нечего есть, а животные почти все пали раньше вместе с припасами. Вот тогда то бог и услышал их молитвы и с неба упала саранча. Голодные люди ели ее сырой, потом сушили или жарили, перетирали камнями и пекли лепешки и смогли таки вырваться из этой передряги…
Да уж, вот такое «приятного аппетита» - быстро отворачиваюсь, но видать недостаточно быстро, что-то Назарий в моем взгляде увидеть успел, потому что разом забыв все свои горести ухватил меня за лапу накрыв сверху второй.
- Тебе они тоже что-то напоминают? – а глаза то какие добрые… Как тут соврать
- Да,- говорю, - на воина-фермика похоже.
Хотя сходство это – скорее выверт подсознания, мало у них общего, разве что тоже насекомые, хотя и тут – большой вопрос, насколько помню, у насекомых легких нет. Но делать нечего – бегу за бумагой и рисую Назарию «образ врага», попутно поясняя.
- Понимаешь – в первую командировку я ни одного так и не увидела, только отметки на экране да и все. Хотя это конечно к лучшему – я бы с тобой тогда сейчас не разговаривала. А вот во второй раз насмотрелась, правда в основном на мертвых… - тут приходится заткнуться на минуту, борясь с некоторыми воспоминаниями…
- Вы их ели?
Приходится подождать еще минуту, пока желудок перестанет дергаться.
- Нет, конечно – они ядовитые.
Собираюсь с мыслями.
- Зажило на мне все как на собаке, хотя процедуры по восстановлению функций сухожилей после операции… врагу не пожелаешь, боль такая что когда обмочишься – не замечаешь, хотя вру, стыдно неимоверно, но ничего с собой поделать невозможно… Нуда зато почти не хромала, но вот за штурвал меня сажать можно было еще нескоро – там больше половины управления на ноги завязано…
Но я считала, что мне еще не все оплатили, вот и попросилась на атмосферный штурмовик, голова то при мне, а управление там простое. Взяли конечно, с пилотами напряг был полнейший. Занимались зачисткой – два штурмовика, два транспорта, разведрота при четырех БМДР. Основные силы фермиков выжгли целиком, но оставалась масса групп недобитков и среди них были весьма кусучие.
Вот смотри – красавец?
Посмотреть действительно есть на что – элитный боец, не меньше семи лет безупречной службы замер в дружеском приветствии, но это для тех кто с вопросом знаком. Назарий же крестится, даже слегка побледнев.
- Демон, исчадие ада! – интересно, а кто тогда теперь я?
-Да нет, - говорю, - тоже человек… во всяком случае и мыслить и чувствовать умеет не хуже нас с тобой.
- Как же можно биться с таким ужасом?
- На «удар мечем» с ним конечно лучше не сходится, меньше чем впятером такого не завалишь да и двух-трех к предкам точно отправит, даже если вдесятером – одного точно достанет и пару 300-тых точно будет. Они ведь страха смерти лишены напрочь, вместе со способностью размножатся, потому идут вперед до конца, для них главное сразить противника, а не самому уцелеть.
Но такая установка хороша для рукопашной, как их сила и размеры, а вот если ближе чем на выстрел не подпускать… Тут становится все наоборот – нашим стрелам все равно, есть броня или нет, разве что фермиков она не стесняет, а не боящийся смерти одержимый лишь жаждой убийства воин – плохой победитель, для победы ведь выжить надо…
Так что я с мужиками поговорила доверительно, что я им не только извозчик, да и они все были с понятием – не один десяток лет воевали. И больше вперед не лезли, есть подозрение – прочесала это место из орудий штурмовика, оказался там кто-то – добавила. Их дело – только показывать куда бить, в общем дело шло как на конвейере.
Мне ребята с каждого выхода идентификаторы таскали, «львиная доля» все смеялись. Видишь, вот здесь, над жвалами кружек такой с крупную чешуйку она действительно переливается красиво, он на стебельке таком. Это часть тела, но на нее заносят все данные, вроде татуировки – возраст, кто, звание, должность, выслуга, опыт, награды и так далее, у фермиков глаза по-другому устроены – им достаточно одного взгляда, чтобы полностью знать кто пред ним.
Под конец у меня набралась приличная стопка, пыталась отказываться, но народ все равно тащил, причем выбирая по крупнее – говорят, что девушки как сороки, блестящее любят, такие вот подарки… Я потом в конце пыталась их сдать, но не взяли – твое говорят, что хочешь то и делай. Ну, я недолго думая, ими ранец обшила, благо там дырочка удобная, красиво вышло – все девчонки завидовали, спрашивали где такое достать можно все выпросить пытались те что остались, а я на них смотрела…
А потом, кто-то видать из преподов в койке – все вчерашние подлизы от меня шарахаться начали, «черной вдовой» обзывались, да только мне все это было, до … Зато обнаружила удивительную вещь, оказывается эти машины для убийства, ни на что вроде как больше самой природой непредназначенные – очень сильно чувствуют красоту мира, гармонию всего живого…
Они все – ВСЕ писали стихи, да какие… Я попробовала перевести, но смогла очень немногие, самые простые, хоть выбрать из чего было много. Они ведь все на те же диски и писали…
Я наглости набралась да и выдала книжку переводов «Песни безгласных», ух как все забегали – думала, порвут на части и свои и чужие, мне вообще-то светиться не стоило. Ну и доигралась – вызвали в СБ думала по ушам ездить будут, а оказалось все гораздо серьезней. Прибывает по мою душу специальное посольство, да еще – во главе с маткой, это их как бы королева, но королеве до ее власти очень далеко. А эти приколисты еще и шутят «не переживай», говорят, «встреча будет тут, так что если они с тебя аналогично шкуру снять захотят и рюкзак из нее сделать, то у них это конечно выйдет, но живым им не уйти. Будет у тебя еще одна «звездочка» на счету - посмертно»
А мне, не поверишь, все пофиг было – так меня эта «мирная жизнь» достала. Так что одела парадную форму со всеми моими значками, да взяла РД этот злополучный, хоть он совсем и не парадный, да пошла «представлять цивилизацию». Ребят из моего «почетного караула» жалко было – они ведь меня всерьез защищать собирались, и смех и грех.
Встретили нас – по высшему разряду, уж не знаю зачем им такой церемониал, но красиво. Две шеренги из таких вот красавцев, музыка… Как оказалось – за эту книжку несчастную они меня орденом «За вклад в дело Мира» награждают. Представляешь, меня – «за Мир», да меня только в сотой части их крови что пролила утопить можно…
Словом не выдержала и ломая процедуру попросила матку «на пару слов», об аудиенции стало быть. И когда она всех выгнала, причем и свою охрану тоже – хотя наши ученые все равно не поверили, что это возможно, попыталась добиться чтоб меня пристрелили – хотя бы из жалости, рассказала прямо каков мой вклад в дело мира.
Так э эта зараза крылатая, меня на коленку усадила, за ухом почесала и объяснила, что мне и трети оказывается, не сказали и что полный список моих побед по данным их стороны она мне передаст в конце, а в наше посольство он ушел десять минут назад, дескать нельзя такие результаты недооценивать. И потом, пользуясь моим шоком, позвала всех назад и гайку эту к мундиру мне самолично привертела, да еще заявила о присвоении мне звания «со правительницы» от себя и «полной неприкосновенности» от их правительства вместе с приглашением приезжать в любое время и располагаться как дома.
Ну, туда меня СБ понятно не пустило, подожди, говорят, хотя бы лет тридцать пока сроки выйдут, так что я теперь туда и не попаду, жаль – очень все же хотелось бы понять как они думают…
Но вернемся к рейду, жили мы - не тужили, пока прорыв не случился. Мы то под этот каток не попали – далеко были, но мурашей на планету попало столько… Но самое страшное – много крылатых машин, тяжело это гибнуть, не имея возможности ответить. Словом – все резко поменялось, и теперь уже нас гоняли и в хвост, и в гриву. По всем щелям куда только забиться ни пытались.
Только и спасало что так это скорость, если могли в день на тысячи три километров уйти – был шанс что оторвемся и можно день передохнуть. Вот только голодно очень было – на той планете жрать было ничего нельзя, вся жизнь из белка состоит, так там в основе был такой для нас отрава вроде змеиного яда, тот тоже – белок.
А ведь все вокруг живое – но ни мышки споймать, ни травинки погрызть и как это всем объяснить: От травинки еще только животом день маяться, а вот если больше… Вот я всех и заставила - пожевать травинку, и сама пожевала – чтоб поняли. И самое странное – поняли, почти случаев отравления не было за все полтора месяца…
Что там было? Да рейд как рейд, не слаще твоего – собрали всех недобитых кого смогли, да бегали зайцами, чтобы нас поймать не могли. Укусили – и деру, в основном на склады продовольствия нападали – есть хотелось, ну и понятно нас там ждали. Ну и с их разведкой резались от души, но ведь нас еще искали…
Как выжили? Да кто сказал то что выжили… Смекалка в основном выручала. Например всегда на новое место шли парами – впереди один штурмовик, идет очень низко и быстро, сзади – другой на большом отдалении и высоте. Мураши они безбашенные, как видят цель – сразу стреляют, но в низко летящую скоростную цель даже если и попадешь – очень недолго она в зоне обстрела прибывает, а вот по демаскированной позиции второй штурмовик отстреляется уже наверняка, без вариантов.
- А если они первую пропустят и по второй ударят?
- Это конечно хуже, но такие умники все же редкость, да и на первом штурмовике четыре турели и три уже назад повернуты, остается чуть вверх подпрыгнуть и точку в огневые клещи взять. А так чтобы сразу две установки попалось, такого не было – мы все же не геройствовали и на рожон не лезли. Так что нам скорее их спецназ опасней был, но у нас были и штурмовики и БМДР а их спецназ в поле голым бегает, уж не знаю почему – тактика наверно такая, чтоб мене заметными быть.
Еще сплавлялись по рекам, спецназ авиацию наведет, они небо прочесывают, а мы сеткой накроемся и плывем тихонько по течению, никто нас не видит. Все акции так и планировали – чтобы реки рядом были.
Но сам понимаешь – сколько веревочке не виться… Любой запас кончается, и техники, и людей, и везенья с придумками. Прижали нас в ущелье в итоге, там все и легли – двадцать пять человек из полутора сотен осталось, да и то – чудом. Правда и выжить из нас никто не надеялся…
Одним словом – рейд как рейд:

Жизнь и смерть в одной упряжке,
Полглотка осталось в фляжке.
Перевалы, серпантины.
Слева мины, справа мины.
Потерпи еще, Серега,
Подожди еще немного.
Нет Сереги, был Серега.
Забрала его дорога.

Месяц писем мы не пишем.
Месяц серой пылью дышим,
Цепью горы и равнины.
Мы смыкаем наши спины.
С фланга духи, с тыла духи,
Облепили, словно мухи.
У дороги рвутся мины.
Кто стрелял Сереге в спину?

Ну теперь не жди пощады.
Я тебя достану, гада.
Помолись в душе Аллаху,
Я и суд тебе и плаха.
Где тебе со мной тягаться?
За двоих я буду драться:
За себя и за Серегу.
Ты уступишь нам дорогу.

Пусть теперь мне будет тяжко,
Пусть пуста сегодня фляжка.
Не вернулся друг из боя,
Но по-прежнему нас двое.
У меня теперь два сердца.
Не отдам Серегу смерти.
Коль жива я, жив Серега.

Знайте, люди, жив Серега,
Он меня осудит строго,
Если клятву я нарушу,
Если вдруг в бою я струшу.
За двоих мне жить на свете.
Я теперь за все в ответе,
У меня в груди две раны,
У меня теперь две мамы…

Жизнь и смерть в одной упряжке.
Я воды оставлю фляжку.
Поклонюсь тебе, Серега.
Ты прости, зовет дорога.
Мой черед не за горами,
Но, покуда память с нами,
Сберегу твою тельняшку.
Сына выучу бесстрашью.
Пусть возьмет с собой в дорогу
Имя друга сын Серега.

Марианна Захарова (друг Серега)

Увлеклась воспоминаниями, блин, Назар уже за сердце держится и губы серые… А что он там повторяет?
Не вернулся друг из боя,
Но по-прежнему нас двое.
У меня теперь два сердца.
Не отдам Серегу смерти.
Вот елки, такие слова, да еще моим голосом… Скачать Zaharova.mp3 с WebFile.RUПытаюсь успокоить.
- Да нет ничего такого, я в конце рейда чуть больше двух пудов весила – ты бы меня смог одной рукой поднять, какие там дети...
Что-то не то опять ляпнула – приходиться положить одну руку на проекцию сердца, и двигать второй плавно сверху вниз – заставляя сердце биться спокойно и сильно, а не трепыхаться…



