Форма входа
Логин:
Пароль:
Главная| Форум Дружины
Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум Дружины » Авторский раздел » тексты атамана Кержака » Борис Зотов (рабочее название) (начало одного проекта)
Борис Зотов (рабочее название)
КержакДата: Суббота, 29.05.2010, 08:32 | Сообщение # 1
Батько
Группа: Атаман-отставник
Сообщений: 16021
Награды: 39
Статус: Offline
Глава 1.
У разных людей – разные увлечения. Это аксиома. Большинство склонны увлекаться социально принятыми темами, они, в массе своей – конформисты. Но есть и те, которые склоняются к нестандартным занятиям, например – серийные убийцы, и вот таких уже воспринимают, как маньяков, то есть не принимают и не угощают чаем с плюшками – это нонконформисты и не конформные люди.
Правда, большая часть «маньяков» увлечена все же не столь опасными и антигуманными вещами. Так что лишение таких людей своей законной части плюшек далеко не всегда справедливо, если толком разобраться.
Герой этой книги отличился тем, что одной из первых мыслей, осознанных и воспринятых им, был образ африканского охотника на слонов, носорогов и львов. Образ этот явился вовсе не случайно и не из книг или телевизора, как вы, возможно, подумали. Однажды маленький Боря пришел к своей родной бабушке (занятия в детском садике были отменены по случаю эпидемии гриппа, вообще, тема эпидемий будет играть особую роль в жизни будущего героя западно-сибирской равнины). Так вот, временный карантин в садике и вынудил маму нашего героя привести его к собственно свекрови, чего она крайне не любила делать. Отношения мамы и бабушки всегда были загадкой для Бориски, он никак не мог понять, почему каждый раз как он просил маму отвести его к бабе Лиде, она начинала злиться и гарантированно вместо похода в гости покупала мальчику конфету или шоколадку. В сообразительности Боре отказать было нельзя, ведь он очень быстро нашел такому странному мамину свойству отличное применение, которое называлось – добывание конфет. Причем ему легко хватало ума (и это в два-три года) не предлагать маме идти к бабушке Лиде, например, в двенадцатом часу ночи, что, безусловно, совсем не так и просто для ребенка, которому вдруг, как всегда и бывает, захотелось сладкого. К слову наш герой с раннего детства был крайне свободной личностью и сам определял час своего отхода ко сну.
Вернемся же к ситуации, которая и привела к столь фундаментальному событию, как появление очередного «маньяка» на просторах нашей Родины. Маме необходимо было срочно идти на работу, взять с собой сына она никак не могла. Только представьте, закрытый режимный объект №ХХХ, где разрабатываются супер секретные материалы для нашей военной промышленности. И вот, по причине закрытия садика, МНС данного заведения приходит на работу с малышом четырех лет. Само собой, вооруженная автоматами и пистолетами охрана радостно пропустит маму с сыном через бронированную проходную и обязательно подарит хорошему мальчику Боре конфету «Гулливер». Поверили? Вот и Борина мама не поверила. Опаздывать или пропускать работу она никак не могла, никого, кто мог бы сегодня помочь ей кроме свекрови, поблизости не оказалось, вот и пришлось Людмиле Сергеевне Зотовой, срочно везти ребенка к столь недостижимой для него прежде бабушке.
Оба этих события (и карантин в садике, находится в котором Бориска крайне не любил, и лишь терпел по необходимости, как неизбежное зло, и внезапная поездка к бабе Лиде) привели мальчика в особое ранее не известное ему состояние какой-то тонкой чувствительности и настороженности, как бы в предчувствии чего-то удивительного и прекрасного. Правда, тогда наш герой таких слов еще не знал и потому просто молчал, терпеливо дожидаясь чудесного момента встречи с Лидией Ивановной Зотовой, чья девичья фамилия, кстати, была Трубецкая, причем не просто так, а еще и княжна.
Как вежливый и воспитанный человек и советский МНС, борькина мама поздоровалась с Лидией Ивановной, впрочем, даже не переступила порог дома и сразу же откланялась, лишь предупредив, что заберет сына примерно в девятнадцать ноль-ноль.