"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 05.02.2012, 12:53 | Сообщение # 22
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Бусина снежно-белая
«Что ж период адаптации можно считать успешно пройденным» - бурчала я себе под нос пытаясь разогнуться. Это была, пожалуй, единственная позитивная и цензурная мысль в сложившейся ситуации. «Сложившейся» буквально – сложиться то я сложилась, пока спала, а «разложится» уже не вышло, прострел ети его…
Причем тут адаптация? А все очень просто, пока человек находится в состоянии сильнейшего стресса, на войне там, или на чужой планете, то ему болеть просто некогда. Нервная система просто сжигает саму себя, но заставляет тело работать на пределе возможностей, ставя все на «здесь и сейчас» потому как «потом» может элементарно не быть, если дать себе хоть малую слабину.
Это не значит, что позже это не аукнется, еще как аукнется, в тот самый момент когда казалось бы жить да радоваться… но на войне или в близкой к ней по напряженности ситуации человек не болеет.
А вот когда начинаешь болеть – четко понимаешь, адаптация закончилась и организм считает, что никаких сюрпризов уже не ожидается и можно, наконец, отпустить вожжи.
Меня натурально и совершенно банально продуло, спать на каменном полу пещеры вообще неполезно никому, да еще при тех чудовищных колебаниях температуры какими «радует» пустыня – от шести десятков в полдень, до минусовых под утро. А я расслабилась и даже не позаботилась нарезать подстилку, ну хоть из тростника. Понадеялась, как обычно, выехать на немалом резерве прочности, совершенно даром доставшемся от предков, да вот только забыла – предки этот капитал нарабатывали, каждый день капля за каплей, выигрывая в борьбе за выживание в весьма жесткой борьбе со стихией и биосферой. Мы же – поколение «паркетных тигров», выросшее и повзрослевшее в «контролируемом климате» замкнутых систем жизнеобеспечения, о жизни на лоне природы, знающие лишь из редких экскурсий и высадок…
В итоге кое-как размявшись весь день проходила стараясь не крутить шеей, которую заклинило в одном положении, но такая поза помогала мало – верхний отдел позвоночника прихватило тоже и поворачиваться было тоже и смешно и больно. К вечеру шея «разработалась», но между лопатками втыкался тупой кол, при каждом вдохе и острый – при каждом резком движении.
Поневоле вспомнишь теорию, что развивать цивилизацию моих предков заставил не голод, им и так было неплохо, а питались они поздоровее, чем очень долгое время «потом», а всеобщее стремление перебраться из пещеры с каменным полом в теплый деревянный дом. Ну, а раз дерево зубами не повалишь, не бобер чай, то пришлось поневоле брать в лапы топор…
Шутки, шутками, но вот так с денек помаешься – и не в такую ересь поверишь.
В итоге под вечер попросила Назария меня «тряхнуть». Ничего сложного в этом приеме нет, его даже рекомендуют тем, кто не может проводить ежедневно, по несколько часов плавая в воде – для снятия перед сном с позвоночника компрессии, накопившейся за день. Надо просто сцепить пальцы на шее сзади, и чтобы кто-то прижался к спине и просунул свои поверх, охватив локтями подмышки и точно также сплетя свои пальцы над твоими – позвоночник в такой позиции принимает «естественный» изгиб, затем надо пациента слегка и очень аккуратно приподнять, вставая на цыпочки и чуть-чуть – сантиметров на три-пять присесть. Тело изогнутое «анатомически» и удерживаемое только за сцепленные на шее руки попытается продолжить движение по инерции, и по позвоночнику прокатится волна щелчков - это будут вставать на место сдвинутые тряской и нагрузками за прошедший день позвонки.
Словом – ничего сложного, а Назарию с его ростом – вообще ерунда, можно делать спокойно, не боясь навредить, главное – не нажимать на шею вниз или вбок. Назар весь день, обеспокоенно смотревший на мои попытки двигаться, с облегчением согласился помочь. «Хряпнула» спинка моя на «ура», после чего я попыталась поровнее улечься в гнездышке, в расчете, что сейчас сойдет и мышечный спазм, а к завтра и вовсе полегчает. И вот тут Назарий решил мне помочь еще больше и, опустившись рядом на колени, начал разминать мышцы шеи, напрочь забыв, куда ведет дорога выстланная «благими намереньями».
Я попыталась отказаться, но он даже слушать не стал – попросту ухватив за загривок и продолжив делать массаж одной рукой. И – все, растеклась я в блин и язык высунула…
Вот только не надо думать, что все так просто, безусловный рефлекс понятно никуда не денешь, но ему вполне можно сопротивляться и кто бы другой вместо такого эффекта огреб бы когтями по физиономии, но…
Не надо считать меня совершенно неспособной почувствовать отношение к себе со стороны другого человека, или настолько тупой, что не в состоянии понять какова сила инстинктов и как они влияют на все остальное, включая понимание прекрасного. И что если свести посреди пустыне самых некрасивых и отталкивающих друг для друга мужчину и женщину, и сколько времени им понадобится, чтобы спутник «вдруг» оказался просто идеалом красоты…
Нам правда такое не грозило – просто потому, что инстинкт был совершенно бессилен – совместных детей быть не могло даже из соображения «а вдруг», потому он и не давил на мозги, стараясь любым путем добиться результата, нас подстерегала более серьезная опасность. Человека можно полюбить, если узнаешь его хорошо, а скрыть, находясь постоянно рядом, невозможно ничего…
Я не могла нравиться ему как женщина, но я с каждым днем становилась все ближе как человек. Глядя на эту возникающую духовную близость я, в свое время, решила предоставить решать ему – проявлять инициативу было просто глупо в силу физиологии, что до чувств – то будет ли это любовь-дружба или просто дружба решать не мне. Мы оба были достаточно опытны в длительном воздержании, чтобы чистая физиология хоть сколько нибудь влияла на происходящее между нами. «Браки заключаются на небесах» - жаль, что многие не понимают, ЧТО на самом деле стоит за этими простыми словами…
И вот сейчас, чувствуя, как от каждого нажатия пальца, внутрь тела распространяется маленькая полусфера, я жалела о том своем таком рассудочном решении. Ведь начни я в свое время играть в эту древнейшую игру, то не потеряла б контроля над ее ходом, а теперь он собирался следовать своему предназначению. До того как мелкая рябь волнения от всего тела не включила в работу «второе сердце» что пониже пупка, я еще успела понять что послужило причиной сегодняшнего взрыва – это была моя слабость. Ведь до этого момента мы общались как равные, и он не мог видеть во мне слабость, даже когда я плакала у него на плече или с визгом пыталась за него спрятаться, а вот когда я сама, САМА попросила о помощи…
Дальше включился древнейший мужской инстинкт – опекать и защищать слабого, а уж от этого до «выполнения желаний» даже не шаг… Чего хочется той, что живого человека не видит годами… и гадать не надо. Это ж надо было так влипнуть, и так приятно…
Между тем уже почти каждое касание начало волновать, а разум… нет он не выключился, и не верьте если вам говорят или пишут что «она потеряла голову» на самом деле все отлично запоминается, но в моем конкретном случае разум просто пребывал в ступоре пытаясь решить неразрешимую загадку – если я тут первая и единственная, то откуда он так хорошо знает ЧТО НУЖНО ДЕЛАТЬ?! Или уже как в том рассказе, как делали укол удаву – «какие руки, какие ноги – я одна сплошная вена!»
Нет, но все же, откуда он знает, что если сжать кожу под коленом, то теплая волна покатится вниз до кончиков когтей? А уж когда двумя руками начал осторожно массировать поясницу, заставляя меня ерзать, чтобы продлить на лишний миг это волнение…
Тут мы и попались. Дело в том, что в извечном взаимоотношении полов существует один широко известный парадокс. Мужчины, практически единодушно, утверждают, что соитие как таковое приносит только физиологическую разрядку и только С ЛЮБИМОЙ может приносить совершенно ни с чем не сравнимое наслаждение. Это справедливо понятно в пределах нормы – случаи, когда удовольствие приносит боль или унижение, неважно чьи, проходят отдельной графой. Женщины в этом вопросе менее категоричны, утверждая, что близость может быть захватывающа сама по себе и без наличия высокого напряжения чувств, хотя они, чувства, ГАРАНТИРУЮТ получение удовольствия. Странно, не правда ли?
Что характерно, это повторяется и здесь на Терре. Помнится, этим вопросом в одном из античных мифов, заинтересовались даже олимпийские боги, и были здорово поражены, когда «экспертное мнение» одного гермафродита наделило женщину десятикратным по отношению к мужчине удовольствием. Отголоски этого вопроса можно услышать и в христианстве – в «изначальной слабости и греховности природы женщины». Что мне просто странно – поскольку именно там же найдено и решение загадки, оно в тех самых словах «браки заключаются на небесах».
Как ни странно сугубо материалистическая наука моего мира – совершенно с этим утверждением согласна. Но если вы ей не верите, и желаете проверить, то можно провести простейший опыт – во время игры возьмите «женское достояние» в руку и аккуратно кольните головку коготком, только не до крови, иначе этого вам никогда не простят, будете поражены – в большинстве случаев он не почувствует не то что боли, вообще ничего. Нет, конечно если поискать, можно найти и несколько чуть более чувствительных областей, но факт остается фактом. Это же самое наблюдается и при смене пола – то, что при этом «достоинство» получается из лоскута кожи выкроенного с живота с пластмассовым стержнем внутри, совсем не мешает такому мужчине получать удовольствие от близости – более того, их способность получать наслаждение порой оказывается выше обычной нормы.
Ответ на самом деле прост, повторюсь – «браки заключаются на небесах», насколько близки между собой супруги духовно, насколько на самом деле едины их эмоциональные (и не только!) сферы, настолько женщина во время близости передает партнеру СВОИ ощущения. Ну и соответственно от ЕГО отношения к партнерше это тоже зависит, от НЕЛЮБИМОЙ не выйдет принять почти ничего, сверх простого облегчения. Тут же решается и обратный вопрос – ЛЮБЯЩИЙ человек просто воспринимает чужие чувства очень легко и нужное единение достигается само собой, без всякого высшего технического пилотажа…
Не, ну какая только ерунда не лезет в мозги, когда они отключены от тела и отстраненно наблюдают за тем, как дрожь трясет его, пытающееся забраться на пик наслаждения, а душа переливается всеми цветами эмоций. Интересное состояние, я даже не знаю, является оно нормой или это реакция на нереальность происходящего… Интересно, а Назарий все что происходит чувствует… судя по точности движений… то да… - мысли все замедлялись, и начали странно растягиваться. Или это тянулось время?
Разум все же начал сливаться с душой и телом, когда Назарий, оторвав одну руку от массирования поясницы, попросту сунул один палец в меня! Нет, я к этому моменту уже была готова к чему угодно, к боли, даже к смерти, но палец с неровно обкусанным ногтем оказался все же сюрпризом. Не скажу что неприятным, просто ничего не скажу – в душе поднялась чудовищная волна эмоций потащив несчастный, верещащий от ужаса разум «что так нельзя, сейчас Назар потеряет над собой контроль и выпустит коготь, и тогда…». Правда, напоследок, перед тем как сгинуть, разум прокричал мне дельную вещь – что надо втянуть назад язык, а то ведь откушу нафиг.
Вопли потерявшего берега разума тело заглушило напрочь – от пяток к затылку, очень медленно катились волны сокращений, они не были удовольствием или болью, просто сила их не позволяла соотнести хоть с чем-то ранее испытанным. А душа… Душа вообще перестала чувствовать что-либо, и просто тихо качалась верх-вниз, радуясь наступившему покою.
Вот только за этими всеми внутренними перипетиями я совершенно забыла о внешнем мире, так что когда схлынула двадцатая волна, оставив после себя полную расслабленность то, что Назария нет, не только во мне, но и просто рядом – было осознанно преступно поздно. И когда я смогла заставить шею повернуть голову, душа уже просто кричала от предчувствия неотвратимой беды.
Поэтому совершенно безумные глаза над ходящим как пьяное лезвием топора (дэжавю, не иначе ), не вверг в ступор, а заставил действовать. Вот только тело больше напоминало многопудовый якорь, беспомощно волочащийся за сорванным бурей кораблем. Я не успевала заставить его двигаться, а лезвие тем временем пошло вверх. Я рвалась вперед и четко понимала – не успеваю, я была всего за два шага, но это было дальше, чем на другом краю галактики.
Лезвие опустилось, и все вокруг залила собой боль…
_______________________

Легкий ветерок проскользнул мимо неусыпного стража, мирно сопящего положив тяжелую голову на передние лапы, проник в пещеру. И только в последний миг, уже войдя и принявшись крутится маленьким вихриком посреди застеленного срезанной травой пола, он увидел дернувшийся хвост с кисточкой на конце и дрогнувшие вибрисы над верхней губой – страж не спал, а просто пропустил его в гости к старым знакомым.
А вот и они, и опять заняты непонятным – мужчина спит, но дышит очень странно – воздух был его средой, его жизнью, ветер знал сотни тысяч дыханий – от первого вздоха младенца, до последнего выдоха умирающего, как дышат на ложе любви и болезни ему тоже было знакомо, но вот сейчас… да и само дыхание имело совершенно незнакомый аромат, можно сказать – неземной.
Хотя, чему удивляться? Вон рядом сидит, совершенно неземная женщина и со спокойной улыбкой смотрит на спящего, раз не волнуется – значит так и надо, и странная неживая и немертвая змея, еще миг назад присосавшаяся к сгибу локтя мужчины, а теперь извивающаяся в когтистых лапах – это тоже так и надо. Тем более что дыхание уже меняется, все больше становясь похожим на дыхание просыпающегося…
Ну и ладушки… здравствуйте мои ненаглядные, но ушки, столь понравившиеся ему в прошлое знакомство, в этот раз его не заметили вообще – они грустно висели на две стороны, не проявляя ни малейшего желания поиграть, у них явно было какое то-горе. Это было странно – сама девушка была спокойна и сосредоточена, она что-то считала про себя, ухватившись за запястье обтянутое тонкой кожей, но убитой горем она точно не была. Ветер даже ощутимо дунул ей в лицо, качнув пучки вибрис над громадными зелеными глазищами, но и тут не был замечен.
Ветер на миг задумался, несмотря на легкость и переменчивость, его опыту и мудрости могли бы позавидовать многие, он помнил даже те времена, когда пирамиды были молодыми и островерхими, да что там – он помнил когда молодыми и островерхими были горы! В такой памяти не могло не найтись подобного случая, тем более – что ничего уникального в случившемся не было, просто с толку сбивала необычность этой пары, а так все ясно и понятно – двуногие просто поругались!
Ветер почувствовал как внутри него, пока еще маленьким водоворотиком, закрутился гнев – да что же вам неймется, и так живете меньше огонька на свече – дунул и нет вас, так еще и тратите этот неуловимый миг жизни на пустые ссоры, живите да радуйтесь – зачем вы ставите свои заблуждения, еще более непостоянные чем вы сами, выше бесценного дара неизвестно за какие заслуги данного вам Всевышним – возможности прожить этот миг не в одиночестве…
Тут его отвлекла девушка, она приподняла веки и бросила солнечный зайчик в глаза спящего, причем зайчик этот появился не из солнца, а из рукояти странного ножа, который она держала в лапе, или все же руке? А дыхание тем временем стало прерывистым и мужчина, с хрипом вздохнув, открыл глаза. Разумеется первое, что он увидел – был взгляд громадных зеленых глаз спокойно и по-доброму приветствующий его. От этого взгляда ему, очевидно, стало стыдно и он попытался сначала отвернутся, а потом все же нашел смелость что-то сказать. Ни того ни другого толком не вышло – шея почти не слушалась, а пересохшее горло не хотело издавать звуки, но девушка пришла ему на помощь – аккуратно приподняв голову она напоила его, из глиняного кувшина с узким горлом и поспешила успокоить:
- Все нормально, просто ты проспал больше трех дней, и сейчас все сильно затекло, не надо спешить, через минуту чувствительность начнет возвращаться.
Некоторое время они были рядом молча, девушка держала его за руку, ободряюще ее пожимая время от времени. Он же неотрывно смотрел на ее лицо, и не мог узнать – те самые глаза, что раньше успевали несколько раз за миг сменить выражение, в которых всегда на дне метались огоньки, теперь излучали только доброту и покой, неизменно… постоянно… на что бы они ни смотрели. Тут он отвлекся, потому что, наконец, смог поднять левую руку и посмотреть на нее – рука выглядела ужасно, кисть была серая, в каких-то пятнах и совершенно не ощущаемая.
- Ты… пришила мне руку… мумии? – Выражение ее глаз совершенно не поменялось, они так и светились добротой, хотя губы тронул намек на улыбку.
- Нет, это твоя рука, вот смотри, - двумя легкими касаниями она чертит слегка выпущенным когтем крест на ладони, пальцы послушно дергаются, - ну вот, а теперь подумай, что надо сжать кулак… - Пальцы слегка дрогнули, вызвав новую полуулыбку.
- Ну, вот видишь, это твоя рука, правда она теперь короче на пару пальцев – пришлось отрезать раздробленные кости по краям разреза…
- Я… - дальше продолжить не стало сил.
- Я понимаю: «И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя…». С левой и вовсе не стоит церемониться.
- Я согрешил…
- Да, вот только не в том, что ты подумал, - от таких слов и спокойствия с которыми они были сказаны становилось просто жутко и душу, еще сильней, чем приходящее в чувствительность тело, начинала терзать боль от понимания, что это сделал он.
Когда-то, очень давно, такой взгляд он видел у пожилой игуменьи и был в самое сердце поражен такой наградой за праведность – когда человеку из всех страстей даровано ощущать только спокойную радость от созерцания совершенства творения. А теперь та же разлитая вокруг благодать вызывала только смятение и чувство невосполнимой потери.
-Ты просто попутал похоть с любовью, бывает. Но ведь сказано – «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем.». А мою любовь ты отверг… Это было твое право и твой выбор, но все же не стоило заодно проявлять и непочтение к родителям – ведь тело, в отличие от души, тебе дали именно они и не думай что это было легко…
- Но не беда, он тебя все равно любит и простит, как и я прощаю. Прости и ты меня, я ведь немногого хотела, да и без этого могла обойтись…
- Как мы теперь будем…
- Мы? Мы теперь никак не будем. Свой выбор ты сделал, а теперь сделала и я свой. – маленькая фигурка широко разводит руки будто пытаясь охватить все вокруг.
- Понимаешь, тут не место для детей, тут вообще нет места кроме как для человека и бога… А я еще не чувствую желание уйти из мира, у меня есть еще не выполненное предназначение. Да, я не смогу родить ребенка, но мне вполне по силам его воспитать. Ради этого стоит найти клан который меня примет и не пожалеть на это сил.
- Так что – я ухожу. Позаботься о Рут, осторожно разрабатывай руку – она должна привыкать постепенно, впрочем, у меня было достаточно времени чтобы все записать – почитаешь. Если можно – я хотела бы донести до других твою книгу…
- Забирай…
- Это лишнее, я помню все и перепишу, как будет возможность, спасибо. И знаешь, может, все же не дашь мне умереть в неведенье и объяснишь, откуда ты так хорошо знал… - В глазах появилась крохотная искорка любопытства, и он ухватился за нее как утопающий за соломинку:
- Моя семья была очень богатой и у нас была даже кошка… И когда наступало ее время она очень мучилась потому как была очень переборчивой, найти ей достойную пару долго не удавалось, а недостойных она к себе не подпускала. Вот тогда я и заметил что если ей помассировать поясницу, то она не так страдает… Так что потом, каждый раз когда наступал гон, она сразу бежала ко мне…
Губы растягиваются в улыбку, обнажая клыки, даже уши приподнимаются, но взгляд по-прежнему изливает на мир лишь любовь и покой…
- Надо же, кошка… А теперь спи, - губы на миг прижимаются ко лбу, - когда проснешься ты уже не будешь знать, была ли я на самом деле или это был сон…
Последнее, что успевают увидеть глаза сквозь налившиеся тяжестью закрывающиеся веки, это размытая фигура на фоне дверного проема.
В голове сами собой всплыли недавно написанные строки, но смогли ли их произнести онемевшие губы Назарий так и не узнал.

Легла пушинка на ладонь,
Легко и нежно,
И невесома, как огонь,
И безнадежна.
То дрогнет от дыханья птиц,
То улыбнется,
И свет плывет из-под ресниц,
И к небу льется.

Пока не тронул ветерок -
Ей в путь-дорогу,
Поставлю свечку в уголок,
Во славу Бога.
Горячий воск слезы не тронь,
То грусть святая...
Легла пушинка на ладонь,
И тихо тает.
(Ефим Ташлицкий)
Сразу по выходу наружу девушка уже совсем не кажется такой спокойной. Она опускается рядом с львицей и трется лицом об ее голову, Рут шершавым языком облизывает мокрую от слез мордашку, затем, пытаясь внушить чувство защищенности, начинает мурлыкать. Мурлыканье кошки, которая весит втрое больше девушки, напоминает скорее не слишком отдаленный гром, но, как ни странно, мигом приводит в чувство. Благодарно лизнув львицу в нос в ответ шепчет – «позаботься о нем, пожалуйста», и, надев стоявший снаружи, чуть в стороне от дверного проема ранец, уходит не оглядываясь.
Рут же смотрит ей вслед – сегодня из прайда уходит «сестра-по-охоте» это… бывает. «Удачи тебе сестра в твоем одиночном пути и, где бы ты ни была, знай - есть прайд, где тебя примут всегда…»
На этом ветер не выдержал и рванулся от этого места на Запад, чтобы там на бескрайних песчаных просторах Сахары набраться сил и вернуться – уже черной стеной хамсина, и горе тогда двуногим оказавшимся на его пути.
_____________
Я недостойный взялся за перо чтобы осветить то что видел сам и слышал от людей правдивость которых не вызывает во мне ни малейшего сомнения. Повествовать же намерен о последних годах земного пути аввы Назария, чья кротость и смирение не были оставлены ни щедростью небес ни славой земной. И то и другое он принимал со спокойствием и кротостью, как и испытания, посылаемые ему Господом для укрепления ревности в вере. Последние годы жизни авва, чувствуя приближения конца пути земного, обратился с просьбой об помощнике хотя по молитве его он до конца дней сохранял остроту разума и зрения как в душах людских так земного, силу же имел удивительную.
Служение это оказалось для меня испытанием сил моих, ибо авва Назарий был молчальником и долгие месяцы я даже не слышал человеческой речи. Много говорят об удивительных его деяниях, и не все сказанное есть не украшенной истиной, особенно широко известно, что авва своей молитвой смирил нрав дикой львицы желавшей его растерзать после чего она ела только хлеб из рук его и сама приносила ему плоды смоковницы и прочие фрукты. Мне неведомо как произошла эта встреча, но старая львица Руфь действительно следовала за ним неотрывно и даже встречала гостей и ищущих исцеления, проявляя нрав кроткий и не стремясь никого растерзать. Но питалась она тем, что надлежит ей по природе, впрочем действительно брала из рук аввы хлеб и вареное зерно. И приносила она не фрукты, ибо неоткуда было ей их взять, а пойманную рыбу или мясо, от которых авва всегда оставлял часть, которую разумеется не ел а зарывал в песок где она высыхала подобно камню.
Если же Руфь не могла поймать себе пропитание, а ей это было нелегко, то моей обязанностью было варить зерно с сушеным мясом и кормить (ее). Собственно это и была вся помощь которую я оказывал авве ибо сам он почти не нуждался ни в хлебе насущном ни в иных заботах.
Не могу не рассказать об удивительном отношении аввы к женщинам, не есть секретом что многие монахи стараются избегать их, а многими уставами это запрещено прямо. Авва же мог наложить руки на больной орган не чувствуя смущения духа либо плоти.
О том что давало ему такую стойкость он рассказал мне сам, когда однажды вечером мы грелись у костра, а я молитвой пытался отогнать бесовское наваждение не слишком в том преуспевая. Видя тщетность моих стараний он сказал мне – «я не могу наставлять тебя в этом пути, ибо господь дал мне другой. Вышло так что однажды мне в испытание была послана женщина…» «красивая?» - я, увы, не нашел более умного, поскольку знал что женщины посылаемые в искушение обычно красивы, но авва снизошел до ответа «Да, как богиня – Мафдет или как императрица» тут его губы тронула улыбка, что можно было счесть чудом, поскольку будучи всегда приветливым и доброжелательным авва не улыбался никогда, на моей памяти. «Это не важно, любая женщина императрица. Важно то что я не устоял пред силой любви, а потом, ужаснувшись содеянным я отверг ее. Она же удалилась благословляя меня и с тех пор я полностью избавлен от похоти, потому как познавшему любовь смешон демон блуда», после чего старец удалился. Утром же когда я не дозвавшись его дерзнул войти в его келью стало ясно что этой ночью он завершил дела земные и отошел с миром и радостной улыбкой на лице.
Пока я, недостойный пытался прийти в себя посредством воды из источника, в келию проникла Руфь, чего никогда не позволяла себе ранее, и положив голову на грудь аввы и обхватив его лапами так и околела не вынеся расставания. Я не смог стащить тело зверя и видя в том руку провидения, просто заложил вход во вторую келью и обрушил свод пещеры в первой. После чего взяв некоторые книги и вещи, вернулся в обитель, претерпя по дороге множество лишений.

Перевод данного отрывка, не известен широко, но послужил в свое время не одному «укрепителю веры».
___________
Вложение в электронную переписку.
___.___.______ при проведении работ по расширению бассейна популярного среди туристов и местных жителей источника, с якобы целебными свойствами, хотя химический анализ воды не показал сколь-нибудь значимых отклонений в составе, или наличия особых элементов способных влиять на здоровье человека, в глинистом склоне холма на глубине 4,5 метра было вскрыто захоронение датированное прибывшими на место сотрудниками археологического музея серединой пятнадцатого века. Датировка выполнялась по хорошо сохранившимся в захоронении письменным источникам. Помимо этого было обнаружены два мумифицировавшихся в сухом климате тела.
Одно из которых принадлежит человеку преклонного возраста, приблизительно от восьмидесяти до ста лет, а второе львице. Дальше работа научных сотрудников была прервана, поскольку прибывшие на место двое священников _____ епархии потребовали передачи «мощей» и прочих культурных ценностей им.
Воспользовавшись тем что обе стороны на повышенных тонах выясняли отношения я самостоятельно осмотрел тела которые были большей частью неповрежденные. Лишь одна из рук придавленная головой зверя преломилась возле запястья, и на месте перелома был заметен предмет явно искусственного происхождения воткнутый в кость. Заинтересовавшись, я извлек его плоскогубцами.
По результатам исследования на растровом микроскопе данный предмет есть обычный хирургический гвоздь, который в наше время применяют при сложных переломах. Необычным является лишь материал, из которого он изготовлен, это лонсдейлит – одна из форм алмаза на данный момент изготавливаемая искусственно в виде порошка, в природе он встречается в совершенно мизерных дозах и найден только в метеоритном веществе.
Радиоуглеродный анализ биологических остатков на образце дал время сходное с датировкой археологов в пределах погрешности – середина XIV – середина XV веков. Данный факт объяснить невозможно даже с точки зрения мистификации, потому прошу принять меры для дальнейшего исследования тела.
С уважением инженер Генри Сайкс.
_______
Здравствуй Джон!
Пересылаю тебе письмо вашего инженера, и обращаю внимание на низкое знание твоими работниками местных реалий.
Знаешь, я не религиозен да к тому же правоверный, а не христианин, но прекрасно знаю про Назария Пещерного, и то насколько он почитаем в этой местности. Его уже давно пытались канонизировать, но это сильно тормозил тот факт, что, несмотря на творимые чудеса, он так и умер не раскаявшись. Теперь же обнаружив его останки, появился шанс довести этот процесс до конца.
Церкви в данный момент не до выставления претензий, и они согласны замять это дело. Но вот удержать информацию из лаборатории вряд ли возможно. Среди местных бедуинов немало и христиан, да и правоверные весьма почитают его как праведного, поскольку источник сохранил целебные свойства даже после его смерти. Потому боюсь, как только пройдет слух, что кто-то посмел потревожить покой праведника – очередь из желающих перерезать глотку твоему «инженеру» выстроится отсюда до Эр-Рияд.
Потому хватай этого «дурака-с- инициативой», как говорят в том месте где я учился, и тащи в аэропорт, чтобы через два часа его тут не было, потому как позже никакая гвардия эмира ему не поможет.

С надеждой на благополучное завершение дела, Амир
p.s. Исследования конечно будут проведены, но пусть сначала улягутся страсти, эта загадка пролежала скрытой шесть сотен лет, потерпит и еще десяток – когда Аллах создавал время, он создал его достаточно.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 05.02.2012, 12:59 | Сообщение # 23
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Часть третья. Стучите и откроется…