Передать всю гамму чувств и мальчика, и его бабушки попросту невозможно. Вероятно, они были счастливы. Но как люди тонкие и сложно душевно организованные, они не стали спешить расплескивать это замечательное состояние. Почти молча, Боря разделся и разулся, затем прошел вслед за бабушкой в ванную комнату, где и помыл руки. Ему было выделено новое, еще даже ни разу не использованное, но удивительно мягкое и пушистое полотенце, со словами, которые были сказаны не без некой торжественности – теперь, Боренька, это будет твое полотенце.
Затем бабушка и внук прошествовали на кухню, где столь же молча и не торопливо, принялись пить замечательный, ароматный чай, из тонких, почти невесомых чашек, расписанных тонкими восточными узорами. И так они сидели и пили чай за круглым, накрытым белой, кружевной скатертью столом. Занятие это настраивает на созерцательный лад, так что вполне логично, что будущий охотник за неведомым начал потихоньку осматриваться по сторонам, то есть созерцать.
В углу (Боря тогда еще не знал, что он называется красным) он увидел, стоящие на специальной подставке иконы, тут же висела лампада, сейчас, впрочем, не зажженная. С икон на мальчика строго и одновременно с любовью смотрели Иисус Христос и его мама Дева Мария. Борис уже знал, что это его Бог и Богородица, так как, несмотря на советскую власть, и экономику развитого социализма, он был окрещен в возрасте четырех месяцев, по бескомпромиссному требованию бабушки Лиды, и даже несколько раз бывал в церкви на Пасху и Рождество, что в некой (немалой) степени и послужило началом настоящего раскола в семье Зотовых. Эту историю мы обязательно расскажем подробней, но не сейчас.
Охватить все чудеса бабушкиной кухни было невозможно. Сознание четырех летнего мальчика смогло сохранить лишь несколько наиболее ярких моментов, в дополнение к уже описанным. Например, чудесные серебряные ложечки, которыми было так здорово перемешивать сахар в чашечке. Ложки сияли каким-то особенным светом и были украшены тонким сквозным узором на ручках, Бориска никогда прежде не держал в руках столь прекрасных вещей. Сам сахар также заслуживал особого внимания – это был не рафинад, а настоящий кусковой сахар из настоящего сахарного тростника, вовсе не белый, а коричневатый, и для того, чтобы его можно было есть, требовались специальные щипчики, которыми можно было отколоть кусочек себе по размеру. Правда, Борис, пока не рисковал делать это самостоятельно и вежливо попросил у Лидии Ивановны
– бабушка Лида, ты не могла бы дать мне кусочек сахара, пожалуйста.
Конечно, она тут же выполнила просьбу внука. К чаю полагались сушки, таких вкусных сушек наш герой больше нигде не ел. И в этом была тайна, одна из многих в этом замечательном доме. Пожалуй последним из воспринятых предметов обстановки стал великолепный буфет, покрытый тонкой резьбой и заполненный массой необычных и непонятных предметов, он был старинным, как и почти здесь, в нем было много достоинства, если можно так сказать про буфет.
По прошествии получаса, Боря и его бабушка закончили чаепитие, после чего мальчику было предложено пройти в гостиную. Как вы, наверное, догадываетесь сами, никаких возражений со стороны нашего героя не последовало, напротив, в душе его неслышно, но тревожно-томительно зазвенели колокольчики, ощущение близящегося особого момента, предчувствие точки бифуркации и сопряженного с ней выбора дальнейшего пути в жизни, наполнили Бориску до краев. Будь он обычным мальчиком, ему обязательно захотелось бы броситься бегом или закричать что-то эдакое, от избытка чувств. Но не таков был Борис Зотов, четырехлетний искатель волшебной страны, и будущий победитель всевозможных злодеев. Поэтому они вместе, спокойно и чинно дошли до гостиной и вступили в нее, раздвинув тяжелые бархатные портьеры. Вот она, минута откровения, годы и десятилетия сжимаются в одну сверкающую точку, время и пространство исчезают, охваченные сияющим светом звезд – наш герой увидел свою мечту.