Здрасте, я Ваша тетя…
К границе стойбища я выползла на четырех, почему то мне так перемещается было удобнее. Все, кто смотрел на это зрелище, наверняка онемели. Что только пошло на пользу моему здоровью. А может меня просто никто не заметил?
Я, честно говоря, и сама смотрела на это «пришествие» со стороны, странный выверт меркнущего сознания впору действительно поверить в способность души покидать тело, но при этом не терять способности хотя бы видеть.
Выглядело это так, будто я стою и смотрю, как из-за бархана появляется сначала нечто похожее на перекати-поле с рожками, потом это чудо скатывается вниз кувырком, отряхивается и не спеша, странной боковой походкой направляется в сторону раскинутых шатров. На границе стоянки это мохнатое чудище встает, цепляясь за колья ограды, и, качаясь под порывами ветра, пытается двигаться вперед, рванувшие встречать гостя собаки, поджав хвосты, разбегаются в стороны – что я им «сказала» не то чтобы не помню, но уж повторять - точно не буду….
В этот момент выключатся автопилот, и душа возвращается в бренное тело, вид через щелочки опухших век не радует, как и общее состояние поставленного на грань организма. С переменным успехом, пытаясь навести резкость на оба глаза разом, выбираю ближайшую цель… кажется вот этот шатер сразу возле «входа», то что мне надо. В мозгах тоже поставленных на автопилот тупо ворочается мысль, что надо приближаться к нему прямо и не спеша чтобы те кто внутри не приняли это за нападение и успели подготовиться, а гость – успел разобраться где тут какая половина, поскольку ввалиться в харем – далеко не лучшая завязка для дальнейших отношений. Но и медлить нельзя, как только появятся люди, от собак придется отбиваться всерьез, а начинать с крови нельзя да и не в том я сейчас состоянии…
Как это меня угораздило дойти до жизни такой? Да как обычно, мы же круче некуда - воду нам в пустыне найти раз плюнуть, живность про которую ни бельмеса не знаем нам нипочем, нюх - как у собаки, глаз – как у орла, «сами с усами» - одним словом. Вот по этим-то усам на наглой морде, да песчаной бурей…
Приложило, что называется, от всей души, и где мои глаза были, никаких признаков надвигающегося не заметила – им первыми и досталось. Контактные линзы с экранами Тактика вышли из строя моментально, но глаза защитить успели. Зарываться в песок пришлось на ощупь, протянутой вперед лапы просто не было видно. В пленку заворачивалась как в кокон гусеница, пока ее разворачивала – не улетела в дальние края только чудом, и благодаря тому, что вцепилась в этот кусок прошлой жизни всеми четырьмя лапами, намертво. Пленка – выдержала напор взбесившегося песка и пыли, иначе с полным основанием кажется, что остались бы от меня, через пару десятков минут, только полированные кости и когти….
А потом началось упорное ожидание и упорная борьба за каждый вздох в этой духовой электропечи печи, причем – буквально, от статики вся шерсть стояла дыбом и чуть ли не искрила. Заснуть было нельзя, можно было и не проснуться – постоянно сверху наваливалась постепенная тяжесть, приходилось, прикладывая все силы и извиваясь раздавленным червяком, выбираться наверх, к безумному ветру и несущемуся песку.
И так – долгих шесть дней. Респиратор, несмотря на все мои усилия, сдох в начале четвертых суток, пыль попросту схватилась до состояния цемента, в охладительном бачке. Нет, фильтровал он по прежнему неплохо, и та же участь моим легким еще не грозила, да вот охлаждать вдыхаемый воздух уже не мог, он и раньше держался на пределе, поскольку в замкнутом пространстве моего «кокона» просто некуда было отводить избыточное тепло и приходилось делать «вентиляцию», которая в итоге респиратор и угробила.
А теперь проблемы с теплоотводом возникли уже у меня. Основное охлаждение-то у меня как у собаки – через дыхание, а если температура снаружи выше по определению... Остается один путь – испарение, и я начала терять воду. Медленно, но очень верно.
Полутора литров носимого НЗ хватило меньше чем на сутки. Поэтому когда можно стало выбраться наружу ситуация была просто критической. Оттого чтобы лечь и сдохнуть меня удерживали одни стимуляторы аптечки, да собственно желание выбраться – куда и зачем выбраться я уже не соображала. В момент очередного просветления я обнаруживала, что продолжаю идти в нужном направлении – спасибо Тактику, постоянно орущему в уши поправки, и в сотый раз прикидывала перспективу найти так нужную воду. Выходило, что найти-то я ее может и найду, а вот выкопать сил не хватит и оставалось только одно – идти вперед.
Нет, респиратор снова хоть и с горем пополам, но работал и исправно возвращал назад выдыхаемую влагу, даже чуток прихватывая из воздуха. Но вот мало ее уже в моей тушке оставалось, не хватало сил на движение и на то чтобы сердцу качать превратившуюся в патоку кровь. Все поступления воды извне, включая и утренние сборы конденсата на трижды благословенную пленку, с трудом компенсировали потери.
Живность же, в районе локального конца света (причем буквально – солнце до сих пор не могло пробиться через поднятую мглу), то ли передохла, то ли впала в спячку, то ли просто успевала свалить от сильно тормознутой меня. Пара пойманных и выпитых змей и один тушканчик (от последнего, правда, осталось меньше двух третей после попадания заряда) сильно картину не улучшили. К тому же к моему величайшему сожалению съесть я их уже не смогла. Это была большая потеря, потому что метаболизируя еду можно было получить немало той самой драгоценной воды. Но с этим ничего поделать было нельзя – слюна организмом не вырабатывалась с самого момента моего «вылупливания из кокона».
Словом – оставалась только переть вперед, в расчете на чудо, держась на одном упрямстве и стимуляторах и, в краткие минуты просветления, брать себя за болтающуюся как на вешалке шкуру. Организм пытался получить воду, из чего угодно, в том числе – метаболизируя жировые запасы, оставалось только гадать от чего я сдохну раньше – откажет сердце или от самоотравления, поскольку продукты распада такого количества жира можно было вывести опять же только с водой через почки…
Чудо таки случилось – начали появляться признаки присутствия человека, еще слабые, но вполне отчетливо указывающие направление, откуда пришел пасшийся здесь скот. Потом все более явные и свежие и вот тут начали изменять силы. Это вообще не новость, а свойство организма – очень часто человек умудряется пройти через невообразимые испытания и лишения чтобы умереть вот так – не дойдя десятка метров до трассы, на пороге собственного дома или в двух шагах от ведра с водой. Просто нервная система не выдерживает свалившейся на нее нагрузки, зря говорят что от счастья не умирают…
Правда мне в этом плане было проще – тому химическому коктейлю что тек у меня в венах вместо крови, благодаря стараниям аптечки, волноваться было просто нечем, ну и мне соответственно было все глубоко пофиг ровно до текущего мига когда осталось решить последнюю задачку.
Какая сторона? Наверно эта - все открыто и перед входом сложен очаг. Вот только под открытым с одной стороны навесом – пусто, все сбежали при моем приближении что ли. Прилетела птица обломинго и спела нам свою песню… буквально чувствуя, как вытекают последние отпущенные мне мгновенья, сдергиваю с разгрузки тесак и бью три раза по ближайшему их шести столбов шатра – если и это не поможет, остается только свернутся, прямо здесь, в трубочку.
Но видимо где-то сверху решили, что с меня хватит – из за колыхнувшейся занавеси появляется одетая в темное фигура с красной вышивкой на груди, в руках осторожно несет что-то больше всего похожее на кожаное ведро и идет из него запах раньше не слыханный но совершенно будящий детские воспоминания. Надо собраться, но из пересохшей глотки вместо приветствия вырывается только сипение, пожилая женщина щурится, пытаясь рассмотреть против солнца, кого это к ней принесло. Хватаю с пояса фляжку с последними оставленными на этот случай глотками, пробку приходится откручивать зубами, потому что если отпустить стояк шатра в которую мертво вцепилась левая лапа я просто рухну. Вода дерет горло круче кипятка, в ушах бьют пушки главного калибра, но все же удается прохрипеть положенное.
- ас-Саляму алейкум уарахмату-ллахи уа баракатух (Мир Вам, здоровье и благополучие в жизни земной и вечной. Пусть снизойдут на вас милость и благодать от Всевышнего Аллаха)
- Ва алейкум ас-салям (И Вам мир). – Ответила женщина, продолжая щуриться, и протянула мне то самое ведерко. Я в него, разумеется, вцепилась как клещ, всеми пятью когтями, чтобы не уронить, потому в итоге рухнула вместе с ним. НО ни капли молока (а там было, как потом поняла верблюжье молоко) пролито не было, потому как в момент приземления голова прочно заткнула выходное отверстие. Зрелище понятно вышло совсем не величественное, но я в тот момент лакала и хлебала, глотая эту амброзию как младенец, пополам с воздухом, и совсем ни о чем другом не думала. Где-то на задворках сознания придушенно пискнула совесть, что моими стараниями кто-то сегодня останется без молока, но остановиться я все равно не смогла. Но - все хорошее кончается быстро. Осталось только пробормотать, вконец оторопевшей от такой прожорливости, бабушке слова благодарности.
- Да будет ваш день как молоко!
После чего на последнем проблеске разума сложила и заблокировала тесак, вручив его радушной хозяйке, и, со спокойной совестью, волоча набитое пузо по каким-то шкурам, заползла на четвереньках внутрь шатра, где подгребла первого попавшегося пушистика в качестве подушки, да провалилась в небытие.
_________
Время оно по-разному течет внутри и снаружи человека. Снаружи – неизменная и вечная пустыня, она была такой, когда еще не было человека, а мир населяли джины, была она такой и когда Пророк еще ходил по этим пескам, будет она такой и в день Суда. Неизменная и – меняющаяся каждый миг, стоит только моргнуть – и ты увидишь уже совсем не то, что было до этого. Внутри же оно идет рывками – человек помнит себя ребенком, юношей, отцом, но вот переходы между этими состояниями происходят вроде как в миг. Просто однажды вспоминая события прошлого – понимаешь, что тот человек, которого бережно хранит память хоть и родной, но – уже не ты, и когда же это произошло. Да и представление человека о себе, и то каков он в глазах окружающих, чем дальше, тем сильней расходятся – твои глаза еще прекрасно видят, рука также тверда, да и спина напоминает о пережитом нечасто, но все смотрят только на твою бороду, не замечая, что внутри совсем не старик, а полный сил мужчина.
Остается только принять этот взгляд окружающих да тихо посмеиваться про себя их слепоте. Правда уважительные взгляды задиристых обычно подростков начинают раздражать. Но долг есть долг, а воспитание и передача умений - на этом и стоит род. Потому и надо гонять будущих мужчин до десятого пота, чтобы они стали именно мужчинами, а не кормом для падальщиков.
Чтобы могли по едва заметным следам определить, кто здесь прошел, враг или друг, мужчина, женщина, ребенок, а также многое другое, что незнакомым с жизнью песков покажется колдовством. Например, если прошла женщина определить ее возраст или беременность. Но от всего этого зависит жизнь, потому что если ты не сможешь узнать врага по стуку копыт его коня, то он тебя узнает несомненно.
По перестуку копыт… Еле слышный он отозвался громом в голове и заставил проверить насколько хорошо выходит из ножен сабля. Со стороны стоянки скакал свой, но то что что-то случилось, причем срочное, было несомненно. Но вот что? Если это набег то посланец уже вовсю орал предупреждения, да и была бы слышна погоня. Никаких событий вроде рождения тоже не намечалось и хвала Аллаху – с утра еще все были здоровы, но тут все в его руке. Мучаться неизвестностью, оставалось недолго – еще шесть десятков ударов копыт и покажется всадник, можно будет по лицу определить – что за весть он несет.
О, все что можно сказать по этим выпученным глазам и смеси ужаса и удивления на лице – событие тянет на несколько лет пересказа. Придется еще ждать – пока мальчишка сможет выговорить новость.
- Кабир, к тебе в шатер кутруб забрался. – вот и повод забыть о прожитых годах и взлететь в седло не касаясь стремян, миг и лошадь брошена в галоп, а стоявший справа сын брата рассматривает свои пустые руки в которых миг назад было тяжелое копье. Спина, седая борода – о чем вы говорите, мужчины не стареют.
Первой мыслью было, что надо будет потом похвалить мальчишку – хоть и нарушил все возможные правила обращения к старшему, зато сказал только то, что важно. Вторым было сожаление, все же лишний миг, потраченный на раздумья порой сохраняет годы жизни - подхваченное впопыхах копье имело страшные шипы, но здесь лучше бы подошло имеющее перекладину, что не даст зверю дотянуться до человека. Но все в руке аллаха.
С седла движения людей с оружием, идущих в сторону его дома, кажутся медленными, но это просто обман зрения из-за скорости. Дом же сам поприветствовал хозяина полной тишиной – спокойно, или сорванец ошибся, или… неужели все? Не может такого быть…
Последние метры преодолевал как на штурм стены – рывком, с копьем наперевес и только вперед, чтобы ни происходило. И все это, чтобы замереть на самом пороге от увиденного. Первым, что бросилось в глаза, была замершая столбом жена старшего сына –Мона (желание). Она стояла совершенно бледная, не рискуя сделать еще шаг и ломая руки от собственного бессилия, поскольку не отваживалась даже подать голос. Взгляд моментально повернулся в сторону, куда смотрела она, потянув за собой острие копья. И тут, от увиденного, земля под ногами Кабира встрепенулась как норовистая кобылица.
Дело было даже не в том, что кутрубы, которых он всегда считал всего лишь виденьями порождаемыми пустыней в страдающем человеке, существовали на самом деле и один из них сейчас пребывал в его доме. Просто в кольце из лап этого кутруба сидела отрада его седин – Лала (жемчужина), его единственная пока внучка и дочь Умара и Моны. Но «сидела», это не про эту егозу, в данный момент она, смеясь, пыталась поймать ладошками ухо этого ужаса пустыни, ухо в ладошки не давалось и, будто имея глаза, в последний миг стремительным рывком уходило от плена, что вызывало новый приступ веселья.
Именно в этот миг, развлечение это девчушке надоело, и она решила сменить тактику – вместо ловли неуловимого уха одной рукой приподняла губу зверя, а вторую бесстрашно сунула в пасть с явным намерением проверить, нельзя-ли заполучить верхний клык на ожерелье. Сердце ухнуло вниз, но далеко улететь не успело – из пасти выскользнул язык и прошелся по маленьким пяточкам, после чего зверюга сунула свой нос малышке в живот и крепко прижав ее к себе потерлась щекой о ребра. Это вызвало бурный хохот и удары кулаками и пятками куда попало, на что кутруб, впрочем, даже глаза не раскрыл, продолжая крепко прижимать ребенка к себе.
Но в следующий миг вся эта идиллия в раз закончилась – зверь почуял постороннего. Малышка мигом оказалась скрыта тушей, зверь прянул вперед, оскалившись и подняв, угрожая, переднюю лапу. Низкий рык и кривые кинжалы когтей могли поселить страх, в чьей угодно душе, да вот только Кабира хорошо наставляли, когда он только еще ставал на путь воина. «Никогда не смотрите в глаза своего врага, они схватят вас крепче когтей ястреба» - говорил тогда его наставник Садык, седой но крепкий воин казавшийся тогда древним старцем, «Никогда не смотрите, на оружие врага, оно обманет вас, а даже если скажет правду – вы все равно опоздаете», а на их удивление, посмеиваясь отвечал, что смотреть надо на изменение источника силы человека, потому как невозможно скакать не сев на коня, так и любое действие сперва подготавливается изменением сосредоточения сил. Если научиться читать это, как учатся читать следы на песке – любой удар не станет неожиданным и, в свою очередь, станет смертельной ловушкой для атакующего.
Потому сейчас и смотрел старый воин не на грозные когти и зубы, а на переднюю лапу, на которую опирался его противник, и видел, что противник ему достался… никакой. И вся вставшая дыбом шерсть и страшный рык не могли сбить с толку того, кто видел сколько сил тратится кутрубом на то, чтобы просто не упасть.
Вот тогда то и совершил старый воин глупость, решив взглянуть в глаза, прав все же был Наставник, ох и прав – глаза были закрыты, и рука не смогла нанести удар. Потом он оправдывал себя тем, что подумал, что со столь слабым противником, он сможет справиться и без «удачного случая», но это была ложь самому себе, поскольку ни о чем в тот момент он не думал.
А недооценивать противника – всегда смертельно опасно, поскольку его действия были столь стремительны, что остальным осталось только смотреть, не успевая что-либо сделать. Зверь мощно потянул носом, потом повернулся в сторону матери, повторив сопение, следом из-за спины была извлечена Лала и аккуратно направлена в сторону матери толчком передней лапой пониже спины. Ребенок не успевший понять, что игра закончилась, хохоча пробежал несколько шагов и был мгновенно подхвачен на руки и вынесен прочь.
Того мига, что Кабир смотрел на спину невестки и руки внучки, протянутые к отобранной игрушке и ее искривленный в огорчении ротик, вполне хватило чтобы растерзать не одного ротозея, но когда он перевел взгляд на то место где раньше была готовая к атаке тварь Шайтана, увидел он только меховой клубок свернувшийся на его любимом ковре. Разобрать где там голова, а где лапы было просто невозможно.
Руки сами попытались опереться на копье как на старческую клюку, но что-то помешало, глянув вниз он обнаружил тонкую руку, ухватившуюся за древко, а подняв глаза вверх и всю свою жену Раису целиком. Когда она встала рядом, он не заметил – может и действительно стоит перестать считать себя воином, а начать больше думать о вечной мудрости? Тем более что она сейчас бы не помешала, что сказать по поводу столь вопиющего нарушения обычаев голова просто не находила, впрочем – и не хотела. Взгляд, которым его наградила его обычно спокойная и мудрая жена, вызывал желание втянуть голову в плечи, что было, увы, совершенно невозможно на глазах всего стойбища.
Этот взгляд, вызывал в памяти еще те времена, когда старики были еще безмерно мудрыми, а дети маленькими. Впрочем, слова ее были исполнены почтительности.
- О муж мой, гость нашего дома устал с дороги, смею просить тебя указать на это нашим родным. – После чего, не выпуская копья, потянула его в сторону ковра отделяющего семейную половину.
Мысль оставить копье этому клещу, а самому быстренько вскочить на коня да и проведать семью двоюродного дяди вставшего за два перехода отсюда, удалось подавить только предельным напряжением сил. Правда, перед тем как скрыться из глаз, в глубине харема, он успел подать, начавшим уже сбивать строй соседям и родственникам, два знака – «быть в готовности» и «не приближаться».
Правда внутри, он был всего лишь удостоен рассказа, как на пороге его шатра появилась расплывчатая фигура, как гость произнес положенное и был напоен молоком. После чего оставалось только уронить копье и схватиться за голову.
- О мать моих детей, из-за твоей слепоты ты дала «Салам» даже не неверному, а вообще отродью Ибриса – кутрубу.
- Гуль и неверной.
- Что!?
- О, муж мой и владыка, коему доверено попечение о людях твоих, может годы и дети, что принесла я тебе, забрали зоркость моих глаз, но отличить мальчика от девочки и разглядеть на шее знак последователей Исы я вполне могу, в отличие от тебя – старый пень!
Последние слова скорее читались по губам и подразумевались взглядом, чем вышли наружу, но дальше сгибать лук явно не стоило. Тем более, что сказанного и так было достаточно для охраны мира. Оставалось только обнять отраду своего сердца в знак примирения, и быстро ускользнуть наружу, от супруги подалее, делая вид, что озабочен делами племени.
Выйдя наружу, Кабир придал себе самый спокойный и степенный вид, что впрочем, слегка портили сабля на поясе и копье в руках которое, подойдя к соотечественникам, он сразу постарался сунуть в руки племяннику – показывая тем самым, что волноваться больше не стоит. Впрочем выражение тревоги стало покидать лица еще до того как он подошел. Последовавшие слова полностью сменили ожидание на удивление.
- Аллах благословил меня и наш род гостем. Необычным надо сказать, но это не повод нарушать древние законы перед лицом его.
Совет, а любое число собравшихся вместе мужчин образуют меджлис – совет, не спеша обдумал сказанное и слово взял двоюродный брат.
- Гость видимо сильно устал, я прошу всех прийти в мой дом, да и моя жена жаловалась, что давно не видела детей моего брата…
Оставалось только кивнуть семейству уже давно построившемуся вместе с детьми за шатром, оставить двух племянников в помощь жене «чтобы гость не имел не в чем нужды, когда проснется» да отправить старшего сына двоюродного брата, с его сыном по следам «гостя» проверить, нет ли за ним погони.
После чего все неспешно отправились в соседний шатер ждать новых вестей и обсудить уже случившееся.
Ближе к вечеру вернулись отправленные в поиск, не склонный к трате времени Сакхр, прямо по военному доложил, едва успев выпить поданный затар (травяной настой).
- Прошли сколько смогли за день чтобы вернуться, погони нет, и след на протяжении не менялся, значит, своего коня или верблюда гость потерял давно, возможно – больше пяти дней. Может, у него его и не было, поскольку пустыня для него родной дом – помимо когтей у него на лапах есть еще и перепонки между пальцами, думаю даже зыбучие пески для него не большая опасность. Походка очень тяжелая – как у готового окончить земные труды, но переходы между лежками столько, сколько обычно идет не испытывающий нужды человек.
Повисла тишина – общество обдумывало сказанное.
- Надо же, неверный кутруб или если сердце Раисы видит лучше ее глаз то даже гуль. Хотя в «Сират Сайф» упомянута Гайлуна которая верила в Аллаха и помогла Сайф Зу Язану покинуть долину гулей невредимым. Правда там сказано, что с каждым днем она все больше обретала человеческий облик.
- Или становилась все больше похожей на женщину для Сайф Зу Язана, с каждым днем пребывания его в пустыне… - неугомонный Асад и тут влез со своими шуточками.
Присутствующие мигом уткнулись в свои чашки пряча улыбки, хоть сейчас не время для веселости, но разрядить обстановку у него всегда выходило прекрасно.
- Надо обдумать какие вопросы мы зададим гостю по истечению положенного обычаем срока или если ему захочется поговорить с нами раньше… - а вот это уже серьезно, пришлось Кабиру напомнить о своем праве.
- Думаю положенных три дня после такого перехода он будет только есть и спать, но если и после не захочет отвечать, неразумно будет настаивать, тот кто готов, даже умирая, драться насмерть за ребенка принявших его заслуживает гостеприимства, перед лицом Аллаха говорю вам.
______
С тремя днями Кабир как в воду смотрел – два раза в день (не говоря уже о ночи) он забегал в дом, чтобы узнать от заступившей на бессрочный пост Раисы, что «все по-прежнему». Гостья вылакала налитую в миску воду или молоко, закусила всем пожаренным мясом и небольшим кусочком сырой печенки, и все это – не открывая глаз и, похоже, не просыпаясь. Отхожее место она тоже нашла, не приходя в сознание и без всяких подсказок, после чего вопрос о половой принадлежности «гостя» перестал вызывать какие либо сомнения. Но, тем не менее, к пробуждению все было подготовлено и оставалось только подождать.
Момент этот наступил в середине третьего дня. Миг назад закрытые веки плавно поднялись, показывая миру зеленые глаза на полмордочки, уши покрутились по сторонам, впитывая ставшие привычными за эти дни звуки, пучки волос над бровями уловили знакомые запахи стойбища – дети собаки, верблюды, злой как сатана жеребец, запертый в загоне на дальнем конце, кожа, шерсть. Следом распрямилась закаменевшая от давнего лежания спина, и со стоном наслаждения вытянулись лапы с выпущенным когтями – чтобы в следующую секунду воздух вспороли стремительный движения «боя с тенью», тени приходилось худо. После разминки и проверки боеспособности можно было и оглядеться во второй раз.
Взглянуть было на что – правая половина шатра представляла нешуточную опасность для глаз и добродетели – столько там было всяческих сверкающих золотом вещиц, переливающихся камней и тканей. Но глазищи довольно равнодушно обежали всю эту выставку ювелира. Правда, на небольшом сундучке, из-под открытой крышки которого показывали себя, игриво переливаясь в лучах солнца, многочисленные флакончики, равнодушие в них исчезло. Взгляд испуганно метнулся по сторонам в поиске знакомого входа в спецхранилище, где в герметичном контейнере с маркировкой «осторожно! психотропное ОМП» большинству этих жидкостей и было место, но увы – даже изолирующего противогаза в прямой видимости не наблюдалось. Оставалось только, отскочив подальше, сделать глубокий вдох, осторожно приблизиться к сундучку и аккуратно захлопнуть крышку, постепенно выдыхая воздух, а теперь будем надеяться, что обошлось - потому как все равно больше ничего не поделаешь.
Вторая же половина шатра представляла из себя, выставку многочисленных ковырялок, от украшенных опять же золотом и граненым камнем парадных клинков, до вполне вызывающих почтение ветеранов в потертых ножнах со следами былых боев, которые наверняка скрывали тела, стоящие не в один десяток раз дороже всех этих ярких камней. Были тут и копья, от тонких джеридов, по трое умостившихся в специальных колчанах, до длинных кавалерийских, от одного взгляда на жала которых, с множеством не извлекаемых шипов, холодок пробегал вдоль хребта. Не была обойдена вниманием конская и верблюжья упряжь, были и луки со стрелами и даже праща с камнями.
Но опять взгляд остановился на совсем необычном персонаже, неизвестно какими путями попавшем в этот музей – длинное и прямое тело без ножен отливало серой синевой под крестовидной рукояткой, яблоко которой получалось почти вровень с глазами. Лапы сами потянулись вперед, чтобы в следующий миг переплестись за спиной. Зато глаза просто «ели» каждую черточку увиденного меча.
- Ты можешь взять его, из-за занавеси с другой половины шатра появился хозяин, держа в руках все необходимое для приготовления гаваха (кофе) совсем не старый с весьма жилистой суховатой фигурой, что говорило и о немалой силе и еще большей ловкости, он попал в прицел первого - прямого взгляда после чего надлежало опустить взгляд в землю, как положено обычаем.
- Благодарю, Отец. Тебе точно приходится готовить гавах круглый день… после чего уже точно приходится переставать подглядывать за зардевшимся от такой похвалы хозяином и подхватить на руки новую игрушку.
Смутившийся же от неожиданной похвалы Кабир попытался успокоиться, занявшись привычным делом - перетиранием зерен, ну и тайком дивясь поведению гостьи, которая бормоча что-то вроде «соскучился старичок? Ну иди ко мне -- потанцуем» выволокла из всего собранного громадный двуручник, которым из-за веса пользоваться не мог никто, а перековать этот трофей времен великих битв с неверными на что-то полезное рука не поднималась. Впрочем, гостье он почему то понравился, брови хозяина удивленно полезли вверх, когда ухватив его одной лапой, она подняла вертикально вверх, чтобы затем поставить на ребро горизонтально и небрежно повернув кисть положить лезвие параллельно земле плоскостью, проверяя насколько пригнет острие к земле собственная тяжесть. Мысль о том какая сила нужна, чтобы в таком положении удерживать двуручный меч одной лапой, еще не успела прорваться в голову сквозь твердую уверенность что то , что он видит – невозможно, как гостья, неуклюже размахнувшись «от бедра», попыталась нанести удар.
Разумеется лезвие, чуть не равное ей по росту, попросту утащило ее следом за собой, хозяин уже попрощался с одним из столбов служащих опорой шатру - меч должен был перерубить его где-то на двух третях высоты, но это оказалось несколько преждевременно – выполнив какой-то невообразимый крендель, более достойный опившегося сока лозы гуяра, меч благополучно разошелся со столбом, чтобы ринуться на встречу с пологом шатра, но и с ним разошелся буквально на конский волос прошелестев вдоль стены. И только тогда, когда припав на одно колено гостья, ткнула два раза мечом на манер копья, первый раз просунув его между столбом и висящим на нем мехом с маслом, а второй раз пройдя между шнурками того же меха… Кабир, наконец, понял, что все эти невообразимые кувыркания не были попытками новичка управиться с взятым «не по руке» оружием, а «простым» испытанием воином своего тела после трудного перехода.
Гостья тем временем осмотрела лезвия и хозяин, повинуясь лишь недовольному взмаху ушей (надо же, а ведь и слова не нужны, насколько красноречиво выражают они потаенные мысли своей хозяйки!), сказал:
- Во втором сундуке от входа, - благодарно кивнув, гостья вытащила походный набор по уходу за оружием и, привычно разложив, вытащила из него оселок.
Хозяин напрягся, несмотря на увиденное, все равно ожидая скрежета камня по стали и ругаясь про себя, но камень издал лишь мягкое шипение, выглаживая лезвие.
- Даже то оружие, которым не пользуешься, надо содержать в порядке – никогда нельзя знать для чего оно тебе понадобится.- Пробормотала гостья про себя, а Кабир почувствовал себя вновь пятнадцатилетним пацаном, получившим очередную трепку от наставника – гавах сегодня должен быть исключительный, столько ему было уделено внимания. А этому чудищу пустыни, хоть бы что – высунув язык от усердия, продолжает доводить режущую кромку, но вмиг уши развернулись в сторону, а в следующую секунду и весь меховой шарик пронесся мимо.
- Матушка! Да пребудет с вами милость Аллаха и… - и, вместо продолжения, от избытка чувств лизнула в нос. Кабир же не мог оторвать взгляд от худых рук, с пергаментной кожей, которые бережно держали когтистые лапы… И тут его Раиса, которую он не видел плачущей очень и очень давно, вдруг разрыдалась уткнувшись в плечо неизвестно из какого ада сбежавшего чудища. Женщины, не разрывая объятий, удалились в угол, где после непродолжительного перешёптывания, старшая со всем почтением была усажена, а гуль вернулась к заточке меча. Впрочем, это еще вопрос – кто из них прожил больше лет.
- Думаю почтенный отец, я должна ответить на ваши вопросы. Наверное первый из них – гуль обвела руками убранства, - это мальчик я или девочка, - в зеленых глазах отчетливо загорелись веселые огоньки.
- Наверное, я должна согласиться с очевидным, что девочка, - скорее всего такой кульбит с ушами и фырканье следует трактовать как усмешку.
- А вот относиться ко мне, - загнутый коготь попробовал остроту клинка и недовольный убрался назад, в подушку на лапе, - то, наверное, все же стоит как к мальчику. Во избежание недоразумений, так сказать…
- Дело в том, отец, что женщину моего рода никак нельзя назвать хрупким цветком, неспособным защитить ни себя, ни ребенка. Думаю, мы придем к согласию, что бросить вызов властителю саванн – доблесть, но вот попытка обидеть львенка – уже глупость, просто пережить которую – чудо.
Из угла шатра раздался смешок, да и сам Кабир понял и второй смысл сравнения – лев при всей его силе, обычно не охотится – еду и ему, и львятам добывают львицы.
- Значит, в вашем роду, всем распоряжаются женщины? Вот не думал, что «Сират Сайф» не выдумка курильщика опия.
- Это возможно, но у нас говорят, что «если родом правит женщина, значит конец его был близок». Чтобы взвалить на себя кроме заботы о семье и детях еще и заботу о делах рода – и мудрость мужчин, и терпение женщин должны показать дно.
- А каковы мужчины твоего рода?
- Мало отличаются от любых других, гордые - до заносчивости, увлекающиеся – до самозабвения, отважные – до дурости, любят слушать только себя и изо всех сил стараются стать взрослыми. Некоторым это даже удается – к тому моменту как старость согнет спину в дугу.
Раиса в своем углу тряслась от беззвучного смеха, сгорбившись над своим рукодельем, может что-то он и в ее родственниках недосмотрел – уж очень слова знакомые. Зря она так потешается, пусть и действительно сам виноват – просто гостья, в соответствии с обычаем, отвечает прямо и без утайки, уж в желании что-то скрыть ее точно не заподозришь.
- Как нам называть тебя? На этот вопрос можешь не отвечать.
В ответ – глухое ворчание, и задорное объяснение.
- Я не боюсь назвать свое первое имя, тем более столь щедро меня одарившим, но и злому человеку будет мало пользы – вряд ли самый черный колдун, да защитит нас Аллах, сможет его повторить – особенно тяжело будет правильно махнуть ухом. Но я согласна, если вы дадите мне второе имя, а можно именовать и по роду – вряд ли нам грозит путаница.
- Гюль-чат-ай?
- Можно и короче, я вполне достойна своих предков – хоть и слава о них среди людей не добрая…
Такое впечатление, что краснеть от стыда за сегодня пришлось больше чем за всю прошедшую жизнь, ох и язычок, не подкоротили бы – далеко не каждый способен выслушивать правду, хотя она сама кого хочешь укоротит – на голову, что впрочем еще хуже… Да еще этот взгляд – прямо в глаза и душу.
- Думаю теперь надо рассказать о моей вере, чтобы не вводить уважаемых муслимов в заблуждение. Вот это, - коготь щелкнул по распятию на шее, - просто память о человеке который отнесся ко мне не по моему внешнему виду и славе моего рода. Сама же я продолжаю придерживаться убеждений предков.
- И кому же поклонялись твои предки?
- Мои предки СЧИТАЛИ, что нельзя судить о человеке по его вере, судить о человеке можно только по тому насколько прям его путь. О вере же не стоит даже спрашивать – это его личный выбор, так же как с кем делить воду или растить детей.
- Но как быть, если путь искривится?
- Искривившийся путь всегда пресечется с прямым, и - или выпрямится, или оборвется.
- Но ведь будет и День Суда…
- И Аллах, и бог Исаака и Иакова, через своих пророков говорили, что намерены судить людей также – по делам их. Этот путь и мне видится прямым. Обращение к богу должно идти от склонности, а не от страха наказания.
Повисшая после этого тишина не была напряженной, просто каждый обдумывал сказанное, да и тишины собственно не было – шипел камень, выравнивая сталь, шумела вода в закипающем кофейнике.
- Знаешь, - сказал наконец Кабир, – такой путь мне тоже кажется самым прямым и ведущим под руку Аллаха, но боюсь он слишком прямой для обычного человека.
И замолчал, наткнувшись взглядом на клыкастую улыбку, подумалось - «действительно, как же быстро я об этом забыл…».