На противоположной от входа стене, посреди персидского ковра, висели три предмета: большая черно-белая фотография в изящной деревянной рамке, на которой был изображен мужчина в светлом, тропическом костюме и широкополой шляпе с пером, в руках его было большое ружье, талию охватывал патронташ, у ног его, обутых в ботинки с высокими голенищами, лежал лев, с косматой гривой и могучими лапами, на заднем фоне, казалось, были видны стада слонов и носорогов, толпы воинственных дикарей-зулусов, потрясающих своими грозными ассегаями. Сама фотография была удивительно яркой и четкой, при взгляде на нее невольно возникал эффект присутствия зрителя там, в африканской саванне. Внизу на рамке была прикреплена металлическая табличка с надписью – Трансвааль, 1899.
Вторым предметом было то самое ружье, с которым позировал на фотопортрете неведомый охотник. Это было фантастическое оружие, горизонтально расположенные стволы его сияли вороненой сталью и серебряной насечкой планки, казенная часть и курки, также были богато украшены серебром. Ложе и приклад матово блестели полировкой, изгибы древесного узора походили на языки пламени и стремительно летящие над ними полосы дыма. О курках стоит сказать особо, они напоминали Бориске две изготовившие к броску змеи, их хищный и изысканный изгиб заставил его сердце замереть на секунду и вновь забиться с удвоенной частотой, было в этом ружье что-то неотвратимо-прекрасное и одновременно смертельное, что-то невыразимое и зовущее. Тишина этих секунд не была нарушена ничем. Лишь спустя несколько минут, Лидия Ивановна, легко касаясь соответствующих частей оружия кончиками пальцев, вполголоса поведала внуку:
- Это ружье фирмы James Purdey & Sons (как же таинственно звучали эти слова для уха мальчика), двенадцатого калибра с эжектором (продолжало отзываться призывным голосом серебряных труб Несбывшееся), и оно принадлежало твоему прадеду, полковнику Борису Константиновичу Зотову (рука скользнула в сторону фотографии), в честь которого ты и был назван.
Третьим предметом на стене был темный кожаный патронташ весь заполненный тяжелыми, латунными патронами, золотисто блестевшими в свете яркого весеннего солнышка. Небольшие чеканного серебра пряжки, были украшены сложным чеканным узором. Широкий пояс, изнутри обшитый светлой кожей, должен был надежно охватывать талию стрелка. Хорошо обмятый, в небольших царапинах, но по виду совсем не старый, патронташ буквально просил, чтобы его одел хозяин-охотник.
Весь оставшийся день был занят неспешными и вдумчивыми рассказами о событиях жизни полковника Зотова и других славных предков нашего героя, разговоры эти сопровождались тщательным просмотром старинных фотографий, но каждый раз голова Бориски, будто наделенная собственной волей, поворачивалась к портрету на стене и ружью, прикоснуться к которому мальчик попросту не осмелился. Лишь спустя многие дни он набрался смелости и тихим, но внятным шепотом попросил у бабушки разрешения поближе посмотреть на ружье (сказать потрогать мальчик все же не рискнул). В этом не было страха, по крайней мере, обычного, известного большинству людей страха, нет, это было какое-то особенное, трудно объяснимое даже взрослому Борису чувство прикосновения к Тайне, за которой целый мир, влекущий и зовущий тебя своим барабанным ритмом, гулко отдающимся в сердце музыкой дальних странствий и родного, любимого дома.
В ответ, Лидия Ивановна, не спеша, подошла к стене и аккуратно сняла двустволку, положив затем ее на стол.
Сказала:
– Когда-нибудь это ружье станет твоим, так что знакомься теперь с ним и не торопись.
После этих слов, бабушка взяла со стола книгу и ушла в кабинет читать, оставив Борю один на один с бесценным произведением мастерской семьи Purdey.
Последующие часы были отданы подробнейшему изучению каждой детали, запечатлевавшейся в сознании Бориса навсегда. И только сильный голод, всегдашний спутник здорового, растущего не по дням, а по часам молодого организма, вынудил оторваться от созерцания. Оружие было возвращено на свое обычное место, а бабушка с внуком отправились ужинать.
Еще один характерный и немаловажный аспект - к тому времени каждая трапеза уже предварялась «Отче наш», молитвой традиционно читаемой у православных перед едой.
И, естественно, он, прежде, чем подойти к столу, помыл руки.