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 05.02.2012, 13:00 | Сообщение # 24
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
И снова бой…
Заточку гостья закончила как раз как закипела вода. Проверила когтем, провела лезвием по руке довольно хмыкнула на видимое что-то только ей и прямо поднимаясь с колен нанесла широкий удар снизу вверх, прочертила острием в волосе от свода шатра, счесала невесомую стружку с опорного столба, подхватила ее плоскостью лезвия не дав упасть и нанесла страшный в полную силу удар сверху вниз двумя руками. Кабир ожидал распавшуюся на две половинки чашку с отваром и меч ушедший до половины в землю, но острие лишь пустило круги по воде, да вниз опустился разрубленный лепесток – гуль сумела остановить удар. Еще несколько движений мечом чтобы проверить качество заточки и удовлетворенное хмыканье.
- Это конечно не волос на воде, еще работать и работать, но результат налицо. Тут для него мало места можно выйти наружу?
И едва дождавшись разрешения выпрыгнула наружу, пришлось вставать и идти следом – зрелище похоже стоило того.
Удивительно, но гуль не выбежала на открытую и утоптанную площадку перед шатром, а замерла приподнявшись на цыпочки, держа меч свечкой вертикально, так что пришлось сдержать шаг чтобы не упереться ей в спину. Кабир уже обирался спросить куда это она так всматривается в западной стороне лагеря, когда она метнулась на шаг вперед, а меч друг дернулся описав стремительную дугу, и в тот же миг что-то очень больно ужалило в щиколотку. С трепетом взглянув вниз, Кабир, скажем так, опасался увидеть там свою ступню отдельно, хотя меч, при все его длине, достать до ноги никак не мог, но и вариант с уползающей змеей тоже не радовал.
Внизу лежала стрела, спаси Аллах – змея б и то была лучше! Еще не веря он посмотрел на ее широкий наконечник и каплю собственной крови первой появившейся на порезе. Разум еще не осознал всего случившегося, а тело опытного воина уже вскидывало голову вверх, чтобы успеть рассмотреть врага. И взгляд тут же уперся в жало другой стрелы, буквально в трех пальцах от переносицы. Сердце пропустило удар, пока пыталось осознать, почему он все еще жив. Потом гуль спокойно оперлась на крестовину меча и откусила наконечник стрелы пробивший ее правую лапу, буркнула задумчиво про себя – «надо же, бронебойной не пожалели…» и так же спокойно шагнула поднимая меч навстречу летящим стрелам, бросив не оборачиваясь:
- Отец, думаю следует одевать бронь и браться за оружие, эти, - острие меча указало на врывающихся на стоянку через поваленную с западной стороны ограду, черные фигуры всадников, - похоже не собираются щадить ни младенцев, ни старух.
Накинуть кольчугу дело привычное и не долгое, сабля и так была на боку, оставалось только схватить привычное копье, чехол джеридов и, прикрывшись щитом, шагнуть наружу. Вроде бы и времени прошло немного, но Кабиру досталась только роль зрителя – все были слишком далеко, чтобы принять хоть какое то участие.
За бросок копья- джерида стояла его гостья спокойно смотря на троих несущихся на нее всадников. Первый верхом на дромадере был уже совсем близко нацелив жало длинного копья прямо на замершую, от ужаса как он наверняка думал, фигуру не пойми кого. Вряд ли он осознал кто перед ним, в бою вообще воспринимается только важное, а самым важным тут была полоса стали, а в руке она там или в лапе, да и одет противник в халат или почему-то в шкуру – со всем этим можно разобраться потом.
А вот то, что произошло дальше – иначе как ожившей легендой назвать было нельзя. Кабир много слыхал их за свою жизнь, а вот увидеть вживую эти фантазии поэтов как-то не ожидал. Оказалось, для оживления легенды нужно совсем немного – вот кончик меча бросается вперед встречаясь с жалом копья и, пользуясь своим весом и встречным движением отжимает его вниз – к земле. Всадник, понимая что остается в очень невыгодном положении, осаживает дромадера и откидывается назад, пытаясь разорвать контакт и освободить жало для удара, но разгон неумолимо влечет его вперед и жало копья все же втыкается в землю, правда – уже позади гуль, и собственное копье не выбило противника из седла, как вероятно она ожидала.
Теперь уже у нее острие смотрит за спину, а рукоять вперед, воин пытается бросить копье и схватиться за собственный клинок, но оказывается, что она готова и к такому развитию ситуации. НЕ пытаясь нанести удар, этот комок шерсти попросту наступает на древко копья сразу за жалом, прижимая ратовище к бедру всадника, и… попросту взбегает по древку вверх!
Вот оказывается, что нужно чтобы легенда оказалась правдой – когтистые лапы с таким же большим пальцем, как на руках, которые могут зацепиться даже за полированное дерево древка.
Замерев с копьем в руке и прикрывшись шитом Кабиру оставалось только смотреть, как вслед за своей хозяйкой полоса лезвия не спеша заскользила вверх, прочерчивая темный след по шее несчастного животного. Казалось, что даже с тридцати метров он видит удивление и обиду в его глазах – «как же так, почему больно?». Между тем поперечина меча аккуратно откинула в сторону бармицу и полоса стали заскользила по плечу легко «касаясь» шеи замершего в нелепой позе воина – он успел лишь ухватиться за рукоять бесполезного теперь меча. Кабир был готов поспорить на что угодно – взгляд этого еще не осознавшего свой конец человека был таким же удивленным как у его верблюда.
А «чудовище пустыни» тем временем, опрометчиво оставив за спиной смертельно раненого врага, просто прыгнула навстречу острию копья несущегося на нее второго атакующего. Меч и копье столкнулись, лезвие встретило жало своей серединой и оттолкнуло его вверх и влево, в то время как острие практически невесомо «чиркнуло» чуть ниже подбородочного ремня шлема. А потом набравшее разгон тело рухнуло на круп коня, заставляя его почти упасть от удара.
Скакавший следом всадник копья не имел, и это дало гуль время, чтобы сделать мечем полный мах, безо всяких изысков обрушив на нового противника удар сверху. Вскинутую в защиту саблю меч вообще не заметил, попросту столкнув со своего пути. И Кабир увидел «вживую» еще один эпизод из легенд – как рубят человека от плеча до седла, вместе с доспехом, да так что две половинки падают по разные стороны коня.
Всего-то и надо – меч весом в восьмую часть веса взрослого мужчины и руки способные нанести этим чудовищем удар. А половинки действительно упали – едва гуль сделала новый прыжок, пожалуй по сравнению с предыдущими, это скорее всего был просто «шаг» со спины заваливающегося коня.
Новое животное, почувствовав на своей спине когти хищного зверя, взвилось на дыбы, протанцевав на задних ногах полукруг, но гуль держалась крепче клеща, хотя в седле просто стояла. Тогда жеребец просто рванул вперед, не разбирая дороги. Гуль же плавно повернулась лицом по ходу скачки, разгоняя лезвие в два призрачных крыла.
Захотелось зажмуриться – больше всего это напоминало упражнение по «рубке лозы». Рванувшимся мстить за убитых налетчикам, просто нечего было противопоставить длинному и тяжелому двуручнику и рукам способным наносить им удары такой скоростью, будто это легкая сабля, даже копья оказались слишком короткими и легкими, слившееся в круг лезвие просто отбрасывало их в сторону. Ударить же не всадника, а коня никому в голову не пришло, а вот гуль не щадила никого и зачастую голова коня или верблюда падала рядом с головой или рукой его хозяина. Казалось вдоль главного пути стойбища до колодца, а потом дальше к проломленной ограде промчался смерч, разбрасывая в стороны копья, руки, головы и просто куски людей и лошадей.
Нападающие, а их как оказалось было всего около двадцати всадников, закончились быстро, пытавшихся укрыться между шатрами добили наконец взявшиеся за оружие соплеменники. Впрочем – на самом деле прошло совсем немного времени, с момента первой стрелы и до того как был выбит из седла последний нападавший - не больше сотни ударов сердца, если б оно не забывало в это время биться, а потом взахлеб не пыталось нагнать упущенное.
Кабир с беспокойством глянул на гуль, управиться с понесшим конем может оказаться сложней, чем с десятком разбойников и… увидел собственную смерть. Из перемычки между дальних глиняных холмов не спеша выходил построенный клином конный отряд, точнее – уже вышел и начинал разгон вниз по склону, опустив копья и разворачивая строй. Это был конец – остановить удар такой массы было просто нечем, хоть и людей в клане было не меньше, но ни вскочить на коней, ни построиться для хоть какой-то, организованной обороны мужчины клана просто не успевали.
И прямо на этот строй нес конь свою наездницу, последнее впрочем, неверно – было четко видно как маленькая фигурка мазнула лапой вниз, ударом стали по крупу заставляя своего коня идти вперед на ощетинившийся копьями строй. Кабир вскакивая в седло подведенного ему коня не мог оторвать глаз от этой картины – редко кто может принять свою судьбу с таким мужеством, и видя неизбежность до конца следовать долгу. Жаль что это бессмысленно – видел он и раньше как храбрецы или отчаявшиеся бросались в одиночку на строй, редко кому удавалось взять хотя бы одну жизнь врага взамен своей, строй этим и силен – своей несокрушимостью.
Правда здесь происходило то, что редко встретишь и в легендах – больше всего столкновение походило на катящийся через тростник валун, самого «валуна» видно уже не было, эти все же догадались ударить коня, но собственный разгон неумолимо выносил под удар гули все новых противников и, по вскидывающимся перед тем как рухнуть коням, было понятно – свою безжалостную эффективность она не потеряла, и продолжала рубить все до чего смогла дотянуться.
А потом, поток схлынул, оставив маленькую фигурку, опершуюся на меч на конце длинного языка мертвых тел и бьющихся коней. Фигурка мигом вскинула свое оружие на плечо и припустила карабкаться по крутому склону левого из холмов. Там, на вершине, она замерла на миг, подняв свой меч, но увидев, что ее никто не преследует, сделала странный жест и исчезла за гребнем.
«Беги», - подумал Кабир, - «в твоем родном доме – пустыне, пытающиеся найти тебя, найдут только свою смерть. Ты и так сегодня сделала много больше, чем в силах даже нечеловеческих».
Оставалось только воспользоваться такой удачей - атакующие потеряли скорость, а потом и вовсе остановились под летящими в них стрелами, разом потеряв всю монолитность строя, бестолково и не организованно попробовали сначала отвечать, потом закрутить карусель и, наконец, отойти и перестроится.
Своим многолетним боевым опытом, всем своим существом напряженным от восторга битвы Кабир понял что произошло – в своей боевой ярости, гуль прошла прямо через центр четвертого ряда клина попросту вырубив всех кто этим нападением командовал, теперь атакующие теряли жизни и драгоценные мгновения чтобы разобраться кто теперь главный и что надо делать. Это был шанс – мужчины вскакивали на коней, женщины и подростки успевали взяться за луки. Надо было еще успеть выстроить свой строй и победить в схватке, еще ничего не было решено и многим еще предстояло отправиться на суд Аллаха, но победа для нападавших уже не обещала быть легкой.
Кабир послал скакуна вперед, чувствуя, как с боков к нему присоединяются все новые и новые воины, даже немного придержал начавшую разгон лаву – с восточной стороны прискакал, нахлестывая коней, дозор и практически одновременно с ним – еще больший отряд воинов бросивших свои шатры, что стояли дальше – возле второго колодца.
Небольшое ядро его родственников – братьев и племянников все больше обрастало ощетинившейся сталью и вот вперед, на встречу с наконец пришедшим в себя противником, рванулась неудержимая волна – молча, без обычных кличей и оттого страшно.
Все ближе и ближе, глядя между спин скачущих впереди Кабир наметил первую цель для своего копья, затем вторую – для сабли, но - сегодня был не его день. С вершины остающегося справа холма сорвался, видимый даже при полуденном солнце, пучок молний и прошелся по противнику, выбивая всадников из седла. Миг и большая часть отряда противника перестала существовать, остальные не выдержав произошедшего попытались искать спасения в бегстве, но безуспешно – огорченные сорвавшейся битвой воины Кабира в едином порыве перекололи и порубили побежавших.
Он же сам, только вонзив копье в спину бегущего понял, что совершил недостойный его поступок – глупость. В попытке напитать сталь кровью поправших обычаи он забыл о долге – в первую очередь надо было взять пленных, теперь же о том кто на них напал и зачем придется лишь гадать.
__________
В компании внука и четырех подростков прискакала Гульчатай. В глаза бросилось первым делом поведение лошади, та хоть и слушалась команд, но выглядела совершенно отрешенно от происходящего, видимо, чтобы избежать неприятностей, гуль применила свое колдовство. Потом взгляд переключился на всадницу, было все же удивительно видеть женщину в доспехах, причем заметно, что носимых привычно, и при оружии, ну а «рогатый» из-за столь выдающихся ушей шлем вообще не походил ни на что. Удивляла и привычная посадка в мужском седле, хотя эта уверенность опытный взгляд обмануть не могла – на коне гуль сидела не больше чем пятый раз в жизни, и держалась исключительно на врожденной ловкости и гибкости.
Пока неслись назад на стоянку, чтобы оценить размер беды взгляд обеспокоенно то и дело останавливался на спутнице, странно, но это чудовище пустыни успело войти в сердце накрепко. Под шерстью, залитой начавшей спекаться кровью, было сложно разглядеть раны, скованности в движениях она тоже не проявляла, но глядя на ее правую руку, сейчас уверенно держащую повод, невольно вспоминался торчащий из нее наконечник стрелы. Почему же гостья не надела свой странный доспех – отчего-то была уверенность, что он смог бы ее защитить лучше самой дорогой кольчуги.
- Ну кто же является просить воды снаряженный как на штурм крепости?
Интересно, она действительно мысли читать умеет? Но в этот момент подскакали, наконец, к родному шатру, от которого им навстречу бросилась Раиса, забыв, что у нее в руках саадак с луком и стрелами. Бросилась правда не к Кабиру, а к гули, чем слегка его удивила. Гульчатай же успела бросить на него немного виноватый взгляд и неуловимым движением уклониться от распахнутых объятий, вмиг оказавшись за спиной Раисы. Там она в свою очередь обняла ее прижав руки к телу, одним движением потерлась об щеку и лизнув в ухо горячо зашептала:
- Не волнуйтесь матушка, все в порядке, только вот тискать меня не надо – хоть и ничего серьезного, но живого места не осталось. Шкура только благодаря клею клочьями и не висит. А теперь простите – у нас очень много дел.
После чего, вдруг оказалась за несколько шагов, и воздух прорезал голос, от которого зазвенело в ушах – слышим ясно он был наверняка не только по всему стойбищу, но и возле второго колодца.
- Раненым остановить кровь после чего – всех СЮДА!!! Стрелы – ни в коем случае не вынимать и НЕ ТРОГАТЬ!!! Быстрее!!!
А сама рванулась вокруг каким-то странным зигзагом в результате чего все оказавшиеся в пределах видимости мигом были направлены на выполнение десятка задач – от вскипятить и охладить воду, до поиска бальзамов и прочего необходимого при ранах. Сама гуль успела вытряхнуть из своей громадной переметной сумы на принесенную по ее приказу кошму набор великолепных хирургических инструментов и, ухватив из него что-то, рванула навстречу ручейку раненых, которых вели или несли родственники.
Сам Кабир уверив себя, что тут его команды не нужны, занялся той частью работы, про которую гуль не позаботилась – отослать несколько отрядов проследить за округой и поискать затаившегося или стремящегося уйти врага, отправить две пары самых лучших разведчиков разобраться почему врагам удалось приблизиться незамеченными, назначить брата главным по сбору и учету трофеев и коней, добыча была удивительно хороша, выслушать слова о тех, кто уже никогда не поднимется в седло – словом, занялся обычной послебоевой суетой.
Но любопытство просто грызло изнутри, потому раздав приказы и назначив тех, кто будет их исполнять, постарался вернуться как можно быстрей назад. А там картина была более чем занимательная – гули наставляла старшую из дочерей второго сына, Азхар – этот только еще начавший распускаться бутон (уже одиннадцать, на следующий год надо отдавать в чужие руки), сейчас вид имел бледный. Азхар с ужасом смотрела на свои руки с окровавленным ножом в них.
Перед ними на кошме лежал парнишка тринадцати лет, Ясин из семьи троюродного брата, взгляд мигом зафиксировал самое важное, благо срезанная только что одежда не прикрывала рану, из которой торчало аккуратно укороченное на ладонь от тела древко стрелы. Удар пришелся в левую сторону груди на ладонь ниже ключицы, не перебив кровяное русло, но утешало это слабо. Судя по тому, что наконечника не видно – стреляли почти в упор, достать такую стрелу невозможно, надо рискуя отворить кровь проталкивать ее вперед, но острие неминуемо упрется в лопатку. Парнишка сам серый губы синие, дышит плохо, но пока не в беспамятстве.
Кабир уже хотел предложить свои услуги – надо было вывернуть правую руку так, чтобы наконечник, если на то будет воля аллаха, смог покинуть тело, но прислушался к разговору.
- … тетя гул, но я ведь ничего не умею, зачем я вам…
- Я, деточка, крови боюсь, - тут Азхар мигом забыв про свое нытье вздернула носик, дескать она крови не боится, забыв о своих страхах, - вот я и буду все тебе рассказывать, а ты запоминай. А как увидишь, что я млеть начинаю – за ухо меня дернешь. Ну и там подать-помочь не помешает – дело-то делать надо.
Говоря все это, она полоскала в белой мути что-то больше всего похожее на металлическую змею.
- Смотри первым делом надо убрать от раны все лишнее, это ты уже сделала. Потом вокруг раны надо смыть грязь целебным отваром, чтобы грязь в рану не попала, а то потом гноится будет. Если отвара нет, сойдет вскипяченная и охлажденная вода, просто чистая вода, свежая моча в конце концов – тоже прекрасно.
- Теперь смотри, чтобы лечить надо в первую очередь понимать что происходит. Если я тебя когтем пониже спины ткну – ты отдёрнешься, ну и взвизгнешь наверняка, это – реакция тела, от разума она не слишком зависит. А тут – ткнули и очень сильно и очень глубоко, мышцы вокруг раны инстинктивно сжимаются сами, закрывая ее, это хорошо, потому что не дает истечь кровью и плохо, потому что наконечник теперь просто так не вытащить. Даже если на нем нет зазубрин, то он все равно повернулся внутри тела и при попытке достать нанесет новую рану. Ну а зазубрины тут есть и при попытке достать просто вырвем кусок мяса, нанеся громадную, незаживающую рану.
- Для доставания стрел применяют специальный инструмент, но чтобы раненый не мешал, делаешь так, - молниеносный удар лапой куда-то за ухо и парнишка обмяк, закатив глаза – триста ударов сердца у нас есть, это если конечно так умеешь, если не умеешь – можно дать одурманивающий отвар или просто позвать троих мужчин покрепче, чтобы держали. Теперь суем инструмент следом за стрелой и поворачивая вокруг древка пытаемся найти положение наконечника, ты ведь помнишь что он повернулся почти наверняка? Ну вот, теперь осталось захватить угловые шипы и острие… можно вынимать.
Наружу показался наконечник как бы охваченный этой лентой, весь перемазанный черной свернувшейся кровью. Но следовало еще продолжение.
- Теперь надо было б брать иголку с ниткой из кипятка и зашить рану, и главное не забыть – каждый стежок закрепляется отдельно узлом. Впрочем, у меня пока есть средство получше – клей который может клеить не только мертвое, но и живое. Вот, теперь все, сиди и держи свою руку на этой жиле, как только начнет трепетать или биться редко – зовешь меня, как очнется, дашь отвар напиться, главное не давай вставать, будет упрямиться – зови меня или кого-то из взрослых.
И в следующий миг гуль уже рядом не было вместе с ее змей и котелком, в котором она любила купаться. «Ладно», - подумал Кабир, «парнишка действительно хороший – если выживет, да и родство дальнее, будет хорошая пара». Но стоило поспешить следом, как оказалось, большинство раненых уже были обихожены и отпущены, под присмотр родни, самые тяжелые – оставлены на общественной половине шатра под присмотром родственников и самой гуль, что характерно даже самые вздорные женщины повиновались у нее одному движению уха.
Оставался самый последний – широкий наконечник распорол живот, выпустив наружу кишки. Будь они в походе – ничего бы иного кроме как облегчить страдания, здесь же несчастному предстояло долго умирать на глазах у родни. Но гуль все равно не сдавалась несмотря на клонящееся к закату солнце, продолжая копаться в потрохах своей змеей. Когда же Кабир вернулся с похорон погибших, предать тела которых земле надлежало, согласно воли Аллаха, до захода солнца, то он с удивлением обнаружил и последнего раненого спокойно спящим, а чудовищную рану – превратившуюся в тонкую красную нитку.
На вопрос, кто из раненых доживет до утра, чудовище пустыни сказала - «были б у меня годные для людей лекарства…» и неожиданно горько разрыдалась, после чего была уведена на семейную половину шатра. На позднем обеде в честь ухода многих в лучший мир вспоминали и безрассудную храбрость гостьи, и ее силу, уважаемые люди делали и намеки по поводу взятых трофеев, но пришлось отложить все вопросы. Отчаянный храбрец и силач в это время разводил сырость в обнимку с младшенькой внучкой. На вопрос что так расстроило гостью Лала, смешно важничая, заявила – «ей лошадок жалко», после чего убежала назад утешать свою новую «тетю».
Ладно - когда Аллах создавал время, он создал его достаточно.