Думаю, что теперь вы уже догадываетесь какого рода мания, сиречь, одержимость поселилась в сердце нашего героя. Впрочем, сам Борис, как и бабушка Лида, могли бы поспорить насчет того, было ли это увлечение столь маниакальным, возможно, они как раз напротив, высказались бы за то, что большинство людей вокруг них одержимы куда как более натуральной и опасной манией – бегством за золотым тельцом. Итак, Борис Зотов – мечтал стать африканским охотником и искателем приключений, но только обязательно добрым и справедливым, позднее, когда он подрос, ему стали близки тексты Александра Грина и Николая Гумилева, в которых он находил глубокую созвучность своим устремлениям.
Образы смелых охотников, Бом-Грана, Мика и многие другие стали неразлучными спутниками Бориски в последующие годы его детства, отрочества и юности.
Вполне вероятно, что у вас назрел вопрос, о том, что же было вечером того длинного дня? Кроме того, я обещал рассказать вам историю отношений, сложившихся в семье между бабушкой - Лидией Ивановной и мамой – Людмилой Сергеевной Зотовыми. Теперь этот рассказ может быть передан полностью, заключая в себе и начало, и кульминацию, и, к счастью, благополучный финал этой не простой истории отношений двух столь дорогих для нашего героя людей.
История эта развивалась довольно обычно. После знакомства в стройотряде будущие супруги Зотовы стали встречаться. Родители этому не препятствовали, тем более, что в семьях не считали возможным решать за детей их будущность. Так что Тимофей и Людмила гуляли по паркам и скверам родного города с совершенно чистой совестью, оба достаточно спортивные, они могли часами кружить вдоль берегов Иртыша и Оми, засиживаться на лавочках у фонтанов и пить газированную воду с сиропом за три копейки.
Отношения их развивались не спеша. Основным источником такой медлительности был Тима Зотов, который по самой сути своего характера человек вдумчивый и нерешительный, был не склонен форсировать события. Людмила, напротив, девушка решительная и резкая, давно за них все решила. Ей очень нравился спокойный и уравновешенный стиль поведения будущего мужа, его мягкие манеры и некий непередаваемый шарм, казалось, исходящий от каждого жеста студента Зотова. Так что, несмотря на некоторое сопротивление жениха, свадьба состоялась уже на четвертом курсе.
До этого столь долгожданного момента молодые практически не были знакомы с родителями друг друга. Видимо, им не казалось это важным. Последующие события опровергли такое их предположение. Но не будем забегать вперед. Действие идет своим чередом.
На шумной студенческой свадьбе гулял весь факультет: у Людмилы, в то время комсорга курса и активной участницы студенческой самодеятельности, было великое множество знакомых и друзей. Многие из них никак не могли понять, как такая яркая, красивая и перспективная особа могла полюбить во всех отношениях достойного, но не заметного Тимофея. Эта загадка так и не была разгадана. Людмила никогда не была склонна делиться сокровенными мыслями даже со своим дневником, если бы он у нее был, а дойти до понимания причин самостоятельно ее товарищи не смогли.
Так вот, родители впервые толком повстречались на свадьбе. Если вы хотя бы раз бывали на этой изумительной церемонии, то согласитесь со мной – свадьба не лучшее место для знакомства новых родственников, слишком много волнения и суеты. Поэтому фактическое знакомство произошло несколько позднее, когда молодожены вернулись из месячной поездки в Болгарию, на курорты Золотого Берега, что было свадебным подарком единственного дяди Людмилы, председателя исполкома одного уральского городка.
Надо еще учесть, что семья Люды проживала не в Омске. Мама Бориски в семнадцать лет приехала в Омск поступать в ВУЗ и жила все годы учебы на съемной квартире, средствами на аренду которой ее снабжали родители. Этим, к слову, объяснялось то, что необходимости заходить в дом Зотовых попить чаю или погреться после долгой зимней прогулки парочка не испытывала. При этом вынужденно предупреждаю аудиторию – никакого криминала и аморальных действий со стороны молодых людей не наблюдалось, да и не могло его быть, другая была культура, ценности и мораль.
Итак, первая полноценная встреча Людмилы и Лидии Ивановны Зотовых состоялась фактически лишь спустя месяц после свадьбы. Дом Зотовых показался молодой женщине почти враждебным, здесь все было не так. Иконы, старинные фотографии, чопорные манеры, изысканность и строгость обстановки, пробуждали в свято верящей обещаниям о скором наступлении коммунизма комсомолке Людочке яростный, но до поры скрытый протест. Разговор не сложился.