"Паровой каток параноидальной логики изящным пируэтом обвивает нежный росток настоящего чувства" (с) Калашников С.А.
 все сообщения
al1618Дата: Воскресенье, 05.02.2012, 13:02 | Сообщение # 25
Зубр
Группа: Авторы
Сообщений: 3771
Награды: 25
Статус: Offline
Женское счастье…
Если человек по-настоящему счастлив, помешать ему не может ничто. Ни смертельная усталость, ни боль, ни неопределённость будущего, ни тяжелые воспоминания - потому что обычно счастлив ты все же "вопреки", а не "потому что". Счастливой можно быть даже во сне, как вот я сейчас. И пусть затекло все вплоть до ушей, которые не выпускают из себя маленькие кулачки, и пусть со всех сторон упираются и толкаются остренькие коленки-локотки, а по спине стегают, поднимая полосой шерсть, ревнивые взгляды - плевать на все, ради этого детского запаха можно стерпеть и гораздо большее...
Сознание возвращается рывком, разом смывая ощущение радости. Если б не боялась потревожить сон вцепившейся в меня ребятни, сейчас бы скулила и скрипела зубами. Как же мне плохо... Видимо уровень боевой химии в крови, наконец, упал и мне стало доступным ясное понимание произошедшего.
Там, в бою было не до переживаний, тем более с тем коктейлем, что вогнала в меня аптечка, будь она трижды проклята и благословенна. А вот сейчас наступает время расплаты, время осознания, что же я на самом деле натворила. Изнутри начинает пробиваться неконтролируемая мышечная дрожь, натурально трусит и как бы не ломает и, почувствовав мое состояние, детские ручки разом сжимаются, удерживая меня на миг на краю, даже успеваю подумать - "спасибо родимые", прежде чем поток воспоминаний о прошлом сумасшедшем дне выбивает меня из реальности.
Начало было просто замечательное, в том смысле, что очухалась я не в клетке, и не на цепи. Удивительного в том ничего не было, несмотря на забытье, я вполне контролировала происходящее вокруг и своего перемещения точно бы не прозевала, а вот почему это не произошло - уже проходило по разряду чудес. Но задумываться над этим было некогда, я всеми силами интриговала, пытаясь сохранить за собой положение и привилегии "гостя", чтобы не встать перед необходимостью драться за свою свободу, да еще с теми, кто фактически спас мне жизнь.
Так что эта неухоженная железка под двуручный хват попалась мне очень вовремя, нет ничего более успокаивающего, чем занять чем-то лапы, когда в себе не уверенна, а уж оружие для этого подходит ну просто изумительно. А двуручник вселял уверенность просто одним своим видом. Было в нем что-то такое... надежное, как плечо друга. Вот "режик" мой, хоть он и той же длинны, такого чувства не внушал, слишком много всего в него понапихано, не знаешь, за что хвататься. А этот весь понятен - прямой, тяжелый, цельный и предназначенный только для одного, но уж это "одно" он будет делать так хорошо, насколько хватит сил и умения взявшегося за рукоять.
Сил у меня на него более чем достаточно, а вот хозяин мой такого впечатления не производит, хотя слабым его не назовешь, жилист и сух, скорее всего, быстр и точен в движениях, но совсем не гигант, и едва ли больше меня весом. Собственно этим, видимо, можно объяснить "позаброшенность" двуручника - чтобы управится с ним местному, он должен иметь габариты явно исключительные, а вот я с ним должна управиться легко, спасибо не так давно слезшим с деревьев предкам.
Так что не удержалась от того, чтобы понтануться - пару раз махнула железкой, как гимнастической палкой, красиво и эффектно, хорошо что тут нет моего инструктора по "фехтованию", он бы мне за такое так мозги вправил - неделю бы сидеть неудобно было. Но Кабир впечатлился, а это самое главное, чем более сильной он меня будет считать, тем лучше, пустыня не место для слабых, настоящее уважение вызывает даже не сила, а четкое понимание ее границ.
Правда, после "демонстрации" пришлось просить инструмент по уходу за оружием, чтобы чем-то занять лапы и не показать гостеприимному хозяину, как они трусятся. Эта маленькая гимнастика практически выпила из тела все невеликие силы, да еще и показала, что восстанавливать навыки владения оружием мне придется с самых азов, слишком многое забыло тело за эти годы - обычного развлечения с манекенами в спортзале оказалось слишком мало для поддержания формы. А пока я изо всех сил "надувала щеки", пытаясь найти выход из дурацкой ситуации, в которую сама себя загнала - какой из меня теперь крутой боец и какого ... ... было его тогда из себя строить?
У нас, честно говоря, фехтовальной школы-то вовсе и нет, точнее - нет навыков "работы" по человеку с оружием. Для выяснения отношений - только когти и зубы, да и там каких-либо навыков по поражению специально не вырабатывают, потому как назначение у дуэлей совсем другое. Но есть ведь и другое применение для острой стали - против того же гхыра выходить с зубами и когтями можно только от отчаянья. Так что все навыки, что остались у меня под зверье заточены, никаких парирований и собственно - фехтования - там нет ,глупость это, не отклонить при всем желании направленный на тебя рог или копыто, если твой противник тебя в десяток раз тяжелее и в-надцать раз сильнее. Так что все удары тоже - только на поражение. И навыков каких-то фиксированных движений нет - зверей много, у каждого свои повадки, это не разумный противник, которого УЧАТ выполнять стандартные движения, скрывая за ритуалом суть и давая подсознательный навык УБИВАТЬ, не чувствуя угрызений, чтобы осознание не мешало автоматизму движений. Схватка со зверем всю суть боя проявляет четко - главное победить или хотя-бы выжить. И оружие, понятно, тоже соответствующее - длинноклинковое, чтобы можно было крупную зверюгу как можно дальше от себя удержать, и маневренное, чтобы можно было одному от средних стайных отбиться. Так что меч этот хорошо в лапу лег, как родной. Правда есть еще предпочтение - чтобы древко было подлиннее, у моего "режика", рукоять не даром полая - как раз древко вставлять, но и эта не беда - у двуручника рядом с гардой место есть не наточенное, как раз под хват лапой, так что в случае чего им сработать знакомыми ухватками можно будет вполне. Словом, удачно он мне в лапы попался.
Раззадоренная собственными размышлениями, рискнула понтануться во второй раз и неожиданно это прокатило - везет мне сегодня. Кабир впечатлился окончательно, но главное было в другом - что-то шевельнулось внутри, какое-то воспоминание тела о былом, давая слабую надежду, что не все забыто окончательно, и семью потами на тренировках, или прямой угрозой целости шкуры в случае прихода неприятностей, утерянные навыки можно будет вернуть, ну хотя-бы частично... ну пожалуйста...
Но тут спокойный участок воспоминаний миновал и все, как и в жизни, полетело кувырком. И ведь не скажешь, что предостережений не было, просто одна раззява их неправильно истолковала. Чувство нарастающей опасности было с самого начала разговора, собственно, все мои понты с ним только и связаны были. Я-то думала, что это из-за того, что хожу по краю, на грани нарушения обычаев, когда отношение хозяев может резко поменяться, но они наоборот, чем дальше, тем больше проникались ко мне доверием, а чувство беспокойства наоборот росло.
Так что когда опасность услышали уши, я была уже вся на взводе, потому ляпнув первое что пришло в голову, выметнулась из шатра наружу. И увидела...
Господи, как же мне стало страшно! И как жить захотелось... Это вам не бои, где о гибели противника сообщает погасшая отметка на тактическом экране, и даже не когда, после залпа штурмовика, зеленое ущелье превращается в кипящий огненный филиал ада. Тут ты видишь глаза целящегося в тебя человека, и как не спеша стрела сходит с тетивы. А посреди всего этого - я, голая дура, без брони и привычного оружия с одной железкой в руках, зато прекрасно всем заметная и бросающаяся в глаза, как барабан в ванной комнате, и значит - шансов пережить заварушку у меня практически никаких. Тем более, что налетели явно беспредельщики - об этом говорит одна атака с противоположного конца стойбища, шатер шейха - он не просто так возле входа стоит - самый богатый и лучше всех экипированный воин первым встречает гостей и "гостей". А эти значится, решили пойти другим путем и, следовательно, живых свидетелей оставлять не намерены. Страшно-то как... хорошо хоть после обезвоживания никакой лишней воды в организме нет, а то точно обоссалась-бы, бесстрашный воин, блин...
За всеми этими размышлениями из серии "вся жизнь перед глазами", тело, оставленное без присмотра впавших в ступор мозгов, начало действовать самостоятельно - как учили. Острие меча описывает полукруг, а лезвие встречает подлетающую смерть - плашмя и под углом заставляя соскользнуть в сторону, с медленно летящей стрелой этот фокус вполне возможен, скорость лезвия не сильно от нее отличается, а вот масса несопоставима. Вторую стрелу отбиваю вверх и в сторону крестовиной рукояти, едва успев убрать с ее траектории ухо, когда это я смогла хват поменять? Третья не моя... зато ..ть! Прыжок спиной назад сделал бы честь любому вратарю, еле успеваю выбросить в сторону лапу "вынимая" из воздуха летящий предмет, руку от кисти до сердца простреливает боль - ... ... ..., я же не на тренировке!
И видимо эта боль и получилась последним добавлением к плещущемуся между ушей ужасу, чтобы начала действовать моя внутренняя аптечка, тоже - как учили. А учили ее довольно просто, миг на срабатывание и в кровь уходит коктейль, способный заставить бросится коршуном на лису обычную курицу. Причем курицу, которой эта самая лиса только что отгрызла бошку, действительно - зачем курице думать? А тело вполне может двигаться на вложенных рефлексах и инстинктах.
Меня этот удар попросту "вышиб из тела", а я-то думала, что народ привирает про такой эффект (при ранениях он обычно бывает, ну и при клинической смерти), оказалось, что вполне имеет место быть. Так что стою я неприкаянным приведением в сторонке и смотрю, как будет убивать мое тело, ну и как будут убивать ЕГО. Одно хорошо, на этой постановке у нас места в партере, все остальное плохо - можно только смотреть и переживать.
Тело, надо сказать, основания для волнений давало много, потому что продолжало понтоваться. Впрочем, его ничему другому не учили: высокие прыжки, широко амплитудные движения, легкие "касания" режущей кромкой - "бой с андроподобными ботами" одним словом. Как на тренировке, блин. Любой сколько-нибудь серьезный и опытный боец уделал бы меня в две секунды.
Уж, не знаю, насколько мои первые противники были серьезны, но все решило отсутствие опыта - они не ждали такого поведения, а приобрести опыт я им просто не дала. Выехала, что называется, на "голой физике", противник привык биться имея крепкую опору под ногами, нет у них когтей на нижних конечностях, чтобы ими надежно цепляться, как и лишнего сустава на ноге, позволяющего делать высокие прыжки с места, а массивность меча оказалась достаточной для поражения даже при касании. Так что чисто "спортивный" рисунок боя оказался неожиданно эффективным...
Вот, блин, накаркала - на последнем противнике "тело"-таки лажанулось. Одно дело "отмечать" поражения пусть и восьмикилограммовой железкой, и совсем другое - полностью отсутствующие навыки рубки, там ведь усилие надо дозировать в зависимости от цели, а откуда таким умениям взяться? На манекенах их не сильно получишь. Так что последнего противника рубанула "от души" разрубив не только тело, но и седло и похоже достав спину коня - уж очень он заметно дернулся и попытался сорваться с места. Пришлось вынужденно "перешагивать" в новое седло, ломая весь рисунок боя и пытаясь выдрать крепко завязшую железку. При этом несчастному коню досталось понятно еще больше, и он рванул, не разбирая дороги, прямо на желающих отомстить, хорошо хоть эти "желающие" поступали в порядке очереди, поскольку не догадались сбить хотя-бы подобие строя.
А наблюдать со стороны даже забавно, особенно, если не обращать внимание на скулеж и волны эмоций от моей предшественницы (прощай крыша, а ведь раньше почти не текла), она-то не знала, чем все закончится оттого и переживала. Со стороны благоприятный результат объясним довольно просто - сердце уже успело разогнать отраву по всему телу, теперь реакция скакнула, а мышцы напряжены, в то время, как суставы могут гнутся и фиксироваться в самых невообразимых состояниях, действия стремительны, резки и разрушительны, это искусственно вызванная каталепсия - нарколепсия. Да и инстинкты у нас надо сказать... Тело не различает противников и просто рубит все, что "не его вида", не делая разницы между всадником и конем, хорошо хоть "свои" пока не очухались и на пути не попадаются - повезло. Местные к такой тактике не готовы - конь величайшее богатство.
Вот вынесло меня к проломленной ограде стойбища и "тело" увидело новых противников, оглянулось, оценивая обстановку, и погнало свое транспортное средство прямо "в лоб" атакующему строю. Это, видимо, "включилась" какая-то из десантных программ - прикинув, что шансов выжить нет, решено разменять имеющийся "ресурс" на время для мобилизации.
За тридцать метров от строя встречает "дождь" из джеридов, отбить или увернуться от медленно летящего дротика даже проще, чем от стрелы, но вот нет никакой возможности защитить коня, и в следующий миг он падает, сбрасывая чуть не оставившего в седле увязшие когти всадника. Прямо под копыта атакующего строя.
Кажется, что это конец, но на самом деле - спасение. Дело в том, что даже в бою конь на человека не наступит, может ударить грудью, лягнуть, укусить, но не наступит. Не из великого человеколюбия, просто он боится споткнуться, для него это точно верная смерть, как и для тех, кто споткнется уже об него, потому этот страх закреплен на уровне инстинкта. Конечно, любой инстинкт можно преодолеть - тренировками или просто надев шоры, но тут так не делают.
А вот у нас... Помните я говорила, что все "единоборства" завязаны на противодействие животным? Так вот, если с крупным хищником лучше держатся на дистанции, а со стайными - создать угрозу одновременно всем (иначе тебе элементарно прыгнут на спину), то с копытными - главное - не дать себя затоптать. Так что у нас любимым развлечением в возрасте от пяти до семи было именно наработка этого навыка. Кто-то гоняет по кругу... эээ, не коней конечно, но слегка похожи, а остальная ребятня переползает или перебегает этот круг (как договорились), кто больше раз смог - тот и выиграл. Травмы к слову были редкостью - не зевай и не наглей, а главное - не бойся - и ничего с тобой не случится.
Правда, это только для лошадей - те, кто ходят на одном пальце очень его берегут, а вот со свиньями такое лучше не пробовать - не затопчут, так сожрут. Вот так-то, а уж если есть в руках клинок...
Словом, когда в глазах развиднелось, оставалось только рвануть побыстрее на крутой склон, пока никто из всадников не развернулся и не ударил в спину, на косогор им точно не забраться.
Короткий взгляд за спину - "время есть, немного", противник дезорганизован, а местные, наконец, начали сопротивляться. Так что рывком к оставленному в тайнике оружию и броне, удачно я его с противоположной стороны от точки своего захода прикопала...
Когда пришкандыбала назад с языком на плече, на последних каплях адреналина, то оказалось, что можно было не спешить - время сейчас неспешное и воюют также. Ну и отлично - меч острием в глину, цевье винтовки на его крестовину - "щелкаю" пальцем "фотографируя" мишени и отслеживая, чтобы система наведения взяла цели на сопровождение. Как там, в наставлении для снайперов - "первыми выбивать командиров", в местных условиях это те, кто побогаче одет с лучшим оружием, второе - "если командиров определить нельзя", то бьем "тех, кто больше всех машет руками".
Ну вот, они, наконец, решили повоевать, и двинулись на встречу лаве моего племени (я что - сказала "моего"?), и разгонный генератор как раз вышел на режим... проверить маркеры сопровождения... ОГОНЬ.
Всё, можно передохнуть...
И мне... - выныриваю на поверхность, хватая ртом воздух и пытаясь унять колотящееся сердце. Дети вокруг спят беспокойно, но никто вроде не проснулся, только прижимаются сильней. Оп, кажется, меня кто-то в ухо лизнул... приятно. И есть миг передохнуть - ПЕРВЫЙ КРУГ ПРОЙДЕН.
А вы что думали - это все? Это как раз была самая простая часть...
Еще успеваю почувствовать провал вниз и меня накрывает поновой. Если раньше я была сторонним наблюдателем, то теперь предстоит полной мерой прочувствовать все упущенное. Как поддается плоть под скользящим мечем, и вибрация оружия передает ужас осознавшего собственный конец человека. Хруст разрубаемых костей. Полные ужаса, а потом стекленеющие глаза. Ярость и боль.
И всесокрушающий запах крови и сырого мяса - такой желанный и вместе с тем вызывающий рвотные спазмы. И запах смерти - страх и экскременты. И все это каждый раз по-новой, с каждым новым убитым...
Где-то там, далеко, в другом мире, выгибается дугой прикусившее язык тело, а рядом скулит и воет от невыносимого ужаса некто, кто совсем недавно отстраненно наблюдал и оценивал "боевую эффективность". Ему сейчас не до отстраненных рассуждений - он чувствует, как расходятся скрепы психоблоков, наложенные годы назад в центре реабилитации после Кирны. Восемь месяцев реабилитации... Даже если выживу, то кошмарами я себя обеспечила... лет на двадцать вперед.
Одна надежда, что все же те коновалы были профи.
Тут, наверное, стоит объяснить - командир любого воинского подразделения, согласно устава, должен говорить о нем "Я". Для нас и фермиков этот ритуал имеет более глубокий смысл. Уж не знаю, что там чувствуют инсекты, но глава клана ощущает своих, как части собственного тела - пальцы там... или что еще. Это дает немалые преимущества в управлении, но вот когда приходится кем-то жертвовать...
Да, можно сравнительно легко вытерпеть потерю пальца, можно на адреналине прыгнуть на нагретую до красного броню или, перетянув по скорому жгутом культю руки, опять ринутся в бой, можно даже ползти вперед с перебитым хребтом - чтобы вцепится в чужое горло, но это совсем не значит, что потом, когда угар схлынет...
А самое страшное, начинается именно "потом", и любой вам скажет, что хуже всего, когда болит то, чего уже нет, потому что унять эту боль - нечем. Но это у тела, оно рано или поздно смирится или восстановит утерянное, а что делать, если болит душа? Точнее - те части, которых уже давно нет...
Из "моих" после Кирны осталось меньше десяти процентов первоначального состава. Уж не знаю, из чего там восстанавливали мою душу, но видать умельцы попались не из последних...
И если повезло - то там, под скрепами, успело нарасти новое, и оно удержит меня от проваливания в небытие. К тому же работа неведомых "психов" оказалось действительно крепкой - еще повоюем. Тем более, что сильнее их умений меня держит другой якорь - кольцо детских ручек. Потому что НЕЛЬЗЯ, нельзя выпустить когти и начать метаться безумным зверем, нельзя даже напугать вырвавшимся из глотки хрипом.
Вот и второй круг... или третий... не помню.
"Человек, возьми все что пожелаешь, но заплати за это настоящую цену" - хочешь убивать бесстрастно как машина, будь готов прочувствовать все, чего был лишен после - МНОГОКРАТНО.
***
Так, пациент скорее жив чем мертв - во всяком случае противится зову природы уже нет сил... Вставание растягивается минут на семь - надо не потревожить малышей, спасибо вам мои хорошие - благодаря вашей поддержке в этот раз выкарабкалась удивительно легко. Попутно чувствую, как промокает от корней наружу шерсть - организм старается избавиться от отравы всеми возможными способами. Значит, теперь действительно все, а мне очень быстро надо "на задний двор".
Вернувшись, тенью между спящими лавирую на вторую половину шатра. Удивительно, но раненым даже стало лучше, еще б немного "поработать" и можно будет не волноваться, да вот пуста я, как русло вади...

Секунд двадцать я колеблюсь, недопустимое промедление, но все же решаюсь – слишком по разному описан «ОН», есть и такое что очень «ревнив», вот сейчас и проверим… Левая рука ложится на колено ладонью вверх, правая замирает раскрытой ладонью в двадцати сантиметрах от свежего шва. Так, в случае чего, весь удар достанется только мене. Первые слова, как ни странно проще сказать, чем подумать - «Отче наш, иже еси…». К левой руке тянутся десятки резиновых ниточек, чтобы превратится в бурные потоки огня, катящиеся по внутренним каналам, не беря ни капли себе пропускаю все через сердце в другую руку. Неожиданно рывком меняется зрение – теперь я не только чувствую нити, вскользнувшие из пальцев вместо когтей, но и вижу их – как они упираются в защитный барьер, и почти не встречая сопротивления, проходят сквозь него, а потом и внутрь тела. Плавно «качаю» лапой от себя к себе возбуждая в теле медленно расходящиеся светящиеся волны, они катятся к пяткам и кистям, вспыхивая вторичными отражениями там, где есть какие-то проблемы. Но, пожалуй, хватит – все тело уже светится равномерно, а уши с носом слышат изменение ритма дыхания и сильный запах пота, обтираю лицо и все открытые участки и перехожу к следующему.
Вот и все, все что можно было сделать – сделано, остается только поблагодарить за то что тут помогают всем не делая исключений ни для неверующих, ни для «неверных». Неуклюже поворачиваюсь на восток, припоминая «как положено», но в голове почему-то нет ничего, кроме того, что главное – искренность. Потому просто бормочу первое что вспомнилось, просто повторяя это же мысленно, а вот с последним «амен» в меня бьет натуральная молния, отстраненно смотрю как во все стороны катится волна света, попросту выжигая все темное в округе и давая яркие вспышки там где она встречается с живым. За стенкой резко всхрапывают от удивления животные, слева от перегородки раздается восхищенное «Ой!», но ничего больше не происходит – только становится тепло и спокойно, куда-то девается ставшая привычной опустошенность… Да уж – «просите и обрящете, стучите и вам откроют», спасибо конечно, но получать больше чем просил – тоже ноша немалая, не знаю по силам ли она мне…
Поворачиваюсь, чтобы встретится взглядом с десятком бусинок, почти все кто толкал полночи меня в бока – здесь, спектр взглядов - от восхищенного, до непонимающе-нахмуренного. Почти все или трут глаза руками или тянутся ими ко мне. Их можно понять – я сейчас сияю как натертая фосфором, но ведь это не на физическом плане – в боку кофейника ничего не отражается кроме моих вытаращенных глаз – они что, меня ВИДЯТ?!
Хотя чему я удивляюсь? Кабир далеко не прост, впрочем, как и любой наделенный властью, но вот такая сильная передача свойств через поколение – удивительна, впрочем – может тут не в наследственности дело, а в среде обитания, например. Но это все потом, а вот у меня появился еще один «якорь» и честно говоря – я этому рада, а пока – облизываю все подвернувшиеся мордочки и, обвешанная этими обезьянками как елка игрушками, отправляюсь досыпать.
._______________
Первая половина дня до саляат аль-азр (дневной молитвы) прошел быстро. Сразу после «рассветной» молитвы мои подопечные стали проситься домой, им вторили родственники – и те, что должны были «неусыпно» находится рядом, а в итоге продрыхли всю ночь, правда не без моего участия, и те, что явились справиться о здоровье. В итоге пришлось показать «кто тут главный», что впрочем, было легко – после такого улучшения авторитет у меня взлетел ввысь заоблачную, а потом - «милостиво» разрешить забрать. Правда, к концу моего «внушения» по поводу того, как надо продолжать лечение родственники уже наверняка были готовы оставить мне раненых на веки вечные, лишь бы не испытать на себе те кары, что обещал им мой взгляд, если они посмеют загубить мою работу.
А потом… потом у меня разом вырос десяток «хвостиков», которые уволокли меня на «семейную» половину шатра и чуть не разорвали на десяток маленьких « тетей гулей», ведь каждому сразу хотелось задать своих полторы тысячи вопросов и получить меня в свое единоличное и безраздельное…
Пришлось мигом изобретать им занятие пока соперничество не перешло в драку или хуже того – в обиду. В итоге, получилась безобразная свалка в ходе которого кровожадная гуль, питающаяся исключительно надоедливыми детишками и намеренная прямо сейчас поймать и съесть, ну или хотя бы защекотать на обед парочку, была общими усилиями повалена и сама защекотана до просьб о пощаде и слезных обещаний никогда больше не есть человечинку. А теперь ведь придется выполнять обещание…
Невестки и прочие мамаши просто бесились, да и устроенный бардак остальных тоже видимо раздражал, даже Кабир мигом сбежал от нас подальше. С его уходом дело могло дойти до того, что барышни преодолеют страх передо мной и попробуют прекратить веселье, но их сдерживала спокойная улыбка на лице занимавшейся в углу рукодельем Раисы, держала она похоже здесь всех железной хваткой – учтем.
Я же, смотря за бесившимися мамашами тихо … уж не знаю, как описать это состояние, которое меня охватило при виде образующихся ко мне от детишек нитей «пуповины». Это был просто шок, большинство детишек были привязаны к кому угодно, только не к собственным матерям, ужас – а ведь это одна из самых лучших семей!
Да, кормят грудью детей тут не долго, чтобы успеть родить как можно больше, но зачем тогда вообще рожать, если потом бросать без необходимой подпитки? Заодно решился вопрос с моим пустым резервом прошлой ночью, ведь должно же было хоть что-то в нем за полночи накопиться - меня попросту «обсосали» детишки. Они не просто так ко мне под бочок собрались, а инстинктивно чувствуя потребность в защите и подпитке. В это не самое лучшее время суток, когда человек уязвим особенно, они собрались к тому, кто их точно не оттолкнет.
Проверка же сенсорной чувствительности вгоняла попросту в депрессию – чувствительны были ВСЕ! И не просто все дети и внуки Кабира, а все поголовно! И забегающие соседки, и невестки, и просто проходящие, проезжающие мимо - все отчетливо чувствовали и реагировали на «посыл». Вот и не верь после этого в рассказы про «богоизбранный народ»…
Мне, честно говоря, и не верилось, несмотря на очевидность. Если непечатное опустить – даже растерялась от такого поворота дела.
Правда ярких талантов на общем высоком фоне не было, почти - хорошо выраженный дар был только у Лалы и близнецов, ну и чему я собственно удивляюсь? К тому же он мог быть и не врожденный, а просто чуть больше тренированный. Тут можно хватать любого и начинать натаскивать, особых высот не будет – достигнет ровно столько, насколько станет упорства, но все же…
Неудивительно, что при таком высоком потенциале все тут так панически боятся сглаза. Дети вообще были так нашпигованы защитными устройствами, что в пси-зрении походили на маленькие шагающие танки. Защита была многослойной, очень хорошо продуманной, с элементами активного противодействия и … постоянно подпитываемой, обновляемой и совершенствуемой. Я ее смогла обойти легко, а ночью и вовсе не заметила, просто потому, что и мысли о на несении вреда у меня не было. А вот тому, кто пожелал бы детям зла, причинить его было проще на физиче