Тимофей, выросший без отца, погибшего в первый год Великой Отечественной войны, был совершенно не склонен к конфликтам, супруга же его, мама нашего героя, напротив, была буквально рождена для битв. Поэтому Людмила стала вести планомерную осаду мужа с тем, чтобы фактически полностью прервать общение со свекровью. Лидия Ивановна все видела, но предпринимать что-либо считала бессмысленным, решив просто ждать. Иногда самое трудное – ничего не делать и хранить свою веру. В этом Лидия Ивановна и видела свою миссию.
Когда родился Борис, она вызвала к себе сына и поинтересовалась, когда он собирается совершить над мальчиком Таинство Крещения. Не получив ничего вразумительного в ответ, она напомнила, что в течение уже тысячи лет все Зотовы в срок до четырех месяцев были окрещены и она не может допустить нарушения столь долгой и верной традиции.
Тимофей так и не решился поговорить на эту тему с женой. Поэтому, когда погожим июньским днем в квартиру младших Зотовых пришла бабушка Лида, которую так еще никто не звал, и просто забрала сына и внука с собой. Спустя два часа новоокрещенный раб Божий Борис, радостно улыбаясь, гулькал на руках бабушки. Все время пока шел обряд, малыш вел себя, как образцовый христианин, внимательно слушал священника и улыбался, при троекратном погружении в купель. Невестке же Лидия Ивановна сказала, что будет дважды в год ходить с Борисом в церковь на Рождество и Пасху. Поздравила родителей с праздником и ушла. Чаю ей никто не предложил.
Предугадать, каковы стали после этих событий отношения между двумя женщинами, - не трудно. Фактически их не было. Безусловным инициатором такой «холодной войны» была Людмила Сергеевна. Боренька же до того самого дня, изменившего всю его жизнь, не смел ослушаться матери, и лишь изредка спрашивал, когда он сможет посетить бабушку.
Когда Борису исполнилось три года, его отец был приглашен для работы в одной далекой южноамериканской стране. На семейном совете было решено, что предложение надо принять. Тим Зотов, новый строитель социализма в Анголе, собрал чемодан и не без сожаления улетел далеко и надолго.
Отец так и не вернулся. Проработав несколько лет в Африке, он решил интернироваться в ЮАР. И сразу получил контракт в известной компании «Де Бирс». Фактически это был последний случай белой эмиграции в большевистской России. Людмилу несколько раз вызывали в Серый Дом. Вскоре она оформила развод, вернула себе девичью фамилию, и полностью прекратила всякое общение с «предателем Родины».
Логично было бы прервать и всякие контакты с Лидией Ивановной, но Бориска встал насмерть. Он заявил со всей серьезностью маме, что если уж он и будет жить с кем-то, то с бабушкой. Говорил эту фразу он с большим трудом, с усилием выталкивая из себя слова. Ему очень не хотелось делать маме больно. Но отступиться он не мог. Закончив свою речь, поднял глаза, полные слез и твердости, прямо взглянув на мать. Она, уже набрав в легкие воздуха для гневной отповеди, внезапно остановилась. Села на стул и долго молча смотрела на сына, поражаясь и даже чуточку любуясь им. Бориска стоял прямо, все его стройное ловкое тельце излучало напряжение и готовность бороться до конца.
- Борись Борис. Поступай, как считаешь нужным. Но жить ты будешь со мной. Теперь ты главный мужчина в доме, не забывай об этом.
Сын качнулся к Людмиле Сергеевне крепко и надежно обнял ее. У мамы в тот миг невпопад мелькнула мысль – как же счастлива будет та, кого мой сын полюбит. И заплакала. Слезы беззвучно катились по щекам, отпуская долго сдерживаемую боль.
 все сообщения
КауриДата: Суббота, 28.04.2012, 19:34 | Сообщение # 2
Хранительница
Группа: Хранительница
Сообщений: 14477
Награды: 153
Статус: Offline
Довольно мило smile


 все сообщения
Форум Дружины » Авторский раздел » тексты атамана Кержака » Борис Зотов (рабочее название) (начало одного проекта)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Главная · Форум Дружины · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · PDA · Д2
Мини-чат
   
200



Литературный сайт Полки книжного червя

Copyright Дружина © 2019